pnpind 1939 г. № 38 (618)
	«СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО»
	Музыкальное тво
	 фибтема зззимоотношений композитора
орт особенно остро стоит сейчас,
д озетокая музыка переживает боль­Р порческий под’ем. Счет, пред’явлен­> кетеким пародом композиторам, по­Pai на Оплату, и можно ›смело ска­о уже созданы капитальные про­Pena в разнообразнейших жанрах
лального искусства — от оперы и
pou До массовой песни,

п прощесс роста всегда бывает сопря­и с трудностями. Преодолеть эти труд­fh пролояить путь к новым победам,
зу достижениям, помочь композиторам

ить в Музыке идеи и образы, вое

  

  

i gute, Мощь Ш многообразие социали­иккой Эпохи —- BOT 38 Что обязана
(foes советская ‚ музыкально-критиче­МЫСЛЬ,

[пой борьбе критик должен явиться
 мдйших другом и сотрудником компо­ме. Должен, но пока не является или,
не сказать, не всегда бывает им, Кри­^. ш только не запяла  азантардного
jem 3 пашей музыкальной практике, но
№ попросту плетется в хвосте, реги­Lappe важнейшие музыкальные события
наз nocr-(DORTY NE.

‘у поеледиие тоды слишком часты отали
‘и, бухталтерски-равподушные инфор­ушиные заметки или ме однобокие
ии, восторженно хвалебный тон кото­at 18 может замаскировать тлубокое
poryune EX авторов к насущным во­им советского музыкального  искус­№.

yn cour хотя Oly установившаяся
ge традиция некоторых критиков
	 0 сот хотя бы установившаяся
‘arse традиция некоторых критиков
‘ииренно захваливать даже явно неудач­„ проневедения ° Иринципиальности
gume? DALY Hallux критиков, невер­иентирующих не только  читатель­am watcy, но и самих композиторов,
 ммющих в них самоуспокоенность и
 узуловлетворениость. Этой  принципи­уиоти нехватило тт, Ногану и Круцу
yt биелису, дисАвшим в «Известиях»
ind «Совехком искусстве» об опере. Же­‘бзског «Мать», а также тов. Берко­и­амюру статьи о виолончельном
‘ущеие Прокофьева. Я снова возвра­ines & статье тов. Беркова только  10-
и, чо опа получила наибольший резо­au, ~ HO сколько можно прочесть поло­пиельных отзывов о плохих произведе.
‘git, отзывов, не получающих отоль рез­{а зоиики, как статья Беркова, лишь
Nonuy, U0 0 них вабывают, или’ произ­эпние тах и Не бывает исполнено, ‘или,
	Же, потому, ATO критик считается
внтотрешимым», ит, п.
	j is личных отношений, авторитет те­mm уважение к избранной композито­м теме степень «общепризнанности»
поить —® сожалению, все это еще
нео обусловливает дурную пристраст­ить в оценке музыкального произведе­Г Но зедь в том-то ‘и дело, что особен­‘0 мены ошибки и неудачи именно
‘ууплою, общепризнанного художника.
[му я так реако, быть может даже
уишком резко, выступал против виолон­»эллою концерта Прокофьева, почему я
зу указать в данной статье на некото­№ ошибки Дзержинского? Потому, что
1+ рохофьев, и Дзержинский принадле­м к чиелу наших ведущих композито­py поюму, что их ошибки может повто­1 ютальная композиторская масса, как
Hdl ряд композиторов повторил ошиб­и Шостаковича, А разве не усваивают
р ийчас иные наши композиторы вме.
и достижениями оперной драматургии
Диднискою и ee слабые  отороны?
филорно, усваивают! И болышая доля ви­ыи м0 лежит на нашей музыкальной
1ритике, которая, даже там, тде она не
палят ве же предпочитает уклоняться
примой и острой постановки вопроса,
(иршенно не удовлетворила меня, на:
TEND, Cram проф. Кузнецова о виолон;
знох концерте Прокофьевя. С‘ точки

РУ солтаАЛАЛАЯВа TT ATOUTaS RATTNACG Ata

 
	шли, ве же предпочитает уклоняться
и прямой и острой постановки вопроса,
(иршеино не удовлетворила меня, на­пимер, стиъя проф. Кузнецова о виолон­annoy концерте Прокофьева. С точки
уния MACTePCTBA H знания вопроса она
1 вызывает возражений, но читатель
ши но может. понять, хорош концерт
НЕ ПЛОХ,

