_ ЭПИЛОГ 2-#
ОСТРОВОЙ
lexapro квартирьеры Метростроя
ат отечественную Teompapan
BEM открытием. «>
ры Москвы найден дикий
отличаются больштивуи странностями
— они ве в меру патриотичны, подвержены тратикомической Matt
; J м чукой территории. :
‚ Юхраняет островок отряд из
бесстратныхх воинов. Что охраняет
столь многочисленная стража, me
известно ей самой, так как несколько домов островка пустует и от.
нюль не напоминает собой верфей
судостроительного завода, в существовании которых начальники островка не в шутку убеждены:
Этот завод «Лесосудлюстроя»: ‘ках
явствует из чазвания, призван
строить деревянные калеры, но из
сх пород дерева верфь предпочитест пипу...
Вот уж полгода, как в списках
трестов «Лесосудострой» чиелится
эта верфь. Пустующие, не вёрфью
выстроенные дома полгода были на
замке. Дома эти строились под жипье и могут вместить 500 человен.
Вполне естественно, что квартирьеры Метростроя, озабоченные нетретывным притоком рабочих в тнахты,
репзили занять островок под рабочий поселок.
Как только об этом узнали в. тресте, на липовый завод был срочно
BYvENb © по_ ловиной Meсяцев мы шробыли в плену и нах
гонец дождались.
ото ‘ечастливого
А. С. НОВИКОВTIPUBOTL
ПЛЕНУМ
ПИСАТЕЛЕЙ
ческие слова, какие только знал.
Она конечно не понимала их GMBICла. Она только улыбалась маленьким ртом с пухлыми губами, блестя
белизной мелких и немного кривых
зубов. И призывно мерцали ее черные глаза, наискось подтянутые к
BHORBM.
Не понимал и я ее, когда ofa,
откинув назад черноволосую голову
с пышной прической, что-то быстро
‚ начинала, говорить. Японцы не имеют в воем языке буквы «л» и 38-
меняют ее буювой «р». Поэтому Намико, произнося мое имя, вместо
«Алеша» говорила «Ареша». Но это
почему-то особенно мило звучало В
ее устах. Словом, нам обойм было’
весело, хотя часто мы и не пони‘мали друт друга.
Брат Намико 46 препятетвовал
нашей любви, А когда я ему ©00бщил, что хочу жениться на его сестре, он согласился и на это. Moжет быть тут сыграло роль то обстоятельство, что она была сирота.
В Россию мне ках политическому.
преступнику нельзя `было возвращалься. При помощи эмипранта-народовольца доктора Русселя, приехавшего в Японию специально для
того, чтобы снабжать пленных революционной литературой, я хотел
вместе о Намикю уехаль в Америку.
А там, по ту сторону Великого
океана, в стране Новото света, я. с
такой милой подругой лучите устрою
овою жизнь. Я основательнее изучу английский язык, поступлю Maтросом на коммерческие корабли и
булу наезжаль в Россию как американакий траждания. И мне снова будет доступна родина для политической работы.
Так рисовалось будущее, молодость же, опьяненная иллюзией
счастья, не рассуждает о преградах,
поха не ударится лбом о каменную
стену.
Поздней осенью из России пришло
в Японию известие 06 амнистии политическим преступникам. Это повернуло мою судьбу в другую сторону: я мог вернуться на родину. После долгих колебаний я репьил расстаться е Намико.
В последний день перел от’ездом
я пришел к ней проститься. Она
встретила меня сияющей улыбкой и
показалсь мне особенно привлекателынюй в синем шелковом кимоно
с широким узорчатым бантом на
спине.
Я заранее запасся фразами \ из
японского и английского самоучителей и о трудом об’яанил ей, что.
уезжаю в Россию, а так как там.
революция, то не могу ее взять с
собой.
Вздролнули ее узкие плечи, ‘она
взмахнула широкими рукавами кимоно, словно хотела вепорхнуть, но
осталась на месте. На черные блесетящие глаза, словно занавески,
спуетились веки с бахромой густых
ресниц, окрывая в узких щелях
навернувшиеся слезы. Вдруг ona
повернулась ко мне и заговорила
что-то по-японоки, быть может проклиная налу первую встречу, смотрела на меня то умоляюще, то ©
ненавистью. Потом бросилась ко мне
на шею. о
— Ареша! — прозвучал ее гортанный толос, обжигая сердце.
