° Крупнейший Советский театр понес тяжелую утрату — скончался выдающийся деятель русского театра, крупнейший apтист мира, Василий Иванович Качалов. Для ‚ миллионов советских людей имя В. И. Качалова было воплощением лучших, благороднейших качеств художника-гражданина, своими глубокими, проникновенными образами в течение десятилетий волновавшего сердца зрителей. Творческая жизнь В. И. Качалова неразрывно связана с Московским Художественным театром, на сцене которого почти полвека сверкало его’ редкое дарование, неповторимое по обаянию и духовной мощи. Актермыслитель, раскрывавший на сцене искания пытливого человеческого разума, он боролся своим творчеством за светлые гуманистические идеалы. Он был актером-трибуном, всегда находившимея в первых рядах целеустремленного и действенного искусства своего времени. По словам К. С. Станиславского, он был подлинно великим актером. С первого своего выступления на сцене Московского Художественного театра в 1900 году В. И. Качалов стал любимейшим актером демократической русской интеллигенции, которая видела в нем выразителя своих надежд и чаяний. В образах чеховских героев— Тузенбахе и Трофимове — он передавал не только тоску и. горечь своих современников, но и их веру в неизбежное лучшее будущее, их ожидание надвигавшейся социальной бури. Горьковская драматургия, с ее страстным жизнеутверждением, огромной верой в силу свободного человека и ненавистью к прогнившим устоям буржуазного мира, была особенно значительной и плодотворной для творчества В. И. Качалова. В спектакле «На дне» он в течение 45 лет играл Барона, вызвав восхищение М. Горького, а в наше время в спектакле «Враги» он создал один из лучших образов советского театра — образ Захара Бардина, полный публицистической остроты и сатирической силы. 7 Смелый и многогранный художник. В. И. Качалов воплотил целый ряд монументальных образов русской и миТяжелая утратс протеста против мира, у которого такое страшное «дно». Горький недаром восхищался игрой Качалова в этом спектакле, до сих пор со‘хранившемся в репертуаре театра. 45 лет играл Качалов Барона, открывая колоссальный трагизм этой роли, неизменно потрясая зрителей. Великая Октябрьская революция открыла гению Качалова широкий творческий простор. Вместе с революцией к Качалову пришел новый зритель, о котором раньше он мог лишь мечтать, Вместе с революцией к художнику пришло ясное философское осмысление тех стремлений, которые всегда жили в его искусетве, но не были до конца осознанными, политически четкими. Его творчество наполнилось глубоким социальным содержанием. И в первом, же значительном советском спектакле Художественного театра великий актер доказал, что он — плоть от плоти и кровь от крови своего освобож‘денного народа. Вершинин ‘Качалова — одно из самых замечательных еозданий советского актерского искусства. В этой роли игра Качалова приобрела пафос утверждения, была одухотворена романтикой революции. Его Вершинин — человек огромной силы духа, величественный и простой, крестьянин, сын земли русской шел к революции во имя новой, свободной жизни, во имя любви к Родине. Он побуждал зрителей, наполнявших зал Художественного ‘театра, отдавать все свои силы укреплению молодого Советского ‚государвтва. Творчество Качалова было величайшей аародной ценностью советского театрального искусства. Его игра насытилась огромной идейностью, стала более целеустремленной, точной, масштабной. Никогда не забыть Качалова в роли Николая I,— беспощадный гений артиста обрисовал душителя России и Европы с неумолимой правдивостью, с гневзной прямотой. Но, может быть, наиболее совершенным созданием Качалова, в котором он со всей полнотой выразил свое мировоззрение, свою творческую личность, было лицо «От автора» в спектакле «Воскресение» по роману Льва Толстого. На сцене, соеди персонажей романа, незримо для них, но зримо для зрителей, присутствовал