11 января 1948 г.,
	ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ
	_ Q сшенарии Чарли Чаплина’
«Комедия убийств (Господин Верду/»
	Творчество Чарли Чаплина как художни­ка, киноактера, сценариста и режиссера не­отделимо от того, что мы называем передо­вым искусством, борющимся на Западе с ©и­лами реакции, диктующей свои приказы в
области кино. как во всякой другой области.
	В настоящее время американские империя­листы, ведущие бесшабашное наступление
против всего подлинно передового, атакуют и
позиции людей искусства, требуя полной ка­питуляции их перед всепоглощающей агрес­5 доллара, требуя полного повиновения их
Ht еконенавистническим планам. Они ©р­овали травлю и такого выдающегося
кра искусства, как Чарли Чаплин. В
телавно опубликованной статье он писал, что,
вероятно, скоро ему придется покинуть пре­делы Америки, чтобы в другом месте найти
то уважение к человеку, которого его хотят
лишить , хозяева сегодняшней Америки.
	Чаплин остается убежденным вра­гом реакции, готовым разоблачать и клей­мить то состояние общества, до которого его
довели мракобесы, воскрепающие самые
мрачные картины угнетения человеческой
личности, желающие превратить человека в
слепой придаток к усовершенетвованному
государственному механизму, поставленному
на службу капиталистам и агрессорам, бан­кирам и генералам, толкающим мир к третв­ей мировой войне.

С тем большим удивлением и горечью чи­тается сценарий Чарли Чаплина, напечатан­ный под названием «Комедия убийств (Гос­подин Верду)» в двенадцатой книжке журна­ла «Новый мир» за 1947 год.

Удивление это, растет с каждой страницей,
и, окончив чтение сценария, вы испытываете
чувство человека, вышедшего на свежий
воздух из душного и темного подвала, пропи­танного запахом разложения и крови,

О чем же говорит этот сценарий? В нем рас­сказывается, как некий господин Верду, в не­давнем прошлом скромный банковский слу­жащий, уволенный последвадцатипятилетней
службы по случаю кризиса, решил добывать
средства для существования своей семьи, со­стоящей из больной жены и малолетнего
сына, не совсем обыкновенным способом. Он
стремительно обольшает пожилых женщин,
имеющих средства, похищает их сбережения
и Убивает их разными способами,

Так он убил двенадцать женлцин и, нако­нец, понес заслуженную кару:

На суде он обвиняет порядок капиталисти­ческого мира, который представляет собой
мир наживы и кровавых преступлений про­тив человечества. Он говорит: «Разве у нас
не готовят всевозможные орудия массового
	истребления людей? Разве у нае не разно­сят на куски ничего не подозревающих жен­WMH wu детей, проделывая это строго научны­-ми способами? Что я по сравнению © этими
специалистами? Жалкий любитель, не 60-
лее...».

Наш век — «век преступлений!», —воюкли­цает он,

Конечно, было бы неправильно отождест­влять ‘мысли Чаплина с мыслями страш­ного вырождениа Верду. Мы знаем, что, усы­NATH, гипнотизируя массы, американские
реакционеры производят тысячи картин,
где убийства еще страшнее, ужасы еще более
нагромождены, где привлечены всевозмож­ные извращения, суеверия и мистика и самая
беспардонная распущенность, Все пущено в
ход, чтобы отшшеломить, ввергнуть  зрителя в
хаос кошмаров и игры на самых низких
инстинктах, Чаплин хотел показать привыч
ный для американского экрана мир ужаса
обыграв его по-своему, показав на этом жут­ком фоне порождение капиталистического об
щества, лишающего человека души ‘и. делаю­mero ero безумным существом — вампиром,
уничтожающим себе подобных без тени тра­гедии, потому что трагическое может быть
доступно только существу, не потерявшему
человеческих чувств. Чаплин хотел показать,
что этот до дна опустошенный человек во
власти только одной иллюзии жизни, во вла.
		сти страшного сна, от которого он может
очнуться только накануне гибёли.

Вот почему в заголовке Чаплин поктавил
слова «Комедия убийств». Но здесь Yammy
изменила ero привычная сила. Комедия
убийств так же отвратительна, как CCAM
была бы написана комедия под назвачием
«Веселые ночи Майданека».