Маленькая и легкая, она была
сильна своей фигурой, улыбкой, лучистыми глазами и всем своим обликом. Она отутала мою волю, как
лианы дерево. Наше прощание. превралилось в невыносимую муку.
Уходя от нее, я вловно оборвал живую ткань в своей груди.
«Геперь я находился от Намико
далеко, в шумных Натасаках, а в
моем сознании все еще звучала недопетая до конца песня любви.
Вчера открылся пленум Оргкомитета союза писателей. Последний
пленум перед всесоюзным нисательCREAM с’ездом, созываемьм в июне.
Председателя Оргкомитета т; М.
Горького. на пленуме нет: Алексей
Максимович незлоров. Но пленум
развертывается под знаком тех больших. вопросов, какие инициативой
Апексея Максимозича поставлены а
порядок питературного дня: о повынтении художественного качества
литературы, о борьбе с засорением
языка, о развертывании в лнтературе той большевистской критики
невзирая на лица, образцы которой
даны в последних статьях т. Горького и в недавнем выступлении у
писателей т. А. И. Стецкого. »
— Вопросы качества литературы,
— говорит в своем отчетном докладе секретарь Оргкомитета т. fi.
Юдин, — сейчас основные. За эти
годы советскими писателями создаНа ороя, советская литература, Wo
своему содержанию и своей идейной
насыисежности самая передовая а
мире. Но достижения не должны 3аслонять слабостей.
Содержание советской литературы
все еще сильнее, чем ее художественная форма
Очеяь много у нас скучных книг.
Половина книг, Рыпускаемых, напр.
издательством Московского товарищества писателей, содержит произведения, художественно очень елабые, напоминающие плохую публияцистику. Енити зммнотих авторов (A.
Караваевой, Пермитина, Березовпо железной. дороте в портовый гоИ
род Нагасаки, где 8
уже поджидал С
нас пароход доброзольното флота
‚ «Владимир», припвартованный к
стенке. Мы сразу
же погелались в
ere HPOCTOPH EX,
сонециально приепоеобленных пля
перевозни войск
трюмах,
Но пароход простоял в порту еще
несколько ° дней,
доприинимая = живой груз до уста‘венной нормы.
Пассажирама были главным образом матросы и
десятка два морских и сухопутных офицеров: ,
Мы оставили Россию 2 октября
1904 гола, а возвращались на родину в конце января 1906 года.
Русское правительство, чтобы запобрить нас, выдало нам во время
налней стоянки в Нагасаках береговое жалование и морекое довольствие за девять месяцев.
Время. ‘проведенное в плену, нам
сочли за плавание.
У каждого из матросов оказалась
в наличности порядочная сумма деHer.
На пароходе получили ‘дубленые
полушубки, валенныи и папахи. Если не считать кормежки, это был
носледний и окончательный расчет
с казной. Мы впервые почуветвовали себя более или менее свободными людьми.
Город Нагаюаки расположился на
берегу длинной и пеирокой бухты,
жнвопиено изрезанной причудливыми фиорлами н окруженной горными хребтами. У входа в нее, защищая от мороких ветров, ощетинился
пиниями крутобокий остров Катабоко. К городу примыкали громалные
постройки локов и судостроительных верфей.
Бухта пумела человеческими голосалки, лязгале работающими лебедками, дымила многочисленными
трубами коммерческих кораблей. Между крупным океанокими пароходами, стоявлинми под флатами разных нащий, проворно игныряли маленыкиеяпонские лодки фуне.
Каждая из них блестела’ крытой
лакированной каюткой, каждая ще
тгсляла приставным носом и была
похожа на тодоплавающую ATHY
< вытянутой шеей.
Против города, на северо-западной части натасакакой бухты, заросла зеленью деревня Иноса, хорошо
известная русскому флоту.
В ней сфедя японских домиков
выделялось своей архитектурой одно историчезкое здание, `устроенное
за несколько лет до войны для наших офиперов, — Морское co6paние. Кто из офицеров флота не
мечтал нопасть-в него? 7.
Там, ва стенами, укралиенныймеи
фотопрафияхи русоках моряков,
происходиля азартные игры на биллизмрле и в карты. бесптабатные кутежи; кроме того там можно. было,
пользуясь любезностью услужливой
экономки ‹ Амашу-сан, жениться на
молоденькой японке.
