в февраля 1939 г. № 21 (601).
	«Поланта»
в конпертном
исполнении
	  укоахтная лирическая опера  Чайков­о «Иоланта», К сожалению, никогда не
1 овзлась у наю такой широкой попу­ypsocTbh, хак другие произведения, ком­yrs0T0P На первом представлении опе­yg (19 (6) декабря 1895 года) на сцене
ииского театра в Петербурге, когда
(fort исполнялась вместе. с балетом
цчию, она, по признанию либрет­{ И. Чайковского, имела лишь по­«тенный успех. Холодный прием
лазеры определил и дальнейшую судь­ff произведения,
А ивжду тем эта последняя опера Чай­икою служит достойным завершением
во творческом пути. Больше всего при­yisaeT B «Иоланте» светлый, романтиче­ол это произведения. Сама’ Иолан­занимает одно из первых мест в гал­лее ReMORUX образов мировой оперней
repatyD el.
Иоланта» показьгвает, Rak тлубоко и
yecropoung композитор BHAT романтиче­вт музыку, как тениально претворил

Дек
ota
	из 210% отере муеееитоноя › наследие

умвтиков.
{ ижалению, в концертном исполне­ше под управлением нар, apt, CCCP
1 1. Штейнберга, 6 февраля в Доме уче­ви oneps прозвучала не совсем удачно,
(пешка, недоделанноеть, отсутствие проду­виоо плана чувствовались в этом ис­ниении, Трудно оправдать традицией
ayes симфонического вступления к
ин, Выли, правда, счастливые моменты,
п 0 — отдельные удачи артистов. В
вом же удивительная теплота, проник­пмчность, психологическая  значитель­ить музыки ие были раскрыты; В спек­ве участвовали очень способные арти­ин мк например, Б. С. Дейнека, сде­эшший не очень значительную партию
в№ в высшей степени привлекательной.
ничиво подошла к роли Иоланты ар­ва Н. Сыроватская, очень хорошо спев­я цену с Водемоном. К сожалению, ее
илинение лесколько потускнело к кон­{ еры. Юровецкий (Роберт) счастливо
жал «нажимов» в знаменитой и BA­ий арии «Кто может сравниться с Ма­1лой моей». Артист М. П. Золотарев
	ново и бомысленно провел. партию
 МеХакия,
равный нелостаток постановки ~~ Hé-
	лищенка вторых ролей, имеющих боль­Tot художественно-музыкальный смысл.
Тишо написанная роль Марты совсем не
удалась артистке М. Веккер. Певица не
фиелв передать ни. вокального рисунка,
п драматического содержания партии.
Ти  Иоланты — Бригитта (С. Вальд)
rdaypa (Н. Московская) пели как-то вя­y, аучастно, Не плохи Бертран (В. Ге­утевский) и Альмерик (JI. Волков).
[щелно исполнил партию Водемона артист
В Александров, Но винить молодого и,
  мдихо, музыкального певца за это нельзя,
к хак он выступал почти экспромтом,
`аменяя другого исполнителя,
	Пополнение в концерте  посредетвенно
странной темы с вариациями из третьей
ты Чайковского, вместо обещанной
Шоартнань», весьма. разочаровало слу­’пизлей, Ведь «Моцартиана» тораздо луч­1 тармонирует с «Иолантой». Такой зна­1% ФИковокого как народный артист
ЕП, Mrena6epr, должен был почувство­ить это
	Е. М. БРАУДО,
	заспуженный деятель искусства
—<®—
	Шуберт,
Равель,
Бланко
		«СОВЕТСКОЕ
		ры виднеются далекие горы и ‘небо. Этд
сделано скупо, просто, выразительно.
Здесь, в этом поднебесье, приютилаев
семья Леонардо. Теща (Н. К. Михайловя),
убаюкивающая внука, и Жена Леонардо
(М. И. Черкасова) поют мелодичную пе­сенку. Она окрашена в’ грустные тона, ибо
поведение Леонардо внушает им тревоту,
и беспокойство. Вот он приходит, Леонар­до (арт. С. Ф. Шишков): сейчас будет
разговор начистоту. Но Леонардо укло­няется от этого разговора. М. И. Черка­сова ведет свою роль умно: Жена упрека­ет мужа, она борется за него вак любя­щая женщина, а не как сварливая владе­лица мужа’ Ее горе, слезы не делают ее
отталкивающей. И это помогает глуэже
понять силу и значение надвигающейся
трагедии.

