ПАУЧНАЯ РАСО7 lee изучении окраин Полярного бассейна в довольно широких масштабах центральная часть Ледовитого океана оставалась до сих пор «белым пятном». За 39 часов, проведенных . на полюсе, Пири не мог, разумеется, раскрыть ни его тайн, ни тем более особенностей полярного района. Нам впервые представлялась заманчивая возможность надолю обосноваться ‘здесь, изучить полюс и прилегающий к нему ранoH и, двигаясь вместе со льдами, провести необходимые исследования на всем протяжении нашего дрейgs. Естественно поэтому, что, гоTOBACh к экспедиции, мы составили обширный план научной. деятельности. Мы наметили провести ЦИКЛ метеорологических наблюдений, измерения глубин океана, ряд гравитационных и других исследований. За десять месяцев дрейфа наша льдина проделала путь длиной в 2.500 километров (считая по кривой). Пройдя от Северного полюса через Полярный бассейн в Гренландков море и дойдя вдоль восточных берегов Гренландии до 71 параллели, мы смогли проследить одHO H3 замечательнейших течений— мощное восточно-гренла; venue, ренландекое теКакие же работы удалось нам провести за время дрейфа станции «Северный полюс»? Как сказано, нас интересовало всё: и погода на полюсе, и течения з Ледовитом океане, и дрейф льдов, и особенности морской воды и организмов, ее населяющих, и сила тяжести вблизи полюса, и состояние магнитного поля, и проходимость радиоволн ит. д. ит. п. Во всех наших работах основой служили астрономические наблюдения, определения точного местоположения лагеря и ориентировки. Первоклассное оборудование экепеUH позволило нам © необходимой точностью вести эти наблюдеНИЯ, Иван Дмитриевич Папанин на борту ледокола «Веселый» на пути к родным берегам. Фото спецкора «Союзфото» и «‹Бечернен москвы» на Wee «Ермак» С ЛОСКУТОВА. Лоставлено из Ленинграда на самолете летчиком Тов. Дроздовым. ландини мы обнаружили подводные горы на тлубине 2—3 километров. За все время дрейфа было взято 58 гидрологических станций, Максимальная глубина оказалась 8 4.354 метра. Наши наблюдения показали, что в области полюса существует слой относительно теплой и еоленой атлантической воды. На глубоководных станциях мы проводили также гидро-биологические исследования для изучения жизни на глубинах океана. Полагали, что жизнь в центральной Арктике крайне белна. Между тем мы обнаружили в толще океанской воды весьма богатую и разнообразHYD жизнь. Мы. обнаруживали живые организмы на воем протяжении дрейфа, начиная от полюса; стало быть, моMAO утверждать, что жизнь существует во всех океанах, включая и Ледовитый. _ Это подтверждается и тем, что на, полюсе мы неоднократно ветречали ПТИЦ — чаек, чистиков, затем видели животных — медведей, тюленей, морских зайцев, нери: Одной из основных задач нашей экспедиции были наблюдения над погодой. Метеорологические наблюдения мы вели четыре раза в сутки. Результаты их регулярно передавались на материк для включения в синоптические карты. Эти данные спрокинули гипотезы о ‘неизменности погоды в Арктике. Оказалось, что в Центральном полярном бассейне зимой теплее, ’ чем внутри Гренландии или в Якутской АССР. Мы убедились далее в том, что и над полюсом часто проходят сильные циклоны, оказывающие влияние на погоду на материке. Кроме этих работ мы занимались также систематическими матнитными определениями с тем, чтобы выяснить фаопределение земного магнетизма в околополюеном районе. Чтобы оценить важность этой работы, достаточно вопомнить, что земное малнитное поле непостоянпо. Наиболее беспокойно оно в полярных областях, где действие солнечных излучений на высокие слои атмосферы вызывает матнитные бури. Между тем карты магнитных склонений имеют большое значение при полетах в полярной области, для кораблевождения и т. д. Многие наблюдения, сделанные нами в этой области, должны уточнить и дополнить карты, составлявшиеся до сих пор только предположительно. Магнитные определения в столь ‘отдаленном районе Арктики мы внполчили впервые. Наряду с этим были сделаны многочисленные определения силы тяжести на всем протяжении дрейфа. Сила земното притяжения различна в разных местах земного шара, Измерения силы тяжести в разных местах земли должны дать возможность выяснить причины и законы неравномерности земного притяжения, a