20 февраля 1949 г.. №5 (97) РА и ЖИЗНЬ киню «Академик В сентябре 1949 года исполняется 100 лет со дня рождения великого русского ученого и гражданина Ивана Петровича Павлова. Вся жизнь этого большого человека, вся кипучая и неутомимая его творческая энергия. была полностью отдана служению передовой. науке, служению Родине. Его гениальное материалистическое учение о высшей нервной деятельности, изгнавшее идеализм ‘и рёлигию из их последнего убежища-—учения 6 психической деятельности, —- обессмертило его имя и поставило его в ряд передовых представителей русской и мировой науки. Павлов близок и’ дорог нашему ‘народу и всему прогрессивному человечеству. Вот поз чему с большой радостью и благодарностью будет встречен замечательный художественный фильм «Академик Иван Павлов», посвященный знаменательной дате-— столетию co дня рождения Ивана Петровича Павлова. Фильм «Академик Иван Павлов» (сценарий М. Папавы, постановка Г. Рошаля, киностудия «Ленфильм»). является большой творческой победой нашей. советской кинематографии. Он правдиво и искренно раскрывает перед зрителем многогранный образ и творческое горение великого ученого, человека и гражданина, : в Высокая идейность и целеустремленность, пронизывающие и об’единяющие в единое целое все правдиво представленные. в фильме эпизоды из жизни и творчества И, П..Павлова — великого. советского ученого и патриота, — делают фильм мощным ‘фактором патриотического воспитания людей. Фильм открывается яркой, солнечной па». норамой Рязани, родины Ивана Петровича. Молодой Павлов, окончивший медицинский факультет в Петербурге, прогуливается.е братом Дмитрием, которому он открывает са‚мые сокровенные. свои мысли, ‹ программу всей предстоящей своей жизни. «Жизнь-то ведь одна, и прожить ее нужно по-настоящему, по-человечески», — это как бы пролог. всего фильма, кадр за кадром. талантливо повествующего о «настоящей человеческой» жизни Ивана Петровича, _ Уже в начальных кадрах правдиво даны как основные черты материалистического умонастроения И. П. Павлова, формировавшиеся под идейным влиянием Чернышевского, Добролюбова, Писарёва, Сеченова, так и основные черты характера его — преданность науке до самозабвения, настойчивость в’ достижении благородной цели, точность, ‘аккуратность до педантичности. На новогодней студенческой вечеринке Дмитрий говорит, что его брат Иван чсомневается в наличии такого органа», как душа. Позднее, когда Ha« зревает идейный конфликт между Званцевым и Павловым, последний со всей свойственной ему страстностью выступает против метафизических утверждений своего противника, ‹ „В этих высказываниях — весь материалистический склад мышления И. П. Павлова, его мировоззрение, которое помогает ему через все препятствия вступить на ‘путь создания истинной науки о ‘работе мозга, В первый период своей научной деятельности. Павлов работает в области пищеварения. Фильм рельефно показывает преданность Павлова науке, его настойчивость и волю в достижении цели. Долгое время Павлову не удается операция «маленького ‘желудочка». «Четвертый час операции», — гово= рит Званцев. «Ну и двадцать четыре часа будем оперировать! Подготовьте новую ‘собаку», — отвечает Павлов. Трогательны сцены, где жена — Серафима. Васильевна возвращает Павлову его жалованье, на которое он мог бы купить собак для опытов, ‘и еще, гле она, узнав об удавшейся операции, признаетзать, о здравии собаки». Талантливая повесть моло ского общества врачей, на котором И. П. Павлов демонстрирует опыты, подтверждающие взаимную борьбу процессов возбуждения и торможения в коре головного мозга. Вместе с тем очень правильно. отражено тогдашнее отрицательное отношение реакционных кругов медицинской общественности к Павлову и его работам и, наоборот, восторженное признание и любовь к великому ученому со стороны студенческой молодежи. Убедительно. раскрыт в фильме важный момент в исследовательской работе Павлова, когда во время наводнения в Петрограде у собак пропадают рефлексы. После их восстановления Павлов искусственно воспроизводит наводнение, и факты исчезновения рефлексов повторяются. Рождается новый раздел павловского учения — экспериментальные неврозы, открывший безграничные просторы для истинно научного анализа и лечения нервно-психических расстройств, Павлов дает на основании большого фактического материала глубоко. научное. обоснование сна как явления внутреннего торможения. Сон начинает использоваться Павловым в качестве терапевтического средства для лечения психических расстройств. Трогательна сцена встречи Павлова © больными, которые благодарят.