ray бивраля 1939 г. № 20 (600). ПЬЕСЫ ГРИБОБл.ОВА HA CHEE ; ловестно, цензура помешала Грибоee ку при жизни. увидеть «Горе от ума» 2 столичной сцене; но это не значит пон не знал радостей театрального ус: их при свете огней рампы. Уже в (815 т. 99 сентября, нз сцене петер(рового тезтра идет его комедия в одри действии «Молодые супруги», причем рииающий автор имеет удовольствие BE а вру В этой пьесе выдающихея артичз тимашней труппы — Семеновой, (С‘тео и Брянского. og grpapa 1818 r. в Малом театре в избурге идет комедия в 3 действиях (юм мя, пли замужняя невеста», виезяная совместно Грибоедовым, Шауххих и Хмельницким; в ней были залы Саядунова, Сосницкий, Валберхова д. №063 три недели, 11 февраля, па цене Родьшого театра представлена «Правушя неверность» — переработанная —ибеювых и Жандром комедия Французво драматурга Барза. 10 ноября 1819 г. ; exeguc Брянского шел водевиль Грибониз «Проба интермедий»; 24 января Hr. на московской сцене © большим мешу играется «опера-водевиль» «Hiro (ит, BTo сестра, или обман за обманом», илезнная Грибовдовым совместно © П. А. зежким, другом Пушвина. (щшническая жизнь лучшего создания ибелова — «Горе от ума» — начинаетр РУ Ч Ги 2 дкабря 1829 г., когда была 7 вые поставлена, и: ‘картина первого gderaua ва петербургской сцене, ech и 5 февраля 1830 т. шло третье дейие мой комедии, причем Чацкого игar Каратытгин, Фамусова — Рязанцев, tuo — Семенова (младшая), Молчалив — Лю, Лизу — Монготье. Впервые (eno шла эта комелия на петербургний сене 26 яиваря 1831 г. в бенефис инехото. На московской сцене она шла mepswe B 4 aptax 27 ноября 1831 r., mex Фамусова играт Щепкин, а Чацу — Мочалов. оначило ли это, что зрители, наконец, ‘выели и услышали «Горе от ума», 6 ‚1805 г. запрещенное для сцены? Нет, так и; па комедии Грибоедова была вынута ул @ солость» п весь ее гнев против фитозского общества. Целое десятилетие, murs x0 1862 г. (издание Тиблена), в витой редакции текста вместо: «Ла и мастей не признает» читалось: «Он ши не признает»; вместо: «Он хочет manor, проповедать» — «Вот что он RUT QTR aT bP. «СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО, БЕССМЕРТНАЯ КОМЕЛИЯ А. С ПУШКИН Слушал Чацкого, но только один раз и не © тем вниманием, коего он достоин. Вот что мёльком успел я заметить. Драматическото писателя должно судить по зако“ нам, им самим над собой признанным. Следовательно. не осуждаю ни плана, ни завязки. ни приличий комедии‘ Грибоелова. Цель его — характеры ий резкая картина нравов. В этом отношении, Фамусов и Скалозуб превосходны. Софья начертана неясно: не ‘то ww. не то’ московская кузина. Молчалин не довольно резко подл; не нужно ли было сделать из него и тру+ са? старая пружина—но штатский трус В большом свете между Чацким и Скалозу* бом мог быть очень забавен. Les propos 41 Ба, сплетни, рассказ Репетилова © клубе, Заторецкий. всеми от’явленный и везде принятый, — вот черты истинно-ко> мического тения... О стихах я’не говорю: половина = должна войти в пословицу. Покажи это Грибоедову. Может быть # в ином ошибся. Слушая ето комедию, я не критиковал, ‘& наслаждался. Эти замечания пришли мне в голову после, когда уже не мог я справиться. По ‘крайней мере, говорю я прямо, без обиняков, как истинному таланту. (Из письма к А. А. Бестужеву, 25 янв. 1825 г.). Н. В. ГОГОЛЬ «ГОРЕ ОТ УМА» в МАЛОМ ТЕАТРЕ. На снимках (слева направо}: 1) Народный артист СССР М. М. Климов — Фамусов, 2) Бал у Фамусова. 