ТРЕТИИ ПЛЕНУМ ПРАВЛЕНИЯ СОЮЗА СОВЕТСКИХ КОМПОЗИТОРОВ СССР ‚ ДОСТОЙНУЮ ВЕЛИКО тути a обратился к оратории — жанру, в отношении. Наюборют, котором такую большую роль играет пение. Нам прелетоит еще прослушать ДНЕВНИК ПЛЕНУМА Третий пленум правления Cowsa ‚советских композиторов CCCP продолжает свою работу. Сегодня днем в Центральном доме композиторов 60- стоитея прослушивание новых произведений камерной музыки: квартета Н. Нариманидзе, скрипичной сонаты Т. Бужамьярова, виолончельной сонаты Н. Мясковского и др. Вечером во Дворце культуры автозавода им. Сталина будут исполнены кантата Ю. Левитина «Гори», «Картинки руеской природы» Н. Иванова-Радкевича, «Праздничная увертюра» ©. Юдакова и музыкально-драматическая поэма В. Юровекого «Зоя». Новые произведения для духовых оркестров и военные песни входят в программу больнютго концерта военной музыки, устраиваемого днем 4 декабря в Зале им. Чайковекого. 06- разцовые оркестры Военно-политической академии им. Ленина и Военной академии им. Фрунзе исполнят «Поэму о Сталинградекой битве» А. Дзетеленка, «Донцы под Сталинградом» И. Шапошникова, марши В. Рунова, А. Митюшина и М. Иванова-Сокольского, «Русскую фантазию» ВБ. жевникова, сюиту на русские темы А. Чугунова, «Торжественную увертюру» Н. Иванова. Участники пленума прослушают также «Кантату о Сталине» А. В. Александрова, песни А. Новикова, Ю. Слонова, С. Туликова, А. Хачатуряна, Л. Бакалова и других композиторов. В вечернем симфоническом концерте в Колонном. зале Дома союзов исполняются симфонические поэмы Р. Лагидзе («За отчизну») и А. Мачавариани («Ha смерть героя»), фортепианный концерт А. Кереселидзе, отрывки из дет ской оперы А. Букия «Непрошенные гости» и оратория Ш. Мшвелидзе «Вавкасиони». 5 декабря в студии Комитета paлиоинформажщии состоится показ оперы Л. Степанова «Иван Болотников». В программе концерта, ортанизуемого днем 6 декабря в студии Комитета радиоинформацим, третья симфотия Е. Тикоцкого, монтаж оперы С. Ряузова «Мэдэгмаша», трио В. Шебалина и виолончельная соната С. Прокофьева. Вечером в Большом зале консерватории будет дан симфонический концерт, в котором истолняются кантата Е. Жуковского, еимфоническая поэма Б. Нерсесова «Александр Матросов» и оратория В. Власова, А. Малдыбаева и В. Фере «Сказание о счастье». 7 декабря в ЦДРИ проводится первое пленарное заседание правления Союза советских композиторов. Генеральный секретарь COR CCCP T, Хренников выступит на нем с док`Ладом о творчестве советских композиторов в 1949 году и задачах советской музыки. Затем начнется обсуждение прослушанных произведений. ’ Опера «Каменный цветок» №. Молчанова показывается 8 декабря в Teатре им. В. С, Станиславского и В. И. Немировича-Данченко. Симфовническая поэма А. Свечникова «Горе», «Украинский марш» Д. Клебанова, хоровая сюита «Сады цветут» В. Сорокина, песни С. Жданова, Ф. Козицкого и других композиторов войдут в программу симфонического концерта, устраиваемого в тот же день в Вюлонном зале Дома союзов. Последний симфонический концерт пленума состоится днем 9 декабря в ПДРИ. В программе — cwnты В. Мухатова, Ю. Тюлина п М. Ашрафи, «Русская фантазия» Н. Нолинского и две части симфонии композитора Г. Синисало. Вечером того же дня в студии Комитета радиоинформации состоится вечер песни и легкой музыКИ. . з но работали в области вокальных и. вокально-инструментальных жанров. и добилиеь в этом отношении значительных творческих ‘успехов. Уже упоминавшиеся произведения Шостаковича, Маневича и Джангирова, затлушевная. полная искреннего, теплуго чувства кантата студента Музыкально-педагогического инетитута им. Гнесиных Е. Светланова «Родные поля», прекрасные, мастерски стеланные хоры на пушкинские сделанные AGOBD Па вушьаньовие тексты А. Новикова и В. Шебалина, некогорые песни В. Соловъева-Селого, А. Новикова, В. Мурадели, великолепная вторая часть хоровой симфонии Г. Цопова «Слава отчизне», мужественная, драматургически яркая кантата