_& ДЕКАБРЯ 1950 г., № 338 (11810) ПРА Ответ Мао _Цзе-дуна промышленникам и торговцам Гяньцзиня ПЕКИН, 3 декабря. (ТАСС). Председатель Центрального. Народного правительства Маю Цзе-дун поелал приветствие более чем 42 тыс. промышленников и торговцев города Тяньцзиня, которые провели митинг под лозунгами борьбы против американской агрессии, за оказание помощи Корее и защиту своей родины. В ответе на телеграмму, присланную ему участниками митинга, Мао’ Цзе-лун пишет: Я прочел вашу телеграмму от 39 ноября. Вы ясно поняли реакционный характер американских империалиетов, начавитих агрессию против Китая и Кореи, и мы приветствуем это. Вы не дали обмануть и запугать себя. Включившись 30 ноября в патриотическое движение сопротивления американской агрессии, оказания помощи Корее и защиты своих домов и страны, вы продемонстрировали свои справедливые цели. Это нужно приветствовать. Американские империалисты выступают с лживой пропагандой против китайского народа. Ни один патриот не должен верить этой лжи. Американские империалисты, которые вторглись в Корею и на Тайван и которые подвергают бомбардировке районы Северо-Восточного Китая, применяют всякого рода гангетерские методы, чтобы запутать китайский народ. Каждый патриот должен решительно выступать против агрессии американских империалистов и не бояться их угроз. Героические действия китайских народных добровольцев, оказывающих сопротивление США, помогающих Корее и зашищающих свои дома и свою страну, заслуживают похвалы. Вее патриоты страны — рабочие, крестьяне, интеллигенция, промышленники и торговцы объединились, как один, против американской империзлистической агрессии. Я надеюсь, что все промышленники и торговцы, патриоты своей страны. вместе с широкими массами народа создадут против империалистической — агрессии единый фронт, который будет крепче, чем когдалибо раньше. Это принесет несомненную и окончательную победу китайскому народу в священной борьбе против империалистической агрессии. —O— IAPO]I ФРАНЦИИ ПРОТЕСТУЕТ От собственного корреспондента «Правды» цех, а поезда метро выплескивали все новые и новые толпы людей, стремившихся попасть На МИТИНГ. He описать бурю горячих откликов, возникшую после того, когда докладчик Ив Фарж, сообщив собравшимся о выступлении Трумэна, воскликнул: «Мы, выступая от имени 500 миллионов человек, подписавших Стокгольмское Воззвание, говорим: военные преступники, берегитесь! Ваши преступления повлекут за собой для вас и для ваших лакеев самую ужасную кару!» В полном сознании своей могучей силы ий своей исторической ответственности за судьбы родины и всего человечества французские борцы за мир вместе со сторонниками мира во всем мире усиливают борьбу против Угрозы войны. Вак и ранее, в авангарде этой борьбы идут самые верные, последовательные, самые энергичные защитники мира — французский пролетариат и его коммунистическая партия. «Пусть на каждом заводе, в каждой мастерской, нз каждой стройке, в каждой деревне, в каждом квартале наших городов мирные люди заявят торжественный нротест. Пусть отовсюду будут направлены делегации и послания посольству США, ООН и избранникам народа, независимо от их политической принадлежности. Пусть французский народ единодушно заставит пвавительство выступить против готовящегося преступления и высказаться за немедленное мирное урегулирование войны в Корее и созыв в ближайшее время совещания представителей великих держав в целях безусловного отказа от использования атомного оружия и истребления человечества». Эта программа, провозглашенная ЦВ Французекой коммунистической партии 1 декабря, прозвучала, как могучий набат. В тот же день утром прекратили работу в знак протеста против нового припалка американских истериков рабочие многих парижеких предприятий. Повсюду проходили митинги, по цехам циркулировали петиции протеста, их подписывали сотни и тысячи рабочих. Делегации относили эти петиции в американское посольство, в парламент, преoH ATCHTY. Всеобщая конфедерация труда, верная