21 мая 1949 г., № 14 (106)
	 
	КУЛЬТУРА и ЖИЗНЬ

   
	“Конечно, гуманизм Пушкина был ограни­чен в том смысле, что в конкретном решении
им ряда вопросов русской общественной жиз­ни он в условиях 30-х годов ХХ века не
смог пойти дальше идей просвещенного дво­рянства. Слабые стороны мировоззрения
Пушкина были в свое время вскрыты гени­альным критиком-демократом В. Белинским.
	В последние годы жизни Пушкин вплот­ную подходит к мысли о том, что основой
русской жизни его времени является антаго­нистичность властвующего дворянства и по­рабощенного крестьянства. Но ‘до идеи кре­стьянской революции Пушкин был не в си­лах подняться, понимая ее лишь как гроз­ную разрушительную стихию, лишенную ка­ких-либо творческих начал, Все надежды он
возлагал на распространение просвещения и
гуманизма. Но от многих «просвещенных»
дворян типа либерала Вяземского Пушкина
резко отличало тб, что идеи просвещения,
гуманности. неразрывно соединялись в миро­воззрении поэта с отрицанием крепостного
права и освобождением крестьян. И как ни
стремилась политическая реакция в лице
царя и его приспешников ‹сковать гений и
деятельность Пушкина, она He смогла ни
приостановить могучего полета его гениаль­ной и свободолюбивой мысли, ни ослабить
его вражды к сэмодержавию и дворянской
реакции, его любви к народу и Отчизне.
	Великой заслугой поэта было то, что в
годы гнетущей николаевской реакции Пуп­кин спас честь русской литературы. Об этом
хоротпо сказал Герцен: «Одна лишь. звонкая
и широкая песнь Пушкина звучала в доли­нах рабства и мучений; эта песнь продолжа­ла эпоху прошлую, наполняла мужествен­ными звуками настоящее и посылала свой го­лос отдаленному будущему».

Поистине неоценима роль Пушкина в
развитии русской культуры и литературы.
Только гений русского народа мог так реши­тельно и в кратчайшие сроки совершить
грандиозное дело преобразования русской
литературы, заложить основы великого рус­ского реализма, создать руеский литератур­ный язык. По меткому выражению М. Горь­кого, «Пушкин У нас — начало всех начал».
О значении Пушкина как наставника рус­ских писателей говорят Гоголь, Тургенев,
Гончаров, Л. Толстой. «Пушкин... наш учи­тель... Без этого образца и предтечи искус­ства—Гоголь не был бы тем Гоголем, каким
он есть... черты пушкинской, лермонтовской и
гоголевской творческой силы-— доселе входят
в нашу плоть и кровь, как плоть и кровь
предков переходит к потомкам», — писал И. А.
Гончаров.

Сочетание свободолюбия и патриотизма,
передовая идейность и горячий интерес к
	современности, глубокое изучение действи-.
	тельности и органическая связь с народной
поэзией, неустанный творческий труд сделз­ли Пушкина величайшим мастером поэзии,
основоположником новой русской литерату­ры, положившим начало тому ее всемирному
значению, о котором писал Ленин. Пушкин,
как никто до него, утвердил в литературе
реалистический метод, опередив современ­ных ему писателей Западной Европы. Лите­ратурное творчество Пушкина многогранно:
он прокладывал новые пути в поэзии, прозе,
драматургии и создал такие выдающиеся
произведения, как роман «Евгений Онегин»,
поэма «Медный всадник», повести «Дубров­ский» и «Капитанская дочка», драма «Борис
Годунов» и др.

Пушкин боролея за народность и самобыт­ность литературы, за воплощение в ней об­разов простых людей, „Победой гения Пуш­кина является правильное понимание народ­ности как отражения в «зеркале поэзии» на­рода, его «образа мыслей и чувствований».

Русский национальный гений, тесно свя­занный с родной почвой, умел не только из­влечь поэзию из обыденной жизни и выра­зить ее в стихах чарующей красоты, просто­ты и свежести, — он умел и строго критически
осудить многое в этой действительности.

