Алексей. ПАНТИЕЛЕВ

 
	не скучно? Почему он не приедается? Ведь
каждый день мы здесь... Ты заметил,
у нас — ни одного стриженого дерева, ни
одной стриженой лужайки, ни одной прямой
дорожки, все вьются, кок в лесу, и ни одна
не подпудрена песочком. — Павел вдруг
слегка ссутулился, подражая Вудимову, и,
тряся невидимыми граблями, закрачал ста­риковеким фальцетом; — Еще Лев Наколае­вич ‘Толстой говорил: стриженое дерево
и стриженый пудель — зто падругатель­ство...

Лазарев с нескрываемым удовольствием
тромко расхохотался. Павел продолжал:

— Ну, конечно, уголок чеховского сада
у нас всякий найдет. Вот они — вишни...
в парном молоке... Или вон, прямо е карти­ны из Третьяковки: березки стоят над ни­зиной зеленой. И яснополянский лес я
узнал, как будто видел его в жизни —
Алтухов указал себе за спину.— Там, зна­ешь, за яблонями -—— чалнобка такая, где
соловьи наши... расквартировались... Неда­ром они там, они в этом деле разбирают­ся. А вот где y Hac, по-твоему, тургенев­ская опушка?

— Что, что? — переспросил Hazapest
наигранным испугом.

— Ты охотился когда-нибудь?

Лазарев вздохнул.

— Я тебе говорил: мой отец был не лес­НИК И даже не плотник, а каменщик.
Я по нустыуям в mBaMMarie годы охотилея­то...

Алтухов тоже вздохнул.

— А мне так довелось  побродить но н6-
битому лесу к концу ‘войны... Ни одного
патрона не израсходуешь, а возвращаейь­ся — сам простреленный навек... Видел ты
У нас за соловьиным домом еще поглубже
волчье лыко? Ядовитый такой кустик —=
и ягоды ядовитые и кора. А цветы pd3d­вые, пахнут хорошо, с них пчелы берут
самый ранний взяток меда. И там же кип­рей — травка мохнатая, цветет летом, точ­но горит, красными цветками, И ягель­HEE там же. Ла, где у нас грибы HAXORE­au, ‚ землянику.

— Знаю, знаю...— вивнул головой Ча:
зарев.

— H sor aa ato a особо. уважаю Буди­мыча. Дотадалея у нас в парке настоящую
муравьиную кучу завести. Скошенным се­ном пахнет, сквозь папоротники не проде­решься... Это русский парк, bycenaa сили­ща, русская красота.

Павел и парторг вернулись к RyCTY жи­холости, у которого встрегились. И, как и
‚В самом начале, не сговариваясь и не взгля­нув на часы, вместе, в ногу пошли в цех.

— Ты, конечно, был на последнем акти­ве? — спросил: партерг, — Под Ва Mad
‘директор собирал...

— Hy?

— Слыхал, как он размахнулея?

— Her... ха

— Hy, как же... То; товорит, что вы
‚сейчас видите, это — первая очередь. Ныне,
‘говорит, мы беремся за вторую: пубть. зе­лень, живая сила леса, сада, луга, вторгнет­ся непосредетвенно в наши цехи. И не роб­‚во, как теперь, не в виде’ ящиков и горш­ков с цветами, не в виде бочек с пальмами,
которые сейчас у нас медленно помирают
‚в тени, — чуешь? — а в полную мощь, ши­‚роким зеленым фронТом... чтобы кормление
свежим воздухом у нае было прямо у pabo­чего места: у станка, у тисков, у стола.  

— Так вот откуда ветер дует; Это я
прослушал... А я думал:“Кудимов размеч­тался... Он, понимаешь, полжизни XO Hame­го рождения прожил, а В мечтах ужё при
коммунизме живет. * 

— А эт0 и есть коммунизм; сказал
Тазарев так просто, как будто называл вре­мя дия. — Однако, прямо‘скажу..: чтобы в
тени, без солнца, около машины там i
масло, железные опилки, стружка — зацве­ло... поверить не просто, а нето что bre
лать.

Алтухов медленно сжал кулак п вы­разительно показал вдоль аллеи лип, по
Боторой шел с Лазаревым.

