4 октября 19 1950 г. среда, № 236 (3649) mek eee ВБ своей субботней речи представитель США г-н Остин сделал попытку дать «анализ прошлого», как он выразился, в корейском вопросе, указав на случаи, когда, по его выражению, был «брошен вызов Организации 0б’единенных Наций». Во всех этих случаях представитель США пыталея ответственность за последующие с0- бытия в Корее возложить на Советский Союз. Я постараюсь показать с самого начала своего сегодняшнего выступления, что у г-на Остина для этого не было никаких оснований, так как все сказанное им представляет собой совершенно произвольное изложение и оценку событий — явное извращение фактов. В действительности, если говорить о прошлом, вызов Организации 0б’единенных Наций и не только OOH, но и основным принципам международного права и международным соглашениям, в`которых приняло участие также правительство США и которые должны были бы быть, разумеется, обязательными для него,— именно этим: основным принципам международного права и собственным обязательствам по международным соглашениям и был на самом деле брошен вызов американскими оккупационными властями в Корее, не выполнившими решения совещания министров иностранных дел США, Великобритании, Coветского Союза в декабре 1945 года, определившего политику, согласованную между тремя державами по корейскому вопросу. Я должен напомнить, что это соглашение 1945 года предусматривало создание временного корейского демократического правительства, что должно было явиться важнейшей предносылкой для 0б’единения Кореи, для восстановления Кореи как независимого единого демократического государетва. Не входя, по понятным причинам, в подробности, я считаю нужным напомнить, что намеченная этим соглашением программа не была выполнена, и не была выполнена именно вследствие позиции американской делегации в’ советскозмериканской совместной комиссии, отказавшейся выполнять такие условия упомянутого соглашения, Rak консультация с корейскими демократическими партиями и общественными организациями, такими, например, как Всекорейская конфедерация труда, как Северокорейский крестьянский союз, Корейская национальная революционная_ партия, Всекорейский сбюз молодежи и другие. Американская делегация предпочла ВЕЛЮЧИТЬ в Представленный ею списов партий и организаций для консультации © совместной советско-американской комиссией 17 поантических партий и общественных групп Южной Kopen, выетупавших против соглашения по Корее, принятого тремя министрами в Москве, против, следовательно, и основных задач, которые были поставлены тогда тремя державами перед собой в отношении Корея, а именно против создания единого демократического og реет рат as i sa oak ee независимого корейского государства. В снисок. партий и организаций, с которымя надлежало провести консультацию по повол\у создания единого корейского демократического независимого государства, оыли включены 17 политических партий и 05- щественных‘ групп и организаций Южной Кореи, высказывавшихея против этого; 0- глашения, в то же время из партий и 0бКРАСНЫЙ ФЛОТ на утреннем заседании Политического комитета Генеральной Ассамблеи ООН 2 октября 1950 г. эта комиссия — вынуждена признать, что «довольно большое число кандидатов сняло свои кандидатуры, что, видимо, говорило 0б оказывавшемея на них давлении». Комиссия вынуждена признать, что аресты производились, — и я.повторяю ее слова. — «в явное нарушение статьи 117 избирательного закона». Вот что представляют собой эти так называемые «свободные демократические вы_ боры», которые здесь похвалил представитель США и пообещал, что подобные свободные демократические выборы будут проведены в будущем и в других частях Кореи. Все, что я сказал, свидетельствует о том, что выборы в 1950 году в Южной Корее проходили в условиях самого вопиюшего произвола лисынмановской полиции. И при таком положении дела комиссия ООН позволяет себе заявлять в своем докладе, что «организация выборов и работа различных избирательных комитетов были достойны похвалы». Это же позорное заявление — «достойны похвалы» те выборы, которые прошли в условиях, которые описывает сама комиссия как «вопиющий полицейский произвол», как грубое стеенение элементарных гражданских прав избирателей, как полное игнорирование основных, самых элементарных