3) М. И. Царев — Чацкий Александр Сергеевич Грибоедов, его жизнь и гибель Его меланхолический характер, ero озлобленный ум, его добродушие, самые слабости и пороки, неизбежные спутники человечества. — все в нем было необыкновенно привлекательно. А. ПУШЕИН Всадник в черном ехал по горному ущелью. KOH мчался резво, плащ развевалея по ветру, было хорошо. Три потока с шумом и пеной низвергались © высокого берега. Всадник переехал через реку. Два вола, впряженные в арбу, подымалиеь по крутой дороге. Несколько грузин сопровождали арбу. «Откуда вы?» — спросил их ездок. — «Из Тегерана». — «Что вы везете?» — «Грибоеда». Это было тело убатого Грибоедова. которое препровождали в Тифлис. Пушкин снял карфтуз, лицо его омрачилось. Он любил этого человека. Как странно: перед от’ездом в Персию Грибоедов говорил ему о зловещем предчуветвии, и вот это предчувствие оправдалось. Фанатически настроенная толпа персов, метя царским колонизаторам, разгромила посольство и перерезала Bch миссию. * «Щивой из Персии не вернусь», — упорно повторял Грибоедов. Император осыпал ето. милостями, ему дали орден, деньги, высокое звание полномочного министра, но поэт был угрюм и зол, он не хотел ехать. «Все, чем я до сих пор занималея, — для меня дела посторонние, — писал Грибоедов другу своему Бегичеву.— Голова моя полна, и я чувствую необхолимую потребность писать». Но писать 110- эту не давали; он должен был нести государственную службу, и его заставляли делать это против собственной воли. ить было невыносимо. Грибоедов писал отчаянные письма: «Люди мелки, дела их глупы, душа черствеет, рассудок затемняется и нравственность гибнет без пользы ближнему, Я рожден для другого поприща» Но’ вместо этого высокого поприша поэту навязывали мундир, ненавистный мундир. «распытый и красивый». Кругом были чужие люди. Грибоедов презирал всей силой своей озлобленной души эту низкопробную светскую чернь, он говорил другу: «Вчера я обедал co всею. сволочью здешних императоров. Не. могу пожаловаться — отовсюду коленопреклоневие и фимиам, но вместе с ‘тем сытость, ото их ‘дурачеств и сплетен, ‘их мишурных талантов и мелких их душишек. Какой мир! Кем ‘населен! И какая это дурацкая история!» Грибоедов мечтал вырваться из этого «трясинного государства». Но приходилось выполнять ненавистную службу; недоставало сил раз и навсегда бросить все и отдаться любимому делу. А. С. Грибоедов родился в старинной барской ‹емье. Лом Грибоедовых в Москве в начале XIX века считался одHUM из самых высокочтимых, он принадлежал к тому небольшому кругу, который составлял московский высший свет. Грибоедов мог < самого детства видеть вокруг себя героев своей будущей комедии, ему с пеленок проповедывалась мораль Фамусова и Молчалина. Всесильный дядюшка Алексей Федорович Грибоедов ревностно внушал чинопочитание И НиЗзкоПоклонство, & дальний родственник екатерининский вельможа Новосильцев был в семье таким же илеалом, каким являлся пля Фа`мусова покойный дядя Максим Петрович. Чудом мальчик уберег себя от тлетворного влияния всех этих людей, Ум и способности юноши были поистине феноменальны: тринадцати лет от роду он поступил в Московский университет, «знавши уже <овершенно Французский, немецкий и английский языки и понимавший своболно в оригинале всех латинских п0этов; в дополнение к отому он имел Heобыкновенную способвость в музыке, игЕстественно, что многим хотелось видеть «Торе от ума» на сцене, но пробраться через цензорекие рогатки было немыслимо. Грибоедов еще сильнее озлился, бросил столицу и уехал в Ёрым. Ш№ и тут его донимали те самые люли, от которых он спасался. покидая Петербург, и раздосадованный поэт’ писал: «Фу, злодейство! Да, мне не весело, скучно, отвратительно, несносно... Чудесно всю жизнь свою прокатиться на четырех колесах, кровь волнуется, высокие мысли бродят и мчат за обыкновенные прелелы нелепых опытов...» Б том же мрачном состоянии духа Грибоедов приехал на