13 октября 1950 г,, ‘пятница, № Мы рассматриваем предложения, представленные семью делегациями во главе с Соединенными Штатами Америки, под названием «Об’единенные действия в пользу мира», В этих предложениях дело идет о мерах, которые ‘предлагаются в целях укрепления мира и безопасности народов, которые должны обеспечить решение задачи такой исключительной важноети = 050- бенно в настоящее время, — как поддержание мира и устранение угрозы новой войны, этого величайшего бедствия, которое приносит невыразимое горе и страдания человечеству. Принять все возможные меры в целях избавления от этого бедетвия является священным долгом каждого государства — члена Организации 06’е-! диненных Наций и не члена этой организации, каки всей Организации 0б’единенных Наций в целом. Не случайно, конечно, что каждая cecсия Генеральной Ассамблеи неизменно’ возвращается к этому вопросу. Этот вопрос волнует миллионы яюдей, ‘гневные протесты которых против угрозы новой войны, против политики новой войны раздаются во всех концах мира, становятся с каждым днем и годом все тромче и громче, сливаясь в мощное требование мира, в демонстрацию решимости этих миллионов, десятков и сотен миллионов защищать дело мира всеми своими силами, защищать до, конца. Верный своей мирной внешней политике, неуклонно осуществляемой Советским правительством с самого возникновения Советского государства, Советский Союз. &ав эт9 хорошо всем вам известно, из года в год обращается к Организации 0б’единенных Наций с предложениями, направленными на укрепление мира и международной безопасности, стараясь при этом преодолеть трудности, встречающиеся на этом пути. Может быть, не лишне было бы напомнить некоторые ‘факты, имеющие прямое отношение к этому вопросу. Можно было бы, например, напомнить о том, что в первый же год деятельности Тенеральной Ассамблеи, в 1946 году, Coветское правительство представило свои предложения о проведении всеобщего coкращения и регулирования вооружений и вооруженных сил, встреченные с удовлетворением и надеждой всеми сторонниками мира, особенно после того, как эти предложения послужили основой всем извебтного важного решения Генеральной Ассамблеи. 5 1947 году Генеральная Ассамблея по инициативе Советского правительства приHala другое важное ‘постановление — ‚против пропаганды новой войны. Конечно, я имею в виду идею, которая была положена в основу этого решения. Но важно отметить то, что это постановление против пропаганды новой войны, хотя и в иной редакции, чем предлагала советская делегация, было принято по инициативе совет‚ской делегации и было принято. что еше более, мне кажется, важно отметить, — единогласно, единодушно всей Организацией 06’единенных Наций. ° В 1948 и 1949 тт. Советское. правительство сделало новые шаги по пути укрепления мира, призвав пять держав к сокращению своих вооружений и вооруленных сил на одну треть, в качестве первого шага в этом деле, призвав их к 05’единению своих мирных усилий и заключению между собой пакта но укреплению мира. На настоящей сессии Советский Союз, следуя своей неизменной политике между“ народного сотрудничества, мира и безопасности народов, внес Ha рассмотрение Ассамблеи проект декларации об устранении угрозы новой войны и 0б укреплении ‘мира и безопасности народов. Мы глубоко уверены, что именно этот путь полностью отвечает кровным интересам миллионов и миллионов людей труда, совесть и честь которых протестуют, и протестуют энерTHYHO, против веевозможных военных авантюр, угрожающих человечеству новыми бедствиями, Надо признать, что борьба за мир труднаи чт0 на этом пути действительно имеется немало препятствий, которые необходимо преодолеть, и чем скорее, тем лучше. Разумеется, нужно знать, что. это 3a препятствия, нужно знать причины, породившие эти препятствия, обусловившие их, так как иначе, как это само собой понятно, нельзя найти способы для устранения этих препятствий, а следовательно, нельзя и устранить эти препятствия. Авторы американекого проекта, — проекTA «семи» — считают, видимо, что оня дали ответ на вопросе о том, в чем именно заключается препятствие к миру, дали отвег и на лругой вопрос: при помощи каких средств можно эти препятетвия устранить. Ha первый вопрос попробовал ответить, как мы помним, г-н Ачесот в своей речи на Генеральной Ассамблее 