COBETCKOE HCKYCCTBO
	 
	Новые пьесы
		«Приезжайте в Звонковое» в Театре им. Вах­НП. Гриценко в роли Степана, Г. Паш­оли Арины. Фото С Мишина.
	го обличения. Правда, он высмеивает
	и спектакли о современности
	Комедия и прав
	Всем нашим драматургам и театрам,
работающим в области комедии, дав­но пред’явлен большой счет. И он
до сих пор, остается неоплаченным.
В чем же причина этого? В театре в
кино уже давно происходит некий
«процесс поляризации»: многие дра­матурги. стараясь подчеркнуть в сво­их пьесах серьезность нереживаемых
нами событий, почему-то избегают
юмора. С другой стороны, некоторые
	авторы, вообразившие себя комелид-`
	графами, предполагают, что возмож­HO ‘«смешное без серьезного». Захва­тив монополию на смешное, они куль­тивируют «технику комического», ‘и
в’ результате появляются такие ки­нокартины, как «Беспокойное хозяй­ство», такие пьесы, как «Свадебное
путешествие» или «Факир на час».
Разыскивать в таких комедиях прав­дивые и содержательные образы на­ших современников — неосуществи­мая задача, ибо персонажи их столь
же легковесны, насколько искус­ственна комедийная ситуация. Но
ведь автор комедии обязан быть не
меньшим реалистом, чем трагический
поэт. Всякая фальсификация реаль­ности убивает юмор, подлинная коме­дия всегда интеллектуальна. Эти ло­статочно известные истины не меша­ет вспомнить, говоря о двух премье­pax комедий: «Время, вперел» В. Ка­таева в Театре сатиры и «Приезжай­те в Звонковое» А. Корнейчука в Те­атре им. Вахтангова.
	В спектакле Геатра сатиры две
бригады соревнуются между собой,
устанавливая мировой рекорд на стоэ­ительных работах. В<е комические
ситуации пьесы порождены горячкой
и азартом работающих. На сцене
страшная суматоха. Художница-аги­татор Шура Солдатова не успевает
менять лозунги и плакаты. Люди за­бывают есть и спать. Герои делаются
совершенно неуязвимыми для личных
драм. Когда прораба покидает же­на, он почти не обращает внимачия
на ее слезы и слова прощания.
Взгляд его устремлен на доску со­ревнования, и мысли заняты новой
рационализаторской выдумкой, Боига­пира, устанавлявающего мировой ье­корл, отвлекают мысли о беременной
жене. Ей пора рожать. Он умоляет
ее подождать до конца смены, и она,
уже чувствуя приступы родовых
схваток, нежно улыбаясь, обещает
ему это. Зритель смеется, хотя 19-
чимает, что перед ним бутафорская
стройка, где абсолютно невозможво
работать, Все происходящее на сце­не напоминает горячку вокруг шах­матного турнира, бокса, острого спор.
тивного состязания.
	Виновен ли в этом В. Катаев? В.
	свое время «коршевский» театр, по­ставив эту комедию В. Катаева, до­стиг большего художественного эф­фекта именно тем, что актеры игра­ли ее без всякого шаржа, как вполне
реалистическую пьесу. Театр сатиры
(постановщик Н. Горчаков), напротив,
всемерно подчеркнул нарочитость и
неправдоподобие, которыми грешит
пьеса. Он использовал многолетний
опыт своих актеров, столь искушен­НЫХ В «мастерстве смеха», И актевы
побросовестно применили хорошо про­веренные приемы, безошибочно вы­зывающие улыбки зрителя. Напрасны
попытки Кара-Дмитриева (Ханумоз),
Любезнова . (Ищенко), Цветковой
(Феня), Менглета (Маргулиес) и
других придать правдивость и обая­ние персонажам спектакля. Все nan­но этот спектакль остается забавным
шаржем, весьма далеким OT жизнен­ной правды.
	Между тем, в нашей драматургми
существует традиция правдивой и
умной комедии. Она связана с имена­ми Тренева, Погодина, Корнейчука и
других драматургов, умеющих соче­тать смешное с серьезным. А. Кор­нейчук в новой пьесе продолжил эту
традицию. Пьеса «Приезжайте в
	Звонковое» посвящена возвращению.
Бронтовиков на родину. восстанов­фронтовиков на родину, восстанов­лению колхоза. Эта тема чрезвычайно
актуальна, народна и является од­ной из важнейших в послевоен­ной драматургии. Мож­но ли говорить обо всем
этом на. языке комедии?
Театр им. : Вахтангова

своей постановкой «сцен:

из колхозной — жизни»
доказывает эту возмож­ность.

В этой пьесе, далекой
от совершенства, нет
цельной фабулы, мало
острых словечек. Но ко­медийная ситуация най­дена драматургом в ре­альной жизни, сложной
и интересной. В. цеитре

спектакля два персоиа-.

