НА ПУШКИНСКОЙ
ВЫСТАВКЕ
	ЭКСКУРСИЯ МОСКОБС
TIKOJBHUKOB
	К трем часам дня на улице Кро­поткина, у старинного особняка, по­строенного архитектором Григорье­вым в 1814—1316 годах, собрались ре­бята. Великолепное ампирное здание.
украшенное барельефами, изумитель­но расписанное внутри, произвело
сильное впечатление на детей и сра­зу как бы перенесло их в эпоху
Пушкина.
Участники экскурсии осмотрели
	восемь залов выставки. В первом они
увидели множество советских изда­ний произведений Пушкина, перево­ды стихов поэта на другие языки.
Во втором зале внимание ребят при­влек большой стенд. посвященный
восстанию декабристов. Злесь вокруг
портрета Пушкина работы  Кипрен­ского расположены уникальные эк­спонаты — подлинные портреты ле­кабристов, сделанные в ссылке уча­стником восстания Николаем Бесту­жевым и снабженные собственноруч­ными подписями портретируемых.

следующем зале экспонируется при­сиедующем зале экспонируется при­надлежавниее Пуликину бюро — ста­ринныи письменный столик с покатой
крышкой. В зале где расположены
	экспонаты,
	ВБ зале, где расположены
повествукицие о гибели
юэта. участникам экскур­великого поэта, участникам экскур­сим показали последнее письмо Пуш­кина к А. О. Ишимовой (детской
писательнице), написанное за два
часа до дуэли, и гипсовую маску,
снятую скульнтором  Гальбергом с
лица поэта сразу после смерти.
Дальше посетители увидели мно­гочисленные картины советских  .
		чулака-ученого < прак тияесжкой
жизнью. В «Современной истории»
рамки социальной сатиры Франса
разлвигаютэя горазлю wape. Четыре
	романа, входящие в эту серизо («Юя
	придорожным вязом», «Ивовый ма:
некен», «Аметистовый перстень»,
«Господин Бержере в Париже»), —
это развернутый памфлет на Третью
республику конца девяностых годов.
Первоначально Франс главу за гла­вою опубликовывал «Современную
историю» в газетах. Эти главы буду­щих своих романов Франс называл
тогда газетными  хрониками и, на­до признать, с полным основанием:
они отличались животрененущей
злоболневностью. Поведение различ­ных партий, смена министерств, меж­дународные отношения Франции, цер­ковные дела, судебные процессы то­го времени — вся политическая и
общественная. жизнь налету зарисо­вывалась Франсом в маленьких глав­ках. В этом отношении «Остров пинг­винов» (1908) и «Восстание ангелов»
	(1914) продолжают «Современную
историю», захватывая уже и начаяо
ХХ вежа.
	Теперь многие события и Люди,
изображенные Франсом, совсем поза­быты или нашли себе приют где-ни­будь в подстрочных „примечаниях
исторических трудов, а злоба дня,
на которую откликался Франс, уже
стала далеким прошлым. Но ero
произведения, как это ни парадок­сально звучит, стали кое в чем еше
более злоболневными, чем были де­сятки. лет назад. Об’ясняется это тем,
что Франс, как это и подобало на­стоящему, большому сатирику, умел
в событиях, людях, порядках и нра­вах современной ему буржуазной
Франиии улавливать существенные
	черты всего международного —иИмне­риализма, а никогда еще эти чер­ты не проявлялись с таким наглым
бесстыдством, как в настоящее время.

Вот почему но-новому злободневен
франсовский Жан Кок, излагающий
основы своей «мирной  политижи»:
«Я мирояюбив, господин Бержеое.
Но, хвала господу, я миролюбив не
по-вашему. Мир, которого я хочу, —
не ваш мир... Мы заключим мир не­умолимый и яростный, мир угрожаю­щий, устрашающий, горящий  пожа­ром и достойный нас, полный грохо­та, ослепляющий, мечущий громы и
молнии, мир, более страшный, чем са­мая страшная война, мир, от которо­го весь свет будет охвачен леденя­им ужасом». Passe, несмотря Ha
французское имя этого персонажа,
не обнаруживают с ним сходства со­временные «миротворцы» с атомной
бомбой в кармане?!

В одной из глав «Острова пингви­нов» Франс рассказывает о заокеан­ской стране, правители. которой сла­щаво именуют ее страной мирной
промышленности и, чтобы найти сбыт
для этой «мирной промышленности»,
перебивают в Третьей Зеландии две
трети населения. Франс называет эту
заокеанскую страну Новой Атлантя­дой, — но в наши дни читатель го­раздо легче, чем во времена Франеа,
расшифрует вымышленное название,
безотиибочно назовет не только часть
снета, гле находится этот «промын­ленный рай», но и точный адрес его
заправил — вплоть до улицы: Уюоля­стрит.

В Австрии, разыгрывая прелвыбор­ную буффонаду, антинародная партня
космополитов, партия помещиков и
капиталистов, пролающая свою стра­‚ву американским импервалестам, во
	Г. Ильин. Актеры Малого театра   сатириком своей современности и в
оказывают повседневную творческую   так называемых «исторических»  Ро­помошь художественной самодеятель­манах: прошлое бывало нередко у
	ности завода. Кинорежиссер, лауреат
Сталинской премии И. Копалин рас­сказал о работах фронтового и coB­хозно-колхозного филиалов театра. О
творческих достижениях актерского
молодняка и о его связи с рабочей и
учашейся молодежью столицы гово­рил_ секретарь Коминтерновского рай­ко’ ВЛКСМ В. Тайлаков.

cf теплым CAOBOMK akTepaM TeaTpa­юбиляра обратился президент Акаде­мии артиллерийских наук, лауреат
Сталинской премии  генерал-лейте­want А. Благонравов. Вспоминая
свои гимназические годы и первые
посещения спектаклей в ролном
всем москвичам старинном здании
на бывшей Театральной плозцали, он
сравнил Малый театр с увлекатель­ной книгой, которую не. устаешть пе­релистывать и с возрастающим ин­fepecom читаешь каждую новую
страницу. ‘
	него лишь удобным разбегом для
того, чтобы атаковать современный
ему империалистический мир. Tak,
«Харчевня королевы Педок» и «Убеж­дения аббата Куаньяра» — две книги
Франса, посвященные приключениям
и беселам броляги-аббата ХУПТ ве­ка, в сущности, не что изюе, как
памфлет на Третью республику, на­писанный эзоповским языком. В 1893
году, когда вышли обе эти книги,
читатели без труда узнали в «деле
Миссисипи» пресловутое «дело о П2-
намё» — только что закончившийся
сканлальный судебный процесс, ко­торый обнаружил массовую продаж:
насть заправил Третьей  республи­ки — депутатов, министров и ряда
видных «реслубликанских» деятелей.
Ядовитое  въинучивание аббатом
Ктаньяром королевской Франции
	ХУПТ века, королевского суда, Ко
ролевской военной политики читате-