`’\нотие наши композиторы пишут безот­эотенную музыку, скрываясь за ответ­[mancenn темы, Такая спекуляция на
аейтих политических темах, к сожа­em, не PeIRA H B OLePHOM TBOpUECTRe,
енко культивируется она в обла­г массовой песни, Бывает так: еще не
‘Зуд голоо диктора, сообщившего о
 щлетибо важном событии в нашей отра­\ мг композиторы уже несут в Музтиз
‘ыдех оостряцанные песни, в которых
	‚8 порядке обсуждения.
	Премьера. в Малом театре
	цет ни капли вдохновения, ни теня глу­бокого творческого подхода к теме. ‚Прав­Да, список этих композиторов почти воег­да одинаков и достаточно известен. Одна­Ко мы на это закрываем глаза из боязни
испортить” отношения в тем или иным
товарищем и этим излишним либерализ­мом способствуем неимоверному распро­странению халтуры. Плохо борются с этим
организации, призванные руководить му­зыкальным искусством в нашей страце.
Молчит и критика.

Я должен, впрочем, отметить, что за по­следнее ‘время имел место ряд попыток
оживить творческую мысль. Дискуссион­ные статьи А. Шавердяна, рецензии
М Гринберга и др. говорят о том. что У
нас есть критики, стремящиеся поставить
на обсуждение актуальные вопросы совет­ской оперной драматургии. Другое дело,
если острый тон статьи подчас обижает
композитора, но я лично предпочту влую
критику самым восторженным, во пустым
отатьям. Кстати скажу, что обидная по
тону статья т. Матвеенко о моей симфонии
принесла мне больше пользы, нежели
иные хвалебные отзывы. Правда, я рез­ко реагировал на статью Матвеенко, но
это об’ясняется просто: котда, наступают
на хвост, он болит; тлавное, однако, что­бы композитор умел найти /различие меж­ду хвостом и головой. И вот, когда у ме­ня прошло первое резкое чувство обиды,
я понял, что сделанные мне упрёки бы­ли во многом справедливы, и принялся
существенно перерабатывать свою симфо­нию.

К сожалению, эти попытки отдельных
критиков не находят поддержки со сто­роны единственного нашего музыкального
журнала «Советская музыка». Спразведли­вость требует отметить, что журнал систе­матически отводит место оценкам произве:
дений композиторской молодежи, сожа­лению, меньше места уделяет этому газе­та «Советское искусство», отражающая
творчество молодежи несистематично и не­полно, главным образом в связи с новы­ми постановками или’ декадами совет­ской музыки.

Но справедливость требует также под­черкнуть, что журнал культивирует имен­но те формы бесстрастной информации,
академические, но при этом недостаточно
	квалифицированные анализы или  востор­женные хваления, о которых я говорил
выше,

Я хочу резко поставить вопрос о безот­ветственности поведения «Советской му­зыки», так как эта  безответственность
уже не замедлила печально сказаться в
творческой практике. Вот один яркий при­мер. Номер первый «Советокой музыки»
за 1938 г. открывает статья Г. убова
«Советская опера». Ратуя о реалистиче­ской, народной музыкальной драме, пере­числяя ряд проблем, стоящих перед со­ветским оперным творчеством (симфонизм,
сюжетная композиция, народноёть музы­кальной речи и т. д.), автор пишет: «Все
эти вопросы требуют специальной анали­тической работы, И первоочередная зада­ча нашей критики — вместо «отеческих»
нотаций и мало убедительных наставле­ний композиторам—серьезно заняться эти­ми важнейшими вопросами ‘эстетики ‘с0-
ветской музыкальной драматуртии».

Казалось бы, подобная декларация обя­взывает журнал вплотную приступить к
тщательной конкретной разработке живо­трепещущих вопросов советской оперы;

действительно, как бы в продолжение
своих обязательств журнал в этом же но­мере предоставляет место автору «Броне­носца «Потемкина» 0, Чишко. Компози­тор пред’являет критике два. вопроса:
он не понимает, почему ему указывают на
«недостаточное развертывание симфониче­ского материала» в его опере и на «He
яркую характеристику некоторых отдель­ных персонажей оперы». 0, Чишко явно
не принимает этих упреков, хотя они
чрезвычайно существенны и справедливы,

Очевидно, именно это должна раз’яснить
композитору и читателям журнала тотчас
следующая статья Л. Христиансена об
опере Чишко, Однако если читатель так
думает, то он жестоко ошибается. Наобо­рот, читатель узнает из статьи, что «ор­кестр ‘в опере Чишко имеет исключитель­но важное значение», что он «основной
стержень развития музыкальных образов»,
	‘что в нем «широко развивается сложная
	цепь лейтмотивов» (причем автор статьи
прилежно выписывает все AeHTMOTHBH
оперы, в том числе и лейтмотив, являю­ийся символом...  «ортанизованности И
партийной дисциплины»!). К достоинствам
оперы JI. Христианеен относит хосмыслен­мельницкий»
	в Бресте в 1596 году на церковном собо­ре такую «унию» признали.

