> и Праматург Трудно представить себе крупного драматического писателя, который не связал бы свою судьбу с актерами, не думал, не тревожился о творчестве тех, кто в силах вдохнуть в образы пьесы новую, необычайно богатую жизнь. Подлинный художникдраматург видит в актере не просто «исполнителя», а творца, не «посредника» между собой и зрителем, а соратника, друга. Творческая дружба драматурга с актером — свидетельство расцвета драматургии и театра, А. Н. Островский, посвятивший свою жизнь национальному русскому театру, прекрасно знал особенности актерского творчества. Как известно, Островский непосредственно помогал актерам создавать сценические образы, своим изумительным чтением пьес и отдельных ролей он раскрывал перед исполнителями характеры героев, их тончайшие психологические и жизненно-бытовые черты, «Каждому лицу он давал такую обрисовку; что актеру легко было воспроизводить замыслы автора. ...Артисты благоговейно слушали его», — вспоминала актриса Н. С. Васильева. шой любовью человека, глубоко заинтересованного в расцвете русского театра. Эта любовь ничего общего не имела с безликой восторженностью, CO сниходительным отношением к слабостям, недостаткам в актерском творчестве. Эта любовь была требовательной и суровой. «..я всю свою деятельность и все свои способности, — писал А. Н, Островекий, — посвящал театру, и в том круге артистов, которого я был центром, постоянно старался поддерживать любовь к искусству и строгое и честное отношение к нему». Великий драматург учил актеров искусству реализма. Воплощая образы его пьес на сцене, актеры тем самым уже проходили прекрасную школу реалистического искусства. Глубокая и меткая социально-бытовая характеристика представителей различных классов и сословий русского общества, уменье вскрыть процессы жизни в их противоречиях и столкновениях. ясный, «обнаженный» анализ психологии героев — все это восиятывало в актерах чувство художественной правды, стремление к простоте и естественности исполнения. С законной гордостью драматург писал: «Школа естественной и выразительной игры на сцене, которою прославилась московская труппа и которой представителем в Петербурге был Мартынов, образовалась одновременно с появлением моих первых комедий и не без моего участия». Островский очень высоко ценил творческую деятельность актеров, силу благотворного влияния их. искусства на общество. «Театр, — писал он, — для огромного большинства публики имеет воспитательное значение, публика ждет от него. раз’- яснения моральных и общественных вопросов, задаваемых жизнью». Кризис театрального искусства в России (70—80-е годы) вызвал ‘у драматурга тревогу и горячее стремление помочь отечественному театру вырваться из плена пошлого, убогого. репертуара, складывавшегося из безвкусных, «развлекательных» пьес, авторы которых нередко склонны были к рабскому копированию иностранных образцов. Островский предлагает -езакатное солнце русской сцены Вряд ли найдется в ° Островского. На пракнашей стране театр, не обращавшийся к А. ЯБЛОЧКИНА ие. Ba. богатому наследию © рования великого драОстровского. Ocrposского играют в самых отдаленных уголках Советского Союза — в Закарпатской Украине и на Камчатке, в Ереване и в порту Игарка. Незакатное солнце русской сцены освещает своими лучами театральную жизиъ всех наролов нашей многонащиональной державы. - В моей памяти сохранились две давние встречи с А. Н. Островским. Когда я еще двенадцатилетней ученицей впервые увидела его, он читал отрыBOK Из одной из своих пьес. Мои театральные впечатления тогда еще были очень невелики. И все же, когда Островский читал, перед глазами возникали, как живые, персонажи его произведения. Выпукло, ясно и точно звучало каждое слово, и за речью чувствовался характер. В 1886 году молодые артисты Малого театра показывали свои первые работы. В зале был Островский. Он видел меня в отрывках из «Грозы» и «Горе от ума». Помню, моя Катерина ему не понравилась. В 17 лет я, конечно. не в силах была сколько-нибудь убедительно сыграть эту большую, исполненную глубокого. драматизма роль. Но за исполнение роли Лизы в «Горе от ума» Островский меня похвалил и хотел даже зачислить в драматический класс. Но вскоре.