— Ты вспомни, что и первую: очередь
когда-то... две-три тысячи дней TOMY. .Ha­зад... считали мечтой... чудачеством... не­реальным делом. А вот она — мечта: ее по­щупать можно, мы ‘дышим ею, букеты из
нее делаем, читаем ве, как книгу, в краси­вые книжечки записываем... -

— С чего же Роман Петрович думает
начать?

— Он так говорит: первыми пойдут в
разведку папоротники, можжевельник...
ландыш, лесной мятлик... потом туи, kama
рисы, ели...

— Им, что же, меньше солнна надо, так
понимать?

— А что — солнце? — воскликнул Ал­тухов, улыбаясь.— В Маяковскому оно хо­mmm в гости? Ходило, когда его добром
позвали. Надо только суметь позвать.

— Hy, это на словах... — усмехнулся
Лазарев.— Сказать: можно и в рифму...

— Сказать в рифму — большое дело
сделать,— возразил Алтухов,-— А лнезной
свет?.. А кварцевые лампы... И еше что­нибудь, чего мы не знаем, а уж академики
знают. А мичуринская наука! Это разве не
солнце? Нет, к Маяковскому оно, не шутя,
приходило. Не на словах, на деле. В это я
кренко верю. Неспроста Кудимыч ссылается
на Маяковского;

Я знаю — город будет,

Я знаю — саду цвесть,
Когда такие люди

В стране в боветекой есть.

— Романа Петровича послушать, так
нам всем еще по сто лет жить, — заме­тил Лазарев насмешливо и одобритетьно.—
Аромат, говорит, левкоев и Этих... как их...
флоксов сильнее химических  средетв —
хлора, сулемы, формалина.

Подходя Е цеху, замолчали, невольнб,
незаметно для себя подчиняясь его рабочему
шуму, деятельному движению. Парторг
обернулся к саду и, широко, свободно. вздох­нув, заключил с т:

— Честное слово!.. Не скажу: красота.
Так всякий скажет... А это, понимаешь, мо­тушество!.. Это, товарищи дорогие, цветение
нашего с вами труда. Это молодость вашей
жизни!

— Факельщики хотят сжечь наши ¢a­ды, —— сказал Алтухов в тон dagapesy,
точно © трибуны. — Ho эти сады теперь
стали дороги сотням и сотням миллионов лю­дей. Мы наше булущее растоптать. не 10330-
лим, Цвели и будут цвести наши сады,
Солнце-то не потушишь!

 
		«КОМСОМОЛЬСКАЯ ` ПРАВДА»
  мая 1950 г. ь 8 стр.
	Вюгда Алтухов вышел из дому, солнце,
наконец, взяло свое. Алтухов видел, Kak
прорвался сквозь туман первый солнечный
луч, подобный широкому мечу. Луч уперся
в мокрый асфальт и, точно в зеркало, про­ник: в глубь его. Долгую минуту горел он
один посреди ‘еще пасмурной улицы, и ма­щины, казалось, объезжали его, отражая в
свойх стеклах и кузовах его металлическое
сияние,

А когда истекла эта чудёсная минута,
в тумане вверху уже нестерпимо голубело
большое окно. Сквозь него потоком лились
солнечный жар и свет и широкими валами
омывали улицу, гоня по стенам домов и
асфальту текучие пенные барашки пара,

Завод представился Павлу обновленным.
Дощалый скромный забор у проходной,
казалось, был шит из замши. Неугасимо
горело кольцо красных л0з вокруг цеит­‚ральной клумбы, В яркоголубом небе сияла
бронзовая скульптура Сталина. `

На липах, кустах, цветниках заводекого
‘парка лежала крупная роса. Так бывает
нечасто: роса и волнце — в полную Chay.
Taps сверкал, точно был заврызган разно­цветным стеклом.

`Сырое душистое ‘дыхание зелени заста­вило Алтухова бессознательно улыбнуться.
Не спеша он зашагал по главной аллее,
меж цехов, Эта привычная, излюбленная
многими на заводе прогулка именовалась
цветочной зарядкой. От троллейбусной oc­тановки — в ‘сад, один круг — по саду.
Четверть часа, и ты--—другой человек: На­дышишься, насмотришься, выпрямищься и
с сердцем, согретым прелестью ‘цветов, де­ревьев, кустов и травы, -— в цех.