своей традиции защиты мира, призывает все профсоюзные организации, всех членов профсоюзов, всех трудящихся немедленно подать свой мощный голос и выразить волю рабочего класса... Действуйте быстро и решительно, в полном единетве, чтобы остановить преступную руку тех, кто хочет толкнуть мир BO мрак и залить ею Кровью». Так отвечает на провокацию Трумэна трудовой народ Франции. Этот бурный веенародный протест вызывает мрачные раздумья в правящих кругах страны. Они все яснее отдают себе отчет в том, что французы не позволят использовать себя как пушечное мясо в американской войне. С другой стороны, эти круги сознают, что расширение агрессии Трумэна — Макартура на Дальнем Востоке может поставить под угрозу американскую помощь французекому правительству в его «грязной войне» против народа Въетнама. Надежды на то, что американцы вооружат французекую армию в Европе, также поблекли: с одной стороны, корейская война поглощает огромное количество американской техники, с другой, — американские генералы предпочитают вооружать фашистекую армию Западной Германии. В этой обетановке французекая буржуазная пресса все раздраженнее атакует. американизированных хозяев Франции и требует, чтобы правительство поступало более осмотрительно, не давая Вашингтону окончательно связать себя по рукам и ногам. Так, газета «Монд» в передовой заявила на другой день после выступления Трумэна: «Ёше пожалеют, что. Франция в такой серьезный момент сохраняет бесцветное поведение». В том же номере она напечатала резкую статью «0 расчете риска», в которой подвергает критике авантюристическую политику США, которую американская пропаганда до сих пор хвастливо именовала «политикой рассчитанного риска». «Монд» осуждает американское правительство за то, что оно осталось глухим к предупреждению Чжоу Энь-лая и к советам Неру. Газета доказывает, что ни бомбардировки Маньчжурии, на которых настаивает Макартур, ни угрозы Трумэна не спасут положения змериканских войск в Ворее. В заключение «Монд» настойчиво призывает как можно быстрее покончить войну в Ворее, хотя бы даже ценой поражения американской армии, и уж во веяком случае не ввязываться в войну с Китаем, тем более, что «у США нет ни военных, ни психологических средетв, позволяющих бросаться В Такую войну». Выступление крупной французской буржуазной газеты, тесно связанной с промышленными кругами и министерством иностранных дел, характерно для умонастроений довольно широких кругов французской буржуазии. Конечно, эти круги выступают против расширения войны Ha Дальнем Востоке вовсе не потому, что они руководствуются пацифистсекими настроениями. Нет, они ненавидят новый, демократический Китай и новую Корею не меньше, чем Трумэн и Макартур. Они охотно предали бы эти страны огню и мечу. Но, зная по собственному опыту в Индо-Китае, что войны против народов, борющихея за свою своболу, в наш век ведут лишь к истощеНИЮ И поражению завоевателя, они прекраено понимают, что, увязнув в Азии, США неизбежно ослабили бы помощь своим сателлитам в Европе. Эта перспектива страшит утративших самостоятельноеть французских капиталистов, которым становится тошно при одной мысли о том, что они могут остатьея наелине со своим собственным народом, BCA громче провозглашающим боевой лозунг — «За мир, за хлеб, за свободу». Ю. ЖУКОВ. г. Париж, 3 декабря. ^ Котда в жаркий июньский день газеты возвестили о начале войны в Корее, многие обыватели Парижа только пожали паечами: «Ropes? Это далеко, и нас не касается». В политических салонах и в кругах дельцов этой войне были даже рады: «Теперь американцы попробуют на собственной шкуре, что такое война на Дальнем Востоке». Вскоре, однако, к злорадетву примешался откровенный испуг: во-первых, стало яено, что вооруженные силы американских агресворов отнюдь не столь сильны, как их изображали воинствующие генералы из Пентагона; во-вторых. как мрачно острили в Париже, «американский чорт предъявил векселя на проданные души», потребовав от своих маршаллизованных