его за то, что он вернул им здоровье. Иван Цетрович никогда не забывал благородной идеи союза физиологии с медициной, я : Учение И. П. Павлова о высшей нервной деятельности с большой убедительностью показало единство и целостность живого орга* пизма и открыло синтетический подход к изучению организма. В 1934 г’ в письме Ленинградскому обществу физиологов Павлов-писал: «Да, я рад, что вместе с Иваном Михайловичем и полком моих дорогих с0- трудников ‘мы приобрели. для могучей власти физиологического исследования вместо половинчатого весь нераздельно животный. организм. И это—целиком наша русская неоспоримая заслуга в мировой науке, в общей человеческой. мысли». . : Иван Петрович страстно отстаивал честь ‘и достоинство русской науки. Фильм ‘очень удачно изображает картину посвящения в Кембридже И. П. Павлова в почетные академики Английской академии. Местные иностранные ученые сдержанно встречают великого русского ученого, Ученый Шеррингтон (в фильме Боингтон) говорит Павлову, что в Англии условные рефлексы не будут иметь успеха, так как они базируются на материализме. Павлов горячо реагирует: «..именно, совершенно точно изволили заметить, так оно и есть—материализм», : Я Павлов в Америке на конгрессе. С кафедры Павлов говорит публике: «Безусловный рефлекс есть ответ организма на раздражения среды, осуществляемый нервной системой, условный рефлекс, если, конечно, условия жизни сохраняются те же. Эта прекрасная возможность передавать потомству новые приобретенные качества уничтожает предетавление о косной наследственности. Наследственность обогащается, делается подвижной..» Мысли, высказываемые Павловым, полностью совпадают с идеями передовой материалистической биологии. : На Павлова обрушивается шквал насмешек и возражений. Одни бросают ему ре плику: «Негр никогда не станет янки», на что Павлов отвечает: «Чепуха! Никакой принципиальной разницы между ними я не вижу, В нашей стране вам это любой школьник об’яенит». Английский делегат се улыбкой замечает: «Значит, по-вашему, выходит, что нет никакой разницы между королем и шахтером „Павлов: «Здесь есть. Один из них приносит. пользу». И, наконец, исторический спор между Павловым и Морганом, который в своем выступлении утверждает, что «гены не зависят от воздействия среды на организм». Они развиваются сами по себе. Павлов темпераментно и убедительно возражает: «Вздор’ Ну, простите меня, вздор! Ведь если никто не может повлиять на ваше вещество, на ваш ген, так нам остается только созерцать природу, больше ничего! Этак у Bac He лаборатория получится, мистер Mopган, а молельня. А мы желаем активно вмешиваться в природу. И мы это будем делать, мистер Морган, несмотря на ваше неодобрение, не гадая на кофейной гуще», Здесь дан весь Павлов, воинствующий материалист. передовой ученый, мечтающий об активной переделке природы, борющийся за счастье своей Родины, отстаивающий честь рус ской науки. у ’правленной на оправдание формалистических извращений в музыке. По Оголевцу, наиболее передовым явлением современного искусства являются произведения Стравинского—столпа буржуазного формализма. Безродный космополит Оголевец призывает. композиторов Азербайджана не поддаваться плодотворному воздействию великой ‚русской музыкальной культуры, якобы лишающей их творчество самобытности, предостерегает их от опасности «обрусения», «нивелировки», «великодержавности» и ориентирует их на средневековую арабскую музыку. Оголевец клевещет на отечественное