° «Веселые покойники» = на странинах журнала «Америка» Попался нам в руки № 14 журнала «Америка» с редакционной статьей о детективной литературе. Называется статья «Развлекательные убийства». Для советского читателя этот термин звучит столь же дико и нелепо, как, например, «веселый садизм» или «забавная патология»... Редакция, восхваляя детективный жанр, уверяет, что «преступление всегда обладало в глазах человечества притягательной силой, и, чем страшнее преступление, тем больше оно притягивает». Вслёд за этой «декларацией», в подкрепление выдвинутых редакцией положений, помешен образец детективного чтива — рассказ «Труп в сарае», принадлежащий перу Маргарет Мэннере: a О чем же рассказывает Маргарет Мэннерс? Труп погибшего по неосторожности человека служит орудием хитросплетенной провокации, помогающей мнимо убитому мужу oT править на виселину... свою собственную жену. На виселицу отправляется затем и сам достойный супруг. Способствует. этому опять-таки путем сложной и не менее коварной провокации злобная, сварливая старуха, знающая тайну преступления. Жить ей все равно надоело, и она, отправляясь на тот свет с помощью таблеток морфия, решает увлечь за собой и своего соседа-преступника. Описано все это без особого литературного мастерства, зато весьма деловито. Действующими ‘лицами являются средние, типичные провинциальные американцы. По характеристике автора—это люди без совести и чести, без человеческих чувств, мелкие собственники до мозга костей, готовые перегрызть друг другу глотку за то, что телка соседа зашла на их лужок. Нужно полагать, что средние американцы поблагодарят Маргарет Мэннерс и редакцию журнала «Америка» за такой показ’ своих соотечественников! ; Редакция журнала «Америка» расценивает подобные «произведения» как «эмоциональный и интеллектуальный возбудитель» и даже уверяет, что такое чтение весьма благотворно действует на выздоравливающих. Невольно вспоминается дурак из сказки, который кричал «ура» на похоронах и плакал на свадьбе... ‘Видимо, редакция журнала «Америка» не нашла для показа советскому читателю более достойных образцов американской литературы. Читаешь — и диву даеншться: во что выродилась американская литература, судя по рассказу Маргарет Мэннерс! Мыслей в рассказе не наблюдается, зато цинизма — хоть отбавляй, а «сальдо» — три трупа: двое порепенных и один самоубийца. Салтыков-Щедрин писал, что в литературе «существуют трясины, идя мимо которых чувствуешь специфический запах», «как будто тухлое разбилося яйцо». Из подобной трясины современной американской литературы извлечен, видимо, и рассказ «Труп в сарае», Как низко пала американская литература! Каким действительно трупным запахом веет от разлагающейся буржуазной американской культуры! Ник ШАГУРИН. /10 материалам зазейиы WCUIHDY «Культура и ‚ «О друзьяхКомедийный жанр в советской драматургии явно отстает от других жанров, В нем было сделано слишком много ошибок. В постановлении ЦК ВКИ(б) «О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению» большую часть из упомянутых пьес составляли комедии. Именно в этих произведениях советские люди выглядели искусственными и фальшивыми. Неудачи авторов. комедийного жанра отбили охоту у многих режиссеров работать над комедийными спектаклями. В театральных кругах получила хождение дешевая и лживая теорийка, что, мол, советская: комедия на значительную тему вообще невозможна, потому что нельзя осмеивать хороших советских людей, а если ‚делать серьезную комедию, то в ней не будет юмора. А между тем зритель с нетерпением ждет современную комедию. Ока ему нужна так же, как нужны серьезный спектакль, про‘блемная пьеса, публицистическая драма. Тем знаменательнее успех ленинградцев в спектакле «О друзьях-товарищах», показанном в ноябре прошлого года. Этот спектакль является у ленинградских зрителей одним из самых любимых. Обаяние и ненность постановки прежде всего в том, что стихия юмора и смеха служит в ней средством утверждения лучших, благородных качеств