Кавказ. Шли бои © чеченцами. Чтобы как-нибудь, заглуптить т0- ску, поэт отправлялся на линию огня и бесстратено раз`езжал под пулями, В эти же дни он писал отчаянные письма другу: «Мне так скучно, так трустно, — писал он, — скажи мне что-нибудь в отраду: я с Некоторых пор мрачен до крайности, пора умереть. Сделай одолжение, nora совет, чем мне избавить себя от сумасшествия или пистолета, а я чуветвую, что то или другое у меня впереди». Опасение было в одном творчестве. но и творить можно было только в. уединении. Только в уединении, скрывшись от аракчеевских шпионов, можно было читать такие стихи: 0 люди! Кто назвал людьми исчадье зла, _ Которых от кровей утробных Судьба на то произвела, Чтоб были гибелью, бичом себе полобных! Это строфа из недописанной предемертной трагедии Грибоедова. В ней женщина из народа клеймит князей, ее устами товорит сам поэт, проклинающий властителей... Печатать. трагедию было невозможно. Поэт все” что писал, прятал в ящик стола. Дни тянулись тоскливо ‘и 0днообразно. Но вдруг все изменилось: из Петербурга прискакал фельд’егерь © coobшением о необычайном событии. соверигившемся на Сенатской площади четырнадцатого декабря. Грибоедов сжал кулаки, улыбнулея и пробормотал: «Вот теперь в Петербурге идет кутерьма. Чем-то кончится». Через несколько месяцев автору «Горя от ума» было сказано; «Александр Сергеевич, воля государя императора, чтобы Bat арестовать». Арестанта посадили в полицейскую карету и повезли через всю Россию на допрос в генеральный штаб. В следственной комиссии по делу декабристов Грибоедов написал: «В затоворе я не участвовал, но затоворщиков всех знал и умысел мне их был известен...». Тогда стоявший рядом © ним доброжелатель схватил ето за РУБУ и шепнул: «Что вы пишете! Пишите — знать не знаю, велать не ведаю». Грибоедов послушался, Через несколько месяцев, в результате усиленных хлопот влиятельных лиц. поэта выпустили на CBOбоду. Грибоедов избежал есылки. Официально ето признали непричастным в декабрьскому движению. Но разумом и сердцем своим он во многом был © ними, Герой поэта громко, со всем пылом своей души ‹ провозглашает идеалы тражданственности и патриотизма, его разум пытлив и воинственен, и потому с такой силой Чацкий обрущтивается на подлый мир стяжательства и лицемерия. Миллион терзаний у него в сердце, но когда герой покидает фамусовский дом, он уходит победителем. Победу ему принесла история. Трагедия 0 личности, посмевшей свободно и честно думать, звучит в наши дни торжественным тимном правдивому и дерзкому уму. Свободный народ освободил человеческую мысль от терзаний и тнета, и теперь к творению Грибоедова, озатлавленному словами «Горе уму!», можно поставить эпиграфом пушкинский стих: Ла здравствует разум! Г. БОЯДЖИЕВ o К 10-летию СО ДНЯ СМЕРТИ ВЕЛИКОГО ПИСАТЕЛЯ Комедия Грибоедова выставила болезни от дурно-понятото просвещения, от при HATHA глупых еветских мелочей на место главного, словом — взяла Донкипютсвую сторону. нашего европейского образования, не связавшуюся смесь обычаев, сделав“ пую русских не русскими, но ‘иностранпами. в г БЕЛИНСКИЙ В то время когда вся русская. литераных дел, как его отправили в липломатическую миссию на Вавказ. Начались дни тоскливого одиночества. Он писал из Тифлиса» другу своему Кюхельбекеру: «Теперь в поэтических своих занятиях доверяюсь одним стенам. Им кое-что читаю изредкз свое или Чужое, & людям ничего: никому». Грибоедов дописывал «Горе от ума». Была осень 1822 года, ero окружали «избалованные дети тучности и пищеварения», а он уходил в мир евоих героев, запиралея у себя в комнате и целыми ночами шалролет писал. Поэт вверял свои мысли и чувства юному Александру Аниреевичу