1 енрих Гейне рищ равнодушно спешит перешагнуть через труп товарища, и тысячи смертёльно усталых i окровавленных людей, тщетно цепляясь за доски моста, срываются в холодную, ледяную бездну смерти». В Лон не Гейне заглянул в опустошенную душу буржуазного o6- щества, озверелую, AHшенную человеческих чувств, подчиненную ОБЯЗАТЕЛЕН ЛИ ДЛЯ ПЕРМСКОЙ ДОРОГИ ПРИКАЗ МИНИСТРА ТОВ КОВАЛЕВА? Министр путей сообщения СССР тов. И. В. Ковалев телеграммой от 26’ иоября приказал в первой и во. второй декадах декабря обеспечить подачу вагонов для .отгрузки текущей выработки бумаги и целлюлозы, чтобы полностью освободить предприятия от запасов, образовавшихся пс ‘виз не транспорта. „Министр обратил. внимание начальников дорог на исключительную политическую ` важность этого мероприятия, указав, что. работа бумажной промышленности во Мноз гом зависит ‘от: четкости выполнения железнодорожниками их обязанностей. Министерство путей сообщения обязало начальников дорог совместно с руководите‘лями предприятий составить графики отгрузки с учетом необходимости. вывоза с фабрик к 20 декабря всех сверхнормативных остатков готовых изделий. : Между тем, Пермская железная ‘дорога систематически не выполняет государственных планов перевозок. На Камеком комбинате скопилось свыше 400 вагонов бумаги й целлюлозы. Значительная часть продукции хранится в неприсновобленных ‚складах, производственных помещениях; целлюлоза укладывается под открытым небом. Камскому комбинату для отгрузки всех образовавшихся запасов и текущей выработки требуется ежесуточно юдавать под погрузку 50 ‘вагонов. По вызову управления Пермской. дороги - комбинат . командировал своего - представителя AAA согласования графика. отгрузки на первые две декады месяца. Когда наш представитель прибыл в управление, железнодорожники отказались составлять. и поднисывать график подачи вагонов, предупредив, что в течение 5 дней вообще порожняк подаваться не будет вследствие... отсутствия крытых вагонон. Подобное об’яснение является, конечно, несостоятельным и наглядно рисует то отношение Пермской железной дороги к бумажной промышленности, которое и привело к образованию больших залежей готовой продукции. В результате скопления готовой бумаги и целлюлозы комбинат может оказаться вынужденным сократить производство, Необходима безотлагательная помощь крупнейщему предприятию бумажной промышленности. Начальник Гляввостбумирома ВЕЙНОВ. Директор Камского бумажного комбината ТУНИМАНОВ. КРАСНОКАМСК. (По телеграфу). —4 4 ПИСАТЕЛИ НА БАЛАХНИНСНОМ - КОМБИНАТЕ ПРАВДИНСК, 12 декабря. (По телеграфу). На Балахнинский бумажный комбинат прибыла бригада Союза советских писателей. В первый же день приезда члены бригады побывали в цехах комбината, беседовали с рабочими и инженерами. ЖА Е Горьковский облисполком, обсуждая вопрос о поставках, балансов и дров Балахнинскому бумажному комбинату, установил, что факты, опубликованные 7 декабря с. г. в «Литературной газете» № 61 в фотоэчерке «Кривая не вывезет», полностью подтвердились. Исполком областного Совета депутатов трудящихся вынёс решение, обязывающее поставщиков обеспечить в декабре бесперебойную доставку комбинату лесоматериалов с тем, чтобы компенсировать Ннедоданную в октябре и ноябре древесину. Начальнику Горьковской железной дороги т. Быкову предложено строго выполнять гоафик нодачи побожняка. Бригада Союза советских писафелей: A. РЕЗЫМЕНСКИЙ. А. ЛУКОНИН, С. СМИРНОВ, А, КРОНГАУЗ, М. АМШИНСКИЙ.