СЧАСТЬЕ напевала ему мать, тихо баюкая сынишку в колыбели, о счастье мечтали все его родные и друзья. Но он вскоре убедился, что настоящее счастье может быть только у богачей, для которых написаны все законы страны, где он родился; у богачей, которые сами для себя писали эти законы; у богачей, которые могли, не заглядывая ни в какой закон, убить негра... И, когда молодому рабочему Роберту Робинсону бросили вего смугnoe лицо отвратительное оскорбление, он не спустил этого обидчику,— пришлось во избежание мести и преследований уйти с места. И вот он услышал, что далеко за океаном есть огромная страна, где счастье может добыть каждый, вне зависимости от цвета кожи, языка и происхождения. Надо лишь хорошо и честно работать. Нужно всем своим сердцем и умением участвовать в великом труде народа — народа, который сам стал хозяином своей страны; народа, который впервые в истории основал государство трудящихся; народа, который построил жизнь, подчиненную новым законам, продиктованным разумом и справедливостью; народа, доказавшего свою поразительную стойкость и мужество в боях против иноземных врагов, проявившего талант созидателя в великих стройках с0- пиализма. На одну из этих первых строек и поехал Роберт Робинсон, девятнадцатилетний инструктор одного из фордовских заводов. Он работал на строительстве Сталинградского тракторного. Его скружали дружные, работящие, трудолюбивые люди, хорошо знавшие, что, строя один из гигантских заводов сталинской пятилетки, они своими руками строят свое собственное счастье. Это широкое русское чудесное слово вскоре узнал Робинсон. Да; люди строили свое счастье — мощную отечественную индустрию, культурную колхозную деревню, для просторных полей которой предназначались тракторы, тысячи, сотни тысяч тракторов с маркой «СТЗ». Вместе с русскими рабочими, вместе с волжанами, рязанцами, сибиряками самоотверженно трудились грузины, белорусы, украинцы, видевшие в успехе строительства, в индустриализации свое кровное счастье... С добрым любопытством, которое постепенно сменяло остатки прежней настороженности, приглядывался молодой негр к этой дружной многоязыкой семье строителей. Русые, светлолицые товарищи по работе были приветливы с ним, внимательно слушали его наставления у станка и восхищенно следили за длинными, тонкими смуглыми пальцами Робинсона, похожими на пальчерний машиностроительный инсти? тут. Он работает сейчас инженером в инструментальном цехе. Отличный конструктор, он умеет не толька дать превосходный чертеж, но, ког“ да надо, сам становится к станку, изготовляет новый инструмент, испытывает его, инструктирует других. На груди у Роберта Робинсона медали. Он стал уже давно москвичом, сроднился с великим городом, в котором нашел свое счастье, охраняемое мудрыми сталинскими законами, законами свободного и великого братства народов. У него много друзей на заводе. Он не теряет связи с верными товарищами по институту, с инженерами Хохлушиным, Гиммельфарбом, Боксвым, конструктором Ниной Филиновой, Е В огромном коллективе 1-го ГИЗ бок о бок работают представители многих братских народов Советского Союза. Твердо, уверенно держит в своих руках собственное счастье мастер и председатель цехового комитета роликового цеха грузин Гветадзе. Вместе с мссеквичами, вместе с русскими товарищами по работе крепит здесь озаренное ровным светом Сталинской Конституции свое собственное и всенародное счастье украинец Петриенко, участник Великой Отечественной войны, а ныне один из передовиков производства, штамповщик-рационализатор шарикового цеха. 1933 года работает в ремонтно+ механическом цехе, выполняя норму на 350 процентов; Витольд Ишерадовский из Западной Белоруссии. Молодой татарин кузнец Вали Тазеев из-под Казани, бывший бригадир штамповщиков, а ‘ныне наладчик кузницы, скромно сообщает, что у него «меныне 120 процентов He. было». А его друзья подсказывают; что у него «было и до 300»... Армянин Дадастанов тоже хорошо знает, что он вместе с товарищами добывает себе и народу крепкое, прочное счастье. Он работает старшим