СОВЕТСКОЕ HCKYCCTBO
	К новому под’ему
изобразительного искусства
	На-днях на расширенном заседания
	президиума Оргкомитета Союза co­ветских художников СССР обсужда­лось постановление ЦК ВКП(б) об
опере «Великая дружба». В обсужде­нии приняли участие представители
союзов художников Москвы, Ленин­града, Киева, Минска, Тбилиси, Ива­ново, Ярославля и других городов
страны.

Председатель Оргкомитета CCX
СОСР А. Герасимов в своем докладе
отметил, что постановление ЦК
ВКП(б) от 10 февраля 1948 года, так
же как. и другие решения партия по
идеологическим вопросам, свидетель­ствует о постоянной заботе больше­вистской партии о расцвете культу­ры в нашей стране. Благодаря этой
заботе советское искусство стало са­мым ведущим, прогрессивным и пе­редовым искусством в мире.
’ Культурные запросы советского на.
рода необычайно возросли. Трудя­щиеся нацей Родины ждут от компо­зиторов, художников, драматургов,
деятелей других областей искусства
высокоидейных произведений, близких

и понятных народу, произведений, до­стойных великой сталинской эпохи.
	Докладчик говорил далее о том,
что советское изобразительное искус­ство достигло болыших творческих ус­пехов, которые напали свое яркое от­ражение на’ многочисленных выстав­ках в нашей стране и за рубежом. Ол­вако наряду с успехами в творчестве
советских художников имеются и су­щественные недостатки, В отдель­ных произведениях советского изо­бразительного искусства  чувству­ются влияния формализма и модер­низма, пренебрежение к лучшим тра­дициям русского и западного класси­ческого искусства. В погоне за ложно
понятым новаторством некоторые ху­дожники, игнорируя лучшие прогрес­сивные традиции искусства народсв
СССР, в частности русской реалисти­ческой школы, создают произведения,
чуждые запросам и вкусам нашего
народа.

По докладу А. Герасимова развер­нулись оживленные прения. Худож­ник Б. Пророков, побывавший за по­следние годы в ряде европейских
столиц_и в Японии, поделился своими
впечатлениями о современном зару­бежном искусстве. На ряде примеров.
он показал, до какого падения дошло
изобразительное искусство в капита­листических странах, для которого
характерны крайзий суб’ективизм и
индивидуализм, распад и а
формы.

Против увлечения творчеством Ce
занна предостерегал мололых совет­ских художников Я. Ромас. Слепо.
итти за Сезанном — значит обеднить.
свое творчество, сделать его одного­лосым, безидейным, а в конечном сче­те формалистическим. Я. Ромас при­звал советских художников пересмот­реть свои творческие ‘установки в
свете решений ЦК ВКП{б) по идео­логическим вопросам.

О формалистических влияниях, ме­шакицих советским художникам про­должать на новой основе традиции
классического русского наследия —
искусства Репина, Сурикова и дру­‚гих крупнейших реалистов ХХ века,
говорил А, Михайлов.

Суровой и ооведленй критике
были подвергнута! на заседании орга­низации, ведающуе устройством худо­жественных выставок. На всесоюз­ные художественные выставки часто
проникают произфедения крайне сла­бые и сырые, снижающие общий уро­вень этих выставок. Московский
союз художников  нерелко op­ганизует в своем выставочном
зале персональные и групповые вы­ставки, состоящие из безидейных про­изведений, не представляющих инте­реса для массового зрителя.

Вопросам художественного образо­вания на заседании было уделено ма­ло внимания. Но в докладе и
в прениях указывалось на то, что в
работе Московского художественно­участия в творческой работе. Среди
членов союза есть художники, ниче­за десятки ле!.
описной секции
ет не больше
	OCK OB =
	i. Ulte­ЦП. Кузне­го не написавшие за десл
Из 800 членов живописной
на выставках участвует н
двухсот человек.

В творчестве некоторых
ских художников (Фальк,
ренберг, Тышлер, Лабас, Г
	nos, Татлин, Сандомирская, Цаплин,  
	Фаворский и др.) все еще сказываются
влияния формализма и декадентства.
	Е. Львов указал, что болыной
вред творчеству московских худож­ников наносит значительная группа
эстетствующих и ‹формалистически
настроенных художников, — находя­щихся в руководстве МОССХ и дру­гих столичных художественных ор­ганизаций,

Правление МОССХ ни разу не co­зывало общих собраний своих чле­нов, не практиковались и общие соб­рания по секциям. Много крупных
недостатков было вскрыто и в рабо­те искусствоведческой секции, кото­рая слабо участвовала в жизни твор­ческого союза, не помогала творче­скому росту молодых художников.
	Ю работе художников и скульпто­ров города Ленина рассказал собрав­шимся председатель Ленинградского
Союза советских художников В. Се­ров. Ленинградские художники хо­рошо поработали в годы Великой
Отечественной войны, представили
ряд значительных работ на выставки
последних лет, в том числе и на Все­союзную выставку 1947 года. Однако
среди значительной части художни­ков и искусствоведов Ленинграда
еше не изжиты формалистические
тенденции, чувствуются еще прояв­ления буржуазного эстетизма  (ху­дожники-живописцы Альтман, Трау­тот, Ведерников, искусствовед Ta­стернак, некоторая часть членов гра­фической секции).

