оном С Qe Леонид ЛЕОНОВ © ними, с такими девицами! Ho демонские речи 06 ореховом торте обращены в храбрым и простреленным людям, KOTOрым, в сущности, ков-чем обязаны выны э@ира, меныше всех хлебнувшие торя в минувшей кровавой суматохе. Гитлер был хоть и выдающийся етервец, но вруиный мастак в перекусьтвании жирных гоулышек; не очень-то просто было и нам сорвать с груди этого хорька и превратить В падаль. И если бы война произошла bes участия России, — чей портрет — д0стопочтенного президента либо берлинского таулейтера висел бы в зале конгресса или где ему положено висеть?.. Равным образом, искусительный шопот адресован к Нашим женщинам и детям, а это особенные слушатели. Они поровну 6 солдатами делили черный труд войны; их тоже убивали за сопротивление временному победителю; их жгли в походных крематориях оккуцационных армий, и, когда держиить в руке горетву пепла, трудно различить, какая wellлинка принадлежала взрослому советскому богатырю, какая — ребенку. Так что заокеанское благополучие до известной степенй оплачено и нашей детской кровцой. Мы вырвались из кольца нослевоенных бел. Но обнищалая Европа еще не скоро накормит досыта своих ребятишек. У нее нет иной разменной монеты, кроме души, на покупку заокеанского пайка, и вот она платит, платит, платит за сигареты и свиную тушонку кровэточащими кусхами своих так называемых свобод. Во весь рост стоит над Европой многозвездный демон, и европейские дети пугливо смотрят то на его руки с миской чечевичной похлебки, то в ето холодные равнодушные глаза. «Придите ко мне все труждающиеся и обремененные послевоенным горем, я покупаю чохом ванти души!» ... Мне представляется мало привлекательным такое зрелище, когда упитанный, килограмMOB на Je@BAHOCTO, Кровь молоком, ИНостранный коммерсант выменивает на RYCOR торта у итальянских и французских мальченок, — сироток, может быть! — их последнюю надежду на счастье. «Негоже, братпы!» —= сказали бы с презреньем русские мужички про этот адский бизнес! Как говорится, пусть тосполь в смертный час 0блегчит вашу грешную душу, неизвестный заокеанский господин! ногому научилея мир за последний десяток лет. Кого не тронула самая страшная фраза нашего века, жалоба девочки перед расстрелом у харьковского рва-——<«Мамочка, я боюсь», —тех озарила светом социального прозрения трехгодичная бомбежка. Й все: же... Мне вспоминается один мимохолный диалог в Нюрнберге на процессе военных преступников. Вар был переполнен; трое в форме заокеанских армейских юристов попросились к моему столику. Я сказал — да. Оки меня знали по книгам. Заглушаемый_ переливами джазового мунлайта, произошел. такой разговор: — Что вы Чумаете о. процессе? Я ответил: СЕ Фут не Гуго Гроцай нужен, а дерзкий ‘HW доказательный крик большого сердца о TUM, что нельзя, нельзя та к долыне жить — Простите, я не понял, — сказал один, который показалея мне умней и циничнее своих спутников; имя его часто упоминалось в судебных отчетах, —- Я об’яеню. Вы заметили, что изнасилование, например, вовсе не упоминается в этом процессе, как слишком мелкая купюра людекого страданья. Здесь она не принимается в расчет. И вот, вся минувшая людская боль бесследно растворилась в юридических параграфах и фолиантах. Задача наша вовсе не в том, чтобы прилично повесить два десятка стервецов... это слишком дешевая плата за несчитанные миллионы их жертв. — Вы хотите полной пеной... ударом за Удар? — Я хочу предотвращения таких эпизодов в будущем. — Это блаторолно. Как это сделать? Я решил не пугать его прямым ‘ответом: — Вы думали когда-нибудь о комарах? Они размножаются в стоячих водах, сосут кровь, мешают спать, разносят периодическую лихорадку, часто — со смертельным исходом... и вообще необходимость их в мироздании крайне сомнительна. Борьба с ними замедляется из-за отсутствия технологически единого приема... Конечно, можно лоВИТЬ каждого из них и, зажав накрепко в кулаке, отстригать ему голову перочинным ножиком. Способ действительный, потому что комар без головы — это уже совсем ‘другое дело... но мало продуктивный еноcob. Усекновению подвергнутея лишь HaHменее увертливые, и, кроме того, потребуется громадный истребительный персонал. Можно по-другому! — А именно... если He секрет? — Раз навсегда пронефтевать все болота на земле. „Он засмеялся, взглянул мне в самые глаза, покачал пальцем — и вот его буквальный ответ: — 0, нефтевать болота мы не будем. 