20 сентября. Ha второй вопрос — ответил г-н Даллес 9 октября. Ответы, таким образом, на оба эти вопроса даны. Но действительно ли эти ответы решают задачу? И нет ли в их ответах большой и серьезной ошибки? Что сказал по этому поводу г-н Ачесон, выступая на Генеральной Ассамблее 20 сентября? Не больше и не меньше, ках то, что главное препятствие к миру якобы создается политикой Советекото правительства, как он выразилея, «новым русским империализмом», который було бы стремится — я цитирую слова г-на Ачесона из его речи 20 сентября — «вызвать разрушение несоветокого мифа и тем самым ©существить предсказания советской теории» B, Rak OW дальше сказал, — я также цитирую его слова — «использовать силу для навязывания своей воли и своей политяческой системы другим народам» — вот что, по словам Ачесона, является якобы прелятCTBHEM в миру и не тольБо препятствием, но и утрозой миру, Против этого препятствия, этой угрозы миру, оказывается, и лолжны послужить те средства, о которых кратко сообщил Г-Н Ачесон и которые более подробтю изложил здесь вчера г-н Даллес, назвав эти средства ключом, который он держит в своих руках и который он готов великодунно передать нам, чтобы мы открыли’ закрытую дверь и вопЕти. Но вернемся к выступлению г-на Ачесона 20 сентября, в котором было лано обоснование тех мероприятий, какие тенерь претвюрены в резолюцию семи делегаций. 657) ee Ce ee pee лот ловно, основой всей Организации 0б’еданенных Наций является тот орган, кото‚рому — и только ему одному — по Уставу дано право и полномочия бороться против угрозы агрессии и применять те средства, которыми никакой другой орган по Уставу не наделен и которые применять никакой другой орган по Уставу не ‘вправе. Получается, = следовательно, глубокое противоречие между, в одной стороны, целью, которую ставят себе авторы резолюции — укрепление Организации 0б’единенных Наций, немыелимое без того, чтобы не был укреплен и Совет Безопаености, и, в другой стороны, неизбежным результатом проведения в жизнь тех мероприяTHA, которые предлагает резолюция «семи», ведущих к ослаблению Совета Безо‘пасности, что явится неизбежным результатом этих мероприятий. Из выступления г-на Даллеса по поводу Совета Безопасности можно сделать следующие выводы: Первый вывод — это то, что Совет ВБезопасности не может действовать быстро или даже вообще не может действовать. Причина — вет, наличие принципа вдиногласия пяти постоянных членов Coвета Безопаености при решении не проце‘дурных вопросов. Второй вывод. Совет Besonacnoors He может иметь информацию, необходимую лля того, Чтобы оправдать быстрые и решающие действия. Причина — вето, принципи единогласия, который должен применяться в Совете Безопасности при решении не пронедурных вопросов. Третий вывод. Совет Безопасности или Организация 06’едюненных Наций в целом не может иметь в своем распоряжении в9- оруженные силы. Причина, — sero. Четвертый вывод. Совет Безопасности или Организация 0б’единенных Наций в целом не в состоянии бороться © агресстей. Причина — вето. . Значит, «куда ни кинь, все клин», — по нашей пословице, то есть, куда ни повернись, всюду этот призрак — вето, всему мешающий, ватрудняющий веякую оперативную работу Совета, Безопасности или, Rak здесь гогорили, приводящий Совет Безопасности к параличу. Генеральный вырод из всего этого — нужно ликвидировать вето, ликвихировать принцип единогласия. Но странное дело. Если ‹емь делегаций, во главе © делегацией США, приходят к Такому выводу, то почему бы им прямо И не ‘поставить этот sBonpoc? И почему, ставя этот вопрос, им не прибегнуть к тому конституционному порядку, который уставовлен для пересмотра Устава? Я спрашиваю, почему они, по существу требуя того, чтобы была установлена новая еистема работы, которая могла бы заблокировать вето в Совете Безопасности и устранить вот. эти, отмеченные в проекте семи делегаций, отрицательные, качества, порядка, установленного Уставом и отирающегося на принципи единоглаеня,—почему они благочестиво умалчивают ое необходимости пойти по этому направлелию, а изыскивают какие-то обходные пути и средства. ДЛЯ того, чтобы с внешней стороны дело осталось тзк, каК этого требует Устав, а по. существу, чтобы этот Устав взорвать в самой ето ` основе. Вот это бросаетея в глаза» гостюла авторы ‘резолюции «семи», Конечно, если ставится вопрос, что вето He годится, что оно мешает, что оно obpeкает Совет Безопасности на параличное состояние, что невозможно предпринимать. те меры, которые должны предпринималь Совет Безопасности или Организация 06’единенных Наций в целом для обеспечения мира, для осуществления тех целей, которые стоят перех нашей организацией, 10, кажется, здравый рассудок и элементарная добросовестность требовали бы того, чтобы этот вопрос был поставлен в Конституционном порядке, в соответствии ео статьей. 