В саду не мешали друг другу. Волдов­ское` место. Захочеть ‘уединиться — и ты
один. Захочешь найти по настроению това­рища — вот он, идет навстречу.

От кряжистого могучего куста жимоло­‘сти, покрытого пушистыми матовобелыми
цветами, отделился кряжистый, могучий че­‘ювек со скуластым. обветренным лицом.

— Здорово, парторг!

— Здорово, мастер! — с удовольствием
узнали они друг. друга.

`Последовало рукопожатие, тяжко связы­вающее руки от ладоней до плеч, такое
горячее, будто Алтухов-и Лазарев вотрети­лись после длительной. разлуки.
	Олнако Павел был в ©аду чуть ли He .3a
	час до’ смены.. Богда же я появился
парторг?
— Я ночевал’ тут — под кустом, —
ответил Лазарев; угадывая вопрос Алтухова.
Они зашагали в глубь сада, как и 06
этом и уславливались.
	_ — А умнейший все-таки у нас мужик
Будимов Роман Петрович, начальник зеле­ного цеха,— начал Лазарев, уютно закла­дывая пуки за спийу.— Носмотришь в ли­цо — за морщинамий кожи не видно. А серд­це молодое!

— Даоон не старый, — заметил Павел. —
Тронь его пальцем — ушибещься, Если 6y­дет жить, как сейчас, еще сто лет иро­вивет... а ce

— To есть на чистом воздухе, что ль?

— Его воздух — мечта, — и согласился
и ‘возразил Павел. —А мечтатели,  зиа­ешь,—неизноеный Народ. Кудимов-— дядька
	А каре ие чом Ане
„т-Гнержавеющий. Он Весь поёт, как ROOK:

 
	ПИ ЛЕН

— Вот, ‘именно. ‚рассмеялся Лазарев —
bien с0’своими персональными. грабель­ками и бурчит нараспев, чисто ‚монах —
молитвы. Что`он бурчит?

‚.— Стихи, Будимов их знает страницами
наизусть: от Пушкина до Маяковского,  

Лазарев с жаром тряхнул головой:

— Люблю этого человека! ‘.

Поперек дорожки по черной от outpoert
	земле протянулась тонкая ватная стрелка
	тумана. Лазарев и Алтухов осторожно: пере­пагнули ее. высоко поднимая ноги, чтобы
	  не задеть. Но она. словно иепуганная ими,
	изогнулась змеей, поползла и в О
ду растаяла в воздухе.
	Алтухов тихонько засмеялся. А Лазарев
	поднял голову, как бы обнял взглядом весь
сад и проговорна, откашливаясь без нух­ды часто: ^

— Я... лично... Павел Никитич... в цве­тах... конечно... ни черта... неё понимаю...
	$ ®
	Отрывок из повести
2 ва
	— Ну, для примера...-—- проговорил да­зарев. — Вот, детишки энают, что мы зави­маем шестую часть земли. А что это такое
одна шестая? Ведь нашей границе длина,
оказывается, 60 тысяч километров. А
всей земле по самой шири, по экватору —
сорок. Теперь: только на одну треть грани­цз — 0 зуше. А на две трети — морская:
	3 океана, 12 морей. Вогда в Ленинграде’
	$ чзеов вечера, на Чукотке 6 часов утра.
Это значит, всей планете — Земле — пово­рачиваться вокруг самой себя десять часов
кряду... А она — мала-мала, а вое-таки
шафик-то aCTPOHOMTYECKER.. .. и вертится,
Ban дай бог каждому!.. Так вот, десять
часов крутись, тогда только нодетавишь
солнцу сперва Чукотку, потом Ленинград.
вот цифра. В нашей партии в
17-м году, к Апрельской конференции, было
80 тысяч членов. А сейчас, после всех по­терь войны,—6 миллионов и 300 тысяч
человек. Или такая, скажем, цифра: во­семьсот миллионов человек. Что это такое?
Это, брат, полмира! Это лагерь социализ:
ма —— свободные народы, хозяевь своего
будущего, Надежда всего мира. Восемьсот
миллионов. Великая цифра! Или вот тебе
цифра —— маленькая... Как,  по-твоему,
сколько у нас в. ботаническом салу сортов
pos? Только роз, одних сортов... 3 тысячи
штук. ‘А всего в природе их — 5 тысяч,
Пять тысяч р03 — и все разные... Давай
закурим.