С творческой деятельностью ук­раинских. художников ознакомили
участников заседания В. Касиян и С.
Раевский.

Союз советских художников УССР
— одна из крупнейших творческих
организаций братских республик —
добился за последние годы немалых
достижений. Работы украинских ху­дожников, представленные на Все­союзной художественной выставке
1947 года, по праву пользуются боль­плим успехом у зрителей.
	Однако отдельные художники (3.
Толкачев) и небольшие группки пы­таются противопоставить здоровому
советскому искусству формалистиче­ские, декадентсокие, упадочнические
направления, характерные для  гни­лой культуры буржуазного Запада.
	Д. Налбандян дал резко отрица­тельную оценку творчества некоторых
художников Армении. По его словам,
они не признают ни Репина, ни Сури­кова. а только М. Сарьяна и западное
искусство.

Участники заседания отметили, что
особенно сильное влияние современ­ное буржуазное искусство оказало
на творчество художников  Прибал­тийских республик и западных обла­стей Украины. Чтобы принципы со­циалистического реализма стали ве­дущими в искусстве этих республик
и областей, необходимо усилить
идейно-воспитательную работу среди
художников.

Не изжиты элементы формализма и
в Творчестве отдельных периферий­ных русских художников — Шенде­рова (Ростов-на-Дону), Жибинова
(Иркутск) и других.

В резолющии, принятой на заседа­нии, намечен ряд мероприятий по пе­рестройке работы Оргкомитета Сою­за советских художников и его ме­стных организаций в свете решений
ПК ВКП(б) об опере «Великая друж­ба» В. Мурадели. Главное внимание
творческих союзов должно быть об­ращено на повышение уровня идей­но-политического воспитания худож­ников. Для продвижения изобрази­тельного искусства в широкие массы
признано необходимым направить на
периферию ряд передвижных выста­вок лучших произведений советских
художников. Решено также шире
практаковать творческие команди­ровки художников и скульпторов на
новостройки, в колхозы и совхозы,
на ведущие промышленные предприя­тия страны.
		Итоги дискуссии о книге
«Гралостроительство» _
	ные недостатки в работе академии,
неумение отдельных ее институтов
быстро откликаться на актуальные
запросы нашей архитектурной практи­ки. Прежде всего она показала, как
мало сделала академия в научном об­общении отечественного градострои­тельства, в идеологическом споре с
лживой капиталистической «наукой»
об архитектуре, с философией бур­жуааного градостроительства.

В выступлениях тт. Егорова, Ми­хайлова. Ароновича, Маца сквозила
тревога за состояние идеологической
научной работы, ведущейся в акаде­мии. Буржуазная градостроительная
литература вместе со всей капитали­стической наукой давно перешла в
наступление против коммунизма, в за­шиту капиталистических порядков.
	Залача советской архитектурной нау­ки_перейти в мощное контрнаступле­ние, разоблачить социальную демаго­гию капиталистических градостроите­лей-«реформаторов» и показать все
превосходство советекого градостроий­тельства. развивающегося на базе со­циализма.

Однако вопросы марксистской мето­дологии в науке об архитектуре и
градостроительстве академией керьез­но ‘не разрабатываются. Многие ee
научные сотрудники и аспиранты He
обладают необходимыми исторически­ми познаниями. Отсюда пренебреже­ние к исторической конкретности, со­циальной обусловленности развития
архитектуры, антиисторичность,   кото­рую. по словам т. Маца, формалисты
от архитектурной науки пытаются ут­вердить под: видом борьбы с вульгар­ным социологизмом.

Дискусвия показала, что в стенах
академии еще не организовано долж­ного отпора проявлениям формализ­ма в архитектурной науке. Труды,
подготовляемые к печати‘ или издан­ные академией, не обсуждаются ее
общественностью, не обсуждаются
даже президиумом академии. Чрезвы­чайно слаба связь ведущих теорети­ческих институтов с сощиалистиче­ской практикой. Естественно, что в
такой атмосфере притупления остро­ты теоретической мысли, слабости
критики и самокритики, ослабленного
чувства ответственности за идейную
чистоту и научную добросовестность
издаваемых трудов могла быть напи­$
сана. издана‘и не обсуждена на про­тяжении нескольких лет явно форма­листическая книга.

Не все сделали должные выводы из
прошедшей дискуссии. Меньше всего
сумел сделать их главный редактор и
соавтор книги «Градостроительство»
В. Шквариков. На втором вечере об­суждения его книги он не присутст­вовал; было ‘об’яснено, что т. Шква­риков болен. Присланиое им письмо
не содержало глубокого. анализа при­чин недостатков книги.