мастером участка, того самого, где шлифовались крупногабаритные кольца для подшииников Запорожстали. Сплоченные прочной творческой дружбой, вдохновляемые единством помыслов, обрашенных к близкому коммунистическому будущему нашей Родины, в одной великой сталинской семье, где нет деления по цвету кожи, где место человека определяет его труд, творят, работают советские люди. Их светлая дружба, их могучее единство и трудовые победы — великий оплот мира во всем мире. И миллионы людей славят имя творца Советской Конституции, имя, которое звучит одина-. ково на всех языках, как символ равенства народов, справедливости, демократии и свободы. крыла широкие пути к образованию; к знаниям. Незабываемо мрачное впечатление оставили встречи с английскими учителями, их жалобы на тяжелые условия работы. Запомнилось одча > из требований, выдвинутых конференцией: «Повысить заработную пла= ту учителя, хотя бы до уровня заз работка полицейского...». Английский блюститель порядка зарабатывает почти вдвое больше, чем школьный учитель! Профессия его более почетна в Англии, чем профессия учителя, заработная ‘плата, материальный уровень жизни которого непрерывно снижаются. Ярко свидетельствуют о пренебрежении к нуждам просвещения и самые здания английских школ. Многие школы состоят из одной, реже двух классных комнат. За годы, прошедшие после войны, во всей Англии построено... 57 школьных зданий. В тяжелых условиях приходится заниматься детям. В ‘комнате, рассчитанной на двадцать пять человек, часто занимается более шестидесяти. Правящие круги, обещавшие в ближайшее трехлетие вдвое увели: чить расходы на вооружение, Bb деляют на нужды народного образования микроскопические суммы. Английские учителя и мечтать не могут о том расцзете культуры и народного образования, которого достигла наша страна под солнцем Сталинской Конституции. исис в Монино > цы пианиста, с непостижимой легкостьо демонстрировавшими самые сложные операции - инструментального дела. Но как-то раз Робинсон зашел в столовую, где сидели белые люди, родившиеся не на советской, а на американской земле. И вот двое белых, в погоне за длинным рублем прикатившие из-за океана на берега Волги, увидев негра, пришли в ярость: как смеет черный входить туда, где вкушают пищу американцы! Правда, вокруг них и за окнами столовой простиралась широкая вольная советская земля, где давно уже даже самому отсталому человеку дичайшим бредом показался бы такой вопрос. Однако янки с детства вместе с правилами бэйзбола вколачивают в мозги, что там, где ступила подошва американского ботинка, все должно — подчиняться американским законам и обычаям... Словом, два белокожих прохвоста потребовали, чтобы негр немедленно убрался вон из столовой. Так они привыкли делать у себя в штате Миссури или штате Луизиана. Но негр, чувствуя под собой советскую землю, берег русской великой реки Волги, а не Миссисипи, нарушил закон белых, установленный за океаном, и не повиновался. Тогда один из американцев бросилса на него. Какое яростное и повсеместное возмущение вызвала/ эта дикая и гнусная выходка! Американцы были ошарашены. Что за шум? В чем дело, джентльмены? Неужели негра уже нельзя ударить? Да ведь у нас дома, в Штатах, это происходит по сто pa3 Ha день! Но справедливые, суровые и человеколюбивые законы советской страны призвали тупоголовых последователей Линча к ответу. Янки судили и с позором выслали из СССР обратно в Америку. ..Два года работал Робинсон на строительстве Сталинградского тракторного завода. Затем он переехал в Москву и начал работать на Государственном подшипниковом заводе. Он стал полноправным гражданином страны, где обрел подлинное, достойное человека высокое и ясное счастье. Свободные законы его нового отечества открывали широкую дорогу к жизни, о которой и мечтать не мог молодой негр в Америке. В 1934 году Робинсон был избран депутатом Моссовета. Сколько новых друзей приобрел он в Москве! Они помогали ему учиться, занимались с ним русским языком, и он сумел окончить веЕ ГРАЖДАНЕ НАШЕЙ СТРАНЫ ИМЕЮТ ПРАВО НА