Этн браки заключались по договору на тот период времени, пока
судно стояло в Натасаках.
От каменной пристани, ступени
которой спускались прямо в воду,
город начиналея европейскими гостиницеми и тесторанами. Здесь,
на пирохих улицах, на ряду ©
японцами, наряженными в национальные костюмы, кимоно, встречались англичане, немцы, французы,
руеские, китайцы, негры. Слышалоя
разноязычный говор. р
А дальше, за европейским‘ кварталом, плотно прнижались друг к
доугу японские домики, деревянные,
легкие, не больтие, как в два этажа, при чем верхний этаж приспособлен лля жилья, нижний — для
торговли. Передние стены магазинов
на день разлвинуты, и можно было,
не читая вывесок, видеть, чем в
них торгуют: черепаховыми изделиями, узорчатыми. веерами, изящным
японскям фарфором, разноцветными
шелками. Соэдавалюось такое впечатление, как будто гуляенть не по уз»
ким улицалм, а в павильоне и рассмалриваепть выставку японокой кустарной и фабричной пролукщии.
Некоторые дома и храмы разбежались TO TOPHEEM оклонам и зеленеющим ‘холмам, придавая городу декоративный вид. :
Рестораны, чайные домики и верTCH звейели зпонской или евроДыня
a4 РР
ея
публика. я помню: мы играли на
Коломенском заводе “пьесу «Всех
скорбящих». (Ее векюре запрепуили
играть, и только после революции
она, снова, вошла в репертуар). Иаждый монолог Риты монолог бунтующей женшины,. бросаощей вызов религия и условностям Hale
мерного буржуазного общества, —
покфывалея бурей аплоднюментов.
И хотя конечно и пьеса к роль были поставлены и юпригоковлены
случайно, но тема, контакт с публивой рабочих районов, свобода, молодого темперамента в порыве протеста, — все это очень волновало и
оставлялю незабываемое виечатление. Вся осталыная творческая работа дореволюционного периюжа 8-38
отоутелвия каких бы то ‘им было
общественаых стимулов не оставила
У Kena даже четких творческих в9сзоминаний и совершено поглотилась отромными творческими Tepe
жлваниямя моей спенической рабоТы за последние шестнадцать лет.
Первое время /после революции я
была творчески как бы выбита, из
колеи: то, что прежде было в сценической работе, было таким внепе
ним, таким бессодержательньем, что
раопалюсь без борьбы, & новое я не
могла сразу об’ять ‹ м` понять, TO
чадо от меня как от актрисы в пелюд диктатуры пролетариата?
Одно сразу и властно захзалито
меня: я поняла, что искусство —
не самоцель, а огромнейшее могучее
орудие для воспитания масс, я что
в стране строящегося социализма ктриса—активный борец на культур”
вом фронте. Но как это воплотить в
моей работе, я не знала. не умела.
Труднейшая задача пересмотра
класаики пришла значительно позднее, да и к ней ‘надо было подойти,
пейской музыкой. На ее волнующие
звуки, возбуждаясь обманчивой радостью, шли иностранные моряки,
прябывлиие сюда Из-за далеких морей и океанов, захорелые, обвеянные ветрами всех ‘теографических
широт.
Особенно разгулялись на радостях
некоторые русские как офицеры, тах
равно и нижние чины, только-что
переставиие быть пленниками. Их
можно было узнать издали: они
орали песни, ругалнсь и без воякой
надобности, словно наступила для
них масляная неделя, раз’езжали на
рикитах.
Меня удивляли японцы. Я не
встречал опечаленных и угрюмых
лиц ни у мужчин, ни у женщин.
‚ Кавалось, что они всегда” жизне‘радостны, словно всем им живется
‘отлично и все они довольны и го` сударствейным строем, и самими
собою, и своим социальным положением.
На самом же деле японекое население живет в большой бедности,
но искусно скрывает это.
Московский зоопарк организовал на
своей территории катанье детей с
горы: на санках. Особый интерес приобретает катание через специальные
тоннели.
_ ДЕСЯТАЯ
_ ПОБЕДА
Победителем все же вышел Яков
Мельников. Он в десятый раз выиграл
общее первенство СССР по конькам и
нолучил звание лучшего конькобежца
Советского союза за 1984 г.