он умер, и мне не довелось учиться под его руководством. Однако я прошла другую школу Островского — школу, драгоценнуе для каждой артистки. Мке посчаст: ливилось сыграть 23 роли в 16 пьесах актеры сицей и пошлостью, царящими на сцене. Он прекрасно понимает, какая глубокая связь существует между творчеством актеров И драматургов. Низкие художественные вкусы актеров-ремесленников влияют на драуатургию. поощряя Крыловых стряпать обывательские пьески, приучают зрителя к пустому, чисто-развлекательному искусству, а с другой стороны, бупжуазный, «по-европейски одетый зритель», презирающий все русское, сочувствующий «пошлым намекам и остроумию самого низкого сорта», этот зритель диктует свои неэстетические требования драматургам и актерам, и Островский считает необходимым противопоставить вкусам этой части публики высокое, содержательное, умное искусство. В истории русского сценического искусства — 8 острой борьбе реализма с реакционной романтикой и натурализмом, с беспринципным, лакей. ским подражанием худшим образцам западного искусства — большое и почетное место принадлежит Островскому-праматургу, теоретику, воспитателю актеров. Театральные взгляды Островского представляют огромный интерес для новой эстетики нагиего театра. оруженные самым передовым, HUME мунистическим мировоззрением, ‘поновому, глубоко и остро вскрыли со‘циальные противоречия эпохи Островского. Самые блестящие примеры широкой типизации образов Островского — это Градобоев Тарханова, это Хлынов Москвина. Можно смело сказать, что впервые в сценической истории Островского благодаря замечательному исполнению этих мастеров сцены появились поHATHA хлыновщина и градобоевшина, как социальные явления, характерные для России 60-х годов, ставшей на путь капитализма. Советские художники с огромным вниманием отнеслись к тем образам, история которых, по сути ‘дела, является прямым обвинением эксплоататорскому обществу. Подчеркивая в личной драме Катерины, Ларисы, Негиной, Юлии Тугиной и других героинь их страстное стремление к счастью, их борьбу за человеческое достоинство, за право на бескорыстное и свободное проявление чувств, советские актрисы стремятея как можно глубже передать гуманистическай характер творчества Островского. Нашим актерам предстоит еще сказать свое настоящее и большое слово о таких героях Островского, как Мелузов, Жадов, Несчастливцев и др. Почему их нерелко изображают мелко, упрощенно, боясь смелых красок, почему их преврашают в своеобразных «чудаков»? Речь идет не о том, чтобы исказить историческую правду, затушевать слабости этих образов. Советскому актеру, как художнику передового общества, дана возможность видеть лучше, зорче, чем сценическим деятелям прошлого. ‘Ион обязан воспользоваться этой счастливой возможностью. Он должен ‘дать почувствовать всю силу священного ‚огня защитников правды, которые в меру своих сил подняли голос против лжи эксплоататорского общества. учит С. ЗАМАНСКИИ ® Здесь существенно другое: без «страстей, бури», без глубоких переживаний, внутреннего огня, правды чувств искусство мертво. Эту же мысль: можно встретить и в письмах и дневниках Островского. Драматурга, например, не удовлетворяет искусство мейнингенцев, ибо у них только блестяще разработана «внешняя правда», и ничтожна «внутренняя правда». Ратуя за страстность и глубину чувств, великий драматург отнюдь не был защитником творчества по наитию, так называемого «нутра». Островский придавал огромное значение актерской стехнике, «Артисты, — писал он, — полагающиеся на то, что их вывезет роль (т. е. одаренные естественностию), почти всегда погрешают: в холодных-и обыкновенных местах роли (а таких мест не избежит ни один автор) они выходят из роли, ибо у них не заложено приготовлением в душе типа, и они остаются сами собою». кусства актера художественной правды, верности жизни. «Нужно, чтобы актеры, представляя пьесу, „.