ОБРАЗОВАНИЕ. Сотни тысяч людей, окончив среднюю школу, обычно ° продолжают учиться дальше в высших ‘учебных заведениях. НА СНИМКЕ (в центре) - — член научно-студенческого общества Энергетического института имени Ах п} а ава о а В С т а ЕР бт =” м pneu tee ое © wre nn В. М. Молотова сталинский стипендиат И. своих товарищей студентов Л. ЩЕРБАКОВУ, своих товарищей студентов Л. прибором. ГИ Картов Алексей — Михайлович Карпов — первый в крестьянком роду Карповых образованный человек. Его отец, погибший от турецкой пули в 1916 году, едва умел читать. Два брата отца были «грамотны» не больше его. А сестра не знала даже того, что знали братья. Алексей Михайлович поступил подмастерьем в заготовочную = MacTepскую мужской и дамской обуви и мечтал попасть на обувную фабрику «Колумбус», что стояла на Немецком рынке в Москве... _ Октябрьская революция сделала Алексея хозяином его собственной судьбы. Вернувшись с гражданской войны, молодой Карпов захотел быть автомобилестроителем. На — заводе АМО ему не пришлось униженно кланяться, как кланялся когда-то его отец владельцу заготовочной мастерской. Завод, управляемый такими же, как он, простыми людьми, сразу принял демобилизованного красноармейца в свой коллектив. И красноармеец стал. молотобойцем. Партия пробудила в Алексее Михайловиче жажду знаний. С тех пор, как он стал автомобилестроителем, ему не раз пришлось пожалеть, что в бедной крестьянской семье не нашлось денег на обучение сыновей. Там, тде ему нехватало знаний, его выручали жизненный опыт и книга. Его жена Пелагея Гавриловна до переезда в Москву. жила в подмосковной деревне. В столице она решила работать бок о бок с мужем. На AMO ee взяли чернорабочей. Ее влекло к профессии слесаря, и она довольно скоро овладела этой специальностью. А потом ей предложили пройти техминимум и занять место автоэлектрика на главном конвейере. Из нее вышел такой знаток этого дела, что, когда Алексея Михайловича Поезд приближался к Москве. Промелькнули платформы природных станций, дачные поселки, березовые рощи, позолоченные залодящим солнцем. Быстро стемнело. Когда проводник об’явил: «До Москвы — ровно полчаса». за окном уже стоял вечер. Это обстоятельство, которому Никто из пассажиров не придал значения, испугало Лиду. Глядя в окно, за которым были видны уже только мерцающие в темноте огоньки, она испытывала беспокойство. Вспомнилось ей, что говорил отец, усаживая в вагон: — Как выйдешь на Белорусском вокзале, отойди в сторонку от поезпа и стой на месте. Никуда не 5еги. Пусть другие спешат к выходу. А ты стой на месте. Не то Клава тебя потеряет... Когда человеку пятнадцать лет, и он первый раз в своей жизни покинул родную деревню, где родился и вырос, никто не посмеется над тревогами, охвативиими его в вагоне цальнего поезда, замедляющего хэл У перрона московского вокзала.., Сестра встретила Лиду. Она отыскала ее в толпе пассажиров и повезла к себе на Красную Пресню. Это было 91 ноября 1939 года. * 21 ноября 1950 года под высокими сводами “строящегося подземного дворца громко прозвучало имя де вушки из смоленской деревни Горолянка. Строители’ новой станции Моро «Белорусская-кольцевая» назвали своим кандидатом в депутаты Московского городского Совета лучшую чеканщицу Метростроя Лидию НикиTHEY. — Мы хорошо знаем иду, — сказал слесарь Крутков. — Всей своей жизнью и творческим трудом она заслужила наше дорерие и достойна занять почетный пост депутата Моссовета. Раздались аплодисменты, ГУлКо Прокатившиеся по трем тонкелям, сходящимся к среднему залу полземной станции. Все обернулись в ту сторону, где стояла, прислонясь K TIOOHHTY, невысокого роста голубоглазая девушка в резиновых сапогах и кожаной защитной каске. Наклонив голову, И. КОПЫЛОВ:; он уже имеет шесть авторских свидетельств на изобретения. ВОЛКОВА и Ю. ЯУНЗЕМ с сконструированным им PoTto В. КУНОВА. завод узнал об этом от его соседей, а узнав, выделил Карнову в заводском поселке изолированную комнату для занятий. — Учись, во всем поможем, — говорили в парткоме. Помогая, автозаводцы непрестанно интересовались