0, мой собеседник отлично понимал, куда ведут корешки фашизма, который он судил, правда, по всей строгости законов, но—как чисто местное германское явление. Поэтому Нюрнбергекий процесс и не сделался в истории человечества поворотной вехой, какой, по всем причинам, ему надлежало бы стать. Отсюда я должен признать, что ночные речи искусителя нельзя приписывать демонскому недомыелию или удаленности от очага исторических событий: он отлично еознает, зачем он высверливает крохотные дырочки ‘сомнения в простых человеческих душах, чтоб заложить туда патрон с толом. Демон есть тот же чорт, но только со МИНННИИНИИИИВИИАИИНИИНИААИНИИ Люди, о которых говорят My делать’ то, что положено было на троих. Время родит героев. Во втором году первой послевоенной пятилетки в народнохозяйственном плане ‘рабочие и кол`хозники нашли’ мудрые, полные глубокого ‘смысла строки: «Усмех выполнения и перевыполнения . государственных планов решают люди; план должен ориентироваться на передовых рабочих, инженеров и техников, показывающих огромные возможности в деле достижения прогрессивных норм использования машин н механизмов и, таким образом, оббепечивающих перевыполнение государственных планов». И в цехах заводов и фабрик в ответ на требования государственного плана родились смелые планы рядовых людей, передовиков В труде, показывавыих товарищам по профессии: вот резервы, вот новые возможности, вот они лежат перед нами, возьмем ‘их и поставим на службу государству: Василий. Матросов, Андрей Якушин, Александр Иванов, Николай Российский, Дмитрий Мазалов, Анна Кузнецова--герой 1947 года войдут в историю, как’ люди, раздувшие в этом году с новой силой Beликий ‘костер cTaxavoBckoro движения. Герои наших дней, высоко поднявшие звание стахановца, унаследовали замечательные традиции пионеров великого и непреодолимого ‹ движения ‘современности и ушли далеко вперед не только в производительности своего труда, но и в организации высокопроизводительной работы целых коллективов. И именно этой коллективной стахановской работой славен 1947 год. и / Годом высоких скоростей был уходящий год. Скоростные’ плавки прославили Михаила Кучерина и Ивана Невчаса — сталеваров Донбасса и Приднепровья; скорость монтажа, открытая запорожским бригадиром Иваном Румянцевым, породила тысячи последователей; скорость проходки, применениая Иваном Проничкиным и Нигмаджан Минзариповым, обогатила Родину тысячами тонн доагоценной руды; скорость в труде Николая Лукичева и Герасима Запорожца помогла извлечь на поверхность больше «хлеба промышленности» — увля; скорость в работе Марии Волковой и Марии Шаровой одела в новые платья десятки тысяч людей Это была умная, продуманная скорость, та, которая создала все основания для ‘того, чтобы провозгласить осенью нынешнего года лозунг, сокрашающий сроки пятилетки на одну пятую и убыстряющий шаги времени. «Широта размаха и содержание соревнования определяют теперь достигнутый здесь или там уровень коммунистического отношения к труду срели советских людей» (В. М. Молотов). Миллионы рабочих взяли на себя личные обязательства досрочного выполнения ‘годовых планов и планов пятилетки. Уже к 7 ноября один миллион двести тысяч мелодых рабочих промышленности и транспорта выполнили свой годовые нормы, 148 тысяч юношей и девушек выполнили двухлетние нормы, 20 тысяч— четырехлетние и 1500 — нятилетние нормы выработки. В счет планов третьего и четвертого года пятилетки уже сегодня дают продукцию в Москве и Ленинграде, Магнитогорске и.Ваку; Уфе и Караганде, Тбилиси и Калининграде. Сегодня в полночь друзья поздравят этих людей с настунающим 1948 годом, а эти люди живут. уже в 1950-м и переступают грации» 1951-го — живут, не старея, а молодея в великих свершениях! Уходящий год был годом их подвига в труде и годом их 9 сти, годом их доблести и годом их славы. Рядом с учеными — академиками Павловым и Мусхелишвили, профессорами Дуниным и Френкелем, рядом с художниками слова Эльмаром Грином и Симоном Чиковани, рядом с композиторами Шебалиным и Прокофьевым в уходящем 1947 году ‘стояли в списке лауреатов Сталинских премий Герасим Заповожец и Василий Матросов, Нигмаджан Минзарипов и Иван Проничкин, Мария Волкова и Анна Кантаева, чей труд — тоже творчество. _ . Это творчество в труде является примером не только для советских людей, но И ДЛЯ Народов, сбросивших с себя оковы. На рубеже третьего года послевоенной пятилетки средним образованием, а профессия чертей всегда состояла В улэвлении IMOCTORVIT ных... Но как на протяжении веков помельч чала и выродилась нечистая сила! Теперь это уже пе тот большой и гордый Сатана, который две тысячи лет назад предлагал пророку прыгнуть © горы и ценой отказа от человеческой природы приобрести поддержку ангелов. 