Сцена сватовства сытрана отлично. Хо9-
рошо передано состояние Матери, не же­лающей расстаться со своим сыном и в
то же время стремящейся устроить его
счастье. С тонким юмором показал не­сколько одеревяневшего от нового костюма
и непривычной обстановки Жениха ар­тист Й И. Ром-Лебедев. С эффектной про­стотой ведет роль Невесты Ляля Черная.
Роль Служанки превосходно сыграла
В. В. Вербицкая.
	Во втором действии на помощь драма»
тическим артистам притили танцоры. и му­выканты (постановка танцев 3. П. Злоби­на, музыка С. М. Бутачевского), и это
придало спектаклю еще больше яркости,
движения. Он стал еще наряднее. На фо­не праздничной толпы,  веселящейся на
чужой свадьбе, еще трагичнее казались
образы Невесты, Леонардо, Жениха, Мате­ри, Жены Леонардо.

Несколько менее удачной кажется нам
сцена в лесу. Зато‘ финальная сцена ве­ликолепно заверитила спектакль. Кающая­ся трешница и вместе с тем женщина,
сознающая свою правоту/—этот сложчый
образ с большой силой воплотила Ляля
Черная. Измученная непосильной борьбой,
Невеста все же находит в себе мужество
бросить в лицо всем свое великоленное
признание;

— Все равно я пошла бы ва Леонардо.

До драматических высот поднялась в эти
минуты артистка М. В. Скворцова, пере­давшая с неподражаемой силой rope Ma­тери.

Также искренно и глубоко играли все
остальные — в этой сцене не было стати­стов. как и не было их во всем спек­тавле,

Го. ЛИТИНСКИЙ
	ПРЕМЬЕРА В ПЫГАНСКОГЛ ТЕАТРЕ «РОМЭН»
	тоже не смогли бы удержать меня, все
равно я пошла бы за Леонардо.

Такую пьесу не легко ставить; артистам
надо было много поработать и переду­мать, чтобы сыграть совой роли так, как
они обрисованы в пьесе: в большой бук­вы. :
С этими трудностями театр справился
превосходно. Постановщик — художест­венный руководитель театра засл. артист
РСФСР М. М. Яншин и режиссер А. И.
Зайков проявили исключительный такт и
вкус.

Мы видим испанскую деревушку; ее то­же следовало бы назвать Деревней с бель­пюй буквы: она типична, как и персона.
жи пьесы. В стремительном темпе разво­рачиваются события. С первых —. ласко­вых и гиевных—сл@в Матери (арт. М. В
Скворцова) зритель вовлекается в жизнь
тлухой испанской деревушии. Горе Мате­ри, потерявшей мужа и старшем сына,
ее любовь к младшему сыну сразу за­хватывают нас. Вместе с Женихом мы не­терпеливо ждем их посещения дома Не­весты. Но сначала мы должны побывать
3 бедном жилище Леонардо. Художник
	BE. А. Воркина и на. этот раз доставииа
нам эстетическое наслаждение. Один ма­пенький штрих запомнился 0собенно: че­рез узкое оконце в толетой стене пеще­Ляля Черная в роли Невесты
	 
		Цыганский театр «Ромэн» поставил лье­су Федерико Гарона МЛорка «Кровавая
свадьба». Театр с трогательной  чутко­стью угадал и передал  сокровенный
смысл этого своеобразного произведения.
	Гарсиа Лорка поведал нам трагическую
историю о людях сильных, красивых, от­важных и блатородных — о людях, до­стойных великой радости разделенной люб­ви и лишенных этого намзаконнейшего
права. Люди лишены этого потому же,
почему они лишены и многих других сво­их естественных праз: жизнь сложилась
так, что человеку не удается быть самим
собой. Пылкий голосе Сердца заглушен
скрипучим толосом мелкого Расчета. В
этой жизни сердцу предоставляется лишь