В сценарии. «Комедия: убийств» Чаплин
избрал. не то оружие борьбы и не того героя
снабдил этим оружием, Его сценарий есть
отступление с передовых позиций, oneryn­ление в ту область, где господетвуют форму:
лы отчаяния и стража, где человек, страшась
чудовищ капитализма, изверивиьись в своих
	‚силах. чувствует только OHIO. медленное
	приближение безыскодной гибели. Сама ли.
тературная форма принимает вид мрачной
пародии и лишается силы активного воздей­ствия, вызывая у читателя самый решитель­ный протест. :

Чарли Чаплин, рисуя характеры малень­ких людей один за другим, показывал нам
злобного кретина, современного Квазимодо
сороковых .годюв двадцатого века, и в нем
мы ‘отказываемся признавать действительно
страдающего сегодня в капиталистическом
обществе ‘маленького человека, который во
всем мире борется за большую правду жизни,

Каждому читателю ясно, что в своем кино­сценарии Чарли Чаплин даже намеком не
ставит вопроса, каков же выход из мира капи­талистического рабства, морального разложе­ния, мира грабежа и убийств.

При своем огромном таланте Чаплин мог
бы выбрать множество вариантов для атаки
на черный мир капиталистических тиранов
и империалистических кровопийц. Поэтому,
когда в руки советского читателя испадает
этот’ сценарий, особеншню нестерпимым пред­ставляется это детишце кошмара в сопостав­лении © нашим миром.. me воздвигнуты
совсем другие основы общества, пде невоз­можно смотреть без отвращения на это жут­кое, безвыходное, разлагающееся явление
живого трупа, движимого пружинами от­чаяния и цинизма,

Вместо правдивого и яркого раскрытия тех
сил, которые существуют в Америке, как и
в любом капиталистическом государстве, сил,
не боящихея борьбы и верящих в победу
демократии, Чаплин избрал патологию ужа:
са, апофеоз цинизма, бездну бездн, где только
гибель и мрак, у ,

Редакция журнала «Новый мир» допустила
большую ошибку, напечатав этот сценарий,
Она ‘безответственно подошла к произведе­нию, написанному за ‘рубежом, в условиях,
чуждых советскому читателю. Она дезориен»
тировала читателя, ничего не сказав ни о са=
мом Чарли Чаплине сегодня, ни о том отри*
пательном и неприемлемом для советского
человека, что содержится в сценарии «Коме­дия. убийств».
	Странно и непонятно выглядит этот сцена­рий рядом с произведениями, посвященными
жизни Советского Союза, людям нового, со­циалистического общества,

Советский человек, воспитавный в духе
	передовых идей нашего века, не может рав.
нодутцно читать эти сцены. переполненные
	дыханием убийств и кошмаров, Ему. г TaAvGexg
‘противен и eam Bepry mu oKpyoeawre. oe

 
	персонажи, ему противна вся аморальная
атмосфера, в которой c искаженными маска­ми вместо лиц мечутся обездушенный люди.
чуждого, враждебного мира. {
Вряд ли Чаплин любит «страдания» -en0ero,
господина Bepry, cxopee Moumo об’яснить
рождение этого образа Tem действитально
дошедитим до покледней степени разложения
общественным строем, который заставляет
самого автора покинуть эту страну, уехать,
чтобы не задохнуться во мраке. Чарли Чап­лин настолько болышой художник, что он
найдет настоящего героя, и это уже будет
человек неё отчаяния, а надежды, не циниз­ма, а веры в человека, не данник смерти, а
борец за новое, ювободное человечество.
	Николай ТИХОНОВ.
	Уильям Грин-—
	‘адвокат американского империализма
	8 осуществлении замыслов империали­стической реакции наряду с ‘правыми
социалистами им прочей ее агентурой стром­ную активность проявляют желтые проф­союзные лидеры вроде президента Амери­канекой федерации труда Уильяма Грина.