К Пушкину как художнику полностью мо­жет быть отнесена та глубокая характери­стика, которую дал А. А. Жданов на совеща­нии деятелей советской музыки в ЦК
ВКП(б) классическому искусству, русской
реалистической музыке, которую так часто
вдохновлял гений Пушкина. «Для классиче­ской музыки характерны правдивость и реа­лизм, умение достигать единства блестящей
художественной формы и глубокого содер­жания, сочетать высочайшее мастерство с
простотой и доступностью». Все это в высшей
степени было свойственно Пушкину.

Пушкин был создателем русского ‘литера­турного языка. Он демократизировал литера­турный язык, вывел его из узких стен бар­ских особняков на широкую дорогу общена­циональной жизни. Он положил в основу
его развития неиссякаемый источник —
язык родного народа. Пушкин завещал
русским писателям: «Вслушайтесь в про­стонародные наречия, молодые писатели, —
вы в них можете научиться многому,
чего не найдете в наших журналах». В тех
же целях Пушкин призывал к изучению на­родного языка и народной поэзии: «Изуче­ние народных песен, сказок и т. п. необходи­мо для совершенного знания свойств русско­го языка.. Разговорный язык простого на­рода... достоин также глубочайших иселедо­ваний». Ярко говорил о великой роли Пуш­кина в деле создания нашего языка Турге­НВ: «..он создал наш поэтический, наш лите­ратурный язык... и.. нам и‘нашим потомкам
остается только итти по пути, и
его гением...»
	Пушкин создал тот литературный HBB,’
	которым восхищался Ленин в творениях
Тургенева, Льва Толстого, Добролюбова и
Чернышевского, называя его «великим и.мо­гучим». По Пушкину изучал русский. ‘Язык
основоположник научного социали8ма Карл
Маркс, восхищавиийся вместе с Фридрихом
Энгельсом глубиной пушкинской мысли,

В прошлом книги Пушкина были доступны
только господствующим классам. Великая
Октябрьская социалистическая революция
превратила его творения в достояние мил­лионов трудящихся, принесла Пушкину Bce­„народную ^ славу великого поэта народов
	нашей Родины.

` Поэзия Пушкина созвучна нам, людям
сталинской эпохи, своим свободолюбием, го­рячей любовью к Отчизне, неисчерпаемой
жизнерадостностью, чувством уважения к
личности человека, верой в могучую силу
его разума, той страстью и горением, кото­рые характеризуют творческий подвиг Пуш­кина. .

Пушкин всегда останется учителем пере­довых писателей, Советская литература --
прямая и законная наследница творчества
Пушкина.

Торжественно и радостно празднует совет­ский народ. юбилей своего великого поэта,
Светлый гений Пушкина — союзник coser­ских людей в их борьбе за мир, против вра­гов культуры и прогресса, за свободу и сча­стье человечества.
		Н. БЕЛЬЧИКОВ.
	и мировой лите]
	К 150-nemuto co dua рождения
	А. С. LTywxuna
	ярко и убедительно раскрыто в «Истории Пу­гачева», в «Дубровском», в повести «Канитан­ская дочка». С огромной силой звучит в его
поэзии протест против крепостничества, про­тив самовластия. В возрасте 16 лет он писал:
«я рабство ненавижу». В оде «Вольность», в
стихотворениях «Деревня», «Кинжал» и дру­гих произведениях Пушкин выразил свое
негодование по адресу «барства дикого»,
осуждение ужасов крепостного права и веру
в освобождение народа. Своими страстными
стихотворениями Пушкин в те годы, по сло­вам испуганного Александра Т, «наводнил всю
Россию».

Страстно желал Пушкин освобождения Рос­сии от гнета крепостничества. Его стремле­ние к свободе было неразрывно слито ©
патриотизмом. «Только революционная голо­ва.,—писал Пушкин, — может любить Россию».
Пушкин был поэтическим выразителем идей
декабризма и свой «неподкупный голос» спра­ведливо считал «эхом русского народа». В ево­боде Пушкин видел «звезду пленительного
счастья».

Пушкин не был членом тайных обществ —
не был декабристом, но его поэзия выражала
настроения декабристов. После подавления
восстания декабристов Пушкин остался ве­рен идеям борьбы против самодержавия и
феодально-крепостнического строя. Поэт был
убежден, что высокие стремления его друзей,
их «скорбный труд» не пропадут даром. Он
был прав. Через много лет Ленин писал о
декабристах: «Их дело не пропало».

