COBETCKOE HCKYCCTBO
	Трибуна архитектора
	О традициях и новаторстве
в советском градостроитель

 
	°
я. КРАВЧУК
Oo
	тор А. Власов на примерах сталин­ского генерального плана Москвы
учились творческому освоению’и раз­витию лучших черт наследия, смело­сти и реализму в постановке новых
градостроительных проблем, прису­щих деятелям советской эпохи,
Одесса, подобно ‘Ленинграду, яв­ляется портовым городом и, в силу
ряда исторических причин, построена
по четкому, регулярному плану.
Архитектурно-планировочная  ком­позиция города, тяготеющего к морю,
выражена настолько ярко и цельно,
что можно с полным правом отнести
Олессу к числу лучших городов на­шей Родины как по планировке, так
и по архитектуре.
В каждом старом городе, имеющем
за своими плечами столетия, есть боль­шие и малые недостатки. Приступая к
‘составлению плана восстановления И
реконетрукции Одессы, архитекторы
не могли не заметить, что‘центральное
ядро города лишено достойной его
большой площади. Больше того, было
ясно. что город с его новыми потреб­ностями нуждается в целой системе
площадей, Другой важный недостаток
города, унаследованный им от прош­лого. — чрезмерная  переуплотнен­ность некоторых центральных кваэ­талов и наличие неблагоустроенных
внутриквартальных территорий и дво­ров. Все же совокупность всех фак­торов, которые должны быть приня­ты во внимание при составлении но­Boro проекта Одессы, ни в коей мере
	‘не предопределяла выноса централь­ной площади города на новую терри­торию, расположенную вне: нынешяе­TO ядра города и не у моря.
	- Однако вопреки этому проектиро­вание Одессы (осуществляемое  Ги­програлом УССР) ‘пошло именно по
такому пути, игнорирующему насле­дие, историческую структуру города.
	Композиция ‘города, обращенная к
морю, большие и реальные 803
можности серьезной реконструкции
	центра в связи с разрушением ряда
его зданий — все это должно было
подсказать ‘архитекторам необходи­мость сохранения и развития сущест­вующего центрального ядра города.
Надо было лишь учесть задачу созда­ния новых площадей и некоторого
разуплотневия отдельных кварталов.
Гипроград УССР поставил перед со­бой иную задачу: создать новый центр
города на месте бывшего вокзала, а
	  сам вокзал расположить на новом ме­сте.
Выше мы сравнивали Одессу с Ле­нинградом. Уместно продолжить эту
параллель. В истории архитектуры Ле­нинграда также были попытки созда­ния нового архитектурно-планировоч­ного центра города — за пределами
его сложившегося центрального райо­на. Но жизнь отвергла градострои­тельные предложения, которые не
учитывали ‘исторической преемствен­ности, не сохраняли и творчески не
использовали лучших традиций прош­лого. Композиционный и планировоч­ный центр Ленинграда, остался на
прежнем месте. Однако. это не меша­ет городу расти и преображаться в
плане социалистического градострои­тельства. Примеры Москвы и Киева
не менее красноречивы: принципы их
реконструкции глубоко правдивы. На­‘следие прошлого критически осваи­вается. Ни в чем не проявлено -пре­небрежение к градостроительным ос­новам города; складывавшимся столе­THAMH.
` Главный. архитектор Одессы т.
Ключарев и автор проекта рекон­струкщии Одессы т. Баталов долж­ны учесть опыт проектирования Мо­сквы, Ленинграда и Киева. Им сле­дует тщательно взвесить значение
градостроительных традиций Одессы
и правдивый характер исторически
	сложившейся композиции центра. Нам
	‘кажется несомненным, что проекти­рование Одессы сеичас идет неверным
путем и что ошибки проекта не част­ные, а призципиальные. Было бы краи­не полезно, чтобы предстоящий пле­нум Союза советских архитекторо>
Украины, посвящаемый проблемам
градостроительства, на примерах: про­ектирования Киева и Одессы обсуцил
вопроеы традищий и новаторства В
	Советское  градостроительство в
связи < поставленной перед ним зала­цей — восстановить о. разрушенные
войной и реконструировать десятки и
сотни ‹ городов СССР — переживает

‘сейчас знаменательный период своего
	‚  развития.
	 

В этих условиях чрезвычаино важ­но правильно оценить значение архи­тектурного и планировочного наследия
каждого города_ или населенного
пункта, подвергаемого реконструкции.
Суметь правильно отыскать равиолей­ствующую между исторически сло­жившейся архитектурно-планировоч­ной основой города и новыми социали­стическими его требованиями — это
значит в болышой степени отве­тить на вопрос © социалистическом
реализме в градостроительстве. Сре­ди наших архитекторов неоднократно
ставились проблемы советского гра­достроительства: В свое время в опу­бликованной в газете «Советское
искусство» (№ 15, 1947 г.) статье

  «Нерешениые вопросы»  указыва­лось, что центры некоторых на­ших городов проектируются ‘без
достаточного учета их историческ”
сложившейся архитектурной основы,
а авторы ряда проектов предлагают
формальные. оторванные от  реаль­ных условий и масштаба города ре­шения. Затронутые в этой статье
проблемы не утратили и сейчас сво­ей актуальности. В этом можно убе­диться, ознакомившиеь с ходом. ве­дущихся в настоящее время работ по
проектированию восстановления и
реконструкции центральных районов
Киева и Одессы.