Чацкому, тому вовому еще для русского общества человеку, подчинившему в cede огойстические побуждения идеалам тражданетвенности и свободомыелия. Десятки живых людей стояли перед Грибоедовым, когда. он создавал. своего героя, и чаще, чем 0 других друзьях, он, может быть, творя, вепоминал вдохновенного бунrapa Кюхельбекера и мудрого скептика Чаадаева. Слишком много злобы накопилось в AYше, надо было все это выплеснуть, нельзя было жить с окружающими, не уничтожая их, не нанося им смертельных ран. Й Грибоедов разил в самое сердце своим ядовитым пером этот ненавистный ему мир: вельмож, «грабительством богатых, аракчеевоких гвардионцев, задающих В обществе тон, низкопоклонников и льстепов .е их девизом «умеренность и аккуратность»; безмозглых краснобаев, мошенников и шулеров, ютящихея под сенью высоких покровительств, — весь этот сброд; всю эту отвратительную светскую чернь! : тура раболепно копировала Корнеля м Расина» Грибоедов очень яено видел вею стеснительность французских классических правил, мешавитих свободному и полному развитию художественного — творчества. Юный студент в своих взглядах был настолько решительным, что не побоялся написать злую пародию «Дмитрий Дрянской», высменвая насквозь ’фальшивую скучую . тратехию Озерова «Дмитрий а, написанную по ложному образцу французских произведений, Сам он 3aчитывалея «Фаустом» Гете и знал многое наизусть из Шекспира, Шиллера и Байрона. Любимым комедиографом был веселый и злой Жан-Батист Поклен. Именно na этой почве зрел талант реаляста и сатирика, смутно представлявшего уже cede ситуации й характеры будущего «Горя ot ума,» . Но Алекоандр Грибоедов не был ученым книжником и педантом. Как всякий человек крупного дарования, он не мог стоять поодаль от общественной жизни своего времени. Страна переживала величественные годы отечественной войны. Был 1812 год. Гопбоедов прямо ©0 студенческой скамъи пошел добровольцем в гусарский полк. Но французы повсюду уже отступали, и молодому человеку не удалось показать своей удали. Зато Грибоедов многое разузнал о войне, о тех людях, которые © дрекольем в руках уничтожали мотущественные полки Наполеона, с тем чтобы, вернувшись к себе в деревню, снова ощутить у себя на спине. «милость» спасенных имипомещиков. Юный поэт” заду= мал написать трателию на, необыкновенную тему. Его тероем должен был стать крепо° Сегодня еще поэт читал комедию стестной мужик, совершавигий героические полвиги на ‘полях сражения. Ничтожные BOCHANGIBHARA €PO YOPHO He saMelain i отпустили домой «с отеческим» наетавлением к «покорности и воздержанию». Драма кончается тем, что герой, вернувшись после. войны к своему помещику, не выдержмвает позора телесных наказаний й вешается. Трагедия о 1812 тоде написана Грибоедовым не была, остался только предварительный план & ней, но уже и 10 этому плану видно, насколько остро хуложник умел вглядываться в жизнь, насколько хоропю ему удавалось отыскивать типические обстоятельства, находить главные общественные конфликты и открыто, резко выражать свои симпатии и антипатии. 3a время пребывания в полку Грибоедов сблизилея © кн. Шаховским, известным Театроманом, TOT его пристрастил к тезтру. И Грибоедов стал шутя пописывать для младых актрис бойкие водевили на французекий лад. Написал он вместе ¢ Шаховским и Хмельницким веселую комедию «Своя семья», перевел с Жандром «Притворную ‘неверность», одним словом, в короткое время он стал «почетный гражланин кулис» и настолько увлекся своей новой ролью, что даже дрался на дуэли из-за Истоминой. Но веселая петербургская жизнь скоро нам своей одинокой комнаты, а завтра уж дерзекие стихи гремели по всей России. Успех «Горя от ума» был совершенно