сателлитов поставок пушечного мяса на корейский театр; в-третьих, разнузданная пропаганда войны, как бумеранг, обратилась против тех, кто ее разжигал: во Франции началась паника на рынках, перевод капиталов за границу, а в испанском поеольстве выстроились очереди за въездными визами. Эти страхи возобновились с еще большей силой в связи с разгромом американских войск в северных районах Кореи. Оказалось, что хотя Корея и далеко от Франции, но липия корейского фронта проходит и через ПаDH. Трудовой народ Франции понял подлинное значение и размах событий в Корее раньше, чем политиканы и дельцы из парижеких салонов. «Мир неделим! — заявляли французские патриоты.— Если Макартуру не дадут по кровавым лапам в Корее, американские агрессоры обнаглеют еще больше, и тогда угроза третьей мировой войны обострится». Трудящиеся Франции © напряженным вниманием следили за развитием драматических событий в Корее, высказывали свои горячие симпатии героической корейской армии, проводили забастовки протеста против отправки французских солдат в Корею. Но особенно усилилось напряжение на парижском фланге корейского фронта в последние дни, когда стало ясно, что, бросая вызов великому Китаю, американские агрессоры <тремятся расширить очаг войны. Теперь уже не только трудящиеся Франции, но и некоторые буржуазные круги начали откровенно проявлять тревогу и протестовать против этой новой американской авантюры. Особенно характерна реакция французского общественного мнения на провокационное заявление Трумэна 30 поября, полное военных угроз по адресу Китая. В тот памятный везер Париж гудел, как встревоженный улей. Радио передавало каждый чае подробное изложение этого истерического выступления и отклики на него. На улицах, в метро, в автобусах люди только 0б этом и говорили. «Боже мой, боже мой, они совсем сошли с ума»,—говорила одна встревоженная девушка.—«Нет, позвольте, я спрашиваю: зачем они явились в Корею? — восклицал седой, прилично одетый человек.—Ёорейцы и китайцы — дома, они у себя, а американцы? Они вломились в чужой дом, а когда им дали сдачи, они начинают вопить, что на них напали. Ну, знаете...» «Я не люблю политики и не разбираюсь в ней, — сказал плечистый молодой человек с выправкой спортсмена, — но я вам скажу: тот, кто, потерпев поражение в бою, хочет отыграться на женщинах и детях, — мерзавец». В девять часов вечера на зимнем велодроме Парижа открылся митинг. Франпузская делегация, вернувшаяся со Второго Всемирного конгресса сторонников мира, давала отчет народу Парижа о проделанной работе. Живое человеческое море окружило огромное, неуклюжее и мрачное строение велодрома. 30 тысяч человек втиснулось в. этот колоссальный зал. похожий . на заводской ястерии От собственных корреспондентов «Правды» 24 ноября американские газеты под кричащими заголовками опубликовали приказ генерала Макартура о начале «решающего наступления» американских интервенционистских войск в Ворее. Предпринимая это наступление, Макартур бахвалился, что оно в самый короткий срок закончится полной победой американских войск над корейской Народной армией. «К рождеству американские солдаты с победой вернутся домой», — хвастливо провозглашал Макартур. Однако уже через лень обнаружилось, чо широко разрекламированное наступление Макартура провалилось. Корейская Народная армия с помощью китайских добровольцев сумела не только отразить атаку интервентов, но, перейдя в контрнаступление, прорвала фронт америванских и южнокорейских войск и, развивая наступление, погнала их на юг. Сейчас всем очевидно, что провал «решающего наступления» Макартура явилея не только военным, но и крупным моральнополитическим поражением американских интервентов. Чтобы приободрить приунывших сообщников США по агреесивному Северо-атлантическому блоку, все более явно намеревающихся, пока не поздно, улизнуть в кусты, а также для того, чтобы попытатьея воздействовать при помощи шантажа на китайский народ, в Вашингтоне вновь было решено прибегнуть к языку угроз и запутивания. Известно, что пугало угроз американские ваправилы пускают в ход всякий раз, когда они терпят провалы в своих внешнеполитических авантюрах. Так было и на сей раз. Тон задал президент. 