Лазарев вытащил папиросы, протянул
Алтухову.

— И еще тебе дам. кое-какие WHODH,—
продолжал парторг.— Хотя эти ты лучше
меня ‘знаешь. На заводе я человек новый.

— Вак новый? — поинтересовалея Ал­тухов.
		52 этаже высотного здания -— главного корпуса Московского `
	университета.
	Несколько дней назад сюда, на ику, пришли ученики
7-го класса московской школы № 135 Юрий Брегадзе, Baneput
Хранченко и Владимир Богданов. Юноши мечтают учиться на
физико-математическом факультете Московского государствен­ного университета. Много интересного узнали они из рассказов
строителей нового здания `университета, где они будут учиться.
На снимке (слева направо): бригадир монтажников Василий
СТЕПНОВ объясняет приемы установки ‘вертикальных колонн
металлического каркаса Юрию БРЕГАДЗЕ, Валерию ХРАП­ЧЕНКО, старшей пионервожатой. школы № 135 Александре
МАКЛАКОВОЙ и Владимиру БОГДАНОВУ.
		АМЕЧАТЕЛЬНАЯ традиция у строителей высотного зда.

ния Московского государственного университета, соору­жаемого на Ленинских горах: в большие праздники коллектив
зажигает на высшей точке металлического каркаса’ здания
взвезду социалистического соревнования».

Металлическая звезда диаметром 16 метров поднимается все
выше и выше, 21 декабря, в день 70-летия со дня рождения
товарища Сталина, она загорелась на 12-м этаже, в день вы­боров в Верховный Совет СССР яркие огни звезды вспыхнули
на шестнадцатом этаже. - . к у

В конце марта строители решили зажечь звезду на 22-м этаже
не позднее 1 мая. Отлично поработали на первомайской стаха­новской вахте верхолазы — монтажники, каменщики, облицов­щики, бетонщики. 29 апреля зажглась пятиконечная звезда на
	МИР ПОБЕДИТ ВОЙНУ

гда значителен и радостен праздник
о мая — день братства и единства
цихеся всех стран, день смотра бое­‘ил международного рабочего движе­Прекрасен и этот, шестьдесят первый
С верой в светлое будущее, с
в торжество передовых идей встреча­о миллионы мужчин и женщин обоих
арий. Перед угрозой новой войны,
преступными происками мировой ре­они еще теснее соединяют свои ря­- ряды стойких защитников мира и дэ­THE,

ачные силы имлериализма снова хо­вергнуть человечество в зловещую пу­войны, в хаос бедетвий и разрушений.
ему миру рыскают военные и дипло­теские агенты Уолл-стрита, безумные
дуры массовых убийств, проповедни­отальной дипломатии», нихионы ий про­mPLt resiamrady amaunuy fowh w uve

нир», доставивиий американское оружие
для Италии по Северо-атлантическому пах­ту. В ожидании. прибытия транспорта
птальянские` власти ввели осадное по­ложение ‘в’ порту, заняв ето. крупны­ми силами’ полиции и ‘изолировав”, от
внешнего мира Заграждепяями из “Ro­лючей проволоки ‘и противотанковыми
препятетвиями. В связи с ‘этим сфеди
трудящихся царит возбуждение. Хомитет
движения сторонников мира провинции
Неаполь и исполком ‘незполитанской пала­ты труда, собравшиеся накануне прибытня
американского транспорта, обратились к
трудящимея Неаполя с призывом’ заявить
протест против «преступной провокацион­ной политики подготовки войны, сбздат­щей смертельную угрозу для безопасности
граждан».   я
Значительные круги английской моло­дежи. отказываются вступать в так назы­ваемую добровольческуо военную органи­зацию, в которой молодежь подготовляется
для службы в армии, морском п воздушном
флотах, Недавно в Хэмистеде (Северо-Запад­ный Лондон) демонстрировался военный
Фильм «Они остались сплоченными», ко­торый был,‚снят с пропагандистской целью
дяя открытия, кампании по вербовке добро­вольцев. ‚Но. местные жители. превратили)
	военную демонстрацию. в демонстрацию. 5&-
щиты мира. Как только перед экраном по­явился генерал лондонской бронетанковой
кивизии Паймэн, собиравшийся призвать
молодежь вступать в армию, на присут­ствующих посыпались листовки, требую­щие запрещения атомной бомбы, а речь
бравого генерала была прервана возгласа­ми: «Не хотим новой войны!».