910 не байроновский Люцифер, через змеиное сострадание вливавший в Каина философическое сомнение. Это He ree тавский Мефистофель, покупавший душу немелткого доктора на звонкую, ИМмеюЩУЮ пореёместное хождение, валюту женской uote. Это не флоберововий Дьявол, иску партий Антония зрелищем вапрасности времен и пестрых еретических извержений. Это не гоголевекий, всегда попадающий впросак, уютный чорт, тотовый на собетвенной спине свозить Вакулу за черевичками в пышный императорский Петербург. Эм даже не помянутый Демин с его олеотравическими обольшениями в стиле ХТХ вена, вроде чертогов из янтаря и бирюзы... Ваоквансклй бес прозаичней и плоше. В котолке соблазнов у него фунт сливочного масла ла тюбик зубной пасты: восьминллиндровых паккардов он He обещает, поскольку и сам ездит к себе в ночлежку из автобусе. Это есть скушный бес, приказчик у набольших, богатых, но также невыразиMo скушных бесов. Ему и врать-то скушно, потому что он знает, что именно советскому человеку, хотя бы ценой san тельного труда, Bee равно принадлежит будущее со веёми его чудесами, И как всякое существо, лишенное юмора, вамо становится мишенью для смеха, так и бес этот вызывает ироническую улыбву у взыскательного советского слушателя. В особенности улыбались мы недавно при радиорассказе о трайлере, небольлтом, обиедоступном особняке на колесах. Приценляемая к автомашине при передвижении по дорогам страны в поисках заработка, коробка эта, по утверждению диктора, необыкновенно удобна и полезна для здоровья. И якобы такую жизнь в особенности обожают 3aокванцы... Впрочем, в передаче не было указано, распространено ли такое обожание й в средхе крупных биржевиков, финансовых воротил, владельцев торгово-промышиленных предприятий, любят ли и они такую «независимую, кочевую жизнь» на колесах, или же предпочитают более стабильное существование со всеми удобствами, скажем, на Бродвее... или где они там живут, заправляющие боссы? Их там, оказывается, больше двухсот тысяч, горемычных скитальцев, ‘расееленных федеральным правительством по таким бродячим фургонам за недостатком жилплошали. -Ваводной говорящий манекен, под названием миссис Бапкек, приблизительно так бписттвает прелести жизни. в постоянном” ‚ ДВИЖеБИИ: — Войдите, не уптибите головы. Вак ви: дите; это целая квартира из трех ROMEAT. Злесь течет вода, необходимая для мытья посуды ип других домапних надобностей, Этот портрет мистера Ванленберга— не прэстой портрет, он раскладывается, и тогда получается по усмотрению-——карамбольный биллиард, кушетка или стиральная Locka. Мы так рады иметь этот домик на старости чет... — Скажите, миссис Рапкек, вати супруг енит на крыше для здоровья или же на этой склелной лестнипе? — спрашивает такой же заводной посетитель, опасаясь залать вслух прямой вопрос — как эти честные, век проработавшие, пожилые люди дошли до жизни такой. — 0, нет. Я помешаю моего Тэдди под кроватью, рядом с газовой плитой. Таким образом не пропадает тепло в зимнее время и постоянно охраняется наше фамильнов серебро. Правда, для этой цели мужу приходится всю ночь вертикально держать ноги, но я ставлю на них ночник и читаю ему за это радиопередачи о прелестях жизни в трайлере. 1 ; — 0, это очень мило. Скажите, мистер Banker также обожает это перпетуум-мобильное существование? — Разумеется! Мы, заокеанцы, славимся своею склонностью к необычным удовольствиям, Это очень освежает. С наетуллением холодов мы отправляемся на юг, 8 летом, как пташки, снова возвращаемся Ha север. Кроме того, при таком беспрерывном мотании жизнь обходится дешевле: не надо платить за квартиру и нет заботы 0 зимней одежде... „.Всть еще один вид человеческого coстояния, джентльмены, в котором не прлходится заботиться также и о летней охежде и даже-—0 еде. Это состояние покойника. Надо думать, в ближайшее время демон угостит европейских слушателей обетоятельным радиоинтервью с таким замогильным счастливцем, — это будет выглядеть так. «— Войдите в мой уголок, — приветливо сказал нам покойник, распахивая Heсколько узкую дверь в свою уютную, такую компактную квартирку.