В. Дехтерева «Русская земля» достаточно наглядно свидетельствуют 06 этом. усиленная работа наших композиторов над вокальными сочинениями оказала благотворное влияние на собственно инструментальную музыку. В той же оратории Шостаковича в каждой части есть много примеров, говорящих о том, что напевность инструментальных мелодий «Песни 0 лесах» есть прямой результат пристального внимания ее автора к вокалу. Напевность большинства произведений, демонстрирующихея на пленуме, имеет и еше один источник — углубленное изучение композиторами народного музыкального творчества. . Именно этим качеством, неразрывной связью с интонациями народной музыки, определяются в хуложепервую очерель высокие ственные достоинства мугама «Раст» Ниязи и сюиты для симфонического оркестра на татарские темы Н. Жиганова, трио Б. Мокроусова и квартета № 2 С. Цинцадзе. Чрезвычайно отрадно жанровое многообразие представленных На смотре произведений. От небольшого романса В. Каппа «Узник» на елова Пушкина до монументальной шестой симфонии Я. Иванова, от веселой, остроумной и шутливой увертюры Н. Минха до эпически-величавой былины для симфонического оркестра «Сон Степана Разина» молодого ленинградекого композитора Г; Уетвольекой — таков сейчас огромный тематический, эмоциональный и жанровый диапазон творчества советских композиторов. Можно смело сказать, что наши композиторы вступили на путь реализма уже почти во веех музыкальных жанрах, что жанровое однообразие и бедноеть, в чем справедливо упрекал советских композиторов А. А. Жданов, теперь уже не являются хараклерной чертой для советского музыкального творчества. а Первые дни Третьего пленума Союза композиторов показали также и ряд серьезных творческих недостатков, вее еще имеющих место в творчестве наших композиторов. 0сновной из них, присущий почти веем произведениям, показанных в первых концертах пленума, — недостаточно высокий уровень профессионального мастерства. В самом деле, в программах первых десяти концертов пленума было показаия очень мало произведений, не заслуживающих упрека в этом отноптении. Наоборот, многие очень талантливые сочинения не вызвали должного резонанеа у слушателей ..Большой зал Московской консерватории. Грандиозный амфитеатр почти совершенно пуст. Даже в партере один слушатель от другого отделен 5—6 своболными креслами. Во время антракта в фойе нельзя ветретить ни одного незнакомого лица: все пришедшие на концерт являются либо членами Союза композиторов, либо друзьями автора, чьи произведения исполняютея в данном ROH `церте... Так проходили больитей частью концерты из новых произведений советских композиторов в пери01, непосредственно предшествовавший появлению постановления ЦЕ ВЕШС6) «0б опере «Великая дружба» В. Муралели». Кому из композиторов и музыкове10в не вспоминается невольно эта печальная картина сейчас, в дни Третьем пленума правления Союза советских композиторов СССР, когда концерты пленума происходят в переполченных залах и когда достать билет подчас является трудно разрепгимой проблемой не только для рядового любителя музыки, но и для многих композиторов и музыковедов. Думается, что в этом примере, как в капле воды, отражаются те значительные сдвиги, которые происходят в творчестве налпих композиторов за последние полтора года, то поистине неоценимое благодетельное влияние, которое оказали на развитие советской музыкальной культуры исторические указания партии по вопросам искусства. В самом eae, пленум продолжается уже неделю, и, однако, потоЕ слушателей в концертных залах нисколько не убывает. Это является прямым свидетельством того, что советские композиторы стали писать проще, яснее, понятнее, содержательнее, это означает, что, преодолев формалистические заблуждения, они успешно вступают на реалиетический творческий путь. Судя по концертам Третьего пленума, важнейшим творческим завоеванием композиторов в 1949 т. явилось овладение ими современной актузльной