- _—®_—- БРИГАДЫ ВЫЕХАЛИ НА МЕСТА На предприятиях бумажной промышленности начинают работать выделенные секретариазом Союза советских писателеи бригады писателеи и журналистов; Кроме руководимой A, Безыменским бригады на Балахне, направлены на комбинат им. Ворошилова (Архангельская обл.) И. Молчанов, А. Яшин, В. Жилкин, К. Коничев, В Лекинграде на фабриках им. Горького и им. Володарского начинает работать бригада в составе Н. Тихонова, Н. Вирты, М. Слонимского, Г. Сорокина, П. Далецко-о А Раскина. С. Спасского, И. Кратта, го, А.. Раскина, С. Спасского, И. Кратта, Л. Борисова, Б. Лихарева, С. Марвича, И Колтунова, В. Реста, А. Дунаевского, Высхала на комбинат им. Куйбышева в Вологодскую область бригада в составе Л. Ошанина, Я. Сашина, Б. Ласкина, А. Натольского, Этой бригадой будет. руководить Е. Долматовский. «ЧИТАЙТЕ, ЗАВИДУИТЕ, Я — ГРАЖДАНИН СОВЕТСКОГО CO‹ ЮЗА». Сборник стихов. Предисловие С. Трегуба. «Молодая гвардия», 1947 год, 248 стр. : Гордые слова из знаменитого стихотворения Владимира Маяковского стали завсей многонациональной и ГОВСКИЙ OK 150-aeruto A foe со дня рождения ‘плену вредных традиций. Юрий Смолич, пожалуй, наиболее активный из украинских прозаиков. Пока критики изучают и рецензируют его очередное произведение, он -успевает. выступить ©. новым романом’ или Повестью. Разбор прежней книги ужеё кажется устаревшим, не нужным. Дело редко подвигается ‘далыше газетных ‘рецензий Поэтому и’ «прессах на творчество Ю. Смолича, в. сравнении с его многочисленной продукцией, количественно незначительна: Мы говорим о творческой продуктивности Ю. Смолича без иронии и упрека. Среди созданного чим; особенно в тридцатые го: ды, есть серьезные; нужные книги. - Пйсателя. хорошо знают широкие круги читателей, ценят его сюжетное мастерство, “ero стремление не оставить их равнодушными. Но труд писателя ценится не за то, что механически растет полочка написанных им книг, что книги эти, как одинаковые бусинки, нанизываются одна к другой. Мы хотим видеть рост писателя, идейный и художественный, Е Послевоенный — по времени написания— роман Ю. Смолича «Они He прошли» критика встретила словами резкого и справедливого осуждения. Теперь Ю. Смолич написал ий опубликовал в 6-м.и.7-м номерах украинского журнала «Втчизна» новый роман «Мы вместе были в бою». В какой же мере этот роман исправляет прежние ошибки писателя? И исправляет ли он их? «Мы вместе были в бою»—это своеобразная летопись жизни современной интеллигенции. Основное действие романа происхо‚дит после войны; его герои, инженер Ста` хурский: и девушка Мария, — люди, вступающие в мирную’ жизчь страны. Стахурский ‘назначается директором института, в котором он учился до начала войны, а Мария, невеста Стахурского, уезжает в Среднюю Азию; чтобы поступить в геологический институт, но с необыкновенной, только в романе достижимой быстротой она становится душой и одним из руководителей крупной гвологоразведочной партни. Автор, в который раз повторяя замусолен‘ный им самим мотив разлуки и невозмо:<- ности встречи любящих людей, изкусственно раз’единяег Стахурского и Марию, чинит, до поры до времени; преграды их встрече Но, ‘разумеется, все кончается счастливо. Всему ведь должен притти конен. Современность в романе дается в сплетении с эпизодами войны и партизанского подполья, Вот так `воевали мой герои, — как бы говорит своему Читателю Ю. Смолич. Он чувствует, что никого не удовлетворит их скудно изображенное сегодня, а потому показывает и деятельное, боевое вчера: Это должно придать цельность замыслу: кончилась война; но борьба двух миров, двух систем продолжается и сегодня,: как и вчера; нужно быть бойцом, думать нё 06 отдыхе, а о великих целях, к которым идет весь советский народ. Вставные фронтовые эпизоды играют и другую роль в. романе: с их помощью автор стремится придать особую сюжетную остроту всей вещи; чередуя эиизоды, относящиеся к сегодчя и вчера, он обрывает их на самых, Так сказать, волнующих местах. «Ах! — должен воскликнуть неискушенный читатель, — что же случится дальше?» Но читатель не воскликнег этого и не станет особенно волноваться. В конце главы он оставил Марию в Карпатах в безвыходиом, трагическом положении. Одчако он ‘’ ПОМНИТ, Что тогда еше шла война, а теперь мир, и ему достоверно известно, что Мария выжила, уцелела и благополучно отбыла в Алма-Ата. «Детективная форма» повисает в. романе, ‚как пиджак с чужого плеча, как мишурный, нелепый костюм, взятый напрокат. в театральной костюмерной. Читая роман «Мы вместе были в бою», хочется сказать автору:=—Не хватайте нас за шиворот, ве глушите неправлоподобным стёчением обстоятельств, не удивляйте кажущейся