Вчера погода была снисходительнее &
чемниову. И в первом же выступленни
—на 1500 метров Мельников показывает высокий результат — 2 М. 28.6 сек.
Николай Лебедев, главный претендент
на первенство СССР, проигрывает Мельникову на этой дистанции одну CeKYHРептает. вопрос о первенстве бег Ha
10 километров. Лебедев идет в паре со
Смолиныз (Урал) 25 кругов. Примерно,
Т жилометров. Смолин впереди. Лебедев держится @лизко за Смолиным. Но
Пебелев хороший спринтер и плохой
стайер. Смолин сильными рывками начинает отрываться от Лебедева, который заканчивает бег на 19 километров
в 19 мин. 30,4 век.
На старте—Яков Мельников. Он идет
в паре с Осиновеким (Ивановская 06-
ласть), который вчера в беге на 5 километров занял лучшее чем Мельников меето. ;
Уверенно отсчитывает круги Мельников. Секундомер показывает 45 секунд,
44 секунды, опять 45,
Пройлено 8 кругов. Мельников. не
ухеньшает скорости и проходит почти
кажлый круг в 45 секунд. Разница —
в десятых секунды.
Полдистанции. 5 километров. 9 мин,
14 сек. Это лучше вчерашнего результата Мельникова на 5 километров Ha
12,4 сек.
Вторые б километров Мельников проходит тише на 8 секунд. К финишу он
приходит o результатом 18 мин. 35,9
сек. — на минуту резвее Лебедева. Звание чемпиона СССР Мельникову обеспечено.
Итак. на первое место вышел Яков
Мельников — 210 очков, на втором Лебедев — 212 очков, на третьем Миронов
— 213 очков.
У женщин первенство СССР, выиграла Миронова. На втором месте Васильева и на третьем — Сергеева.
iA,
АХМАТ ТЫ пгт
ОКОНЧАНИЕ ПАРТИИ. Играна недав=
но в сеансе одлноврем. игры в АмстерBY 2 a LEP Y,
at a м.
ом a
ao ee
т ne т
: а Шо.
2 ae Иа
WY 9 2 ЖЕ
`елые: Epcl, @d4, dhi, bd, 2f3,
п. a2 bz, c2, f2, g2. g5 (11)
Черные: Кро8. Феб, Ла8, 18, Себ,
Kea, п. а7, 07, с©7, 96, =
5, gt wc ee ee ww @ (12)
В положении, изображенном на диаграмме, Алехин, играя белыми, красиво
форсировал выигрыш. Предлагаем Hac
ппим читателям вайтя окончание,
ПАРТИЯ № 131 (ан
глирская)
Играна на побледнем турнире наций
С. ФЛОР, И. КАЖДАН.
1. с2 — ©4. Кр!6б 2. КсЗ. еб 3. ез, 45
4. е5 441) 65. 60:16, d:c3 6 b:¢34
Ф: 16 Т. 44, 63). 8. Kf3, Cb7, 9. Ce2,
Kbd7 10. O—0, Cd6 11. Cg, Of5 12.
Pal c6 13. cbl4) 6:с 14. 4а:с Ф:с55)
15. J di. Ce7 16. di: dv! Kp:d7 17,
Ce3, a3 18. $44 - - Кре8б) 19. Ф: 571.
Dhfs 20. Kgs, Jlai8 21. Cas, C: 25 22.
C:i25, 45 23. ©4, Л:55 24. Ф:БЬ, -
Кре8 d7 25. Jadi-+, Крс8 26. С:1Й
Крь8 27. С:еб, Ф:а27) 28. Ла8--
Kpe7, 29. Be7-+- Kpb6 30. с5-- и
черные сдались 8).
1) Другое продолжение здесь 4...
КТ 5. с: 4, К: е5 6. 44, Коб 7. а:е,
C:e6 8. d5, Co8 9. Kf8, Ce? 10, Cd
Ко7 с равной игрой,
2) Никакого преимущаства не дает
белым и 6. Ё:5 e:d+ 7 С: 42, С:971.
ne Проще было bra 5! ma 8. Rtg,
! например, 9. Се?, с:4 10. ©:49,
све? P
4) Начало прекрасной, далеко
рассчитанной комбинации.