«Весьма характерно, — указывает товарищ
Жданов, — что в реализации идеологиче­ского плана, выдвинутого ‘американским
империализмом, участвуют в тесном содру­жестве и американекие военно-политические
разведчики типа Буллита и желтые проф­союзные лидеры типа Грина, и фроаннуз­ские социалисты во главе © матерым аполо­тетом капитализма Блюмом, немецкий
социал-демократ ИТумахер и лейбористекие
лидеры типа Бевина».

Внешнепомитическая эксопаноия американ­ского монополиютического кашитала соче­тается с новым разгулом шовинистической
реакции внутри США, посягательством Ha
жизненные права и ичтересы трудящихся,
походом против демократии и курсом на
внутреннюю фатизацию В связи <
	безудержным инфляциснным” ростом цен,
	повысившихея только за истекший год 60-
лее чем на 40 проц. а по соавнению с 1945
тодом — ‘почти вдвое; резко ухУдитилось
положение трудящихся Mace и растет их
недовольство. В течение первых одиннадиа­ти месяцев 1947 года в стране ‘было 3.325
забастовок, в которых участвовало 2.200-тыс.
человек. Стачечное движение в два © поло­виной раза превышает размах его в соот­ветствующие периоды 1935—1939 гг. С каж­дым месяцем растет безработица. В то же
время прибыли капиталистов скачут вверх.
Реакционеры провели в жизнь направлен­вый против рабочего движения погромный
закон Тафта — Хартли, опененный последним
сездом КИП как «прямой шаг к фашизму».
Горовятся новые мероприятия по удлине­нию рабочего дня и снижению забплаты.
Страна стоит перед неумолимо надвигаю­umes кризисом,

Грин и его клика оказывают амери­ханскому . империализму услугу тем,
что, прикрываясь личиной «рабочих лиде­ров», помогают ему вести наступление на
рабочий класс, душить в ювоей стране с<о­противление масс внутренней реакции и ее
внептним авантюрам, а также выступают
в роли защитников и ‘проводников политики
Уолл-стрита за рубежом.

Многие годы эти коррумпированные аген­ты буржуазии отравляют гмериканевий рабо­чий классе ядом гомперсизма и с остервене­нием набрасываются на все живое и про­грессивное в рабочем движении. Если пра­вые социалисты свое пособничество импе­риализму и предательство рабочего класса
пытаются иезуитски маюкировать псевдесоци­алистической фразеолюгией, то их коллеги
из АФТ, наоборот, открыто бравируют своей
реакционностью и неневистью к социализму.
О политической физиономии главарей АФТ
достаточно говорит хотя бы то, что в свое
время исполком федерации в насквозь про­гнившем соглашательском сборище, каким
являлся желтый Амстердамский интерна­цисонал профсоюзов, усмотрел революцион­ную крамому и настоял на уходе федерации
из него, заявив, что этот интернационал
для АФТ «слишком революционен».

К реакционному окружению Гомперса при­надлежал и нынешний президент АФТ Уиль­ям Грин, Это был уже вполне сеформировав­шийсея желтый профсоюзный лидер гомпер­совского толка, почти с ‘двадцатилетним
стажем предательства интересов доверив­шихся ему членов профсоюза горняков.
Реакционность и ненависть Грина ко всему
прогрессивному в рабочем движении яви­лись решающим аргументом для выдвиже­ния его в качестве преемника Гомперса.

Американская буржуазная пресса едино­душно приветствовала избрание Грина ан­шлагом: «Кашитализму нечего р. в те­чение его правления,

Предательство интересов рабочих маюе и
травля прогрессивных элементов в рабочем
движении — глевное содержание всей по­следующей  «проофесюзной» деятельности
Грина м его соратников — Уолла, Хэтчиеона,
Дубинекого и др.