тематикой. Советская тема проникла сейчас в наиболее крупные, монументальные формы и жанры. Дмитрий Шостакович посвятил свою новую ораторию «Песнь о лесах» величественному сталинскому плану преобразования природы, ленинградекий композитор А. Маневич продеменстрировал. на пленуме кантзту «За мир, за демократию», студент Бакинской консерватории Д. Джангиров написал симфоническую поэму с хором «По ту сторону Аракса», рассказывающую о страданиях и страпеном гнете, которым подвертзется братский азербайджанский народ в иранском Азербайджане. В концертах пленума было исполнено большое количество хоровых, кантатно-ораториальных произведений. Это также немаловажное 06- стоятельство. Известно, что композиторы-формалисты избегали использования богатейших выразительных. возможностей человеческого голоса. Эмоциональная теплота, сердечность, напевность,— вс? эти качества естественного вокального звучания были. чужхы их эстетическим принципам. . Й глубоко симитоматично, что Д.. Шостакович, стремясь преодолеть. свои формалистические заблуждения, фониях, квартетах, трио. В супености говоря, кроме оратории Шостаковича, превосходного струнного квартета очень одаренного молодого композитора ©. Цинцадзе, симфонического ‘мугама «Pact» Ниязи и симфонической поэмы «Азов-гора» А. Муравлева, пожалуй, трудно назвать крупное сочинение. где бы в той или иней степени не ощущались «ивы», вяость и инертность мышления, Удивляет также большая роль, которую играют в новых сочинениях созерцательно-лирические образы. Ведь, казалось бы. живя в наши дни, в нашей чудесной стране, нельзя не проникнуться героическим пафосом наших трудовых будней, величием и героикой нашей современности, красотой и яркостью чуветв советских людей. Разве можно предетавить себе человека нашей страны, который, сложа руки, пассивно сидел бы и любовался происходящим, не пытаясь смело и активно вмешаться в окружающую жизнь, перестроить, переделать ее, приблизить ату жизнь К заветному идеалу? А некоторые coчинения, прозвучавшие на пленуме, произволят впечатление именно 50- зерцания жизни из прекрасного далека. Достаточно вспомнить хотя бы вялые, застывшие в своей статичности вариации для скрипки C OpESстром Р. Пергамент. Нам кажется, что проиеходит это в значительной степени не столько из-за оторванности некоторых советских композиторов от жизни нашего народа, хотя и это, конечно, имеет место, сколько из-за их странной «эмоциональной застенчивости». Если позволительно такое сравнение, они, толькю еше вступив на путь Теалистического творчества, чувствуют себя неуверенно на нем и все время боятся, как бы ‘им не поскользнуться и не упасть. Говоря о связи музыкального язы ка наших композиторов с народным музыкальным творчеством, необходимо обратить внимание еще на одно и, как нам кажется, имеющее огромное значение для развития советской музыкальной культуры обстоятельство. Мы имеем в виду связь творчества композиторов с современным ему народным музыкальным языком, с бытующими интонациями своего времени. Именно такова народность тениальных сочинений Глинки, Чайковского, Мусоргского. дни использовали и гениально обобщили в своем творчестве бытующие интонации с9- временной им эпохи. Советские же композиторы до сих пор недостаточно внимательно относятся к тому, что сеголня поет наш нарол. . № сожалению. на пленуме прозвучали отдельные произведения настолько слабые или спорные, что вызывает удивление самый факт включения их в программы концертов. К ним, в частноети, относятся «Фантазия на темы советских песен» для фортепиано С. Каган, «Русская ралсодия» В. Кнушевинкюого, «Сюита на русские темы» Н. Пейко, оратория «Девушка и смерть» Д. ВасильзваБуглая. Таковы первоначальные, самые беглые впечатления от первой половины концертов Третьего пленума правления Союза композиторов CCCP. Однако уже сейчас можно твердо сказать, что советские композиторы в своей массе успешно вступают на путь реалистического