Свободолюбивой была не только“ страстная
политическая лирика Пушкина: все творче­ство поэта проникнуто свободолюбием. Вели­кой идеей Пушкина, унаследованной им от
Радищева, была идея гуманизма, утвер­ждающего свободу личности, провозгласив­щего право людей на счастье и свободу.
Гуманизм Пушкина был отражением анти­крепостнических настроений и чаяний на­родных масс России. В свободолюбии и гу­манизме Пушкин видел свою заслугу перед
народом, свое право на его любовь и призна­тельность»
	И долго буду тем любезен я народу,

Что чувства добрые я лирой пробуждал,

Что в мой жестокий век восславил я -
CBOGOLY...-

1
		 
	 ений русской
	6 июня Советская страна отмечает 150-летие
со дня рождения великого сына русского
народа, гения русской и мировой литерату­ры Александра Сергеевича Пушкина. Юбилей
Пушкина — всенародный праздник.

Товарищ Сталин назвал имя Пушкина сре­ди имен величайших деятелей русской на­ции. В личности Пушкина, его творчестве
выразились лучшие черты великого русского
народа: его талантливость, свободолюбие, его
ясный ум и стойкий характер, его любовь к
Родине. Гений Пушкина прославил и возве­личил нашу Отчизну. Бессмертные творения
поэта явились шагом вперед в художествен­ном развитии всего человечества.

«Пушкин принадлежит к вечно живущим и
движущимся явлениям... Каждая эпоха произ­носит о них свое суждение», — писал Белин­ский.
	В наше время, когда. под руководством
партии Ленина—Сталина осуществлено все­мирно-историческое дело построения социз­листического общества, национальное и ми­ровое значение Пушкина раскрылось со всей
глубиной и. яркостью. Именно у нас, в стране
победившего социализма, во всем величии
встает в сознании советских людей гений
Пушкина-— великого сына великого русского
народа, давшего миру гениальных предета­вителей во всех областях культуры.
	1ворчество Пушкина воодушевлялось пат­риотическим под’емом русского народа, отсто­явшего в войне 1812 года свою независимость
и освободившего народы Западной Европы от
владычества Наполеона. Отечественная война
1812 года, которую Пушкин считал «величай­шим событием новейшей истории», епособ­ствовала под’ему революционного движения
в России, породившему восстание декабри­стов. Вместе с тем победа русского народа,
разгромившего Наполеона, вызвала под’ем
национально-освободительного движения и в
странах Западной Европы. С огромным инте­ресом Пушкин следил за развитием револю­ционного движения в Европе. Он был врагом
реакционного «Священного союза», организо­ванного Меттернихом и Александром Г в це­лях подавления народно-демократического
движения. С восторгом приветствовал поэт
восстание греческого народа против турецко­го ига, за независимость Греции.

Расцвет литературной деятельности Пуш­кина протекал в эпоху, когда русский народ
задыхался под гнетом крепостничества.

Русское крестьянство, питая глубокую
ненависть к угнетателям, из года в год (в
1817, 1820 и последующие годы, особенно в
30-е) усиливало свои выступления против
помещиков. Оно не могло вести организован­ной борьбы, но своим стихийным протестом
побуждало передовых людей искать выход
из социальных противоречий.

Великий Ленин писал об этой эпохе: «Кре­постная Россия забита и неподвижна. Проте­стует ничтожное меньшинство дворян, бес­сильных без поддержки народа. Но лучшие
люди из дворян помогли разбудить народ».
Пушкин был тесно связан с лучшими людь­ми своего поколения — декабристами и про­славлял свободу.

России были посвящены высокие порывы
души Пушкина. Могучая неистребимая при­вязанность к своему отечеству, глубокие ду­мы о своем народе и страстные мечты о сча­стье народных масе—вот где зрели идейные
творческие силы Пушкина. Пушкин искренне
гордился своей Родиной. «Клянусь честью,
ни за что на свете я не хотел бы переменить
отечество, или иметь другую историю, кроме
истории наших предков», — писал: он Чаадаеву.
	Высоко ценил Пушкин многовековую рус­скую культуру — от величайшего памятника
древнерусской литературы «Слово. о полку
Игореве» до своего великого современника
Гоголя. Он подчеркивал народный, нацио­нальный характер русских писателей, благо­родство и независимость их творческой дея­тельности. «Мы можем праведно гордиться, —
писал он,—наша словесность... не носит на
себе печати рабского унижения. Наши талан­ты благородны, независимы». С гордостью на­зывал Пушкин имена Ломоносова, Держави­на, Крылова, Радищева, Обращаясь к неис­черпаемым богатствам русского языка, Пуш­кин справедливо указывал на его превосход­ство над западноевропейскими: «Язык славя­но-русский имеет неоспоримое превосходство
пред всеми европейскими».