жа — Степан. Груша и

Арина Гордиенко, Ona:

охвачены в первом‘ акте
странной меланхогией.
Прошедшие по дорогам
войны, повидавшие не­знакомые страны, Ств­пан и Арина почему-то
вдруг заскучали в своем
родном колхозе. Вырази­тельно их первое пояз­ление перед зрителем,
когда они прогулива­ются по зеленому лугу
в парадной военной фоъ­ме, надев ярко начищен­ные медали, скучающие,
томные и ко всему рав­чодушные Они поют
под звуки заграничного

 

«Приезж
тангова.
кова в р

аккордеона фронтовые. песни. Beno­миная о Бухаресте и Праге. У
Степана четыре года была одна
цель — победить врага. Она осу:
ществилась. Что же теперь? Не
	И ГМИ

see

по душе ему, еще недавно воевавше­му под командой славнейших гене­ралов, итти в подчинение к предсе­дательницам колхоза и сельсовета,
Что делать ему в колхозе после три­умфов, с которыми встречали его жи­тели освобожденных городов Евро­пы? (Снова стать конюхом? Прежде
он был энтузиастом этого дела, и
его «Чорт» даже взял приз на Bceco­юзных скачках. Но в колхозе оста­лось только пятнадцать старых кляч,
Положение Арины не менее «трагич­но». Ей ли, вернувшейся из европей­ских столиц, приобщившейся к циви­лизации Запада, снова стать свинар­KOH?

По замыслу автора, играющая эту
роль актриса должна высмеять ме­щанское преклонение перед Евро­пой, показывая Арину смешной и не­лепой в модных заграничных платьях,
халатах и шляпах. Но Г. Пашкова де­лает нечто непредусмотренное драма­тургом, Ее Арина носит все это. с за­видной працией и изяществом, и не­] которые интонации и движения этой

колхозницы — не карикатурное под­ражание европейским манерам, а их
точная имитация. В сферу комедии
попадает буржуазная «цивилизация»,
сущность которой давно уже свелась
к внешнему лоску светских манер и
умению носить платья. И это соста­вляет прелесть игры Г. Пашковой.
Зритель смеется над ее наивной тос­кой по Европе. Арина не замечает,
как много того, о чем она мечтает,
уже усвоено ею. Несбычайное соче­тание словаря фронтовика и колхоз­ницы-свинарки с европейской свег­скостью. является превосходным ма­териалом для острой игры Г. Наш­KOBOH,

Арина и Степан Груша (Н. _Гри­ценко) — подлинно комедийные пер­сонажи. Степан, обаятельный кресть­янский парень, не может дня прожить
без мечты, без любимой работы. Но
и Степан, и Арина быстро находят в
родном колхозе работу «по вкусу», и
меланхолия их развеялась.

Драматург мог бы провести и этих
и других персонажей через различные
испытания, поставить их в новые ко­медийные положения. Но он сгладил
острые углы, отказался от сложных
ситуаций, и, конечно, напрасно. Ха­`рактеры, созданные актерами, явно
‚ перерастают сюжет пьесы.

Корнейчук отказалея от  отрица­‘тельных персонажей, от сатирическо­Уроки одного спектакля   В XYAQMECTBEHHOM СОВЕТЕ
	RUMHTETA 10 ДЕЛ

АМ ИСКУССТВ
	Состоявшееся 12 февраля очеред­ное заседание Художественного со­вета по драматургии и театру было
посвящено обсуждению новой поста­новки Московского театра драмы —
спектакля «Молодая гварлия» (автор
инсценировки романа А. Фадеева н
постановщик — Н. Охлопков, сопо­становщик—Е. Страдомская).

Н. Акимов в своем докладе преж­де всего отметил больное общест­венное значение постановки Н. Ох­лопкова, которую он считает ‘круп:
ной удачей театра. Члены Художе­ственного совета, выступавшие в
прениях, единодушно поддержали
это утверждение докладчика. По
мнению членов Художественного
совета, Н. Охлонков создал  спек­такль высокоидейный, страстный,
имеющий серьезное воспитательное
значение и особенно ценный для мо:
лодых зрителей.

Доклалчик убедительно об’ясняет
успех новой постановки Театра дра­мы в целом удачным разрешением
такой сложной лля инсценйровщика
и режиссуры проблемы, как сцени­ческое воплощение  об’емистого ро­мана А. Фадеева, изобилующего ав­торскими отступлениями.  «населеч­ного» большим количеством  персо­нажей.
Оформление спектакля ‘художи:

 
	ком В. Рындиным докладчик  счн­тает весьма удачным.

Касаясь исполнения отдельных ро­лей в этом спектакле, Н. Акимов
особо отмечает крупный успех Б.
Толмазова в роли Сергея Тюленина.

— Толмазов,—говорит он,—испол­няет эту роль ярко, с хорошим жиз­неутверждающим юмором.

П. Марков в своем содокладе при:
соединился к той оценке, которую
дал спектаклю в целом Н. Акимов.