Неубедительными были ссылки ча
то, что слабость важнейшего раздела
книги — советское градостроительст­во — об’ясняется тем. что в последу­юших томах авторы должны были
полно осветить отечественыую прак­тику. Тов. Шквариков так и че понял,
что о советском периоде написано в
книге не только мало, но и плохо, не­верно. Нетрудно догадаться, что
представляли бы собой эти шесть
томов, если бы в них была принята
формалистическая методология пер­вого тома,

Вряд ли понял свою  ответствен­ность за книгу «Градостроительство»
и за работу издательства академии
‘т. Леонидов. Беспомощно прозвучали
его жалобы на трудные условия ра­боты издательства и на авторов, яко­бы, отвергающих поправки редакции.

Лосле заключительного слова ви­це-президента академии К. Алабяна
предкедательствующий т. Чернов
предложил собранию резолюцию, об­общающую материалы дискуссии. Ре­золюция, как недостаточно серьезная.
была единодунтно отклонена участни­ками обсуждения.

Это также один из итогов дискус­о его центральных авеню. Но основ­ное население города живет не в
кварталах центральных проспектов.
Вашингтон сегодня насчитывает 150
улиц—худших в США трушоб. Часть
из них расположена даже в тени Ка­питолия. Е

Только увидев воочию Нью-Йорк,
можно полностью представить, до ка­кой остроты доходят противоречия.
свойственные капиталистическому го­роду.—Если смотреть на Нью-Йорк,
— рассказывает т. Смирнова, —с высо­ты небоскреба «Эмпайр Стейт Бил-.
динг», нельзя, даже в ясный день,
разглядеть город. Его плотно прикры­вает густая ядовитая пелена дыма,
копоти, гари. Нужно пройти из центра
всего два квартала, чтобы попасть на
3-ю авеню, где грохочет надземка, где
в грязи и мусоре играют дети. Трушо­бы Нью-Йорка, так называемые
«514115», — подлинное бедствие для
миллионов трудящихся. Трушобные
районы занимают 40 процентов общей
площади острова Манхеттен в Нью­Йорке. Их можно видеть в Гарлеме,
Ист-Сайде. Вест-Сайде и в других
районах Нью-Йорка.

— Советские архитекторы, историки
градостроительства, говорит т. Смир­нова, — не должны дать себя обма­нуть широковещательными проекта­ми американцев, их отдельными ре­конструктивными работами. Шквари­ков. Бунин и Поляков восхищались
тем, что среди небоскребов, в самом
центре Нью-Морка расположен боль­шой парк. Какова же роль этого пар­ка в жизни трудящегося населения
горола? Чтобы лучше понять, что
это за район, следует вспомнить, что
земельный участок, На KOTOPOM pa3-
метцается парк, в конце 60-х годов
прошлого столетия стоил 5,5 миллио­на долларов, а сейчаю оценивается в
825 млн. долларов. Легко судить, ка­ким состоянием должны располагать
люди, строившие свои дома в этом ме­сте. Подавляющее же большинство
жителей лишено возможности. поль­зоваться зеленью, которой нет ни на
улицах, ни около домов, ни внутри
плотно застроенных кварталов, ни в
виде городских скверов. Централь­ный парк вместе с парком Pupep­Сайда составляет около 50 процентов
всей зелени острова Манхеттен с его
двухмиллионным населением.

Та же картина характеризует и Чя­каго, о котором, не зная этого горо­‚да. а лишь пользуясь американскими
источниками, с явным восхищением
писали авторы книги «Градострои­тельство». То же противоречие между
центром города и окраинами характе­ризует Филадельфию, Балтимору и
другие города Америки. :

Научно аргументированная, содер­жательная критика буржуазной тео­рии и практики градостроительства —
таков первый, важный итог дискус­сии. .

Бесспорно интересно было сообще­ние т. Саркисяна о существе и харак­тере развития средневекового города,
из недр которого вырос современный
‚капиталистический город. В сжатых
характеристиках, насыщенных KOH­кретным ‘материалом, т. Саркисян по­казал, как важно для нашей архитек­турной науки осветить с марксист­ских позиций средневековый период
градостроительства, наименее разра­ботанный в нашей литературе.

Выступление т. Мухина содержа­ло материал, дававший представление
о грубо колониальном характере ан­глийского «градостроительства» в
Индии. вапример в Дели. Рядом с
новой частью города, выстроенного
для господ-колонизаторов,  продол­жает существовать в евоей неизмен­ности город порабощенных, подлин­ный Дели, где 400-тысячное населе­ние разместилось в ужасающих анти­санитарных условиях на плошади в

 

 
	10 кв. километров.

Так силами ряда чаучных сотруд­ников дискуссия смогла выйти за
рамки негативной критики книги, на­писанной Шквариковым, Буниным и
Поляковым, приобрела более широкое
научное и политическое звучание. Она
показала, базируясь на богатом факти­ческом материале, всю неприглядность
капиталистического градостроитель­ства, вскрыла богатейптие возможно­сти. которыми располагает архитек­турная наука. когда она опирается на
хорошо изученный материал, освеае­мый с ясных марксистеких позиций.