сложностью’ и основательностью детективных «извилин». Остановитесь и дайте взглянуть на ваших героев, на их подлинный внутренний мир. Не преврантайTO наших современников в бездушные аксессуары приключенческого жанра, не путайте живой жизни с вашими вымыслами! Незнание жизни Ю. Смолич инстинктивно стремится возместить не только сюжетной остротой, но и натуралистическими подробностями описаний и пейзажей и, главным образом, «глубокомысленными» суждеНИЯМИ И размышлениями героев. Вот мелькнула на страницах романа официантка вокзального буфета, и автора интересует в ней всё—от «малинового маникюра» до волос, «сожженных пергидролем». И так во всем, большом и малом, подробности, подробно‚сти, подробности, в которых талантливые штрихи и наблюдения смешаны’ с несущественными, засоряющими роман частностяНо если от этого можно избавиться с помощью редакторского карандаша, то лож‘ная философичность и Мнимая интеллектуальность вошли в самую плоть произведения и являются следствием его идейной Hes зрелости и ошибочности. . Что разделяет. Стахурского и Мариюй Жизнь ответила бы на этот. вопрос десят“ ками вариантов, в Зависимости от характе ров героев, профессии, темперамента, вне них обстоятельств. Но Ю. Смолич придуз мываеёт свой умозрительный вариант. / Стахурский—человек, подверженный беса конечным рефлексиям, он ненавидит цве» точный вазон за то, видите ли, что вазон всё годы войны безмятежно простоял на столе. Герой так об’яеняет Марии ‘своес0=. стояние: «Ты знаешь, ‘для меня как-то важ» нее, что мы победили, чем то, что настала мирная жизнь», а так как Мария, больше. всего обрадована тем, что настала мирная жизнь «ий можно делать то, что тебе захочется», то ‘разница их «позиций» становится очевидной. Эта разница настолько’ же нелепа, насколько мнима, она выдерживает сравнение только с другим «глубокомысленным» заключением Стахурского © пода польной борьбе в немецком тылу: «Простота борьбы была слишком сложна, но и ‘сложность ситуации была слишком проста»: Подобными «софизмами» не исчерпывая ются философические наклонности, Стахурского. Размышляя над сульбами революции, он делит революционеров России на два поколения: романтиков и разрушителей ипоколение строителей, к которому принад> лежит Стахурский. Это идейно порочное и неленое утверждение. ке Стахурский—выдуманная, отрешенная от жизни фигура. Он погружен в рассуждения. и болезненный самоанализ. Он не умеет. любить сильно, просто, по-мужеки, не умеет верить. потому что его одолевают сомнения. Зато Стахурский хорошо умеет ‘выслушивать комплименты друзей, Марии, учителей, автора; он принимает и обожеетя. вление себя: «Спасибо тебе, Стахурекий;. что ты есть на свете!» — восклицает Маю. рня. Не умея. любить живую, стоящую рядом” с ним Марию, Стахурский превращается в страдающего Вертера, как только она уз жает. Образ Марии преследует его, То и. дело раздаются жалостливые вопли героя о том, что он не может жить без Марии, «Может быть, ее и не было?» — горестно восклицает герой. Мы-то знаем, что ее не было. Но о ней и о них, к сожалению, на“ писан роман. Проблески жизненной правды в произвез дений скрываются под грузом несостоятельмных рассуждений, тонут в потоке неправдо подобного. : И с каждой страницей романа крепнет наше убеждение: нет, писатель не знает жизни. Он выбрал себе легкий путь--путь сочинительства. Он знает и любит Киев, a поэтому киевский пейзаж в книге точен и образен. Он полюбил степную ширь Казах» стана и нашел для нее хорошие позтичез ские слова. Но это «мертвая» природа, ее можно хвалить, воспевать, поэтизировать. А человека, своего современника, необходимо хорошо знать, показывать в делах, в преобразовании жизни, а He ограничиватье воспеванием и сладкими речами. a Если бы Ю: Смолич знал жизнь и ценил ев опыт, он не превратил бы сцену Стахур> ского И гестаповца Клейнмихеля в изощренную главу из буржуазного приключенческого романа, в’ котором все прияесено в жертву занимательности; не ограничился „бы в изображении чехов колоритвой, Taлантливо написанной, но всеоже очень односторонней фигурой Яна Тахола; не приз думывал бы вздорных и вредных Четырех «категорий» советских людей, воевавших: на фронтах Отечественной войны; не уверял бы читателей в том, что о смерти матери Марии девушке не писали, «fo не «евизить ее боевой myxe(!