творчества, ярко освещенный историческими указаниями партии по илеологичесвим вопросам. Ин ПОПОВ. Группа композиторов союзных и автономных республик —участников Третьего пленума Правления Союза соД. Джангиров (Азербайджанская К. Караев (Азербайджанская ССР), (Узбекская ССР), А. Филиппенко (Украинская ССР), Э Капп ветских композиторов СССР, Слева направо: Я. Иванов (Латвийская ССР), ССР), ‘А, Скулте (Латвийская ССР) Н. Жиганов (Татарская АССР). Е. Тикоцкий Oey a Me CCP), (Эстонская ССР). Ш. Мшвелидзе Новая оратория Д. Шостаковича «Песнь о лесах» (текст Е. Долматовского), впервые исполненная в МоскBe под управлением = дирижера Е. Мравинского. — значительно? еобытие в нашей музыкальной жизни. Д. Шостакович, создавший широKO известные советскому слушателю фортепианный квинтет, нятую и седьмую симфонии, даже и в этих лучнгих своих произведениях. как известно, не избежал грубых форматистических опгибок. СР), П. Жиганов (Татарская АССР) М. Ашрафи (Узбекская ССР), А. Фил и Р. Габичвадзе (Грузинская ССР). „Иеснь о лесах“ преображение природы нашей Родины — атроному, бригадиру, Полеводу, садоводу — поется. слава в стремительном и вместе е тем торжественном финале оратории. Советская молодежь, пионеры и комеомольны Сталинграда —— вот ее ведущие, ос‘новные образы. Задорная, радостная, ‘выдержанная в характере пионерской песни, очень красивая по CBOему колориту четвертая часть орато‘рии «Пионеры сажают леса» —— один из лучших эпизодов «Песни о лесах». Энергичной, звонкой и бодрой песней схаралотеризованы комсомольцы 8B следующей чаети оратории — «Сталинградцы выходят вперед». Несомненны руюекие, национальные истоки музыкальной речи этого произведения. Интонащии русской народной и советской массовой песни дежат в основе второй части оратории. Очевидную близость к русскому лирическому бытовому романсу и некоторым образам Глинки обнатуживает \пестая часть оратории — «эавтранняя прогулка». В третьей части — «Воспоминание о прошлом», рассказывающей о былых страданиях русского крестьянина и истомленной зноем и суховеями природе, наблюдаетея слияние интонаций городской лирической песни и музыкальных образов, восходящих к Мусоргскому. Высокая идейность, яркое воплощение актуальной советской темы, простота и доходчивость музыкального языка сочетаются в новом произведении Шостаковича с болышим мастерством и хуложественноетью форMBI. Однако оратория’ не свободна и от некоторых недостатков. Дирически проникновенная, но вместе с тем и могучая основная тема, видоизменяющаяея и в различных вариантах проходящая во всех частях. оратории, слишком лаконична. Она не получает развития и остается статичней, внутренне неподвижной. Иной раз в мелодической линии не совсем точно расставлены емыеловые акценТЫ. Хотя в оратории больнтое значение имеет песенное начало, хотелось бы более широкого мелолического «разлива», более прирокого мелодическоге дыхания. характерного для русской то, чтобы не потерпеть жесточаиитего творческого фиаеко, сочиняя музыку на сюжет поэмы Низами. Суля по пяти фрагментам, состазвляющим сюиту из балета «Семь красавиц», Вара Караев таким вооружением облалает. Музыка сюиты хореографически театральна, танповальна в высшей степени, танцовальна от начала ло конца и по своим питмическим свойствам и по своей. необычайной рельефности, пластической изобразительности, колористической яркости. При этом она ‘симоонична в традициях русского балетного театра Чайковекюго и Глазунова. В ней совсем нет преслову‘той «лошадиной дансантности» peмесленной музыки «под ножку» и ‘прочей хореографической безвкуейцы. Слабее других нам предетавляется только первый номер сюиты — вальс на азербайджанские народные ‘темы. Здесь композитор не удержался от некоторых уступок специфиче‘ской балетной провинтиальности. По временам, особенно в начале вальса, создаетея даже тягостное впечатление, что композитор насильно втис‘кивает в штампованную вальсовую формулу живой и