5) Если 14... К:65, то 15, $44! а, на
14. С:с5 могло последовать 15.
Aitdt, Kb6 (15... 16 16. Cd3 ) 16. ®: a7+.
6) На 18.. Кре? белые ответили бы
19. ФМ о угрозой ©: 7.
7) Отчаяние.
8) Вся партия проведена белыми
в первокласоном етиле.
НА ПЕРВЕНСТЬС
00 ШАШКАМ
Массовики Головина и Гололобова
готовятся к выступлениям в бригаде
художественно-зрелищного сектора
TkKsO am. Сталина,
В ДЕНЬ ПАРИЖСКОЙ
КОММУНЫ
„4енъь Парижехой Коммуны (1$ марта)
москозекие музыкальные организации
отмечают рядом концертов.
Московская Филармония совместно ¢
Всесоюзных радиокомитетом организует
в этот день в Большюм зале консерпатория больнюй об’единенный симфониHove ema Kano — и появилась“ выЧИпу - концертов-мопографий. В програмне столько. своей художественной
у веска: wo вечера: Бетховен — «Эгмонт», В+ - thonvoil. сколько своим содержаниJeno ome: станок — нето ghana, ческий вечер; составленный по принского, замойското н др.) убеждают
нер — «Риенци», Белый — «Голодный
— Экспериментальный завод — поход», Шуберт — ‘песени и тял литеМ. Целый фяд поэтов (Kamas,
Уткич, Алтаузен. и др.) невероятно
онизил за последнее время качество
свонх произведений. Писатели не
уделяют внимания учебе. Критика и
Институт ЛИЯ Комакадемии мало чм
помогают. Писатели не изучают 60-
гатейшего малёриала, дазаемото дей“
ствительностью, до конца.
° Тов. Юдин подчеркивает и необ‘ходимость углубленной работы писателей над языком.
— Горький, — товорит он, — постаюел этот вопрос со всей четкостью, и писательская общественность
должна поддержать инициативу великого мастера слова (апподисменты).
+‘
Поэты более темпераментны, чем
прозайки, и они первыми откликзулись не доклад т. Юдина. Вчера
вечером на пленуме зыступали Н.Н,
Асеев, И. Уткин нп С. Кирсанов.
Много правильного было в вамечаниях Н. Н. Асеева о невнимательном и даже пренебрежительном
отношении основной массы советсSUX критиков к вопросам поэзни н
ее апецифики. Остроумно выюмеял
С. Кирсанов практику литературных
администраторов периодически полэиамать того’ или иного поэта «на
щит». Мапо было лишь в выступлениях поэтов самокоятики. И. Уткин, нашр, договорился до того, . что
зсе указания на отставание поэзии
об’явия... «очередной холячей финзией». ;
Первый день пленума закончился
гыстутениями тт. В. Ермилова и
М. Чумандрима. На примере недазвних статей тт. Авербаха и Новича, т.
Ермилов показал, как безответственHo W пегкомысленну наша критика
расточает иногда свои похвалы: ноАвербаху, нанр., произведения наиналопдих рабочих авторов He Goлеэ не менее как... «великое и больптое искусство», а по Новичу роман
Панферова показывает деревню глубже, сильнее и последовательнее,
чем... Рся мировая литература.
атурно-художественных номеров.
В тот же день (в 5 Чаеов вечера) в
Болышом зале консерватории организуется культноход. В клубах, обелуживземых филармонией (Дом крестьянана, «Каучук», клуб завода им. Фрунзе и ло.) булут также устроены .
го 18 март» предиолатается дать около
лвадцати концертов.
ДНЕВНИК
HCHYCCTRB
\ 20 мафта в Большом театре состонтся первое по возобновлении представление балета Алана «Жизель».
* Современный театр УМЗН готовит
пьесу украинского драматурга Кофрнейчука «Гибель эскадры».
ПЕСНИ ПИОНЕРА
И ОКТЯБРЕНВКА
Шротильм летом группа советских
композиторов провела музыкальную
работу со школьниками в пионерских лагерях. В результате этой paботы московскими композиторамя
был создан ряд массовых пионерзских песен.