право «огнить от мучений», — и горе то­му, кто последует велениям своей души.
	Пьеса написана необычно. начать с то­го, что действующие‘ лица не имеют имен,
за исключением одного героя — Леонар­до. Остальные называются просто: Мать,
Невеста, Жених и т. д. Автор как бы то­ворит: «Я рассказываю вам судьбу всех
матерей, невест, женихов...» Но в этом нет
никакой мистики, никакого декадентства,
Теща, как и полагается, мнительна и вор­члива, Служанка -— преданна и лукава,
	Соседка .-— болтлива HO добродушна,

Отец — расчетлив и ласков, Юноши и
Девушки — веселы и влюбленны. Матери­ал пьесы — самый реальный, события—

просты, но все это освещено глубокой
	мыслью, ярким чувством, в каждой стро­ке видно глубокое знание жизни, чувст­вуется большая любовь к людям.
	Сюжет пьесы пересказать легко. Жених
подыскал себе Невесту. Котда-то у нее
был другой жених — Леонардо. Но тот­да свадьба расстроилась. Почему? Jleonap­до об’ясняет это очень просто; «Два быка
и жалкая хижина — это ‘почти ничего,
Вот в чем дело». Теперь у девушки Же­них побогаче, Отец в разговоре с Матерью
жениха говорит: «Ты богаче меня. Вино­традники — это целое состояние». Как в
свое время Леонардо женился, чтобы за­быть богатую Невесту, так теперь Неве­ста хочет выйти замуж, чтобы найти ис­целение от любви к Леонардо. Но они
продолжают любить друг друга. Сила
этой страсти так велика, что Леонардо и
Невеста бегут вместе во время свадебного
пиршества. Жених наститает Леонардо, они
дерутся и оба погибают. Невеста возвра­шается к Матери. Она говорит;
	— И даже если бы я была старой жен­щиной и имела детей от твоего сына, они
	Н. В. Устинов.
	«В парке»
	(масло). К выставке в клубе городка художников
		(Советский павильон
на Ньъю-Иоркской выставке
	Международная выставка в Нью-Йорке   реева) исполнена из нержавеющей стали.
	Снаружи павильон украшен горельефами,
символизирующими одиннадцать советских
республик. Вводная площаль заканчивает­ся. амфитеатром — здесь под открытым
	небом вечерами’ бухут демонсотрироватьея
кинофильмы. Кинотеатр находится также и
внутри павильона.

Советский павильон, возводимый №
проекту Б. М. Иофана, грандиознее того,
что был сооружен на международной вы­ставке в Париже. Ясные, лаконичные и
вместе с тем нарялные архитектурные
формы, светлая, гармоническая окраска,
глубокая связь архитектуры CO скульпту­рой и живописью — все это в совокуп­ности создает. прекрасный и жизнерадост­ный образ нашей родины. Павильон будет
облицован советскими мраморами, отдель­ные его части — порфиром и турчин­ским лабралором. Обращалют на себя вни­мание исключительная организован­ность, огромная роль механизации во
всех работах по выставке. Прежде всего
была подготовлена вся территория, проло­жены дороги, обеспечен транспорт. Прове­дены работы по благоустройству, озелене­нию территории, сооружены фонтаны. При­мерно в центре парка имеется озеро.
трех милях от выставки сооружен колос­сальный аэропорт. который бужет прини­мать самолеты и гидропланы. № террато­рии выставки подведены метро, железная
дорога, широкая автострада американекото
типа.

Высокий уровень строительной техники
и механизация строительства позволяют
быстро и легко проводить сложные работы
по монтажу зданий. Американская печать
уделяет много внимания участию СССР
в выставке, Несколько цифр характери­зуют размах будущей выставки. За 6 ме­сяцев ожидается свыше 50 миллионов по­сетителей, в отдельные дни — до 800
тысяч человек. Металлический каркас па­вильона уже возвелен. Над ним поднят
	А. РОКОТОВ
	«Строительство мира завтрашнего дня» за-.
нимает колоссальную территорию. пример-.
но в пять раз больше той, что была
отведена в 1937 году под выставку в
Париже.  

Не в пример французам, организовав­MEM выставку в центре города, американ­цы поступили практичнее: они вынесли
ее за черту гороха, во Флопинг (предместье
Нью-Йорка). На территории, пересеченной
речкой Флошинх, разбивается парк. Ге­неральный план строительства подчинен
основным магистралям парка. По одну сто­pony главной выставочной магистрали
возводятся. «Трилон» и «Перисфера» —
злания причудливой архитектуры — чу­деса техники.  