В ходе войны было разрушено по­давляющее большинство сооружений
киевского Крещатика. Теперь, когда
развалины расчищены и убраны, гла­зу открылась вся долина Крещатика
с ев живописным береговым релье­фом и красивыми склонами. Стало
ясно, что прежними поколениями
архитекторов в очень слабой мере
были использованы те  исклю­чительные возможности, которые
эта долина представляла длЯ
создания ‘подлинно — замечательчо­го городского ансамбля. Открылось
и то, что было раньше заслонено па­радной частью центральной историче-.
	ски сложившейся магистрали: .в поле
зрения появились заросшие бурьяном
	неблагоустроенные крутые склоны 4

 
	овраги. Старый Крещатик полностью
подтверждал известное положение,
что сосуществование блеска’ и нище­ты — традиционно для городов, фор­мировавшихся в прошлые эпохи. Киев.
наряду с пышностью его главной ма­гистрали, донес до наших дней и мно­гочисленные неблагоустроенные зад­ворки и пустыри.

Но в структуре города были и мно­гие ценные исторически сложившие­сея черты. Так, с первых же Wares
	проектирования нового центрального.
	ансамбля Киева возник вонрое об от­‚ношении к архитектурно-планировоч­‘ному наследию города. Надо было
использовать и развить все ценное
в старой структуре города и прездо­леть недостатки этой структуры,
‘дошедшие до нас от прошлого.

  Проект Крещатика (существуют раз­личные его варианты) еще не закон­;

 
	чен во всех своих деталях. Но уже
сейчас определилось, что направление
реконструктивных работ, которое он
предлагает, безусловно, верное и что в
нем правильно оценено наследие про­‚шлого, Проект не предусматривает
никакого насилия над здорозой осно­вой исторически сложившейся струк­туры центра города. Крещатику по­` прежнему отводится ведущая роль во
` всей планировке города и но отноше­нию к граничащим с ним райовам. В
‘Крещатик, как реки в море, вливают­‘ся бульвар Шевченко, улицы Красно­армейская, Ново-Госпитальная, Ин­ститутская, улица Кирова, площадь
Калннина, улица Ворошилова, улица
Ленина.

Здоровая основа традиционной пла­нировочной схемы не разрушается, не
отбрасывается, но и не сохраняется
в абсолютной неизменности. Она ло­гически развивается до высокого эна­чения архитектуры социалистической,
в которой все подчинено заботе о че­ловеке. Ансамбли отдельно стоящих
	1 сооружений
	прежнему архитектурному принципу
улины-коридора) гармонируют с
живописной местностью. Они. вклю­чают в художественную композицию
города большие и красивые простран­ства, живописные ландшафты. Опти­мистический характер самой архитек­туры, обилие зелени вокруг свободно
стоящих архитектурных комплексов,
развитые транспортные средства, вы­сокий ‘уровень благоустройства —
вот основные черты нового Креща­тика. .

Главное. что привлекает в проекте,
— это’ разумное сочетание и разви­тие прогрессивных начал наследия,
лучших традиций прошлого. и смелых
новаторских поисков, ломающих про­тиворечия древнего города.

Следует отметить, что’ имеются 4H
иные предложения, которые неверно
лрактуют роль Крещатика в цент­ральном ядре города. В этих предло­жениях выражено неправильное пони­мание проблемы освоения архитектур­но-планировочного наследия при ре­конструкции советского города, Одно
из таких предложений принадлежит
‘сотруднику Института  градострон­тельства Академии архитектуры
УССР тов. Матушевичу, который
длительное время работает над. вон­росами реконструкции Крещатика.
Тов. Матушевич пришел к выводу,
что следует лишить Крещатик ero
значения, как центрального архитек­`турно-планировочного узла города,
  превратив <го в отрезок кольцевой
магистрали, выполняющей лишь вспо­могательную функцию.
	Г. Центр города, его архитектурно­планировочная доминанта переносится  
по этому предложению в нагорную_
часть (Липки). Тов. Матушевич иГгно­рирует тот факт, что Крещатик исто­рически сложился как место массовых\
гуляний, как культурный И торговый.
			центр города. В годы советской вла­сти здесь проводятся демонстрация
трулящихея столищы Украины. Кре­щатик издревле органически являет­ся планировочным узлом для всего
  Киева. В предложениях, исходящих
‘из умаления роли Крещатика, обна­‘руживается неумение правильно ос­мыслить. положительное в наследии.
Вместе с тем, в них заложено и не­правильное понимание новаторства
в советском гралостроительстве. Но­ваторство, по существу, подменяется,
здесь прожектерством.