109 Устава, которая предусматривает порялок, решения подобного рода вопросов. Но это не делается. Избегают поступать таким образом, хотя и в выступлениях, и в критике, свидетелями! которой мы здесь были вот уже двое суток, немало уделяется внимания тому, чтобы разоблачить якобы непригодность, якобы нееостоятельноеть этого основного принципа — принципа единогласня пяти постоянных членов Совета Безопаености, непритодность того принципа, который, по мнению авторов резолюции «семи», и является источником всех бед и злоключений. Именно этим они пытаются 0б’яснить трудности в работе Организации 0б’единенных Наций, приписывая причину этого принципу единогласия, нападая вместе < тем и на тех членов Совета. Безопасности, которые настойчиво, последовательно, решительно и твердо защишают этот принцин, стразедливо считая, что на иной основе не может существовать ООН, Я должен сказать, что все то, что было здесь высказано против принципа елиногласия, что товорил здесь против’ Этого принципа г-н Даллес и его единомышленники, не выдерживает никакой критики с точки зрения тех основных принципов, на которых только и может длержатьея на нотах международная организация, состоящая из членов суверенных государств, суверенных — я подчеркиваю — государств. Я считаю нужным обратить внимание на TO, что важнейшие вопросы по проведению в жизнь мероприятий, связанных с 0беспечением мира и безопасности, оказались Ло сих пор нерешенными, не потому, что в Совете Безопасности действовало вето, а, по другим причинам. Эти вопросы оказались в Совете Безопасности замороженными главным образом в результате позиции англо-американекого лагеря. Постоянно стараясь навязать Совету Безопасности утодные этому лагерю решепия, не отвечающие сплошь и рядом интересам и целям Организации 0Об’единенных Наций, но направленные исключительно на’ удовлетворение интересов амсряканских монополий, представители этого лагеря заблокировали, буквально заблокировали важнейшие вопросы в помощью того большинства, которое они сколотили в ‘Совеле Безопасности. С таким большинством в руках онл BCCT1a имеют возможность заблокировать любое предложение. Преимущество всегда на стороне большинетва, в особенности, Ачесон тогда заявил, что: эти мероприятия предлагаются в качестве мер коллекливной безопасности и в целях устранения утрозы агрессии. Я думаю, что я поступлю паВильно в данное время и в данных ‹условиях при обсуждении этого вопроса, если я устраню все то, что говорили г-н АчеЕ и г-н Даллес и еше некоторые другие. ораторы здесь и на Генеральной Ассамблее. АНИ. —— намеками и экивоками, другие — . ee ao прямо ‘и грубо — по поводу советской потитики и Советекого Союза, пуская в ход we we re em UG нашему адресу всякие вымыслы. Я хотел бы сказать — давно, давно пора отучиться повторять всякий вэдор, вроде того, что Советский Союз ставит своей целью «разрушение несоветсвото мира» или стремитея «еилой навязать свою политическую систему другим народам». He лишне напомнить, мне кажется, в этой связи, что в 1936. году Рой Говард обратился к Генералиссимусу И. В. Сталину с вопросом, насколько может быть обоснованным опасение, как бы Советекий Cows ge решил силой навязать свои политические теории другим народам. И. В. Сталин ему ответил, wer meen lie st ского Союза свои измышления: «Для подобных опасений нет никаких оснований. Если вы думаете, что советские люди хотят сами, да еще силой, изменить THILO окружающих ‘государств, то вы жестоко заблуждаетесь. Советские люди, конечно, хотят, чтобы лицо окружающих государств изменилось, но это дело самих окружающих государетв. Я не вижу, — хобавил Генералиссимус Сталин, — какую опасность могут видеть в идеях советских людей окружающие государства, если эти государства действительно крепко сидят в