Качалов, в простом черном костюме, весь излучающий мудрую силу толстовского обличения и в то же время весь принадлежантий своим современникам, наполнявшим зал. Разоблачитель, беспощадно срывающий покровы лицемерия ¢ истинных побуждений персонажей спектакля, темпераментно бичующий ханжество олних, вялость и бесхребетность других, холодный цинизм третьих, вдохновенно воспевающий красоту человеческую, красоту природы, он ‘смело сходил со сцены в публику, вновь возвращался на подмостки, и невозможно было отвести от него взгляд. - В советские годы Качалова оценили миллионные массы трудящихся. Память о нем не умрет лась и искала своего воплощения живая жизнь его времени, а в его жизни всегда звучал взыскательный # неутолимый голос вдохновенного художника. Поэтому в огромном количестве писем, которые всегда получал Кача708, главным образом от молодежи, его спрашивали не только о том, как стать актером, а чаще о том, как жить и что делать. Ему всегда верили — и на сцене и в жизни, — и в этой вере к нему зрителя, рожденной неразделимым его талантом человека и актера, и заключается секрет Toro неповторимого обаяния, которое притягивало к нему все серлца. Все образы, созданные нг спене Качаловым, всегда несли в сеартист мира ровой классической драматургии — Чацкого и Глумова, Юлия Цезаря и Бранда, Гамлета и Ивана Карзмазова, пушкинских Пимена и Дон-Жуана. — Больших творческих успехов достиг В. И. Качалов в советское время. Ве ликая Октябрьская социалистическая революция открыла ему новый смысл его. жизни в-искусстве, Она обогатила и расширила его мировоззрение, обно: вила его творчество, : позволила ему стать подлинно народным художниKOM, = В спектакле советского’ театра «Брог неноезд 14-69» Качалов с необычайной правдивостью и убежденчостью создал образ партизанского зожака Никиты Вершинина, постигающего значение великих революционных соз бытий, В творчестве Качалова совершенно особое место занимает исполнение роли «От автора» в спектакле «Воскресение». Качалов сумел передать силу толстовского обличения и глубоко современное понимание и оценку событий. В этой роли он выступал мудз рым критиком ‘и разоблачителем, ком ментатором и чтецом. В носледние годы своей жизни В. И; Качалов с большим увлечением и интересом выступал на концертной’ эст= раде и по радио, читая произведения Пушкина и Толстого, Острозского й Шекспира, Блока и Маяковского. В. И. Качалов был особенно дорог советскому зрителю за глубокий, нзисчерпаемый оптимизм его искусства; за органическую связь с жизнью’ народа. Творчество В. И. Качалова отличалось идейной целеуетремленностью, гармонией формы и содержаз ния, классической простотой и ясностью, совершенным и отточенным мастерством. Советское правительство высоко оценило исключительные заслуги Василия Ивановича Качалова. Он быя награжден двумя орденами Ленина; орденом Трудового Красного Знамени и удостоен высоких званий Народного артиста Союза ССР и лауреата Сталинской премии. Память о вдохновенном художнике советского театра будет всегда жить в сердцах советских людей. Умер Качалов. Ушел огромный’ художник, великий артист, чей талант был гордостью и украшением нашего искусства, чье имя известно и чикогда не.будет забыто его искренними почитателями во всех уголках нашей страны, во всем мире. Театр, в стенах которого расцвел и утвердился тений Качалова, постигло тяжелое rope... Какой острой болью отзовется эта весть в сердцах миллионов людей нашей страны!.. Гениальный актер Качалов был известен и любим во всех городах и селах нашей необ’ятной Родины. Тысячи и тысячи людей, видевшие его на сцене, навсегда сохранили в душе пленительное благородство вдохновенного, высокого творчества. ~ Несколько поколений знали, чтили, любили Качалова. On внес в жизнь советских людей свою, качаловскую тему, — он был певцом любви-к свободе, к творчеству человечества. Он