современного советского человека. Юмор спектакля сочетается с легкостью, непринужденностью и театральной яркостью постановки. Режиссеры спектакля (Н. Акимов и А. Ремизова) избегли внешнего, нарочитого паясничества, которым нередко страдали комедийные спектакли наших театров. Они помогли Театру комедии преодолеть свойственные ему прежде черты скепсиса и иронии. Комедия В. Масса и М. Червинского не претендует на большую глубину и по своему построению близка к обозрению, местами даже поверхностна и эскизна, но есть в ней хорошая, жизненно-правдивая тема о силе и благородстве дружбы советских людей, рожденной на полях Отечественной войны. Эту тему прекрасно разработал ‘Театр комедии. Поиски старшиной Григорием Казаковым своих фронтовых друзей в Москве, давших перед расставанием на фронте обет дружбы, полны живости и юмора и, вместе с тем, говорят о большом человеческом достоинетве и взаимном интересе к судьбе товарищей, о чувстве взаимной поддержки и ответственности. У друзей Казакова, вернувшихся к своим довоенным делам и обязанностям, ослабело «чувство локтя». Казаков напоминает им о взаимных обязанностях. Они отбрасывают в сторону эгоистические, индивидуалистические привычки и наклонности, и дружба ‘их возрождается с новой силой. Верный тон спектакля, жизненность образов персонажей во многом определены удачной игрой большинства артистов Театра комедии. Они обнаружили тонкое понимание психологии своих современников. Прежде всего это следует сказать о Б. Смирнове, исполняющем роль Григория Казакова, в прошлом старшины роты, ныне директора МТС в Сибири. ъ®поварищах» Заботу Казакова о судьбе своих фронтовых друзей Смирнов изобразил как естественную, внутреннюю потребность этого деятельного, умного, привлекательного человека. В нем нет и тени назидательности или назойливоести, хотя он ‘настойчив в своем стремлении снова сплотить «друзей-товаришей» в одну семью. Б. Смирнов под черкнул в Казакове его доброжелательность к людям, его желание сделать их жизнь еще лучше, еще полнее. Он становится поэтому сразу любимым и дорогим зрителю героем - «Против бурнуазного либерализма в литературоведении» Редакционная коллегия журнала «Октябрь» признает совершенно правильной и своевременной редакционную статью «Против буржуазного либерализма в литературоведении», напечатанную в газете «Культура и жизнь» в номере от 11 марта 1948 года. Редколлегия «Октября» совершила грубую ошибку, организовав на страницах журнала дискуссию о «школке» А. Веселовского. С вра* гами не спорят, их разоблачают, е ними 60- рются, их влияние выкорчевывают. Веселовский — враг марксизма, враг революционных демократов. Веселовский действовал «приме нительно к подлости», как выражался великий сатирик Салтыкоз-Щедрин о буржуазных либералах. А. Веселовский, проявив холопскую угодливость, оказался причастным к позорному делу исключения Максима Горького из старой Академии, что вызвало демонстративный уход из нее Чехова и Короленко. Вместо того, чтобы дискутировать со «пколкой» Веселовского, необходимо было со всей страстностью советских людей разоблачить ее вредную деятельность, сводившуюся к сеянию космополитических, антипатриотических идей, полезных только американо-английским проповедникам «устарелости» понятия национального суверенитета. «Деятельность» школы Веселовского,— правильно указывается в статье газеты «Культура и жизнь», -— является проявлением того низкопоклонства перед иностранщиной, которое ныне представляет собой один из самых отвратительных пережитков капитализма в сознании некоторых отсталых кругов нашей интеллигенции». Редколлегия «Октября» сознает, что она не имела никаких оснований отнестись к пропаганде веселовшины. к ее распространению среди молодых научных кадров как к «акалемическому» вопросу. Борьба с Веселовским — это политический вопрос для нашего литературоведения и критики. Редколлегия «Октября» должна была сделать упор на эту сторону дела, а не прелоставлять трибуну для гальванизации трупа Веселовского; не