— Здесь у меня очень хорошо, как на курорте. Исключительная тишина и, заметьте, полное отсут: ствие сквозняков. Вот здесь у меня помещаются ноги, а это мое изголовье. Собетвенный живот служит мне письменным столом, Потолок, правда, низковат, но я не курю... — Скажите, мистер Бапкек, вам не скучно находиться здесь в самый разгар послевоенного просперити? — 0, нет. Я по опыту знаю, чем обычяо кончаются такие просперити. Это и было причиной, почему мы с женой решили покинуть сутолоку больших тородов. У нзе такая же квартирка рядом. Постучите: в стенку, если хотите поговорить: е нею лично. Хелло, Мери, ты не спишь? Тут зашел олин демон, ему нужны кое-какие сведения для европейской передачи... 0-кей». Всякая дружественная беседа преднолзгает взаимный обмен суждениями. В ответ на ночные выступления демона я вместе с новогодним радиоприветом высказываю cRoe. В русской литературе есть сочинение, rye некто, именующий себя сыном эфира, каждую ночь уговаривает одну пригожую девипу на всякие такие дела и, между прочим, — отдать ему душу. Взамен он преддатает ей всякие несбыточные, даже опасные предприятия, вроде экекуреии в надзвезлные края, спуска на морское дно и, наконеп, —— стать изрицей мира. Впрочем, прижатый в стенке, он и сам признает все это лишь приманками ада. Происшествие кончается ликованием светлых сил и конфузом соблазпителя... но не в этом суть. С недавних пор, в поисках доверчивых девиц, в наш эфир также стал залетать ночной деятель, видимо, дальний родетвенник того самого, чъи приметы” идеологически правильно. описал Михаил Юрьевич. Этот также пытается ‘тубить надежду, едва надежда расцветет; этого также не очень любят и клянут все живущие честным трудом своих собственных рук. Из опасения, что его заподозрят в подкупности, этот эфиров сын чаще, чем это требуется для дела, называет себя не обыкновенным, а вольным сынем эфира... Дело в том, что за неотложными коммерческими заботами у микрофона действует не сам он, & нанятые товоруны из бывших русских, и, судя но их старательным, ласково-ползучим голосам, люди эти очень опасаютея, что их Heмедленно уличат во лжи в рассуждении их пресловутой «вольности». Жанр этот надо определить, как нашечтыванье или навеванье сладких снов; пишутея они довольно суконным языком, хотя и трудно требовать тургеневских красот 07 организма, который сам, без принужде‘ния, придумал себе неевдоним Георгия Георгиевича Ответова. Собеседования эти с0стоa? из перечисления житейских благ, коими пользуются граждане по ту сторону океана нев пример жителям послевоенной Европы. (Сюжет всегль незамыеловат, но разнообразен. В этом радиоматазине найдется и описаняе государственного устройства, при котором каждый, в зависимости от оклонности, может стать чем утодно,—от сенатора до мертвеца, Здесь же восхваляется полицейская атлетическая лига, наблюдающая за тем, чтобы беспризорные детишки не попадали под трамвай или в об’ятия порока; у незакаленных лип проступают слезы благодарности при созерцании этих заокеанских яслей, где рослые дяди с метровой ре`зиноРой дубиной няньчат на коленях улыбеющихея крошек. В заключение можно токже полюбоваться на поучительную карTHHKY, как мекая типическая миссис Браун, обычная агитационная болванка эфировых сынов, покупает себе еду. ‘Her, она не просто говорит, как в обнищалых городах Европы, — «отпустите мне сто грамм сливочного масла, скажем, для больного ребенка». Нот, процедура покувки, в которой наравне с обходительноетью работников прилавка иллюстрируется и сытноеть заокеанского бытия, происходит при`бтизительно так: т — Прекрасная погода, миссис Браун. Вы как будто похудели со вчерантнего дни. Что вы хотели бы получить сегодня? — Сегодня я желала бы приобрести у вас Иять кило масла, четырех тетерок, три PousBRE сыр, два окорока и, Чуть не 3абыца, один двухэтажный ореховый торг для моей дочки. „Впрочем, чтобы неё тратить времени, „Дайте мне вое, что имеется в вашем прейс-куранте... только в двойном котичестве. Погода хорошая, но барометр кло‚нитея к дождю. — Я надеюсь, что ветер снова разтонит к вечеру духоту. Вы захватили с собой тетежкх. чтобы погрузить вее эти. продукты, миссис Браун? Часом позже я смог бы отправить их вам в грузовике с приценом. — Вы