Уния была юридическим оформлением
захватнической политики польских кре­постников. Украинские крестьяне уходили
от польских панов, от их кабалы, на юг,
к Днепру. Так возникла Запорожская
Сечь. Вернем этим словам их полузабы­лый смысл. Запорожская Сечь основалась
на острове Хортице, Эалорожекая — по­тому, что она была 38 Днепровскими
порогами, Сечь — потому, что укрепления
украинских казаков назывались «сичью?,
засекой..,

Все большё становилась Сечь — в кон­це ХУГ и в первую половину XVII sera
стала она 0с0бой организацией со своим
политическим и административным управ­лениел  (генеральной старшиной), со своим
войском казаков, с довольно сложной ка­зацкой иерархией и над всей Сечью
власть имел выборный  тетман, История
Запорожской Сечи сложная, о ней напи­само немало иоследований, но сколько бы­ло сделано искажений этой истории, яв­‘ляющейся частью истории украинского на­рода! И над этим вопросом в свое время
немало поработали фальсификаторы исто­рии украинского народа, Усвоив национа­аа ма
	Ен

тистические концепции Грушевского, они

ФСЕ
	ween ИГТ

не раз пытались доказать, “ITO Краина
тятотела к Польше, что она была под ее
влиянием, что «законы тятотения Украины
к Западу» вообще ‹извечны». Вся ЭТА
фальсификация Истории имела своей
целью. реабилитировать захватническую
политику польских панов в прошлом и
создать обоснование их притязаниям в
будущем. Буржуазные ’напионалисты ~~
эти подлейшие атенты фашиама — всетда
извращали и подделывали историю укра­инского народа, народа свободолюбивого
и могучего, ‘никотда не’ «тятотевшего» к
польским поработителям, всегда сбрасызвав­пгего с себя ненавистное ярмо.
Стихийные восстания украинского на­рода в ХУ и ХУП веках против
Польши это’ подтверждают наилучитим 06-
разом. Вооруженный украинский народ
поднимался против поляков, и навеки в
истории  вапечатлелись имена героев Ук­panucroro народа — Семерина Наливайко,
аксима Кривоноса, Ботдана Хмельниц­кого,
	очество и вкитика
	другими вокально-инструментальными
формами. И если мы имвем возможность
сказать, что в своих операх Дзержинский
удачно нашел обобщенные музыкальные
образы народной массы, то индивидуаль­ные образы героев советских, опер еще
очень далеки от. совершенства.

Бозьмем образ Павла в опере Желобин­ского «Мать», Представляя своего repos
в первом действии оперы, композитор пы­таотся обрисовать ел и музыкально; од­нако «Песня о соколе», вложенная в уста
Павла, не только не раскрывает его инди­видуальность, но, наоборот, обезличивает
ee. “

Из ложной боязни впасть в «оперную
условность», композитор избегает много­образия музыкальных форм (в опере вое­то два бледных ‘и неразвитых дуэта) и
часто прибегает к натяжкам, поступает
вопреки жизненной правде. Характёрный
	пример этого — сцена возвралщения Паз­ла из тюрьмы и встреча ero в Сашей,
Композитор, умеющий чувствовать искрен­Ho И торячо (а от художника это требует­ся прежде всего), развернул бы здесь пги­‘ рокий лирический дуэт, выразило тлубо­кое, свежее чувство молодых людей, их
жажду счастья, светлой жизни, их веру в
‘будущее. Разве раскрыть интимные пе­еживания Павла—значит снизить образ

авла-борца? Нет, это только бы придало
ему большую полноту, большую человеч­ность. Надо вспомнить с какой глубокой
	лирикой обрисовывает Глинка Ивана Су­сапина в ето последней арии в трагиче­ской сцене в лесу. И разве от этого обес­ценивается подвиг, снижается героический
образ. Сусанина? Наоборот, он становится
нам еще дороже, еще ближе, еще родней.
Желобинский же испугался правды и
вложил в уста встретившихея после дол­той разлуки молодых любящих друг дру­ra людей... массовую песню. Получилось
фальшиво и потому неубедительно.
	С тлубокой торечью слушал я оперу
«Мать», и смею сказать, что подобного ро­да чувства переживали многие из музы­кантов, сидевших` в зрительном зале. A
Halla музыкальная критика? За исклю­чением М. Гринберта, давшего правдивую
и верную оценку спектаклю в филиале
Большого театра, все остальные рецензен­ты сочли возможным изобразить поств­HOBKY оперы «Мать» чуть ли He новым
триумфом советского оперного искусства.
	Но было бы ошибкой порицать только
музыкальных критиков. Беда заключается
в том, что и у наших композиторов о­вершенно He развито чувство самокрити­ки. Ведь если бы тот же Желобинский
умел критически отнестись к своему твор­честву, он не должен был допустить на
сцену свою оперу в ee ныненгнем виде.
Н. Вирта в своей статье в «Правде» при­водит пример честного отношения азвто­ра к своему произведению. А много ли
можно назвать композиторов, у которых,
как у Е Шварца, после ряда медоточи­вых отзывов хватило бы мужества не
дать свое произведение на сцену? Нам,
советским композиторам, нужно учиться у
классиков уменью критически подходить
к своему творчеству. Вспомним, что Бет­ховен не удовлетворилея тремя из четы­рех увертюр, написанных им к «Фиделио»,
& среди отвергнутых был даже такой ше­девр, как «Леонора» № 8.