музыковедение, называет ` замечательного русского критика В, В. Стасова «дилетантом» и пренебрежительно отзывается о трудах крупнейшего советского музыковеда Б. В. Асафьева. ; ‚ Наглядным примером живучести чуждой и враждебной советской музыкальной эстетике системы взглядов является только-что вышед. шая в свет в издании Музгиза книга «Структура музыкального произведения» А. Буцкого. . Предлагая рецепты формалистического анализа музыки, Буцкой раболепствует перед «авторитетами» немецких. теоретиков, называя одного «крупнейшим», другого «самым крупным» -из музыковедов. Он игнорирует реалистические, традиции русского классического. музыкознания и даже не упоминает имен -таких русских ученых, как В. В. Стасов, А. Н. Серов. Всея книга, вллоть до нотных примеров, среди которых пропагандируются такие «цветы» немецкого модернизма, как «Саломея» Рихарда Штрауса, ориеитирует читателя почти целиком на творчество западноевропейских композиторов. Буцкой рассматривает музыку не как отражение действительности. Он прямо заявляет, что «заманчивая задача систематики жизненных образов музыки выходит за пределы настоящей работы». Грудно представить, что эта на сквозь порочная книга является догторской диссертацией профессора, возглавляющего кафедру теории музыки в Ленинградской консерватории, воспитывающего молодое поколение советских музыковедов! @Mopmaan m свил себе уютное гнездышко и под крышей Ленинградской филармонии, где уже в течение долгих лет подвизается апологет и пропагандист западного буржуазного искусства Ю. Вайнкоп. Падкий на все, отдающее гнилью буржуазного распада, воинствующий ненавиетник здорового, демокра» тического направления в музыке, и особенно в русской музыке, Вайнкоп всячески пытается Октябрьская социалистическая революция. К Павлову являются Петрищев с иностранцем, предлагающие ему ‘переехать за границу. Павлов кричит: «А вы, значит, теперь торгуете родиной». Иностранец заявляет Павлову: «Для человечества не важно, где вы будете работать». Навлов гневно. отвечает: «Нет, сударь мой, важно! Наука имеет отечество, и ученый обязан его иметь! Я, сударь мой, рус ский, и мое отечество здесь! Что бы с ним ни было. Я, знаете ли, не крыса. А ‘корабль-то и не потонет!.. Никодим! Проводи ‘благодё телей». ри С поразительной силой показана жизнь Павлова в первые ‘годы советской власти. Это одни из самых прекрасных кадров фильма. Молодая республика борется За свое суествование, все силы народа, ве внимание _ правительства и партии — на воениых фронтах, на борьбе с контрреволюцией. В лаборатории Павлов почти один, нет дров, холод, ©. замерзшими руками работает физиолог. Но Павлов`не забыт. Его видит и высоко оценивает глава ‘советского государства Владимир Ильич Ленин. } р Просто и. трогательно происходит беcena Максима Горького—посланца Ленина-- с Павловым. Зритель с любовью смотрит на: двух этих корифеев русской культуры, протянувших друг другу руки во имя етроительства новой жизни, oe Строится биостанция в Колтушах для. научной работы Павлова и его ‘коллектива. Павлов встречается с Кировым, и беседа продолжается. Киров: «..Ведь тысячелетия человечество искало путь к справедливости, а теперь мы нашли его. Это—коммунизм. И ведь нет другого пути, Иван Петрович, нет». ^ Павлов: «Да, да, да.. Признаться, я и сам подозревал. Да, да. Именно так. Ведь я же не слепой, вижу, тысячи фактов вижу», _ 15-й международный конгресс физиологов. Иван Петрович, открывая конгресс, ‚ обрушивается на фашистскую человеконенавистническую идеологию и с высоким чувством гордости славит свою страну, миролюбивую. политику советского правительства и истинно демократические цели советского народа. Как известно, на приеме у товарища В. М. Молотова в честь международного конгресса Цавлов выступил со следующими искренними словами: «Раньше наука’ была оторвана от-жизни, была отчуждена от насбления, а теперь я вижу иное: науку уважает’ и ценит весь народ. Я поднимаю бокал и прю за. единственное правительство в мире, которое так ценит науку и горячо ее поддерживает, за. правительство моей страны». . Заключительные кадры фильма-это наказ” уходящего OT Hac Павлова молодежи нашей страны; 9 . : oa «..