}) на фронте; не разз общал бы человека и труд; не пользовался бы так охотно ветхим реквизитом переводной беллетристики и не сделал бы сотен других ошибок; которые в целом дают извращенную, бессмысленную картину жизви и дискредитируют героев книги, приводят их к пошлости. Нам думается, ‘что Ю; Смолич, в граж». данском своем ‘сознании шагнувший ares ко вперед по сравнению с двадцатыми годами, нё может никак расстаться с некоч торыми «традициями» буржуазно-националистической — литературной организации «Ваплите» В числе других «откровений» у «ваплитян» была вера во всёсилие сюжета. Наплевать нам на жизнь и ее творцов, — лишь бы сюжет был «завинчен», лишь бы конструкция была посложнее. Тем самым они выражали свое циничное презрение к новой жизни, к ее идеям, ее героям и ев пафосу. : Ю. Смоличу, автору ряда честных, пыт= ливых книг, чужда эта идеология, чужды эти взгляды. Задача заключается B TOM, чтобы и в самом творчестве: Ю. Смолича от этих «традиций» не осталось и следа. То-. гда жизнь украинского народа даст ему прекрасные темы, волнующие сюжеты и с0- держательный материал для его произведений. : нике, — «Колхозный ученый». Герой его -- колхозник-онытник, неутомимо работающий: над выращиванием новых сортов злаков. Поэту удалось создать образ советского: человека, весь смысл жизни которого 60- стоит в творческой работе на благо любимого народа.‘ Силы колхозного ученого. удесятеряет сознание того, что ов не одинок в своих поисках и дерзаниях, в своем напряженном труде: Люди его поддержат, Сталин ему поможет. Сборник открывается стихотворением«В день Октября». Ono написано в 1946 году к Октябрьской годовщине и Как бы подводит итог размышлениям поэта ‘о славной судьбе советского народа, идущего наперекор всём трудностям и проискам врагов вперед, к коммунизму. В. АРТЕМЬЕВ. : —@— K. KYHHH. «3A TPH МОРЯ», % Историческая повесть, Детгиз, ® 1947 год, 166 стр. Повесть К. Кунина построена на материале «Хождения за три моря» — записок тверского Kynua Афанасия Никитина, совершившего за тридцать лет до Васко до. Гама путешествие в’ Индию. . Автор’ подробно описывает трудное; сопряженное с риском и опасностями путешествие Афанасия Никитина в Ивдию и обратно. Талантливый, знающий востоковед. К. Кунин искусно оживляет перед нами картины быта и нравов Востока Tord speмени. С болыной любовью нарисована самобыт+ ная, мужественная фигура самого Афанасия. Никитина. р Книга К. Кунина рассчитана на детейсреднего и старшего возрастов, однако она. He только интересна, но. и полезна для. взрослых Г КУЛИКОВ. ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА Гейне писал . однажды: «Право, не знаю, заслуживаю ли я того, чтобы гроб мой украсили когда-нибудь лавровым венком... Но меч вы должны. возложить на мою могилу, ибо я б ыл храбрых атом в войне за обра г opie. oa е человечеПервые произведения Гейне отноея : Ted к 20-м годам прошлого века. Это любов ная лирика — «Юношеские страдания», как озаглавил ев сам поэт. Но замкнутый мир личных переживаний ненадолго приковал К себе Гейне. Баждый новый сборник стихов, тех самых изумительных стихов, комрые составили впоследствии всемирно известную «Внигу песен», — свидетельство того, как расширяется кругозор поэта, как вое смелее и громче звучит ero голое обличителя современного общественного порядка. : Падение наполеоновской империи, разгух националистической реакции в Германий, революции 1830 ий 1848 годов — на все эти исторические события отклигается лира поэта. Гейне путешествует но всей Германии, Италии, Англии, живет большую часть своей жизни во Франции. В его «Путевых картинах», в публицистике, его политической поэзии 30—40-х годов, в «Романцеро» — последнем лирическом сборнике, который был создан Гейне, уже ‘смертёльno больным, прикованным к своей «матрацной