30 ноября Трумэн выступил в Вашингтоне на пресс-конференции с заявлением, в котором он развязно угрожал Китаю и Корейской Народно-Демократической Республике. Цель этого очередного истеричеекого заявления американского президента состояла в том, чтобы попытаться запугать китайский и корейский народы. Но и на этот раз агрессоры провалились. Своим воинственным заявлением президент США запугал прежде всего младших партнёров США по агрессивному Северо-атлантическому блоку. Азк свидетельствуют сообщения европейских корреспондентов американских газет, заявление Трумэна вызвало целый переполох в правящих кругах стран Северо-атлантического блока. В Вашинттон посыпалнеь тревожные запросы из Лондона и Парижа. Английский премьер срочно собралея в Вашингтон. 0собенно бурную реакцию вызвало заявление Трумэна со стороны общественного мнения европейских стран. В Англии царит «чувство серьезного беспокойства. и недоверия к политике Соединенных Штатов»,— тревожно сообщает из Лондона корреспондент газеты «НьюЙорк тайме» Раймонд Даниэль. Парижский корреспондент этой же газеты передает, что заявление Трумэна, серьезно встоевожило депутатов французского Национального собрания. . Не менее характерно отношение к заявлению Трумэна и в кругах Объединенных Изций. Американские корреспонденты при 00Н сообщают, что официальные предетавятели западноевропейских стран выражают В связи е заявлением Трумэна «серъезное опасение». «Еели замечания президента, — пишет в газете «Дейли компас» Иоганнес (тил—имели своей целью укрепить нозиПленум Демократического ХЕЛЬСИНЕЙ, 3 декабря. (ТАСС). Вчера в Хельсинки открылся пленум совета правления Демократического союза женщин Финляндии (ДСЖФ). С докладами о деятельнити и задачах ЛСЖФ выступили предееискатель воды. Мы встретились с ним в Заунгузских Кара-Кумах. Человек замечательного роста, с суровым лицом и скупыми движениями стоял перед нами. Из-под громадной шапки внимательно смотрели горячие орлиные глаза. _ — На колодцы Чарышли отовсюду веДет полуночная звезда, — тихо, словно думая вслух, сказал Язмед. И он долго молчал затем. С нежеланием, помрачневший Язмед возвращалея к прошлому, будто оберегал от Него, не пускал туда. _ Язмед стал пастухом, как, только поднялся на ноги. И тогда же он впервые увидел человека, погибшего от жажды. То был туркмен богатырекого роста. Он шел по пескам долго, упрямо. И под одним барханом упал. Орлы не успели прилететь на добычу — человек высох, стал похож на большую куклу из каленой глины. и никакой клюв уже не мог пробить его кожу. Пустыня выпила из не-` то все, до последней росинки в жилах... A3- мед понял: пески убили человека! Маленький пастух пережил ужас беззащитности. Язмед пас чужие отары и строил володцы в пустыне более тридцати лет, преследуемый этим ужасом. И он видел его у всех, кто был рядом. «Вола!.. Вода!..» — товорили все, ложась спать и вставая. В этим воспоминаниям должна быть закрыта двель... Подлинная жизнь Язмеда началась значительно позже, с тех пор, как появился в пустыне колхоз «8-е марта». Колхоз `иачал наступление на пустыню. Это было поразительно! Он наступал на пустыяю с востока и, запуская вперед, раздвигая свой поля, теенил пески на запад. Он словно преследовал зыбучего врага. А впереди, все тлубже удаляясь в Кара-Вумы, двигался со своей фермой колхозный бригадир Язмел, оставляя за собою колодцы на землях старой Дарьи... Нет, Язмед никогда не испытывал жажды. Он страдал от сновидений, в которых являлись сады, звон арыков A цветушие поля на землях старой Дарьи. Володны были бессильны оживить это COкровище. . — Нет! — жестко рассмеялся старый искатель воды. — Колхоз не устал и Я3- мед не устал! Мы будем строить великий канал, поведем большую воду, Аму-Дарью. поведем! ...