умели жить на сцене». Но верность действительности не означает ее повторения, копирования. Островский выступает против натурализма в творчестве актера. Необходимо не примитивное сходство с действительностью, а художественное ее воплощение. Зритель испытывает огромное. эстетическое наслаждение от актерской игры, когда правда жизни раскрыта в ее самых значительных, существенных проявлениях, художественно осMBIC eka. Драматургия Островского полна сильных чувств. Разве трагические образы Катерины, Ларисы, Кручининой, Незнамова, сатира «Доходного места», «Мудреца», «Волков и овец», «Горячего сердца», «Леса» — это не тот самый страстный, искренний Teатр, © котором говорил Островский? Много, очень много теряют актеры и режиссеры. которые не могут вырваться из круга глубоко неверных представлений об Островоком, как о великом жанристе, и любуются лишь выигрышными бытовыми деталями! Они невольно проходят мимо самого главного, драгоценного — неувядаемой поэзии страстей, светлых. чувств, свойственных многим героям Островского — простым русским людям. обладающим большим. духовным богатством. Великий драматург неоднократно говорит о выразительности актерской игры. Естественность и жизненность в сценическом исполнении он тесно связывает с красочностью, яркостью. Сколько гнева в словах Островского, обращенных против футинеров, ремесленников, бездарных любителей, для которых «искусство — He служение, не серьезное дело, а только забава». Островский глубоко встревожен упадком актерского искусства в театре 70—80-х годов, потерей проматурга. В его творчестве нашли глубокое и яркое отражение черты жизни русского общества во второй половине прошлого века. Но Островский не был простым бытсписателем. Его драматгческий гений проникал к самым истокам человеческих переживаний, он рисовал протест искренних чувств против косного 06- пественного строя и всегда стоял на стороне угнетенных, бедных людей, изображал их сочувственно, < любовью, которую мы ощущаем до сих пор. Островский близок и понятен советским зрителям. Его правдивая и страстная ‘драматургия побуждает актеров создавать на подмостках театра образы доходчивые, выразительные, живые. В каждой его пьесе столько благодарного, свежего, пропитанного соками жизни материала для актерского творчества! И главное, в его произведениях всегда звучит тема борьбы против старого уклада жизни, борьбы за утверждение человеческой личности. В наши дни эти мотивы приобретают новое и еще более сильное звучание. Мы, актеры, вместе со зри‘телями оглядываемся в прошлое, в «мир Островского», и с глубоким сочувствием следим за судьбой его светлых героев, боровшихся против «темного царства». Вот почему Островский близок и дорог и нам, артистам Малого театра, который часто называют Домом Островского, и всем актерам советской земли, и миллионам зрителей, наполняющим залы театров Союза. ворчества Сцена из пьесы А. Н. Островского . стоты» в Государственном драмати! лин). Турусина — арт. Мари Мальд] В ТЕАТРАХ БР Островский писал: «Национальный театр — есть признак совершеннолетия нации так же, как академии, университеты, музеи». Красочность и многообразие постановок пьес Ocтровского на сценах республик СССР являются ярчайшим подтверждением этой мысли. Не только в столицах и больших городах. но и в аулах Дагестана, кишлаках Средней Азии, горах Алтая, степях Башкирии, на Камчаткеи в Бурят-Монголии зрители с волнендем следят за судьбой героев Островского. Еще перед войной на сценах театров братских республик ежегодно шло до 2000 спектаклей Островского. В дни Великой Отечественной войны интерес к Островскому значительно возрос. Образы русской классической литературы стали особенно близки и дороги широчайшим массам братских народов. Островский верил в будущее русского народа, в красоту человеческого духа вопреки всем уродствам и порокам кренпостнической Яй буржуазной леиствиСцена из пьесы А. Н. Островского «На всякого мудреца довольно простоты» в Государственном