демократических принципов и прав человека. Весь описанный выше самой комиссией полицейский произвол, царивший во время выборов в мае 1950 года, комиссия ООН старательно замазывает, пытаясь изобразить дело так, что,— пользуясь” ее же выражениями,— «имели место лишь некоторые конкретные доказательства вмешательства властей в действия канхидатов и в проведение ими избирательной кампании» И ЧТо «республика», то-есть эта южнокорейская лисынмановекая марионетка, является-де «результалюм свободных выборов и народного волеиз’явления». Естественно, что при таком свирепом полицейском режиме, какой утвердился в Южной Корее при участии и содействии американских властей, американских вооруженных сил и американской делегации в совместной советско-американской комиссии, учрежденной по соглашению 1945 года, а затем и вот этой самой _ достопочтенной комиссии ООН, назначенной Генеральной Ассамблеей, вопреки возражениям нашей и ряда других делегаций. ни о какой свобо-, де выборов и ни о каких демократических порядках в Южной Корее не могло быть и речи. Разверните, пожалуйста, страницу 71 и прочтите 27 страниц, вплоть ло 98 в главе 3 доклала комиссии. чтобы убедиться, какого действительно разгула достигла на глазах и при содействии комиссии ООН реакция, насаждавшаяся в Южной Корее лисынмановским правительством. Могло ли это остаться без соответствующего реагирования со стороны широких общественных кругов и народа? Конечно, нет. Ничего нет поэтому удивительного, что такого ‘° рода полицейский, явно фашистекии режим; который насаждалея тогда и укренлялея постепенно из года в год в Южной. Корее, не мог не вызвать глубокого недовольства CO стороны народных масс, экономическое положение которых в силу политики лисынмановского так называемого «правительетва» и установленного им режима к тому же ухудшалось с каждым месяцем и годом все больше и больше вместе с усилившимся упадком и, паконец, развалом всей экономики Южной Кореи. - Доклад комиссии ООН по Ворее конетатирует, что «положение народного хозяйетва в Южной Ворее до начала военных‘ 60- бытий не было здоровым», «не подавало надежды на возможность быстрого улучшеНИЯ». «В течение 1949 тола,-—— говоритея в этом докладе — финансовое положение в Южной Корее продолжало непрерывно ухудшаться», причем одна из главных причин такого ухудшения заключалась в огромных дополнительных расходах по содержанию полицейских сил и армии, которые использовались систематически. для подавления народного недовольства и во3- мущения этим прогнившим насквозь реакционным лисынмановским режимом, который, однако, находил энергичную постоянную и неизменную поддержку — по причинам, которые я постараюсь раз’яснить дальше, — ео стороны правительства Coe. диненных Штатов Америки и его властей в Южной Ворее. Финанеовое катастрофическое. положение южноворейского режима явилось также результатом бойкота со стороны населения, отказывавшегося вносить налоги. И, действительно, налоговые поступления были значительно ниже того, что проектировалось, и это ставило, конечно, в затруднительное положение лисынмановекое правительство. Надо отметить и такой факт, как постоянное повышение цен на основной предмет питания навеления — рис в Южной Корее, что, по признанию доклада комиссии ООН, «пугало и волновало среднего гражданина». Не помогла и разработанная американская программа так называемой «экономической стабилизации», которую пытались проводить в Южной Корее в течение первой половины 1950 года. Вее летело прахом, поскольку любое мероприятие натыкалось на продажноеть и коррупцию лисынмановских властей, которые действительно достигали вопиющих размеров. Ведь пришлось издать специальный закон против так называемых «добровольных пожертвований». Под именем «добровольных пожертвований» в действительности скрывались принудительные незаконные поборы co cToроны полиции и армии с населения — взяточничество, лихоиметво, проводившиеся не только полицией и армией, но и всякого рода, как говорится в докладе комисели ООН, ассоциациями, которые пользовались покровительством лисынмановекого mpaBuтельства. Даже комиссия ООН, на что уж не очень требовательная, и Та не могла не признать, что практика таких нелегальных поборов не только порождала грубые злоупотребления, но и вела к серьезной