Насколько же далеки мы сейчас от это­го, ярко свидетельствует ходячая в ком­позитореком быту точка зрения на роль
критики, как лишь на информационно­популяризаторскую. Вот, дескать, мы пи­шем, а они пусть оповещают об этом мир.
Впрочем, композиторы и сами с удоволь­ствием часто это проделывают. При жур­нале «Советская музыка» даже организо­валась своеобразная композиторская «кас­са взаимопомощи» по критической части,
Если же кто-нибудь из музыковедов вы­ступает в печати с серьезной критической
статьей, то композиторы дружно ополча­ются на омельчака. Надо с этим покон­чить!

Я уверен, что только прямая и резкая
постановка всех поднятых выше вопросов
может дать толчок плодотворной и остро
	необходимой дискуссии. Нет ничего вред­нее елейного тона, ставшего обычным для
многих наших творческих бесед и спо­ров. Я надеюсь, что не только компози­торы и критики, но и вся наша обще­ственность, интересующаяся вопросами со­ветского музыкального творчества, примет
участие в обсуждении намеченных здесь
насущных вопросов нашей музыкальной
	“HSH,

ВАНО МУРАДЕЛИ
	Народный артист РСФСР М. Ф.
Ленин в роли Богдана Хмельницкого
	Фото М. Сахарова
о
	ность оркестрового сопровождения..., —ис­пользующего приемы подлинного симфо­нического развития», Читатель, знающий
оперу Чишко, знающий, что наиболее уяз­вимое ее место — именно оркестр, Gra
бость симфонического развития, недоуме­вает. Удивляется он еще более, не найдя
в этой обширной статье даже упоминания
о лучшей странице «Вроненосца «Потемки­наз, действительно пронизанной симфони­ческим развитием, насыщенной героиче­ской патетикой, — сцене на молу, являю­щейся безусловным достижением советекой

оперы. Плохо, очень плохо помог критик
композитору!

Следующая цитата из той me статьи
вызывает еще большее недоумение. Л. Хри­стнансен пишет: «Музыка Чишко ne
разрывно связана со сценическим поло­жением. Автор стремится избежать опер­ной условности, «вампуки». Чтобы не на­рушать непрерывного хода действия, автор
отказывается от арий и специфических
оперных форм ‘ансамблей (дуэтов, трио,
квартетов и т. д.)>. Отсюда явствует, что
сохранить неразрывную связь музыки со
сценическим положением, непрерывный
ход действия, избежать оперной условно­сти и т. д. возможно лишь путем... отказа
от опецифических оперных форм,—но что
Же тотда останется опере? Правда, в кон:
це статьи автор вдруг спохватывается и,
впадая в противоречие с самим ’ собой,
	утверждает, что специфика оперной дра­матургии и заключается в разнообразии и
богатстве музыкальных форм. С этим спо­рить нельзя, но как же тогда  пони­мать сказанное выше?

Я допускаю, что такое противоречие яви­лось следствием неудачной формулировки.
Но ведь на то и существуют редакторы,
чтобы помогать неопытным молодым кри­тикам. Редакция журнала не исправила
эту формулировку, и отнюдь не по недо­смотру. Наоборот, странный тезис Л. Хри­стиансена, видимо, отражает точку вре­ния журнала. Убеждает в этом статья
Ив. Дзержинского «Мысли 06 опере»),
помещенная в том же журнале. Компози­тор заявляет, что в своих операх он со­вершенно сознательно избегает ансамблей.
Он пишет: «Я очитаю, что ансамбли не­свойственны природе реалистического,
музыкально-драматического искусства. В
самом деле — когда три человека одно­временно поют, выражая А чув­ства одной и той же (3 — В. М.) музыкой,
это почти всегда получается неестествен­но»,

Характерно, что и сам Г. Хубов, любя­щий в своих статьях много говорить о ©о­ветской опере «вообще», никогда не об­молвилея словом о специфике оперных
форм и их месте в советской опере. Не
товорит o6 этом Г. Хубов и в своей
статье «Советская опера и ее критики»’),
где он утверждает, что «окончательно раз­рубить «тордиев узел» старых традиций
	‹оперной» эстетики удалось липгь совет­ским композиторам, начиная с «Поднятой
целины» Ив. Дзержинского».