седле». ° Когда Рой Говард поставил новый вопрое, не означает ли это заявление, что Советский Союз в какой-либо мере оставил евои планы и намерения произвестн мировую революцию, Генералиссимус Сталин ответил: «Таких планов и намерений у нас никогда не было». «Экспорт революпии — это чепуха», — сказал далев И. В. Сталин: «.. утверждать, будто мы хотим произвести революцию в других странах, вмешиваясь в их жизнь, это значит говорить то, чего нет и чего мы никогла не проповедывали». Авторы американской резолюции считают, однако, удобным для себя и своих целей повторять вслкие небылицы о политике Советского Союза, хотя, a глубоко уверен в этом, они сами не верят в 15, что говорят. Ran же обстоит дело с теми средствами коллективной безопасности и укрепления ‘мира, которые предлагаются в проекте резолюции США и присоединившихея Е ним некоторых делегаций? Я уже вчера говорил — и сейчас хочу остановиться на этом более подробно, — что делегация Советского Союза с некоторыми пунктами этого‘ проекта согласна, в отношении же ‘некоторых других пунктов. она имеет поправки, имеет и возражения. Я 06° ясню дальше, с какими именно пунктами и с чем именно мы согласны, против чего мы возражаем и какие считаем нужным внести поправки. Но прежде чем перейти к этим пунктам, я хотел бы остановиться на некоторых общих соображениях, представленных защитниками расематривасмой резолюции. Я думаю, что такой анализ этих общих соображений был бы полезен. Я думаю, что, анализируя этот документ с точки зрения положенных в его основу. принципиальных. соображений, с точки зреНИЯ Того, что некоторые делегаты называли здесь подходом, который ведет к миру, мы имеем достаточно оснований отнестиеь к этому «подходу» весьма критически. Если послушать авторов проекта этой резолюции, то оказывается, что проект пре‘следует цель укрепления Организации 0б’единенных Наций. Г-н Даллес здесь говорил, если Организация 06’единенных Наций действительно должна быть достаточно твердой для того, чтобы остановить TeX, RTO подготовляет агрессию, эти организационные слабости— они имеют в виду организационные слабости самой организации — должны быть исправлены. Это является неотложной задачей, говорил он,— величайшего значения. Т-ну Даллесу вторили другие делегаты. Один из них заявил, например, что «эта резолюция при существующих обстоятельствах будет лучшим ©10собом усилить Opганизацию 0б’единенных Наций, дать ей остов, повысить уважение к ней и сделать ее оплотом мира». Выходит, что до сих пор у нае нет ни остова Организации 0Об’единенных Наций, ни достаточного уважения Ев этой организации и что эта организация не является оплотом мира. Все это — положения, с которыми трудно соглаеиться. Но важно не это. Важно другое — что высказывающиеся даже таким образом ораторы, защищающие проект резолюции «6е= ми», считают необходимым — и в этом видят главную заслугу этого проекта — укреплять Организацию 0Об’единенных Наций и устранять организационные слабости Организации 0б’единенных Наций. Это, конечно, хорошие слова — «укреплять организацию», «устранять недоетатки» ит. д. Но это, к сожалению, только слова. В действительности не может быть п речи об укреплении Организации 06’- единенных Наций при ослаблении Совета Безопасности. Но если поглядеть внимательно на резолюцию «семи», то ничего другого, как именно ослабления Совета Beзопасности, не получается. Ослабление Coвета Безопасности — это неизбежный результат принятия Таких положений, которые содержатся в проекте резолюции и которые, в сущности говоря, представляют собой попьмку урезать права Совета Безопасности, а это значит и енять с него лежащую на нем «главную ответственность за поддержание международного мира и безопасности», кзк это предусматривается статьей 24 Устава. Вакие бы. здевь слова ни произносились 0б укреплении Организации 0б’единенных Наций, не может получиться никакого укрепления Организации 0б’единенных Наций, если будет ослаблен такой важнейший ортан этой организации, как Совет Безопасности. Нельзя укреплять дом, разрушая фундамент, его основу. Ибо, 0езусральной Ассамблеи ООН 10 октября 1950 г. вительств некоторых стран недовольство и породил всевозможные попытки лишить Совет Безопасности его роли. Конечно, вы все помните, как еще в Сан-Франциеко развернулась борьба вокруг вопроса © (9- вете Безопасности и Тенеральной Асеамблее, о правах и обязанностях того и другого органа и как по этому вопросу вноситись весьма характерные поправки, которые и сейчас не забыты, как мы видим из некоторых выетунлений, Эти поправки можно было бы разделить на две категории: 1. Предложения о предоставлении Генеральной. Ассамблее таких же прав, каки Совету Безопасности, и 2. Предложение сделать Генеральную Ассамблею высшим органом ООН, стоящим нах Советом Безопасности, подчинив Совет Безопасности Ассамблее. Некоторые делегации предлагали включить в Устав постановление, которое предоставляет [Генеральной Ассамблее право. принимать рещения по вопросам поддержания или восстановления мира, минуя Совет Безопасности. Шри этом мотивировка `такого предложения предетавлялась буквально та ке самая, что здееь предлагал г-н Далхес. Говорилось о том, что такое право. нужно предоставить Генеральной Ассамблее на тот случаи, когда Совет Безопасноети не сможет действовать веледствие использования права вето. Тогда не было еще корейских гобытий и, следовательно, не было повода для того, чтобы об’яснить этими событиями поход против Совета Безопасности, не было овнований ссылаться на то, что Совет Безопасности не может действовать, если ему не помогают случайные обстоятельства. Это, однако, не мешало уже тогда некоторым делегациям добиваться ослабления Совета Безопасности в решительном противоречии с теми принципами, которые были соглаеованы между организаторами этой организации, между ее учредителями, принципами, в силу которых Совет Безопасноети имеет свое самостоятельное место в системе организации и признается важнейшим органом, который несет главную ответственность за поддержание мира и безопаености. Это, конечно, не исключает ответетвенности и других органов. Но главная ответственность за поддержание мира и безопасности розложена на Совет Безопасности. Я хотел бы напомнить 1947 год, когда, вопреки нашим возражениям, был 0бразован Межсессионный комитет. Сколько Torда было надежд в латере противников принципа единогласия пяти постоянных членов в Совете Безопаености. Главную роль среди них, если я не ошибаюсь, играл тот же г-н Даллес, которому принадлежал первоначальный ‘проект учреждения Межсессионного комитета, фигурировавшего тогда под очень интересным названием «Временный комитет по вопросам мира и безопасности», т. е. почти Совет Безопасности, даже по внешнему своему виду, даже и по названию. ‚ Привететвуя этот проект Даллеса. газета «Нью-Иорк тайме» тогда указывала, что. на этот временный - комитет, который вноследствии был ‚ назван Межесессионным, предполагается возложить функции, KOTOрые принадлежат Совету Безопаеноети, в надежде, что этот комитет сумеет принямать быстрые меры в случае, если Совет. Безопасности будет бездействовать. Но с этим Межеессионным комитетом, с его учреждением, тогда произошел некоторый скандал, я бы еказал. Чтобы потушить этот скандал, пришлось изменить в срочном порядке — буквально ва ходу —— самое название этого ROMHTE ‘та. Вместо Toro, @roibl HasBaTh ero «Bpeменный комитет по вопросам мира и 6безопасноети» — явно. так сказать. бросая ‚вызов Совету Безопаености, как конкурирующему г HEM органу, — и чтобы поиААТЬ ЭТОМУ KOMHATOPY характер. вепомога‘тельного оэгана, ибо иначе He было бы ниъавого вонетитуционного основания для его учреждения, его стали тогда называть Межесссионным комитетом или Малой ассамблеей. } Но что вышло из этой затеи с Малой ассамблеей, что вышло из этого Межесессионного комитета? Разве мы не ‘вправе утверждать, что этот Межеессионный комитет ‚провалился, что он влачит далкое существование, если только он вообще влачит какое-либо существование. Он был создан для того, чтобы противопоетавить его бовету Безопаености, и эта попытка провалилась, из этого ничего не вышло. Теперь делается новая попытка, причем используется политическая обстановка, c0- здавшаяся в связи е корейскими событияMH, попытка реализовать план, который, как я показал, пытаются осуществить некоторые делегации уже в течение ряда лет, из года в год, в 1944 года, когда. как мы знаем, право вето называли «бедствием», чуть ли не преступлением. Вепомним только выступления делегаций Аргентины, Кубы, Филиппин и других против принципа единогласия (вето), когда етарались во что бы то ни