могиле», — везде мы слышим го106 Поэта, жившего событиями своего времени, храброго солдата освободительной борьбы человечества. Меч лежит на могиле поэта. В ходе вуемени он He заржавел. И свежо и дерзко звучит в наши дни неумирающаий голос пусателя-бойца, всю свою жизнь обличавшего уродливые общественные отношения окружавшей его действительности. Лучшие, наиболее зрелые политически произведения Гейне создавались под непосредственным влиянием Маркса. Гейне сумел разглядеть в прусской монархии -—— «гнусной смеси современной лжи и средневекового бреда», в этой пародий на средневековье, зарождающиеся черты грядущего фашистского варварства. «Здесь, — писал он о немецких националистах, — при. свете факелов говори лись и делались глупости, достойные вамого тупого средневековья, господствовал ограниченный тевтонизм, много и визгливо говоривший о любви и вере, но любовь воторого была не что`иное, как ненависть & чужеземцам, а Вера состояла только в отсутетвии разума, и который в своем иевежестве не сумел придумать ничего лучWie сожжения Книг. С каким мелочным буквоедством... рассуждали о признаках немецкой национальности! Tae начинаетея германец? Где он оканчивается?.. Каждый, происходящий хотя бы в седьмом колене от француза, еврея и славянина, приговаривался в изгнанию, мог готовиться к смертной казни.» Поэзия Гейне не утратила своей злободневности п политической остроты. Фашисты видели в нем своего смертельного врага. Они ежигали и уничтожали вго книги, ибо сатира. великого поэта биз ла по самым основам гитлеровского реROMS. cos т Творчество Гейне дышит пафосом б6рьбы против: реакдий, национализма, военшины, филистерства. — против пруссачества во всех его проявлениях. Гейне был непримиримым врагом ‘прусской казармен_ Но-полицейской монархии. Силу его ненависти передают яростные строки из поэмы «Германия», обращенные к двуглавому орлу — госуларетвенному знаку пруссачекого монархизма: Е Е Постой же! Когда-нибудь, гнусная тварь, Ты попадешься мне в руки! Я вырву хищные когти твои! И выщиплю перья по штуке, Ran трагедию, Гейне не. факт, что революция, на которую он в03- лагал такие надежды, не решила центрального для Германии вопроса — кет новления национального единства. Но единство Германии, которое хотел бы. видеть Гейне, ничего общего не имело с националистическими планами 0б об’единении под эгидой реакционной Пруссии. В замечательной поэме «Германия» Гейне сатирически разоблачает буржуазный Лозунг 0 том, что центром об‘единения страны может быть «таможенный прусский 60ю3». Генрих Гейне мечтал о единой демократической Германии. И именно потому, что Тейне был подлинным патриотом своей роДины, обрушивал он «... дерзкой силой стихи сатир, колючих, как копье», на провинциальную отсталость, реавционность, тупую тевтономанию, филиестеретво современной ему Германии. т Проницательный взор художника пронИкНУЛ в сущность английского парламентаризма и господства французской финансовой олигархии, увидел в. Соединенных Штатах Америки -— «тюрьму свободы». «Мне показалось, — писал Гейне,-—что весь Лондон —= мост через Березину, где каждый в безумном страхе, чтобы только хоть немножко продлить свою жизнь, пытается пробиться, где лихой наездник тончет бедного пешёхода. где всякий, упавиий наземь, погиб навсегда, где ‘лучший т0вазаконам капиталистической конкуренции. Англии — ‘стране классического. развития капитализма —— Тейне увидел подлинную сущность буржуазной морали, буржуазного парламентаризма, буржуазного политического интриганетва. Поэт не’ сомневается в том, что в парламентсекой борьбе парТий «о принципах нет вовсе и речи» и что для народа йуржуазное правительство по сути мало чем отличается от феохального абсолютизма. = «Народное предетавительство ограничено до последней возможности... Ведь поистине, ни один тиран на континенте He выжал бы, руководясь произволом, столько налогов, сколько приходится платить английскому народу на основании закона, и ни один тиран не был никогда так жесток, каб английские уголовные законы, ежедневно убивающие за дела, не превьшнающие стоимости шиллинга, с холодноетью мертвой буквы». Гейне проникает в самую ‘суть типично британского внешнеполитического курса, заключающегося в том, что. антличанин «..