На тлазной же магистрали, вблизи
павильона США, располатаютбя четыре
крупнейших павильона — СССР, Велико­британии, Франции и Бельгии.

За исключением Японии,  Bce
крупнейшие = государства, в том числе
CCCP, сооружают свои павильоны на Me­таллических каркасах, которые одеваются
легкими строительными материалами. На
территории выставки, по существу, де­races монтаж уже готовых частей зда­ВИЙ,

ПодФоветский павильон отведен олин.
из.самых больших участков ¢ довольно
сложной для архитектора конфигурацией.
В соответствии ¢ этим участком, зданию
павильона придана круглая фофма, птиро­во открытая с главного Фасада. Главный
вход обрамляют два крыла здания про­пилеи. На пропилеях — портреты Ленина
и Сталина (барельефы, исполненные Мер­куровым). Перед этими барельефалия уста­навливаются скульптурные группы Ha Te­мы героики гражданской войны и строи­тельства социализма (работы Лысенко и
Муравина). В центре главного фасада воз­велен обелиск — пилон, увенчанный Mo­нументальной фигурой рабочего, поднимаю­ТАЙНА», В МОСКОВСКОМ ЛРАМАТИЧЕСКОЙ ТЕАТРЕ
	еще по «Музыкальному  Матазину>» Леб­нида 5’тесова...

Влатные песенки и чувствительные ро­мансики должны играть роль сладкой
конфетки при приеме торького лекарства.
Уместность их режиссером не Фонтроли­руется. Жена вредителя Ракитина (артист­Re eT иг
ка Царева), прибежавшая известить мужа
о предстоящем аресте, вдруг начинает
петь, несмотря на ночь, на раскрытые че­моланы, на опасности предстоящего бег­ства. 7

Артистка Царева создает не образ, &
традиционную маску опереточной субрет­ки, Делает она это хорошо, весело, и, ко­нечно, ее манера гораздо ближе к развле­кательным замыслам постановщика, чем
все попытки остальных актеров итрать
«всеръез».

Талантливый Вечеслов (Гончаров), пови­димому, просто не знает, что ему делать.
Трудно поверить, будто этот бестолковый
блондин, совершающий одну глупость 3a
другой, и есть блестящий организатор
крупного конесовхоза. Безнадежны попыт­ки Н. Цветковой оживить бледную добро­детельную схему, носящую у авторов имя
Галины Петровны.

Ряд фальшивых мест в пьесе не удален
постановщиком, а усилен. К таким 0ес­тактностям нужно отнести сцену след­ствия, причем значительная доля вины
падает на артиста Девиченского  (следо­затель). Нельзя же изображать следовате­ля провинциальным Шерлок Холмсом,

гипнотизирующим допраши ваемого.
	Постановка «Тайны» — репертуарная
онибка Московского драматического теат­ра. Этот театр после долгих скитальческих
лет обрел, наконец, помещение. Свои осед­лые позиции он должен был укрепить
художественно полноценным спектаклем, а
	Fer. BEPMOHT
	не этим неумным детективом,
	передает Ракитину почему-то в письмен­ном виде, да еще вклёенную в корешок
книги. А Ракитин. получив столь законе.
	пирированный документ, вскрывает ©9
в конторе совхоза и беззаботно оставляет
	на столе выпотрошенный переплет...
	«Тайна» по теме близка «Павлу Греко­ву». В ней тоже показан честный работ­ник, оклеветанный вратами народа. Но
сходство тут внептнее, :
	«Павел Греков» поднимает важную те­му, «Тайна» эту тему дискредитирует, К
сожалению, театры и некоторые отделы
искусств, которых пьеса Войтехова и Лен­ча испугала своей остротой, весьма блато­оклонно отнеслись к творению Волина ий
Лаганского—тупо, значит безопасно...

Пьеса нетерпимо фальшива и приторна.
Когла Гончарова арестовали и его жена,
чувствующая несправедливость обвинения,
томится от тоски, парторг Галина Петров­на советует ей чем-нибудь заняться.

— Но чем?— восклицает Зоя Павловна.

И слышит в ответ:

— А кружки самодеятельности!...