Сосредоточив внимание Художест­венного совета на проблемах инсце­нировки «Молодой гвардии», П. Мар­ков высказал свое убеждение, что
Н. Охлопков вполне успешно епра­вился с этой труднейшей задачей.
Роман А. Фадеева нашел в этой ра­боте весьма полное и яркое . теат­ральное воплощение,

Далее П. Марков остановился на
мастерстве актеров этого спектакля.
Он с одобрением отозвался 06 ис­полнении Е. Самойловым роли Олега
Кошевого.

Крупными актерскими победами
этого спектакля ПП. Марков считает
также исполнение артисткой В. Герд­рих роли Ульяны Громовой, Л. Свер­длиным — роли Валько и А, Хано­вым — роли Шульги.

Неудачна, по мнению П. Маркова,
сцена расстрела краснодонцев в кон­це спектакля, Она разрешена Н. Ох­лопковым в условно театральном
плане (силуэты на тюле) и ослабляет
впечатление, производимое прекрас­ным ярким финалом. Неубедитель­ными считает П. Марков и устрашаю­щие каоикатурные фигуры немцев.

Л. Леонов находит новую постанов­ку Геатра драмы превосходной.
	Наиболее яркими Л. Леонов счита­Е BETHMECT­венно и плавно вздымаясь над ней.

Однако, как отмечали члены Худо­жественного совета, режиссер нес­колько злоупотребляет этим вырази­тельным приемом.

— Эти вариации стяга не всегда
оправданы высокой значительностью
происходящего на сцеке, и зритель не
всегда воспринимает этот символ во
всей его впечатляющей силе, — ска­зал А. Таиров.

Н, Погодин находит принципиаль:
ную новизну этого снекгакля в сме­лом создании новой дозматургической
и театральной формы, которая продн­ктована самим жизненным материзлсбм.

— Спектакль напомнил мне,—сказал
Н. Погодин, — что мы «академизиру­емся» слишком рано, чересчур добро­совестно стремимся придерживаться
установившихся традиций. Спектакль
Н. Охлопкова отмечен большой таср:
ческой смелостью, но это нисколько
не мешает ему быть правдивым и вол­нуощим зрителя.

С. Михоэле обратил внимание ре­жиссуры спектакля и Художествен­ного совета на то обстоятельство,
что наиболее убедительны в спектак­ле эпизоды, сделанные скупо, эко­номно (взрыв шахты, например), те
же сцены, в которых постановщик
проявляет стремление к чрезмерной
фактической достоверности (сцены
пыток), производят меньшее  впечат­ление. Хорошо найдена музыка к спе­ктаклю (первый концерт С. Рахмани­нова), которая звучит страстно, сильно
и во многом способствует успеху спе­`ктакля.

В высказываниях членов Художест­венного совета получили вполне одо­брительную оценку А. Терехина, ис­полнившая роль Радика Юркина. Б.
Мельников (Ваня Земнухов), А. Мо­розов (Арутюнянц).

Художественный совет остался не­удовлетворен игрой К. Половиковой
(мать Олега Кошевого), Ф. Раневской
(бабушка Вера), А. Лукьянова (Тур­кенич), А. Кашкана (Стахович), Р.
Бахарева (майор).
’ В своем заключительном слове за­_меститель председателя Комитета по
делам искусств при Совете Минист­ров СССР т. Анисимов сказал:

— Как показало обсуждение, Ху­дожественный совет единодушно одо­бряет спектакль. Большой успех Н.
Охлопкова и актеров Театра драмы
об ’ясняется прежде всего тем, что те­атр получил в свои руки настоящий,
обильный и яркий жизненный матери­ал. Роман А. Фадеева, который лежит
в основе этого спектакля, восхищает
глубиной авторского проникновения
в жизнь. Отсюда почеринуты большие
мысли и пафос этого спектакля. Н,
Охлопкову удалось талантливо воп­лотить на сцене образы и идею кни­ги Фадеева.

Успех Н. Охлопкова и Театра дра­мы — это успех, зовущий работников
советского театра к новым творческим
усилиям, свидетельствующий о том,
как расцветают артистические талан­ты в соприкосновении с огромным,
ярким материалом нашей современной
жизни. Успех Н. Охлопкова — один
из первых результатов работы совет­ского театра по выполнению решения
ЦК ВКП(б), и этог успех окрыляет
всех работников театра. Е

 
	счастье!
	лось исполнение О. Янковской роли
Дарийки. Янковская играет эту тра­диционную роль  темперяментной,
пылкой цыганки < необычайной све­жестью. Ее героиня страстно рвется
к счастливой, трудовой жизни и до­бивается своего, преодолевая все
препятствия. Заданные ролью труд­ные переходы от неудержимого гне­ва к тихой кротости, от полного сми­рения к строптивости молодая ак­триса выполняет правдиво и с худо­жественным тактом. И. Ром-Лебедев
в скупой и сдержанной манере  ис­полняет центральную роль Калгана,
‘председателя колхоза. Он рисует об­раз человека волевого и сильного,
уверенного в своей правоте, в том,
что колхозная жизнь — единственная
дорога к. счастью. Н. Михайлова ‘с
тонким мастерством проводит роль
Ганки, колхозного бригадира.