Восхищение вызвали у Пушкина блестя­щие военные подвиги ‘русского народа, его
великие полководцы. Имена Суворова и Ку­тузова были для него священными. И когда
распоясавитиеся «клеветники России» начи­нали бряцать оружием, он напоминал им, что
все попытки поработить Россию ‘неизменно
оканчивались позорными поражениями. Не
раз русский народ спасал Европу от претен­дентов на мировое господство, Разгромив
Наполеона, русские люди «своею кровью
искупили Европы вольность, честь и мир».
«Но Европа,— писал Пушкин,— в отношении
к Росбии всегда была столь же невежествен­на, как и неблагодарна»,
	‘Тем большее отвращение внушали Пушки­ну дворянские космополиты, пренебрежитель­но относившиеся к родному народу и раболеп­ствовавшие перед всем иностранным. Пушкин
гневно клеймил тех безродных «переметчи­ков», для которых, как он писал, «где хорошо,
там и родина, для коих все равно: бегать ли
им под орлом французским, или русским
языком позорить все русское — были бы
только сыты».

Смехотворны и жалки поэтому утвержде­ния некоторых космополитов от литературо­веления о «западничестве» Нушкина, о том,
	что великий русский поэт был «дитя европей­ского просвещения, выросшее на руеской
почве», Только люди, низкопоклонствующие
перед буржуазным Западом, могут отрывать
Пушкина от родной национальной почвы, пи­тавшей его творчество.

В борьбе е дворянским космополитизмом
Пушкин никогда не проявлял и тени нацио­нальной ограниченности. Вместе со своим
другом великим польским поэтом Мицке­вичем Пушкин мечтал о «временах грядущих,
когда народы, распри позабыв, в великую
семью соединятся». В то же время он не раз
указывал на своеобразие истории русского
народа, глубоко понимал ее особенности.

История России вставала перед глазами
поэта, насъыщенная великими и бурными со­бытиями. Историю нашей Родины Пушкин
	показал, ‘как историю борьбы за независи:.
	мость, за развитие национальной, самобыч­ной культуры. В этой борьбе мужала Рос­сия, закалялся могучий национальный ха­рактер русского народа.
	Перетерпев судеб удары,
Окрепла Русь. Так тяжкий млат,
Дробя стекло, кует булат.
	Ни татарское иго, ни крепостное право
не сломили русского человека. «Взгляните на
русского крестьянина: есть ли тень рабского
унижения в его поступи и речи?  О ‘его смело­сти и смышленности и говорить нечего», —
писал Пушкин. «России было определено вы­сокое предназначение!» — восклицал поэт.

Тем ярче вырастала перед взором Пушкина
историческая несправедливость угнетенного
	атуры   В защиту
	наших петей!
	(Пьеса С. Михалкова «Я хочу домой!» на сцене Центрального детского театра)
	КБрепнут, здоровеют, наливаются силами
наши дети. Смотреть на них, слышать их
радостно и гордо. Вот скоро мы вновь будем
отправлять их с музыкой и пением на све­жий воздух, на дачи, в санатории, в лесные
рощи, в горы, к синему морю... И они еще
сильней окрепнут, и еще звонче будет их
смех.

А в западных зонах Германии, оккупиро­ванных после окончания войны английски­ми, американскими и французскими войска­ми, до сих пор еще томятся сотни обездолен­ных советских детей. Нелепо, дико. Но это
так. Сотни/советских ребят влачат свои дет­ские годы на чужбине, в холодных стенах
	английских и Прочих «сиротских приютов».

Это дети, которых в годы войны насиль­ственно увезли в Германию фашистские за­хватчики. .

Сироты? Да, есть среди них и сироты, хотя
в нашей родной стране их никто так бы не
называл, ибо вся советская Родина была бы
их ласковой и заботливой матерью.