Наша родина открывает большие просторы перед учеными, и нужно отдать должное, науку щедро вводят в жизнь в на щей. стране. До последней степени щедро. Что же говорить о положении молодого ученого у нас? Здесь ведь ясно и так, Ему. многое дается, но. с него много спросится. И для молодежи, как и для нас, вопрое. че‚сти — оправдать те большие упования, которые наша родина возлагает на науку», Вся жизнь и все учение академика Пав= лова — призыв к борьбе за процветание И. благосостояние. советского. государства. Фильм, правдиво и ярко воссоздающий образ: академика Павлова, делает его научный подвиг достоянием миллионов. Создать в кино образ Павлова—благородная, но вместе с тем трудная задача. Артист А. Борисов. показал высокое мастерство художественного перевоплощения. Своей игрой он воскресил образ академика Ивана Петровича Павлова, Это достигнуто талантливым: исполнителем роли Павлова в результате глубокого изучения всего того, что связано © именем Павлова: его учения, его темперамекта, его стремительности, жеетов; походки и даже умения работать левой рукой. Хорошо справились со своей задачей также исполни= тели ролей: Петрищева (арт. Г. ТИпигель), жены Павлова (арт. М. Сафонова), Званцева (арт. Ф. Никитин), Варвары Антоновны pe Н. Алисова), Никодима (арт; Н. Плотников). . : , Яя Сценарист М. Папава, постановщик Г. Рошаль и весь коллектив студии создали прекрасный фильм, : Фильм. «Академик Иван Павлов» -— больой праздник. советского киноискусства, стоящего на нозициях социалистического о - Академик К. БЫКОВ. Е Ленинград. , SS пропагандировать образцы музыкального формализма. В своих статьях он восхваляет наиболее порочные формалистические произведения ленинградских композиторов. т Наглость этого «деятеля» дошла до того, что на собрании ленинградских композиторов, посвященном ‘обсуждению постановления ЦК ВКП(б) «Об опере «Великая дружба». В. Мурадели», Вайнкоп пытался оспаривать. антинародность творчества формалистов. . Космополитизм. нанес особый вред советской музыкально-исторической науке, и в первую очередь истории русской музыкаль-. ной культуры. На протяжении многих лет в консерваториях культивировались пренебрежение к русской отечественной культуре ‚ Я низкопоклонство перед западноевропейской музыкой. В ряде учебников и пособий история русской музыки рассматривается как конгломерат влияний иноземной и прежде всего немецкой музыки. “ Возмутительной карикатурой на русскую. культуру является учебник по истории русской музыки под редакцией М. Пекелиза. С первых же страниц этого «учебника» читателю преподносится целый прейскурант влияний на русскую народную песню. Многие замечательные национальные достижения русской классики в учебнике представлены как бледные отражения созданий западных композиторов. Так, например, «Аскольдова могила» Верстовского, которую еше А. Серов называл прямой предшественницей первой оперы Глинки, в учебнике подается как коMMA с немецкой оперы «Фрейшютц» Вебера; при этом М. Пекелис особо подчеркивает, что «Верстовский почерпнул во «Фрейшютце» для своего творчества не только образы, художественные формы, но самое главное — стимулы для создания самостоятельных, национально русских элементов в своих операх» (подчеркнуто М. Пекелисом).. Гениальный Глинка, по оценке Пекелиса, оказывается, был. «по отношению к западной. музыке в положении хотя и учащегося, но учащегося с яркой самобытной индивидуальностью», и . $ Серьезные ошибки были допущены и музыковедом Т. Ливановой в ее книге «Очерки и материалы по истории русской музыки», выражающей космополитические взгляды. _ Секретариат и музыковедческая комиссия Союза советских композиторов несут прямую ответственность за то, что до сих пор не, вскрыты и не разгромлены до. конца антипатриотические настроения в музыкальной критике и науке, не дан должный отпор их носителям и пропагандистам.. Только