Сейчас Музгиз приступил к их
изданию. В блажайшее время выйдут в свет: «В туркменских песках»
ПТехтера,. «Песня _ туристов-раззедчиков», «Песня о Пионере — стороже урожая», «Пионерский барабан»
Сабо; «Пионерка Оля» Хачатуряна, два сборника песен для чначальной и средней иколы Вумера.
Тугаринова и Головской, детский
интернациональный сборник и др,
Принято к печати несколько сборников, рассчитанных На допикольвиков (Метлоз — 60 песен доптколь?
® под ней выставихти караул.
ный эксперимент, поставленный уже верфью. заключается
В том, чтобы доказать, как можно
легко и безнаказанно стазить пзални
в колеса Метрострою. Других экопетиментов пока не предвидится. А еси даже прелвидится, то почему на\лю ломать по этому поводу в центре
етолицы жилые дома. столь чеобхопимые Метрострою? С каких это
пбр Краснохолмский мост стал центром советского судостроения?
Начатьеекам островка, спрамаюзим манией величия я готовым до
послещней кальли чернил воевать 38
©вои владения, придется все же капитулировать. Придется уложить в
чемоданы свою карманную верфь и
уелиниться в тишь окских затонов.
Экспериментируйте. Но не мешая
Метрестрою.
вх
ЗАМЕТКИ
( КНИГАХ
Пьяные русские офицеры раз езжали
на рикшах.
Точно так же ошибочно было бы
прелноложить, судя по их Чрезмеоной вежливости и любезности, выработанным веками, что они представляют ©0б0й самый мирный народ
на свете.
Я с жадностью воматривалея в
разнобойную жизнь города, & мон
мысли всецело были заняты одной
японкой, той, что осталась в Кумамота.
Находясь в лагерях для пленных,
я одружился о японоким переводчиком. Он. великоленно говорил нпорусеки и очень любил намту литеparypy. ae
Мы иногда, с ним часами разтоваривали © произведениях русских
классиков и современных нисателей. Это и облизило нас обоих. Он
стал меня приглашать в город Кумамота к себе на квартиру.
У него была сестра Намико, девушка двадцати лет, маленькая,
статная, с матово-нежным лицом и
‘заталочным взтлядом черных лучистых глаз.
Любовь не считается ни с расовым различием, ни о войной, — она
развивается по своим собственным
законам. $
Вопречаясь со’ мною, Намико сначала настораживалась, как итица
при виде приближающегося охотника, но после нескольких свиданий
у нас началось взаимное тятотение
друг к другу. Я разговаривал с нею
при помощи ее брата. А когда выяонилось. что она немного говорит
по-английски, взялся и за изучение этого языка. Первые слова и
фразы, усвоенные мною, были Koчезно приветственные и конечно
любви. Но иногда, разтораясь и желая выразить свои чувства полнее,
я говорил ей позрусаки: Е
— 0, милая Намико! На севере,
за полярным кругом, длится ночь
три месяца. И когда человек после
такото продолжительного времени
увидит Ha несколько минут золотой кусочек солнца, он приходит в
невероятный восторг. Но с каждым
днем небесное светило поднимается
все выше, излучается все ярче. Такое же впечатление пережил и я,
встретив тебя на своем жизненном
пути... ‚и
Я полбирал для нее самые поэтирешив предварительно ~ основные
первоначальные задачи социальнюго раскрылия сценического образа.
А жиень и небывалая переоценка
всех ценностей шли гитантекими
arnt, Сознание определялось бытие. Пворческие силы крешли и наливались новыми соками.
Я жлала настоящей революцщиояной пьесы с большой, глубокой женской ролью. Первой пьесой советского репертуара, когорыя пла в
Малом театре, была пьеса «Иван
Козырь и Татьяна, Русаких>. И пьес& и моя роль (я играла Тальяву)
конечно ни в коей мере не отвелали моим стремлениям и чаяниям.
Но, играя роль Татьяны, я впервые
правильно подюпела к образу и уже
сознательно старалась социально
вскрыть его. Я стремилась играть не
просто бедную девушку, попатапую
в. латы тофтговита живым товаром, а
нокала, находила и воплющала в
Татьяне предетавительнипу утнютенного класса, темную крестьянскую
девушку, эксплоатируемую калиталистическим строем. И впервые я
получила уже сознательное удовлетворение OF празильного, нового
подхода к работе.