был мятежным врагом сил реакции, — всю свою жизнь творил во имя освобождения народа, во имя победы Человека. ‘Любимые герои предреволюционного творчества Качалова были бунтарями. Навсегда останется в истории нашей сцены его Чацкий. Незабвенны его Протабов из «Детей солнца», его Петя Трофимов из «Вишневого сада», его Тузенбах из «Трех сестер» — образы, в которых он выделял не черты бессилия и растерянности, а твердую убежденность в победе новых, прогрессивных сил исTOPHA, BEPY B TOPRECTBO MEMOBENSCKOго разума. Вряд ли можно назвать художника более тонкого и глубокого, чем Качалов. Вряд ли можно назвать артиста, творчество которого так потрясало, так будоражило умы и сердца зрителей, так поражало своей благородной завершенностью, поэтичностью, красотой. Шекспировские роли Качалова — Юлий Цезарь, Гамлет, Ричард Ш (которого он так великолепно воплощал в своих концертных выступлениях) — были’ созданиями огромного таланта и проникновенного ума. Незабываемы впечатления от его Ивана Карамазова, его Анатэмы, его Бранда. В предреволюционные годы искусство Качалова было знаменем передовой демократической интеллигенции. В Качалове зрители Московского Художественного театра не могли не видеть великого актера-гражданина, искренне желавшего передать залу бунт своей мысли, протест против всего, что уродует человека, мечту о том времени, когда люди смогут свободно строить счастливую жизнь. В горьковском «На дне», спектакле, имевшем огромный общественнополитический резонанс, прозвучавшем, как ‘открытый вызов царскому строю, Каналов с великолепным мастерством играл Барона, смело демонстрируя падение человеческой личности в невыносимых условиях самодержавного гнета, вызывая чувство активОстрая боль сжала сердце. Умер Качалов. Умер актер, именем которого может быть охарактеризована целая эпоха, умер человек, в котором отразился весь сложный и благооодный путь русской интеллигенции нашего века, умер художник, в творчестве которого нашли свой синтез ‘неуемная неудовлетворенность дореволюционной России и высокий оптимизм Великого Октября. Бывает немало прекрасных актэров, связь с которыми у зрителей обрывается вместе с концом спектакля. Не таким был Качалов. С закрытием занавеса его внутренняя. связь с зрителем не только не обрывалась, а росла и крепла. Это было потому, что в искусстве Качалова всегда би Слава о нем разносилась из зала: Художественного театра по всему миру. По радио звучал его прекрасный гоnoc, — и какой ум, какое понимание автора чувствовалось в этом голосе, когда Качалов читал Пушкина, Маяковского, Шекспира, Блока! До последних лет жизни Василий Иванович Качалов был примером изумительной требовательности к себе, высочайшей ответственности художника, постоянно ощущающего пристальное, влюбленное -‘внимание. народа. Создатели Художественного театра К. С. Станиславский и Вл. И. Не-. мирович-Данченко не ошибались, когда называли его великим ‘артистом. Требованию Станиславского «быть идеально о искренним и честным ,на сцене» Качалов отвечал, как никто. Его искусство не знало не только фальши, но и`малейшей неестественности. Он умел видеть в человеке и передавать на сцене то, что челозек скрывает даже от самого себя, то, чего человек сам о себе не знает. В искусстве он любил вечно прекрасный образ народа, в этой любви черпал свои могучие творческие силы. Прошлый театральный сезон был последним в жизни Качалова. Смертельная болезнь, которая унесла в могилу великого артиста, все чаще и чаще приковывала его к постели. И все же он выступил на сцене дважды — в день юбилея своего старого товарища по сцене М. М. Тар-. ханова и в день, когда Художественный театр отмечал 49-летие своего существования. Те. кто видел эти последние качаловские . спектакли, никогда их не забудут. Было потрясающее величие в этом полном торжестве таланта над тяжелым физическим недугом. 