дискутировать ес научно отсталыми и политически враждебными взглядами Веселовского, а, как правильно указывает «Культура и жизнь», «разоблачить буржуазно-либеральное существо его конценции и идеологический вред литерэтурных выступлений с апологетикой реакционных взглядов Веселовского». : Редколлегия журнала «ОКТЯБРЬ». «0 журнале «Дальний Восток» Редколлегия журнала «Дальний Восток» совместно е хабаровскими писателями обсудила статью «О журнале «Дальний Восток», опубликованную в № 6 газеты «Культура и жизнь». Редколлегия и писатели, об`единяющиеся вокруг журнала, полностью согласны. с той оценкой, которая дана в статье номерам журнала за 1947 год. Газета «Культура и жизнь» справедливо указывает, что современная тема, тема социалистического строительства на Дальнем Востоке после войны, ее не нашла должного отражения в литературных произведениях, публикуемых в журнале. В плане pa6ores . Ha 1948 rox репколлегией предусмотрено значительное расширение отдела «Но Дальнему Бостоку», в котором публикуются очерки о промышленности и сельском хозяйстве края. При отборе художественных произведений также будет обращено особое внимание на повести, рассказы, стихи, отображающие социалистическое строительство на Дальнем Востоке. Редколлегией приняты меры к прекращеИтоги работы журнала за 1947 год обсужда‘лись на читательской конференции и на партийном собрании парторганизации Союза советских писателей. А ПРИШВИН. : Редактор журнала «Лальний. Востох». (О «Хрестоматии. по литературе народов СССР») водумцы, и великие писатели, и ничтожества. Иногда добавляется к имени забавно куцая характеристика по схеме: оптимизм — пессимизм. Вот несколько примеров: «Рудаки — тгедснист и вольнодумец., Пессимистические мотивы имеются липть в его старческих стихах» (стр. 11). «В своей основе творчество Омара Хайяма было жизнерадостным... но деспотизм и веролометво правящих кругов... вызывали у Хайяма песеимистические ноты» (стр. 15). И в таком духе-буквально обо всех поэтах. При характеристике азербайджанской литературы составитель OTHOсит всех поэтов первых пяти веков (ХПЦХУП к «оптимистам», а поэтов последующих двух веков (ХУПХУ - к «пессимистам», О ХХ в. также огульно заявляется: «Азербайджанские поэты и прозаики ХХ в. являются носителями передовых идей своего времени» (стр. М0. Обо всех ли писателях ХХ века можно так сказать? Ведь именно в этот период. развертывается в литературе борьба между действительно прогрессивными писателями и мракобесами. Непонймание этого процесса борьбы и составляет основной порок рецензируемой «Хрестоматии». Отсюда столь абстрактны оценки идейности отдельных авторов. Так, например, об азербайджанском поэте-мистике ХУ в. Несими несколько раз говорится: «Глубокая идейнссть поэта пгироко известна до наших дней» (стр. 139, 195). Но в чем суть этой «идейности» — в мистицизме или в чем-либо ином, составитель «Хрестоматии» так и не сказал. Составитель доходит до: того, что при характеристике ‘мусульманского мистицизма—суфизма (дервишизма) ограничивается лишь указанием на прогрессивное использование отдельными писателями терминологии суфизма (стр. 16) и совершенно не говорит о TOM, что суфизм и монашество (дервишизм) были реакционной силой. К каким политически ошибочным выводам могут привести ложные теоретические предпоеылки в литературоведении, можно судить по оценке, которую дает составитель «Хрестоматии» советскому этапу в литературе народов СССР. При характеристике совет. ского этапа литературы исследователь может и должен был бы на основе конкретного материала показать по крайней мере следующие три существенные его черты: а) своеобразие этого этапа как детища Великой Октябрьской социалистической революции; 6) принципиально новый характер этого этапа, коренным образом отличающегося от предыдущих прежде всего своим содержа(Пьеса В. Масса и М. Червинского на сцене Ленинградского театра комедии) Несколько грубоватый, неуклюжий, с характерным сибирским говорком, Казаков — Смирнов, попадая в