угрозе, как говорится в докладе, Beet етруктуре налоговой системы. Затеяли земельную реформу в 1949 году, но и она, конечно, провалилась, не устранив земельного голода беднейшего крестьянина ий не гзбавив его ни от нищеты, ни oT кабалы. америванские оккупационные власти в Корее во время своего пребывания там немало сделали для того, чтобы заглупить роетки демократизма и демократических порядков в Южной Корее, чтобы подорвать демократические организации, всячески поощряя ` реакционные группы и партии в Корее. Это, конечно, не имеет ничего общегс с «демократизацией Кореи», в частности Южной Кореи, которая была тогда BO власти оккупационных американских ВОЙСК. Можно, например, напомнить, что в один из ответственнейших и напряженных моментов работы совместной советеко-американекой комиссии в 1947 году, которая должна была, согласно Московскому соглашению 1945 года трех держав — США, Великобритании и Советского Союза, — подготовить образование временного корейского демократического правительства — такое было у нас соглашение, такое было вынесено постановление — образовать временное корейское демократичеекое правительство, — вот в это самое время, когда воветско-американская совместная комиевия должна была позаботиться о том, чтобы провести в жизнь это решение и, слеловательно, создать необходимые условия для проведения в жизнь этого решения, в Южной Корее были проведены массовые аресты членов демократических партий и 06- щественных организаций и, ябы скавал, просто разгром этих общественных организаций. не исключая и печати, которая также подверглась ожесточенному погрому. Эти репрессии были направлены только против тех демократических партий и общественных организаций в Южной Корее, которые активно поддерживали работу совместной американо-советекой комиссии, которые поддерживали таким образом как раз те решения, „которые были направлены на 03- дание действительно демократической 0б’единенной Кореи. Это напоминание, мне. кажется, уместно в связи с заявлением г-на Остина о тех вызовах, которые бросала советекая сторона Организации 0б’единенных Наций и международным соглашениям. В свое время советская делегация в этой совместной комиссии обращала внимание американской делегации на эти обстоятельства, настаивала на принятии немедленных мер к восстановлению нормальной 0бостановки ‘для деятельности демократических партий и демократических организаций в Южной Корее, без чего — как это должно быть веем совершенно понятно — была невозможна работа ни совместной американо-советской комиссии, ни осуществление тех решений, которые; как мы считали, И сейчае продолжаем считать, остаются в полной силе и являются полностью обязательными для тех государетв, которые поставили свои подписи под МосKOBCKAM соглашением. Мы знаем, что американское правительство думает иначе и действует иначе. Ho его представитель г-н Остин должен был бы эт0 помнить и, прежде чем швыряться такими словами. как «бросили вызов», «игнорировали», «пренебрегали звторитетом» международных соглашений и Организации 0б’елиненных Наций, г-н Остин должен был бы вспомнить именно прошлое, которое запиеано неизгладимыми буквами Не случайно поэтому еше в докладе комисеии 1949 года Генеральной Ассамблее указывалось на то, что Южная Корея, в которой едва начался процесс создания и организации правительственных органов На основе лисынмановекого законодательства, оказалась перед лицом вевобнего недовольства и партизанских восстаний, борьба с которыми поглощала, по признанию комиссии, энергию и ресурсы, крайне необходимые для развития Южной Roper a aa проведения экономической и социальной программы, предназначенной для озлоровлеНИЯ ЭТОГО так называемого государетва. И немудрено, потому что все ревуреы, все средства, все финансы, весе внимание направлялось на то, чтобы подавить недовольство CO стороны южнокорейской передовой прогрессивной общественноети, передовых демократических элементов. . Для этого нужны были солдаты. для этого нужны были жандармы. Для этого нужна! была полиция, нужны были войска, а для того, чтобы иметь всё это, нужны были деньги, & все деньги впихивались именно в полицейские мероприятия, в силу чего не было денег для мероприятий культурного, хозяйственного порядка. Комиссия ООН в своем докладе вынуждена