очень добры, мистер Блек, но не беспокойтесь. Я приехала к вам в автом”- биле новой марки, с особой эластичной подвеской кузова. Ветряхиванье сливок и связанная е этим порча их совершенно исклюцены в этой машине. Ее подарил моему муHY, углекопу, ко дню рожденья его хозяии. Q,.3T0 такой гуманиет, такой гуманиет, прямо сил нет. Он собиралея подарить це‘ых три——пля раутов, загородных прогулок и поездок на биржу труда, но Тэдли отказалея, чтобы не разорять добряка... До скорого свиданья, мистер Блек! — До завтра, миссис Браун! Затем следуют убедительные урчащие эффекты, документирующие не то звук от’- езтатощей пятитонки, не то дружное пищеварение в семействе миссис Браун. На дессерт выдается дежурная порция джазового мунлайта. Весь прием рассчитан на податливых девиц блудливой категории, — за дальностью расстояния в аду плохо осведомлены о нравах людей в советской стране. Это и заставило эфировых сынов обратиться за подробной информацией к некоему русскому мальчику Алеше, внимание — в косоворотке! Будучи приглашен на рождественский праздник в заокеанской столиле, он детским голоском поведал ужасающие. вещи о немецком нашествии, от которых кровь надолго застыла в жилах У заокеанских дампатронесе. Рассказ был о том, как однажды фашисты хотели купить у Алеши его елочку и, когда он отказал, они отняли ее силой. Разумеется, такой поступок германекого фашизма достоин всяческого порицания, но, думается нам, что Алешина информация явно недостаточна. Умней было бы поручить толковому корреспонденту добиться интервью с грудами детского пепла у. больших печей Майданека и Бабьего Яра. Правда, такой собвеедник суров и неразговорчив, зато «сит tacent, clamanty *, a compoBoдительные фотографии сыграли бы свою познавательную роль в освещении нынешних советских настроений. Я не еклонен оберегать невинность девиц, готовых за пару найлоновых. чулок прила`скать хоть мыеленно, хоть в подворотие пожилого и зажиточного госполина. Бог с + ат. «оамым молчзевном своим ови KPH чал?. (Ред.). Прожженный гитлеровец Боненбергер — KpyUHL военный преступник — был привлёчен в Австрии ксуду за неоднократную выдачу антифашистов гестаповцам и другие совершенные им злодеяния. Прошло очнь немного времени, и немец Боненберге} очутился не за тюремной решегкой, ав одНом из фешенебельных швейцарских отеле как «представитель Австрии». мы вспоминаем слова товарища Сталина, произнесенные в начале’ третьего года первой пятилетки: «Мы должны двигаться вперед так, чтобы рабочий класс всего мира, глядя’ на нае, мог сказать: ‘вот он, мой передовой отряд, вот она, моя ударная бригада, вот. она, моя рабочая власть, вот OHO, мое отечество»... › Слово стахановец произносится ныне на всех языках мира, Когда партизанские. командиры Югославии хотели поблагодарить особо отличившегося бойца, они говорили ему: «Друже, ты сражаешься, как красноармеец», Когда сейчас, В дни возрождения Югославии, ее жители хотят поблагодарить отличившегося труженика, ему говорят: «Друже, ты. работаешь, как советский стахановец». Тысячи шахтеров Болгарин следили в. этом году за работой своего гостя — рус‘ского горняка Леонтия Борискина и пере‘`няли его приемы высокопроизводительного ‘труда. No методу сталинградского каменшика Кузьмы Белозерцева работают сегодня строитель Франьо Турчич из Загреба и Киро Иовановский из Скопля, Иосип Милованович из Крушевца, Милан Шкрбич из Белграда, Милентий Стаменкович из: Ниша и многие другие, — югославские каменщики перенимают опыт своего советского собрата по профессии, и правительство Народной республики Хорватии награждает Франьо Турчича— первого последователя советских русских стахановцев — 50 THсячами динаров. Недавно Кузьма Белозерцев получил письмо с благодарностью от имени ста тысяч каменщиков Югославии. Советская ткачиха Наталья Дубяга недавно ездила в Польшу. Ее просили показать, как спорится работа под руками советских людей: она продемонстрировала новые методы мнотостаночного обслуживания, и сегодня Y Натальи Дубяга есть уже последователи и в Польше. Так знаменитые люди наших дней оказывают свое воздействие на зарубежных друзей и братьев. О знаменитых советских стахановнах говорят, их примеру следуют. . : Я вспоминаю августовский вечер первого послевоенного года. Шел прием в честь делегации итальянских профсоюзов. Среди гостей был Алексей Стаханов. Лжузение ди