Как известно, англо-американские импе­риалисты делают особую ставку на немец­кую молодежь, надеясь использовать еэ в
качестве пушечного мяса в войне против
Советского Союза и стран народной демо­кратии. Но молодежь Германии все болев
онергично выступает в защиту мира. Не­давно в Гамбургском университете атен­том американской разведки Гильлебрандтом
	  быя созван митинг надистов. лемократиче­ская молодежь сорвала этот митинг. Вогда
Гильдебрандт ‘и руководитель гамбургских
фацистов вошли в зал, они были встрече­ны возгласами; «Поджигателей войны—
вон из зала!», «У вас из карманов падают
доллары!». Демонбтранты пели «Интерна­ционал» и’ провозглыцали приветствия в
честь Сталина, Советского Союза и Герман­ской демократической. роспублики.

Борьба за мир—суровая и трудная борь­ба. Она не обходится без жертв, без жесто­ких испытаний. Правящие круги США и
Англии, ‘Франции. и Италии преследуют
сторонников. мира, стреляют-в мирных де­монетрантов, ‘бросают их в тюрьмы. 28 ап­реля каналокая полиция произвела налет
на помещение Совета; борьбы за мир в Мон­реале. Власти Южно-Африканского (0038
еще за poxcan до 1 Мая сосредоточили в
районе Иоганнесбурга танки, боовемаши­страций. № таким же мерам прибегают и
военные влаети Западного Берлина. -гото­вящие репрессии против участников пер­вомайской демонстрации. ue

Ocoboe возмущение трудящихся всех
стран вызвало преследование виднейшего
французского. ученого и общественного де­ятеля, одного из автивнёйших -орРанизато­в движения за мир профессора Фредерика
Ж®олио-Кюри. В влепой ярости перед расту­щими прогрессивными силами французские
реакционеры подняли руку на человека, чье
имя является . национальной гордостью
Франции; an oO

Но никакие ‘угрозы,/никакие запугива­ния и провокации ие могут поколебать твер­дой воли борцов за мир и демократию. Вее
теснее; вба сплоченнее и шире становится
могучий лакерь поборников мира. В‘авантар­де великой ‘битвы за мир идет героический
советский народ, мужественно и последо=
вательно отетаивающий сталинскую поли­тику мира. Прогрессивное человечество BH­дит, что’ только социализм обеспечивает
подлинную свободу и безопасноеть наро­дов. В великом Сталине люди видят испы­танного и закаленного: знаменоспа священ­ной битвы за мир,.38. счастье-и-свободу все­го трудового человечества.

В эти солнечные майские дни, когда ве­тер полощет алые флаги на огромных про­странствах земли, новой надеждой и новой
верой полны сердца простых людей. Они
верят; что Фронт мира и демократии крепок
и непобедим; °Они Знают —— мир ‘победит
	А   - 40, OBPAKOB.