смешные обстоятельства, держится искренне и с достоинством. С хорошей серьезностью и сосредоточенностью играег Л. Колесов Игоря Одинцова, профессора крупного научно-исследовательского института, в прошлом связного в роте Казакова. Артисту удается убедительно передать черты характера Одинцова — подлинного ученого, но беспомошного и неприснособленного в быту человека, сохраняя простоту и обаятельность его внутреннего облика. : Вдумчивость и глубина, с которой разреwena проблема спектакля режиссурой и актерами; особенно наглядна в трактовке откровенно-комедийных, почти традиционноводевильных образов пьесы, каким, например, является директор ресторана Василий Лукич Плеснин. И в этом образе театр старается подчеркнуть внутренние качества человека, обходя возможности чисто внешней ‘комедийной обрисовки персонажа. В исполнении В. Киселева Плеснин, несмотря на известную экзальтированность и наивность, человек добродушный и умный, влюбленный в свою профессию. Откровенно сатирическими красками обрисован единственный отрицательный персонаж спектакля, некий служащий одного московского учреждения, бюрократ и подхалим Локотин (артист Н. Суханов). Удались и другие роли, хотя их литературный материал намного скуднее. Наиболее выразительным получился образ художникакарикатуриста у молодого артиста Н. Трофимова. Превосходно и комедийно тонко играет домработницу Ксению артистка В. Богданова. Бледнее других выглядят в спектакле образы слесаря Зернова, бывшего командира роты (Г. Флоринский), жены Одинцова Софьи Львовны (К. Гурецкая) и совсем выпадает из общего стиля своей нарочитой карикатурностью артистка Е. Уварова в роли Маргариты Алексеевны. Спектакль «О друзьях-товарищах» показывает плодотворность реалистического решения комедийного спектакля, когда театр исходит из живого и‘ непосредственного изображения современной действительности, а не из. пресловутых законов специфики комедийного жанра. Ленинградский театр комедии ‚создал ин‚ тересный, содержательный и жизнерадостный снектакль. Т СЕРГЕЕВ. литературы, организаторы художественной самодеятельности. Совет призван себдействовать повышению качества репертуара и учебно-методических пособий для кружков художественной самолеаятельности, Бездушное отношение к библиотеке Киевская государственная областная библиотека до Великой Отечественной ‘войны была одной из крупнейших публичных библиотек Украинской ССР, В ее фондах насчитывалось до 300 тысяч томов, которыми пользовалось свыше 20 тысяч постоянных читателей. Немецко-фашистские варвары разрушили здание библиотеки и полностью уничтожили ее книжные богатства. После освобождения Киева от немецких оккупантов население города, Академия наук УССР, московские организации помогли библиотеке: сейчас она онова имеет более 100 тысяч томов. Но развернуть работу е читателями мы до сих пор не можем. 5 марта прошлого года Совет Министров УССР обязал государственные и общественные организации республики возвратить до 1 мая 1947 года библиотекам принадлежавшие им ранее помещения. Основываясь на этом постановлении, мы обратились в Совет Министров УССР с просьбой передать нам здание. занимаемое Министерством мебельной промышленности и столярных изделий, где до войны помещалась одна из библиотек города. Заместитель Председателя Совета Министров УССР тов. Сенин ответил, что помещение не может быть возвращено библиотеке, тах как оно нужно министерству. Мы уже а года добиваемся нормальтоки, но не можем преодолеть бездушное отношение к ней со стороны местных партийных и советских организаций. Такое положение далее нехерпимо. Киевляне остро нуждаются в публичной библиотеке. Н. СКРЫННИК. Директор Киевской государственной областной библиотеки им. ВКП(б), М. УШЕНКО. Секретарь парторганизации. A, NOTPEBHOR. Зам. председателя‘ месткома, Редакция, не уважающая читателеи В Киеве издается ежемесячный литературно-художественный и общественно-политический журнал ЛКСМУ «Дншро». Украинская молодежь с нетерпением ждет выхода каждой новой книжки