С. советской драматурпией первые
годы было очень трудно, и ‘чем
труднее было, тем более я убежлалась, что мы, квалифицированные
мастера, не должны отмахивалься
от плохих пьес и ролей, а воячески
поддерживать советакий ренертуаф.
Поэтому я переиграла много всяких
ролей в советоком репертуаре.
Интересной и показательной для
себя я считаю работу над ролью
«Любови Яровой». Для меня как
для актрисы революционной эпохи
важно, как ‘отражатась вся эбщественная жизнь на моей работе, Я
ГАЛИНА СЕРЕБРЯНОВА. «Юность
Маркса». Роман, книга 1, ГИХЛ,
1934 год.. сто, 194, цена 3 руб.
Гизеназические толы Маркса, атfecrat зрелости, иетория любви к
Жени Вестфален. отисанные Галиисйхи Серебрякювой в первой, книге
романа, обрамлены эпизодами, фисующими картину тогдашнего peволюционного движения. Энеменитоо воостяние лиононих ткачей, немоцкие тайные общества составляют фон биографии великого мыслителя и борца.
Писзтельнице удалось передать
RPACHH н лыхание эпохи, но та
часть позествования. которая покаanipaet самото Маркеса, бледна. ников, Бабаджан, Раухвергер, ИорБызовые „детали, характеристика Ванский, Высотская — 12 песен и
семьи Маркса даны слишком проДР).
токольно, с преувеличенной слерззанностью. Пожалуй, лучше всего
раюскавело 06 отнотнениях учителей
к юноше с парадоксальными MBICлями и недостаточным прилежанием. Приведенный в инте аттестат
зрелости. выданный Трирской гимнавией Карлу Маркоу, с ученой ‘доСросовестностью — перечисляет все
претензии, пред явленные педахтогами сэеему питомцу.
Ёнита написана простым и ясным
Языком, в ней собрано много малоизвестного исторического материала,
и фитура молодого Маркса вотает со
странип ез с жизненной правдивостью. Но начало романа слишком
Перегружено беглыми повержностными описаниями, повествовательчая манера автора незного холодна,
и слелует пожелать, чтобы дальнейтие части романа были отмечены
большим темпераментом. .
flee ce che, H. OP.
od у a
АЛ. КОНОНОВ. Упразднение Me‚ фистофепя. Хооника событий и
w , MTM. 4934 pea, стр. 242, цеHa 3 py6nAa 25 копеек.
зМефистофель—это голоса сомневтин, заговор старых чувств, с которыми борется и которые побеждает
} ERECEHeD Каневский. Роман — история специалиста, которого вынря“ляет, делает внутренне здоровым и
Яворчески активным атмосфера на‘него ”строительства.
$ Автор наблюдалелен. Груз интел‘тигентокого гамлетизма, обременяющий Каневского и делающий ложными ето взажмоотношения с горю<точкой ‘вредителей, передан в ярщих, хоролю уловленных о психологических штрихах. Удачны отдельные характеристики работников
строительства. Правильно освещена
Ююбщая линия роста личности в HO
вых услювиях.
Но роман написан с крайней претенциозностью Формы. Нарочитое
кадровое построение глав, деклаюаприй о том, что «жизнь не знает фаЮбулы>», манерность описаний — скоЮее защита от реалистического, полтовесного языка образов, непосильвого для автора, че «новое слово»
иитературьт.
т 3. H.
письмо
В РЕДАКЦИЮ
Е В ряде московеких газет появились
заметки о том, что Театр сатиры ПРИ”
ступил к репетилиям моей новой пь<-
сы «Дорога цветов».
Сообтаю по этому поводу следующее:
ee wre...
.
алеты, внешность, эффект — вот
чего от нас ждали. Когда умер мой
*чтпилелр п тРниолноей п пеззтосет
рога цветов» шла в т З‹ени. ТАЛАХЬ творчески совсем одинока.
Москвы, кроме Вт нами я Творчество алтрисы сводилось к уз® поопессе работы © В Гы табло нап смей DOE я TO
кой работе над своей ролью и то
исходя из чисто внешних приемюв
и положений. Вот пример. Двадцати двух лет я получила роль Налеprac on «Грозе». Огромная ‘творчеи только после в
ры буду считать текст
тельно установленным.