Печальная жена благодарно жмет руку
парторга. Какой тончайший, прямо ибое­новский «психологический нюзнс»!...
	 Вонечно, не легко найти режиссерское
толкование такой пьесе. Но если вы хо­тите ее ставить, тогда извольте искать.
Увы, постановщик Ф, Каверин предпочел
оживить спектакль введением всяческих
трюков и опереточных красок.
	В спектакле Московского драматического
театра все напевают. Налтевает «неизвест­ный» в прологе (кстати, он в девятнадиа­том году напевает песни нэпа), поет
директор конесовхоза, ето заместитель,
жена заместителя, поют комсомольцы, ком­сомолки, устраивается даже специальный
вечер самодеятельности, который позволя­ет Ф. Каверину демонстрировать древний
трюк с лошадью, памятный москвичам
	У Марка Твена в «Приключениях Tena
Финна» есть эпизод, в котором описана
попытка. Гека и его друга Тома Сойера
освободить беглого негра Джима.

Негр был заперт в маленьком сарайчи­ке. Достаточно отодвинуть ржавую задвиж­ку на дверях—и Джим на свободе. Ho
тогда не будет игры! И Том Сойер’ соста­вляет грандиозный план освобождения
черного пленника, :

Тут и подкоп, который ребята ведут из
соседнего потреба, и земля,. тайно выно­симая из сарая, и пилочка, пересланная
старому негру в супе для того, чтобы он
перепилил ножку кровати, хотя гораздо
легче просто приподнять кровать и снять
веревку...  

Все это невольно вспоминаешь, когда
смотришь в Московском драматическом те­атре пьесу Волина и Латанокото «Тайна».

Собственно говоря, никакой тайны нет.
Директор конесовхоза Гончаров во время
тражданской войны ‘ переменил фамилию.
Он не совершил при этом никакого пре­ступления, не сделал подлота, не вос­пользовался чужими документами... ‚

Казалось бы, проще всего, так сказать,
«отодвинуть задвижку», т. е. поведать об
этом незначительном давнем происшест­BHU,

Но тогда не будет пьесы!

И, подобно Тому Сойеру, Волин с Ла:
танским придумывают грандиозный. детек­тив, который нельзя смотреть без улыбки.
	Так и хочется подсказать актеру зачем
вам перепиливать ножку, приподнимите

кроваль...
	Детективная наивность авторов порази­тельна. Например, районный инструктор
Петров должен передать своему сообщни­ку по вредительской организации Раки­тину директиву об отравлении племенного
рыесака.

— ae Tr.
	Видятся 0б& дружка очень часто. Раз­говаривают много. Но директиву Петров
	ПИ ВЕ ПРО РЕ Са! О ФН

щего рубиновую звезду — эмблему Страны   алый советский Флаг.
О а iia nnnerry RO Anmr­Разин»
	«Степан
	_   фезрыля в Малом зале консерватории
(итоялся концерт трио Всесоюзного радио­ммте зв составе Б. Жилинокого (ф-п),
П Бондаренко (скрипка) и А. Георгиана
(молончель). В программе — си-мажорное
` рю Шуберта, трио Равеля и трио совре­`илною испанского композитора Эваристо
  фепнанлее Бланко.
	Трло Равеля, сочиненное в 1914 тоду,—
OR) из самых вначительных творений
мпозитора. Поэтичность, глубина и ои­й — вт основное впечатление от этой
loamy, Равель писал о «баскском ко­прие› в первой ето части, но народные
MAMCHTBI присутствуют и в последней ча­(1 трио, про которую можно сказать, что
% — слифония сложных несимметрич­IM (пяти. и семилольных) ритмов.
	  ВЛ Жилинскяй знает Равеля, как.
WE IR кто-либо из советских исполни»
‘leet Своей интерпретацией, технически
речной, сдержално-благородной, про­ЧИ и вместе с тем обаятельной, он по­Мы, как именно нужно подходить K MY­‚ве тониального’ французского мастера.
му примером он увлек и младигих то­`Мищей — П. Бондаренко, А. Георгиана,
THR, ню ни на одну минуту не пода­М1, не заслонил их, т. е. оказался на
те подлинном ансамблевого стиля.
Юзиякой было короткое  до-мажорное
‚№ Бланко, написанное в 1933 г. и опу­Иикованное спустя 5 лет в Барселоне.