признать, что © этого времени в Южной Корее создалось крайне тяжелое, я бы сказал, катастрофическое положение. Чтобы показать, до какого маразма и разложения правящей верхушки дошло в это время дело, следует процитировать только ту часть доклада комиссии ООН по Корее, которая озаглавлена «Исполнительная и законодательная власть» в пунктах 132— 146 доклада. Эта глава в высшей степени характерна, ибо она проливает полный свет на действительное гниение, разложение этого аппарата, на весь фашистский строй этого марионеточного государства, воторый укреплялея именно как фашистский реакционный строй, на глазах и при содействии комиссии QOH и таких сильных покровителей этой комиссии и южнокорейской реакции, как власти США. В этой главе ириводитея ряд фактов ожесточенной борьбы между так называемой исполнительной и законодательной властью в Южной Ворее, борьбы, которая, как это констатирует комиссия, шла 3a признание другой стороной того, «что каждая из этих сторон считала своей собственной сферой власти и компетенции». Это в высшей стенени характерное замечание, так как оно достаточно ясно говорит о характере и сущности лисынмановекого политического режима, где все было подчинено не интересам народа в соответствии с принципами демократии, а корыстным интересам поставленной у власти реакционной лисынмановской клики. Вонфликт между так называемой «исполнительной и законодательной властью» все более и 6oлее из месяца в месяц углублялея и возрастал, проявляясь в ряде многочисленных, по словам комиссии, столкновений между. этими группами. . Можно себе представить, что это за государетво, где исполнительная власть находитея в перманентной ожесточенной борьбе с законодательной властью. И такое «государетво» пытаются изобразить нам государством, опирающимея на демо‘кратические принципы, носящим якобы ‘демократический характер. Стыдно слуWats это, не только что повторять. Фашистекие методы управления в Южной Корее, массовые зрееты, не исключая даже арестов так называемых членов Национального собрания Южной Кореи, не исключая даже заместителя председателя Этого Национального собрания в Южной Корее, вопиющие беззакония, террор, пытки во время следствия в целях получения выгодных правительству показаний, ложные обвинения, ликвидация всякой видимости законности, — вот что характеризует лисынмановский режим, вот о чем говорится в докладе комиссии, хотя и в вавуалированной, замаскированной форме. Жомиссия, кроме того, должна была признать, что были арестованы 14 членов оппозиции в Национальном собрании по обвинению в нарушении закона, © государственной безопасности в июне 1949 года, что вызвало, пишет комиссия, «значительное негодование и многие ечитали, что правительство, производящее эти аресты, мстило за независимый лух критики и тем самым подрубало корни представительного образа правления». Вот что собой представлял порядок режима в этом «государетве». Можно былое бы привести и другие факты подобного рода, но и сказанного достаточно, чтобы убедитьея в действительных причинах недовольства и возмущения, которые питала и питает подавляющая часть населения Южной Кореи к лисынмановскому режиму и которые об’ясняют, как 06 этом можно прочесть в докладе комиссии, такой факт, как полное поражение на выборах господствовавших в Национальном собрании партий, 70 процентов которых были забаллотированы в 1950 тоду, несмотря на аресты, несмотря на всякого рода епособы давления на избирателей, на кандидатов, большюе число которых вынуждено было, как уже указывалось выше, снять свои кандидатуры. Вопиющий полицейский произвол во время выборов 1950 года комиссия 00Н стыдливо называет «уклонением от требований нормальной свободной обетановки», пытаясь, так сказать, оправдать эти уклонения, клеветнически кивая на Северную Корею, стараясь свалить вину © больной головы на здоровую. Но факт остается фактом. Фашистский лисынмановский ^ режим, опираясь на ‘поддержку своих сильных иностранных покровителей, распояеывалея во-вею, развязав беспошадное преследование всех сколько-нибудь прогреесеивных демократически настроенных‘ людей. В пункте 166 доклада комиссии приводятся цифры, характеризующие расправу лисынмановекого режима с населением Южной Кореи. Вот несколько пифр. В течение 1949 года в Южной Корее были