на основе полного разоблачения и разгрома враждебных групп в советском музыкознании, только на основе выдвижения новых молодых сил советские музыковеды и критики смогут сплотиться в борьбе ‚за высокоидейную, реалистическую советекую музыку. Т. ХРЕННИКОВ. В. ЗАХАРОВ. За последнее время в нашей литературе появилея ряд произведений молодых писате. лей, посвященных новой, социалистической деревне, К числу таких произведений принадлежит и повесть грузинского писателя Георгия Гулиа «Весна в Сакене». С первых же страниц повести становите ясным смелый творческий замысел молодого писателя, решившего показать рост советской деревни на примере далекого и, казалось бы, отрезанного от всего мира уголка абхазского села Сакен, окруженного со веех сторон непристуиными горными хребтами и бурными реками. ‘ Почему же Гулиа избрал именно это село? «Ну и ладно, скажете вы, -—- обращается он © доброй усмешкой к читателю, -оставьте Са. цен, бог с ним совеем, пишите о других селах; и такой Сакен, и сякой, и отсталый, и недоступный зачем он вам? Легко сказать — зачем. Ну, а если я сам оттуда, если он. мне родной?» И нужно сказать, что именно уме» ние изобразить маленькое горное село как часть нашей прекрасной советской Родины, любовь к скромным людям села -— нашим рядовым советским людям —определяют успех повести молодого грузинского писателя, Эта любовь к простому советскому человеку, к его труду, пронизывающая всю повесть, создает поэтическое ощущение окружающего мира, который автору прекрасно. знаком, с которым они кровно связан, Сюжет повести Гулиа очень прост. В родное село Сакен после войны возвращается с фронта раненый солдат Кесоу. Он одержим давней мечтой, Когда-то ‘умиравший от тубер‹ Удеза ‘чиновник Сухумской городской упраь: нащел около Сакена фосфориты, On yror варивал крестьян посыпать пылью от содержавшей фосфориты скалы поля и огороды, но никто не воспользовался его советом. Весной ‘у чиновника хлынула кровь горлом. Он умер и оставил рукопись, Рукопись пошла на раскурку, но один из листов ее долго. красовалея на стене сакенского дома, и сын хозяина наизусть выучил все, что было написано на этом первом листе уничтоженного труда, Кесоу и был этим любознательным пареньком. Он возмужал, участвовал в Великой Отечественной войне, прошел Европу и, вернувшись в родной Сакен, решил осуществить завещание искателя фосфоритов. Кесоу—центральная фигура повести. Автор обрывает повесть на полуслове, он не рассказал о том, добился ли Кесоу тех рекордных урожаев, которые он обещал своим землякам. Но читатель убежден в том, что Кесоу не зря добирался до Сухуми, не зря преодолевал перевалы и горные реки, В Сакен вошло то новое, что неминуемо. превратит и этот дале: кий уголок в один из тех передовых колхозов, которыми гордится страна. Кесоу всего лишь бригадир..Он не претендует на руководство Сакеном,: не гонится за властью, но его большевистская целеустремленность делает его вожаком горного KoAхоза. ‚ : В селе: еще ‘сохраняются остатки веками сложившегося уклада. Но даже здесь, в затерянном в горах селении, куда добраться-и то по пещеходной троце-можно лищь в немногие летние месяцы, происходят глубокие и радостные перемены, с замечательным тактом и теплотой описанные автором повести. Жилища ‘колхозников Сакена впервые озаряютея электрическим светом, Прекрасно передано восприятие этого события «живым воплощением истории Сакена последнего столетия» — стосорокалетним старцем Шаангери Канба;. Он как бы воплощает в себе старый, замкнутый: Сакен, о. не ; И вот, ‘когда’Н`доме колхозника Гудала начала работать сооруженная его сыном, деревенским парнишкой, электростанция, древний Шаангери Канба пришел поглядеть на городской ‘свет. — Он велел запереть двери и занавесить окна в комнате. ‹ ‘«- Теперь покажите эту силу, -- сказал он, Когда комната осветилась слегка мерцающим желтоватым светом, старик, не говоря ни слова, ввицел в сени и направился к машине... Облаченный в старинную черкеску с серебряными газырями, с ореховой клюкой в руке, седовласый