2 октября 1947 года шел «Вишневый сад». С презрительной иронией играл Качалов Гаева, до конца обнажая его никчемность, его социальную отсталость и бесполезность. С чеховской проницательностью и мягкостью Качалов умел сочетать беспощадность анализа, зрелость исторической оценки. 27 октября он играл во «Врагах» — горьковском спектакле, в котором эти качества артиста выявлялись еще более отчетливо. Он воплощал образ мнимо либерального Захара Бардина, показав за его высокими и красивыми словами фанатическую приверженность к собственности, злую вражду ко всему действительно революционному, ° низменность и озлобленность этого фактического союзника полиции. Горьковская публицистическая острота, темпераментная сатира были в этом сценическом создании актера. Таков был этот великий сын русского народа, проживший долгую, прекрасную творческую жизнь и оставивший по себе неизгладимый, глубочайший след в искусстве всего мира: Советское искусство’ понесло TAжелую,; невознаградимую ` утрату... М. ПРУДКИН,. народный артист РСФСР. бе плодотворные зерна этого замечательного качаловского двуединстваы— человека и’ актера, — поэтому он тах глубоко проникал в сердца и сознание зрителя и так щедро оплодотворял его. Друг Баумана, Чехова, Горького и всех революционно мыслящих людей царской России, Качалов по праву стал после Октября другом советского народа, которому он’ безраздельно отдал всю свою жизнь и В сердце которого никогда не иссякнет благодарная память о великом актер» и замечательном челозеке — Василии Ивановиче Качалове. Александр ТАИРОВ, народный артист РСФСР. ПОР качаловским Бароном, он говорил: это болыше, чем я написал. Можно сказать с уверенностью, что впредь наше восприятие горьковского ‘Барона, сколько бы ни видели его на сцене, всегда будет ассоциироваться с качаловским образом. Качалов был самым плодовитым артистом Художественного театра, — по числу сыгранных ролей он уступает только Лужскому. Он играл все — Софокла и Ибсена, Шекспира и Метерлинка, Пушкина и Леонида Андреева, Толстого и Достоевского. Творческий путь Качалова — это вся история Художественного театра: его величественные победы, напряженные искания и горестные неудачи. В тяжелые годы общественной реакции театр пережил болезненное увлечение декадентством, и Качалов вместе с коллективом блуждал но боковым тропинкам с тем, чтобы уверенным шагом выйти на широкую дорогу реализма. И над всей многолихой толпой разнохарактерных качаловоких героев высится вдохновенный образ воинетвенного мыслителя-гуманиста, страстного искателя истины, человека буктуюшего ума. Качалов очень русский актер. РусВ. И. Качалов в роли Вершинина аа («Бронепоезд 14-69» Вс. Иванова). Благородный талант в духовный мир своих героев. Он был поэтом правды и свято верил, что только правдивое прекрасно, что только искреннее, идущее от сердца, способно возлействовать на мысли и чувства человека. В этом был секрет великого художественного обаяния Качалова. Вею жизнь говорить людям правду, возвещать с подмостков сцены величие и неизбежное торжество человека, неизбежную победу сил свободы — в этом был пафос его творчества. До последних лет жизни Качалов сумёл сохранить в себе удивительную силу молодости, живость мысли, остроту восприятия, всепоглощающий интерес ко всему окружающему. Тяжелая болезнь подтачивала его здоровье, но этот недуг был бессилен перед ясным разумом художника, перед его несравненным талантом. Имя Василия Ивановича Качалова навсегда останется в истораи советского тватра, которому он ‘отдавал все свои силы по самых носледних свойхг Трудно в этот тяжелый день говорить о человеке, который был так велик, так дорог нам. Нет больше Качалова. Умер великий актер и прекрасный человек. Никогда не забудется огромное благородкое обаяние, которое вместе с его гением создало Качалову мировую славу. Никогда не уйдут из памяти его удивительные глаза, весь его облик — такой