В годы второй мировой войны Грин и его
компания активно пособничали фапистеким
атрессорам. Руководипели АФТ вели не­ослабные атаки против единства мирового
профдвижения, а внутри СИТА травили пере­ловые. прогрессивные элементы и провоци­Когда-то Марк Твэн в шутку сказал об
одной книге, что в ней есть отравленные
страницы -— беда, если читатель к ним при­коснется. Многие произведения современ­ных американских буржуазных писате­лей — творцов литературы распада и разло­жения — насквозь пропитаны ядом, от пер­вой до последней страницы. И американские
реакционеры в наши дни стремятся изо
всех сил увеличить степень вредоноености
литературной продукции, выпускаемой Mac­совыми тиражами в Соединенных Штатах.
	`Некоторое представление о том, чем пич­кают читателя американские книжные. изда­тельства, можно получить из. литературных
журналов, выходящих в Америке. Вот ря­довой номер «Книжного обозрения» газеты
«Нью-Йорк таймс» от конца сентября
1947 года. В нем помещены рецензии на пол­тора десятка новейших романов и повестей.
В числе их — восемь книг, посвященных
описанию убийств и убийц, роман о психи­ческих извращениях, повесть явно мещан­ского склада и четыре псевдоисторических
романа. Впрочем, перечень еще не полон. В
номере опубликована также статья © послед­нем романе мевого писателя Гоуарда
Фэста. На эту книгу ‹редакция «Книжного
обозрения» обрушивается со всей яростью.
О детективных, «пкихопатолюгических» и
тому подобных произведениях буржуазные
рецензенты в США пишут в ином — край­не милостивом тоне. Пусть библиотечные
полки, выделенные для романов о всякого
рода пеихозах, «уже трешат от перегрузки»,
pee же «Книжное обозрение» рекомендует
найти место для новых произведений на ту
же модную тему. ’Критико-литератур­ный журнал «Сатердей ревью оф ли­терачур» недавно поместил передовую
статью, посвяшенную творчеству  неко­торых наиболее растленных о предютавите­лей американской буржуазной литерату­ры, которые нашли для себя приют в укром­ных уголках Калифорнии © ее мягким кли­матом, По данным журнала, эти «литерато­ры», находящиеся на содержании У бога­тых дам, исповедуют философию, в основе
которой лежит признание «сексуальнсети
как прибежища для спасения индивиду­ума»; они ищут «авторитарного и отчасти
мистического источника света И вдохнове­ния» им нужен пророк, и «этот пророк —
Генри Миллер» — американский `супер­порнограф. Каково же отношение «со­лидного» американского еженедельника ‘к
этим  продажным  литераторам? «Впол­не возможно, что Миллер действительно
один из великих писателей нашего време­ни», — заявляют с серьезным видом редак­торы журнала.

‘Поднимая на щит фоманы, воспевающие
распутство и убийства, извращения и ужа­сы всяческую грязь и мерзость, американ­в Нью-Йорке и действиями Сарагата в Ита­лии? Но вот из кассы этого есюза дается
Сарагату «заем» 150 тыс. доллазов.

С целью дальнейшего нажима на проф­союзы стран, которые американские агрес­соры хотят впрячь в антисоветский блок и
на чьи шеи собираются надеть хомут «по­мощи» по рецепту Маршалла, делегация
исполкома АФТ во главе с Грином посетила
Трумэна и договорилась с ним о созыве
специальной конференции ‚профсоюзов
стран, которые должны стать об’ектом «пла­на Маршалла» Грин сообщил, чтоёна этой
конференции АФТ намерена созд.
международный профооюзный Ц и
американекий монополистический *
стремится к мировому господству,
агентура, подражая своему хозяину, ment
тается поставить TO свой ‘контроль миро­вое рабочее движение.

Поток подрывников АФТ устремляется по
всем тем: неэправлениям, куда поотягивает
свои шупальцы империализм. США, где тре­буется сломить сопротивление его агрессив­ным притязаниям и создать пятую колонну.
В течение ряда лет атенты Грина, не брез­гуя никакими средствами, стараются, на­пример, разрушить. Конфедерацию трудя­щихся Латинской Америки, ибо демократи­ческое движение об’единяемых ею массе про­тиводействует реаэлизащии хищничееких
планов Уолл-стрита в этой части мира, При­крываясь профсоюзными мандатами, затгра­ничная агентура Грина ведет свои подрыв­ные операции в тесном единении с военно­политическими развведчиками США. Дея­тельность их переплелась и представляет
собой единый клубок грязных интриг и про­вокаций. Один из матерых гриновских раз­ведчиков — эмиесар АФТ в Латинской Аме­рике Серафино Ромуальди, желая под­черюнуть, сколь важную фоль в реализации
стратегического американского плана отве­дена «мирной» подрывной работе Аст, за­явил: «Контроль Hag рабочими стоит много
	больше, чем несколько вооруженнльх диви»
	BMA».