журнала. Но редакция. не заботится об интересах читателей. Опозда-. ние журнала «Дншро» на 4—3 месяца стало правилом. Например, сентябрьский, 9-й номер за прошлый год читатели получили в конце января 1948 года, 10-й, за октябьь, выНаша молодежь как городская, так и сельская! любит песню. Где бы ни собрались молодые девушки и юноши-—на комсомольском собрании, на вечеринке, на прогулке — раздается хоровое пение, Но здесь выясняется, что мало кто из молодежи знает современные песни. Много. хороших песен передается по радио, но текста их почти никто‘ не знает. шел только в феврале. Когда же мы получим ноябрьскую и декабрьскую книжки журнала за 1947 год? Вероятно, не раньше мая: Мы обращаемся © вопросом. к редакции журнала «Дншро»: долго ли она будет проявлять неуважение к читателям? В. ЛЕВИЦКИЙ. Г. НАГОРНОВ, т Луцк Волынской области, Наш народ любит песни из многих кино фильмов, но и они запоминаются лишь отрывками. Почему же у нас нет сборников песен, песенников, изданных массовым тиражом? Они крайне необходимы. Р. БЕЗНОСОВ. Г. Хабаровск, >>>... 45.45.43 3.4.3.45. Мы опечаленные ожтались с плачем и , сожалением: Ведь наблюдающие за состоянием мира — Ушли» (стр. 422), В результате всех этих серьезных недостатков получилось не учебное покобие, а собрание материалов различной ценности, систематизированных по принципам «теории единого потока». «Хрестоматия» полна фактических ошибок и неточностей. В предисловии сказано: «Переводы с изданных восточных текстов, как правило, сверены с оригиналом, и многие из них даны в исправленном виде» (стр. 5). Однако сверка с оригиналом, видимо, проведена недостаточно компетентно. Вот один курьезный пример. В «Хрестоматии» приводятся всего 4 четверостишия Абу-Али-Сино (Авиценны) и 15 — Омара Хайяма. И вот оказывается, что половина четверостиший Авиценны повторяется и среди четверостиший Омара Хайяма. 06 одном из этих четверостиший . составитель заявляет, что Омар Хайям «продолжает здесь традиции Авиценны». На самом же деле это одни и те же четверостишия, в подлиннике не отличающиеся ни единым словом. Они приписываются разными источниками либо Авиценне, либо Omapy Хайяму. Отличаются же они друг от друга (не в оригинале, конечно, а лишь в «Хрестоматии») просто разным переводом на русский язык. Нельзя пройти мимо следующей вопиющей ошибки: «Мировую известность Хафизу,— пишет составитель, — доставил Гёте, лавший в caoem «Westéstlicher Diwan» полный перевод лирического сборника знаменитого птиразца» (стр. 19), , Каждому культурному советскому читателю известно, что «Диван» Гёте-—это произведение не переводное, а оригинальное, напи. санное под влиянием знакомства Гёте с во. сточной поэзией что в «Диване» имеется «Книга Хафиза», которому посвящены восторженные стихи, но нет и строчки из его стихов. Написать то, что пишет т. Климович. может лишь человек, никогда не читавший «Дивана» Гёта. Напрашивается вопрос: почему же псоле острой и развернутой постановки литературоведческих вопросов на страницах нашей печати Учпедгиз выпустил, а Министерство высшего образования СССР одобрило учебник по литературе, порочный по своему методу и содержащий грубые ошибки? Ответ может быть один. Это произошло потому, что К составлению учебного пособия не были привлечены литераторы и ученые союзных республик. Нельзя выпускать учебное пособие по литезатуре народов СССР вне евязи с республиканскими партийными. писательскими и научными организациями. БРАГИНСКИИ. Депутат Bepxoanore Совета Таджикской ССР. РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ. Изд. № 997. Где взять сборник песен? СОВЕТ ПО ВОПРОСАМ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ САМОДЕЯТЕЛЬНОСТИ. . ... При Всесоюзном доме народного творчелитературы, ства имени Н. К. Крупской создан репертуарно-методический совет по вопросам художественной самодеятельности. В состав совета вошли деятели искусства, КОНКУРС НА ОДНОАКТНУЮ ПЬЕСУ за лучшие пьесы, представленные на конкурс, установлены премии: первая — 15 