знакомый, величественный, созершенно театральный и неизменно правдивый. Да, это был великий русский актер, величайший борец за-правду искусства. О нем много писали, напилтут еше больше; Нам всем остается. только учиться у него строгости, честности, в искусстве, любить искусство, как Качалов, быть преданными ему до конца, как Качалов. С нами, его товарищами ‚по сцене, горечь тяжелой утраты делит сегодня вся страна, весь народ, ‘ибо советский театр-достояние народа. и Качалов был тоже актером народа. Особенно горько сознавать, что Василий Иванович не дожил до пятидесятилетнего юбилея’ театра, которому отдал полвека своей самоотверженной, прекрасной жизни. В этот день он © особой отчетливостью почувствовал бы, как признательны ему все, кому только довелось видеть Качалова на сцене, в концертах, слышать его голос по радио. Прекрасен его блестящий, но строгий и честный путь в искусстве, его вдумчивость, его скромность. Прекрасно чувство огромной ответственности, которое никогда не покидало Качалова, Прекрасен его кристально-ясный, всегда глубоко содержательный, всегда серьезный, в лучшем смысле этого слова—гуманистический талант. Юн был человеком искусства именно и прежде всего потому; что хотел и умел многое сказать людям. Не было равных ему в уменьй владеть языком искусства и посвящать своих зрителей ский не только потому, что он переиграл всех русских классиков — Грибоедова, Пушкина, Островского, Льва Толстого, Тургенева, Достоевского, Чехова, Горького, приветливо встретил первые пьесы советских драматургов. Влактерском облике Качалова встает для нас собирательный образ русского человека большого сердца и непокорной мысли, протестующего против несправедливо и уродливо устроенной жизни, добивающегося правды и свободы, зовущего к высоким и благородным идеалам. Именно мыель качаловских героев, напряженная, беспокойная, ищущая, а потом уже все остальное — печальная любовь Тузенбаха, целомудренное‘ чувство. Пети Трофимова, житейская беспомощноеть горьковского Протасова, надломленность чеховского. Иванова, метания Ивана ` Карамазова, == эта мысль будила умы зрителей, ударяла по их сердцам с неводомою силой и определяла, гражданский пафос творчества артиста. В глухую пору реакции Качалов воплотил самый трагический ‘образ мировой драматургии — Гамлета. Это был страстный спор художника-реалиста с режиссером _декадентекого театра. Это был вызов художникагражданина эпохе безвременья. Качалов показывал мировую скорбь Гамлета. Качалов показывал Гамлета, не О. Книппер-Чехова, П. Лебедев, Н. Беспалов, Д. Шепилов, Л. Ильи* зев, А. Фадеев, С. Кафтанов, Ф. Головенченко, Н. Литовцева, М. Кед-= ров, А. Тарасова, Б. Добронравов, В. Месхетели, Б. Рюриков, Ф. Калошин, В. Пименов, А. Солодовников, В. Шверубович, О. Андровская, К. Еланская, Л. Коренева, Н. Соколовская, Ф. Шевченко, А. Степанова, А. Зуева, С. Халютина, А. Грибов, В. Ершов, Б. Ливанов, П. Марков, М. Прудкин, В. Станицын, И. Судаков, В. Топорков, А. Яблочкина, К. Зубов, Е. Корчагина-Александровская, Н. Черкасов, А. Нежданова, Ю. Завадский, И. Берсенев, Н. Охлопков, А. Попов, Р. Симонов, А. Таиров, А. Кобнен, О. Пыжова, Н. Петров, В_ Про= кофьев, И. Тарасов, Н. Силантьев, П. Аболимов, М. Яншин, Н. Дорохин, В. Орлов, Е. Калужский, Б. Изралевский, И. Гремиславский, М, Фалеев, Н. Чушкин, В. Виленкин, В. Радомысленский, И. Нежный, Ф. Михальский, А. Герасимов, Н. Погодин, В. Иванов, Л. ЛеоHOB, “A, Корнейчук, В. Зускин, А. Хорава, Г. Юра, А. Гулакян, Г. Глебов, Х. Насырова, К. Байсеитова, М. Чиаурели. с эстралы поэму Ал. Блока «Двенадцать», Качалов первый с концертной трибуны бросил в зрительный зал огневые стихи Маяковского. _ Нет ни одного чтеца в Советском Союзе, который не учился бы у Качалова пониманию стиля, благородстзу, художественному вкусу. Встречи © Качаловым были подлинным творческим праздником для каждого из нас. Он учил