драматическом театре «Эстония» (гор. Таллин). Турусина — арт. Мари Мальдре и Машенька — арт. Бенита Отти. ТЕАТРАХ БРАТСКИХ НАРОЛОВ Замечательная артистка узбекской сцены Capa Ишантураева создала интереснейший образ Ларисы — трогательной, тонкой, поэтичной девушки. Однако и в этой хрупкой натуре живет отвращение к компромиссу, мечта об идеале любви и человеческом достоинстве. Армянский драматический театр издавна связан с русской сценической культурой. Недаром театру присвоено имя писателя Сундукяна, которого называли армянским Островским. Постановка «Бесприданницых» является первой режиссерской работой известного артиста этого театра Гургена Джанибекяна. Он сумел создать стройный ансамбль исполнителей и заново прочесть ряд известных, имеющих давнишнюю традицию образов драмы. На армянской сцене мы увидели замечательного Паратова — Маляна и Робинзона — Авета Аветесяна. С огромным усНехом в различных театрах Союза идут «Без`вины виноватые»“ Мы видели в роли Кручининой актрису Грузинского театра им. Руставели Чхеидзе, поражающую естественностью, простотой своей игры. Мы знаем другую замечательную Кручинину — армянскую — актрису Жасмен с ее неповторимым звучным голосом и трагедийным дарованием. В репертуаре. украинских драматических театров Островский давно’ занимает почетное место. ° Большим праздником явилось ^ возобновление после войны спектакля «Последняя жертва» в Киевском театре им. Франко. Харьковский театр им. Шевченко оставил B памяти блистательный дуэт Аркашки — Крушельницкого и Несчастливцева-—Антоновича в «Лесе». С особым интересом ‘в последние годы относятся к-наследию Островского театры Латвии, Литвы, Эстонии. Русская классика была здесь изгнана со сцены в дни фашистской оккупации. С тем большим увлечением работают актеры над обличительными, сатирическими комедиями Островского в наше время. На латышской сцене с успехом идут «Волки и овцы» и «Таланты и поклонники». Руководитель театра «Эстония» в дни смотра русской классики, в 1946 году, рассказывал о том, что в театрах Эстонии обычно одна пьеса идет не больше 15 — 18 ‘раз, тогда как спектакль «На всякого мудреца» в постановке народного: артиста Хуго Лаура прошел в Таллине свыше 40 раз при переполненном зале. Талантливо играли Айно Тальви — Мамаеву и Каарел Карм — Глумова. Островского продолжают переводить и ставить в театрах таких народов, которые только недавно приобщились к профессиональной TeaTральной культуре. Великий русский классик Островский стал в наши дни любимым драматургом всех народов Советского Союза. А. ЛУБИНСКАЯ. Покойный О. Празo своем творчестве всеwaasamnyo eMy One Mux. HAPOKOB MAA CONERHOR TOPO нажды <амим Остров© Неверно было бы подходить к Островскому, как к бытописателю, спокойно живописующему нравы замоскворецкой «пучины». Да, он глубокий реалист-эпик, как характеризует его Гончаров. Но его эпос поднял глубокие социальные пласты, его эпос историчен и действенен. В этом его сила. Островский знает, видит и чувствует живую плоть изображаемого человека. Это — писатель необыкновенной человеческой доступности, это—подлинный народный писатель. Он не парит над жизнью, он погружается сам в эту жизнь, ощущает всю ее кипящую стихию. ее темное и светлое, смешное и трогательное, негодуя и смеясь от всей полноты своего человеческого сердпа. : Еще могущественнее, плодотворнее сказывается эта сила на актере. Как легко и радостно воспринимается слово Островского; слово: -необычайной емкости, жизненной силы и правды. Оно никогла не кажется выдуманным. оно взято из жизни и вместе с тем художественно многогранно, певуче, красочно, полно ‘разнообразнейших оттенков. Нет решительно никакой надобности выбирать, особесно выделять и «подавать» со сцены какие-либо эффектные выражения и слова — это только ослабит убедительность самого образа. «Гроза» в Севастопольском театре Фото Л. Яблонского. ским историю рождения знаменитого образа актера — Аткашки в «Лесе» и Робинзона в «Беприданнице». Где-то в одном из приволжских городов. Островский