также вычислить конфитурацию земного шара, что очень важно для теолезических и астрономических расчетов. Эти иэмерения возможны лишь при точном определении времени. Решающую роль играет при этом радиосвязь, при помощи которой принимаются сигналы времени. Haша радиостанция благодаря прекрасной работе т. Э. Т. Кренкеля блестяще выполнила это. Таковы некоторые прелварительные итоги нашей научной работы на дрейфующей станции «Северный полюс», которые можно сделать сейчас, до обработки полученных данных в лабораториях. Для проведения этой работы в распоряжении зимовки было все. Мы имели самые совершенные приборы; которые позволили выполнить большую программу исследований. нас был крепкий, дружный, опытный коллектив. Неослабная забота родины окружалз нас. Мы дали слово выполнить всю программу работ во что бы то ни стало и оправдать доверие своей родины. Мы счастЛивы были рапортовать товарищу Сталину о TOM, что план работ нашей станции выполнен; что в результате нашей работы наука получит новый большой вклад — точное, непоколебимое представление о центральной части Полярного бассейна, являвшегося до нашей экспедиции «терра инкогнита». ‘ капитан Б. БАРСУКОВ 11. ШИРШОВ. = Е. ФЕЛОРОВ Первые двадцать дней дрейфа казалось, что он имеет чисто Ветровой характер. Для проверки этого параллельно с картой дрейфа была составлена схема пути ветра. Обе эти карты не совпали. Стало ясно, что, кроме ветра, на продвижение льдины действуют и течения. Оказалось, что влияние этих сил было одинаково. Мы установили, что до входа в Гренландское море льлина дрейфовала, в среднем, 00 скоростью двух миль в сутки. . Изучая направление течения; мы столкнулись с явлением, опровертающим = ранее существовавитие предположения. Раньше была распространена теория, которая утверждала, что в районе полюса воды движутся по окраинам Полярного бассейна с ‘востока на запад; что это — часть движения вокруг центра. расположенного возле полюса. Дрейф нашей станции показал, что основное налравление поверхности вод и льдов идет от Северного полюса через всю Арктику в сторону широкого прохода межлу Гренландией и Шпицбергеном. Не менее важные результаты ‘дали промеры глубин океана, которые мы производили на воем протяжении дрейфа. Некогда полатали, что вблизи Северного полюса есть земля или мелководье. Первое наше измерение показало: что глубина в районе полюса достигает 4.293 метров. Это было большой’ неожиданностью. Мы узнали о неслыханных глубинах в районе полюса. Важно. что и по«Последний день на дрейфующей Картина худ. А. А. Меркулова. (Арктическая выставка. Салон \ льдине». партина худ. ‘д. А «Всекохудожника»). Порыв сердец, бесстрашие и сила Сломипи ярость ненасытных льдов... Над вами гибель папу заносипа, Ревел норд-ост и грозен и суров. Отважные, не дрогнув, победили Полярную крутую темноту, Морозы, штормы, смерчи снежной пыля На легендарном леданом плоту. Трудом и дружбой и спокойным словом, Любимые, надежные сыны, До берегов Гренландии суровой Вы утвердили мужество страны. Чудесный, трудный, небывалый в мире Дрейф завершен... И в дальние края Прорвался луч, зажженный на «Таймыре», Летеп пипот, дыханье satan. Пройди страну от запада к востоку, Плыви за песней одиЧапых spior,— И ты нигде не будешь одиноким, Всему народу ты желанный друг. За доблестных ледовых следопытов Поднимем песню, чтоб она цвела. Сердца и двери для друзей открыты, Нам для друзей не занимать тепла! Ник. СИДОРЕННО. . <> Капитан И. КОТПОВ ГР четырехлетнего плавания на «Таймыре» судьба овязал& меня с ледокольным кораблем «Мурман». Это было сравнительно недавно. д был горд и счастлив, ко-. узнал, что мне придется or вести ледокол для снятия папанинцев с дрейфующей льдины. 5 Февраля мы приступили к авральной подготовке ледокола. Каждый час промедления казался нам преступлением. Нас ждали советские полярники. Хотелось возможно скорее заключить в свои об’ятия Ивана Пмитриевича Папанина, которого я давно знаю и люблю. Еще в 1933 году я плавал на «Таймыре» в бухту Тихую, чтобы захватить на материк участников папанинской зимовки. В те дни мы отали друзьями с Иваном Дмитриевичем и ето женой. «Мурман» готовился к походу двое суток. 