успехами «своего студента», не раз слушали «отчет об успеваемости А. М. Карпова» на партийном бюро. Карпов никогда не забудет горячего участия заводского коллектива в его судьбе. Завод, где он ковал первые детали первых советских автомобилей, стал ему еще ближе, еще дороже. По окончании академии его хотели направить на другое предприятие, но он сказал: «Если я заслужил награду за свой труд, верните меня к своим». Вот такой же проникновенной заботой окружил завод и детей Алексея Михайловича. Когда старшая дочка Карповых Галя училась в шестом классе, началась война. Завод, эвакуировавшийся в тыл, взял ее с собой, чтобы она могла продолжать учение. Вернувшись в Москву, завод принял ее на работу учетчицей в производственный отдел, предсставил ей возможность посещать вечернюю школу рабочей молодежи, чтобы она могла сдать экстерном за два учебных года, пропущенных в десятилетке. Галя работала не восемь, а только тесть часов. И позже, уже сдав экстерном за два класса десятилетки и решив поступить в Московский юридический институт, девушка еще раз иснытяла на себе родительскую чуткость ЛЮДИ ТРЕХ ПОК > Б. КРИНИЦКИЙ > премировали «эмкой» и у «эмки>» вдруг ‚акапризничало зажигание Пелагея закапризничало зажигание, в:елагся Гавриловна сразу же доказала сное превосходство над мужем, получившим права шофера-любителя. У них уже были дети, когда Алексея Михайловича послали в Промакадемию. Диплом мужа наполнил сердце Пелагеи Гавриловны гордостью за того молотобойца, который много лет назад так хорошо говорил ей о счастье грядущих времен, словно уже видел это счастье за околицей родной подмосковной деревни. Тогда ей казалось все это несбыточным, а вот она дожила до дней, когда в жизни стало больше счастья. чем было в юношеских мечтах мужа. Итак, первый в роду Карповых человек получил диплом. Это стоило бывшему молотобойцу больших усилий, и, возможно, они не дали бы результатов, если бы партия и государство не поддерживали его все годы учебы. Партию и государство олицетворял его родной автомобильный завод, уже носивший тогда имя величайшего человека. Первое время стипендия слушателя Промакадемии еще не была так высока, как заработок Алексея Михайловича на производстве, и в бюджете семьи Карповых образовались прорехи. Завод выдавал Карпову безвозвратные ссуды — «на перья», как шутили старые кадровики. Потом стипендия возросла чуть ли не втрое, и вопрос о ссудах отпал. Зато появилось новое осложнение: лекции требовали длительной подготовки, а дома мешали ребята— разве угомонишь детвору. Никому не жаловался Алексей Михайлович, но ваводского коллектива. Несмотря на очень большую нужду в кадрах, завод не отнял ни одного учебного дня у будущего юриста, а сразу же освободил Галю от работы. Даже не просто освободил, — иди, мол, учись, а дал заслуженную девушкой блестяшую характеристику, и эта характеристика сыграла свою роль при приеме комсомолки Карповой в юридический институт, где в тот год было 15 претендентов на каждое свободное место. — Легко в наше время ставить д®- тей на ноги, когда вокруг столько дружеских рук,‚—говорит Алексей Муихайлович. — И совсем не зря мечтаем мы с Пелагеей Гавриловной о втором инженере в нашей семье. Он имеет в виду сына Володю, который собирается поступить в станкостроительный институт. В любой капиталистической ’ стране рабочий, достигший его положения, не смел бы и думать о большем. Дело в том, что Володя уже имеет `специальчто Болодя уже имеет’ ‘специаль-` ность техника-техиблога по холодной обработке металла и руководит технологическим процессом в механосборочном цехе автозавода. Эту специальность он приобрел при помощи предприятия, ставшего его отцу да и ему самому вторым домом. Можно не сомневаться в том, что те, кто помог Володе получить диплом техника-технолога, не оставят его и на пути к диплому инженерастанкостроителя. Можно не сомневаться в том, что высшее образование ожидает и младшую сестру Волюди — МЛюду, которая учится в седьмом классе и еще не выбрала свою дорогу в жизнь, Светлую судьбу детей и внуков неграмотного