проиаведение, ‘достаточно примитивное
С (TID, не произвело хорошето впечат­ня.
‚ Программа концерта включала и гте­Ramune си-мажорное трио Шуберта, ко­№} каждый раз убеждает, как близок
ИК нам своим молодым, неиссякаемым
Мохновением, ках тлубоки его связи с
Tonto мелодикой и ритмикой, как ин­ива ето философская мысль.

‘лая не выразить удивления, почему
COMTI радиовомитет не транслировал
Пекрасное выступление своего же ан­“Уля,

РУ

К. КУЗНЕЦОВ
	удожественные выставки
Для Дальнего Востока
	Тосударственная Третьяковская таллерея
т подготовку большой передвижной
Nerang русской живописи для городов
‘nero Востока, р  
Н4 выставке будет более 100 полотен
и теров русском искусства. С 1 апреля
№ ® декабря они будут экспонированы
Влаливостоке, Хабаровске, Блатовещен­ив и Комсомольска.
1 мая в тех же городах будет про­Удена, передвижная выставка  Яападно­Мтейской живописи, организуемая My­м изобразительных искусств имени
4 0 Teva
	Насыщенные тлубоким драматизмом по­следлние слова Разина, которые заключают
	оперу, полны уверенности в том, что на­станет час, когда русский народ завоюет

себе свободу:
	Ну, кат, руби!
Руби, кат, Стеньке голову.
У вольной волюшки

Другая отрастет.
	При создании музыки композитор ис­пользовал ряд народных песен и мелодий.
	Горьковский композитор А. Васьянов за­кончил создание народной музыкальной
драмы «Стенан Разин», либретто которой
написано Н. Бирюковым. Либретто и му­зыка рассмотрены и одобрены Управлени­ем по делам искусств при Совнаркоме
РОФСР. Новая опера принята к постанов­ке Горьковским театром оперы и балета.

Действие оперы охватывает период ©
похода Разина на Астрахань до момента
ето казни в Москве — с июня 1670 0
	   

ИЮНЬ 1671 года, * ИЕ СТ © В ВЕР Г АРА ГОУ Г о ов

 
		Ушкин
	ментах спенами на Лраеной площади, на
Девичьем поле и др. В «Сценах из рыцаз­ских времен» нет ни олной сцены, которая
не могла бы быть документирована, и в
10 же время все они являются «мечтой поэ­та». Секрет этого сочетания открыт  Пуш­киным в его статье «0 драме»: «Истина
страстей, правдоподобие чувствований в
предполагаемых обстоятельствах — вот че­го требует наш ум от драматического пи­сателя». Лжедимитрий, согласно этой поэ­тике, мог полюбить Марину и открыть ей
свою тайну («истина страстей»), во он не
мог в то же время искренно мечтать 0 сво­боле на Руси, так как «предполатаемые
обстоятельства» исключали такую возмож­ность.
3.
	Свое окончательное суждение о методах
построения исторической драмы Пушкин
выразил в статье о «Марфе  Посаднице»
Потохина. В ней он нашел осуществление
своих требований к. храматургу, берущему
историческую ‘тему: «Таково изображение
Иоанна, изображение согласное с историей,
почти везде выдержанное — в нем трагик
не ниже своего предмета. Он его понимв­ет ясно, верно, знает коротко — и пред­ставляет нам без театральных преувели­чений, без надутости, чопорности, без про­тивусмыслия, без шарлатанства».
	В этой оценке Пушкиным руководит тот
же принцип угадывания и векрытия CMBIC­ла исторического процесса. Симпатии Луш­кина и Погодина были на стороне Марфы,
изображенной в драме поллинной героиней,
а не Иоанна,  прибегавшего в борьбе с
Новгородом к низким приемам подкупа,
уговорам к измене и проч. («Сердце ваше
не лежит к Иоанну» — писал Пушкин в
письме к Погодину). Но «падение Новто­рода», по словам Пушкина, «решило воп­рос © единодержавии России», было исто­рически неизбежным и «утверлило Россию
Ha ее огромном основании», Этого было
лостаточно для принятия Пушкиным в це­лом этой драмы Погодина, в которой конеч­ная победа Иоанна изображалась сочувст­венно и даже несколько восторженно, хотя
автор показал «столь же искренно’ отпор
погибающей вольности», и образ Марфы
в драме создан Погодиным куда художест­веннее и совершеннее, чем образ Иоанна в
	его «хладном величии».
_В своей статье «0 храме» Пушкин спра­шивал: «Что нужно драматическому писа­телю?» — и отвечал: «Философия, бес­страстие, государственные мыели историка,
догадливость, живость воображения, ника­кого предрассудка любимой мысли. Свобо­да.»