Зачеркивая мимоходом огромную роль
«Тихого Дона» в создании советской опе­ры, Г, Хубов об’являет ee вершиной
«Поднятую целину»— произведение, очень
интересное и значительное, но страдаю­щее именно бедностью и примитивностью
музыкальных форм, отсутствием глубоких
характеристик. .

ак журнал, являющийся `ортаном союза
советских композиторов, пытается иБиины­ми фразами замаскировать несовершен­ство композиторского мастерства. Подобная
«критика» способна нанести один лишь
вред советскому музыкальному творчеству.
Печальные результаты такой «воспита­тельной» работы уже сказались на твор­честве ряда композиторов. Совсем недав­HO на сцене филиала Большого театра
прошла премьера новой оперы Желобин­ского «Мать». Воплощение в музыке 06-
	разов. Горького требует высокого мастер­ства и творческого горения, а этого’ нет

в опере Желобинского, Живые, яркие o6-
разы горьковской повести в опере пре­вратились в ходульные, схематичные фи­гуры. Музыкальные средства Желобинско­то оказались слишком бедны, чтобы рас­крыть душевный мир человека, особенно
горьковского человека.
- Ba последнее время наших оперных
композиторов часто упрекают в слишком
большой приверженности к песенной фор­ме. Я не вижу в этом никакой беды.
Беда в другом — в том, что помимо
	песен композиторы не стремятся овладеть
	1) «Сов. музыка» № 10—11, 1938 г,
2) «Сов. музыка» № 1, 1939 г.
	Пьеса А. Корнейчука «Ботдан Хмель­ницкий» является значительным опытом
нашей украинской драматургии. On Bo.
скрешает образы минувшего, воссоздает
героическое прошлое украинского наро­да — на основе исторических фактов,
проверенных и обобщенных нашей истори­ческой наукой. А. Корнейчук показал
в своей пьесе первый этап борьбы, под­нятой Богданом Хмельницким против по­ляков. Хмельницкий с казаками высту­пает из Хортицы и дает полякам бой у

речки Желтые Воды. Пьеса изображает
события. совершившиеся на протяжении
всего нескольких. месяцев, но А. Корией­чуку Удалось в немногочисленных эпизо­дах показать величие борьбы украмнокого
народа и ето вождей за свободу и неза­висимость. Развитие сюжета, содержатель­ного и волнующего, настолько интересно,
что забываешь о некоторых сюжетных не­достатках пьесы, особенно заметных в нНа­чале четвертого акта. Подлинная история,
история об’ективная воскрешена художни­ком. Малому театру выпала трудная 38-
дача — поставить исторический спектакль,
и театр с этой задачей справился талант­ливо. .

А. Корнейчук налтисал пьесу, верно по­казывающую прогрессивное значение дея­тельности Ботдана Хмельницкого и той
борьбы, которая в 40-х годах ХУП столе:
тия велась под его руководством против
Польши. В этой пьесе об’яснены причи­ны, почёму украинский народ решил сое­диниться © народом ‹русским. Как у род­ных братьев, у этих двух великих наро­дов были кровные и давние связи, В
борьбе с внешними врагами украинский и
русский народы были единомышленника­ми, Войны украинского народа с поля­ками, несмотря на ряд блестящих побед
над Польшей, все же свидетельствовали
о том, что, окруженная со многих сторон
врагами, Украина одна, своими силами не
смотла бы справиться с завоевательной
политикой западных своих соседей. Ка­бальная зависимость от польского короля
	и магнятов была во сто крат тяжелее,
	чем подданство русскому государству. Для
Украины было лучше войти в состав рус­ского государства ХУП века, чем попасть
в рабокую зависимость к Польше или ту­рецкому султану,

Пьеса А. Корнейчука верно показывает,
какими путями Богдан Хмельницкий
пришел к этой необходимости соединиться
с русским народом. Украинский народ
при помощи русского народа получил сво­Cony H сбросил ¢ ce6a панский гнет, Исто­рия до сих пор хранит в своей памяти
великие подвиги, совершенные ‘украинским
народом. В пьесе «Богдан Хмельницкий»
много героев. И не только Богдан Хмель­Н. П. Бехтеева, «Зимний караван». Масло. Выставка в МОССХ
зов
	МОЛОДОМ
	на молодежную выставку небольшие рабо­ты этюдного характера, ленинградцы же
— студенты Академии художеств — дебю­тируют в Москве своими динпломными ра­ботами. Они представлены большими те­матическими композициями — это их
большая заслуга.