красивый национальный мотив, явно сопротивляюшийся такой неоправданной жестоROCTH. Мы думаем, что композитору нужно было подчинить форму вальса эететическим требованиям мелодического материала, как, кстати сказать, он и сделал в средней части вальса, несравненно более удачной, нежели начало и финальная часть. Тем не менее, вальс из сюиты Raра Караева имеет и немаловажные достоинства. Он отличается легкостью и мелодичностью, а в средней части и значительно большим благородством стиля. Мелодия его сразу же и накрепко запоминается слушателем. Пленительно звучит адажио, вторая часть сюиты. Прототипом для этого адажио, несомненно, послужили балетные адажио Чайковского, и, поистине, нельзя было сделать лучитего выбора. С наслаждением вслушиваетьея в эту музыку, исполненную чистой поэзии и как будто заключающую в себе грустно-лирическии танец. Е тому же инструментовано 843- народной песни и творчества класеиков русской музыки. Недостаточно полно композитор использует избранные им исполнительские средства: хор мальчиков, с замечательным художественным эффекТом выступающий в четвертой части оратории, далее почти не используется. Думается также, что авторы текста и музыки неправильно сузили идейный смысл шестой части—«Завтрашняя прогулка», от которой советский слушатель ждет большей тлубины и значимости. деновной упрек здесь должен быть отнесен Е. Долматовекому. Ведь «Завтрашняя прогулка»—это картина прекрасного будущего нашей страны. Мы входим в это будущее сильными людьми, про‘шедшими через горнило суровых ис‘пытаний и напряженного труда. Поэтому такая односторонняя лириче‘ская трактовка нашего будущего лишена глубокого значения и идейно неполноценна. В тексте оратории нет и настоящей драматургической глубины, нет подчас и должной точности и рельефности образов. Глубокое и серьезное отноптение Шостаковича к указаниям партии в области музыкального искусства, его искреннее желание избежать былых опгибок и найти пути к сердцу народа и, наконец, та удача, которой достиг композитор в «Песне o лесах», создают ‘уверенность в том, что в дальнейшем творчестве он сумеет преодолеть и эти недостатки. Оратория Шостаковича, свидетельствующая о том, что один из талантливейших советских композиторов рештительню и успешно преодолевает ’форматистические заблуждения и смело вступает на путь реализма, является значительным вкладом в советскую музыкальную культуру. Успех Шостаковича не может и не должен рассматриваться в отрыве от общего под’ема советского музыкального искусства, обусловленного мудpEIM noctanoprenneu IIR BRIT(6) ot 10 февраля 1948 гола. Фронт реалистического направления в советской музыке непрерывно ширится и одетживБает все новые побелы. «Песнь o лесах» — это одна из побед реалистического направления в советской музыке. К. САКВА. Историческое постановление ЦЬ ВКП(б) «0б опере «Великая дружба» В. Мурадели» сурово осудило извращения в творчестве композитора. Д. Шостакович принял критику своих ошибок и заблуждений серьезно и глубоко. Выетупая на первом Веесоюзном с’езде советских композиторов, он говорил: «Как бы мнё ни было тяжело услышать осуждение моей музыки, а тем более осуждение ве со стороны Центрального Кюмитета, я знаю. что партия права, что партия желает мне хорошего и что я должен иекать и найти конкретные творческие пути, которые привели бы меня к COBeTCROMY реалиетическому народному искусству... Я должен искать и хочу найти пути в сердцу народа». «Песнь o лесах» являетея ответом советского художника народу на справедлавую критику его ошибок, В своей оратории композитор обращается к остро актуальной современHOM советской теме: он рассказывает о великом сталинском плане преобразования природы в нашей етране, о том, как гениальные идеи мудрото Сталина, претворяемые в жизнь наним ‘народом, становятея могучей силой, ведущей вперед развитие нашего общества, о пероическом трудовом подвиге советских людей. о радостном труле, ставшем