Киев, древнейший город нашей
страны, обладает прекрасными при­родными, естеетвенно-географически­ми условиями. Благодаря умелому со­‹ четанию  гралостроительных тради­` ций с новаторским решением проблем
построения города, диктуемых нашей
социалистической действительностью,
сталинской заботой о трудящемся че­ловеке, Киев в наши дни рождается
затава как гопоя новога типа полоб­i
i
 
	‚ ловеке, Киев в наши дни рождается
‚ заново, как город нового тина, 110.206 -
но тому, как преображается его ве­‘ликий собрат — Москва.
		Москву и Киев роднит . общность
исторических градостроительных тра­диций нашей Родины. Москву и Киев
родни» живописный характер за­стройки, ярко говорящий своими луч­шими примерами о величии нашего
градостроительного наследия. Успех
проектирования социалистического
Киева об’ясняется, в первую очерель,
тем, что авторы проекта и прежде
всего его ведущий автор — архитек­(OPO 3CTORCKAX
roPpHSskoe
	  ТАЛЛИН. (Наш корр.). Совет Ми­‘нистров Эстонской ССР утверлил раз.
работанный Центральной архитектур:
Hot проектно-планировочной мастер­ской ЭССР проект планировки нового
	города Кивиыли (автор — архитектор
	О. Кеппе). Город предназначен для
расселения трудящихся  сланцевых
рудников и промышленных предория­тий, перерабатывающих высококачест­венные эстонские сланцы.
	Картина художника
в 1887 году.
			И. Шишкина, написанная
	«Дубовая роща».
		ПОЭТ РУССКОЙ ПРИРОДЫ
	В этом году исполнилось пятьдесят
лет <о дня смерти Ивана Ивановича
ПТишкина. В память этой даты Треть­яковской галлереей организована вы­ставка, на которой собрано’ большое
количество произведений этого вы­‘дающегося русского художника, Мно­гие из этих произведений (картины,
рисунки, офорты) впервые видит He
только массовый зритель. Часть про­изведений, прибывших в Москву из
Ленинграда, Киева, Ярославля, Моло­това, Астрахани и других городов
Советского Союза, неизвестна и <спе­циалистам. В сущности, это первая
выставка, дающая возможность столь
полно ознакомиться .с творчеством
художника. Выставка настолько зна­чительна, что творческий облик ма­‘стера предстает перед нами более
глубоким, чем прежде.
	_ И.Е. Репин, блестящий мастер не
только живописного, но и литератур­ного портрета, в нескольких фразах
нарисовал живой и обаятельный образ
Шишкина. Вспоминая о вечерах, про­веденных в Обществе друзей худож­ников, он говорит: «Громче всех раз­давался голос богатыря И. И. Шиш­кина; как зеленый могучий лес, он за­ражал всех своим здоровым весельем,
хорошим ‘аппетитом и правдивой рус­ской речью. Немало нарисовал он пе­ром на этих вечерах своих превосход­ных рисунков. Публика, бывало, аха­ла за его спиной, когда он своими мо­гучими лапами ломового и корявыми,
мозолистыми от работы пальцами вач­нет карежить и затирать свой блестя­щий рисунок, а рисунок, точно чудом
или волиебетвом каким, от такого
грубого обращения автора выходит
все изящней и блестящей».

Какой сочный и яркий образ! Бога­тырь < грубыми мозолистыми руками
и тонкой лушой поэта, человек огром­ного темперамента, полный оптимизма
	и уверенности в своих силах, Шишкин
был сильной и цельной натурой. От­сюда и цельность его творчества. От­сюда и горячая убежденность в право­те тех высоких реалистических прин­ципов, которым этот уроженец ма­ленького городка на берегах Камы ос­тался верен до конца жизни.

` Перед нами первые картины худож­ника: «Полдень» (1866 г., Астрахан­ская галлерея) и «Сосна на Валааме»
(1858 г, Молотовская галлерея). В
этих первых, но уже не робких шагах
чувствуется будущая богатырская по­ступь. Этим произведениям присуще
прежде всего несравненное качество
всех творений Шишкина — непредвзя­тый взгляд на окружающее: непосред­ственность ощущения природы.

В суровых лесах, в мощных стволах
столетних дубов, в необ’ятных синих
далях, изображенных на полотнах ху­дожника, чувствуется огромная жиз­неутверждающая сила. И эта сила —
результат глубокого знания приролы,
глубокой веры в то, что прекрасное
надо искать только в ней самой.

Творчество Шишкина говорит о не­насытном стремлении художника ох­ватить все многообразие русской при­роды. Шишкин пишет дремучие сос­новые Леса, березовые и дубовые ро­щи; широкие дали, спокойную гладь
озер, заросшие лесные пруды. С увле­чением он показывает и величавую
красоту огромных деревьев, широко
раскинувших ветви («Дубовая роща»,
Киевский музей русского искусства)
и таинственную жизнь цветов, зате­рявшихся в густой траве («Цветы тми­на среди зелени», из частного собра­ния).