7 февраля в 12 часов ночи мы распрощались с родными берегами, дали полный ход и пошли к паманинцам. Все началось Kak нельзя лучше. Погода блахоприятТрое суток никто из нас не спал: 15 февраля мы были уже во льдах. «Мурман» яростно напирал на огромные ледяные поля и получил в этом единоборстве повреждение: в угольной яме корабля обнаружилась ‘течь. Это могло превратиться в ‘серьезную аварию, но команда и на этот раз с честью вышла из положения. Под руководством нашего опытного боцман тов. Худякова пробоина была заделана, и мы снова двинулись даль ше. Мы чувствовали, как вся страна, с напряженным вниманием следила в эти дни за продвижением ледоколов к латерю отважных полярников. Моряки «Мурмана» решили во что бы то ни стало добиться уснеха. 13 февраля ледокол ‘подошел разводьями близко к дрейфующей станции. Мы были в пяти километрах от папанинцев. Ветер оказался благоприятным, и в ночь на 13 февраля «Мурману» удалось еще больше продвинуться фазводьями к дрейфующей льдине папанинцев. Мы остановились, подождали «Таймыра» и снова двинулись вперед. Бурная радость охватила команду, когда вдалеке показался латерь папанинцев. В полутора километрах от него оба ледокола остановились. Мы решили спустить на лед людей и отправиться за пананинцами. Я стоял на мостике и не мог пойти с остальными моряками. Никогда мне не приходилось так волноваться, как в те памятные минуты. Все уже было кончено и ва участь героев можно было не беспокоиться. Однако сердце готово было выскочить от волнения. Не дожидаясь, пока на лед будет ‘спущен трап, люди «Мурмана» прытали с борта. Наконец © высоты мостика я увидел стройную колонну моряков, отправившихея с красными знаменами и с пением «Интернационала» в латерь. Не опуская глаз, следил я в бинокль за всем происходившим в лагере, Через некоторое время мне показалось, что на льдине пронзошла задержка. Я понял, что пашанинцы не знают, куда им отправиться — на «Мурман» илн Ha «Таймыр», и послал в лагерь. последнюю радиотрамму: — Вижу споры. Вопрос о посадке решает Папанин. Еще через несколько минут все, очевидно, уладилось. и отрял моряков во главе с четверкой зимовщиков двинулся в нам. Позже я узнал, что споры были решены жеребъевкой. Время тянулось немилосердно медленно. Наконец я обнял Панпанина и Кроенкеля, которые поднялись на борт «Мурмана». Мы расцеловались с Иваном Дмитриевичем. На борту ледоколов было большое торжество. Мы окружили дорогих тостей вниманием, предоставили им хоротшо оборудованные каюты, ванные комнаты, чистую одежду, вкусно накормили. Даже в эти минуты Иван Дмит“ риевич не изменил себе: — А вещи все наши на борту? Мы забрали со льдины рептительHo все. Там остался лишь гордо развевающийся красный флаг, который будет украшать историческую льдину до тех пор, пока она не растает. Погода стояла хорошая. Опасаясь новых превратностей арктического климата, мы поспешили в обратный путь. Ночью 21 февраля «Мурман» и «Таймыр» встретились с «Ермаком». Грустно было paccTaваться с друзьями. С чувством выполненного перед родиной, перед партией долга мы послали последний салют «Юрмаку». Папанинцы сердечно проводили нас, пожелав счастливого плавания. «Мурман» взял курс на Мурманск. Так закончился незабываемый рейс к папанинцам. re конверты раскуплены в три час а следующие промеры показали ray-j It определениями с тем, бины от 3 до 4 тысяч метров. Только при приближении ‘к Грен«Ермак» с собакой не очень „надея‘лись на длительную удачу. И, действительно, на четвертые сутки Норвежоком море начался шторм. С каждым часом крепчал ветер. Скоро нас настиг уратан, и огромные волны начали перекатываться через корабль. Предотояла трудная борьба со стихией, На борту «Мурмана» были опытные моряки, и никто ни на секунду He потерял присутствия дуда. Все стремились преодолеть шторм и скорее подойти к кромке льда, откуда уже недалеко был лагерь ге«Мурману» пришлось выдержать суровое испытание. Шторм вывел из строя рулевое управление ледокола. Мы легли в дрейф и против собственного желания предоставили себя озверевшему Гренландокому морю. Чтобы отремонтировать рулевое управление, надо было во чтобы то ни стало пробраться в румпельное отделение ледокола. Казалось, что это невозможно. Корабль кренило порою больше, чем на 50’ градусов, сны ходили по корме, нужен был подлинный