Очастье в широте мира, если не тесна обувь, — говорит туркменская пословица. Великий канал словно распахнет дверь в новую страну. ции англичан и французов, то они провалились». Передовая часть американского народа отвечает на истерику Трумэна усилением борьбы против поджигателей войны. В связи © заявлением президента Национальный комитет коммунистической партин США призвал всех американцев, независимо от их политических взглядов, выступить е решительным протестом против угрозы войны, разжигаемой Уолл-етритом. От имени американской рабочей партии с протеетом против заявления Трумэна выступил председатель партии Маркантонио. Ow отметил, что угрозы, подобные тем, Е которым только что прибегнул Трумэн, «1елают нашу страну предметом презрения и ненависти со стороны честных людей». Беспокойство за судьбы мира, которому угрожает авантюристическая — политика американских агрессоров, с каждым днем все шире распространяется среди американцев. Несмотря на бешеный разгул милитаристекой пропаганды и свирепый тер‘DOP, протесты американского народа против политики правящих кругов растут. Характерным проявлением этого служат два беспрецедентных митинга, состоявшихся в Лейк-Саксессе в тот самый день, когда Трумэн на преес-конференции закатывал очередную военную истерию. Две тысячи женщин во главе с председателем женского комитета защиты мира доктором Влементиной Паолоне, услышав по радио о заявлении Трумэна, явились в Тейк-Саксесс для того, чтобы протестовать против преступных действий поджигателей войны. Олна за другой поднимались на трибуну молодые девушки и пожилые женщины. В их речах звучали гнев и возмущение преступными действиями американских поджигателей войны. Они требовали немедленного прекращения военных действий в Ворее и мирного разрешения корейского конфликта. Одновременно большая группа молодсжя собралась в вестибюле помещения 00Н. Над HX головами появились наспех написанные плакаты «Долой атомную бомбу!», «Мы хотим мира!» Здесь не было длинных речей: короткие, взволнованные выступления юношей и девушек выражали переполнявшие их чувства ненависти к поджигателям войны, их стрчстное желание мира. Митинг ‘единодушно избрал группу из нескольких человек, которой поручил добиваться свидания с американским делегалом в ООН 0етином и передать ему требования молодежи: отказ от использования атомной бомбы, вывод всех иностранных войск из Кореи, переговоры между пятью великими державами, включая Китайскую Народную Республику, о мирном разрешении корейского конфликта, Американские делегаты в ООН и на этот раз уклонились от встречи с представителями сторонников мира. Однако нельзя недооцпенить моральный эффект, который произвели 0ба эти митинга сторонников мира в стенах здания Организации Объединенных Наций. ^ Военные угрозы зарвавшихея американских авантюристов не запугают народы, б0- рющиеся за мир. Они лишь еще более укрепят решимость сторонников мира добиться обузлания беснующихеся поджигателей войны. Г. РАССАДИН, И. ФИЛИППОВ. г. Нью-Йорк, декабрь. союза женшин Финляндии датель союза Анна Невалайнен, 0 внутриполитическом положении Финляндии — Херта Куусинен, об итогах Второго Веемирного конгресса сторонников мира — член финляндской делегации на конгрессе Хелля Мелтти. ban И. Сепаратные «выборы» в Западном Берлине БЕРЛИН, 3 декабря. (ТАСС). Сегодня в западных секторах Берлина проводятся «выборы» в сепаратное западноберлинское городское собрание. Утром во время открытия избирательных участков на пустынных улицах Западного Берлина можно было видеть лишь отряды штуммовской полиции. Население не проявляет большого желания принимать участие в этой избирательной комедии. В первые часы выборов проголосовало лишь незначительное число избирателей. БЕРЛИН, 3 декабря. (ТАСС). В первые же часы «выборов» в Западном Берлине выясНилось, что многие избиратели не могут принять участия в голосовании, так как их фамилии, которые всего лишь несколько дней тому назад находились в избирательных списках, неожиданно «исчезли» оттуда. Речь идет, в основном, о