Н. КНЯЗЕВ.
	‚встретило горячее сочувствие у всего про­треесивного человечезтва. Во всех ¢Tpa­нах, в том числе и в таких цитаделях им­периализма, как. США и Великобритания,
миллионы людей доброй воли ставят свои
подписи под воззванием. Запретить атомное
	оружие, объявить военным преступником
то правительетво, которое первым приме­нит атомную бомбу! — под этими требова­ниями подписываются все, кто верит в тор­жество разума и прогресса, вто жаждет
спокойствия и мира, свободы и счастья.
Рели обозреть только последние сообще­пия, поступающие со всех концов мира, TO
и по ним можно судить, какой отклик на­шло воззвание Постоянного Бомитета в
	сорднах всех честных людей. Нет такого
уголка на земном шаре, где не обсужда­лись бы насущные проблемы борьбы за
	МИГ!
	РОДИНА СЧАСТЬЯ
	Бетры,
говите_ с планеты ненастье!
	Солнце, —
лучами весь мир oGuaMait!
Родина myxectea, 7
$ „ света
и. счастья
празднует Первомай.
Радость, :
на улице. неугомонной
лейся из наших сердец через край.
Песня-орлица,
лети вад колонной,
крылья знамен’ вздымай. . ми
В славе, ee
с которой дошли до. рейхстага,
знамя пылает победным. огнем,
К цели высокой .
стремительным arom,
раны врачуя, - Г
идем. -
Вынесли тяжесть огромного веса;
Пушки умолкли...
По горло забот!
Каждая вспышка огней Днепрогэса
нас
к коммунизму
зовет!
Каждая свежая рельса и шпала,
каждый вагончик угля и руды,
буйные всходы —
‚где степь пустовада,
на пепелищах —= . м
а
rasan, как могучи
у naponune naeun!
Beano крепка.
у народа рука.
Кто. нашей поступи
станет перечить?.
Сломим
любого’,
Г ‘врага!’
Ветры,
гоните с планеты ненастье!
Солнце,
лучами` весь мир обнимай!
Родина радости;
света
и счастья
	празднует Первомай.
А. КОСАРЬ.
	г. Кемерово. -
—O-—
		— Я пришел < Первого белорусского
после ранения... Ведь тут, говорат люди, —
кто знает; кто сам видел,— не было ни
былинки. .бобетвенно: самой почвы-то не
было. А были щебень, гравий, пыль извест­ковая, пыль цементная, строительный му­сор. У. меня отец — каменщик, я это по­нимаю. Выходит дело, самую эту почву, па
которой мы стоим,— на ней сейчас все и
растет,-——сюда завезли. полностью. Целиком.
	— Да, всю,—подтвердил Навел, опуская
глаза, точно его самого преувеличенно хва­Пили.
	— А теперь — что?’ оеленый цех за­нимает 25 гектаров. В нем — 13 тысач де­ревьев, 30 тысяч кустов. Акации эти...
жасмин... сирень всякая... жимолость... За­блудиться можно. Я сюда прихожу трезвый,
ухожу хмельной. Одних нветов: 50 тысяч
многолетников и 200 тысяч однолетних.
И вся работа—за 7—8 лот. Я... не
знаю... конечно, как кому... но мне эти
пифры... нужны. Для души. Они сами цве­тут, если хочешь знать, если умеенть по­НЯТЬ 10, что’ надо понимать человеку. И я
эти цифры у себя в башке рассадил клум­бами и считаю. что она не такой пустой
стала, как до этого дела.

Алтухов взял парторга нод руку, они
долго шли по парковой тропе молча. Алту­хов ничего не сказал, даже не пожал ему
руки, но Лазарев чувствовал: их сердца
бились созвучно,

Туман совсем растаял, и в саду утасал
стеклянный блеск росы. И все полней и
пышней выступало под солнцем вешнее цве­тение кустов и’деревьев.

— Знаешь, парторг,— начал Алтухов, —
я вспоминаю сейчас слова Кудимова. Ро­ман Петрович глубоко смотрит. Мы вот
	  ходим здесь... Мы не все видим, что он
	*

— Bro верно.

— Я скажу про себя. Я что вижу? Оей­‘час весна. Весна — это для меня черему­ха, яблони, вишни. Как они пветут... Ты
смотри: белый ‘дым... парное молоко.: Чи­ctord... Бак взгляд у ребенка. Прямо. тро­тательно. Руками: этого не слепишь, И’ не
нарисуешь. * Никогда: Это ‘нерукотворное:
cama весна... А лотом, Jerou­—Я под липы.
Как. оденутся они берьгами. ЦыЫГаНскимИ...
Как полетит с тополей облакажи пух... Раз­ве это опишешь, Одно слово == лето... И
возьмем осень.. ‚ Ты: ‘предетавь: листва уже
медная, опадает. А’ сквозь нее — ‘рябиновые
ягоды, кистями. д красными. фоназями. Она
ведь скромненьвля — рябина-то. Куда ей до
той же сирени, А почему мы о ней. песни
	поем? Рябина... Осень... —
	== Wyo we тебе еще видеть. нужно? —
развел ‘руками Лазарев:
	Подарок днепропетровских   чах.. конечно... ни черта... ие понимахо...
Нето, чтобы оно — женское дело. Я этого
комсомольцев He скажу.
	— Да уж. сказал!
— Не в том беда.
	29) апреля из ворот паровозоремонтного
	завода Министерства. путей сообщения вы­— Не в том беда. Было время: нето
что нам; мужикам, & и женщинам оказы­А И Я а м См