` «Государственные мысли историка» и
руководили Пушкиным в его оценке дра­мы Погодина. Насколько обширны были
исторические знания Пушкина, показывают
й ето заметки о книге Полевого «История
русского народа», и его «История Пугаче­ва», и ео сор с тем же Погодиным о
роли Бориса, Годунова в убийстве младенца
Дмитрия, и ряд его художественных созда­ний, начиная < «Бориса Годунова» и кон­чая «Вапитанской дочкой».
	Пушкин умолчал в статье о своей роли
в написании Погодиным «Марфы Шосадни­цы», —а она была очень значительна, по
признанию самого Погодина. Указывая на
важность и ценность этого опыта, Пушкин
олновременно утверждал правильность ©во­их поисков народной драмы и методов ее
создания. Рядом с этим шло и отрицание
им исторической драматургии Нестора №у­кольника, столь высоко расценивавшегося
Николаем и его двором. До нас дошла за­пись Кукольника в его дневнике: «Пут­кин умер... Мне бы следовало радовать­ся, — он был злейший мой враг; сколько
обид, сколько незаслуженных оскорблений
он мне наносил, и за что?» :

Мы знаем — за 910. Никаких яичных
чувств неприязни к Кукольнику у Пушки­нА не было, Но ему органически была про­тивна вся эта шумиха вокруг бездарного
драматурга, сделавшего из русской ието­рии дурную мелодраму и охранявшегося от
критики цензурой, волоть до закрытия
«Московского Телеграфа» за отрицательную
рецензию Полевого. И это—в то время, как
«Борис Годунов» Пушкина был запрещен
для сцены.

Такова бутла поэтика и практика Пуш­кина в области исторического жанра в
праматургии.
Горе-теоретики,. толкующие  историче­скую драму как «маскарад» современных
характеров и событий, пытаются сослать­ся на Пушкина. Попытка эта, как видим,
совершенно не обоснована, она фальсифи­пирует взглялы и творчество великого поэ­М. ЗАГОРСКИЙ
	историческая др
	ловеческую, судьбу народную» и «угадать
образ. мыслей и язык тогдашнего времени».

Слелы первоначального замысла сохра­Нились ий в плане тратедии («Вече»), и в
	черновой редакции раздумий Ipuropma 0)
	Борисе: : }

Вокруг (тебя) — послушные рабы

Ве с трепетом (твоей)  гордыне
служат,

В дальнейшей работе все это отпало,
так как ни о каком «вече» в новгородском
понятии этого слова, ни о каком восстании
против Бориса «рабов», которое мог бы
возглавить Гриторий Отрепьев, нельзя бы­ло говорить при более тщательном. изуче­нии эпохи Годунова и роли самозванца в
замыслах интервентов. Пушкин верно и ис­торически точно обозначил эту роль слова­ми Григория: ‘

... Яя в красную Москву
Кажт врагам заветную дороту.
	Этим самым он зачеркнул и попытку
Шиллера в его неоконченной драме о Лже­тимитрии сделать его насадителем «св0б0-.
Ib сладкой» на Руси. Это же обусловило
неприятие им драмы Хомякова «Димитрий
Самозванец», написанной в приемах шил­леровской подтики. Его слова в письме к
Языкову в ноябре 1831 г. «Надеюсь на
Хомякова — Самозванец его не будет уже
студент» указывали на несостоятельность
всякой попытки идеализировать этото аван­тюриста. Можно смело сказать, что «Бо­рисом Тодуновым» в русской исторической
драматургии были впервые противотостав­лены приемы Шекспира и Шиллера, как
представителей двух различных методов
изображения исторических событий. Теоре­тически и научно эти два метода были
впоследствии блестяще проанализированы и
показаны Марксом и Энгельсом в их пере­пике с Лассалем,
	a.

К исторической теме Пушкин обратился
и в своих «Сценах из рыцарских времен»,
написанных в 1836 г. Есть некоторое 06-
нованме думать, что он имел при этом
в виду дать новую редажнию сюжета «Жа­керии» Мериме, в которой изображено из­вестное восстание крестьян против феода­лов. Это восстание потерпело неудачу, и
Мериме, верный фактам, заканчивает свою
хронику пессимистически: полным разло­жением в рядах повстанцев и победой ры­царей.