Но среди маленьких пленников есть много
и таких, у которых давным-давно уже на­шлись их родители.

Отцы и матери нашлись, но британские и
прочие «джентльмены» в военных мундирах
упрямо держат детей в своих цепких руках,
лицемерно, фарисейски разыгрывая роль не­прошенных «опекунов».

_ Новедение этих господ в вопросе о репа­триации советских детей наивно об’яснять
черствостью, жестокостью или чиновничьим
усердием отдельных лиц. Нет, это — полити­ка! Наших ребят желают духовно искале­чить, превратить в людей без родины, без
нации, желают сделать из них орудие для
осуществления. своих низменных замыслов.

В новой пьесе Сергея Михалкова «Я хочу
домой!», посвященной этой животрепещущей
теме, очень ясно об этом сказано.

Англичанка Эйт, предетавительница Крас­ного Креста, член «комиссии» по определе­нию национальности детей, спрашивает: По­чему вы не хотите отпустить Сашу Бутузова
домой? Мистер Кук, представитель англий­ской военной администрации, отвечает, мно­гозначительно усмехаясь: Потому, чтобы в
лесах Канады работал не ваш сын, миссис
Эйт; потому, чтобы в шахтах Бельгии. рабо­тал не ваш сын: потому, чтобы. на плантани­ях Аргентины изнывал от жары не ват сын?
	потому, наконец, чтобы в тыл врага с пара­шютом прыгал не ваш сын, миссис Эйт.

Драматург Сергей Михалков, и Централь­ный детский театр сделали благородное дело,
показав зрителю спектакль «Я хочу домой!».

Написать для детей драму на острую поли­тическую тему и поставить ее так, чтобы она
дошла до сердца и ума юных зрителей, не
очень-то легко, но драматург и театр
успешно справились с этой задачей. Спек­такль побуждает детей еще крепче любить и
пенить свою советскую Родину.

Спектакль волнует и взрослых, которые его
смотрят,— учителей, родителей,— ибо в на­шей стране нет человека, чье сердце оста­лось бы спокойным при мысли о том, что не­которые советские дети и посейчас пленники
английских и прочих господ.

Содержание пьесы таково. Бизония. Ан­глийская зона оккупации. Германии. Окраина
провинциального городка. За каменной сте­ной, за крепкими чугунными решетками CTO 
ит бывший монастырь. Здание зорко охраня­ют вооруженные английские солдаты. Кто
там заперт. в этом мрачном здании? Преступ­ники? (Пленные воины? Нет, там... детский
приют. Там несколько десятков советских ре­бятишек разных национальностей. Вот кого
стерегут вооруженные с ног до головы бри­таниь!
	 

Английские военные власти всячески
скрывают местонахождение этого детского
приюта от представителей командования со­ветских. оккупационных войск в Германии,
которым поручена репатриация вывезенных
гитлеровцами советских детей.

Приютом командует мистер Скотт, офицер
в отставке, агент английской контрразведки.
Его правая рука — латыш, предатель своего
народа, военный преступник Упманис. Сей
бандит — старший «воспитатель» приюта.

Советских мальчуганов и девочек здесь от­равляют антисоветской пропагандой, всяче­ски стараются, чтобы они забыли свою
Родину, своих матерей, отцов, и все время
им внушают, что они должны быть благодар­ны Великобритании за «спасение», за «попе­чительство».

Саша Бутузов — главный герой пьесы. Он
был малышом, когда гитлеровские захватчи­ки увезли его в Западную Германию. И вот
он в английском приюте. Как ни старались
британские чиновники, им, однако, не уда­лось вытравить из сознания мальчика память
о советской Родине, о матери. Не помогли ни
угрозы, ни побои, ни карцер.

Майор Добрынин, представитель Советско­го Союза, несмотря на все препятствия, кото­рые ему чинят англичане, проникает в при­ют и добивается встречи с детьми. Помогает

майору воспитательница приюта латышка
Смайда Ландмане, которая мечтает о возвра­шении вместе с детьми в СССР. Смайда пе­редает советскому офицеру список детей
приюта с их истинными фамилиями, имена­ми и сообщает, как они попали в Германию.

Майор Добрынин разоблачает козни ан­глийских «добреньких попечителей» и дока“
зывает, что содержащиеся в приюте дети —
это советские дети, которые должны быть
возвращены на Родину.