Главной юоставной частью Toro RYKOBHOTO
яда, которым многие годы отравляют рабо­чий классе США и который распространяют
за рубежом вееми доступными им сред­ствами птайка продажных дельцов ws ADT
и ее единомышленники, — это ложь о СССР
и его народе. Нет меры той клевете, кото­рую изливали и поодолжают изливзвать дея­тели АФТ по адресу профессиональных
союзов героического рабочего. класса СССР,
а после второй мировой войны и демократи­ческих профжоюзов стран новой демократии.
Особенню ожесточенно и коварно борются
Грин и его компания против единства дей­ствий и делового сотрудничества профсо­юзов других стран’ с профсоюзами CCCP,
«Препятствия к этому сотрудничеству, -—
	заявляет Грин, — в значительной мере но­сят идеологический характер», Подлин­ным препятствием являются   PACKOAS­нические действия Грина и ему подоб­ных. Жупел идеологических причин и
антикоммунизма им нужен для того, чтобы
в изврашенном свете представить перело­вых борцов за демократию — коммунистов,
	юеять рознь в рядах рабочего класса и
скрыть великие исторические завоевания
побелоносного рабочего класса СССР. Подо­плекой всех грязно клеветнических махина­щий желтых лидеров является их боязнь,
что распространение подлинной правды о
СССР, о социализме будет срывать перед
трудящимиея котиталистических о стран; в
том чиоле и перед американским рабочим
классом, ту пелену, которой усиленно. покоы­Бают эту правду лакеи империализма.
Грины и подобные им «профсоюзные» и
«социалистические» ‘предатели интересов
трудящихея маюе «представляют из себя
часть мелкой буржуазии и некоторых
слоев рабочего класса, подкупленную на
срелетва империалистской сверх-прибыли,
превращенную в сторожевых псов капита­лизма, в развратителей рабочего движения»
(Ленин. Соч,, т. ХГХ, стр. 305). Жизнь неумо­лимо разоблачает этих заклятых врагов ра­бочего класса, являющихся главной co­циальной опорой буржуазии, ее агентурой
в рабочем движении. Им/ все труднее стано­вится сдерживать недовольство и юопро­тивление масс рост демократического дви­К ОМЕЛЬЗЧЕНКО.
	ровали конфликты. Буквальню через не­сколько дней, после завершения военных
действий исполком Американской федера­ции труда выступил глеапатаем и пропаган­дистом атомной дипломатии. Несмотря на
то, что во всем мире, в том числе и в США,
все прогрессивные элементы решительно
осудили сторонников атомного шантажа,
реакционеры из АФТ не только не унима­лись, но чем дальше, тем все болыше рас­поясывалиюь. С’езд АФТ, заседавший в сен­тябре 1946 года, по предложению Грина при­нял подстрекательскую резолюцию, одобряю­щую пресловутый план Баруха и агрессив­ную политику американских империалистов
Руководящая клика АФТ, насилуя общест­венное мнение рядовых членов профсоюзов,
входящих в федерацию, устами Грина вы­ступила с резкими выпадами против СССР,
призывая представителей США на Париж­<кой конференции проводить «твердую» по­литику против СССР. Грин провокационно
заявил о неизбежности войны © СССР.

Рьяно выполняя поставленные перед ней
задачи, верхушка АФТ фазвила бешеную
активность, стремясь опутать паутиной
своих грязных интриг все доступные ей
уголки Западного и Восточного помушарий,
С этой целью AMT создала собственную
международную подрыкную организацию
с филиалами в Зашедной Европе, на Даль­нем Востоке и в Латинской Америке. Во
главе их поставлены опытные  прово­каторы Браун, Рутц, Киллен, Ро­муальди. Широкое распространение .полу­чила применявтнаяся и ранее практика по­сылки специальных эмиюсароз АФТ в раз­личные страны для обделывамия темных
делишек.