Русская природа в картинах Шиш:
	метить П. Кадочникова, исполняюще­го роль Мересьева, Н. Охлопкова (ко­миссар Воробьев} и В. Меркурьева
(старивина Степан Иванович). .

Н. Охлопков великолепно играет
старого большевика, знающего, что
его жизнь подходит к концу, но тем
не менее. полного кипучей энергии и
до последнего вздоха — на госпи­:
тальной койке—продолжающего вы­полнять свой долг перед партией. Это
даже и не долг. В этом — в <траст­ном стремлении служить делу пар­тии — состоит сама жизнь Воробьева.
Охлопков, как актер, поставлен в
очень трудное положение. Он все вре­мя лежит в кровати, движения его
ограничены, речь его легко может при­обрести дидактический или риториче­’ ский оттенок. Охлопков, в соответст­вии с замыслом Полевого, окрашива­ет свою роль мягким юмором, за ко­торым ясно сквозит большой ум,
‚ большой жизненный опыт, большая
любовь к людям, огромнейшая, не­сгибаемая воля. И этот богатый и
красивый духозный мир своего героя
Охлонков показывает зрителю < раз­ных сторон-то при помощи какой-то
особенно теплой интонации, то при
помощи ‘лукавой усмешки, а то и при
помощи какой-нибудь озорной продел­ки с папироской, которую он курит
тайком от медицинского персонала.

В несколько иной, более грубоватой
манере, которая, впрочем, соответст­вует образу, играет В. Меркурьев Сте­пана Ивановича. По фильму мы мало
что знаем о его геройских делах на
фронте. Только когда он, сбросив
больничное одеяние и обрядивнись в
полную военную форму, приходит про­щаться с товарищами по палате, мы
по Золотой Звезде Героя Советского
Союза узнаем, кем был этот чело­век на фронте. Степан Иванович в
палате все больше говорит о колхозе,
о земле, о женщинах, которые оста­лись в его родной Сибири’ без муж­ской поддержки. Он мечтает об охо­те... Но когда перед ним возникает
вопрос: куда итти после госпиталя —
снова на фронт или в колхоз, и
когда он спрашивает совета у Во­робъева, на что последний отвечает:
«Как сердце твое подскажет», мы
безошибочно знаем о том, что ему
подскажет ‘его сердце. Мы знаем это
потому, что Меркурьев точными и
уверенными движениями мастера ле­пит фигуру своего героя. Его Степан
Иванович — ‘настоящий советский че­ловек, и хотя он имеет право поехать
в колхоз и там трудиться для Роди:
ны, его’ горячее сердце указывает
другую дорогу — на фронт, «до пол­ной победы над врагом»,
	кина не противостоит человеку. При­сутствие человека ощущается во всех
его произведениях. Шишкин дает это
понять почти во всех своих картинах,
иногда просто вводя в пейзаж фигуру
человека, а чаще всего лишь намекая
на его присутствие. В. «Туманном ут­ре» (Горьковский музей) — это. толь­ко что спиленный пень, в. других кар­тинах — изгородь или едза примет­ная тропинка. Но не эти внешние при­знаки‘ «очеловечивают» природу в
картинах Шишкина. Гуманизм пейза­жей Шишкина заключается в том, что
он видел родную природу глазами на­рода. В основе образно-поэтических
представлений художника лежит от­ношение русского народа к родной
земле — народа, воспевшего. эту зем­лю в своих песнях и наделившего ee  
яркими и образными эпитетами и срав­>
нениями. Шишкин глубоко проникся’.
этой народно-ноэтической стихией и
поэтому он не просто ‘передает то, что
видит, а обогащает виденное образа­ми народно-поэтического творчества.
Его могучие сосны и дубы, вросшие в
землю, покрытые густой листвой,
«Дубовая роща», «Среди долины ров­nos...» (Киевский музей), «Пески»
(Шербаковский музей)—это не просто
деревья, это стражи земли русской,
богатыри, охраняющие ее величавый
покой. Его темный, утонувший в су­мезках бор в картине «Лес вечером»
(1868 r., Шербаковский музей), raze
среди деревьез мерцает огонек, полон\
таинственности, очаровательной  ска­зочности, несмотря на то, что `Шиш­кин, как и всегда, остался верен дей:
ствительности.