`Прежде всего останавливает внимание
громадный чрезвычайно эффектный холст
Лактионова (на фоне двух отромных окон,
в комнате, залитой солнцем, стоит группа
военных, расоматривающих = стенгазету).
Лактионов достиг поразительной иллюзор­ности, но это He живопись в настоящем
смысле слова. Картина перечернена и, не­смотря на обилие рефлексов, лишена воз­душности.
	Ленинтрадцы смело берутся за сюжеты,
полные драматизма, и ошо разрешаюх
их (Зайцев—«Чалаев», Павловский—<По­литических ведут»). Однако многие ди­пломные картины мутны, серы и безрадо­стны по колориту. Видно, что молодых
зкадемиков неплохо учили и они выучи­лись рисовать, но живописцев из них
още He получилось. Пожелаем им в даль­нейшем преодолеть этот недостаток и ов­лалеть истинной живописной культурой,
	Несколько слов о группе грузинских
	художников. Мне непонятно, почему моло­дые художники веселой, солнечной Гру­SHH пишут в таком темном и даже’ черном
тоне. Может быть, это виияние творче­ства народного художника Грузии Пирос­манишвили? Но ведь он, если мне не из­меняет память, писал свои вещи на чер­ных клеенках, а потом он настолько са­мобытен и неповторим, что слепо подра.
жать ему не следует. Некоторые из моло­дых грузинских художников, студентов
Тбилисской академии, пишут так, как буд­то бы у них одна общая палитра, нечто
вроде больнюго общего чана, наполненного
буро-зеленой краской. Очевидно в самой
системе ‘обучения живописи в Тбилиоской
зкадемии есть серьезные дефекты,
	рафика на выставке почти отсутствует,
а то, что есть, сделано уже давным-дав­HO и не для этой выставки. Устроители
не решились нарушить вредные традиции,
установившиеся по отношению к графике,
как искусству второго сорта. А потому на
стенах многочисленных зал выставки гра­фикам не нашлось места. Добросовестные
работы  МЯЛр-Кравченко и превосходные
иллюстрации Кибрика скромно лежат под
стеклом, & сюита о молодежи Кочергина
стыдливо прячется в вертушке, вирочем,
не без пользы для автора, потому что ри­сунки очень неудачны по типажу, сухи
по исполнению: это посредственные иллю­страции. Только превосходные рисунки
Пахомова удостоились попасть на стену и
отлично выдерживают `соседотво с огром­ными полотнами.
	Автор этой статьи не профессиональный
критик. Он сам художник, И ему как ху­дожнику понятно; что написать даже не­большой этюд стоит многих усилий,
труда и творческих мук. Hert,  по­жалуй, ‘ничего более обидното для худож­ника, выставившего свои работы, чем мол­чание критики м холодное равнодушие
зрителя. Но когда попадаешь на филиал
выставки, расположенной в залах ЦДКА,
невольно хочется довольно большую чають
выставки обойти молчанием.
	На стенах висят десятки добросовестно
сделанных этюдов. Речка, мостик, дом, за­борчик, опять речка, мостик, дома, забор­чики... Почти все эти вещи написаны Чи­стенько и вставлены в аккуратные рамоч­ки... ну, словом, как говорится, «на уров­не». Из общей массы этюдиков, этюдов и
этюдищ выделяются этюд Евстигнеева,
«Голова девушки» Назарова, «Букет» Ка­шиной, пейзаж Молчанова, красивые этю­ды Оранской, Шелюто и Яблоновской; хо­рошо скомпанован эскиз «На водной бяа­зе» В. Кашкина:; интересен и своеобразен
по замыслу (еше сыроватый и суховатый
по живописи) большой портрет девушки
М. Гуревича и со вкусом разработанный
эскиз «Первая конная» Ксенофонтова.
	У большинства же композиционных ве­щей те же недостатки, что и на основной
выставке, — тусклая живопись и отсутст­nue действия. В работах  Балановского,
Чичкана, Маслова, Куликова, Коренберта
люди ‘не живут и не действуют, а пози­руют и даже плохо позируют,
	Очень неудачна картина «Метеоролот»
Меркулова. На последних выставках Мер­кулов давал неплохие‘ северные пейзажи.
Эта же вещь очень слаба по рисунку,
олеографична по живописи и бедна по за­мыслу. Появление такой работы на вы­ставке можно об’яснить чрезмерным «ли­берализмом> ‘жюри. Молодому художнику
нужно серьезно пересмотреть свои творче­ские позиции.
	Сычков дал вещь, сделанную в тради­циях дореволюционной «Нивы»,
‚ Среди работ трафиков выделяются аква­рели и гуапги Аксельрода, Кизельватера,
Чернецова и Шкловското.
	Рисунки Вотляра и Шиленко свидетель­ствуют о растущих кадрах иллюстраторов.
Зато стандартны образы в гравюрах Руба­на. Особенно примитивна у него трактов­ка «Щорса».