Другие времена, другие песени! Если `рань­me  главари АФТ всячески старалиеь
скрыть свои тесные связи © госу­дарственной бюрократией, то сейчаюе, когда
неистовствующая реакция в США ‘нагло
вопит © «мировой миссии» . американекого
капитализма, верхушка АФТ  афинзирует
свое срашивание с аппаратом буржуазного
государства и пытается обеспечить себе
через государственный департамент монопо­лию на право разговаривать от имени аме­рикансксого рабочего класса с другими стра­нами. АФТ, не‹ограничиваясь тем, Ито имеет
в настоящее время своих так называемых
атташе по трудовым вопросам в американ­ских посольствах в фяде стран, добивается
назначения на дипломатические посты в
важнейшие европейские страны представи­телей АФТ.

Деятельность всей этой «профсоюзной»
атентуры Уолл-стрита проводится главным
обравом ‘в следующих трех направлениях:

подрыва и раскола Всемирной федерации
профсоюзов и об’единяемых ею професюзов:

насаждения и. поддержки американских
партий в странах, которые хочет прогло­тить американский монополистический ка­питал;

распространения чудовишной клеветы на
Советский Союз и страны новой демократии.

Свои подрывные действия в других стра­нах заправилы АФТ проводят, опираясь на
правые элементы в профеоюзах и социали­стических партиях. Используя их, АФТ до­билась раскола во французской ВКТ, осфга­низует атаки на профдвижение Италии,
срывает об’единение германских профеою­зов, активизирует провокационмую деятель­ность правых в английских тред-юнионах,
сеет раздор и склоки в профсоюзах других
стран, Чарез своих приспешников АФТ пы­тается вести разлатающую работу во Все­мирной федерации профсоюзов.

Недавно один из реакционнейнтих ‘деяте­лей АФТ -— Уолл, разоткровенничавиись,
сообщил, что представители АФТ ведут под­польную работу среди немецких  проф­союзов в советской зсше Германии и что
во Франции сопротивление . руководству

францнузекой Всеобщей конфедерации труда.
проводилось на средства и «по совету» АФТ..

Раскольнические действия Сарагата и со­здание им новой проамериканской партии в
Италии были произведены также «по сове­пу» и на деньги АФТ В АФТ образован
даже специальный фонд для подкупа про­реформиестеюких лидеров и субеиди-‘
	рования раскольнических оргамизаций. Ши­роко применяетея подвун правых лидеров
под видом. фиктивных займов. Какая, каза­лоеь бы, имеется ‘связь, например, между
деятельностью союза ламеких портных ADT
		призывом обелить «дядю Сэма», изобразить
«достоинства» американской внынней по­литики и американцев.

Есть, впрочем, и такие литераторы, кото­рые уже склонны отбросить всякую маски.
ровку. Их вдохновляет образ хищного орла
на американском гербе. Критик. Г; Смит на­печатал призыв к созданию «песен нацио­нального величия», Его статья носит назва­ние «Пусть звучит пронзительный клекот
орла».

Реакционная критика в  США настроена
воинствующе, ‘агрессивно. Адамсы отнюдь не
намерены плестись в хвосте литературных
событий — они хотят итти впереди художе­ственной литературы. Произведений того
характера, который им особенно любезен,
еще весьма мало, и они видят свою задачу
как раз в подготовке теоретической базы
для построения «большой» литературы, ак­TMBHO «утверждающей» «положительные
идеалы» американского мирового господ­ства, агрессии. Я :

мпериалисты США, конечно, обладают
достаточными ‘материальными ресурсами,
чтобы выпуюкать в свет целые горы книг
в ярко раскрашенных суперобложках для
пропаганды насилия, войны, антидемокра­тических идей. Но создать настоящую лите­ратуру, настоящее ‘искусство на ложной,
реакционной, враждебной, человеку основе
американская буржуазия не может. «Пози­тивное» творчество певцов империализма
никак нев меньшей степени, нежели книги
генри миллеров, пропитано трупным ядом,
является выражением глубочайшего упадка
буржуазной литературы,
* %

В своем докладе, посвященном 30-летию
Великой Октябрьской социалистической ре:
волюции, товарищ Молотов упомянул о все
Усиливающемся расколе «Соединенных Шта­тов Америки на две главных группировки:
империалистическую, которая сейчас шумит
на авансцене, и демократическую, за кото­рой будущее».