арестованы 118.621 человек. За первые 4 месяца 1950 года были арестованы Бет. аль 32.018 человек. Вомиссия признала, что было сообщено, что некоторые из этих арестов были связаны © грубым обращением и пытками и что во время выборной кампании в апреле — мзе 1950 года часто арестовывали корейских граждан, как говорится в докладе комиссии, лишь за то, 4TO, «казалось, было простым пользованием конституционным правом критиковать администрацию». Если даже комиссия! OOH, считающая своим долгом всячески обелять лисынмановекий режим, вынуждена признать то, что сказано было выше, — то можем себе. легко представить, что действительно творилось в Южной Корее в течение всех этих лет. `. Таково было экономическое и политическое положение в Южной Корее к моменту начала гражданской войны, возникновение которой теперь само собой понятно, Kak: понятно и 10, в какой сильной ‚степени, способствовал этому антинародный режим! Ли Сын Мана с его свирепым террором, кровавым подавлением всякого малейшего намека на стремление к установлению в Южной Корее демократических порядков. Террором и преследованием деятельности прогрессивного демократического движения и демократических организаций реакционная клика Ли Сын. Мана пыталась подавить свободолюбивые демократические стремления корейского народа, как и его стремление осуществить об’единение Кореи и добиться независимости евоей страны. Неудивительно, что все это должно было привести и привело к всеобщему неловольству, привело к повсеместному народному сопротивлению, выразившемуся в развитии массового партизанского движения в Южной Корее, в котором приняли участие десятки тысяч корейских патриотов. Партизанское движение, порожденное голодом, нищетой, безземельем миллионов крестьян на юге Кореи, бесправием и гнетом всего населения, вылилось, в конечном счете, в общенародную борьбу против реакционного. лисынмановского режима. Корея стала apeной гражданской войны. Это полностью подтверждает и доклад комиссии ООН. неемотря на все старания и усилия этой комиссии скрыть истину от мирового общественного мнения. Развитие демократического и особенно партизанского движения в Южной Корее служило серьезной помехой в деле подготовки нападения на Северную Корею. A что такая подготовка нападения на Ce‘верную Корею шла, это видно из докумен‘тов, которые я уже имел возможность назвать и цитировать. Конечно, подготовке ‘нападения на Северную Корею очень мешал беспорядок в тылу Южной Кореи. Вот почему лисынмановская клика, в течение ряда лет вынашивавшая планы подчинить себе Северную Корею вооруженной рукой, решительно отвергла, как я в прошлый раз уже говорил, вое возможноети мирното урегулирования корейского вопрога и направила свое внимание на подавление этого демократического народно-освободительного движения. Что подготовка к нападению велазь, позвольте мне еше привести лопюлнитель‘0 к тому, что было сказано раньше, несколько фактов. Я раньше всего должен сослаться на письмо Ли Сын Мана на имя доклюра Оливера — американского профессора — от 30 сентября 1949 года. Вот это письмо, которое ‘налтравил Ли Сын Ман локтору Оливеру: «Сейчас я хочу кратко рассказать вам о нашей ситуации. Я твердо убежден в том, что сейчае психологически наиболее подходящий момент для того, чтобы предпринять агрессивные меры и соединиться с лойяльной в отношении нае частью коммунистической армии на Севере для того, чтобы ликвидировать остальную ‘ее часть. Мы оттесним чаеть людей Ким Ир Сена в горные районы и там заморим их голодом. Тогда наша линия обороны должна быть создана по рекам Тумынь и Ялу. Наше положение улучшитея на 100 процентов. Естественная линия обороны по реке и по орам Пектусан на Востоке может быть сделана почти неприетупной, имея доетаточное количество самолетов, два или три быстроходных военно-морских судна в устьях этих двух рек, а также боевые саМолеты, зашищающие всю береговую линию, включая остров Чечжудо» и далее: «Наш. народ на Севере хочет, чтобы мы разрешили им действовать теперь же»... «Я хочу, — писал Ли Сын Ман в сентябре 1949 года, год тому назад, — чтобы вы очень ясно и убедительно об’яснили это положение и показали это письмо послу Тян и послу Чо. Мы вее будем работать спокойно — вы в Вашингтоне и НьюЙорке вместе с нашими двумя послами и другими