Несомненно, ИТишкин большой поэт
эпического склада, поэт, которому
свойственны подлинно-народная мощь
и ширь. Во всех своих произведениях
он остается великим  жизнелюбцем,
певцом, утверждающим жизнь, ищу­щим прекрасное не столько в личных
переживаниях, сколько в красоте ок­ружающей природы, в мыслях и ду­мах народа об этой природе. Отсюда
эпический характер многих его пей­зажей, отсюда его народность,  спо­собность выразить средствами своего
искусства передовые идеи современ­ности.
	Выставка в Ёретьяковской галлерее
помогает понять Шишкина и как ли­рика. Его маленькие этюды «Лес» и
«Сосны» (Калининская картинная гал

‘лерея), «Цвет в лесу», › «Верхушки
сосен» (Кировский музей) замечатель=
ны своей поэтичностью; томкма уме
нием увидеть и передать зрителю кра­соту того, мимо чего он в жизни обн­чно проходит, не замечая. Многочи­сленный новый, в том числе этюлный,
материал позволяет лучше уяснить
особенности творческого метода Ши­`шкина, взгляды которого на искусст­во, на его общественную рояь сложи­лись под воздействием ‘идей Черны­шевского, Белинского, Добролюбова.
  Значение и ценность произведений
И. И. Шишкина трудно переоценить.
Они принадлежат к лучшему, что бы­ло создано русским искусством. Его
картины, прославившие русскую при
роду, глубоко национальный характер
его творчества, подлинный демокра­тизм художника — все это ставит
Шишкина в ряд наиболее значитель­-ных мастеров пейзажа. .
О. СОПОЦИНСКИЙ.
	П. Кадочников давно уже показал
себя советскому зрителю весьма ода­ренным и, главное, разносторонне бда­ренным кинематографическим артй­стом. Он обладает ` той обаятельной
внешностью, которая может соблаз­нить актера на позу, штамп, на бес­конечное повторение одного и того
же. Но от одной роли к другой, от од­ной картины к другой мастерство это:
го артиста делается все более зрелым
и глубоким. Уже «Подвиг разведчика»
показал, что Кадочникову вполне
удаются не только комедийные и то­му подобные характерные роли, но
и образы волевых, мужествевных
советских людей. Образ  Мересьева
был для артиста тем  болез
ценен, что здесь можно было
использовать богатую палитру красок
для изображения героя. И, быть мо­жет, самая большая заслуга Кадоч­никова состоит в том, что ни на’ми­нуту не сомневаешься в правдивости
созданного им образа. Не сомневаешь­‚ся в том, что перед тобой действи­тельно человек огромной воли, кото­рая берет свое начало в исключитель­ной цели и для которой действитель­но нет никаких преград на земле.
	Фильм превосходно снят оператором
М. Магидсоном. Его работа, на наш
взгляд, должна быть отнесена к чи­слу важнейших моментов, опредёлив­ших высокое качество картины.
не просто технически совершенная
фотография. Это настоящее опера­торское искусство, в котором прояв­ляется особый. присущий именно Ма­гидсону стиль, особенная манера изо­бражения. И, опять-таки, она прояз­ляется не в каком-либо изыске, че в
вычурности, а в простоте и в стремле­нии проникнуть в сущность изобража­емого. Одинаково наглялно это дёмон­стрируют и
кадры натурных с емок, в
	которых Магилсону удалось, если так
можно выразиться, драматизировать
пейзаж, превратив его из простого
«места действия» в живую среду, #
превосходные портреты, вычвляющие
духовные качества героев фильма.
	Обращаясь к ленинградским писате­лям, товарищ Жданов говорил, что
для тех великих задач, которые стоят
перед нашей Родиной, «<... молодое по­коление должно быть воспитано
стойким, бодрым, не боящимся пр?
пятствий, идущим навстречу этим
препятствиям и умеющим их. преодо­левать». Фильм «Повесть о настоящем
человеке» вполне отвечает этсму наз­начению. Можно не сомневаться В
том, что он, как и повесть Б. Полево­го, найдет дорогу к сердцу. и. с039а­НИЮ Миллионов советских люлей
	Кадр из ина «Новая Албания». Пародные танцы на празднике
5 Тиране,
				СВОБОДНАЯ АЛБАНИЯ
	Есть в лучших произведениях совет­албанской Народко-Освободительной
	Армии. Осенью 194% Года патриоты
смелым ударом выбросили немцев из
Тираны.

Коммунисты возглавляют молодую
республику. Во главе страны партия
ставит испытанного ‘бойца, верного

патриота — Энвера Ходжа. -

Быстрыми темпами восстанавливает­ся израненная страна. В республике
развертывается мирное строительство.
Мы видим ее промышленность, сель­ское хозяйство, новостройки, Мы ви­дим албанскую молодежь, сменившую
винтовки и автоматы на орудия мирно­го труда, идущую на штурм болот, на
прокладку железной дороги, на строи­тельство фабрик и заводов.
	Дружба`с могучим Советским Сою­зом — предмет гордости для каждого
албаниа. На демонстрации в честв Дня
Освобождения жители *Гираны несут
портреты руководителей Советского
Союза; в перерыве между лекциями
студентки поют наши песни, стара­тельно выговаривая трудные русские
слова... И мы видим, как слово
«Сталинград», раньше гремевшее, как
призывный боевой клич, теперь укра­шает радиаторы прибывающих в Алба­нию тракторов Сталинградского заво­да. .
Империалистам не удалось превра­тить Албанию во вторую Грецию:
свободолюбивый албанский народ сам
выбирает себе друзей.
	Мы видим население греческих де­ревень, расположенных на юге An6a­гии. Вот школа, в Которой детей учат
ня родном языке; крестьяне читают
издающуюся для них греческую газе­ту.