тысяч рублей, вторая — 10 тысяч рублей, третья — 5 тысяч рублей. Срок приема пьес на конкурс установлен 15 июля 1948 г. Результаты конкурса будут об’явлены не позднее 10 сентября 1948 г. иного не оставалось, ‚плену. «тео Бак апеллировать. Комитет по делам искусств при Совете Министров СССР об’явил конкурс на луч. пгую одноактную пьесу. Цель конкурса-—нополнить репертуар театральных коллективов художественной самодеятельности BLICOKOкачественными одноактными ньбсами Ha `современные темы и привлечь к созданию их ` драматургов и писателей. . HOO 8G0-BG2G8685422404048F За последнее время’в нашей печати под‚ верглись заслуженно острой критике прояв“ления -влитературоведении буржуазной «теории единого потока». В востоковеде_ нии эта «теория» укрепилась наиболее проч`но. Исследование закономерностей в’ развитии литератур, анализ борьбы течений и стилей, творческая характеристика отдельных писателей заменяются в буржуазном востоковедении библиографическим реестром авторов и книг, классификацией писателей но династиям, . Вузовская «Хрестоматия», посвященная восточным литературам, вьзпедшая уже после известных постановлений ЦК ВКП(б) по идеологическим ‘вопросам, свидетельствует о серьезном неблагополучии на литературоведческом Участке востоковедения. . Методологическую основу «Хрестоматии» составляют шесть очерков по истории литературы восточных народов СССР. Ни в од ном из очерков. составитель не намечает - вериодизации литературного развития. Нет ‚даже и попытки показать борьбу между прогрессивными и реёкционными направлениями в литературе и вскрыть классовые корни того или иного явления. Как, например, рисует составитель возникновение таджикской литературы? «Распвет таджикской литературы в эпоху феодализма связан с возвышением в Бухаре власти династии Саманидов, Отражая децентрализаторские течения в Аббасидском халиФфате, литература периода господства Саманидов в формальном отношении продолжает арабские литературные традиции... Основны‚ми темами литературного творчества являются, с одной стороны. описания воинской доблести (разм) и с другой-—списание пиртпеств (базм}» (стр 10-11). Здесь целиком воспроизводится созданная буржуазным востоковедением легенда © дворцовом возникновении классической тадЖиИЕской поэзии. На самом же деле не дворен, а народ создал новую поэзию. Иранская и таджикская аристократия при вторжении арабеких завоевателей ‘в своей значительной ‘части изменила народу. В УП и УШ вв. новой эры она пошла на службу к арабам. В поспешном стремлении урвать и для себя что-нибудь из государственного «пирога» аристократия не только теряла стыд и честь, но очень быстро утратила и свою туземную культуру. Родной язык, поэзию уберегли народные массы, как `уберегли они и чувство о собственного достоинства и неукротимое стремление к ‘независимости, Когда к концу УП в. туземная аристократия почувствовала, что в <вязи с ослаблением арабского халифата она зновь сумеет восстановить «собственную» BARTS Hal «своим» народом, ей ничего «Хрестоматия по литературе народов СССР» Составитель Л. Климович. Учпедгиз, TT. B 01338. единого потока» нием — коммунистической идейностью; в) определяющее значение русской литературы для литературы советских народов. Эти три момента опушены в оценке, даваемой составителем «Хрестоматии». Верный своей теории эволюционного. развития литературы, т. Климович не подчеркивает в советском этане принципиально новое, ‘а переносит центр тяжести на показ преемственности, впадая и при этом в грубые ошибки. В очерке о таджикской литературе cocraвитель воскрешает в исправленном виде давно разоблаченную «теорию» о «левом» крыле джадидов как о мнимом зачинателе советской литературы. Б очерке об азербайджанской литературе составитель считает достаточным указать лить дату советизации Азербайджана, не упоминая 06 Октябре 1917 года. Говоря © советской азербайджанской литературе, т. Климович не счел необходимым хотя бы одним словом сказать о решающем значении русской литературы. #динственный