лицах, известных своими демократическими убеждениями. По сообщению агентства АДН, руководители 8 ‘западноберлинских партий, стремясь в тому, чтобы процент участия в голосоваHHA был как можно выше, заранее договорились исключить из списков избирателей всех «неблагонадежных» лиц, главным образом членов массовых демократических организаций. Впоследствии эти действия намеревались объяснить «техническими ошибКАами». Вак указывает АДН, перед началом выборов было вычеркнуто из избирательных списков не менее 50.000 избирателей. Они раскинутея по всей трассе канала и его водоотволов и составят плошаль в полмиллиона гектаров. Ветанут по каналу государственные лесные полосы BbICOKOствольных пород. За их спиной поднимется защитный заслон лесов шириной в два с половиной километра. А за этими лесами раскинутся кустарники, сдерживающие пески. Эта мощная зеленая анфилала будет сопровождать воды канала, сопровождать неотступно, всюду, куда они пойдут. Леса создалут новый облик Вара-Кумов, защитят и украсят жизнь, которая бурно закипит здесь. Жизнь, созданная заново, и заново созданная природа .. С четырехсотого километра Главный Туркменский канал вольется в Узбой — сухое ложе древнего Окса — каспийского русла Аму-Дарьи — и пройдет по нему пятьсот километров — по всему пространству центральных и западных Вара-Вумов. В этих просторах живут каракулеводческие колхозы. Шестьсот тысяч овен беспрестанно движутся в районе Узбоя — богатства веAHKHe, Извилистой лентой вьется Узбой по взбудораженному и застывшему океану пустыни, На Каспий, на Каспий! А пустыня попрежнему пепенеет, объятая пламенным зноем, и кажется совершенно бездыханной. Пробираются по ней меж барханов, по «такырам» редкие тропы. И все тянутся на север, к Узбою. Неизменно идет возле русла бесконечная караванная дорога. Берега Узбоя, его грунт и окрестные почвы резко отличаются от пустыни. У русла — своя пойма, «старицы». По берегам лежат плодородные земли. А само русло настолько свежо. что кажется, что вода из него ушла только вчера: дно ровное, берега крепкие. Все так живо напоминает реку! Нет только воды. Ровным и толстым слоем лежит соль по дну Узбоя. Соляная лавина застыла на десятках километров, будто льды сковали реку и лежат на ней, не подвластные солнцу. Че rH В американском посольстве наглухо закрылись тяжелые железные ворота, выставлен военный караул. Рядом занял позицию французский полицейекий патруль. Во делегации шли и шли нескончаемой чередой, не обращая внимания на все усиливающийся ледяной декабрьский дождь. Они молча вручали свои резолюции протеста и уходили. Сконфуженный американский солдат относил эти резолюции к начальству и возвращался на пост. Вначале американцы приоткрывали ворота, чтобы брать резолюции, потом, когда делегации стали более многочисленными, начали принимать их через решетку. Стоявшие на тротуаре парижане обменивались впечатлениями: «Боятся... Спрятались за решетку...», «Господин Брюс сам себе устроил тюрьму в центре Парижа...», «Еще бы, они видят, как ветретили народы затею Трумэна...» Грозно гудят пригороды Парижа. На днях прекратили работу многие электрические подстанции Парижа, забастовали рабочие газового завода в Buiter, завода Прееи в Безон, завода СИНА в Сюрени и многих других. Бюро Всеобщей конфедерации труда, поддерживая инициативу передовых рабочих коллективов, поднявшихся на защиту мира, заявило вчера: «Нужно, чтобы народ Франции ясно дал понять поджигателям войны, что они не могут рассчитывать Ha него. совершавший поездку по трассе Главного Туркменского канала, рассказывал пастухам о жизни, которую принесет канал. На великой артерии вырастет много сел и городов. Новейшая архитектура их будет достойна величия сталинской эпохи, велиTHA жизни советского человека. Города эти будут иметь театры, научные учреждения п промышленность. Они утонут в садах; их бассейны и фонтаны будут сверкать и звенеть в зеленой листве парков. Жизнь прихлынет из пустыни к артерии Главного Туркменского канала и расцветет