И вот из-за горной границы, раепо­ложенной недалеко отсюда, появляет­ся удивительная й страшная процес­сия. Один за другим медленно дви­жутся люди, похожие на призраки.
Изможденные женщины, несут не­подвижных детей. Старики в -руби­ще едва передвигают ноги. Снова
женщины, снова старики... Это — гре­ческие беженцы, перешедие грани­цу.

Короткий и страшный эпизод этот
почти не сопровождается дикторским
текстом. Он сам по себе говорит с
потрясающей силой о. событиях по ту
сторону границы.

Такова сила правды, увиденной гла­ноанпарата.
звла — вот основной принцип,
осковной творческий метод создате­ей этого фильма.

Правда остается неприкрашенной,—
это касается как отбора материала, так
й сиссоба его подачи. Операторы Ю
Монгловский и Р. Халушаков сняли
Фильм в превосходной документаль­ной манере, без всякого налета слаща­вости, ложной красивости или каких­либо формальных ухищрений, отвле­кающих внимание зрителя от движе­ния темы.

Превосходна музыка албанского

  
  

 
	композитора Кристо Коно, умело ис­пользовавшего народные мелодим.
Финальные аккорды сопровождают
	‘последние кадры фильма: конные по:
	граничники, зорко охраняющие грани­цу республики. Кончилсея фильм об
орлиной. стране — свободной Албании.
И странным кажется, что так много
успели мы увидеть, перечувствовать и
передумать менее чем за полтора часа.
	Борис БРОДСКИИ.
			ской локументалькой кинематографии   Армии. Осенью 1944 года
	одна роднящая их черта — присталь­оз внимание к жизни простых людей,
уважение к их труду, искреннее со­чувствие их радостям и страданиям.
Это то, чем советский  докумен­тальный фильмостоль резко отличает­ся от буржуазного, основная цель ко­торого— погоня за сенсацией, осиов­ная задача — удивить, ошарашить,
оглушить зрителя.

` Благородные черты советского до­кументального кино в высокой степени
присущи фильму «Новая Албания» *.
Он знакомит нас со своеобразными
пейзажами Албании, мы видим в нем
и непривычные костюмы крестьян, и
незнакомые народные нляски. Но е9з­датели фильма шли не от того, что
кажется удивительным и далеким в
быте чужой страны, а от того, ATO
	роднит трудовых людей во всем мире.
	В картине нет. ничего от’ экзотики.
‘Аппарат, ничего не приукрашивая,
фиксирует людей и природу, ведет
нас за собой по стране, приближая ее
не только к глазам, но и к сердцу
зрителя. Нам становятся близкими Ч

‚ дорогими люди этой маленькой стра­ны, ве хмурые` горные пейзажи, ев
природа — скудная на севере и пыш­ная на юге. :

Картина заставляет зрителя воспри­нимать как волнующий сюжет судьбу
пелого народа, боровшегося на. протя­жении всей своей истории ос иноземны­ми захватчиками, начиная от римских
легионеров и кончая итальянскими и
немецкими фашистами. Мы`видим бои
партизан с войсками оккупантов, ви­дим движение отрядов в горах, опера­ции организованной и руководимой
албанскими коммунистами Народно­Освободительной Армии; мы видим,
что здесь так же, как в других окку­пированных странах, судьба народа
определялась той борьбой, которую
вела доблестная Советская Армия. Это
хоропю показано в фильме. Автор-ре­жиссер И. Копалин сумел связать

. события освободительной борьбы в
Албании с событиями Великой Отече­ственной войны советского народа.

Сталинград явился поворотным
пунктом в движении свободолюбивых
албанцев. Армия в горах переходит в
‘наступление. Какое горячее братекое
чувство вызывает у нас смелая борьба
малевького героического народа!