 
	К сожалению, с резким Wap sin
рованием исполняют свои роли С.
Леонов (Родион Шишкин), Н. Су­ровцев (сторож), В. Киселе (брат
Чоры). С. Шишков в роли Лавру соз­дает привычный картинный образ ли­хого красавца-цыгана, обедняя тем
самым свою интересную роль.
	Спектакль в целом проникнут оп­тимизмом и бодростью. Теплые свол­нечные краски художника И. Фело­това и песни С. Бугачевского создахот
жизнерадостную атмосферу этого
представления.

К. РУДНИИКИЙ. _
	Не трудно понять, почему Москов-, только назвать его именем пьесу. К
	ский театр драмы и комедии обра­тился к пьесе О. Литовского «Андрей
	2тому автор шел, но остановился на
полдорсге.
	т1ротасов». 1еатр, очевидно, привле­кла тема пьесы — высокая сознатель­ность советского человека, для кото­рого нет ничего более святого, чем
интересы Родины; ето непримири­мость к обывательскому благодушию,
гго способность распознавать врага в
любых обстоятельствах, как бы тон­ко он ни маскировался, его готов­ность со всей страстью патриота за­щищать свою страну.

Театр хотел иметь «свою» пьесу,
созданную творчески близким ему
драматургом, рожденную в его сте­нах, а не механически о заимствован­ную из чужого репертуарного порт­Андрей Протасов задуман автором
как человек светлого ума, большой
воли, решительных поступков. Внеш­не он неулыбчив, суховат, может
быть, излишне сдержан в своих чуз­ствах, но это не от бедности внутрен­‚ него мира, а от исключительной соб­ранности и целеустремленности. О нем
говорят, что он беспошщаден, ибо не
любит и не может скрыть правды, как
бы жестока она ни была. М эта беспо­щадность, по существу, является вы­сокой принципиальностью  советско­го человека, который не терпит
‘фальши, примиренчества, инертности.
Протасову в пьесе противопостав­феля. _ т лен хозяйственник Быстров. Их

Что можно возразить против этого?   столкновение —самая эначительная
Молодому театральному коллективу,   страница пьесы. И можно только со:
только начавшему свою жизнь, долж­жалеть, что именно этот конфликт
но дерзать и искать в искусстве не­не стал главным в пьесе.
проторенные дороги. Быстров— неустойчивый.

 

колеблк­Но, как известно, благие. намерения
еще не определяют успеха спектакля.

Автор назвал свою ньесу «Андрей
Протасов», по имени одного из героев,
и этим самым он, очевидно, хотел
подчеркнуть, что в ней идет речь
главным образом o6 этом человеке,
стойком большевике, рыцаре правды.
На самом деле, вопреки желаниям
автора и театра, на первом плане
оказался другой персонаж — Бугаев,
хитрый враг, предатель, искусно мас­кировавшийся под «советекого» чело­века.

ес па arama: ng) Tlrsensee

  щийся человек, часто поддающийся
  обывательским

настроениям, Он во
власти гнилого либерализма и жела­ет всегда быть «добрым», «прият­ным». Доверчивость его слена, он
верит всему и всем без исключения,
в том числе и скрытым врагам. Это
приводит Быстрова к непроститель­ным ошибкам.

Порой, однако, Tema благодушия
Быстрова пропадает, и мы видим, что
ошибка его проистекает главным 5б­разом оттого, что он просто не
очень умен, не смог разобраться в
	: ?
двух украинских интеллигентов —  Как это могло получиться? Почему   ховольно сложных обстоятельствах

драматург не сумел полностью осу­проболтался. Такое  об’яснение
архитектора и поэта, Поклонников   ществить свой замысел? Как всегла о ся

ый тео, EEE   20800 4. но Зи разооратьсл в
	в таких случаях, причину не трудно
найти. Автор пьесы порой забывает о
болыной правде жизни, не укладыва­ющейся в спокойный и удобный тед­старины. Но эти два чудака попро­сту мелки и незначительны. Полемика
с ними скучна. Появление их на сце­не может быть оправдано только ма­стерством артиста Е, Максимова, с
тонким лукавством играющего деда
Евтуха, который представляет приез­жим  пьяницу-колхозника — Остюка
(И. Соловьев), как прямого потомка
запорожцев. Драматург мог исполь­зовать этих живописных персонажей
в дальнейшем. Но, появившись в од­чом лишь эпизоде, они почти бесслед­во исчезают из спектакля.