паатит другим народам за то; чтобы они колотили друг друга ради его yyoBOUBCTBHA...9 В стихотворениях. «Золотой о телец». «Юдоль плача», «Номаре» и ряде других oat клеймит культ денег, продажность, разоблачает. ложь буржуазной. благотворительности. Он обличает не только жестокость цивилизованных разбойников-работорговцев, но и ханжество и фальшь буржуазного гуманизма. Работорговен; ‘заставляющий паясать под кнутом закованных рабов, чтобы они не умирали «от меланхолии», работортовец, молящийся; Спаси их жизнь, Исус Христос, За мир отдавший тело! Ведь если двести штук не дойдет, Погибло все моё дело, — 910 символ буржуазной нравственности, ABHAHMOH жаждой наживы. Тейне видел на каждом шагу, как далеки оказались буржуазные отношения от героических иллюзий великих умов ХУШ века —- просветителей, подготовивших французскую буржуазную революцию. «..Умалением всякого величия и радикальным-истреблением героизма мы особенг HO обязаны буржуазии», — писал он, понимая торгашесвую, антигероическую природу буржуазии. И рвался вон из ее круга: Не дай мне задохнуться здесь, Средь этих лавочничьих нор. Именно потому, что Гейне постиг душу’ буржуазного общества, так остра и беепощадна его критика ограниченности, неноследовательности и трусости буржуазного демократизма. В ряде сатирических стихов и публинистических высказываний 30— 40-х годов Гейне обрушивается на «pacплывчатый беснлодный пафос», на «бестолезный пар энтузназма», на декламацию, которой буржуазные демократы подменяют подлинную борьбу. Гейне прекрасно понимал, что буржуазные революции осуществлялиеь руками народа и не приносили ему свободы. Но вера в победу народа не покидала поэта. «...Не за себя с незапамятных времен народ истекал кровью и страдал, не за себя, a 3a других. В июле 1830 года он добился победы для буржуазии... Народ ничего не добилея для сёбя своей победой, кроме coжалений и еше большей нужды. Но будьте уверены: когда опять’ прозвучит набатный колокол, и народ снова возьмется за оружие, то на этот раз он будет бороться за сёбя самого и потребует заслуженного вознаграждения». Гейне любили в России. Его переводили лучшие русские писатели—от Лермонтова до Блока. IL. Писарев ОБЕ что прелесть поэзии Генриха Гейне «заключается в неотразимом обаянии той сильной, богатой, нежной, страстной, знойной, кипучей и пылающей личности, которая смотрит на вас BO все глаза из-за каждой строки...» Но в то же время Писарев справедливо отмечал: : «Чем неотразимее действует поэзия Гейне на умы читателей, тем тиательнее эти читатели должны оберегать себя от уметвевного раболепства перед Гейне, потому что из этого паболенства может развиться вредное ми времени и места. Приступая к разбору этих недостатков и пятен, я непременно должен был напомнить читателю, что критика нё имеет ничего общего с враждою, что без постоянной, строгой и тщательной критики невозможно никакое разумное и плодотворное чтение, и что всякое уметвенное идолопоклонство вредит той самой идее, во имя которой оно производится». Современный советский читатель знает и „любит Гейне, но он ясно представляет о слабые стороны его творчества, ero мировоззрения: Гейне не был пролетареким революционёром. Он порою шел на компромисе с правящими классами, как свидетельствует хотя бы тот факт, что он принимал субендию от правительства Гизо. Мировоззрение Гейне не было до конца последовательным. Поэт, высмеивавший Meщанский страх перед пролетарской революцией, был и сам не свободей от пошлых, обывательских сомнений: не принесет ли победа пролетариата гибель свободной индивидуальности, красоте, покусотву, его стихам, «которые сойдут в могилу вместе 0 всем старым романтическим миром». Гейне не емог постичь сущности марЕсизма: Он все время колебалея между признанием исторической роли пролетариата И страхом перед пролетарской революцией. Указывая на политические — шатания Тейне, Маркс и Энгельс давали Bee же высокую оценку произведениям Гейн®» действенной силе его творчества. х В статье «Быстрое развитие коммунизуа в Германии», перечисляя немецких сопиадистов и коммунистов, Энгельсе пишет: «Ероме того, Генрих Гейне, наиболее выдаюшийся из всех пребывающих в живых терманских поэтов, присоединился к нашим рялам и излал том политической поэзии, заключающий в с60е некоторые сти» хотворения, проповедующие социализм. Он является автором знаменитой «Пески си лезских ткачей», которую я вам даю в переводе...» Энгелье считает эту песню в немецком оригинале «одной из самых CHAbных поэм», какие он знал. Основное оружие, которым сражался Гейне, были смех, прония, сатира. Тейне не строил иллюзий относительно ближайшего будущего своей стравы и поэтому, как справедливо замечал А; В. 1\- начарский, это был бмех, обрамленный очень пирокой траурной каймой. Но Гейне не складывал оружия. Он никогла He con невалея в огромной действенной силе иекусства. «Чуветвительно-коварные песенки» — так охарактеризовал Гейне один из циклов своих стихов. Действительно, в творчестве Гейне неразрывно олились тончайний лиризм, мягкий юмор и злая сатира. Проникновенный лирик, автор «ЁниTH песен», одной из жемчужин мировой поэзии. Гейне вею жизнь ожесточенно 60- ролся против господствовавшего в Heyenкой литературе реакционного романтизма с его проповелью искусства для искусства. Гейне разоблачал подлинное лицо так называемой романтической школы, показы: вал. что культ «голубого пветка»—этого символа избранности художника и чуждого жизни искусства —= служит ди средетвом ‘прикрыть гжубоко реакционную проновель средневековья, национализма, поповщины... ‘ Тейне был представителем принципиаль: но иного романтизма, насыщенного передовым общественным содержанием; проповеryiomerd вмешательство Художника в ЖИЗНЬ; : Так я стоял, ‘в руках ружье сжимая, И если слышал: наглый враг идет, — Я хорошо стрелял, и пуля злая Впивалася в его тугой живот, — писал Гейне в одном из своих последHHX стихотворений, Великий поэт имел право называть. сехрабрым соллатом освободительной КОРОТКО О КНИГАХ . кофьева, А. Твардовского, Я. Коласа, Г. Табидзе и многих других. К сожалению, много ‘интересного из того, что написано о советской Родине, не нашло себе места в книге. Можно было вполне обойтись без слабого, ученического стихозворения Н. Руднева «У крыльца «Золотого дракона», но зато нельзя не пожалеть об отсутствии стихов А. Яшина из. цикла «Дальние походы» или стихов М. Матусовского «Слушая Москву». Не полно представлены и поэты братских республик. Нет в книге таких известных поэтов Туркмении, как Берды Кербабаев и Дурды Халлурды. Не представлены многие. дагестанские поэты, а ведь такие стихи, как «Гордость гор» Анвара Аджиева или «Моя звезда» Аткая, великолепно выражают тему сборника. Среди белоруссов нет прекрасного поэта Аркадия Куле: шова.. Татарская поэзия. ограничена лишь одним стихотворением Ахмеда. Ерикеева в. плохом переводе_Л, Руста; не включены почему-то хорошие стихи А. Кутуя «Утренние думы», посвященные Родине и дружбе народов. : Хочется, чтобы ‘эти и другие упущения были приняты во внимание составителями в дальнейших изданиях этого’ сборника, который вправе стать антологией патриотиче-- ских стихов советских поэтов. Михаил ЛУКОНИН = - СЕРГЕЙ ВАСИЛЬЕВ, «ПРЯМАЯ 2 ДОРОГА»: «Московский рабочий», е 1947 год, 148 стр. Новый сборник Сергея Васильева. «Нря: Мая дорога» включает и стихи; написанные во время войны, и произведения, созданные поэтом после победы советского народа над гитлеровской Германией. Героические дни обороны Москвы. Освобождение Крыма. Советские вонны в Германии. Эти картины вновь возникают в воображении чигателя. Лучшее из послевоенных стихотвоэений Сергея Васильева, представленных в сбормногоязыковой советской поэзии, они опре* деляют самую дорогую для нее тему советского патриотизма. Поэтому они стали названием книги, которая об’единила голоса многих советских поэтов, воспевших на разных языках, каждый по-своему, лю‚ бимое