Добрынин показывает Саше фотографиче­скую карточку. Саша узнает свою мать.
Обозленный мистер Кук рвет в клочки кар­точку, но Саша Бутузов собирает клочки и
прячет на груди. Саша рвется домой, на Ро­дину, к советским людям, к своей маме; он
бежит из приюта.

Многие картины спектакля глубоко запе>
чатлеваются в сознании зрителя.

Актеры под руководством постановщиков
заслуженного деятеля искусств О. И. Пыжо­“pon и Б. В. Бибикова хорошо поняли пьесу
и ‘донесли ее дух и содержание до самого
сердца зрителя.

Молодые артисты А. И. Лебедев (Cama By­тузов) Н. В. Румянцева (Ира Соколова),
‘Г. Г. Новожилова. (Маша Любимова), А. А.
Михайлов (майор Добрынин) и М. И. Пше­ничникова (Смайда Ландмане), создали яркие,
запоминающиеся образы.

Дети смотрят спектакль с огромным вни­манием и душевным трепетом.

Хочется еще. сказать о том, что спектакль,
созданный С. Михалковым и Центральным
детским театром, снова и снова напоминает
громким голосом о том, что советская обще
ственность не прекратит своих требований о
возвращении на Родину советских детей-и
тех, кто ‘имеет родителей, и тех, кто их не
имеет, — до тех пор, пока все до одного совет­ские ребята не будут вырваны из фашист­ских заповедников, где их пытаются превра­тить в ландскнехтов для выполнения а
ступных замыслов.

«Я хочу домой}. Это голос не только Саши
Бутузова, героя пьесы. Это голое сотен со­ветских детей, подростков, юношей, девушек,
томящихся на чужбине в фашистских за­стенках. т

Елена КОНОНЕНКО.
	В личности и мировоззрении Пушкина нас
	покоряет его неиссякаемая вера в разум, мо­тучие силы человеческого духа.
Пушкин творил в то время, когда на Запа­де определилось, что царство разума, обе­щанное французскими просветителями, ока­залось не чем иным как царством буржуа­зии, когда раскрылся страшный облик ново­го буржуазно-капиталистического общества и
многие даже передовые люди Западной Ев­ропы ушли в романтические мечтания, когда
распространилась полоса мистики.
	Великий русский поэт выступил на защиту
	прав и творческой силы разума человека. В
	своей знаменитой «Вакхической. песне» Пуш­кин провозгласил неизбежное торжество
разума над силами тьмы. Свою . совре­менность Пушкин осветил ясным, He
	меркнущшим светом разума, выразив твердую
уверенность, что солнце‘ свободы взойдет над
миром: «Да здравствует солнце, да скроется
тьма!» — восклицал поэт. В стихотворении
«Андрей Шенье», в своем «Послании в Си­бирь» Пушкин развивает светлую мысль, что,
несмотря на временные поражения, священ­ная свобода неизбежно восторжествует:
	Народ, вкусивший раз твой нектар
освященный,
	Весее ишет вновь упиться им.
	Роман, искажающший
действительность
	„Абдулла Каххар — один из ведущих писа­телей Узбекистана. Его новый роман «Кош­чинар» («Два чинара»)* посвящен теме
о новом советском кишлаке, о колхозах, о
перевоспитании широких слоев дехканских
масс в духе социализма. Вышла только пер­вая часть романа, в которой изображаются
тяжелая судьба забитого узбекского. батрака
Сыдык-джана и л его вступление в колхоз.

Абдулла Каххар ярко обрисовал байскую
кабалу и уход Сыдык-джана из дома своего
тестя-кулака. Но дальнейшая судьба Сыдык­джана и самое его вступление в кол­хоз изображаются писателем как простая
случайность. Сыдык-джан думает отправить­ся в город. на поиски заработка, но случайно
оказывается на территории колхоза «Два чи­нара», и председатель приглашает его на ра­боту в колхоз. Сыдык-джан принимает это
предложение. Но он делает это неосознанно.
Вот как описывает писатель мысли своего
героя, когда он едет вместе с председателем
на колхозное поле: «...куда, зачем и с кем OH
едет? Каковы будут последствия всего это­ГО?.. «Ладно, пока поеду, а завтра повернусь
и уйду»,— успокоил, наконец, себя Сыдык­джан».