Параллельно главной комедийной
линии Арины и Степана театр ведет
рассказ об Оксане Дубровон
(Л. Пашкова), гордо и мужествен­Пе Быстрова менее интересно.
 В нем прежде всего важно разобла­‚чить беспринцииность и благодушие.
  В спектакле Москозского театра
	атральный штамп. И тогда вместо ДРАМЫ и комедии (постановка А.
сложных человеческих взаимоотноше.   ПЛОТникова) отчетливо выразились
omit позанм neanwuorry сес к.   достоинства и недостатки пьесы В

 
	 

и Bi 7 Я е ’ -
интрига,   СИлах ли был театр уничтожить на

искусственная театральная
	имеющая такую власть над автором,   с OBbnt 2 i HEKOTOPBIX — MeCTAX
то он. увлеченный elo. aaGnraer о   Самую новенную фальшь пьесы?
	Й 3.2: thr a ra
что он, увлеченный ею, забывает о  Koniewno, wer. Axrepsi, ни
действительных страстях и устремле­! » Her. ры, ис ющ

ниях. постутисях и мыслях пла“   роли  Бугаева (Л. Гарфельд) ero
	4 ЖЕ пиулай   Роли ругаева (/1. гарфельд), его

ниях, поступках и мыслях людей. ‘жены (И. Мдивааи) р ce MaTepl
«Нерв» пьесы — разоблачение пре­(3. Игумнова), дали бледные харак­дателя. Зритель, как и герои пьесы, теристики своих персонажей. ‘

долгое время в неведении: кто такой   Умный 6

Бугаев? Служит ли он у немцев глав­т сео

ным советником по. «русскому вопро­i
i
4
а

 
	at 1
су», для того чтобы, добившись “HX
доверия, помогать партизанам, или он  
является предателем, обманувшим со.  

маков. Немного угловатый,  сосре­доточенный человек, на первый
взгляд сухой, _ необаятельный,—-та­ee а variate   KHM 3 идим Про . O1 -
ветских людей, пытающимся усыпить el lac to M и Goa
их бдительность? Азтор так yaaexca ; bO Pp 7 » HO B

 
	но переносящейи разрыв с женихом.
Ее драма не вызывает грусти, —Ок­Л. Tlaurkosahi
жизнерадостна и сильна, она найлет
свое счастье. Любовь,
между уже
Гордиенко

верч\витимея ec rotor

в исполнении

возникающая
немолодыми
Прокопом

тлалотов падал

нА одительность: азтор так увлекся

этой острой ситуацией, что посвятил

ей почти всю пьесу. Сначала он дела­дорогие, самые близкие ему, полные

правды
ков—Протасов обретает
душевный огонь, по которому мож­ет все для того, чтобы ввести в за­блуждение, «сбить с толку» зрителя,

представляя Бугаева честным челове­ком, а затем в конце раекрывает свои
1 карты, . показывает его в истинном не­НО

фе ENE Pw EE ARN EEN Е: В
‚ минуты, когда он обличает своих
противников и высказывает самые

й веры убеждения,  Шума­страстность,

судить о силе чувств

oe?

и эмоций,
	тему другой новеллы, служащей
	серьезным фоном комедии. Артист
	С. Лукьянов своей задушевной ис­кренностью преодолевает дидактич­ность образа Прокопа. Беседа Про­привлекательном виде. И все внима­СВОЙСтвенных от
ние автора, героев. пьесы и, понятно,  прасно только _ Шумаков боится Ta­зрителей растрачивается на втопосте­na coe YYECTB ть
пенное, на самую механику «двойной»   5, а ео
‘жизни Бугаев. ‚тает «сухость» Протасова.
	  К “ азы молодых
т AA awa = зву чет. дяя нартизан, для их   серу удались OUD

а рана У   пуковолителя Анхрея Протасова.   партизан Зины (артистка С. Грин­пчельника, ре а ВНУТРЕННЯМ   чрезвычайно важно; в конце кониоз,   Гру 3) и Капли (м. Елисеев). В них
лиризмом, представляет одну    знать, кто такой Bvraes. ибо они ло­обаяние молодости, душевная чи­пу и nen о   gepusin emy cro tainy, cuntaa wemer­CTOTa, pomautHueckuil Tlopsin  cower­Театр сумел  об’единить все эти
эпизоды в одно целое. Постанознеи­ком А. Ремизовой хорошо  разрабо­ганы массовые сцены, сверкаюнцие  
	таны массовые сцены, сверкаюие
молодостью и весельем.

Сопоставление этих двух премьер
поучительно. Заслуга Корнейчука в
том, что он сумел найти комедий­ную ситуацию в самой жизни. Но
дело не только в пьесах, Театр са­гиры, ставя комедию В. Катаева, не
отказался от штампов «комическо­го», не позаботился о жизненной
правде спектакля. Молодые акгеры
Театра им. Вахтангова вызвали к
жизни образы, только эскизно наме­ченные драматургом, обнаружив при
этом чувство меры, не впадая в
шарж. У них получился спектакль
по-настоящему театральный, в вах­танговском смысле этого слова. По­чти все исполнители играют легко,
непринужденно, испытывая творче­кую радость на сцене.