— Смерть фашизму, свобода народу!
— как клятва, звучит в горах боевой
партизанский клич, и бегут, бросая
оружие, фашистские захватчики из
завоеванной, но непокоренной страны.
	Взволнованность, с которой фильм
повествует об этих событиях, неиз­бежно передается зрителю. Да и мо­жет ли быть иначе? Советские люди,
для которых понятие Родины после
испытаний Великой Отечественной
войны стало еще более дорогим 4
священным, сочувствуют патриотизму
каждого народа, стремящегося к ва­пиональной независимости.
	По мере приближения Красной Ар­мии к границам Донбасса все актив­нее и смелее становятся операции
	* «Новая Албания». Автор-режиссер И. Ко­палин, операторы Ю. Монгловский и Р. Халу­шаков, текст Б. Агапова, композитор Кристо
Коно. Производство Центральной студии доку­ментальных фильмов и Комитета культуры И
	искусств Народной Республики Албании. Mock
ва— Тирана, 1948.
	Читая книгу Б. Полевого «Новесть
© настоящём человеке», ясно ви?
дишь, что эпитет «настоящий» при­ложим не только к главному герою
повести. И полковой комиссар Во­робьев, и старитина-снайпер Степан
Иванович, и хирург профессор Васи­лий Васильевич? и танкист Григорий
Гвоздев, и медицинская сестра Клав­дия Михайловна, и многие другие лю­ди, изображенные писателем, вполне
заслужили этот эпитет. Они настоя­щие люди, люди, в которых с особен­ной силой воплотились новые высо­кие человеческие качества, вызван­ные -к жизни новым. хоциалистиче­ским общественным строем. Именно
поэтому необычайная история летчи­ка, лишившегося ног и сумевшего сно--

ва вернуться в авиацию мастером воз­душного боя, воспринимается нами и
как нечто исключительно героическое
и одновременно как нечто совершенно
естественное, выражающее самую
сущность советского человека.

Перед автором сценария М. Смирно­вой стояла нелегкая задача. Из об­ширного материала повести, из’ много­численных ее сюжетных линий  необ­‚ ходимо было выбрать ‘ровно столько,
сколько можно без тесноты pa3Me­стить в пределах кинематографиче­ского произведения. Само собой разу­меется, нужно-было сохранить все то,
что имеет непосредственное отноше­ние к развитию основной темы пове­сти — темы, Мересьева. Но правиль­ное и полное раскрытие образа Ме­ресьева возможно лишь в том случае,
если сохраняются глубокие связи, ко­торые существуют в повести между
главным ‘ее героем и MHOTHMH другими
персонажами.

Нам думается, что М. Смирнова
вполне справилась со своей задачей. В

сценарий из повести перенесено все

или почти все наиболее существенное
и яркое. „За пределами кинематогра?и­ческого произведения остались многие
интересные и значительные элементы
повести. Но главное, сущест­венное, повторяем, было заботливо
перенесено и нашло для себя новые
художественно-выразительные формы,
присущие кинематографу. как драма­тическому виду искусства.

Не все в равной мере хорошо уда­«Повесль с настоящем человеке», Луложест­венный фильм по одноименной повести Б. По­левого. Сценарий М. Смионовой. Постановка
А. Столпера. Гл. оператор М. Магидсон, Xy­дожник И. Шпинель. Композитор Н. Крюков.
Производство киностудии Мосфильм, 1948 т.
		Кивиыли — шестой по счету новый   совоеменной градостроительной прак­тике -
	(противопоставляемые   город. сланцевого бассейна: ЭССР.
	дийный и вместе с тем привлекатель­постели бредящего Мересьева. Невер­ный образ советской девушки.
Заслуга режиссера состоит.и в том,
что он правильно понял характер сво­его фильма, как фильма «актерского».
Он все сделал для того, чтобы твор­чество актеров’ не заслонилось   ника­вими другими элементами кинемато­графической выразительности.
	Говорить об актерских достижениях.
	в этом фильме. значит говорить почти
обо всех артистах, даже о тех из чих,
которые, как Б. Добронравов, появля­ются на экране буквально в двух­трех кадрах. И Б. Бабочкин, и Л.
Свердлин, и Т. Макарова, и В. Хохря­ков ‘в пределах очень. небольню­го места. отведенного каждому 43
них В картине, создали яркие образы
советских людей и помогли П. Кадоч­никову великолепно раскрыть образ
летчика Мересьева. <

Несколько слабее. ниже возможно­сколько слабее, ниже возможно­своего дарования, исполняет
	  роль главного врача А. Дикий. У Ди­кого главный врач госпиталя  Вася­лий Васильевич лишен того неновто­`римого’ своеббразия, которое делает
его в повести Полевого’ ярким и за­поминающимся­характером.

Особо следует сказать о молодой
актрисе, выпускнице ВГИК Л. Соко­ловой, появляющейся в картине толь­ко в одном кадре. Она, играющая
роль колхозницы, сидит в землянке у

oO
	ный свет лучины освещает лицо этой
молодой, но уже состарившейся от
горя и страданий женщины. Мересьева
не видно — слышен лишь его голос,
его бессвязная речь. Женщина сидит
долго и почти недвижно, устремив
куда-1о далеко свой‘ взор. Мы не зна­ем, о чем она думает, какие мысли
вызывает. в ее сознании бред летчика.
И тем не менее этот кадр, в котором
счастливо сочеталось и мастерство
режиссера, и мастерство оператора, и
редкая искренность актерской игры,
несомненно, принадлежит к. числу
наиболее значительных, содержатель­ных кадров фильма.