Не приходится и говорить, что такие на­строения не являлись типичными для узбек­ского дехканства, которое в подавляющем
своем большинстве шло в колхозы, ибо ви­дело в них избавление от гнета кулаков и
понимало, что только коллективный труд с
применением тракторов и других сельскохо­зяйственных машин даст ему возможность
покончить с нищетой и невежеством. Однако
в кишлаке Капсанчи, где создан колхоз «Два
чинара», мыене видим ни одного активного

борца за“Колхоз. >,

„„Ибдобное sso gaye колхозного строи­тельства явл. политически ошибочным,
такъкак известно, что переход крестьянства
к окдАлективному труду был глубочайшим
революционным переворотом, а «своеобра­зие этой революции состояло в том, что она
была произведена сверху, по инициативе го­‘сударственной власти, при прямой поддерж­ке снизу со стороны миллионных масс кре­стьян, боровшихся против кулацкой кабалы,
за свободную колхозную жизнь» («История
ВКП(б). Краткий курс», стр. 291—292).

Абдулла Каххар не сумел показать эту
активную «поддержку снизу» дехканской
массы и поэтому односторонне, а следова­тельно, неверно изобразил колхозное строи­тельство.

Нельзя не отметить и вторую существев­ную ошибку писателя. Становление колхоза
показывается им как процесс, происходяший
без ожесточенной классовой борьбы.

Получается совершенно неверная, иска­женная картина, не отражающая действитель­ного. содержания периода коллективизации,

Сомнения в правильности своего прихода
в колхоз ни на минуту не покилают гэроя и
тогда, когда он фактически уже является
колхозником. «Ангел спасения руководил
мною в этом деле или злой дух? -—размыш­ляет Сыдык-джан, решивший остаться в
колхозе. — Может, я напрасно все это затеял...»

Чем же вызваны эти колебания Сыдык:
джана? Казалось бы, придя в колхоз, он
мог воочию убедиться в преимущесаве кол­+ Абдулла Каххар, «Два чинара», часть
1-я (на узбекском языке). Ташкент, 1947 год.
Русский перевод опубликован с сокращения­ми в журнале «Звезда Востока» (№№ 1, 2—3,
5 6, 8, 11 и 12 за 1947 год).

 
	 

хозной жизни, которая вывела таких батра­ков, как он, из состояния постоянной бед­ности и зависимости от баев и кулаков. Од­нако, если верить автору, материзльное по­ложение Сыдык-джана не улучшилось после
вступления в колхоз, а ухудшилось. Автор в
описании жизни колхоза допускает явное
искажение, рисуя все в крайне мрачных то­нах. Он в корне нарушил принцип жизнен­ной правдивости, и, по сути; у него получи­лось не изображение колхозной действитель­ности, а извращение ее. г
Неумение писателя найти и выделить
главное в колхозной жизни сказалось и на
изображении им колхозников. Прежде все­го бросается в глаза их ограниченность,
изолированность от жизни всей советской
страны. Кишлак Капсанчи представляет со­бой своего рода оторванный‘ от всего мира
заповедник: до него не доходят вести ни из
` Ташкента, ни из Москвы. Трудно даже уста­_новить время, когда происходят описываемые
в романе события. Колхозники не знают, что
делается за пределами их кишлака.

Выпячивание старого и слабый показ но­вого — таков еще один серьезный недостаток
первой части романа А. Каххара.

Писатель не перестает подчеркивать в опи­сании жизни дехкан не то, что их об’еди­няет, а то, что мешает их об’единению.

Выпячивание старого, отжившего, при
отсутствии ярко выраженных ‘благородных
качеств рядового советского дехканина иска­жает облик узбекских колхозников.

А. Каххар много внимания уделил образу
председателя колхоза «Два чинара» — Урман­джана. Но и этот образ не получился доста­точно ярким. Автору не удалось создать обоб­щающий образ большевика-организатора,
олицетворяющий собой ту великую руководя­щую роль, которую сыграла партия больше­виков в судьбе крестьянства в годы коллек­тивизации.