Витторио, глава делегации, узнал Стахавнова по портретам. ИМ он попросил сопровожлавших его переводчиков немедленно представить итальянских профсоюзных деятелей Стаханову. —- Miu много слышали о вас.” говорил ди Витторио Стаханову, ‘и это не было простой любезностью. — Я могу смело’ сказать, что‘в Италии среди членов профессиональных союзов. нет людей, которые не знали бы ‘вас. Завязалась беседа ‘Стаханова с гостями, разговор, за которым мы, присутствующие, слелили с интересом. И в разгаре этой беседы подошел канадский корреспондент, который сказал на чистом русском языке: — Мистер Стаханов, насколько мне известно. вам в свое время удалось показать, чтоолин человек может работать за шестерых.. Не поможете ли вы моей стране решить другую задачу, не посоветуете ли, как научить шестерых ‘работать 3a одного? Стаханов развел руками и улыбнулся... Возвращаясь с. пресс-конференции, он говорил мне, что этот вопросе корреспондента, словно молнией, озарьл неразрывную связь стахановского движения с советским строем. Человек может с охотой добровольво работать за двоих и троих в стране свободного труда, ибо’ все богатства, общества, созданные рабочими H крестьянами, делаются достоянием народных масс, и личный интересе каждого работающего связан`с интересом всего: народа, с ростом богатства и силы страны. И’ вот 1очему с такой любовью взирают на наших стахавовцев труженики стран новой демократии, ‘вот почему перенимают они их опыт. Слова Маркса применимы к люASM, понявшим труд как творчество, и к тем, кто учится у.них: «... человеческое братство в их устах не фраза, а истина, ис загрубелых от труда лиц. глядит на нас вся красота‘ человечества». И пусть эта красота человечества вдохновит В Новом году ‘ноэта и ваятеля, художника слова и мастера кисти! А ЛИТВАК. Журналисты буржуазного мира время бт времени описывают «людей, о которых говорят». «Люди, о которых говорят»—это обычно чемпионы непрерывного стодвадцатичасового ‘танца, герои невероятных пари, экстраординарные воры и хапуги, исступленные маньяки, которые в течение десяти суток подряд вертят ногами педали велосипеда, пока у велосипеда не сотрутся шины, Иногда это лихие, автомобилисты, которым надоело путешествовать нормальным порядком, поскольку в этом нет ничего оригинального, иони избирают. необычвый способ передвижения на автомобиле: путешествие из одного штата в другой задом наперед, О таких «героях» уходящего года булут, несомненно, говорить за океаном и сегодня наряду с другими «героями», которые проявили себя на фоне «мирного строительства» капиталистических стран и «прославились» в Греции и Индонезии, во Франции и в Бизонии, на Уолл-стрите и в Сити. «Кого буржуазия считала и считает великими? — спрашивал когда-то Горький. — Генерала, который ‘умел истребить наибольшее количество солдат и разрушить наибольшее количество хозяйств, банкира, способного собрать в своих руках наибольшее количество денежных знаков, фабриканта, купца, Креза и подобных им оргавизаторов производства орудий производства истребления людей, вероучителя, способного талантливо затемнять разум... Наш герой — «простой» человек, который в тяжелых условиях неутомимо и мужественно строит свое, рабочее государство равных— строит, разрушая все козни врагов, преодолевая все препятствия». Наш герой—человек труда, чья умная будничная работа является непрерывным творчеством, Самые. популярные люди в стране-—стахановцы. Мы помним встречу пионеров этого движения, собравшихся по притлашению правительства в Кремле, встречу в большом и светлом зале. Широко раскрыв об’ятия, словно стремясь прижать к больтому и горячему сердну все три тысячи человек, которые собрались здесь, —говорил втот день © трибуны Серго Орджоникидзе: — Капиталистический мир не может дать рабочего Стаханова! М если бы там нашелся стахановец, он был бы самым непопулярным человеком среди всей массы рабочих, ибо такой повышенный рост производительности труда привел бы к тому, что по крайней мере одна треть, а, может быть, половина рабочих была бы раесчитана й увеличилась бы безработица... Ау нас стахановцы — самые популярные люди среди рабочих, и, лавая такую производительность труда, они становятся первыми люльми в Советском Союзе. Аплодисменты прервали оратора. Серго переждал минуту и продолжал: — Вчера здесь, когда один ‘из выступавших товаришей заявил: «Да