стало извеети это самое вето, извести и Совет Безопасности. _ Главная суть плана, задуманного в связи с учреждением Межеессионного комитета, заключалась в том, чтобы ликвидировать или заблокировать принцип единогласия хотя бы путем нарушения Устава. Даллес изображает дело теперь так, будто бы принцин единогласия мешает Совету Безопасности осущеетвлять его обязанности по укреплению мира и безопасности. Ё coжалению, Даллес находит поддержку ереди некоторых других делегаций. Те, кто утверждает, что Совету Безопасности право вето мешает осуществлять его обязанности по укреплению мира и безопасности, ссылаются на события в Корее. Они указывают, что ввиду случайного отсутствия одного из постоянных членов Совета Безопасности Совет Безопасности смог якобы выполнить свой долг по борьбе с агрессией. Но такая позиция лишена всяких оенований. Такое утверждение порочно в самой своей основе, ибо нельзя же без конца продолжать изображать действия группы членов Совета Безопасности, принявших постановления по корейскому вопросу, как законные действия Совета Безопасности. Законность таких действий верьезно оспаривается, эти действия, как мы уже не раз указывали, являются незаконными уже по OJHOMY TOMY, Что в данном случае не было законного состава Совета Безопасности. Это если участники этого большинства сговорились между собой и когда они вынуждены подчиняться требозаниям наиболее сильных гегемонов в атом лагере, обладающих и финансовой, и экономической, и военной силой. . Куда же податься государству, которое перед другим государством в долгу, как в шелку, — как ему можно пытатьея даже занимать самостоятельную позицию? В Совете Безопасности сложилось такое положение, что там имеется большинство нз делегаций, принадлежащих к ангаоамериканскому лагерю, к Северо-атлантическому союзу, конкурирующему с Организзцией 0б’единенных Наций. 910 большинство пыталось неоднократно навязывать свои решения Совету Безопаености по целому ряду вопросов, по таким важным вопросам, как прием новых членов, как ортанизация вооруженных сил ООН в соответетвии со статьей 43, как вопрос о ззпрещении атомного оружия, как вопрос о сокращении и регулировании вооружений HED, ATO. Стремясь, опираясь на свое большинетво, провести во что бы то ни стало свой планы и, не считаясь в мнением других, с необходимостью стремиться к согласованности этих решений, не считаясь и © интересами других государств — больших или мзлых, — этот англо-американский лагерь, который располагает в (Совете Безопасности в настоящее время большинством, не желает считаться © необходимостью стремиться в международных делах К согласованным решениям, не желает понять Того, что в международных отнощениях невозможно диктовать свою волю другому государству, а нужно искать путей соглашения с этим государством. Этот лагерь действует не в интересах ООН в целом, а в интересах отдельных группировок государств — членов этой ортанизации. Вот где лежит причина той бездеятельности, того паралича, о котором здесь говорили в отношении Совета Безопасности. Пятьдесят раз применено было вето! Но в тзких условиях его можно применить, г-н Дахлее, 150 ‘раз, так Бак это есть способ самозащиты от того давления, от того. диктата, который пыта] ЮТСЯ применить в отношении Других IO сударств в международных делах те. государства, которые считают себя наиболее сильными и могущественными и, следовательно, способными добиться тем или друTHM способом осуществления именно своих планов и своих целей. И нетрудно, конечно, понять, что если бы существовал такой порядок, когда не было бы возможности, опираясь на принции единогласия, суверенному государству защищать свои права и интеревы, то едва ли международная организация, которая не опиралась бы на такой принцип. была бы жизнеспособной. Она выродилась бы в. одностороннюю организацию какой-то. группы государетв, об’единенных своими. групповыми интересами, и перестала бы быть международной организацией в шировом смысле, как это мыелили организатоpnt OOH. , Поэтому г-н Даллес, характеризуя положение дел в Совете Безопасности, соверщенно неправильно указал на право «вето» как на источник тех затруднений. которые ‹ существуют B Совете. Безопасности. С Qe Он забыл, что post hoc non est propter Вос, «после этого не значит — веледствие. этого», т. е. то, что