нас непрестанной работе, любви к нашей родине и русекой природе, проникновенному изучению человека и советскому гуманизму. Он учил нас работать и жить в искусстве, и его светлый пример сохранится навечно, как высочайший подвиг служения правде, народу и Родине. Д. ОРЛОВ, - С. КОЧАРЯН, Вс, АКСЕНОВ, ff. ЖУРАВЛЕБ, A. ШВАРЦ, 9. КАМИНКА. С. БАЛАШОВ. Искусство художественного чтения понесло тяжелую утрату. Ушел от нас великий чтен: Василий Иванович Качалов во всей многогранности своего дарования был одним из основателей нашего искусства. Он был учителем и другом чтецов. Он был знаменосцем в этом новом и молодом советском искусстве. Качалов, один из крупнейших мастеров театра, столь же серьезно и углубленно посвятил свой огромный талант мастерству звучащего слова. И вся его концертная деятельность была неразрывно связана с отечественной, русской литературой. Драгопенные образы Пушкина, Гоголя, Толстого, Чехова. Горького в неповторимом исполнении В. И. Качаловачтеца, получали особое обаяние, яркость и убедительность. Качалов, первый из чтецов прочел _вдохновенный чтец Имя его всегда будет вдохновлять молодых на творческий подвиг. Ибо жизнь Качалова поистине была подвигом — подвигом художника, влюбленного в свой наюод. Качалов был Народным Артистом в самом глубоком смысле этих слов. Его многообразное искусство было проникнуто любовью к народу. Натриотизм гражданина одушевлял все замыслы художника, все его создания. Именно потому имя его вечно будет жить в народе советской страны. На пути к новым и новым достижениям нашего искусства мы всегда будем стремиться подражать Качалову, неизменно чуждому всякой надуманности, всякой неестественности, реалисту до мозга костей. Ю. ЗАВАДСКИИ, народный артист СССР Вскоре после снятия блокады Ле: нинграда Качалов вместе с. группой артистов приехал в город, связанный с `Художественным театром _ давней дружбой. Качалев читал Пушкина: Его слушали старые театралы, знавшие артиста еще по дореволюционным весенним гастролям Художественного театра. Его слушали юноши и девушки, впервые увидевшие живого Качалова. В зале стояла та благоговейная тишина, которая всегда ©о-= путствует выступлению великого артиста. Качалов читал вдохновенно. Это было классическое исполнение Пушкина: мудрость его ясной мысли, чеканная музыка стиха. Могучее слово поэта заливало зал, оно вырываз лось на улицу. У репродукторов стояли грунпы людей, они слушали жадно и напряженно, как слушали в то время известия о крупных военных победах. Еше шла война, и город, построенный как пушкинская поэма; скрывался в темноте. Но близость победы уже чувствовалась в воздухе, она ошущалась в голосе Качало= ва, который раздавалея рядом. Люди стояли рядом с грозной надписью: «При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна» и, как слова победы, слушали пушкинские строки: «Да здравствует солнце! Да скроется тьма!». : До самого последнего времени Качалов жил насыщенной творческой жизнью. Его часто можно было видеть в концертных выступлениях. Радио разносило его’могучий нестареющий голос BO все уголки страны. Он мечтал сыграть Несчастливнева, роль, с которой началась его артистическая жизнь; эта его мечта осталась Heосуществленной. Качалов прожил болыную и содержательную жизнь в искусстве. В творчестве крупнейшего артиста мира прошла . целая эпоха жизни нашей страны. На заре нового века он сказал, пророческие слова о грядущей буре революции. В наше ‘советское время он воплотил образы людей новой. революционной эпохи. Сегодня печальный день для всех, кто любит искусство, — мы провожаем в последний путь Василия Ивановича Качалова. Мы не увидим его на торжественном празднике Художественного театра. Мы не услышим его в будущем году на народных торжествах в честь рождения великого Пушкина. Осиротело наше искусство. Но‘ пусть светлая жизнь Качалова будет примером для наших артистов. Налгробием