Другой важный итог дискуссии со­стоит в том. что она вскрыла серьез­Состоявшаяся в Академии архитек­туры СССР двухдневчая дискуссия о
книге «Градостроительство» В. Шква­рикова, А. Бунина и Н. Полякова
вызвала большой интерес  архитек­турной общественности. Дискуссия
вскрыла потенциальную силу нашей
архитектурной науки, ее  огром­вые, далеко не использованные резер­вы, уточнила многие важные ее зада­чи и позиции. В то же время, как это
ни кажется парадоксальным, дискус­сия выявила слабость общей работы
самого значительного центра архитек­турной науки в нашей стране — Ака­демии архитектуры СССР.

Труд Шкварикова, Бунина и Поля­кова явился, в сущности, единствен­ной большой книгой по истории гра­построительства, созданной ’Акаде­мией архитектуры за годы своего су­шествования. И если в результате
всех усилий по ее составлению она
все же оказалась порочной, что еди­нолушно отметили все участники об­суждения, в этом не могли не про­явиться слабые стороны  деятельно­сти академии, прежде всего ее Ин­ститута градостроительства, и дея­тельности издательства.

Говоря об итогах дискуссии, следу­ет прежде всего отметить, что обсуж­дение помогло детально вскрыть не­достатки работы Шкварикова, Бунина
и Полякова. Выявилась ненаучность
представлений авторов труда о важ­нейших периодах истории человечест­ва, без знания которой невозможно
раскрыть историю ‘градостроительст­ва, близость взглядов авторов в во­просах эстетики архитектуры к идеа­листической концепции буржуазных
теоретиков, формалистическое,  дав­но затасканное буржуазными «тео­ретиками» деление истории _ градо­строительства на периоды  -толь­ко по признаку регулярной или нере­гулярной застройки. Важнейшие по­роки книги коренились в неуважении
ее составителей к совелскому градо­строительному опыту, в ничем не оп­равланном преклонении перед капи­талистическим периодом в истории
мирового градостроительства,  

Ценность`итогов дискуссии тем бо­лее значительна, что были нарушены
тишина и кооность, характеризуюние,
к сожалению, атмосферу некоторых
зелдущих институтов академии. Зазву­чали голоса людей, которых никогда
прежде не числили в списках тех, кто
делает «академическую» науку, а
между тем; это люди активные,
обладающие и знаниями и ясной по­зицией в решающих вопросах архи­тектурной теории.

В первую очередь хочется сказать
о выступлениях тт. Смирновой, Сар­кисяна, Хауке, Мухина, Габричевско­го: и некоторых других. Эти товари­щи пришли на трибуну хорошо вво­руженные, < желанием неё только по­казать ошибки обсуждаемой книги,
но и помочь наметить пути разработ­ки основных научных проблем истории.
градостроительства. Взять, к примеру,
хотя бы выступления тт. Смирновой
и Хауке. Их содержательный рас­сказ о подлинной и неприглядной
картине современного зарубежного
градостроительства еще более под­черкнул беспринципность и  нена­учность позиции, занятой в ocBe­шении этого вопроса тт. Шжварико­вым, Буниным и Поляковым.

Что ча деле представляют собой
современные, самые знаменитые горо­ла капиталистической Англии и Аме­рики? Подлинный Лондон, как пока­зал т. Хауке. это меньше всего Рид­жент-стрит, плошадь Ватерлоо и дру­гие отлельные благоустроенные райо­ны. Не они характеризуют столицу
Англии. Лондон — это прежде всего
ужасные по своему состоянию проле­тарские кварталы Ист-Энда, трущоб­ные районы доков. Это многочислен­ные кварталы, где 59 процентов насе­ления живет в домах, относимых са­мими буржуазными градостроителями
к типу трушобных домов, часто ли­шенных даже электрического света,
Говоря о проблемах Большого Лондо­Ha, казалось бы, наиболее благоустро­енного города Британского королев­ства, английский профессор Эдшед
отмечает. что важнейшими еще не
разрешенными проблемами являются  
борьба с трушобами и борьба за элек­трическое освешение (!) для всех
жилиш английской столицы.  
Вашингтон — столина США. При 
анализе структуры этого города a3  
давна повелось прежиле всего говорить
	В Москве проходит декада литературы Литовской ССР. В концертных
залах, клубах и Дворцах культуры столицы проходят выступления ли­товских писателей и деятелей искусств. На снимке: нисатель в. NINA
лайтис-Путинас, артистка Т. Гембицкайте, председатель Союза писате­лей Литвы поэт И. Шимкус, председатель Президнума Верховного Со­вета Литовской ССР Ю. Палецкис, артистка А. Сташкевичуте, пиа­нистка Дукстулькайте и писатель А. Виенуолис-Жукаускас.
		ср 3 = ОЧЕН

В КОМИТЕТЕ To ДЕЛАМ АРХИТЕКТУРЫ
	творческие направления в архитекту>
ре, участники заседания отмечали
элементы формализма в творческой
деятельности последователей так
называемой «школы Жолтовского»,
	внимания в докладе и в пре­ниях уделялось вопросам воспитания
молодых кадров.
Серьезные обвинения были прел’-
	явлены Академии — архитектуры
СССР и Союзу советских  архи­текторов которые еще не стали
	подлинными центрами научной и —
шественной жизни
Много крупных недочетов имеется и
в работе Комитета по делам архитек­туры, который еше слабо руководит
местными архитектурными  организа­циями и не осуществляет надлежаще­го контроля за утверждением проек­тов на местах.