социалистическое отечество. Первый раздел книги посвящен Родине, товарищу Сталину, дружбе наших республик, законному чувству гордости советского человека, светлой идее коммунизма, &Стихи ‘о советском паспорте» `Маяковского, песни В. Лебедева-Кумаза и Михаила Исаковского, могучие строки Джамбула и Павло Тычины, стихи поэтов России, Украины, Белорубсий и Грузии. и. других советеких эеспублик— вее -эти произведения сошлись в сборнике дружной семьей, выражая достоинство и гордасть советских людей. Да, пусть читают и завидуют, потому что быть гражданином СССР, итти под знаменем Ленича—Сталина, имея перед собой великую цель — коммунизм, — небывалая честь дия человека. Идею второго раздела сборника прекрасно выражают страстные слова товарища Жданова; «Нам ли низкопоклонничать перед всей иностранщиной или занимать пассивно-оборонительную позицию!» И в этом разделе первое слово предсставлено ‘зяиеpane нашей поэзии. ‘Заграничные стихи Маяковского, отрывки из его поэм с удивительной силой и остротой раскрывают превосходство советского человека ‘над. духовным убожеством людей капиталистического мира. В сборнике напечатаны стихи Демьяна Бедного, А. Суркова, Н. Тихонова, А, Прообожание тех недостатков и пятен, которые 0я храбрым COIR anawvantt ta ползию. Гейне обетоятельстваборвбы человечества. наложены на поэзию. Гейне, обетоятельстваВНИИ. ’НЕУТОМИМЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬ Приморское краевое издательство выпуea fk стило в текущем году собрание сочинении В. К. Арсеньева. Триднать лет своей жизни отдал В. Арсеньев изучению Дальнего Востока. В первое собрание сочинений знамеНИТого исследователя вошли как его широко известные произведения — «По Уссурийской тайге», «Дерсу Узала», «В горах Сихотэ-Алиня»* и др. ‘так и малоизвестные до сих пор исследования По этнографии, флоре и фауне Дальнего Востока. имеющие большое научно-познавательное значение. А. М. Горький, состоявший с В. Арсеньевым в дружеской переписке, очень ин? тересовался его трудами и высоко ценил их: «Книгу Вашу я читал с великим наслаждением, — писал Горький, — Не товоря о ce научной ценности’ — ‘конечно, несомненной и крупной, — я увлечен и очарован ее ‘изобразительной силой... Гольд написан ‚ В, К. Арсеньев. Собрание сочинений. & Ба „нала нзлательство, 184; р Вами отлично. для меня он более живая! нутые с Дальнего Востока советскими войсками, пытались уговорить его покинуть Россию. «Я — русский. Работал и работаю для своего народа. Незачем мне ехать за границу», — ответил ученый. После освобождения Дальнего Востока от интервентов В. Арсеньев принял горячее участие в восстановлении — народного х0- зяйства края. Как лучший знаток его природных ресурсов, он оказал существенную помощь партийным и советским организа: циям в осуществлении первой пятилетки на Дальнем Востоке. Советские люди чтут память неутомимого исследователя. Одна из улиц. Владивостока переименована в улицу Арсеньева, ero. имя присвоене Приморскому краеведческому музею. Но лучшее свидетельство популаярности замечательного пугезчественника и писателя — неослабевающий интерес к его талантливым произведениям проявляемый советскими читателями, особенно моMODEMS, В ВАГИН фигура, чем «Следойыт», более «художественен». Га Искрение поздравляю Вас... Подумайте, какое прекрасное чтение ‘для молодежи, которая должна знать свою страну». В. Арсеньев, наряду 6 научной деятельностью, вел большую общественную и педагогическую работу, был. профессором Дальневосточного государственного университета. преподавателем Владивостокского учительского инетитута, директором Хабаровского краевого музея. В годы белогвардейского. разгула и иностранной интервенции на Дальнем Востоке В. Арсеньев помогал партизанам. B 1920 году, когда партизанские войска вынуждены были временно оставить Владивосток и отойти в тайгу, В. Арсеньев снаблил их картами и планами районов, в ко торых располагались войска противника. Имя В: Арсеньева к тому времени было уже хорошо известно на Западе. Белогварee Ба 5 ВА дейцы и иностранные интервенты, вышвыр-