в пантей стране делом счести, доблести и геройства. Глубокое идейное содержание ора` тории определяет и весь строй ее музыкальных образов. Музыка «Песни 9 лесах» пронизана ощущением свеTa, молодости, чистоты, солнечного ` жизнеутверждения. Советскому народу и ето вожлю— великому Сталину, героям битвы 38 словно помолодел, налился новой силой, мужественной энергией. Манера письма композитора экспрессивна в лучшем смыеле этого слова. Он умело использует выразительные средства симфонического оркестра, гармонии его свежи и оригинальны, подчас даже несколько пряны. Фн прибегает, и очень удачно, к индивидуализированию отдельных инструментальных партий. и на абсолютно новой симфонической основе воссоздает. эничееки `поторопливое развитие древнего мутама с вееми частями этой, по сути лела, циклической Формы. Б пуоличном исполнении мугам. Ниязи подвергея значительным купюрам. Причем композитор, вероятн9, из опасения, что вго музыка по-. кажется москвичам слишком длинной. сильно пересолил в евоем «с9- кратительном» рвении. Ряд -прелестнейших эпизодов благодаря этому исчез для слушателей, и, как это ни странно, сочинение показалось более однообразным, чем ено есть на самом деле. Это результат того, что по ‘неосторожности автора, резавшего, как говорится, «по живому месту», , изятию подверглиеь все эпизоды, отклОонНяюшиеся OT главной тональности мугама. Однако это лишь частное замечание. и оно нисколько не меняет высокой оценки нового сочинения Ниязи, составляющего, на наш взгляд, новый и ценный вклад в музыкальную сокровищницу Советекого Азетбайджана. Неудивительно то, что Rapa Raраев сюжетом для своей балетной музыки избрал поэму из знаменитой «Пятерицы» Низами. Скорее приходитея удивляться тему, что до сих пор еще никто не сочинял балета на поэтические темы «Семи красавиц» великого азербайджанского поэта. Ослепительная яркость красок, динамичность действия, Фантастическая театральность приключений сказочного Бахрам-Гура, роскошь и песказанная красота поэтического стиля Низами, скрытая в нем Hae) певно-ритмическая музыкальноеть не могут не привлечь к себе внимания балетного композитора. Но нужно обладать очень хорошим — Нам прелетоит еще прое тушать именно ‘Из-за севоеи незрелости, нелонемало кантатно-ораториальных, х0- работанности, из-за неумения авторов ровых и камерных вокальных прои5- велений. но ужеи сейчас можно ‹ уверенностью CRABATH, FTO COBSTCRHE композиторы в 1949 г. много и унорработанности, из-за неумения авторов убедительно и логично развивать свою мысль. Сильнее всего это ощущается, естественно. в коупных циклических формах — кантатах, ораториях, веимМололой азербайджанский вомиозитор Джангир Джангиров впервые выступает перед пгирокой аудиторией с крупным симфоническим и хоровым произведением. Тем более удивительно, что его симфоническая поэма е хором и солистом-певцом в первых же тактов обнаруживает мастерство хорового письма и недюжинное умение писать для симфонического оркестра. Симфоническая поэма «По ту сторону Аракса» — произведение талантливое, произведение, проникнутое сердечным жаром, одухотворенное высокой илёей. Можно назвать вимфоническую поэму Джангирова явлением новой, социалистической музыкальной программности. В еамом деле, картина страданий и борьбы той части братского азербайджанского народа, что живет по ту сторону Аракса, с потрясающей драматической выразительностью передана в произведении молодого композитора. Музыкальная речь поэмы Джангирова проста и задушевна, но срелства хуложественной выразительности чрезвычайно разнообразны именно благодаря чистой народности языка. Единственно, в чем можно упрекнуть молодого автора, — это в излишней громоздкости и некотором тембровом однообразии звучаний, Требуется еще некоторое дополнительное редактирование поэмы. 