здравствует первый стахановец-—товарищ Сталин!», весь зал поднялся на ноги. Видите, оказывается, не Стаханов — сталинен, а Сталин — ‘стахановен. Вот на какую высоту рабочие поднимают звание стахановца. Где, в какой стране это еще может быть? Нигде! Это может быть только там, где труд становится делом чести, делом славы, делом доблести и геройства, как говорил товарищ Сталин: С высот прожитого года мы видим, как в эти двенадцать месяцев честь и слава сопутствовали доблести и геройству простых людей, которые становятся первыми людьми в стране. Кто знал в прошлом году в это время Васнлия Матросова и Ивана Брелько, Николая Российского и Александра Иванова, Анну Кузнецову и Андрея Якушина? Ктб, кроме близких им людей, кроме товарищей по работе? А сегодня эти имена произносятся с уважением и в Haшей стране и друзьями за рубежом. Люди орлиных взлетов и грандиозных планов, творцы чудесных превращений — советские люди умеют на каждом этапе выделять из своей среды скромных, мужественных и честных зазинателей. Для первых нятилеток это были Стаханов и Бусыrun, Виноградовы и Кривонос, для грозных лет войны — Барышникова и Босый, Спехов и Шалаев, люди, уплотнявшие время, нахолившие новый и новые возможности одноВиссарион САЯНОВ MECHA Свол небес чистым золотом вышит... Замечательна эта зима... Если песню о ней не напишут, Знаю, песня родится сама. Где-нибудь на просторе далеком, На полярной зимовке, она К синеве незавешанных окон Из высокого рвется окна. Перед ней — берега океана... Только—что ее крыльев быстрей? И летит она вдаль, чтоб нежданно Приютиться в тетрадке твоей. С нею день несказанно огромен» Где мелькнет она-—станет светло, Над немеркнущим пламенем домен 2 синеве зазвенело крыло, Что же, гостья заветная, здравствуй, В нашем праздничном доме живи, Мы зовем тебя попросту счастьем — Й своей не скрываем любви. ..Й поет она в лунном сиянье, И звенит, и торопится жить В том, еще неизвестном, деянье, Что тебе суждено совершить. экземпляров КЕИТ В предстоящем году государственное изЗдательство художественной литературы выпустит значительно больше книг, чем в истекшем: По плану 1947 года должно было выйти 292 названия книг тиражом 13,5 миллиона экземпляров. Как известно, Гослитиздат перевыполнил свой план. В 1948 году издательство выпустит 269 названий книг тиражом 15,5 миллиона экземпляров, т. е. на 2 миллиона больше, чем по плану прошлого года. Расширен раздел славянской литературы, содержащий 16 названий книг болгарских, сербских, чешских, словенских, хорватских и польских классиков и современных писателей. В плане 1948 года — 61 том собраний сочинений русских и иностранных классиков, 12 изданий собраний сочинений в предстоящем году будет закончено, три — вновь начато. Издательство приступает к массовому выпуску «Библиотеки русского романа» тиражом в 200—300 тысяч экземпляров каэкдая книга. ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА 9 — № 68 Встречая грядущий год.... нужен людям только тогда, когда он HM поистине современен. До Октябрьской революции люди, приходившие в театр, именовались «публикой», после революции — зрителями. И все чаше и чаще мы произносим теперь торжественное слово: народ. В зависимости от того, перед кем играют артисты — перед «публикой», перед зрителями, перед народом, видоизменяется самая сушность. театра, и новый, более высокий смысл приобретает профессия драматического актера, Советская Армия. героически отстояла от фашистов родные границы, Советские Художники обязаны нерушимо хранить границы наших идей. Искусству поручен идейный фронт. Явилась необходимость в современном вооружении советского художника. Оружие его — мировоззрение. Мировоззрение дает артисту силу искреннего, проникающего к людям голоса актера — человека и гражданина. Но если актер, хотя бы и вполне изкренне заинтересованный судьбой своего. героя, плачущий над его бедами и радуюлцийся его удачам, замкнется в узком кругу одной жизни и забудет о зрителях — многоликом своем собеседнике, то зрительный зал выключит внимание к снене, не захочет слушать чужой ему разговор, Для того, чтобы о чем-либо связно и правдиво говорить, надо овладеть темой, надо всесторонне знать’ правду о жизни. Нравду о том, что есть у нас, чего мы должны добиваться и достигнуть. ` `В одном из своих писем великая русская ‘артистка Комиссаржевская говорила, что сценический