ВОСКРЕСЕНЬЕ, 15 ИЮНЯ 1941 г.; № 24 (758) «Учитель» п Спектакль Горьковского драматического театра Украинская: народная драма —d Народная артистка УССР Н. Ужвий в роли Маруси и заслуженный артист УССР В. Дуклер в роли Грицько ° Фото О. Шаингарева NE rnin oJ ками «на вес золота»! Слова оскорбления тотовы сорваться с ее уст, она хочет мстить за обиду, нанесенную ей. Но мурза Гирей, красивый и статный. обращает к Марусе жаркие речи любви и преданности и, по ее признанию, «сердце тает, как лед». Очень красочен В. Дуклер в толи Гирея. Даже исполнители мелких. эпизодических ролей дают. четкие и продуманные образы. Музыка Л. Ревуцкого, построенная целиком на фольклорном материале, звучит красиво и мелодично, «Ой не ходи, Грицю» — народная драма, сюжет которой заимствован из украинской песни, из устных рассказов о Марусе Шурай. Старицкий уводит нае в деревню. раскрывает «власть тьмы», некультурность дореволюционного крестьянства, живущего верой в нечистую силу, в заклинания знахарок и колдуний. Драматург показал, что над темнотой и бесправием крестьян, нал их трудовой жизнью властвуют жестокие силы в образах кулаков, сельских ростовщиков, богатеев, губящих людей и пускающих их по миру. Так, уродливый и горбатый богач Хома, озлобленный и ненавидящий всех, губит двух любящих людей: гордую, веселую, острую на язык девушку Марусю Шурай Спектакль высоких тралиций вается нз сцене, он шутит. плутует, куралесит, а в драмах, происходящих за сценой, он беспощаден и бесчеловечен. Из этих двух‘ изображений — складывается рельефный, об’емный портрет Герасима Якулича Замбахова. * Только на несколько секунд он показывает себя таким. каков он есть не в комедии, а в жизни. Второй акт кончается монологом Замбахова, в котором изложены его жизненные принципы. Там, где нельзя взять силой, надо брать умом и хитростью, — вот его философия. Но комедия есть комедия, и Аветисян снова и снова от Замбахова зловещего уходит к Замбахову изворотливому и лебезящему. ‹Замбахов — главное действующее лицо «Хатабалы», но общий характер спектакля ‘определяется не им. В спектакле господствуют светлые, солнечные краски, составляющие главную особенность творчества Сундукяна и прекрасных актеров театра его имени. Жизнерадостный колоpat «Хатабалы» с мастерством больших артистов передают Г. Габриелян — Исаи, 0. Гулавян — Наталия, Асмик — сваха Хампери, Исаи — Габриелян простодушен и приветлив. С величайшей охотой идет он навстречу и Масисянцу и Замбахову. Он одержим стремлением всех примирить, устроить судьбу каждого. Глаза его светятся лаской. И только в финальной ‹иемой сцене», когда все махинации Замбахова кончаются крахом и героев пьесы настигает гоголевская «беспримерная конфузия», Исаи повержен в горькое недоумение и полнейшую растерянность. Так же жизнерадостна и Наталия, кокетливая жена Исаи. Когда смотришь игру этих актеров — Габриеляна, Гулазян, Асмик, вспоминаются лучшие, живые традиции мастеров Малого театра. Актеры Театра им. Сундукяна владеют секретом настоящей характерности, они рисуют портреты своих героев с той наблюдательностью и чувством меры, которые говорят о большой любви к естественному и правдивому в мельчайших деталях изображению человека. овые В пьесах М. Старицкого «Ой не ходи, Грицю, та на вечерниш» и «Маруся Богу славка» нет сложных положений. Композиция ясна и неё загружена эпизодическими сценами. Образы персонажей очерчены уверенной рукой драматурга. Старицкий легко играет контрастами, переходя от веселых сцен и ситуаций к остро драматическим эпизодам. И над всем этим господствует умение ввести действие в широкое русло украйнского фольклора. Сюжеты этих двух пьес заимствованы из народных песен и дум. Диалог, песня, танеп составляют органическое целое в спектакле Театра им. Франко. Постановщик Гнат Юра и весь коллектив создали спектакль глубоко искренний и правдивый. Театр щироко пользуется внешней театральностью, выразительностью актерского мастерства, колоритностью народных сцен, но