Подводя итоги заседания, предсе­датель Комитета по делам архитекту­вая большевистскую критику и само­критику, советские зодчие сумеют
устранить имеющиеся в их творчес­тве недостатки и выполнить требова­ния, которые пред’являются  совет­ккой архитектуре партией и народом.
	2 марта состоялось расширенное
заседание Комитета по делам архи­тектуры при Совете Министров
СССР, посвященное обсуждению пос­тановления ЦК нь” 0б опере
«Великая дружба». В. Мурадели,

С докладом выступил заместитель
председателя Комитета по делам ар­хитектуры при Совете Министров
СССР В. Кусаков.

Докладчик и выступивтие в пре­ниях тт. В. Бабуров, Ю. Саавивай.
П. Красильников, ‚ С. Колесников,
Д. Чечулин, К. Алабян, Б. Рубанен­ко и другие отмечали, что историче­ское постановление партии обязыва­ет архитекторов внимательно  про­анализировать свое творчество, отме­сти все чуждое и наносное, все то, что
мешает дальнейшему движению впе­ред советской архитектуры.

Участники заседания затронули в
своих выступлениях ряк важнейшах
творческих и организационных вопро­сов, живо волнующих  архитектур­ную общественность. .

На заседании приводились кочкрет­ные примеры, свидетельствующие о
наличии элементов формализма в раз­личных областях советской архитек­гурьы­планировке, градостроительст”
ве, проектировании жилых и общест­венных зданий. Обсуждая различные
	Великая Отечественная война
в художественной фотографии
	Более трехсот работ, размещенных
	в залах и фойе Центрального дома
	авторам — военным  фотокорреспон­дентам ТАСС, центральных, фронто­Многие из экспонатов выставки
хороню знакомы зрителям по страни­цам советской печати военных лет.

В произведениях фотокорреспонден­тов запечатлены славные дела назем­ных войск, морского и воздушного
флота, усилия советских  патрио­тов в тылу, боевая жизнь  пар­Многие работы выполнены в разные
периоды Великой Отечественной вой­ны фотокорреспондентами, павшими
на боевом посту, —М. Каланениковым,
С. Струнниковым («Правда»), М.
Бернштейном («Красная звезда»),
Троптиным («Известия»), В. Ивано­вым и М. Прехнером («Фотохроника
ТАСС»), С. Кафафьяном («Сталин­ский сокол»).
	М. Калашникову принадлежат за­мечательные документальные снимки
— «И. В. Сталин на торжественном за­да» и «Парад на Красной площади
7 ноября 1941 года».

Выдающийся интерес  представля­ют экспонаты, посвященные  сталин­Градским сражениям — серия работ
	Г. зельма, С. Альперина, О. Кнор­ринга, Я. Рюмкина, Г. Липске­рова и др С большим  искус­и Б. Федосеева «Дорога к осажден­ному Ленинграду через Ладожское
озеро». Наряду < мастерами профес­дисты, фотокорреспонденты ‚армей.
ской газеты Ленинградского фронта
Л. Громов и М, Каше. Они снимали
	взятия советскими войсками Берлина—
«Советские танки перед парадом
Победы» (Б. Пушкин), «Берлин взят!»
(А. Архипов), «Со знаменем к рейх­— <. в. сталин на торжественном за­Архипов), «о знамен
седании Моссовета 6 ноября 1941 го­стагу» (А. Капустязский).
	Совещание предоедателей комитетов
и начальников управлений по делам искусств
	6 марта в Комитете по делам ис­кусств при Совете Министров СССР
начинается совещание председателей
комитетов и начальников ‘управлений
по делам искусств. На совещании
булут заслушаны и  обоуждены
доклады о задачах перехода учрежде­ний искусств на самоокупаемость, о
мероприятиях по обеспечению бездо­тационной работы театров и музы­кальных учреждений, о новом порядке
планирования и утверждения репертуа­ра, о системе оплаты труда те­атральных работников, о  поряд­ке планиоования м л  ‘утрадзх елки’
	ке планирования и утверждения
бюджетов на 1948 год, о плане га­стролей и положение о директоре и
художественном руководителе театра.
	сии, — возможно самый примечатель­erent бр а Зе nasa man

го института и других художествен­ных вузов есть еще очень много не­ный. Отклонение этой слабой резолю­nocTaT Kos. IE OE
нии свидетельствовало, что коллектив ! . ‘

Академии архитектуры решил подве­На заседании выступили с докла­сти действительно глубокие итоги   дами представители республиканских,
всему, о чем говорилось на обсужле­областных и краевых союзов худож­нии, и принять меры к`тому, чтобы   ников.