друзьями, а мы здесь, в Сеуле и Токио, стремясь к одной цели — чтобы они разрешили нам очистить страну и навести порядок в своем доме. Приведу старое выражение, — пишет Ли Сын Ман, — которое Черчилаь использовал однажты: «Дайте нам инструмент, и работа будет сделана». Бидно, что Черчилль имеет неплохих учеников. «Убедите американских госуларетвенных деятелей, — продолжает Ли Сын Ман, — и общественное мнение в том, чтобы они молчали, согласилиеь Ha 10, что мы начнем действовать и выполнять нашу программу, а также чтобы нам была предоставлена вся необходимая м№териальная поддержка. Чем дольше мы булем ждать, тем труднее будет это еделать». И дальше — «То, что делают американцы сейчас в так называемой хоодной войне, — это проигранная битва»... «Если корейцы хотят подняться и ликвидировать их, — имеются в виду демократические силы корейского народа, — раз, и навсегда...», то «психологически сейчас наиболее удобный момент для этого. Я уверен, что мы можем разрешить этот вопрос в разумно короткий срок, если только нам разрешат это сделать. Пожалуйста, изложите все это в очень убедительном заявлений, осторожно войдите в контакт с влиятельными людьми и обеспечьте их поддержку. Если бы вы могли сообщить все вышеизложенное президенту Трумэну, я думаю, что это имело бы некоторый желательный успех». Это письмо, по моему мнению, доетаточно убедительно разоблачает действительные намерения и планы этого лисынмановекого так называемого «правительства». Это письмо попало в руки северокорейского правительства вместе с рядом других документов, захваченных при взятии Сеула. ереди документов штаба южнокорейских войск, как и многие другие документы, о которых должно быть известно Отганизации 05’единенных Наций. To, что я евичае процитировал, содержится в том документе, который направлен в адрее председателя Генеральной Ассамблеи Haшей организации и генерального секретаря нашей организации министром иностранных дел Корейской народно-демократической республики г-ном Чак Хен Еном. Я думаю, что господин Трюгве Ли и председатель Ассамблеи уже получили эти самые хлокументы, и я буду просить, чтобы они были распространены среди членов Организации, среди наших делегаций. Второй документ — это письмо Чо Бйон Ока. Если я не ошибаюсь, это посол Южной Кореи в США и постоянный наблюдатель в Организации 0б’единенных Наций. Письмо датировано 12 октября 1949 г. В этом письме говорится: «В Лейк-Сакеессе происходит горячая дискуссия по таким важным вопросам, как греческий вопрос, как итальянские колонии, как права’ человеKa... как атомная энергия». Я здесь пропущу некоторые места, поскольку этот документ опубликован и находится в общем пользовании. Для сокращения времени цитирую только то, что я ечитаю наиболее важным и необходимым. «Что касается нашего вопроса, то, возможно, он будет o6- суждаться в Генеральной Ассамблее в конце следующей недели, хотя едесь может иметь место обычная тактика оттяжек, применяемая советским блоком. Резолюция по вопросу о Корее, принятая Специальных политическим комитетом, несомненно, пройдет в Генеральной Ассамблее подавляющим большинством голосов... Ваше письмо локтору Оливеру по вопросу 00 об’единении или точнее по вопросу о ликвидации марионеточного режима Северной Кореи я прочел © большим вниманием и интересом. Нрелло. meHHe, KOTORDOC Bbl B HEM излагаете, в 6вуществующих условиях является единетвенно логичным и кардинальным методом осуществления желаемого нами об’единения. Олнако, принимая во внимание все факторы, я склонен полагать, что подходящее время для осуществления такого проекта, еще не наступило. Нрежде всего я сомиеваюсь в нашей готовности, и мне кажется, что международное общественное мнение не одобрит таких действий... Я обсуждал этот вопрос © послом Тяном и д-ром Оливером, и мы единодушно пришли к выводу, что это слелует рассматривать как основной план нашего правительства, который должен быть осуществлен, когда мы будем готовы и когда наступит благоприятный момент». Мне кажется, что письмо это не требует комментариев. Третий факт, третий документ: Чо Бйон Ок отвечает в ноябре Ли Com Ману в письме от 3 ноября 1949 г., находящемея в руках северокорейского правительства. Он пишет: «Я глубоко убежден, — это пишет Чо Бйон Ок, — что об’единение Вореи может быть