при этом он ставит в центр ведущую идею спектакля. Сюжет исторической драмы «Маруся Богуславка» тот же, ATO сюжет «думы» ‘о героической украинской женщине, которая попала в плен к турецкому паше, ‹потурчилась, побасурманилась». но сохранила в роскоши и богатстве любовь к своему народу, к своей родине. Она освобождает невольников-укралнцев и, не имея Еозможности вернуться на родину, убивает себя. Дышащая непосредственностью и наивной искренностью народная дума о Марусе Богуславке превралцается на спене _ Театра им. Франко в яркий патриотический стектакль. Марусю играет Н. Ужвий, бесспорно, одна из самых обаятельных советских актрис. Она знает силу своего обаяния, но никогла этой силы не‘ подчеркивает. Пластичность, простота, эмоциональность— три драгоценных: качества, делающих Ужвий замечательной актрисой классической украинской мелодрамы. Каждый отрезок ее роли запоминается, как удачный кадр кинофильма. Ей свойственна исключительная четкость и в движении и в слове. Она никогда не прибетает к внешней пышности, к декоративности игры. Возьмем к примеру, сцену об’- яснения Маруси Богуславки с похитившим ее Гиреем (В. Дуклер). Эта короткая, но сложная по психологическому рисунку сцена звучит очень убедительно, потому что Ужвий последовательно развертывает перед нами всю гамму переживаний Маруси. Сперва она ненавидит мурзу-мусульманина, который похитил ее ‘и хочет силой завладеть ее сердцем, Сколько смелости и гордости в этой украинской девушке, пленнице, которая расценивается. турКомедийная путаница закружила всех героев пьесы. Молодой Георг Масисянц глюбился в хорошенькую незнакомку, постучавшуюся в дом купца Замбахова. }го приятель Исаи решил заняться сватовством и по ошибке чуть не женит Масисянца на собственной жене. Как водится в комедии, все ошибаются, каждый чтоTO затевает, и получается совсем не то, чего ждали. Но эта классическая армянская комедия, в которой так много традиционного для всех классических комедий, идет к финалу своим путем. Не проказливый Скапен, не увертливый Труффальдино или беспечный Тристан верховодит в ней. Веселым водоворотом «Хатабалы» управляет человек в высшей степени серьезный и практичный. Он массивен и утловат, руки У него тяжелые, взгляд неподвижен и угрюм. Он похож на Собакевича всей своей фигурой, будто вырубленной топором. Это тифлисский купец Герасим Якулич Замбахов. В эту ясную, светлую комэдию он пришел из какой-то другой пьесы. Среди красочно разодетых героев «Хатабалы» он выглядит сумрачным чужаком в своем черном сюртуке необ’ятных размеров. Замбахов решил во что бы тони стало сбыть с рук свою некрасивую дочь Маргарит. Ради этого он и пускается в кутерьму комедийных интриг. Он заставляет жену Исаи, хорошенькую Наталию, выдавать себя за Маргарит, усаживает ее у окна и заманивает в свой дом влюбленного Масисянца. Он запирает Исан в сарае, чтобы тот не испортил своим вмешательством все дело. Он хитрит, изворачивается, пускается в дипломатию, чтобы изловить жениха. Роль Замбахова © исключительным мяастерством играет Авет Аветисян. Ero эамбахов ведет на сцене как будто двойную жизнь. Мы видим комедийного Замбахэва, плутующего с Маохисянцем, обводящего вокруг пальца простодушного Исаи-и в конце концов попадающего впросак. А за этими Замбаховым утадывается другой, Замбахов какой-то большой и жестокой драмы, мнущий людей своими пудовыми кулаками. В комедия, которая разытрыАрмену Гуллакяну удалось в пьесе «БВеликая дружба» показать огромную любовь революционеров-большевиков к своему молодому учителю и вождю Кобе—Сталину, их преданность народу, делу рабочего класса, их ненависть к врагам революции. В пьесе показана героическая деятельность закавказских бользлевиков в Цериод 1906—1916 rr. Действие начинается с разтона полицией рабочей демонстрации в Тифлисе. Но мы ие видим побежденных: перед нами победители, сумеБигие сохраЕ Ра И УР нить знамя для будущих боев. Рабочие уврыли Кобу—Сталина в безопасном месте. Он немедленно написал. листовку 