ьесы окончаВалентин Йатаев
Буржуазное представление о Том, что женщина не снособна к работам
в области монументальной ©Будьпитурь, разрешено у нас в числе
многих других ложных нредставлений. Скульптор Анна Мананикова
участвовала своими работами на выставке «15 лет Красной армин».
На фото: скульптор Мананикова за своей новой работой в студии.
ВЕРА ПАШЕННАЯ
ская задача пропьла для машя CUвершенно незаметной, не оставив на
мне как на актрисе никакото следа.
Общественное и историческое значение пьесы совершенно не. вокрывалось. Создавать образ, социально
обосновывать свою роль никто не
учил. Катерина должна бъкта быть
только красивой, интересной, одетой в русский костюм женщиной.
Никто не толкал меня в сторону
изучения быта, ореды того времени.
Никто не вскрыл для меня Калерину как «луч света в темном царстве». Полное ‘недоумение и тоску
в молодой аклрисе мог вызвать этот
процесс работы над классическим
репертуаром. Текущий же репертуар был до революции до того пу
стой, что не только содержание
пьесы, Но даже названия их Tepeпутались и стерлись в моей памяти.
В личной жизни мне тоже было
трудно. Материальные, бытовые условия очень тяжелые. По статуту
первые три года на императорском
театре артистка, зачисленная из те`
атральной школы, должна была получать пятьдесят рублей в месяц.
Понятно, как трудно было жить молодой актрисе в дароволющиюницую
эпоху, когда для актрисы, как Я
уже товорила, были необходимы туалеты и внешность.
Публика бъыла холодной. Приходила к сербдине первого акта, и B
конце пьесы обычно партер звенел
пипорами и шелковыми пелейфамы,
и публика спешила из тевлра ужинать в ресторан.
Большюй отдутиной в художественном, общественном, да и в м8-
териальном отношении были редзме
выезды в рабочие районы. Восторженню принимала актеров. рабочая
Ham o60nm было весело, хотя ча»
сто мы и не понимали Друг друга.
не собираюсь говорить сейчас о методах моей работы, — я хочу сжазать 0 том, как для меня образ Яровой гранится, оформляется и растет
еще до сих пор и как это покавательно для творчества советской
актрисы. То, что было в образе Любови Яровой для меня непонятно
шесть лет ‘назад, то, что творчески
неполню и даже неправильно воплощалось мной, — является для меня
незыблемым, ясным ‘и непреложным
теперь, когда сама я выросла, окрешла и созрела как советская актри-,
са. Как пример: в финале пьесы я
уже не. плачу теперь мятюими женакими слезами над уводимым арестованным мужем, предателем моих
товарищей и моей подпольной революционнюй работы, а все творческие силы мои идут ‘на то, чтобы
не зашлащать и вырвать с корнем
эту любовь, эту ‹поворную слабость.
Слезы все-таки текут, все нервы
болят, творческое напряжение отромно, но я уже знаю, что иду по
правильному творческому пути, и
это дает мне необычайное удовлетворение.
Теперь я страстно хочу на основе
уже сложившегося творческого мировоззрения и крепкото’ опыта воплотить один из образов мировой
классической трагедии.
Я осознаю и ощущаю крепкую
спайку своей творчески-арлистической жизни с общей жизнью страны, и это поднимает меня на большую внутреннюю выюоту. И я твердо знаю, что только такое слилиие
своих личных интересов © интересами строящегося социализма в Целом могут до конца и полностью
сформироваль меня как артисткуXVUOMERULY.
КАЖДЫМ ГОДОМ день’ 8 марта—женовий день—все больше
и больше волнует, радует и бодрит
советских женщин вообще, & нас,
советских актрис, в частности. Все
значение этого дня доходилю до
сознания год от году, и на этот раз
хочется ‘не только праздновать и радеваться своему женскому дню, а
оглянуться в темное дореволюционное прошлое ажтрисы, на пройденный за 16 лет путь и заглянуть впеPEA.
Свой творчесний путь актриеы я
резко делю на две периода: период,ло револющии и период после peволюнии. О первом много не прихоATCA говорить.
Теалр и актриса для буржуазного
общества были фазвлечзениюм; TyВчера на шашечном турнире на первенство ОООР ипрался Девятый тур.
Гиляров, играя против Потапова