достигнуто только путем использования суверенной власти нанего правительства. Любая политика компромиссов или конференций исключается. Холодная война не может продолжаться бесконечно. Все эти мировые проблемы невозможно разрешить без третьей мировой войны. Наш план об’единения должен быть приспособлен к развитию международного положения в целом. Тем временем важнейшей задачей правительства является повышение нашей готовности в военном и экономическом отношениях». Едва ли нужны здесь комментарии. Bee достаточно ясно. Четвертый факт, четвертый документ — (я излагаю эти документы в их хронологической последовательности, чтобы показать, какой же путь прошли заговоршики против интересов корейского> народа и иностранные интервенты вместе с национальными изменниками для того, чтобы подго‘товить нападение, осуществленное 25 нюня 1950 г. на заре). На пресо-конференции 30 декабря 1949 г. Ли Сын Ман заявил: «В новом голу мы все как один булем стремитьзея возвратить потерянную территорию. До сего времени в связи © межлунатолной обетановкой мы зели мирную политику в соответствии © мирной политикой Америки и ООН. Однако мы должны помнить, что в новом ГОДУ в связи с изменением международного положения мы должны 06’= елинить своими силами Южную и Северную Корею». Насчет мирной политики, — конечно, ACHO, что никакой мирной политики господа лисынмановцы не вели, а вели агрезсивную политику, готовясь Е нападению. Из тода в год, из месяца в месяц. из недели в неделю, изо дня в день они стараз лись внушить населению юга нелзбежность, необходимость военного нападения на Северную Корею, прикрывая это стремлением к об’единению, но заранее последовательно отвергая какие бы то ни было миролюбивые способы решення этого вопроса. 9 мая — это новый факт — руководитель корейского отдела управления экономического сотрудничества США г-н Джонсон в комисепи по зесигнованиям палаты представителей американского конгресса заявил, что 100-тысячная армия Южной Кореи, оснащенная американским снаряжением, обученная американской военной миссией, закончила свои приготовления и может начать войну в любой момент. Именно в это время Ли Сын Ман важно Заявил в печати, что май и июнь будут самыми критическими в история Кореи. Это было время, когда Дальний Восток посетили военный министр США Джонсон, бывший начальник генерального птаба американской армии Брэдли, советник госуларственного департамента Даллес, которые, как известно, имели секретные coвещания с генералом Макартуром. Даллес специально посетил Южную Корею, Даллес специально был на линии предполагаемого фронта, в окопах, — об этом амеются фотос’емки, об этом имеются фотоснимки, 06 этом имеются кинофильмы. Это все документально зафиксировано. Как сообщил Ли Сын Ману посол Тян Мэн в письме от 14 июня 1950 г., за 11 дней — xo 25 июня — Даллес перед своим от’ездом в Корею заверил его в том, что США не оставят Корею и помогут ей. Он мог бы этого и не говорить, потому что это и так было доказано многочисленными фактами на протяжении многих лет. (Продолжение на 4 сть.). шественных организаций, выступавших зав историй этого вопроса, стоящего еще и сегодня на повестке дня Организации 05’- единенных Наций. Вот как в 10 время обстояло дело с насаждением «демократических» порядков в Южной Корее. Это был прямой удар по политике, Которая должна была проводиться в совместной советско-змериканской комиссии в Корее по соглашению, заключенному в 1945 году, в силу которого три державы обязались, повторяю, создать демократическое независимое корейское государетво. - Но выборы были действительно там в Южной Корее проведены. Но были ли те выборы свободными и демократическими? Обратимея, например, к совсем недавнему прошлому, к нынешнему году, & маю месяцу, когда проводились вторые выборы в Южной Корее, о которых тоже упоминал г-н Остин, заявляя о том, что выборы демократические и свободные уже проведены в Южной Корее. Что же собой представляли эти свободные демократические выборы в 1950 -roду, проведенные в Южной Корее? Нам далеко не нужно ходить за фактами, ибо в наших руках имеется доклад комиссии ООН по Корее, и я хочу к нему обратиться, хотя этот доклад составлен крайне тенденциозно и не отличается ни добросовестностью, ни об’ективностью и бесприетраетностью. Я