Вахтанговны доказали, что секоет
успеха комедии — жизненная прав­да, острая наблюдательность и не:
поддельный юмор.
		  вого «советника» своим другом. Но ских юношей, зашишающих Родину.
	Of, $:   аме­Т.В спектакле схолку молодогвар­ие, отраничить их интере­Нельзя не сделать общего `заме­дейцев, их клятву, финал спектакля.
сы, их деятельность только этим?  чания о стиле актерского  исполне­^* С
Мы, по существу, лишены возможно:   НИЯ. Большинству ‘актеров entice.   77 а. ра находка.
сти видеть партиз ав напряженных, ‘венна сдёржанность в игре. [loonit lo . говорит a еснов, — огромный

ag

 
 

 
	красный стяг, который, словно символ
	«За ваше
	Гице закрыт синий занавес, но уже
доносится далекая звонкая цыган:
‚ская песня... Поют девушки-цыганки,
  собираклиие виноград в колхозных
садах. Их песня — краткое, лириче­ское «введение в спектакль», Зана­вес раздвигается, и сразу же завязы­‚вается незамысловатая интрига пье.
сы И. Ром-Лебедева «За ваше сча­стье!»,. которую поставил недавно
московский цыганский театр «Ромэн».

Пьеса живо рассказывает о счаст.
ливой жизни цыган в колхозе, о ра­дости созидательного труда, о пер­вых результатах нелегкой  восстано­вительной работы в селах советского
юга, освобожденного от немецких’ и
румынских захватчиков.

Сюжет комедии позволил автору
достаточно убедительно показать пре­имущества честного артельного тру­да и оседлой жизни перед жалким
существованием таборных цыган.

’ Актеры и о актрисы театра «Po­мэн», прекрасно освоившие свою на­редкость неудобную сценическую
площадку, двигаются по ней и тан­цуют непринужденно, легко, с под­линной грациозностью. Следует заме­тить, однако, что стремление ре­жиссуры (руководитель постановки
Яншин, постановщик А. Храмчен­ко) насытить спектакль музыкой, пе­нием и плясками превращает кое-где
представление в своеобразный дивер­тисмент. Это в значительной степени
ослабляет цельность снектакля.
Счастливой актерской удачей яви.

 
	  TOME стине а ABIX героических
‚ делах.

Бугаев и его семья не выходят из
‘своего дома, автор чуть-чуть приот­крывает его двери, и только слабые
OTIBYKH жизни города, терзаемого

 
	врагом, врываются ‘на сцену. Бугаев.
	служит советником у немцев, но мы
не знаем, как к нему относятся совет­ские граждане, мы не ощущаем гроз­HOH силы их сопротивления и нена­висти. Пьеса не случайно замыкается
в интерьерах. Она «комнатна» по сво­ему существу. В этом проявилась ог­раниченность жизненного материала,
которым оперирует автор. В пьесе ма­ло жизненных наблюдений, ей нехва­тает правдивых характеристик и де­талей.

Затянувшаяся история с разобла­чением предателя Бугаева помешала
	Н 3®`   автору уделить больше внимания Ан­дрею Протасову, сделать его дейст.

VR О А ratmrrnan ayia №, а о
	вительно центральной фигурой, а не
	большевику стать во главе коллекти­ва. Он переоценил влияние Степана
Грохота на умных и честных людей.
просто уставших от анархии и беза­лаберщины, , :

А Степан Грохот — это старая
Арктика и зо многом старый мир. У
него своя биография. У чего за пле­чами колебания в дни интервенцин
и гражданской войны на Востоке: с
кем итти, за кого воевать. У него
за плечами болышая  старательская
жизнь, редкие удачи, шумные куте­жи, скитания и личная анархическая
свобода, Не сошелся характером с
товарищами, не пришлись они по ду­ше — значит, прощайте! И вот имен­но этот персонаж, потомок тех, кто
более всего импонировал читатело
старой литературы о всех Клондай­ках мира, человек, олицетворяющий
якобы романтическую вольницу, не­приятие всякого рода общественных
пут и условностей, в. нашей жизни и
в пьесе Горбатова ‘оказывается ие
голько неприятным до отвращения,
но и не сильным, и не мужественным
по нашим представлениям. Его дема­гогия и поза, его хитрость и наг­лость вызывают неприязнь.

В старой Арктике Степан Грохот
был бы непререкаемым авторитетом и
могучим вожаком. В нашей Арктике
его волчья сила ничто перед силой
коллектива. Пьеса убеждает в том,
что все эти скупые на слова, честные
и трудолюбивые люди,  рабочие-зи­мовщики, подтверждающие на суде
виновность Степана, сильнее его,
	умнее и неизмеримо благороднее,
	Бут не сумел быстро и резко про­вести черту между люльми грохотов­ского склада и честными строителя­ми порта: инженером Казаковым.
	ми порта: инженером Казаковым,
гидрологом Еленой Музыченко, Фе­дором Харитоновым, дедом Коробко
и многими другими. Поэтому ° пьеса
живет не столько конфликтом между
Бутом и Грохотом, конфликтом уже
изведанным, сколько теми коллизи­ями, которые возникают между на­чальником и коллективом. И если
Бут с помощью коллектива, несколь­ко неожиданной для него самого, по­беждает шумного.и гульливого Сте­пана Грохота, то и коллектив, в свою
очередь, исправляет Бута.