здесь. Вся магистраль его будет. предетавлять непрерывные возделанные поля, виноградники, хлопковые плантации и сады. Она будет представлять линию многолюдных населенных пунктов, залитых электрическим светом, благоустроенных, окруженных зелеными анфиладами мощных и непрерывных лесов. Здесь расположатся поселки и города колхозов, кочующих сейчас в пустыне. Населенные пункты будут связаны асфальтовыми шоссе, телеграфом я телефоном. На канале и в его зоне будет создано более тысячи новых крупных, полностью электрифипированных колхозов, тридцать пять новых административных районов, семьдесят МТС и построено более сорока заBOJvB. Два громадных энергетических центра на канале, в глубине пустыни, дадут вновь созданной жизни неувядаемую юность — электричество для быта и для работы. Все это — точная картина. В Кара-Кумах уже созданы образцы, показывающие, на что способна советская жизнь в самых, казаловь бы, невероятных условиях. ° Неподалеку от колодцев Сезенли ярко зажигаетея ночная пустыня — светятся cepные заводы. Путь к ним от Сезенли торный, й мы направились на один из них — Дарвазу. Баменный городок Дарваза стоит в зыбучих песках, в самом сердце Кара-Кумов. Ночью он похож на корабль, плывущий по безбрежному океану. Заводской корпус стоит на острие горы и напоминает капитанскую рубку. И в цехах завода, как на корабле: тихо, людей мало, в строгом ритме двигаются и вращаются электрические машины и механизмы. Большинетво рабочих на заволе——туркмены. это высококвалифицированные рабочие. Они любят свое предприятие. В горолке у НИХ — школы, библиотека, клуб, магазины. ляли русло; угадываются знаки древнего орошения, пепел жилища. Не видно на Куртыш-баб ни птицы, ни человека. Вода — горькая и никого не поит. А вокруг упрямо живет пустыня. Колодцы Сезенли. Здесь расположилась каракулеводческая ферма колхоза имени ВБарла Маркса. В песках стоят кибитки. Сразу же за той «распахнутой дверью» раскинутся пветушие земли старой Дарьи. Главный Туркменский канал вдохнет жизнь в каждый их уголок. Это будет гигантская и необозримая хлонковая плантация в триста тысяч гектаров. Она примет облик необыкновенный — все пространетво земель старой Дарьи будет залито электричеством, и его энергия найдет применение всюду, начиная от вспашки земли и подачи воды на хлопковые поля, кончая уборкой их. Бультурные советские центры с заводами и предприятиями будут построены на землях старой Дарьи. А вее эти земли оденутся в листву деревьев от края и до края. Новый коммунистический оазис раскинется на триста сорок километров и сольется на северо-востоке с Ташаузским оазисом, а на юго-западе перешагнет древний узел пустыни — Чарышли. Чарышли завтра — город. Он будет виден далеко, с разных концов придут к нему дороги, и, несомненно, по одной из них приедет в город Язмед Каррыев — древний искатель воды и строитель колодцев Чарышли. Язмед пройдет под тенистыми кронами. И знаменитый искатель воды отдохнет под зеленой и прохладной сенью. у Фонтана. Неторопливый и внимательный, он пройдет по виногралникам и плантациям хлопка и опеНИТ ИХ. * * Из мглы Заунгузеких Кара-Кумов Главный Туркменский канал войдет-в центральные Кара-Кумы — самую суровую область пустыни. Тут она раздвинулась еще шире. Оранжевый, воспаленный цвет. разлился бескрайно. Пески. Немилосерлное солнце. Раскаленный воздух зыблется, дрожит, трепешет. Релкие травы высохли 10 желтизны. Все живое здесь жаждет. Каменноподобный саксаул угрюмо карабкается по пескам, по дюнам; яростно цепляется за каждую отененную пядь ощеренный «верблюжник». Зеленеет то. что добыло влагу. И все это — и зеленое. и сухое, даже сыпучий песок — останавливается и обходит мертвые «такыры» — непроницаемые поля окаменелой глины, ровные и крепкие, как асфальт. Пески. «такыры» и снова пески. Сурово поле битвы за влагу. Где остановиться взору нового в этих местах человека, где найти пристанище? Так хочется увидеть леревцо. Но воображение подавлено и не ри`сует лесных картин. А ведь леса будут