должен откровенно заявить, что комиссия была недобросовестной, необ’ективной и пристрастной. Тем не менее, в докладе этой комиссии приводится и имеется ряд фактов, которые дзже такая комиссия была вынуждена признать. не смогла замазать и при всем своем желании их замазать все-таки вВынуждена была о них сказать. Из этого доклада ` можно увидеть, какой 1п00- извол царил во время этих выборов в 1950 году, какие беззакония чинились во время этих выборов. Ведь комисеия в своем докладе не смогла, например, скрыть того обстоятельства, что во время выборной кампании в апреле и в мае 1950 года было арестовано около 200 демократов-избирателей, которых просто заподозрили в том, что они поддерживают или принадлежат или сочувствуют южнокорейской рабочей партии, деятельность которой была, котати сказать, запрещена на основании такого политического мероприятия, как пресловутый закон 0 «национальной» безопасности. Если вы раскроете доклад на странице 95, то вы увидите, что комиссия вынуждена была признать, что «по мере развития избирательной кампании, — я цитирую доклад — появилось все больше и больше сообщений 0б арестах кандидатов, лиц, заведывавших проведением их предвыборной кампании, и их сторонников», что «многие сторонники кандидатов (как это видно из сообщения комиссии ООН по Корее) подверглись угрозам и даже. избиению как чинами полиции, так и другими якобы неизвестными липами в тех пелях, чтобы запугать их», чтобы оказать определенное давление и добиться определенных результатов в тех выборах. которые предстояло осуществить. Комиссия — даже _ соглашение, заключенное в Москве, были внесены в список только три демократические партии. Остальные, а их было громадное большинство, американской делегацией были признаны недостойными такой консультации. Это обстоятельство является весьма важным, так как оне полностью разоблачает действительные намерения и цели американской делегации, конечно, действующей не по собственному почину й не самостоятельно, и, следовательно, изобличает все направление змериканской политики уже в то время — в 1945 — 1947 ив 1948 гг. в отношении Кореи, Это, я бы сказал, был один из серьезных вызовов, брошенных американским правительством возложенным на негообяззтельетвам по Московскому соглашению. В своем выступлении в субботу представитель США распиналея за создание в Корее якобы единого независимого государства. 06 этом же говорит один из пунктов проекта резолюции, представленного восемью делегациями, причем эту важную задачу указанные делегации, а также некоторые другие, поддерживающие их делегации пытаются, как видно Из выступлений представителей этих делегаций, осуществить при помощи, как выразился т-н Остин, «сильной» комиссии 0б’единенных Напий, уполномоченной наметить и практические эффективные мероприятия и позаботитьея о том, чтобы эти мероприятия были проведены в жизнь. Предусматривается, как это мы видим из этой резолюпии, также так называемая консультация с военным командованием, то-есть. иначе говоря. дается заранее обязалельство действовать по указанию этого командования, потому что, как говорится, «КЛо палку взял, тот и капрал», и, естественно, что самая большая и опасная палка находится в Южной Корее в руках военных властей, в руках тех, кто pacnoряжаетея вооруженными силами. Поэтому консультация с военным команхованием означает не больше и не меньше, как готовность получать и беспрекословно выполнять приказы военного командования. Консультация должна быть проведена, как товорится в резолюции, с «демократическим образом отобранными представителями корейского народа». И я позволю себе, также несколько отступая в прошлое, сказать несколько слов © TOM, что это означает. Представитель США упоминал в субботу © том, чю «свободные демократические выборы, — Бак он сказал, — уже были проведены нз юге от 38-й параллели». Видимо, имеется в виду в случае принятия резолюции 8 ‘делеганий провести в Ceверной Корее такие же Tak называемые «свободные демократические выборы». Но позвольте мне остановиться на ‚этом вопросе, чтобы показать, что, во-первых, в действительности представляли собой эти выборы, проведенные в 1950 году. и, вовторых. что они, очевидно, будут предсоставлять 6060й в случае их повторения В буттшем. Я лолжен раньше всего напомнить, что