Следует отметить романтическую серию
«Рыбаки» молодого художника Кошевого.
Рисунки Кошевого живописны, своеобраз­ны по технике, ‘а главное, в них есть мо­лодое, взволнованное чувство, которое нам
ходит не всегда еще вполне четкое и
ясное по композиции, но художественное
воплощение.

В будущем молодежи следует строже от.
бирать свои. работы для выставки, чтобы
зритель не уходил е тяжелым чувством,
будто все это он уже видел не раз, на­столько’ многое робко, не самостоятельно и,
тлавное; не молодо, От молодежи ждешь
больше интересных, волнующих советских
тем, больше живописного темперамента,

больше исканий!
	М. ХРАПКОВСКИЙ
	(Старое в
	На каждой большой выставке можно
при внимательном осмотре найти доста­точное количество посредетвенных и про­сто слабых вещей, висящих рядом с хо­рошими. Но такой большой разницы в ка­честве работ, как на выставке молодых
художников, посвященной 20-летию KOMCO­мола, давно не приходилось наблюдать.
А вель на этой выставке предоставлены
произведения художников, которые во не­далеком будущем станут определять путь
советского изобразительного искусства, Ha­чинающие через несколько лет будут из­вестными. а молодые — маститыми.
	‚ Неровный состав участников, я AYMan,
можно об’яснить двумя причинами. Пер­вая-недостаточно строгий отбор, который
практикуется нашими жюри, и вторая —
недопустимо короткий срок, данный ху­дожникам на подготовку. 066 эти причи­ны. в сущности говоря, легко устранимы,
	но так как никаких мер для этого не при­нимается, на выставке множество серых,
	наспех  оделанных работ, а некоторые
участники поторопились выставить перво­начальные эскизы (Байков, Королев, Бо­TATRHH и др.), в которых замысел худож:
ника только-только начал формироваться.
	Многие молодые художники показали
себя превосходными живопиецами, выста­вив ряд хороших пейзажей, интерьеров,
портретов (Вилковир, Дорохов, Горлов, Ха­занов и др.). Вещи этих художников, ко­нечно, не равноценны; ‘одни сделаны с
большим мастерством, другие слабее, но
все эти авторы чувствуют цвет и воздей­ствуют на зрителя чисто живописными
средствами.

Можно отметить десятки превосходных
этюдов. Это то новое, что характерно для
настоящей фазы в развитии молодых жи­вописцев. Переход от этюдов © натуры к
большим тематическим картинам со слож­ной композицией и драматическим сюже­том не таж-то легок. Сплошь и рядом при
этом молодые художники переходят Ha
язык «литературы», рассказа, мало забо­тясь о живописной стороне вещи, забы­вая, что художник замысел свой обязан
выражать средствами живописными — И
только живописными. Получается стран­ная штука!“ Художник трудится над этю­дом и ставит себе чисто живописные за­дачи. От этюда к этюду накапливает он
живописный опыт, но как только берется
за большое полотно; этот опыт и чув­ство живописца покидают его. Поздняков
натисал, например, отдыхающих ’лесору­бов, но это только группа хорошо нари­сованных натурщиков, Сухостью и жеет­костью отличаются большие вещи Криво­нотгова и Асламазяна,.
	Некоторые художники, берясь за боль­шую вещь, недостаточно работают над
композицией, над рисунком, не гово­ря уже о колорите. Так, например, Гур­вич взял превосходную тему «Карнавал
в Центральном парке культуры и отды­xa», Какую можно было бы сделать радо­стную вещь, какая благодарная для жи­вописца тема! А на полотне Гурвича уны­ло застыло в деревянных позах множже­ство слабо нарисованных фигурок.

Почти все московскме художники дали
	боте над этой пьесой следовал хорошим
драматургическим традициям.