злесь, будут в самом настоящем виде! етом все дети этого городка, от трех хо пятнадцати лет, улетают на самолетах в субтропические горные долины Копет-Дага на собственную детскую дачу завода. И там они живут и отдыхают до осени. А отцы их проводят отпуска на курортах й в домах отдыха. — ‘маловаться на жизнь нельзя, — сказал на чистейшем русском языке туркмен, управляющий флотационной машиной. Ларваза — дерзкий вызов пустыне. У городка и завода нет своей питьевой воды ни капли. Ежедневно воду привозят сюда из Ашхабада самолеты-цистерны. Воздушные водовозы курсируют в пустыню © точностью часового механизма. И завод работает так же ровно и ритмично, как любой завол в Москве. — Ванал даст нам воду по трубопроволу, — заметил директор завода Николаев, — у нас будут сады и свое пригородное хозяйCTBO. Солнце клонится к закату. Отара толпится на водопое, и шумят пастухи. Верблюд усердно и терпеливо работает у колодца. Повернув в пустыню, он тянет из глубокого источника, через блок, длиннейшую волосяную веревку. Верблюд уходят далеко в пески, и только тогда появляется из колодца громадная кожаная бадья с водой. Верблюд возвращается к колодцу и опять начинает «тянуть бадью». Таких бадей надо поднять несколько сот. Овцы получат порцию воды на два, а то и на три дня... Картины многовековой давности... А жизнь рвется вперед. В крайней кибитке пастухи склонились над картой Главного Туркменского канала. Где пойдет вода? Угодья колхоза им. Карла Маркса колоссальны. Захватит ли их канал все или только частью? Й как будет жить эта ферма, что ютится в песках у далеких колоднев Сезенли? Седой, костлявый старик в выпветшем халате протянул руки к карте, словно оберегая ее. Он’ говоPHT, волнуясь, повторяя два слова: «Сталин!.. Спасибо!..» Глаза старика повлажнели. дрожит голос. и руки дрожат. Пастух Мерет Оразов приник к карте; пылает черное anno Мерета, обрамленное черной, уже седеющей бородой. Густой голос его трубит: — Так!.. Коммунизм не забыл Кара-Вумов. Теперь — здравствуй, Волга! Русский товарищ, приезжай к нам в Кара-Кумы на пароходе. Русский и украинский товарищ, давай руку — наши каналы братья, наши электростанции — сестры. В колхозе им. Карла Маркса большое хозяйство — много тысяч голов скота, ценные стада каракульских овец, богатый трудодень. Его люли вошли в широкий советский мир. Й хотя колоссальны пространства пустыни, по которым кочуют фермы, колхозники бывают в городах и мечтают о таких же домах, электричестве, театре. — Теперь все будет,— объявил Meрет.— Наш Узбой засветится! В чабанской кибитке было шумно ‘весь вечер. Туркменский поэт Беки Сейтаков, На совхозной ферме, что стоит у колодцев Гелин-Элен, — гость: пришел Айколи. Ему рады. В кибитку зоотехника Мадреймана Насырова набилось много людей. Все хотят рассказать Айколи о великом канале и о своих мыслях. Сосредоточенный и задумчивый CHINT Айколи Мамыев — известный чабан фермы. Издавна знакомая картина родного места раскинулась перед ним. Кибитки фермы, окруженные песками, стоят у обширного «такыра». Есть и дома. Идет стройка, люди кладут стены новых .домов. делают кирпич Все это привычно, и Айколи знает, для чего предназначается — ферма большая, нужд много, стада кочуют во всех направлениях и далеко, строить надо везде. Айколи приходит с пастбищ в Гелин-Элен редко. Там, возле отар. — одна его кибитка и пески; безмолвно, а в Гелин-Элене — люди, шумно, вечерами слышна песня. Он послушает людей, песни и уйдет в пески опять. п надолго. Так протекает жизнь. Ничего особенно не изменилось и на этот раз — за время отсутствия Айколи в ГелинЭлен, а все кажется новым! АИколи слушает, что говорят в кибитке о канале, и молчит. Только глаза вылают его — то настораживаются, то светятся и теплеют. (Окончание следует) Узбой сделал гигантскую петлю на Ceвер. Это древнее урочище Куртыш-баб. —- Вода! Самая настоящая вода в Узбое! По ней рябит ветер. На’ берегах и в пойме Узбоя — глубокие следы трудолюбивых рук: некогда они приводили в порядок, закреп-