солдата Карпова, убитого турецкой пулей, охраняет великая Сталинская Конституция! патки уже уплотнился, сравнявшись с краями кольца тюбинга. Лида отводит в сторону пневматический молоток, выключает подачу сжатого воздуха и ощупывает пальцами цементный шов. Он кажется ей недостаточно гладким. Где-то осталась неприметная глазу шероховатость. Ее надо немедленно удалить. Снова чеканщица подводит к подозрительвому месту молоток и неторопливо продолжает трамбовать цемент. Становится понятным, почему бригадир совсем не надолго останавливается возле ‘участка, отведенного Лиде. За него он спокоен. Можно быть уверенным, что здесь работа выполнена безукоризненно, с предельной добросовестностью. Здесь трудится человек, который довел до совершенства свое мастерство. И видно, что всякий раз, проводя пальцем по отшлифованному, до блеска цементу, он испытывает радость: на-славу сделано! * «Советская власть более всех других, самых передовых стран осуществила демократию тем, что в своих законах не’ оставила ни малейшего намека на неравноправность женщиНЫ». Эти слова В. И. Ленина вспомнили на предвыборном собрании В строящемся дворце московского мет: ро. Вспомнили потому, что жизнь и труд девушки, о которой говорили стройтели станции «Белорусскаякольцевая», могли служить яркой иллюстрацией к этим ленинским CJIOВАМ. Ничто не помешало и не могло помешать Лидии Никитиной осуществить свое желание — строить подземные дворцы, еще в детстве поразившие ее ‘своей красотой. Равная среди равных, вошла она в коллектив таких же советских патриотов, для которых труд стал делом доблести и геройства. Почти на том же месте, где не так давно, выйдя из вагона, растерянно озиралась по сторонам, — строит она теперь вместе с ними новый дворец — такой же красивый, как и Te, что уже построены с ее участием. ГО, ЧТО я ВИДЕЛ... > И. ГРИБКОВ, председатель Центрального комитета профсоюза работников начальной и средней школы LJ APJIbS Диккенс посвятил бичующие страницы старой английской школе. У кого не остались В памяти изображенкое в романе «Жизнь и приключенья Николая Никльби» учебное заведение палача детей мистера Сквирса, образы забитых ребят, для которых каждый день школьных занятий — мученье? ..B этом году я побывал в Англии. Больше ста лет прошло с тех пор, как Диккенс писал свой роман. Но, когда я слушал выступления участников конференции английских учителей, на которую был приглашен, знакомился с положением английских школ, мне не раз пришлось убедиться: нравы, обычаи, против которых писатель направлял острие своей сатиры, и по сей день живут в школах Англии. Нам, советским людям, в особенности учителям, трудно представить себе, как нелепа и уродлива система школьного воспитания в Англии, в этой якобы «просвещенной» стране. Ременная плетка-треххвостка до сих пор широко используется ванглийских школах как наиболее «действенный» педагогический метод. Детей — мальчиков и девочек — бьют в присутствии всего класса, бьют и в кабинете директора. Характерно, что выступления наиболее прогрессивных участников конференции, потребовавших отмены телесных наказаний в школе, не нашли поддержки у заправил лейбористского , Oy профсоюза учителей. Такая «реформа», очевидно, показалась им слишком опасным отступлением от британских традиций. . Политику правящих классов в области просвещения ярче всего рисует прочно установившаяся в Школе система разделения детей на «способных», «малоспособных» и «неспособных». Это разделение, которое производится после первых четырех лет обучения, закрывает путь к дальнейшему образованию, к культуре миллионам английских детей. Ученик, на которого в результате пресловутой проверки ложится клеймо «мялоспособного», имеет право учиться только в средней школе и только до пятнадцати лет.. «Неспособный» лишен даже права на среднее образование. Путь в высшие учебные заведения детям, включенным в эти две категории, закрыт навсегда. А их в школах Англии оказывается, как правило, 85 процентов. Не случайно, что в огромном большинстве это дети рабочих, развитие