Пушкин, судя по сохранившемуся плану,
предполагал закончить свои сцены совер­шенно иначе: «Осада замка, Бертольд взры­вает его. Рыцарь — воплощенная поеред­ственность — убит пулей. Пьеса кончает­ся размышлениями и появлением Фауста
Ha хвосте льявола (изображение книгопеча­тания — своего рола артиллерии)»,
	Вто же прав в этом случае с точки зре­ния исторической правды: Мериме, остав­шийся верным историческим хроникам, или
Пушкин, позволивший себе отступить от
них и сделать Франца талаттливым пред­ставителем ‘третьего сословия, вхохновляю­щим вассалов на борьбу и побеждающим
«посредетвенность» рыцарей при помощи
науки и просвещения? Конечно, Пушкин,
оставшийся верным не только фактам, а и
всему историческому процессу в целом, его
прогрессивному ходу — от стальных лат
средневековья к убовершенотвованному пе­чатному станку века просвещения,

В сценах Пушкина дана лишь началь­ная фаза этого исторического процееса, о
котором он писал в одной из своих статей:
«Общество созрело для великого разруше­ния». Именно глубокий общественный, и
исторический смысл этих  неоконченных
спен привлек такое пристальное внимание
Чернышевского. писавшего 0 TOM, TT
«Сцены из рыцарских времен» должны
быть «поставлены не ниже «Бориса Году­нова», а может быть и выше».

Пушкин оставил нам две формулировки
0 взаимоотношении поэзии и истории.
( одной стороны, «история народа принад­лежит поэту», & с другой:
_ Мечты поэта,
	Историк строгий гонит
	Проблемы исторического жанра в драма­тургии стали занимать Пушкина уже в
годы первой ссылки, когда им была начата
трагедия «Вадим» (1823), задуманная
пох влиянием декабристской поэтики.
Пушкин отверг «Думы» Рылеева, но в 0б­ласти исторической драмы для него еще
тогла были ценны слова думы © Держа­вине:

Царил он мысленно в веках,
(едую вызывая древность,

И воспалял в младых сердцах

KR общественному благу ревность.

В связи с этим, образы  пушкинсових
Вадима и Рогдая были не столько иетори­ческими. сколько современными; за WX Pe­Ч КИН За АЛ АТ
	9 А ЗЕ ФРЕТРЕТОТТ А.

пликами ( («Вражду к правительству я зрет
па кажлой встрече»; «Младые граждане

nn TT AY
	А Е ТРЕТЬ, СВЕТЕ

кипят и негодуют» и проч.) скрывались
определенные декабристсвие надежды на

enn he
	р о се

отоялась «встреча» Пушкина 6 Шекспиром,
коренным образом изменившая ето ВЗГЛЯДЫ
на природу и задачи исторической драмы.
В письме к Н. Н. Раевожому из Михайлов­ского (конец июля 1825 г.) он пишет:
«Читайте Шекспира — 970 мой припев».
Изучение Шекспира, в особенности его
исторических хроник, увело Пушкина и от
влияния Райрона, и от влияния Вольтера
(ислользовавшего иеторические сюжеты в
своих трагедиях для публицистических це­лей), и OT прямолинейных приемов декаб­ристских поэтов. Историзм, об’ективизм и
понимание смысла исторического прюцес­са — вот что отныне стало основным для

Пушкина в работе над историческим жал
	ром.

Это увлечение Пушкина Шекспиром зал
стало его в то время, когда он уже заму­мал и начал писать «Бориса Годунова». И
именно оно образовало два плана этой трал
гедии Задуманная вах напоминание Алек­сандру 0б участи Бориса Годунова и, по
признанию самого Пушкина, наполненная
«тонкими намеками», трагедия, под мощ­ный воздействием Шекспира, постепенно
углублялаюь, пытаясь передать «судьбу че­Но сам Пушкин умел находить правиль­ную дорогу между этими как будто исклю­чающими друг друга формулами — в 919
«Борисе Годунове» «вымышленные» сцены
	у Фонтана и в корчме органически соче­таются с пеликом основанными на доку-