0собенно B апофеозе, вообще говоря звучащем очень хорошо, но местами слишком тяжеловеено. Однако речь идет именно о редакторской шлифовке, окончательной отделке — не больше. Много радости принесли нам новые произведения азербайджанских композиторов, показанные на третьем пленуме правления Союза советских композиторов СОСР. Их значительный творческий успех есть достижение всей советской музыкальной культуры. На этом примере отчетливо вилно, какой мощный толYOR развитию советекого музыкального искусства был дан поетановлением ЦК ВЕП(б) об опере «Великая дружба» и как много прекрасного могут делать художники, Когда они стоят на верном пути. жио наредкость удачно. Бпрочем, это можно сказать 060 всех частях сюиты, в особенности же о последнем ее номере — великолепном маршешествии. Но плавное лирическое адажио выигрывает. еще исключительной тонкостью и благородством тармонического стиля. Оригинальный, замечательно оетроумно сделанный «Танец шутов» представляет собой прекрасное скерцо. Здесь стремительно мчащийся звуковой поток словно блещет веселыми улыбками, сверкает тысячами потешных огней, откликается взрывом смеха на неведомую шутку. Можно было бы потребовать большей музыкальной изобразительности `«Портретов семи красавиц», нацисанных отчетливо, но слишком уж эскизно. Это скорее музыкальные силуэты, нежели портретные характеристики. Портреты семи красавиц мелькают, как в звучащем калейдоскопе, и мы попросту не усневаем их как следует «разглядеть». ’Вирочем, запоминаются меланхолические томные” силуэты индийской и магрибекой красавиц, особенно 10- следний, написанный в условно «мавританском» стиле, и чудесный лирический образ «ирекраснейшей из прекрасных». Но вот е музыкальным портретом «славянской красавицы» у Кара Караева получилея несколько неожиданный казус. Насколько нам помнится. «славянская красавица» Низами есть русская царевна, и, таким 0бразом, великий азербайджанский поэт точно указывает национальность эт9- то персонажа поэмы. Между тем, У Караева силуэт «славянской красавицы» вышел красивым, но расплывчатым и лишенным точной национальной характериетики. Мы уже упоминали: о заключительHOM марше-шеетвии из сюиты Raраева. Шо мастерству оркестрового письма этот марш — явление исключительное. Можно смело предеказать ему долгую и самостоятельную жизнь на нашей концертной эстраде и приTOM во множестве воевозможных 0бработок для различных инструментов и инструментальных ансамблей. Это. произведение во всех отношениях. атестянтее. Но и в пелом сюита является крупным успехом талантливого азербайджанского композитора. рбайджанский симфонизи но, также в украинской (поэты-кобзари) культурах, но не имеющее ничего общего ни с западноевропейеким феодальным миннезангом, ни ‘с цеховым мейстерзингеретвом, В’ отличие от типичного искусетва княжеских, заиковых кругов — миннезанга — и городского «бюргерекого» мейстерзингерства мугамат есть явление народного искусства, хоть оно и подвергалось эксплоатации и искажениям в интересах феодальной, а затем и буржуазной верхушки общеетва. Необходимо напомнить 0 том, что по очень глубокой мысли покойного Узеира Гаджибекова, «стройная система азербайджанских ладов и строгие законы образования осмысленной мелодии не только не пр»нятетвуют введению многогмловия, а наоборот, представляют собой крепкий фундамент для строительства крупных многотолоеных форм, основанных не на мертвых ...гаммах, а на живых и жизнеспособных ладах азербайджанской народной музыки». Что же удивительного в том, что азербайджанские композиторы, отыскивая пути к ностроению национального симфонизма, обращаются к сокровишнице мугамата, к многочастным формам — ладам, образующим стройную систему в национальной музыкальной поэзии. Нужно заметить, что задача, поставленная и ренценная Ниязи, в некоторых отношениях более сложна, нежели задача, решенная в симфонических мугамах Фикрета Амирова. В системе мутамата мугам «Раст» занимает 060б0е положение. По словам У. Гаджибекова, устои этого мугама настолько крепки и логичны, ° что вполне оправдывают его имя «Раст», что