Есть в Америке демократические критики
и беллетристы, которые искренне борются
против литературы декаданса, нраветьенно­го распада, И им, конечно, не могут не быть
враждебны все литературные и прочие
устремления американских империалистов,
У передовых писателей, разделяющих чая­ния народа, имеются подлинные, а но фаль­шивые положительные идеалы, им действи­тельно есть что утверждать. И будущее, ко­вечно, за американскими демократическими
писателями, а не за теми литераторами в
США, которые способны создавать только
мусор и отраву,

М. МЕНДЕЛЬСОН,
	РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ.

= 2

 

 

Изп. Ne 64.
	ОТРАВЛЕННЫЕ СТРАНИ
		(Заметки о реакционной
американской литературе)
	Типография газеты. «Правда» имени Сталина.
	ские буржуазные идеологи, конечно, знают,
что они делают. За годы войны миллионы
простых людей в Америке сумели увидеть
в победах советских войск отражение пре­восходства нового социального строя, соз­данного под руководством партии коммуни­етов. Вее это внутлало и внушает естолпам
	ам мериканского монополиестического капита­,
	ла немалую тревоту.

Современная упалочническая литера­тура США, уводя читателя из мира реаль­ных, жизненных коллизий в мир искус­ственных и.нездоровых чувств, обожествляя
сексуальные пакости, рисуя людей сплошь
бессовестными .и глупыми, стремится «обол­ванить» американца, заставить его позабыть
© передовых идеях.

х+&

Существуют, впрочем, в Америке буржуаз­ные критики, которые склонны судить отри­цательно о современной американской ли­терзтуре и выражают недовольство засиль­ем в американской беллетристике патоло­вических мотивов
В уже упомянутом журнале «Сатердей
ревью оф литерачур» недавно появилась ста­тья консервативного писателя Луиса Бром­фильда, в которой он заявляет, что амери­канская литература охвачена тяжелой 60-
лезнью. Бромфильд обеспокоен свойютвен­ной современной литературе США склон­ностью к «сенеациям и грязи».
Реакционный журнал «Лайф» некоторое
время тому назад тоже опубликовал статью
под многозначительным названием «Что
случилось с нашими беллетристами?». Автор
статьи критик Джон Чемберлен указывает,
	зто американская литература находится
в тяжелейшем состоянии.
К этому хору «недовольных» присоеди­`_няется и Дональд Ащаме главный критик
	газеты «Нью-Иорк таймс». Собственно го­воря, Адаме уже давно выступает в «Книж­ном обозрении» с весьма скептическими
суждениями об американской литературе.
Адамс считает, что литература США нахо­дится в состоянии упадка вот уже четверть
века и что все это время американские пи­сатели лишены были «достаточно здоровой и
позитивной базы».

Чем же можно об’яснить подобные выпа­ды против современной литературы США
со стороны критиков, тесно связанных с
реакционной печатью?

Оказывается, что этим литераторам не по
душе прежде всего обличительные тенден­ции, которые были свойственны части аме­риканских писателей на протяжении по­следних десятилетий. Еще во время войны
 литературовед Де: Вото. обрушился нал писа:
	телей двадцатых и тридцатых годов за TO,
	Адрес редакции: Москва, Старая площадь, дом 4, комн. 258. Телефон К 6-63-60.
	минируют мотивы утверждения», и называл
	Хереи «самым многообещающим писателем!
	на американском литературном горизонте»,
Совсем недавно Адамс заявил, что он воз­лагает особые надежды на «писателей поко­ления Джона Херси», ибо они легче могут
перенести послевоенные «разочарования».