героизм, чтобы вычасов, в течение полнить срочный ремонт. Прошло много часов, которых нельзя было даже олизиться к кормовой части судна. Волны одна за другой перекрывали корабль. Надо было, чтобы кто-нибудь отважилея проскочить между двумя водяными валами. Bce моряки стояли наготове. Наконец наш мапгинист-стахановец Братанов, рискуя жизнью, проскочил между двумя мощными валами и очутилея в румпельном отделеи очутилея в румпельном отделе нии. Велед за ним прошли еще три смельчака — кочегары Селиверстов и Скугаревский ‘и машинист Елисеев. Они стояли по трудь в ледяной воде, которая затопила T0- мещение. С отромным трудом им удалось открыть крышку цистерны и спустить воду. В эти минуты, которые не задудутся даже мною, старым моряком, корабль кренился так, что казалось вот-вот он упадет на борт. Наконец к общей налцей радости румпельное отделение было освобождено от воды. Мы сделали необходимый ремонт и получили возможность управлять ледоколом. «Мурман» вышел из дрейфа. пользовался таким успехом у 3puтелей, как тов. Папанин, отилясывавший свой быстрый танец. Наше торжество продолжалось долго. Лишь в 4 часа утра корабли разопглись, а с рассветом мы тронулись в обратный путь. Первым пошел «Таймыр», вслед за ним «Мурман». Приветственные флаги «Ермака» мы увидели издалека. Старейигий русский ледокол был по-праздничному разукрашен и шел к нам на всех парах. «Таймыр» и «Мурман» пришвартовались `к нему с двух бортов. Затихли звуки сирен. Только прожекторы освещали ледоколы и море. Руководитель экспедиции на «Таймыре» тов. Остальцев отдал рапорт 0. Ю. Шмидту. Перегрузка всеTO папанинского имущества заняла несколько часов. Когда настала минута расставания, мы горячо попрощались с четверкой героев. «Таймыр» и «Мурман» взяли курс на восток. Но на этом наши переживания еще не кончились. После того как мы расстались с «Ермаком», нам пришлось перенести десятибалльный шторм. Оба ледокола то вздымались вверх, то проваливались в морскую бездну. На «Таймыре» поломались лопасти винта, и корабль шел со скоростью всего 8—4 узлов вместо обычных 10. Людей сбивало с ног от ветра и волн, но зная, что задача выполнена, мы легко преодолевали непогоду. В то время, когда на кренометре. нехватало шкалы для показания’ традусов крена ледокола, в ушах. звучали последние приветствия Папанина: — Прощайте, ребятки, спасибо за все! Скоро увидимся... 27 февраля нам пришлось стоять несколько часов в одном из норвежских фиордов. Под утро, когда шторм стих, мы снова вышли в путь и вечером отдали якоря в MypMaHCKOM порту. ‚ ПЕРЕПИСКА т. ФЕДОРОВА СО СВОИМ сыном можеть не мыться на своем полюсе, & меня мама купает каждый день. Я кричу, но это не помогает. Женя». И опять пишет: «Папа, мама, кормит меня свежими яблоками и мандариновым соком. Ты наверное не ешь таких вкусных вещей. Приедешь, мы тебя угостим». Отец возмущен; подумаешь, яблоки, налтел, чем хвастать! И отвечает: «А мы тут такие компоты уплетаем, что почише твоих мандариновых BEIRUMOR}. Об’ явили в Ленинграде перекличку Большой Земли с дрейфующей льдиной. Как же не познакомиться с сыном! И Федоров. шлет телетрамму домой жене: «Захвати на лерекличку Женю. Пусть пропищит у микрофона». А Анна Викторовна отвечает: «Если хочешь услыштать, как пищит, прислушайся ночью. Он так тромко пищит; что ты ето на льдине услышишь». Недалек тот час, когда Женя большой сумеет обнять своего Женю маленького. Фото Н ЯНОВА (Coroshoto). полюс», Салон-ватоны, НИНГРАД, 14. (По телефону от нашего корреспондента), Редах‘ция ленинградской газеты пионеров и школьников «Ленинские искры» приводит сегодня интересный Maтериал о переписке между патшанинцем Евтением Федоровым и ето сыном Женей. Маленький Женя Федоров никогда не видел большого Женю. Маленький родился. котда большой был уже на льдине. И большому очень хотелось все узнать про Maленького. «Сообщи, что делает Женя», — фелеграфирует Федоров © полюса в Ленинград mene. «Сын сосет ноty>, — телеграфирует Анна Викторовна. «Ногу мажь вареньем», — приходит ответ. ‚А в почтовом отделении переполох: с полюса, с дрейфующей льдины, такая телеграмма! Нужно срочно проверить. Проверили. Через день Анна Викторовна читает: kHory mann вареньем. Так». Маленький Женя писать не момет. За него пишет мать: «Папа, завидую тебе. Ты хоть целый rod Октябрьская ж. д. подготовила специальный со ских зимовшиков станции «Северный полюс», Последний день Ha дрейфующей льдине. 