старик напоминал древнего пророка, пытающегося найти разгадку тайны мироздания: Обратившись к Гудалу, он торжественно произнес; _ — Ты-настоящий мужчина... } — Кто тебя надоумил, Гудал? —епросил он, движением ‘глаз указывая на плотину». Разоблачение в редакционных статьях газ зет «Правда» и «Культура и жизнь» антипатриотической группы театральных критиков привлекло глубокое внимание всей совет“ ской общественности. Эстетствующие коемополиты и формалисты нанесли немалый вред развитию советской театральной культуры. Представители безродного космополитизма подвизались. и в области музыки. На участке музыкальной критики и музыковедения они в течение ряда лет вели борьбу против идейности в искусстве, против демократизма и реалистичности музыки, : Еще год назад в постановлении «Об опере «Великая дружба» В. Мурадели» от 10 февраля 1948 г. ЦК ВКП(б) констатировал нетерпимое состояние советской музыкальной критики, «которая перестала выражать мнение советской общественноети, мнение народа и превратилась в рупор отдельных композиторов», . и, Тогда же на собраниях и в печати советская музыкальная общественность заклеймида деятельность группы музыковедов и критиков-—Л. Мазеля, Д. Житомирекого, С. Шлифштейна, И. Мартынова, Г. Шнеерсона, И. Бэлзы, А, Оголевца, Ю. Вайнкопа и некоторых других лоборников формализма. . Однако вредная деятельность этих критиков ne была разоблачена до конца. Недостаточно были раскрыты антипатриотизм, безродный космополитизм этих критиков, стремление «воспеть» «современные», «общемировые» произведения композиторов-формалистов. Разоблачение партийной печатью антипатриотической группы театральных критиков помогло глубже осознать и пороки такого рода музыкальной критики. В 1945 году на собрании музыковедов, посвященном обсуждению 9-Й симфонии Шостаковича, один из «обслуживающих» этого композитора критиков-—Л. Мазель выдвинул тезис, согласно которому основным мерилом, р ритерием ценности художественного произедения должна быть его «современность» 4 се общечеловеческом, космополитическом значении. В этом положении Мазеля и ‘ему подобных... сказалось . влияние реакционной «Ассоциации современной музыки», которая в 20-х годах стремилась всеми средствами «приобщить» нашу культуру к современному буржуазному упадочному искусству. Восторгаясь 9-й симфонией Шостаковича, далекой от жизни советского народа, оторванной. от отечественной почвы как по своей идее, так и по языку, безродные коемополиты ‘доказывали, что симфония «концентрируег то типичное для современной музыки, что заложено вообще в современном искусствё». Что же об‘являлось ими вершиной, «нормами» современного искусства? По мыс“ ли Мазеля, такими вершинами является искусство Чаплина, Хемингуэя и авторов фильма «Бэмби». Да, фильма «Бэмби», в котором, по восторженному заявлению Д, Житомир“ ского, как и в 9-Й симфонии Шостаковича, «риототея изначальное, извечное проявление Гудал об’яснил, что это сделал сын. . «— Чудно, ей-богу, чудно! — задумчиво проговорил старик, вынимая трубку изо рта. Времена, стало быть, такие...» Эти новые времена старик воспринимает по-своему, и вы не чуветвуете фальши, когда автор, описывая прилет в Сакен самолефа, говорит: «Старик никак не мог взять в толк, отчего это люди (он их называл -- дети) в Сакене стали так дерзки и самоуверенны», С тем же превосходным тактом автор изображает и ряд конфликтов между новым и старым. Писатель превосходно знает свой Сакен, и потому так убедительны расесыпанные по повести детали сакенекого быта. Превосходно описано открытие электростанции в доме Гудала: и машина, доставленная на буйволах, и коптилки, при свете которых пускают крохотную гидростанцию. : Особенно запоминается сцена первого выхода в поле. Самоотверженным трудом преображают колхозники Сакена облик своего села. Среди них выделяются люди наиболее упорные, любознательные, ломающие установивщиеся нравы, обычаи, быт и методы труда, Это прежде всего Кесоу, воодушевивший‘ сакенцев своим стремлением максимально поднять