встретился с озлобленным циником-актером, обладавшим всеми замашками неуважения не только по отношению к окружающей среде, но и к собственной профессии. В этом житейски просто нетерпимом -суб’ектевеликий ‘драматург почуял скрытую драму крушения, быть может, богатых когда-то возможностей. С великим трудом Александр Николаевич залучил этого актера к себе в Шелыково. Островскому удалось отогреть его и раскрыть простую человеческую душу. «Аркашка» просто и непринужденно рассказал писателю о своей печальной судьбе, и в пьесах Островского мы видим человека. живо вызывающего наше <очувствие. Этот биографический штрих свидетельствует о том, что Островский всегда стремился постигнуть самую природу описываемых им людей, глубоко верил в человека и старался найти главное в нем. Великий художник, раскрывший мир безмерного человеческого самодурства и одичания. исследователь недр «темного царства», сам он шел -в Каждая встреча с великим русским драматургом является значительным событием в жизни национального театра и в творческой биографии актеров-исполнителей. Работа над реалистическими образами, стремление проникнуть в их внутренний мир широкий показ жизни, хХаракте-. мир. широкий показ жизни, Характеров, типов — все это `обогащает. Haциональную культуру и расширяет возможности театра. В высшей степени положительную роль сыграли по: становки «Без вины виноватые» и «На всякого мудреца» в истории Грузинского театра им. Руставели, «Гроза» и «Бесприданница» в Азербайджанском театре им. Азизбекоза, «Бесприданница» в Узбекском театре им. Хамза, Армянском театре им. Сундукяна. и многих других. Лучшие постановки Островского на сценах национальных театров увлекают своеобразием, свежестью и новизной истолкования главных его образов. Актеры вносят в спектакли многое от свойственного им национального стиля. но вместе с тем обогашают и изменяют свою’ обычную манеру. Они играют Островского, как актеры нашего времени, эпохи, мировоззрения. Они ищут в его произведениях то, что близко и дорого современному зрителю,—тогда рождается настоящее искусство, творческий успех. Так, народная артистка Фатьма Кадри в Театре им. Азизбекова великолепно играет Катерину в «Грозе» и Ларису в «Бесприданнице». Она вносит в свою игру характерную для азербайджанцев музыкальность, пластику движений, выразительность. Ее Катерина — сильная натура, чистая, яркая, Артистка с большим тактом владеет своим артистическим темпераментом. Внешне сдерживаемые чувства говорят о глубине характера и о беспокойной внутренней жизни. Душевная драма Катерины: в финале потрясает зрителя. пы ооразцов. лы ЗРЯ aor ] ессио ного MacTepcTBa, безвкусоздать в Москве новый театр, подФ CCHOHATBHONY стер На линно народный, демократичный, национальный. «Такой театр с честным, художественным, здоровым народным репертуаром необходим для московской публики, она давно. его ждет. Такой театр был бы поистине наукой и для русского драматического искусства. Мы должны начинать сначала, должны начинать свою родную русскую школу, а не слепо итти за французскими образцами и писать по их шаблонам разные тонкости, иятересные только уже пресыщенному вкусу». В пьесах А. Н. Островского среди героев, которые поднимают свой голос нротив угнетения, социальной несправедливости, являются страстными поборниками правды, мы видим и актеров. . Вспомним, с каким воодушевлением Несчастливцев призывает Ажсюту стать актрисой; «Ты знаешь бури, знаешь страсти... О! Если половину этих сокровищ ты бросишь публике, театр развалится от рукоплесканий». Смешно было бы отождествлять наивную романтику Несчастливцева с идеями самого автора. Конечно, Островский и не думал утверждать, что достаточно человеку в жизни познать «бури, страсти», чтобы он мог стать артистом, художником сцены. На репетициях пьесы «Певольницы» А. П. Островского в 1еатре имени Ермоловой. На фото: слева — Евлалия Андреевна — арт. М. Волкова и Софья Сергеевна — арт. Н. Тополева; справа — Стыров — арт. В. Лекарев и Коблов — арт. И. Прокофьев. его герои, в