шел, поблескивая свежей голубой краской   ралось не ло цветов. Вот она где, беда-то.
	КОТЫ РИ — O_o ER EEE та

А теперь коенись меня, так я, брат, краси­вую книжечку завел, а в ней — странич­ка..- Лазарев вытащил. красивую KUSI­и никелем, мощный пассажирский магист­ральный паровоз «И0-20-580». Сверх ап­рельского плана его капитально отремонти­ровали комсомольцы ‘и молодежь сборочноко, жечку. ’ раскрыл остраниячку.— Могу “rede

котельного, арматурного, Тендерного и дрУ­прочитать, какие у нае водятся... в зеленом
гих пехов завола На передней части ло­у’ селен  Tlawanvitera Ilo amdani­комотива красуется бронзовый
		ги 10- цеху... объекты... Пожалуйста. По алфави­значок   ту..—И Лазарев стал читать, с0 вкусом
	выгбваривая каждое слово: Астры. Геор­тины. Гвоздики. Гладиолусы. Горошек...

душистый... Дальше: ирисы... — Лазарев

сделал ударение‘на втором «и».
	— Ирисы, -— поправил Алтухов, перене­ся ‘ударение на первое «и».

— Погоди, не перебивай, — не понял
его Лазарев, увлеченный звучностью слов
и многоликой красотой того, что за ними
стояло. — Ирисы, — повторил он .пойреж­нему.-—Канны. Левкой, Лилия. Настурция.
	_ Пионы. Теперь: табак...
	` — Опять ` же. ‚душистый. „улыбнулся
Павел.  

— Обратно — душистый! —авафтно. BEI
товорил Лазарев. Дальше: тюльпан. Флок­сы. Так’... Й. понимаешь ли, вне очереди за.
	‘писано — роз&! Всем цветам. цвет. Бо. всех
садах по всей земле этому цвету красный
‘угол.— Лазарев потряс красивой книж­Хой. — В голове эту премудрость и сейчас
не улержу, однако процитирую... хотя бы
й жене, хотя бы и на партсобрании!

’‘-— Надо будет списать у тёбя... эту

 
	фштартахку..,.
	БВ первых рядах движения за мир вместе
с Советским Союзом идут трудящиеся стран
народной демократии. В Болгарии под воз­званием Постоянного комитета подписалось
свыше четырех миллионов человек, Трудхя­шиеся Польши. Чехословакии, PYMBIQEA,
	овнгрии и АЛОЗНИИ,  IQUIMChIBAdCh Под
воззванием, заявляют © своей готовности
служить делу мира. Во всех городах и е­лах свободного Витая собраны уже десятки
миллионов подписей. Китайский народ, за­евавший независимость в результате: дол­гой и упорной борьбы, особенно хорошю зна=
ет цену миру и своболе. Активно проходит
сбор’ подписей во всех провинциальных и
уезлных центрах Северной Коуеи.
	Решительно выступают в защиту мира и
	трудянтиеся капиталистических стран. D
крупнейших горолах Англии —— Дондоне,
	Ноттингаме, Бирмингаме, Ковентри, & также
в Шотландии и Уэльсе рабочие охотно под­писываютея пол возэванием Постоянного
	писываютея LOT вобданием постоянного
комитета и созывают местные конференции
мира. Исключительное елинодунтие прооявля­ют в эти дни французские трудящиеся. В го-`
роже Шюто ` (лепартамент Сены), на’ пред-.
	лприятии «Бизотон», воззвание подписали
100 процентов рабочих.

Успешно проходит сбор подписей. в Ин­дии. Постоянный комитет сторонников мира
Бомбейской прозинции уже собрал несколь­ко десятков тысяч подписей. Такое же кб­личество собрано в Дели, где прошли мно­голюлные митинги в защиту мира. .

Миллионы, десятки миллионов подпи­сей... Всв передовое человечество поднимает
гневный голос протеста против факельщи­ков войны, против мрачных фашиствую­щих рыцарей из латеря англо-американской
реакции.