значит прямой, правильный. Разумеется, это ко MHOтому обязывало композитора, и, насколько нам удалось это установить, слушая исполнение симфонического мугама Ниязи и изучая ето партитуру, композитор строго следует здесь классической конструкции мутама. Й что же! «Мать мугамов». ли исполнения в Москве симфонического мугама «Раст» Ниязи. Это уже второй опыт симфонической разработки азербайджанского мугама. Первый удачный опыт был сделан Фикретом Амировым, автором двух, симфонических мугамов «Шур» и. «Кюрди-Овшари». В этих своих симфоническних сочинениях Ф. Амиров сумел не только сохранить, но и у лить главнейшие особенности agepбайджанекого народного музицирования. То же самое сегодня мы должны сказать в симфоническом мугаме «Pact» Ниязи. сочинении, на наш БзГглЯх, превосхолном в самом полном. смысле этого слова. Дело не только в личном успехе, композитора Ниязи. Продолжение симфонической разработки азербайджанских мугамов имеет огромное принципиальное значение для дальнейшего развития азербайджанской советской музыкальной культуры. В древнем, развивавшемся, на протяжении многих веков искусстве мугамата кристаллизовалась в развитой и точно фиксированной форме национальная культура азербайджанцев, и отрицать корневые, органические связи мугамата с народной вокальной и инструментальной, песенной и даже танцовальной музыкой совершенно невозможно. Только поэтому искусство мугамата и сохранило евою жизненность BILIOTh дю нового времени. пережив феодализм, в то время как запалнюевропейский миннезант умер вместе с феодальным устройством европейских стран и вырождался вместе с ним. Вообще нельзя не считаться с тем, что поэзия азербайджанских професвиональных певцов. знаков мугамата. вовсе не знала том мертвенного окостенения, какому подnNannrirny. рати лата РУКА Зет _ ИРИНЫ окостенения, какому ae Бель западноевропейские миннезанг и цеховое мейстерзиитер‘ство. и это паилучшим образом сви`детельствует © том, что мугамат — явление совершенно иного порядка, ближе всего стоящее к русскому сказительству, имеющее параллели в. армянской, грузинской, узбекской, Интересно проследить, как в процессе развития советской музыкальной культуры шаг за шагом опрокихывается множество. «теоретических» построений бу ржу азной музыкальной науки. Музыка внеевропейских народов отделена от музыки народов европейских глубокой пропастью, через которую никогда не переправится ни один народ Востока. Многоголоене, тонико-доминантный тармонический строй, кадансовые заключения, циктические формы музыки европейских народов, 12-ступенная темперация, инструментальный арсенал симфонического оркестра — все это недоступно и никогда не будет доступно внеевропейским натюдам.— так примерно выглядит главный тезис буржуазного музыкального востоковедеНИЯ. Здесь, так же как и в любой друтой области буржуазной науки, изпод профессорского берета нередко выглядывает бульдожья физиономия империалиета-колонизатора. За тридцать два года, легендарно короткий срок, народы Советского Союза создали национальную музыкальную культуру совершенно нового типа. Й теперь, вопреки предеказаниям буржуазно-музыковедческих оракулов, у нас существует развитая симфоническая музыка, созданная внеевропейскими народами. Сегодня, например, уже можно товорить 0б азербайджанской симфонической музыке, како чрезвычайно трупном = напионально-еамобытном, Брупном, FAGAN VAG DEL Vn 8 мощном художественном явлении. Молодые азербайджанские комнозитозы-симфонисты составляют уже целый отрял. В партитурах Кара Караева, Ниязи. совсем еще молодых Д. Джангирюва, Ф. Амирова и ряда других налицо и настоящее техническое мастеретво, и основательная художественная культура, и свежая, сильная музыкальная мыель HW, GTO, B КОНЦЕ КОН Цов, самое важное, глубокая идеиность. истинное воодушевление. Мы е особенным интересом ожидатуркменской, таджикской, несомнен-. старинный азербайджанский «Раст» ! художественным вооружением для то-