Качалову надо поставить пушкинские слова; И пусть у гробового входа Младая будет жизнь играть го и умного человека, который понине был вечер воспоминаний. Это бымал свое трагическое. одиночество. Вместе с актерами нового, октябрьского поколения зрелые мастера закладывали краеугольные камни здания советского театра. И одной из самых радостных, самых увлекательных страниц в этой истории нового TeaTра было. выступление Качалова в спектакле «Бронепоезл 14-69». Образ сибирского крестьянина, партизана. Никиты Вершинина, казалось, находился за границами актерского диапазона Качалова. Качалов вообще никогда не ипрал крестьян, ему был ближе другой Вершинин — чеховекий герой, которого он сыграл в своей молодосбти. Героям Качалова было свойственно чувство повышенной, рафинирозанной интеллигентности. Но этой своей выдающейся работой актер показал, что его творческие возможности безграничны. Острое чувство современности, не покидавшее Качалова до самой смерти, помогло ему воплотить этот, казалось бы, такой далекий для него образ. Мы увидели потенциальное духовное богатство этого вожака сибирских партизан, ero колебания и раздумия, его пытливый ум, его желание умом понять феволюцию, чтобы потом принять ее сердnem. Меньше года назад, через двад+ цать лет после премьеры, Качалов играл сцену из спектакля «Бронепоезд» ла работа, отмеченная чувством нового — образ героя гражданской войны был как бы освещен сегодняшним прожектором. Одной из последних и самых блистательных работ Качалова была роль чтеца в спектакле «Воскресение» Льва Толстого. Это был современник, который рассказывал нам горестную историю недавних дней 4 вместе с тем давно минувшей эпохи. Это был образ большого благородства и почти аскетической — строгости. Сдержанно,^ почти эпическим тоном рассказывал он о великоленной русской природе, о горячей, безответной любви, о безволии и несправедливости, о ханжестве, но в этой сдержанности чувствовались гнев, горечь и боль. Роль Качалова называлась «От автора», но он говорил и от автора, и от себя, от художника-гражданина новой эпохи, беспощадного обвинителя старого’ мира. С наибольшей силой сказался гражданский пафос артиста-современника в воплощении Качаловым образа фабриканта Захара Бардина из горьковских «Врагов». Великолепно обрисовывая частное, OH ‘показал общее, дух времени, он показал опасного и скрытого врага, который прячет свою трусость, предательство, озлобленность за высокими фразами, за мягкой, внешне обаятельной интеллигентностью. Интеллектуальный талант Качалова год’ от года становилея мудрее и яснее. Время было бессильно над глубиной его мысли, над красотой его голоса, Десять лет назад, в дни празднования сорокалетия Художественно-. го театра; Качалов играл Чацкого. Ему было тогда 63 ‘года, и он, конечно, не мог играть Чацкого — это было уместно лишь в торжественный вечер, как воспоминание о молодости артиста: Но, опять-таки, это не было только воспоминанием. Качалов сыграл Чацкого за тридцать лет до это: го, он нравился зрителям, критика Называла его самым привлекательным Чацким из тех, кого знала русская сцена. Но слово «привлекательный» было слишком обидным для умного и страстного грибоедовского тероя. Это были ошибки режиссуры, пожелавшей прочитать пьесу нетрадиционно; показать Чацкого — влюбленного юношу. В спектакле 1938 года во весь голос заговорил. Чацкий — гражданин, патриот своей Родины, и нужно было видеть, как заволновал его. гневный пафос весь зал, какими рукоплесканиями проводили зрители Качалова — Чацкого, гордой походкой уходившего из чужого мира. Фамусовых. 