Но это не только протест! Борцы за мир
и демократию переходят ‘от пропатандист­ской деятельности к конкретным и эффек­тизным действиям. Недавно в Марсель при­был поезд в военными материалами. По
призыву местного комитета защиты мира на
	‘вокзале состоялась многолюдная манифе­стация протеста против разгрузки состава.
Рабочие и железнодорожники отказались
разгружать поезд.

Утром 29 апреля в неаполитанский порт
прибыл американский транспорт «Пайо­Паровоз отправлен в. адрес депо Москва   гины. Гвоздики.
Московско-Ахрской железной дороги. Он 6у­лушиетый..; Да:
	дет передан лучшей молодежной бригаде.
ДНЕПРОПЕТРОВСК. (Наш корр.).
	КОЛХОЗНИКИ ПОКУПАЮТ
ABTOMCOBHIIK
	АЛМА-АТА, 30 апреля. (Наш корр.).
Многие колхозники республики к междуна:
	родному празднику 1 Мая приобрели авто­машины. Вчера, предбедатёль колхоза «Вум-:
	ПТота» Свердловского района Джамбулекой
	области тов. Ян-Чук-Си купил в личное:
	пользование легковую ‘мащину «Победа».
Это 110-й легковой автомобиль, проданный:
алмаатинским магазином в ныненгнем году.
	Автомашины «Победа» приобрели недав­но, колхозники Вабулбек Мананбаев, Алакул­ла Сапаев, летчик, Имамутдин” Зайнуйдинов,

преподаватель\ Фельекой’. ‘ередней_ “WEOTH
Бонстантин Кремнев и другие... ^

 
	Массовые гулянья. молодени
	Ташкент по’ праву: называют городом-са­дом.   мая. здбсь. открывается 11 парков.
	вультуры  и ‘отдыха. Во, всех парках, и бадах 
состоятся массовые: гулянья” молодежи. a
Празхнично, нарядно: выглядят Улицы,
плошади и’ скверы города. Веюду много зе­лени, иветов. На больших полотнищах пер­вомайские призывы ЦВ, ВКП(б).
Замечательными трудовыми успехами
встретили ташкентцы праздник. На Таш­кеятском. текстильном . комбинате ‘имени  .
	Сталина ` более `5.000 работниц несли пред­майскую  вахту и успешно выполнили свои
	обязательства: .
ТАШКЕНТ. (Наш корр): ” ``
	w= Советую,— сказал Лазарев. — Ты х0-
	постой, твоя вся жизнь впереди...
	И маленький ‘мягкий` рот. на его `екула­‘етом лице раскрылся в ноожиданно нежной
зюношёбкой улыбке, ; :
	‚=== Так я чем стал говорить?. В цветах   — Понимаешь ли, Будимов — не про­в разбираюсь. `ОтЕроненно сказать... я люб­сто: садовник... А кетати, он. вовсе и не са­не разбираюсь: ‘Откровенно сказать... я лЮб­лю цифры Самые настоящие... голые“циф­ры. Ну, что еще люблю? Вот, карту. геогра-- 
	фическую смотреть. `Раскроешь атлас ©
видишь лица народов, точно живые, Эти —
уже идут к социализму, а эти — еще бо­рются с колониальным гнетом. Но всех 0б­няло, связало одно великое дело: отстоять
мир, унять факельщиков войны! Смотришь
	 на карту — душа радуется. А еще интерес­‘ней, по-моему, Павел Никитич, цифры.
	Алтухов смотрел мимо лица Лазарева.
Но в серых его глазах горело глубокое и
доброе внимание. °^
	довник. . Инженер.
 — Атроном  — поправил было Лазарев.

Павел отрицательно покачал головой:

— Бывший инженер отдела труда и
зарплаты. Его директор Зотов поставил на
зеленый цех. Правда, Кудимов такого мне­ния, что и там и здесь он занимался одним
и тем же: производительностью труда.

— Ero голыми руками не возьмешь:
_ — Вудимов читает евой парк, как кни­ту,— сказал Алтухов задумчиво.— Я еще,
признаться, не все страницы перелистал.
Ты скажи, почему у нас в парке никому