покончить с отставанием архитектур­Председатель правления МОССХ
ной науки от весьма важных требова­С. Герасимов сообщил, что союз, на­ний, которые пред’являет ей совет­считывающий в своем составе две
ская действительность. зы человек, засорен людьми пас­этом сравнительно мало внимания
разрешению многообразных функцио­нальных задач, требованиям экономи­ки и новой техники и не особенно за­ботятся о том, насколько во?произ­веденный ими образ свойственен идео­логии советских людей и верно ли
он отражает назначение строящегося
сооружения. .

Даже при огромном строительном
и жизненном опыте основоположника
этой школы — талантливого мастера,
академика архитектуры И. Жолтов­exoro — это убеждение приводило
его несколько раз к резкому разрыву
между формой и содержанием здания
(жилой дом на Моховой улице, про­ект типографии «Известий»).
	В работах же его последователей,
иногда ничего еще не построивших и
плохо разбирающихся в тех требова­ниях, которые выдвигает перед архи­тектором сегодняшний день нашей
страны, неверное понимание основ со­ветской архитектуры приводит к фор­малистическим композиционным pe­тениям очень часто.
	Так, например, когда архитектору
	Лабуренко поручили довести до конца
строительство театра в городе Казани,
спроектированного другим автором,
он, желая придать зданию импо­нирующую монументальность, пере­крыл портик главного фасада своего
рода каменным чехлом, вторым пор­тиком огромного размера. Архитекто­ра  Лабуренко, повидимому, мало
смущали не только те затраты, кото­рые потребовались бы для осуществ­ления его замысла, но также и то, что
гигантский масштаб запроектирован­ной им колоннады находится в резком
несоответствии не только с внутрен­ними об’емами театра, во и со всей
застройкой города Казани.

Как уже отмечалось в газете «Со­ветское искусство», молодые и спо­Б. ФАЯНС.

 сивными, не принимающими никакого

 

А OT

ровать применяемые ими зреет.
ные формы, не замечая иющего
	нротиворечия между созданным ими
художественным образом и содержа­нием Московского метро, ярко вопло­щающим новую, социалистическую
культуру.

Странное стремление втиснуть зда­ние советского театра в формы древ­негреческого храма проявил  архи­тектор М. Барщ в проекте театра для
города Ржева.
	Очень часто архитекторы, проекти­руя жилой дом, пренебрегают  эле­ментарными удобствами квартир ра­ди предвзятой композиционной идеи
фасада. Так, например, в жилом доме
по Можайскому пюссе архитектор
Ю. Емельянов, подчеркивая на фаса­де контраст между сильной пласти­кой нижних этажей, обработанных
выступающими  эркерами, и гладкой

плоскостью верхней части дома, ли­шил верхние квартиры балконов. При
этом он не посчитался с тем. что та­кой прием находится в резком разры­ве с основным принципом советской
архитектуры — заботой о человеке.
	В работах некоторых архитекторов
желание блеснуть в своих проектах
знанием всех тонкостей формальных
приемов школы Жолтовского часто
приводит к эстетокой манерности.
Так, например, архитектор Горстрой­проекта т. Варшавер усложняет ком­позищию жилых домов Всесоюзного
угольного института введением на
	фасаде нарочитых сдвигов. Фронтон,
перекрывающий ведущие во двор во­рота, сдвигается по отношению к про­ему ворот точно шапка, надетая набе­крень. И этот мотив странного смеще­ния формы повторяется им с настой­чивостью и упорством, свидетельству­ющими о том, что автор считает его
чрезвычайно важным для выразитель­ности композиции.
	Одним из серьезнейших недостат­ков стилизаторского формализма в
архитектуре является недооценка воз­можностей современной техники в
создании новых архитектурных обра­зов. Находящиеся в плену архаиче­ских ассоциаций архитекторы часто
забывают о том, что высокая художе­ственная выразительность лучших
		шему прогрессу советской архитекту­ры.
Теория социалистического реализма
в архитектуре должна получить все­стороннюю разработку. Нельзя огра­ничиваться только констатацией от­дельных его признаков, сделанной, на­пример. А. Мордвиновым в его докла­де на УП сессии Академии архитек­туры. Следует осветить принципы со­циалистического реализма на анализе
конкретных произведений советской
архитектуры.
	Академией архитектуры до сих пор
не дана глубокая, исчерпывающая
марксистская оценка ряда неверных
положений так называемой «теории
Жолтовского», в которой наряду с
ценнейшим анализом классической ар­хитектурной композиции  содер­жится целый ряд  идеалистиче­ских утверждений о канонах кра­соты, не зависящих якобы, ‘от ис­торической эволюции и сощинальной
природы искусства. Дать оценку этой
теории. тем более важно, что она име­ет широкое распространение и часто
выдвигается в качестве определенной
философской концепции истолкования
архитектуры.