Бут считает, что «это  нехоропю,
когда человек броляга», но не умеет
увидеть в стоящем рядом человеке
страстного желания покончить с бро­дячей жизнью, обрести дом, вложить
все свои силы в большое, полезное
народу дело. «Хочу и я, — говорит
закоренелый бродяга Федор, — хоть
про что-нибудь на свете с полным мо­им правом сказать, — и чтоб люди че.
смеялись, =— мое! Мой порт! Я ero  
	строил!»
	‘это достоинство превращается в не:
`лостаток: сдержанность приволит к
сухости, пропадают естественная
атмосфера жизни и те неповторимые

али, без которых искусство не
ожет сушествовать,

 

 

  
 
	«Андрей Протасов»-— второй спек:
	такль Московского театра’ драмы и.
‘комедии на современную тему. В
‘прошлом году он начал свою жизнь
	‹ прошлом году он начал свою жизнь
спектаклем «Народ бессмертен», в
  котором были переданы суровая про­стота и поэтичность пьесы И. Наза­рова По повести В. Гроссмана, В
«Протасове» театр не укрепил, не
‚развил своих первых достижений. Ho
  пусть театр не подумает, что не надо
Гитти своим путем в искусстве, искать
‘свои пьесы, создавать евой репертуар.
Речь идет только о большей требъ­вательности и к драматургии ик
‘себе. Таковы уроки этого. спектакля,
	©. ЗАМАНСКИИ.
о о
	ПОВЕСТЬ О СИЛЕ
СОВЕТСКОГО КОЛЛЕБКТИРА
		Изоляция героев от конкретной со­пиальной и бытовой среды — один из
излюбленных приемов буржуазной
драматургии. Группа персонажей не­ожиданно оказывается отрезанной от
всего мира. Вокруг них бушуют вы­думанные театральные стихии. Ревет
nypra, сотрясая стены бревенчатой
хижины. С грохотом рушатся горные
лавины, заваливая спасительные пе­ревалы. Ледовое безмолвие окружает
людей...

Как правило, писатели изолирова­ли своих героев of мира,  что­бы выразить привычную для бур­жуазного общества мораль: чело­век человеку волк. Пусть из всего
человечества уцелеет только He­сколько человек, — все равно они по­пробуют повторить мировую историк,
Сильный захочет <’есть слабого. 05-
нажатся животные инстинкты. Гос­подствующей страстью станет инди­видуализм.

Психология героев таких пьес (ла
и не только пьес) исключает любовь
& труду. Самая мысль о труде спа­сительном и полезном покажется не­лепой людям, охваченным одной стра:
стью: быть сильнее соседа, удержать
его руку, вооруженную ножом, увер­нуться от меткой пули. Жестокий,
немнлосердный волчий мир окружает
самых лучших, самых смелых и му­жественных героев Лжека Лондона.
	В советской драматургии были по­пытки компромиссного решения этой
проблемы. Была «Пурга», — в ней
действовали старые гарои, наряжен­ные, как в. маскараде, под современ­ников. «Опаздывали на сутки» само­лэты, и это служило Поводом для
слащавых комедий, для умиления и
	товых сооружений на юге. Бут не­многословен и педантичен. Он замол­кает или ограничивается междомз­тиями там, где, казалось бы, толко
и место начальственному слову. OH
приглядывается к людям, запоминает
их, но есть в этой приглядке что-то
анкетное, бесчувственное, какое-то
недовольство людьми, есть непозво­лительно обидная для коллектива
‘мечта о других, идеальных, а значит,
выдуманных людях. Странное впечат­пение производит Бут: то ли он лал
себе зарок не улыбаться, не откры­вать своего сердца и своих мыслей
никому, TO ли вся его сухость и
замкнутость идет от большой душев­ной усталости, от чего-то такого, что
составляет его личную драму, тша­гельно оберегаемую от постороннего
взгляда. Бут — человек долга, хоро­шШий рабочий человек. Они от дру­гих требует неукоснительного испол­нения долга. Но это его требование
кажется людям каким-то неласковым;
он таит в себе недружелюбную на­стороженность и недоверие к товари­щам, Бут все норовит заставить лю­дей работать, не видя того, что они
и сами хотят трудиться и созидать,

 
	Бут в очень напряженном состоя­нии. Новое место, новые, неизвест­ные ему жизненные условия и труд­ности, новый, сложный человеческчй
коллектив заставляют его быть на­стороже. Больше слушать, чем гово­рить; наблюдать, не открываясь са­мому; служить с людьми, но не ду:
жить с ними — таковы его принци­пы. И не сразу отгадаешь, что это—
врожденные и уже неисправимые
черты характера Бута или временное
состояние, которое пройдет вместе
с  исключительностью обстановки?
Только в редкие мгновения, в минуту
откровенной беседы с Еленой, в про­стодушной беседе с охотником Сем­KOH, да в самом конце пьесы, пос:
ле резких обвинительных слов ин­женера Казакова, мы видим другого
Бута — сердечного и немного расте­рянного.  