наступило после каKOrO-либо факта или события, не означает, что этот факт или это событие и является причиной того, что последовало за ним. А причиной данного факта, т. е. затруднений в Совете Безопасяости ABISeTCH на-. рушение основного принципа каждой международной организации — обязательности для всех членов организации стремиться к согласованным . действиям, к уважению’ государетвенной независимости, гоеударетвенного равноправия и суверенного paseu-, ства членов этой организации, отказ от. попыток применять в своих международных отношениях метод диктата — навязывание своей воли во что бы то ни стало. Таким образом, корень лежит здесь. Я не говорю уже об арифметическом ^ искуёстве г-на Даллеса, который насчитал пятьдесят случаев применения вето, забыв, что, например, только по одному вопросу в приеме новых членов применять это самое вето пришлось семнадцать раз. Но если бы пришлось ‘применять его в десять раз больше, то я уверен, что государетва, уважающие свои права и интересы всей ООН и способные их защищать, конечно, пользовались бы тем законным правом, которое им предоставлено по Уставу и которое является одним из основных условий жизнесповобности и эффективной деятельности Организации 0б’единенных Наций, как это было определено при самом возникновении этой организации, когда наши предетавители собрались в Думбартон-Оксе в 1944 голу. Bee, что могли сказать противники принцина единогласия, так называемого права вето, было уже неоднократно ими сказано и в 1944, ив 1945, ив 1946, и в 1947 и в последующие годы, причем они постоянно исходили и исходят из одной и той же мысли, из одного и того же мотива. Постоянно заявлялоеь И заявляется, что необходимо ограничить этот принции, необходимо его ликвидировать, так как-де применение правила единогласия приводит Совет Безопасности к параличу, лишает ero способности действовать. В 1948 тоду, на третьей сосеии Teueральной Ассамблеи, представитель США заявлял, что ‹вето» делает невозможной деятельность Совета Безопасности, что «вето» создает необходимоеть искать других путей в рамках Устава для поддержания мира и безопасности. И вот теперь этот путь, как им кажется, они нашли в тех предложениях, которые изложены в резолюции «ceми», но надо прямо сказать, что они вышли далеко за рамки Устава. Я не хотел бы сейчае углубляться в историю этого вопрова, да я ий не имею никакой возможности сделать больше того, что я сделал. Окажу лишь, что это старая и печальная история. на печальна потому, что представляет собой тягостное зрелище пренебрежения такими важными принципами Организации 0б’единенных Наций и среди них таким важнейшим принципом, лежащим краеугольным камнем в самой основе ООН, как принцип единогласия, В самом начале жизни нашей Организа-. ЦИИ этот принции вызвал во стоны прас одной стороны. С xpyroi стороны, мы только что закончили рассмотрение корейского вопроса. Большинство есть, конечно, большинство. Арифметика есть арифметива. Но никакая арифметика не может решить тех вопросов, которые относятся к области, далеко отстоящей от арифметических задач. Если бы, например, во времена Гали`лея поставили на голосование вопрос — вертится земля или нет, то, невомненно, Политический комитет, который заседал бы тогда в каком-нибудь deiiz-Caxcecce, большинством голосов мог бы решить, что земля не вертится и что Галилея нужно казнить как еретика. Однако земля все-таки ъертелась бы и был бы прав Галилей, воскликнувший: А все-таки она вертится! Мне кажется, и я в этом глубоко убежден, что прежде чем заявить. что агрессия исходила из Северной Кореи, надо было бы соблюсти хотя бы элементарные правила справедливости и выслушать TeX, кого вы здесь обвиняли в згрессии. Вы этого не сделали и вы не имеете никакого права ссылаться на 19. что ваше рез шение справедливо. Не имеется на это низ какого права. А следовательно. вы не имеез те никакого права говорить, что в случае е этой так называемой «агрессией из Северной Кореи» Совет Безопасности получил ‘возможность справедливо действовать и что он получил эту возможность справедливо действовать только потому, что в нем не было советското представителя. Он действительно получил ВОЗМОЖНОСТЬ действовать так, как он действовал, нарушая справедливость и элементарные требования международного права потому, что