пословицах и поговорках, которые так часто становятся заглавиями его произведений. Консервативная критика дворянской и буржуазной России ненавидела Островского. за сатирическое изображение господствующих классов страны. Царская цензура всячески преследовала Островского. Она запретила постановку «Своих людей», к которым ему пришлось со скрежетом зубовным приделать «благонамеренную» pasвязку. В первоначальном виде он смог свою пьесу увидеть на сцене только в 1881 году, т. е почти через полвека после ее написания! Именно царская цензура заставила Островского устранить из «Бедной невесты» важный образ девушки из народа Дуни. Именно она запрешала «Доходное место», «Воспитанницу», «Грозу». Все этобыли акты расправы с драматургом, отразившим в своем творчестве страдания и борьбу народа, Пьесы Островского оказали несомненное воздействие на позднейшую русскую драматургию. Ее традициям верен Найденов; который в «Детях Ванюшина» изображает усугубляющийся распад старозаветной купеческой семьи, т. е. разрабатывает тему, поставленную Островским еще в «Своих людях» и «В чужом пиру похмелье». Психологическая по своему рисунку «Бесприданница» уже предвешает собою скорое появление чеховской «Чайки». В образе первого в русской литературе «босяка» Любима ‘орцова, страстно тоскующего по «работишке», предчувствуются уже некоторые мотивы горыковского «На дна». О глубокой жизненности типических образов Островского говорит и то, что Ленин в своих сочинениях много раз обращался к наследию великого русского драматурга. Он пользовался образом «Доходного места» для характеристики ренегатов типа Суворина, буржуазных политиканов, эсеров и меньшевиков — людей, которых буржуазия подкупает «доходными местечками». Ленин неоднократно использовал в своих статьях и Сцена из пьесы А. Н. Островского Черноморского флота. речах такие характерные выражения Островского, как «самодур», «страшные слова», «жупелы». Образ Гита Титыча Брускова (которому жена говорила «Никто, батюшка, Кит Китыч, не смеет вас обидеть. Вы сами всякого обидите») припоминаются Лениным и тогда, когда он полемизирует с «экономическим гфомантизмом», и тогда, когда он разоблачает идеологов русского капитализма. «Это, — указывал Ленин, — исконная точка зрения российских Китов Китычей, которые при найме какого-нибудь «учителишки» руководятся прежде всего. и больше всего рыночными ценами на данный вид профессиональных услуг». Создатель национального русского репертуара, Островский в то же время является виднейшим мастером. мяровой драматургии ХПХ века. В противовес Западной Европе русская драматургия ХГХ века была тесно связана с освоболительной борьбой своего народа. Островский. саздавал национальный русский театр, противопоставляя его глубоко энигонской драматургии Скриба и-его школы. О последней он говорил: «Французские пьесы не лучше наших, — они только ловчее сделаны; зато ради этой ловкости французы жертвуют правдой и стыдом, на что русский писатель не решится». Всемирное значение театра Островского неоспоримо. Оно заключается не только в прогрессивности эстетических принципов Островского, не только в высоком идейно-художественном уровне его пьес, но и в том, что изображавшиеся Островским жизненные Конфликты продолжают характеризовать собою растленный мир буржуазных «демократий» Европы и Америки. Место Островского — в ряду величайших комедиографов человечества, в одном ряду с Шекспиром и Лопе де Вега, Мольером и Гольдони. В его творчестве воплощены благороднейшие черты русского’ национального характера и мечты народа’о cnpapery JMBOH и честной жизни. показывает «героев времени» — хищных дельцов, для которых человек — всего лишь об’ект купли и продажи. В эту пору сочувствие Островского более, чем когда-либо, принадлежит простым русеким людям, честным и независимым 110 своим убеждениям. «Кабы любовь-то была равная с обеих сторон, так слез-то бы не было. Бывает это когда-нибудь?». Этот скорбный вопрос Ларисы таит в себе глубокий смысл. «Отличительную черту русского