образ надо увидеть с звезды. Артисту как бы следует” взобраться на самую высокую звезду и оттуда глянуть на роль. Со звезды можно увидеть образ в целом, рассмотреть все повороты, все извилины жизненного движения, все дороги судьбы, от столбовой до самой незаметной, узенькой тропинки. Комиссаржевская нам близка ее страстным тяготением к людям. И мы, актеры наших дней, стремимся к близости со зрителями, но выше далеких звезд мы ценим вашу землю. М землю Родины хотим знать с земли же, прильнуть к ней всем своим бьющимея сердцем и творчески обостренным слухом. ... В 12 часов ночи во всей стране, во всех ее республиках, в городах и селах, во всех домах подымут бокалы разные люди, люли разных национальностей, разных возрастов: разных профессий, но об’единенные высоким званием граждан Союза Советских Социалистических Республик. Встречая грядуший год, они прикоснутся горячими губами к холодному стеклу бокалов не только с трепетными надеждами, © мечтой о счастье, но и с той мужественной отвагой, с какой советские люли всегда честно и смело идут в будущее, Серафима БИРМАН, народная артистка РСФСР 31 декабря кремлевские куранты пробъют полночь, и где-то на пороге времени повстречаются и сейчас же разминутся годы: старый и новорожденный, тысяча девятьсот сорок седьмой и тысяча девятьсот сорок восьмой. Особая душевная настроенность. возникает в человеке в последние дни уходящего года. Будто на две составные части расшепляется настоящее: на прошлое и будущее. Оглядываешься на прошлое и вглядываешься в будущее, и в душе дружно уживаются итоги и предчувствия. 1947 год уйдет с листков календарей, но он не «канет в Лету»: год, когда так интенсивно, так остро ставились и обсуждались вопросы мира всего мира, надолго запомнится и живо отразится в будущем. Мы не забудем сорок седьмой год и потому, что в этот год мыс всенародно праздновали восьмисотлетие Москвы и тридцатилетие Октября. История живая, действенная, касалась нас наяву. Величавость древнего города Москвы и могучая сила Советского Союза дают уверенное и радостное ощущение OFромного значения социалистической РоДИНЫ, На 1948 год возложены не только наши надежды. В нас живет уверенность: в этот год трудом и волей советских людей будут приведены в исполнение грандиозные государственные планы. Творчество — не только вдохновение, не только грезы, но и упорный, преданный и целеустремленный труд. ; Замечательное чувство собственной доли участия в общей жизни страны озаряет наши рабочие дни. За тридцать лет существования первого в истории социалистического государства мы научились ощущать ‘всей мыслью, всем чувством, всей кровью слова: «мы» ий «наme». . Огромная задача стоит перед советскими художниками всех видов искусства, Если вся жизнь страны = творчество, то каким жеё должно быть ее искусство! Действительность и искусство — два никогда не разлучающихся путника по дорогам времени. Их нельзя назвать спутниками, потому чго спутники проходят вместе лишь часть пути, и когда-нибудь у развилки дороги каждый из’них пойдет в свою сторону, «к себе». Были старинные времена, когда искусство отрывалось от действительной жизни, уговаривая себя, что «тьмы низких истин нам лороже нас возвышающий обман». Эти времена прошли. Искусству сейчас нало приложить все силы, чтобы стать в строй сознлающей жизни. В особенности искусство театра должно встать вровень с действительностью и звать ее вперед. ‚ Произведения литературы, музыки, живописи живут и в булущем. Театральный спектакль живет только сеголня. Актер-- живая летопись дней: OH История одного преврашения Педавно в австрийской печати были опубликованы подробности этого чудесного превращения. Сначала бывший \ прокурор венского областного суда Пасторович. яолучив солидную взятку, прекратил ‘дело Боненбергера и выпустил его на свободу. Затем австрийские ‘реакционеры снабдили Боненбергера почётным дипломом (1) участника движения Сопротивления; что касается паспорта, то его Боненбергер приобрел всего за шесть франков у главы заль ального правительства супруге его было преподнесено жемчужное ожерелье, Наконен. австрийский Министр торговли Гейнль завершил чудесное превращение, снабдив новоявленного австрийского гражданина пропуском на выезд тысяч швейцарских пбургского провинииГохлейтнера, причем СТР ЗОВИ ЕСН. КРТ в Швейцарию, где он и представляет «ин. тересы Австэии».