Соединив в ‘актерском ансамбле
различных по манере, по методам рг­боты артистов, Столиер, естественно,
стоял перед опасностью. создать раз­ностильную — в смысле исполнитель:
ском — картину. Однако этого не
произошло. Во всяком случае, нет ни
малейшего ощущения того, что ан­самбль составляют исполнители. каж­дый из которых работает на свой осо­бый манер: Всех их, несмотря Ha
различие артистических индивидуаль­ностей, - об’единяют простота игры,
стремление к скупому внешнему ри­сунку роли и к наиболее глубокому
раскрытию внутренней сущности об­раза.

В этой связи особенно следует от­На фото: артист
	обычно привыкли считать достоинст­вами режиссерской работы в кинема­тогпрафе, Нет здесь ни «хитроумного»
монтажа, ни бросающихся в глаза ми­зансцен, ни удивляющих необьно­стью своей композиции кадров, HH
грандиозных массовок и павильонов...

Огромная заслуга А. Столпера как
постановщика состоит прежде всего В
том, что он глубоко проник в сущ­ность того литературного произведе­ния, которое было им выбрано для

постановочной работы.

Мы уже говорили о том, что в по­вести Б. Полевого «настоящим чело­веком» , выведен не только Ме­ресьев, и не только комиссар Во­робьев. Для Полевого характерно, что
он. настойчиво ищет новые высокие
человеческие качества, порожденные
социализмом, в каждом, буквально В
каждом, советском человеке. Поэтому
все персонажи в повести ’Полевого
рано или поздно вызывают симпатяи
читателя. Все они — и веть та среда,
в которой вырастают настоящие лю­ди, т. е. лучшие представители наше­го народа. И это необычайно важное
обстоятельство очень хорошо понял
А. Столпер, как постановщик фильма.
Он создал такой замечательный ак­терский коллектив, который редко
удавалось собрать кинематографиче­скому режиссеру. .

Но заслуга постановщика была бы
не так уж велика, если б все дело све­‘лось к простому подбору высококва­лифицированных, артистических сил.
Главное же в том, что здесь мы юб­наруживаем точный и безошибочный
художнический расчет. Вот. пример.
На роль Зиночки, девушки, обучаю­щей Мересьева танцам, можно было
‘бы пригласить и не Л. Целиковскую,
а какую-либо другую актрису, равной
артистической квалификации. Легко
было соблазниться на приглашение
актрисы, которая вылепила бы пре­восходный гротесковый образ этакой
пустенькой девицы, помешанной на
танцах. образ, ключом к которому яв­ляется ее первый разговор < Мересь­евым о Бобе Горохове — «ученике и
последователе самого Поля Сулаков­ского». Но Столпер понимает, что Па­левой за этой внешностью Зиночки ви­дит в ней черты душевности, прису­щей советскому. человеку, что Зиноч­ка — не предмет для гротескного изо­бражения. И режиссер приглашает ak­трису Целиковскую, которая «оздает
задуманный автором смещной, коме­лось в работе кинодраматурга. Инте­реснейшая творческая задача — по­каз движения Мересьева в лесу —
задача, невольно и неизбежно возвра­щающая нас к опыту, к специфиче­ским выразительным средствам немо­го кинематографа, могла бы быть, на
наш взгляд, решена сценаристом ©
большей изобретательностью.

В этом, впрочем, виноват не только
сценарист, но и режиссер. Он не су­мел для этого эпизода найти со5ст­венные режиссерские средства, кото:
рые позволили бы выявить внуглен­ний смысл подвига, совершаемого Ме­ресьевым, он не сумел показать здесь,
что дает Мересьеву силы для того,
чтобы пробиться к своим. А ведь это;
не просто воля к жизни, а высокий.
патриотизм советского. человека, для’
которого самое важное — это бороть­ся с врагом до окончательной над
ним победы.

Можно было бы указать и на дру­гие недостатки сценария, но они несу­шественны в сравнении с общими
отмеченными выше его достоинства­ми. Постановщик получил в свои ру­ки добротное кинодраматическое про­изведение, которое давало ему боль­шие возможности для творческой. ра­боты. Надо сразу же сказать: он пре­восходно использовал эти возможно­CTH,

Примечательно и ценно прежде все­го то, что в своей новой работе ре­жиссер А. Столпер продемонстрировал
не только значительный рост ево­его мастерства, ‘Он показал  евою
способность решительно отбросить те
приемы и методы, которые в прежних
работах являлись слабыми сторонами
его творчества и к которым он, тем
не `тенее, часто обращался. Мы имеем
в виду его склонность к мелодрама­тизму, к разработке внешней стороны
сюжета за счет его глубины. В «Пове­сти о настоящем человеке» не оста­лось и следа от этой любви к внеш­нему. Фильм привлекает и волнует
своей простотой, настоящим мужест­вом художника, который воолушевлен
большюй творческой задачей.

Но что скрывается за этой просто­ТОЙ? Ё

На первый взгляд в фильме и не
видно ничего такого особенного, что

 
	Кадр из фильма «Повесть о настоящем человеке».