не было советского представителя, но он получил возможность действовать несправедливо, ибо справедливость требовала бы иных действий, чем те, которые нашли вое выражение, например, в резолюции Совета Безопасности от 27 июня. Нарушив такое элементарное требование справедлиBOCTH, как обязанность выслушать другую сторону по принципу: audi alteram рагЧет — выслушай и другую сторону—елучайное собрание некоторых членов Совета Безопасности лишило себя, незавиенмо ня от чего другого, права ссылаться на какую-то «агрессию из Северной Кореи». Большинство в Совете Безопаености не раз нарушало Устав. Стыдно сказать, что это имеет место и в таком вопросе, как признание права Участвовать в Генеральной Ассамблее, и в ООН вообще, за великим китайским народом. Такое положение вы называете справедливостью только потому, что с этим не хотят согласиться США. Вы называете это справедливостью вопреки: всякой логике, вопреки всем фактам, всему, что существует в действительности. И при этих условиях, когда вместо подлинного предетавителя китайского народа здесь сидит какая-то случайная фигура, нам говорят: «Это законное решение, извольте ему подчиниться, не мешайте осуществлять это решение». Нет, мы мешали н будем мешать принятию незаконных решений, наруше‘ниям Устава, мы будем защищать Устав, ‚его принципы, требующие уважения суверенного равенства народов и их права на самоопределение. _ Противники сильного и влиятельного Совета Безопасности, стоящего преградой ‘на пути нарушения принпинов Устава, ‘для похода против‘ Совета пычаютея т6- перь использовать корейские события. Это повод, чтобы атаковать Совет Весюпасности. Я хочу напомнить, что 14 октября 1947 г., ночти три года тому назад, на заседании Политического комитета совет ская делегация заявила буквально следу= ‘ющее по аналогичному вопросу: «Мы не знаем, снято ли сформулированное Маршаллом американское предложение, в силу которого Межсессионный комитет может рассматривать ситуации и споры, наносящие ущерб дружественным отношениям. 06 этом пока американская делегация молчит. Но можно не сомневаться, что совершенно ясно определившаяся тенденция американского правительства неизбежно приведет к использованию всех возможностей, всех лазеек с пелью оттянуть к «Межсессионному комитету» возможно ‘больше полномочий и прав, принадлежащих другим органам ООН и, в первую оче‘редь, принадлежащих Совету Безопасности». Такова тенденция англо-американских ‘политиков. Такова линия политического действия в этом вопросе. Но тогда, в 1947 году, не было никаких корейских событий. Но была та me тенденция, которая стремилась к коренной и незаконной ломке Устава c пелью ослабить Совет Безопасности. передав его функции в Наиболее важной и ответетвенной области другим органам — сейчае таким ортаном представляется ужа He Межсессионный комитет, как это было в 1947 году и затея е которым провалилась, а сама Генеральная Ассамблея. Надо же смотреть фактам и жизни в глаза. Сейчас идет речь о том, чтобы путем ‘некоторых искусственных маневров Гене‚ральную Ассамблею наделить в известных случаях теми же правами, какими обла‘дает сам Совет Безопасности, передав ей от Совета Безопасности те функции, которые по Уставу Генеральной Ассамблее не принадлежат. Таким способом думают обойтись без Совета Безопасности. Нусть, дескать, себе он живет и здравствует со своим «вето», а мы и без него можем обойтвеь. Потому что то, что он должен булет делать, 3 него йудет делать другая организация, другой орган — Генеральная Ассамблея, и будет делать так, что даже никто не заметит, что произошли какие-то изменения, будет, так сказать, проделан какой-то «вольтфас» — ловкость рук, как говорит= ся, и ничего больше. И Устав пел, и Устава нет. И Совет Безопасности пел, и Совета Безопасности нет, и волки сыты, и овцы целы. И именно так и получается, если принять то, что’ предлагает резолюция «семи» в отношении, например. так называемых «отрядов ООН», если наделить Тенеральную Ассамблею некоторыми исклю= чителюными правами, принадлежащими по Уставу только Совету Безопасности. Но таким образом подрываетея основа совместной ответственности пяти держав за поддержание мира. А эта ответственность велика и велик лолг, лежащий на Совете Безопаености, в частности на ет пюстоян+ ных членах. (Продолжение следует).