необычен. О напечатании комедии не могло быть и речи. Только через три года появились небольшие отрывки в журнале «Руеская Талия», но вся молодая Росоая зачитывалась гениальным творением Грибоедова. Комедия Грибоедова есть истинная diving comedia! Это совсем не смешной анекдотец, переложенный на/ разговоры, — не такая комедия, где действующие лица нарицаются Добряковыми, Плутоватиными, Обираловыми и проч.; ея персонажи дазно были вам известны в натуре. вы виде» ли, знали их еше до прочтения «Горе от ума», и, однажо-ж, вы удивляетесь им, как явлениям совершенно новым для вас] вот высочайшая истина поэтического вы* мыела! Лица, созданные Грибоедовым, не выдуманы, а сняты с натуры во весь рост, почерпнуты сео дна действительной жизни; у них не написано на лбах их добродетелей и пороков, но они заклеймены печатью своего ничтожества, заклей» мены мстительной рукой палача-художни“ ка. Каждый стих Грибоедова есть сарказм, вырвавшийся из души художника в ПЫлу негодования: его слог есть рат ехеепс6 разговорный. ...Кюнечно, это произведение не без не достатков в отношении к своей целости, но оно было первым опытом таланта Грибоедова, первою русскою комедией; даи сверх того, каковы бы ни были эти недо“ статки. они не помешают ему быть образTOBHM. тениальным произведением и HS в русской литературе, которая в Грибов» nope лишилась Шекспира комедии... И. А. ГОНЧАРОВ Читатель и зритель не должны были пиь, что Фамусов «монашеским азвестен mseemeu», что Скалозуб говорит «Да и) чины добыть» и проч. Даже знамеeee ’ pram женщины — ура! 1в мэух чепчики бросали» 8 ыло известно читателям №830—1850 ОВ, B их условиях говорить 06 образах, иных RUMMY великими актерами’ в тиетин Грибоедова, можно лишь условно. Ha елкин, ки (амарин, ни Ленский, щ Рыбаков, ни Южин — лучше Фамузы MOCKOBCKOH сцены — не обладали SINOREOCTLIO воплотить замыюел Грибоеwe полностью хотя их игра в этой ` ил справедливо ‘считается классической. lyse обстояло дело. со сценическими Чщении, Ни Каратыгин. ни Мочалов. не злись значительными Чацкими, и вперWe FY POM, создал тот же И. В. СамаИ, Ра талантливейших актеров русской Щиы прошел через «Горе от ума», от № к [юли, как через одну из лучших 0 сценического реализма. В. И. Живоit, например, был и Репетиловым, # умещкии, и Горичем; 0. В. Шумекий— вии, и Репетиловым, и Загорецким; \. Ябючкина — и Софьей, и Хлесто#1, п Горичевой, Это же происходит celiщи на сцене МХАТ, на которой В. И; залов был и Чацким, и Репетиловым, и Ш снова стал Чацким, а М. М. Тархаa прежде чем стать Фамусовым, был Чем. Шюзможно в небольшюй статье охва1 8 этапы и перевалы, через кото№ прошло «Горё от ума» за свою 109- Зою сценическую жизнь. Ово прошло Tune глубокие актерские характеристии оювой, Еруоловой, Макеева, СаИзой, Давыдова, Мартынова, Асенко3, (авиной, Отрельской, Сазонова, Вар La, Никулиной, Остужева, Леонидова, евокого, Лужского (помимо названных 11), и через невежественные тюстановИ аурных «режиссеров» императорских Gti, и через формалистические извращеПыуличных «новаторов», и через глуUe понимание и любовь’ таких исклютю культурных и одаренных поста щиков, как В. И. Немировяч-Данчен\ певший рядом с собой замечательно> EcargaTeaa роли Фамусова-—СтаниславZN, «ре от ума» вполне выдержало испыав временем и, рялом с «Ревизором», к Комедия «Горе от ума» держится каким» то особняком в литературе и отличается моложавостью, свежестью и более крепкой живучестью ‘от других произведений ©лова. Она, как ‘столетний старик, околд которого все, отжив по очереди свою пору, умирают и валятся. а он ходит, бодрый и свежий, между могилами старых и колыбелями новых людей. И никому В голову нё приходит, что настанет когданибудь и его черед. ..