Ответственность за эти ‘круп­нейшие дефекты в нашей архитектур­ной практике и теории лежит не толь­ко на органе государственного руко­водства архитектурой — Комитете по
делам архитектуры при Совете Ми­нистров СССР, но и на Союзе совет­ских архитекторов, в значительной
степени. оторванном от интересов
реального строительства. Попытки
активного вмешательства в о архитек­турную практику нашей страны хотя
и предпринимаются союзом. но имеют
	пока лишь

строящим

эпизодический х
Союз mano уделяет

архитекторам.

внимания
Иногда.
	a ge Ух Мое — поошре­ние бумажного творчества. Так, ‹ на­пример, на смотре молодых мастеров
архитектуры премировались главным
образом проекты. а не реальные по­стройки, причем успех проектов очень
часто определялся блеском графиче:
CKOTO исполнения, а не реальны­Редакционная коллегия:

В. Г. ВДОВИЧЕНКО (o
М. В Еоминаннао
	Я. А. МАЛЮГИН. Ю.
	ми достоинствами функционального и
композиционного решения.

Творческие отчеты крупнейших ма.
стеров советской архитектуры очень
часто превращаются в своеобразные
юбилейные чествования, на которых
об’ективная оценка достинств и недо­статков нередко подменяется славо­словием.

При критическом обсуждении про­ектов, устраиваемых союзом, высту­пающие чаще ‘всего ограничиваются
лишь разбором отдельных чисто ком­позиционных особенностей проектов.
Очень редко проектам дается глубо­кая, принципиальная — марксистская
оценка, освещающая их, как опреде­ленное явление в эволюции советской
архитектуры.

Для того, чтобы выполнить esol
долг перед советским народом, необ­ходимы дружные и согласованные
усилия всех организаций, созданных
партией и правительством для руко­водства советской архитектурой.

Комитету по делам архитектуры He
обходимо в первую очередь перестро­ить систему проёктных организаций,
ликвидировав отрыв проектировщиков
от строительства.

советских архитекторов дол­жен усилить внимание к интересам
реального строительства и творческую
помошь архитекторам, работающим на
стройках, способствовать вовлечению
в строительство всех квалифицирован­ных и одаренных архитекторов нашей
страны, поднять выше идейный уро­вень критической работы, неустанно
бороться со всеми проявлениями фор­мализма, под какими масками он бы
ви выступал,

емии архитектуры необходимо
стремиться наиболее тесным образом
связать научную проблематику с нуж­дами реального строительства, не­устанно работать над созданием тео­рии советской архитектуры. освещаю­щей путь архитектурной практики.

Коллектив  anyarraeenrnnn wad
	INASTORTHB архитекторов — нашей
страны должен мобилизовать все свой
силы для удовле я x

. творения высоки

т о со ae (tlw
	ской архитектуре партией и прави:
тельством.
	) А. А. СУРОВ,
В. В. ЖУРАВЛЕВ,
	SOMMENNY (ответственный редактор),
БОЛЬШИНЦОВ, С. А. Г ЕРАСИМОВ. В

о ах.
	WW. САВИЦКИЙ, А. И. ШАВЕРДЯН.
	 

Пережитки Формализм
_в архитектуре
	никновения различных формалистиче­ских тенденций, умозрительных ком­позиционных построений, идущих ча­сто в разрез с реальными запросами
кизни.
	Проявления формалистического но­нимания творческой задачи, игнориро­вания идейного содержания  эданий,
вкусов и художественных запросов
советских людей особенно часто
встречаются в области архитектуры
крупных общественных и жилых CO­оружений. Перепевы западноевро­пейского формализма и конструкти­визма, так ярко проявившиеся в твор­честве Ладовского, Мельникова. Гин­збурга и других, настолько дискреди­тированы в глазах советского народа,
что распространение у нас произведе­ний такого типа неизбежно обречено
на провал.
	Гораздо труднее распознать прояв­ление формалистических элементов в
тех сооружениях и проектах, где они
выступают под маской классических
форм. Многочисленные проявления
такого «стилизаторского» формализма
не являются, конечно, случайными и
не могут быть об’яснены лишь творче­скими неудачами отдельных архи­текторов. Их питают два основных ис­точника. Первый из них — это тот же
самый отрыв от реального строитель­ства и непонимание требований эконо.
	мики, зкусов и потребност@й советско­го народа, а второй—это то господет­вующее среди некоторых архитекто­ров и особенно распространенное сре­ди активного и влиятельного творче­ского направления в советской архи­тектуре — так называемой «школы
Жолтовского» — убеждение в суще­ствовании некиих внеисторических и
внесоциальных канонов красоты. По­следователи этой школы часто подме­няют творческое использование худо­жествечного наследия механическим
воспроизведением образов, созданных
во времена античности, древнего Рима,
Ренессанса и древнерусской архитек­туры до ХУШ века. Они уделяют при
	Мудрые указания Центрального  
Комитета нашей партии и правитель­ства всегда оказывали  исклю­чительное — стимулирующее воз­действие на развитие советской архи­тектуры. Постановления, принятые по
проектам Дворца Советов и генераль­ного плана реконструкции Москвы,
сыграли огромную роль в гигантской
градостроительной работе, проделан­ной в крупнейших городах нашей
страны—в Москве Ленинграде Кие­ве, Ташкенте, Баку, Новосибирске,
Челябанске, Горьком, Тбилиси и др.,