1030 WwW граж Новое поколение, то, которое посещает сейчас тюзы, будет завидовать чам, видевшим великого артиста Качалова. Так завилуем мы тем, кому посчастливилось видеть Komuccapжевскую или Ермолову. Найдутся ли у нас, благодарных зрителей, выразительные слова для того, чтобы передать вдохновенный облик артиста? Величавую поступь его походки, благородную осанку, чудесные переливы музыкального голоса, мягкое изящество его игры, скульптурную пластичность образов. Есть артисты — большие художники, имеющие горячих поклонников и принципиальных противников. Качалов обладал чудесным даром покорять весь зал. Трудно представить себэ зрителя, который <порил бы с Качаловым, который бы спокойно, без волнения, следил, за его итрой. Такова была мощь его неповторимого артистического обаяния. Качалову было много отпущено от природы. Однако «ценные дары природы» помогают формированию TKOбимцев публики, но не великих артистов. Качалов не только радовал зрителей редкостной красотой: своего таланта, Ему было мало покорять сердца, он должен был волновать умы, Качалов стал властителем дум ‘своего поколения. Биография Качалова—это материал для великолепного романа о художнике, который совершил жизненный подвиг, о поэте, который понял, что задачи искусства выше служения красоте, что поэт обязан стать граждаНИНОМ._ У Качалова была счастливая актерская молодость, — он сразу завоевал еливодушное зрительское признание. Он мог стать выдающимся гастролером. премьером, который мог бы украсить любую труппу. Нужно обладать болыним мужеством, истинным бескорыстием великого хупожника, чтобы, булучи признанным артистомпремьером, притти в театр, где слово «премьер» считалось позорным, и сдавать экзамен Ha звание рядового участника труппы. Сейчас мало кто помнит, что жизнь Качалова в Художественном Театре началась с провала. Страстный противкик сценической футины, Craiinславский говорил Качалову самые суровые слова © том, что он испорчен провинцией, что его нельзя выпустить в сколько-нибудь ответственной роли, Л. МАЛЮГИН oO что ему нало ужасающе много работать над собой. Нужно обладать волей и упорством борца и подвижника, Чтобы после зрительских оваций, нтумных рецензентских похвал, потока бенефисных подарков стать скромным учеником школы Художественного театра, начать жизнь в искусстве сначала. Качалов вышел на сцену Художественного театра на рубеже столетий, вышел величественной поступью наря Берендея, — его сразу признали и артисты (это первый артист «со стороных в молодом дружном коллективе) и зрители. Это было признание крупного таланта, но главная тема художника еще никак не намечалась в этом образе. Качалов.заговорил как актер-мыслитель, как художник-современник, остро чувствующий дыхание своей эпохи, в следующем спектакле — «Три сестры». В этом спектакле. родившемся в Художественном театре в первые дни нового века, именно Качалов сказал эрителям слова, знаменующие начало новой эпохи: «Готовится ‘здоровая, сильная буря, которая идет; уже близка и скоро сдует < нашего общества лень равнодушия, предубеждение к трулу, гнилую скуку». Чехов, заставший Качалова на мучительно неудачной репетиции пъесы Ибсена «Копда Мы, мертвые, пробуждаемся», сказал ему: «А какой вы еще будете`большой актер!». Чехов угадал в Качалове большого художника и своего актера. Интеллектуаль‘ный талант Качалова зрел и формировался. на идеях и образах самых прогрессивных писателей нового века — Чехова и Горького: Сдержанный в своих похвалах, Чехов восхишалба его Тузенбахом. Качалов был илеальным исполнителем Чехова. Высокие мечтания его героев, их скрылое духовное богатство, искренность и задушевность, красота чувства, трогательный лиризм, окрашенный мягким юмором—верным признаком богатого ума, — все это жило в великолепной гармонии чеховских образов Качалова. Качалов был непревзойденным артистом Горького, страстным пропагандистом его гуманизма, веры в справедливость и торжество человеческого разума. Горький восхищался разедаемого сомнечиями, но сильнов Центральном доме литераторов. Это В. И. ‚Качалов в роли Барона («На дне» А. М. Горького). Ыб gag В. И. Качалов в роли Артема Аладьина («Блокада» Вс. Иванова).