15 часов 15 минут. 9. Т. Кренкель передает историческую радиограмму — рапорт папанинцев товарищу Сталину: Фото специального корреспондента «Союзфото» сквы» на «Таймыре Я. ХАЛИПА. aul aH A «Таймыр» отдал концы 8 февраля, в 2 часа дня. Вскоре начались суровые морские будни. Уже на следующий день мы попали в первый сильный шторм. Норвежское море встретило нас негостеприимно, но еще труднее пришлось в Гренландском море. До тех пор, пока корабль достиг льдов, нам пришлось выдержать борьбу еще с тремя штормами. Небывалой силы ураган обрушился на «Таймыр» 7 февраля. Itaжется никогда еще за много лет своего плавания нашему ледоколу не приходилось выдерживать такой борьбы со стихией. Старые моряки едва держались на ногах. Ветер и огромные волны снесли трапы с капитанского мостика. Всю ночь приходилось спасать от воды закрепленные на корме самолеты й бочки с бензином, Корабль обледенел. Лишь на ут‘ро, когда шторм несколько стих, мы начали скалывать лед, образовавшийся на палубе. Особенно трудно пришлось радистам «Таймыра» тт. Тихомирову, Сертееву и Грабельникову, Которые должны были нести вахту в своей радиорубке несмотря ни на какую погоду. Но, наконец, они были. вознаграждены. 10 февраля мы впервые связались по радио с Кренкелем. Радист Грабельников сообщил нам эту радостную новость и немедленно снова скрыл: соя в своей рубке. С тех пор наша связь. с папанинским лагерем ни раву не нарушалась, и большинство своих радиограмм тероическая четверкапередавала на материк через «Таймыр». (С помощью летчика Власова и ето авиационной труппы, которая .совершале ледовые разведки, мы успен но продвигались вперед разводьями. Мимо тянулся тяжелый паковый лед толщиной до 6 метров. Широкая полынья, найденная в результате разведки Власова, привела нас близко к лагерю. Вот она, затерянная в Гревландском море льдина © четырьмя скромвыми и отважными обитателями, к которым мы так стремились! Вот видны уже флаги латеря. С криками «ура» вся коман-. да выбежала наверх. Вслед за «Мурманом» «Таймыр» врезался в толстый слой льда и остановился. — На лед! Почти вся команда покинула корабль. Я оставался на борту, но подконец не выдержал и побежал вслед за остальными. Около лагеря папанинцев был проведен митинг. Единственный в историй митинг, происходивший когда-либо в тяжелых льдах Гренландского моря. Первым выступил Иван Дмитриевич. Закончилась «торжественная часть» налией встречи, и все принялись за дело. У тов. Папанина на льдине все было готово: вещи тщалельно уложены, аппаратура запакована. Оставалось лишь погрузить на нарты. Наши моряки запряглись, и четыре тонны труза были доставлены на ледокол меньше, чем в час. Льдина опустела. На борту «Таймыра» обосновались товарищи Ширшов и Федоров. Првжде всего вахтенный командир отдал им рапорт. Затем началиеь бесконечные ‘расспросы. В 10 час. вечера «Таймыр» и «Мурман», стоявшие на некотором расстоянии друг от друга, сошлись борт о борт. В нашей кают-компании начался товарищеский ужин $ участием четырех папанинцев. Во время ужина была получена радиограмма в поздравлением товарища Сталина. На ледоколе раздалось тромкое «ура». Тут же был составлен ответ тов. Сталину и членам правительства. Мы немедленно передали его в Москву. Не обошлось и без веселого конnepra самодеятельности. Иван Дмитриевич и штурман Акопян танцовали лезгинку,. Мне кажется, что никогда и нигде ни один актер не 19 января «Таймыр» принял полутодовой запас продовольствия, уголь и воду. Мы ждали прибытия самолетов и приказа, чтобы выйти $B море. — К папанинцам! енинградекий почтамт получил из Москвы 10 тысяч почтовых конвертов с изображением лагеря «Северный полюс». В ‘течение трех часов первая партия была распродана. Огромный спросе пред’являют ленин“ градцы на марки, выпущенные Наркомовязью в честь завоевания Северного полюса. Ответственный редактор М. М. ПОЗДНОВ. Издатель МГК ВКП(б). Ленинграда в Москву героичелла папазиниев обставлены с став, который повезет Из олеввнерола 2 олон-ратоны. отведенные для патланинцев, лы Г, Аа ТН максимальным комфортом. На фото: одно из куне