Джон Херсои является азтором двух ши­роко разрекламированных в Америке книг,
В романе «Колокол для Адано» Херси по­пытался «утвердить» в качестве носителя
«положительного идеала» некоего американ­ского офицера, который в оккупированной
Италии на деле осуществляет реакционную
политику военных властей СПА, Хереи хо­тел заставить читателя увидеть в этом офи­цере воплощение. особых «достоинетв» аме­риканской демократии. В книге «Хиросима»
Херси приводит показания очевидцев © том,
что произошло в.  японюком городе по­сле падения атомной бомбы, причем автор
всячески подчеркивает разрушительную си­лу оружия, которым владеют американцы.

Таким образом, идеологи реакции в Аме­рике, критикующие современную американ­скую литературу, в частности модные
романы о половых извращениях, и требую­щие «здоровой», «утверждающей» литерату­ры, по существу хотят лишь дополнить Ген­Ри Миллера Джоном Херси или, пожалуй,
каким-нибудь беллетристом похлеще, кото­рый еще более энергично и откровенно стал
бы прославлять американскую лжедемокра­тию и атомную политику.

Эти критики пытаются направить амери­канских писателей на путь воссоздания шо­винистической литературы «красной крови»,
существовавшей в США в начале века под
эгидой матерого империалиста Теодора Руз­вельта, — только теперь им нужна еще более
агрессивная, еще более жестокая литература,
Они мечтают о сильном, волевом «герое» —
практике империализма.

Призывы к американским писателям по­ставить свой талант на службу экспанеио­нистской политике Вашингтона звучат в
американской печати все чаще и чаще. Из­вестный буржуазный критик Генри Кенби
недавно. опубликовал статью, в которой с
сокрушением признал, что в глазах иност­ранцев «дядя Сэм» выглядит. чем-то вроде
вооруженного до ‘зубов ростоэщика. «Дядя
Сэм» забирается все далыпе в чужие края
«с пистолетом за поясом, ружьем на плече и
с гранатами наготове», При этом у «дяди Сэ­ма» «из кармана торчит мешок с деньгами».
Любить его невозможно, пишет Кенби.
«Он символизирует то, что У простых людей
повсюду вызывает лишь тревогу, — мощь,
стремящуюся к господству при помощи ap­мий и денег». И вот критик обращается ©
	что они якобы извратили подлинный облик
США, рисуя американскую действитель­ность в весьма непрезентабельном виде. По
Адамсу, критически настроенные американ­ские беллетристы «находили мало или ни­чего такого, что можно утверждать, мало
или ничего такото, во что можно верить».
Однако реакционным критикам еще меньше
нравится то, что утверждают, то, во что ве­рят прогрессивные писатели, отражающие в
своем творчестве тяготение американских
трудящихся к более высоким, нежели бур­жуазные, общественным устоям. Какое пре­зрение к народным маесам сквозит в словах
Адамса о том, что у американских писате­лей демократического склада «поиски поло­жительного идеала сопровождались попыт­кой растворить личность в массе»,

И вот Адаме, Чемберлен и некоторые дру­гие буржуазные литераторы в. США пред’-
являют требование к американским писате+
ASM, чтобы в послевоенные годы они при­ступили к созданию новой, «позитивной»
литературы, литературы, которая будет
«утверждать» идеи и «верования», одобрен­ные этими критиками. Нужно, чтобы писа­тели имели «положительный идеал», заяв­ляет Адаме в одной из последних своих
статей, но это должен быть такой идеал, при
котором. писатели «вновь обретут и сохра­нят интерес к индивидууму».

Условная и несколько туманная термино­логия, которой пользуется критик, прикры­вает вполне определенную политическую
программу в области литературы. Реакцион­ные литераторы хотят, чтобы американские
писатели полностью отказались от критики
буржуазных порядков, повернулись епиной
к массовому демократическому движению в
Америке и восцели в качестве «положитель­ного идеала» практику современного аме­риканского капитализма позволяющую мо­нополистическим «индивидуумам» навязы­вать народу свою волю.

Конкретная критическая деятельность то­го же Адамса позволяет еще яснее предета­вить себе «положительный идеал» реакцион­ных писателей. Автором, который, по мне:
нию Адэмеа, полнее всего до настоящего
времени воплотил близкие его сердцу прин­ципы, является Джон Херси. Еще три гола
	тому’ назад Адаме восторженно привететво-