урожайность их полей, вселивший в них уверенность, что и на их, казалось бы, нецлодородной почве можно добиться ‘высоких: сборов. Это колхозник Гудал и ero сын, собственными руками построивший первую электростанцию в Сакене. Это сакенские де-. вушки--сестра Кесоу Нина, активная колхозница, в которой нет уже черт покорности и забитости, и возлюбленная Кесоу-Кама, решившая учиться в сельскохозяйственном техникуме, Преобразования, осуществляемые сакенскими колхозниками, не только меняют облик села, они изменили облик самих сакен. цев. Сакенцы уже не живут узкими интересами своей местности. Их интересуют дела всей советской страны; Они ощущают свою неразрывную связь с ней. Поэтому слова Ука: за о присвоении звания Героя Социалистического Труда передовикам сельского хозяй+ ства воспринимаются ими как выражение их собственных мыслей и чаяний, «Читают Указ мои земляки,-восклицает автор,-и сердца их открываются навстречу заботе советской власти о народе, о крестьянстве, о счастье страны, испытавшей ужасы вражеского нашествия, разнесшей в пух и прах недруга и ныне снова`твердой поступью идущей вперед. Так поняла Указ вся необ’ятная, могучая наша Родина, так поняли его и в Сакене...» Патриотическим пафосом исполнена сцена обсуждения колхозниками Сакена сталин“ ского Указа, ь : «Ты поймещь, читатель, обращается к нам автор, —простых сакенских людей, подвнимающих бокалы за свою власть, прежде чем выпить за родных-за-отца и мать. Подумай. и рассуди:сам: всё, что есть у этих крестьян, — свобода, обеспеченная жизнь, общий труд, чувство гордости за свою Родину, великое ощущение счастья сегодняшнего дня, уверенность ‘в будущем, — все это дала им советекяя власть. Как же не дорожить ею, как не любить ее? Этой власти самый большой; самый главный почет, ибо нет без нее настоящей жизни» ^ из Поэтическая повесть Г. Гулиа о весне в Сакене не лишена и некоторых недостатков. Подчеркивая единство помыслов советского народа, мыелями которого живет и далекий `Сакен, автор, к сожалению, забывает об этом, как только спускается вместе со своим героем с гор. Сцены в городе изображены вяло. Шаржированная фигура агронома выпадает из повести. Недостаточно удалось автору описание деятельности райкома, не удался и образ секретаря райкома. Кесоу оказывается. почти одиночкой, и в этом отношении автор следует не за жизненной правдой, а за отжившими литературными традициями. И все же, несмотря на эти отдельные недостатки, повесть «Весна в Сакене» бесспорно являетея большой удачей молодого писателя, Георгий Гулиа создал поэтическое произведение о тех замечательных делах, которые характеризуют новый под’ем в послевоенной колхозной деревне, Я. ИОСЕЛИАНИ. Герой Советского Союза. Па юбилейном торжестве Павлову желают спокойствия, называют его мучеником науки.. Павлов протестует: «Не до покоя, господа.. Пожелайте мне всяческого беспокойства.. Да, вот насчет мученика... тоже. Ну, какой я мученик в науке? Вот без науки я был бы действительно мученик». Фильм в очень доходчивой и вместе с тем не упрощенной форме показывает, как накопившиеся факты по пищеварению: подводят Павлова`к изучению физиологических процессов, протекающих в мозгу, к большим научным обобщениям. Иван Петрович в итоге многолетней. ‘работы формулирует основные. закономерности -. мозговой деятельности — возбуждение ‘и торможение, их борьба: и взаимодействие. Очень удачно представлено в фильме собрание ПетербургГ. Шнеерсона показать «мирное» и «ечастливое» сочетание «музыки белых» и «музыки черных», и это тогда, когда «хозяева жизни» в Америке топчут. культуру американских негров, стараются смести ее с лица земли. Большой ошибкой журнала «Советская музыка» надо считать опубликование уже после постановления ЦК ВКП(б) «Об опере «Великая дружба» В. Мурадели» ряда статей Шнеерсона о зарубежной музыке. Еще до сих пор имеют. хождение изданные Музгизом и ВТО. беззастенчивые пасквили на советскую и русскую. классическую музыку И. Бэлзы, этого оруженосца формализма, космополитизма. В течение многих лет