раз (в очерке о туркменской литературе) составитель прямо говорит о влиянии руеской литературы на ее развитие. Но оценивает он это влияние не как большевистское, а лишь как «прогрессивное» и сводит его к внедрению новых «жанров» (стр. 500). , Порочный метод т. Климовича определил и состав «Хрестоматии». В ней не выполнены указания товарища Сталина, относящиеся к учебникам истории, о том, что тут «должно быть взвешено каждое слово и каждое определение...» Отрывки, входящие в «Хрестоматию», носят случайный характер. В их подборе не чувствуется политического подхода. В результате получилось искаженное представление о литературе народов СССР. Почему из всех произведений Рудаки приведен лишь панегирик, а не его гневные стихи против гедонистической поэзии, против вероломства царей и вельмож? Почему нет проникновенных строк Фирдоуси о восстании Маздака и бичующей сатиры на султана Махмуда? Ночему приводится лишь отрывок стихов Насири-Хосрова о поэтах-панегиристах, а не его яркие стихи «В порицание царям»? Почему из поэмы Низами «Искандер-намэ» нет отрывка, содержащего замечательную утопию о стране на севере, где царствует епоаведливоеть и Где люди равны? Почему даются только любовные песни Хафиза, а нет его бунтарских стихов? Почему в фазделе об узбекской литературе приводится реакционный поэт-мистик начала ХПХ века Хувайдо и следующие его строки: «Увы! сто сожалений! мужи ушли: Защитники религии, столпы времени ушли: Типография газеты «Правда» имени Сталина. против иноземных завоевателеи к народу, к его традициям, культуре и поэзии. Произнанный «Адам таджикской поэзии». первый великий поэт классического периода Рудаки, по всем летописным данным, был вначале бродячим народным певцом-музыкантом и лишь потом взят во дворец Е Саманидам. Можно не ‘умалять заслуг саманидской династии в культивировании таджикской поэзии, но нельзя отнимать у народа решающей роли в создании этой поэзии и нельзя не видеть двойственного, а не единообразного (якобы лить придворного) содержания ее. С момента своего возникновения и в тече ние более чем тысячелетнего развития (X-XKX вв., до октября 1917 г.) таджикская поэзия, как и поэзия других восточных народов Советского Союза, вовсе не была единой ни по своему содержанию, ни по форме. В ней можно различить совершенно четко две противоположные тенденции: одну — феодальную (аристократическо-клерикальную), выражающую идеологию господствуюних классов, другую — народную, выражающую настроения и чаяния трудовых масс. В устном творчестве народная идеология нашла свое более прямое отражение. Но и в письменной литературе она выступает достаточно ясно, хотя и в своеобразно преломленном виде, у отдельных наиболее выдающихся авторов. Народная струя в литературе выражается в атеизме, антидеспотизме, в восхвалении труда и трудящегося человека, в темах борьбы против иноземных завоевателей и туземных угнетателей, в различных «ересях» — в идеях, направленных против господствующих в литературе клерикализма и панегиризма. По жанру она характеризуется преимущественно культивированием форм народных четверостиший (рубайят) и других исконно таджикских метров в противовес арабским ©тихотворным традициям (а вовсе не в продолжение их, как уверяет составитель); в прелпочтении лирической песни — «газели» одическому славословию — «касиде»; в применении реалистических изобразительных приемов в противовес религиозной, условносимволической иконописи и, наконец, в элементах народного острословия и сатиры в противовес напыщенному версификаторству. Между тем составитель учебника, следуя традициям буржуазного востоковедения, ограничивается бесстрастным перечислением ряда имен, снабжая их хвалебными этикетками и различая лишь по признаку ди: настии, ко времени которой они относятся: здесь даны подряд, одним потоком и поэтыцари, и. поэты, преследуемые царями, и придворные льстецы, и боровшиеся се ними вольАдрес редакции: Москва, Старая площадь, дом 4, комн. 253. Толофоны: К 6-63-60, Д 3-30-52.