_а также в бесчисленных индустриаль­ных центрах и рабочих поселках, воз­никших на советской земле. Постанов­ление ЦК ВКП(б) об опере «Вели­кая дружба» ставит важнейшие зада­Чи не только неред советскими музы­кантами, но и перед работниками всех
других областей советокого искусст­ва, в том числе и архитектуры.  

Многие советские архитекторы тру­лятся сейчас на бесчисленных строи­тельных плошадках нашей страны,
отдавая все силы созданию новых го.
родов, жилых домов и промышленных
предприятий. Они проявляют  огром­‘ную настойчивость, изобретательность
и инициативу, чтобы выполнить воз­ложенные на них партией и государ­ством защачи.
_ Все же, наряду с замечательными
образцами подлинного зодчества в
самом лучшем и высоком смысле это­го слова, в практике советской архи­Тектуры существует немало примеров
‘отрывз от жизни, ухода в «бумажное»
проектирование, отчуждения от ре­альной стройтельной жизни. Есть це­лая категория архитекторов, которые
‘явно предпочитают спокойную проект­ную работу созидательной, трудной
и хлопотливой работе на строительной
площадке,

Система проектных организаций,
очень плохо связанных со строитель­ством, в сильной степени способству­ет изоляции архитекторов от стройки.

Отрыв ото жизни не может не
создать благоприятной среды для воз­именно сочетанием классических тра­диций с самой прогрессивной техни­кой.

От проявлений формализма также
не свободна и наша высшая архитек­турная школа, в частности Москов­ский архитектурный институт. В пос.
леднее время в нем появляются реци­дивы конструктивизма. Резко осуж­денные архитектурной обществен­ностью явно формалистические тен­денции, навеянные практикой амери­канского и западноевропейского кон­структивизма и проявившиеся в прош­лом году в дипломных проектах вы­сотных зданий (руководитель Л. Пав­лов), недавно возникли вновь в проек­тах водных вокзалов и аэропортов
(руководители Л. Павлов и Г. Кон­стантиновский).

Однако не в этих спорадических
вспышках конструктивизма кроется
главный недостаток Московского ар­хитектурного института. Наиболее
уязвимым местом в архитектурном об­разовании студентов является нело­статочность их подготовки к реаль­ной архитектурной и строительной
деятельности. Культ формального
мастерства, «увражные» штудии ос­тавляют мало места для основатель­ного знакомства студентов с ‘задача­ми реального строительства. Попадая
на постройку, молодые архитекто­ры FacTo проявляют беспомощность
в решении самых простых практиче­ских задач. Это особенно нетерпимо
сейчас, копда наша страна, ведущая
гигантскую стройку, так остро нуж­дается в зодчих, понимающих и любя­шах реальное строительство.

Работа высшего научного органа на­шей страны в области архитектуры —
Академии архитектуры СССР — так­же нуждается в серьезных корректи­вах. До сих пор ею сделано
очень мало в области теории со­ветской архитектуры, базирующейся
на глубоком марксистском анализе
опыта и путей развития нашей градо­строительной и архитектурной прак­тики. Развернутая научная оценка
крупнейших произведений советской
архитектуры, творческих школ и на­правлений, возглавляемых вашими
виднейшими зодчими — Жолтовским,
Щусевым, Весниными, Иофаном и
другими, помогла бы развить все
	цноложительные качества этих направ­лений и отбросить всё формалистиче­ские элементы, мешающие лальней­собные архитекторы Г. Захаров и произведений советского зодчества —
3. Чернышева, проектируя наземный! таких, как станции Московского
	павильон метро «Станция Павелец­MeTPO, сооружения Канала им. Mocs:  
кая», стремились SCTETCKH архаизи­вы и . многие другие, достигнуты!
	 
  
 

т р та ee PF Rees

   

вых искусств, кино — ЕК 5-45 ло.
‚а — К 4-15-68. отлелыь театра. музыки, изобразитель

ат, отделы информации, архитектуры, эстралы в пирка

тва: Москва, Пушкинская, 8. Телефоны: секретарнат,

Адрес редакции и излательс

Wwewaemse

 
		500314.
	12; издательство — К 1-48-58,
ее ВЕБЕ ВА РОННИ
	Типография «Гудок». Москва, ул. Станкевича, 7.