Бэлза ориентировал советских композиторов на абстрактную бестекстовую формалистическую музыку, на подражание тлетворному, упадочному искусству буржуазного Запада. Угодливо озираясь на Запад и пресмыкаясь перед англо-американским декадентским MC скусством, Бэлза возводит. клевету на дсмократические идеалы русской музыкальной культуры. Высокое этическое содержание русского классического искусства Бэлза видит во всепрошении, в оправдании преступления и возведении ‘его носителя в положение жертвы «трагедии рока»... , Восхваление реакционных сторон культуры прошлого у Бэлзы соединяется © лакейским раболепием и пресмыкательством перед всем, идущим с Запада. Для характеристики моральной высоты русского искусства он считает нужным сослаться на... английского художника-декадента Берделея. После постановления ЦК ВКП(б) «Об опере «Великая дружба» В. Мурадели» Вэлза не захотел сделать для себя каких-либо выводов. Всего два месяца тому назад на заседании научно-исследовательского кабинета Московской консерватории Бэлза выступил с докладом, в котором. попытался «по-своему» оцэнить современное буржуазное упадочническое искусство, Вопреки ясной и четкой партийной оценке современного состояния буржуазного искусства, Бэлза говорил лишь об «элементах», «симптомах», «тенденциях» распада этого искусства. Бэлза не сумел скрыть своих симпатий к некоторым вождям современного буржуазного модернизма, в частности к ярому формалисту Хиндемиту, Долгое время «направляя» издательскую работу Музгиза в качестве его’ главного редактора, Бэлза издавал многотомные псевдонаучные «труды» А. Оголевца, «Теория» Оголевца представляет собою пересказ самых отсталых реакционных взглядов современной буржуазной «науки», на-. `ВУРЖУАЗНЫЕ В МУЗЫКАП человеческой красоты... дететво человека еше более прекрасное, чем детство настоящего человека, особое детство, выраженное через извечную стихию природы»... «Для меня, — заявляет этот идеалиет и космополит,— здесь отсутствие телесности м является особой прелестью!..» Немудрено, что, когда один из присутствующих на обсуждении попробовал выразить сомнение в близости этого произведения советскому народу, на него обрушилея злобный вой апологетов космополитизма, «Советский народ хочет, советский народ. ждет...-ехидно высмеивал эти слова Д. Житомирский, — ...большое искусство не создается путем «социального заказа...». Так пытались космополиты увернуться от требования служения народу, пред’являемого искусетву. Д. Житомирскому принадлежит вреднейшая теория «мирного врастания» буржуазно-модернистических явлений в стиль социалистического реализма, Говоря о модернистических явлениях, он находит в них «жизнеспособные элементы», утверждая, что «им суждено было и развиваться, и войти, как важное, ценное и неот емлемое, в плоть и кровь советской музыки». Раболепствуя перед. модернистской, больной, сумбурной музыкой, Мазель, Житомирский, Шлифштейн и другие эстетствующие космополиты снобистски высокомерно относились к массовым музыкальным жанрам. «Присяжными» рецензентами журнала «Советская музыка» были до ‘недавнего времени критики Г. Коган и И. Ямпольский. Их статьи и брошюры, посвященные советским пианистам и скрипачам, проникнуты духом групповщины и пренебрежительного отношения к талантливым советским исполнителям. Апологет упадочного буржуазного искусства Г. Шнеерсон в 1945 г, выпустил брошюру под редакцией Шлифштейна об американсокой музыке, Искажая и затушевывая картину. разложения современной американской музыки, ‚Г. Шнеересон пытается нарисовать музыкальный «рай» на американской земле. «Музыкальное творчество Америки,—пишет он,— на под еме `(!), молодость, творческая предприимчивость и энергия, вера в свой народ, в свои силы, хорошая профессиональная подготовка характеризуют лицо современного поколения американских композиторов». Любой продажный писака из американских газетных компаний мог бы позавидовать усерAND Шнеерсона в его стремлении восхвалить упадочную американскую музыву. Чудовишной клеветой является желание