Ошибка Бута, а может быть, и его
недостаток, столь же органический,
как и недостатки других персонажей,
заключается в том, что он не сумел
разгадать простые и горячие челове­ческие сердца, не понял тоски зи­мовщиков по большому честному
труду, который не покупался бы
	спиртом из запасов. Степана Грохота.
Он не нашел тех прямых путей к лю­дям, которые только и могут помочь
	как кончился суд над Грохотом: «Я
обвиняю вас в том, что вы нарушили
законы человеческого общежития. В
том, что вы не быля человеком сре­ди людей, а хотели и в нас полавить
человеческое... И еще я вас обвиняю
в том; чтосзы не ‘полюбили нас,
нас, своих товарищей по труду. по
мукам, по борьбе, А человека надо
любить, ибо без любви нельзя тво­рить прекрасное на земле». «Мы со­ветские люди. И живет в душе каж­дого из нас советский закон, закон
Великого Дела».
	Вот о каком законе. идет речь в
пьесе Горбатова. Автор ставит своих
героев в исключительные по драмяа­тизму положения не ради парадок­сального построения пьесы или ме­лодраматических эффектов. Жизчь,
как она есть, многоликая, с поисуши­ми человеку страстями и слабостями,
предстает перед нами. Горбатов не
омрачает искусственно горизонт этой
	ПЬЕСА Б, ГОРБАТОВА
«ЗАКОН ЗИМОВКИ»
oO
		инсценирозкой рассказов. Это не HH­сценировка, несмотря на то, что сю­жетный мотив (и многие фабульные
ходы), герои, портретные зарисовки
уже встречались нам в книге расска­зов. Это не инсценировка, и «Закон
зимовки» не ниже рассказов, а по
	] композиционной за вершенности зыше
	и значительнее их. «закон зимовки»
— это драматическая повесть о су:
ровой жизни в далекой Арктике, Со­ветские люди строят порт. В разное
время пришли они сюда: инженеры,
радисты, врачи, десятники, плотчики.
Но уйти отсюда по прихоти, по пер­вому желанию — невозможно. Даже
если отпустит начальство. Кругом,
как говорят действующие лица пье­сы, «лед, лед, лед»... До ближайшей
охотничьей фактории далеко. Когда
строители порта судят десятника Сте­пана Грохота за саботаж и покуше­ние на жизнь начальника, они приго­варивают его к выселению с зимозки.
Это самое страшное для здешних
мест наказание. «Это старый закон,
— говорит бригадир Федор Харито­нов, председатель необычного нарол­ного суда, — неписанный. Конечно,
вы можете и отменить. Только это
	наш закон, другого нету. Как нам с
неудобным человеком поступить? Мн­лиции у нас нет. Тюрем тоже. По­этому и установился сам собою такой
закон. Который человек не может
жить с людьми по-людски, такой че­ловек подлежит выселению с зимов­ки куда хочет, — тундра большая»,
	ПРЕМЬЕРЫ В ТЕАТРАХ СОЮЗНЫХ РЕСПУБЛИН
	Репертуар театров союзных респуб­лик пополняется новыми современны­ми советскими спектаклями.
	веворе осуществить постановку пье.
сы Мацкониса «Братья»—о партизан:
ском движении в дни оккупации Лит­вы гитлеровцами. Клайпедский театр
репетирует пьесу Бутку-Юзе «Солне.
чный луч», повествующую о жизни
литовских рыбаков. Вильнюсский те.
атр драмы осуществляет спектакль
«Ковалюнай». В этой пьесе литовско­го драматурга И. Марцинкявичуса
рассказывается о героическом боевом
пути Краснознаменной Литовской
Дивизии.

В Художественном театре Латвий:
ской ССР в Риге идут репетиции пье­сы Ю. Ванека «Встреча на’ берегу».
посвященной теме восстановления
промышленности и воспитания социа»
листического отношения к труду,
	Театр «Эстония» в Таллине готовит
премьеру пьесы А. Хинта «Шхуна ры:
баков», в которой говорится о помощи
эстонского народа частям Красной
Армии в дни войны. Эта пьеса репе­тируется также в театре «Ванемуй­не» (г. Тарту).
	жизни, —— он остается верным исти­Недавно в Баку в Театре им. Азиз­не, и каждое слово, каждое искрен­бекова состоялась премьера пьесы
Hee душевное движение приобретает Джафар Джабарлы «Яшар», расска­СВЕ mrann ое

 
	зывающен о героических трудовых
буднях первой сталинской пятилетки.
	Ряд новых премьер предстоит в те­атрах Грузии. Театр им. Руставели
готовит пьесы И. Мосашвили «Люди
одной станицы» и «Человек сердца»
В. Дарасели. В Театре им. Марджани­швили готовятся новые современные
спектакли—«Светлым путем» Т. Дон­жашвили, «Моя грусть» М. Гогиа­швили и «Симфония труда» А. Аблад­зе.
Ереванский Театр им. Сундукяна
ставит пьесы: М. Кочаряна «Сердце
матери» и «Светлые пути» А. Аракс­мана. Ряд армянских городских теат­ров принял к постановке пьесу А.
Гулакяна