А.  Корнейчук не побоялся показать,
что некоторые казаки верят в бога. Но
гораздо больше они верят в свои силы.
Слова молитвы у них свободно и легко

переходят в проклятия. Дьяк Гаврило —
хороший патриот, храбрый рубака, весе­лый туляка, он одинаково хорошо вла­деет и крестом и мечом, но крестом разв­нодушно и как-то автоматически, в силу
старой привычки, & мечом — всегда убеж­денно, с яростью и ненавистью к поля­кам. Прекрасный образ дьяка создан
И. Ильинским — образ безбожното попа,
веселого  попа-ритора, ‘всегда отважно­то человека. Такие люди в боях отбра­сывали крест в сторону и бросались под
вражеские пули, защищая родную землю.
Много могил таких неизвестных героев и
сейчас пораскидано в степях, под курга­нами, но слава об их подвигах все будет
шуметь над ними: в шелесте листвы УК­раинских садов, в песне кобзаря... Шумиг
о таких героях слава и в спектакле Ма­лого театра,

Сложный, смелый образ дьяка Гаврилы
создан умно, весело и строто, очень та­лантливо замечательным нашим актером
И. Ильинеким. Дьяк Гаврило — украин­ский человек ХУП века. Украинские
ученые тогдашнего зремени были извест­ны далеко за пределами Украины-—Петр
	’ Могила. Епифаний Славинецкий, Арсений
	Сатановский были деятелями тогдашней
украинской науки. Воспитанники греко­славянских братских училищ уже в
начале ХУП века выступали на плитера­турном и научном поприще. И следы их
учености ясно видны в дДьяке Гавриле,
Даже в сочинениях схоластических и ри­торических ‘того времени, влиявших HA
формярование украинской литературы, Мы
нерелко находим много такото, что ©пособ­ствовало укреплению в украинском наро-.
де чувства национального достоинства, ут-.
верждению в нем желания жить свобод­но и независимо.
Вот почему в речах дьяка Гаврилы,

полковника Ботуна и некоторых других
действующих лиц пьесы мы слышим то
формулу киевского ученого‘ ритора, то
неожиданную латинскую цитату из Ови­дия, то вдруг витиеватый  церковно-ук­раинский оборот речи.
Мне хочется подробнее остановиться на

исполнении роли Богдана Хмельницкого
М. Ф. Лениным, написать об исполните­лях других ролей, о художнике А. Г.
Петрицком, вообще о Малом театре, много
поработавшем над этим хорошим спектак­лем. И поэтому статью придется aaKon­чить в следующем номере газеты.

 
	Е ВЕЙСМАН
	фогдан 4
			`торическую пьёсу ‘A, Корнейчука 0
5е украинского народа против Поль­п ставил Малый театр (постановка
ТА, Волкова). Над ванавесом. оделана
1 арматура в её. середине — Тод
\®. В том тоду украинский народ,
Shan свои ‘силы и об’единившись Под
Завнами гетмана Богдана Хмельницкото,
ty несколько репгительных поражений

 
	 

жим войскам гетмана Потоцкого.
	`Праннский народ боролся за землю, ва
ду, против польских помещиков и
‘Мутов, Католическая церковь всячески
Зу0ботвовала польскому королю и шлях­к чдчинить Украину ‘Польше, Полъ­% помещики стали захватывать УК”
MRRMe вмли Украинский народ сопро­‘Зился этим захватническим действиям
arn, Тогда по предложению Ватикана
зилавная церковь на Украине была
Hue римскому папе, и предатели,
ледшиеся в среде украинского народа,
		ницкий виден нам, как верный сын укра­инского народа, но и его сподвижник Мак­сим Кривонос — человек, выдвинутый не­посредственно украинским крестьянством,
и дьяк Гаврило, и преданный народу. ка­зак Тур, отважный полковник Ботун, и
наивный, добролушный великан Котята...
	В пьёсе борьба ведется не по схеме
«звдесь-—наши, & там-— враги», нет, в пьесе
есть предатели и шпионы, посланные
польеким князем Иеремией Вишневецким
и гетманом Потоцким и пробравшиеся в
среду защитников украинского народа.
Шпионы пытаются подорвать националь­но-освободительную борьбу украинского на­рода изнутри, и зритель не раз негодует,
когда, перед ним неожиданно возникают
тнусные фигуры Лизотуба, Зоси и других
негодяев.
	Эта пьеса—сюжетная. В ней в общем хо­рошо устроена интрига, и несмотря на не­которые скороспелые развязки в начале
четвертого акта, натшисаиные во вкусе ме­лодраматическом, пьеса сделана настоящим
драматургом. «Богдан Хмельницкий» яв­ляется опытом создания подлинной
исторической тратедии. Работа драматурга
над ней заслуживает пристального внима­ния. Он написал пьесу на основе изучения
	многих исторических источников и B pa­Артист Игорь Ильинский в роли
дьяка Гаврилы
	Фото М. Ярмуш