Комедия «Горе от ума» есть и EAapтина нравов, и таллерея живых типов, и вечно-оетрая, жтучая сатира и вместе с тем и комедия, ‘и скажем сами за себя — больше’ всего комедия — какая едва ли найдется в других литера» турах... Как картина она. без сомнения, тромадна. Полотно ее захватывает длинный период русской жизни — от Екатерины до императора Николая. В групиё двалцати лиц отразилась. как луч света в капле воды, вся прежняя Москва, © рисунок, тогдашний ее дух, исторический момент и нравы. И это с такой художественною, об’ективною законченностью, какая далась у нас только Пушкину и Гоголю. «Ныне нет ни одного малого города, — писал современник, — чет дома, где любят словесность, где бы не былю списка сей комедии». На читателей онз производила огромное впечатление. Когда А. Бестужеву попали в руки отрывки из «Гдря от ума», он, прочтя их, был потряеея: «Я поглотил эти отрывки, я трижды перечитал их. Вольность русского языка, пронзительное остроумие, оригинальность х8- рактера и это блатородное негодование ко всему низкому, эта гордая. смелость в липе Чацкого — проникла в меня до глуOHHH души». А светские шаркуны сочиняли на комедию нижеследующие куплеты: Не говори, что дважды два четыре, Я «Горе от ума» тебе при сем пришлю, Четыре акта в нем и ровно все четыре равны. не дважды двум, а одному нулю. Интерес к комелии был всеобщим, «[ГроВ рукописных фондах. Литературного музея хранится несколько списков комедии «Горе от ума», сделанных при жЖизни автора. Особый интерес вызываеу «Званцевский» список, принадлежавитий приятельнице Грибоедова Званцевой. Этот список, сделанный, очевидно, с оригинала, является одним из основных. Есть в музее и несколько подлинных писем А, С. Грибоедова; наиболее примечательно письмо его к жене, написанное 24 декабря 1828 года из города Казвинз. В этом письме Грибоедов пишет: «Завтра мы отправимся в Тейран» (Тегеран). Писъмо из Казвина было отправлено поэтом незадолго до трагической смерти. В письме 1820 года к чиновнику Рышлевскому, жившему в Тифлисе, `Грибоедов рассказывает о Персии. кончилась. Не успело Грибоедов сопредему, шуму, восхищению, любопытству конлиться чиновником министерства иностранца нет», — ‘писал Грибоедов. .. Лет двадцать назад в современной критике довольно упорно держалось мнение, что «Горе от ума» — пьеса вообще мало‘ сценичная .и устарелая, что интерес к ней поддерживается благодаря примитивности фабулы, и только ее чудесными стихами. И не только актеры заботились прежде всего о том, как они будут произносить те или другие знаменитые стихи и монологи, но и театралы, приходившие смотреть новых исполнителей, оцевивали их с той же точки зрения, вспоминая, как эти стихи произносились славными предшественниками новых актеров... Художественный театр прежде всего со стороны фабулы Вл. И. НЕМИРОВИЧ-ДАНЧЕНКО подошел к постановке «Горе от ума» пьесы. Любопытны дипломатические документы, подписанные Грибоедовым; среди них служебное письмо к министру иностранных лел Неосельроле с подписью — «Полномочный министр А. С, Грибоедов»: ‘ивтоя подлинной жемчужиной русскорал отлично на Фортепиано и, если бы \ мабсического репертуара. 1 чыпе оно живет полной яизнью на Tm сценах Советской страны. посвятил себя только этому искусству, то, конечно, сделался бы первоклассным артистом» (0. Бегичев). } М. Тарханов — Фамусов. 2) Бап у Фамусова, 3) Засл. артистка РСФСР_А. И, Степанова. — Софья, народный артист СССР Андровская — Лиза. 4) Народный артист СССР В. И. Качалов — Чацкий eo eee ОГО. На снимках (слева направо): 1) Народный артист СССР М. В. И. Качалов — Чацкий и засл. артистка РСФСР 0, Л, ‚ ГОРЕ ОТ УМА» в МХАТ СССР им. ГОРЬВ