нарола» Островский определял, как «отерашение от всего... личного, эгоистически отторгшегося от общечеловеческого». Вот ` почему протест, выраженный устами Катерины и Параши, Несчастливцева и Мелузова, Кручининой и Незнамова, отражает в себе протест всего русского народа, закабаленного в «темном царстве». Островский раскрыл этот протест и в сфере любви, делающейся жертвой бессерлечного чистогана. Он показал, что в буржуазном обществе подлинно глубокие натуры, пПодобные Ларисе, обречены на гибель и торжествуют циничные хищницы вроде Глафиры в «Волках и овцах». Громадна роль, сыгранная Островским в создании русской драматупгии, реалистической по своему стилю и подлинно национальной по теснейшей своей связи с интересами русского народа. Реализм и народность пьес Островского раскрываются во всех сторонах его драматургического метода. Островский переносит центр тяжести своих драм и комедий с «интриги» на характеристику социальных обстоятельств, определяющих ‹обою характер и общественное поведение человека. Его пьесы подлинно национальны и по языку, творчески воссоздающему речь различных классов, И по своим формам комического: гневная сатира по адресу насильников совмещается в пьесах Островского со спокойным, добродушным и бесконечно оптимистическим юмором. Драматург обличает во имя передового идеала, он твердо уверен в его’ грядущем торжестве. Пьесы Островского отражают в себе народные представления, выраженные в песнях, которые поют Островский и русская культура 6 А ПЕЙТЛИН ство, — писал драматург на склоне лет, — бессильно только над душами изжившимися; но над ними и все бессильно. Свежую душу театр захватывает властною рукой». Островский энергично боролся за репертуар, который былбы обращен к широчайшей, подлинно народной аудитории. «Русские авторы, — писал он в одной из своих театральных 3anuсок, — желают пробовать свои силы. перед свежей публикой... для которой требуется сильный драматизм, крупный комизм, горячие искренние чувства, живые и сильные характеры». «Драматическая поэзия, — добавлял он, — ближе к народу, чем все другие отрасли литературы; всякие другие произведения пишутся для образованных людей, а драмы и комедии — для всего народа». Эти вдохновенные идеи националь. ного русского театра формировались в эстетике Островского под явственным влиянием Гоголя и особенно Белинского. «Крупный комизм» сатиры Островского проявился уже в его первой болышой комедии «Свой люди— сочтемся», в которой он так гневно заклеймил мошенничество и деспотизм. Правда, в написанных вслед за этим произведениях Островский подпал под влияние славянофилов и сильно смягчил свое обличительство, за что и подвергся суровому с<уду Чернышевского. Идеализация патриархального купеческого уклада в его творчестве была непродолжительной. В «Доходном месте» и особенно в «Грозе» Островский возвратился к прежней резко обличительной манере, обогащенной, однако, теперь образами людей, самоотверженно борющихся за свой идеал. По классической формуле Добролюбова, Островский изображал в это время не только «темное царство» насилия И произвола, но и первые «светлые лучи» народного протеста, РеволюционАлександр Николаевич Островский пришел в русскую. драматургию в ту пору, когда з ней наблюдался особенно резкий разрыв между веяниями реализма и старыми, обветшавшими традициями: Как ни велики были творческие достижения Фонвизина. Грибоедова и Гоголя, они еще не были к 40-м годам поддержаны их учениками. Русская сцена продолжала оставаться в руках таких «мастеров» ложно-романтической трагедии, как Кукольник и Ник, Полевой. Белинский недаром уподоблял репертуар театра своего времени «высохшему полю. на котором ни быливки», полянке, покрытой «грибами и дождевиками». Русская национальная культура нуждалась тогда в драматурге, который закрепил бы принципы’ реализма и народности на нашей сцене, который решительно возглавил бы борьбу за реалистический репертуар. Таким драматургом и был Островский, отдавший любимому делу сорок лет вдохновенного творческого труда. Гончаров справедливо писал’ Островскому ›в. 1882 году: «Литературе Вы’ принесли в дар целую библиотеку художественных произведений, для сцены соз‘дали свой особый мир. Вы олин лостроили здание, в основание которого положили ‘краеугольные камни’ Фонвизин, Грибоедов, Гоголь. Но только после Вас мы, русские, можем с гордостью сказать: «У нас есть свой русский, национальный театр; Он,’ по справедливости, должен называться: «Театр Островского». Наследство, оставленное ‘Островским русской драматуогии.