Писатель не сумел правильно показать
жизнь узбекского колхоза и выполнить за­дачу, поставленную им самим,— дать карти­ну перевоспитания Сыдык-джана из тем­ного, забитого батрака в сознательного кол­хозника,

Поэтому в высшей степени неоправданной
и дезориентирующей и читателей и писателя
является оценка романа A. Kaxxapa, panies
Ю. Либединским в статье «Пробуждение Сы­дык-джана», опубликованной в.«Литератур­ной газете» (№ 65 за 1948 г.). Ю. Либедин­ский, несмотря на признание им ряда суще­ственных ‘недостатков. романа (правда, в
сильно смягченной форме), считает: все же
возможным утверждать, что «образ Сыдык­джана удался автору», что «А. Какххар
раскрывает глубину и сложность процесса
становления нового человека», что в романе
дана «светлая, глубоко оптимистическая кар­тина созидательной силы людей, пробуждаю­щейся в условиях социалистического строя».
Только отсутствием партийного подхода ‘к
такой важной теме, как колхозное строитель­ство, можно об’яснить эту безответственную
оценку, носящую характер захваливания.

Не захваливание, а принципиальная боль­шевистская товарищеская ‘критика поможет
такому безусловно талантливому писателю,
как А. Каххар, осознать и исправить серьез. `
ные недостатки своего романа и дать убеди­тельное художественное произведение о жиз­ни узбекских колхозников.
	И. СУЛТАНОВ.
Ш. РАШИЛОВ.
	Эта пушкинская идея выражала оптимизм
поэта, его веру в светлое будущее грядущих
поколений, которым он посвящал свой труд.
«Пушкин знал все страдания цивилизованно­го человека, но у него была вёра в будущее,
которой человек Запада уже лишился», — пи­сал Герцен.

Пушкин выступал против дворянско-крепо­ствического общества с ero бездушием,
эгоизмом, пренебрежением ко всему родному,
отечественному. Он разоблачал порочность
общественного строя, при котором лучшие
люди оказывались несчастными, погибали, а
торжествовали мертвые души — все эти буя­новы, гвоздины, скотинины и прочие, беспо­щадно впоследствии заклейменные Toro­лем-—прямым продолжателем обличительных
традиций Пушкина.

Подвергая критике праздное, эгоистиче­ское, бездушное дворянско-крепостническое
общество, Пушкин запечатлел в своих произ­ведениях образы лучигих русских людей сво­его времени. С особой любовью Пушкин ри­совал образы крестьян и крестьянок: няни,
бунтаря-кузнеца Архипа, в которых в
противовес дворянской клевете на народ
подчеркнул высокие моральные качества рус­ского крестьянина. С глубоким сочувствием
Пушкин нарисовал образ талантливого и сме­лого руководителя крестьянского восстания
Емельяна Пугачева.

Великий гуманист и просветитель, Пушкин
ненавидел феодально-крепостнический строй
в России, в то же время он с ужасом и гне­вом смотрел и на отвратительный облик но­вого, буржуазно-каЦиталистического строя,
восторжествовавшего тогда на Западе и в
Америке.

Пушкин признавал неизбежноеть и необ­ходимость промышленного прогресса, но его
пугала судьба народных-масс при капитализ­ме. «Прочтите жалобы английских фабрич­ных работников: волоса встанут дыбом», —
писал поэт в «Путешествии из Москвы в Пе­тербург».—«Сколько отвратительных истяза­ний, непонятных мучений! Какое холодное.
	варваретво, с однои стороны, с Е а
страшная бедность». =. A
	В буржуазной демократии Пушкин разли-.
	чал глубокие противбрёчия, обрекавшие на
крайнюю нищету и бесправие низшие клас­сы общества. Поэт с возмущением писал о
«рабстве негров посреди образованности...», о
бесчеловечности постановлений американско­го конгресса, узаконившего ограбление ин­дейского народа.

В своей зашите свободы народа, разума,
культуры Пушкин явился, как писал Белин­ский, «провозвестником человечности, про­роком высоких идей общественных». И не­случайно, что таким провозвестником оказал­ся именно русский писатель. Сам Пушкин
предчувствовал, что «освобождение Европы
придет от России». Глубоко. справедливо за­мечание Т. Драйзера, писавшего по этому по­воду, что! Пушкин был «первым, кто понял
грандиозные потенциальные возможности мо­рального и социального роста, заложенные в
	i

положения трудящихся масс России. Это, великом русском народе и развитые ныне».