которых правители Англии стремятся ограничить всеми возможными способами. Не раз вспоминал я в Англии счастливых детей моей Родины, перед которыми Сталинская Конституция отИ. ОСИПОВ > цементировать. Этим и заняты чеканщики. Они наполняют швы между отдельными кольцами слегка смоченным цементом, обладающим свойством расширяться, и крепко-накрепко утрамбовывают его пневматическим молотком. Дорого могут обойтись малейшая небрежность, оплошность, недосмотр чеканщика! Вода непременно воспользуется самым крохотным отверстием и перейдет в наступление. Сперва появится едва . приметное рыжее пятнышко на белом своде тоннеля. Потом оно будет все больше разрастаться, и настанет день, когда эта капля, просочившаяся сквозь микроскопическую щель, 3aставит снять мраморные плиты, убрать скульптурные украшения, облиповку и добраться до того места в тюбинге, где чеканщик недостаточно плотно утрамбовал цементную изоляЦИЮ. M3 всех специальностей Лиде больше всего пришлась по душе эта кропотливая работа чеканщика. Двигаясь по тоннелю велед за проходчиками, она как бы завершала длительную, напряженную борьбу с подземными водами. Войдя в тоннель, сразу можно заметить, где уже поработали чеканщики, а где еще не прикоснулись к ‘тюбингу их умелые руки. Там, где прошла их бригада, можно укладывать рельсы, облицовывать свод и стены. Не видно ни одной капли воды на чугунных кольцах тюбинга. А рядом струятся целые потоки. Сюда ‘еше He лошли чекавшики, Часами можно смотреть, как работает Лида. Сперва кажется, будто ее движения чем-то замедлены, и поражает неторопливость, с которой она водит стальной лопаткой вдоль шва, только что заполненного цементом. Но присмотришься внимательнее и видишь, что каждый ее жест, каждый поворот лопатки, каждое движение точно рассчитаны и постоянно подчинены плавному ритму. Вот она провела чеканкой сверху вниз по шву. Цемент заполнил щель и под частыми ударами стальной лоона сосредоточенно разглядывала чеканку — маленькую металлическую лопатку, при помощи которой можно крепко утрамбовать цемент между кольцами тюбинга. Казалось, все внимание девушки поглощено тольке этим нехитрым — инструментом, но видно было по ее зардевшемуся лиWy, как взволнована она словами, внезапно прозвучавшими с трибуны предвыборного собрания. Великая радость — заслужить своей жизнью и трудом уважение и доверие советских людей! Девушка, приехавшая в Москву из Смоленской деревни, провела семь лет под сводами строящихся подземных дворцов, и отсюда далеко разнеслась слава о замечательном мастерстве этой лучшей чеканщицы Метростроя. Впервые увидев метро, она спросила у сестры: — Когда-нибудь будут еще строить такие же дворцы? Сестра ответила, что этой работы хватит еще на многие годы. * Тогда Лида серьезно, совсем не по-детски сказала: — Вот вырасту — непременно стану строителем. И построю такие же красивые дворцы... В тот день, когда к новой станции «Измайловская» подошел первый поезд, среди пассажиров, удостоенных чести открыть движение по нбвому радиусу, можно было увилеть Лиду Никитину Празднично одетая, в окружении своих подруг — таких же молодых чеканщин, откатчиц, гранитчиц — осматривала она станцию, любовалась ее лепными украшениями, MpaMOpной облицовкой стен. В тоннеле’ этой станции она своими руками зачеканила кольца тюбинга. Здесь она начала свой путь строителя метро. Г Чеканка тюбинга — одна из самых ответственных операций. Всей своей чугунной громадой кольца тюбинга не только закрепляют свод и стены, но и преграждают воде доступ в тоннель. Между кольцами тюбинга остаются узкие щели’ Их надо плотно заГРАЖДАНЕ СССР ИМЕЮТ ПРАВО НА ОТДЫХ. НА СНИМКЕ; в тостиной санатория еси под Москвой; на переднем плане техник завода «Точизмеритель» имени Молотова А. ШАЛИМОВА, ЭКОНОвысокое доверие советских людей, мист отдела труда Министерства стройматериалов РСФСР Е. ТРАУСТЕЛЬ, ученик ремесленного училища № 23 <>ото М. ОЛЕХНОВИЧ и Г. яБЛОНОВСКОГО. заслуженная награда за вдохновентокарь В. СИМАКИН и инструктор-ревизор райпотребсоюза Н. ПИМЕНОВ. ный труд. . pot Фото м, ОЛ