— гранлиозно. Он писал бытовые «пьесы из жизни», исторические хроники, драмы, комедии, — этому последнему жанру Островский отдал особенно много внимания и сил. Беспредельно широка созданная Островским галлерея дранои роли ‚матических образов. Мы найдем злесь тывающего самые различные слои русского дво‘ления ру) но-демократическая критика была глубоко права, увидев в образе Катерины нравственно сильную личность, которая нашла «в себе решимость покончить с этой гнилой жизнью, вочто бы то ни стало!..». Так пути Островского сошлись в 60-е годы с путями самого передового течения русской общественной мысли прошлого века—с революционной демократией. Разумеется, самого Островского никак нельзя считать неносредственным участником этого движения: в своей личной идеологии он был лишь «постепеновцем». Однако Островского <ближал с этим движением его глубокий и последовательный демократизм. Брошенная Островским еще в 1850 году формула © том, что русская публика ждет от театра «своего суда над жизнью», несомненно перекликается с знаменитой формулой Чернышевского об искусстве, произносящем «приговор» над явлениями жизни. Островский порывает в эти годы связь со славянофильским «Москвитя нином». Он печатает ряд своих пьес в «Современнике», тринадцать раз его комедии появляются на страницах «Отечественных записок». Деятельно сотрудничая с революционной демократией, Островский назызает Щелрина «пророком», а Некрасова — «настоящим народным поэтом», умеющим «любить» народ и «сердцем чувствовать его нужды». Естественные стремления русского народа продолжают быть центральной темой Островского и во второй половине его творческого пути. В «Горячем сердце» он дает нам как бы новый вариант «Грозы», в котором, однако, героиня не гибнет, а побеждает самодуров. В комедии «На всякого мудреца довольно простоты» Островский < поистине шедринской фезкостью клеймит дворянскую реакционность и карьеризм, в «Бешеных деньгах», «Волках и овнах», «Талантах я поклонниках», «Бесприданнийе» он рянства — легкомысленных «искателей невест», светских прожигателей жизни, развратных и лицемерных помещиц. Мы найдем эдесь и широкую вереницу старозаветных купцов, невежественных и жадных до наживы «самодуров». Вместе с тем, драматург изобразил и буржуазию нового типа— крупных дельцов типа Беркутова и Кнурова, хищников, которые цинично попирают злементарные права человека. Островский превосходно изобразил столичное чиновничество и провинциальную администрацию — припомним образы Градобоева и Тютова, а также чиновников «Доходного’ места», среди которых первое место занимает характерная фигура Юсова, Островскому мы обязаны многими картинами из мешанской жизни (комедии «Старый друг лучше новых двух», «Не было ни гроша, да вдруг алтын», пьеса «Пучина» и др.). НакоHen, именно Островский создал мно жество образов, представляющих трудовую интеллигенцию: к ним принадлежат студенты Жадов и Мелузов, провинциальные актеры Несчастливцев и Кручинина и другие. Беспредельная по своей широте картина русской жизни проникнута у Островского демократическим и глубоко прогрессивным идеалом. Островский боролся за «искренность таланта», которую он определял, как «чистоту представления и воспроизведения жизни во всей ее непосредственной простоте». Являясь безусловным противником безидейного буржуа. ного театра, в котором «искусство достанется на жертву спекуляции», Островский был убежден в громадной роли искусства театра, воспитывающего новые и новые поколения русского народа. «Искус-