0 только что происшедшем побоище; и мы застаем Сурена Спандаряна, верного друга и соратника товарища Сталина, за печатанием прокламаций. Борьба продолжается. Действие переносится в Аллаверлы, на медные рудники. Спандарян, по поручению Сталина, руководит здесь забастовкой и добивается победы в борьбе с предателями-дашнаками. разоблачая их перед рабочими, В дальнейших эпизодах пьесы показаны: борьба Спандаряна и его соратников против жандармов и провокаторов, пытавшихся помешать выходу тазеты «Бакинский рабочий»; встреча в Петербурге Серго Орджоникидзе и Сурена Спандаряна а товарищем Сталиным в период подтотовки Пражской конференции; наконец, встреча Спандаряна в Иосифом Виссарионовичем в ссылке, в селе Монастырском, Туруханского края. В далекой тундре, в засыпанной снегом избушке, оторванные от боевой революционной работы, больше. вики, спаянные великой дружбой, единством идей и цели, попрежнему несгибаемы. Они непобедимы. Г. Джанибекян, исполняющий роль Сталина, сумел соединить в 0бразе вождя целеустремленность и непримиримость политического деятеля о мяткой человечностью. Твердость, железная воля. беспощадность в врагам народного дела сочетаются в нем в трогательной заботливостью © тоБарищах. Особенной теплотой проникнута последняя сцена, в Которой и красивого юношу, Грицько ШандураХома плетет хитрую нить интриги; в ею сети попадают хорошие, добрые, веселые люди. Он приводит Грицько к гибели. Потрясенная горем Маруся теряет рассудок. Ужвий осо свойственной ей простотой и жизненностью рисует Марусю, постепенно стущая краски и придавая облику милой крестьянской девушки трагедийную глубину и значительность. В игре артистки нет ни малейшего оттенка сентиментальности. То же можно сказать и о других исполнителях главных ролей. Грицько «В. Дуклер), красавец, самовлюбленный и заносчивый, и в обяснениях о Марусей, когда проявляется его бешеная ревность, и 8 момент своей гибели — правдив и убедителен. Артист правильно понимает свою задачу, подчеркивая отрицательные черты Грицько: гордость, неуравновешенность, ревность. DTH черты еще больше вызывают у зрителя любовь и сочувствие к Марусе. Хома в изображении П. Постушкова — фигура наиболее «мелодраматическая» из всех, выведенных в. пьесе. Он — подобие шиллеровского Франца Моора, воплощение всяческого зла. Эту сторону образа Постушков рисует очень резко и выразительно. Но он не развообразит роли, оставляя в тени присущие ‘порой Хоме проявления доброты и человечности. Необходимо отметить живую, исполненную юмора игру В. Чайки (Вустя Шурай). Ее первый выход брызжет неподдельным весельем, но, к сожалению, к концу, когда’ меняется звучание роли, артистка уже гораздо слабее, изображает старую женщину, придавленную несчастьем: Прекрасно играет звесельчака Дмитро Е. Пономаренко, 3 Однако усшех ‘спектакля вовсе не в отдельных актерских удячах. Так же, как и в «Марусе Богуславке», здесь всо окрашеНо Поэзией украинского фольклора, все пронизано настоящей народностью. Едва открывается занавес и мы видим замечательный зимний пейзаж, веселящихся девушек в праздничный зечер, деревенского забавника Дмитро, без которого не обходится ни одна вечеринка, — как над сразу охватывает подлинная поэтичность и задушевноств. С этими чувствами мы не расстаемся до конца спектакля, мастерски оформленного художником А. Петрицким. Музыка М. Верикивского, песни и танцы придают своеобразный. и неповторимый колорит одному из лучших спектаклей в богатом репертуаре киевлян. Ал. ДЕИЧ ново. И вдруг в последней, совсем He ша“ блонной песне Блантера и Шубина «Желание козаченка» обнаружилось, что Иг“ натова` может петь ‚без кокетства. без расчета на «обаяние», ‘и Тогда она действительно становится обаятельной. И вот тогда мне показалось, что если Игнатова поймет, что. ей, молодой эстраднице, незачем просто продолжать линию жанровых кокеток, что в ее природе есть чтото свое, ей присущее, — тогда она станет не только «сменой» в смысле смены афишной фамилии, но сделает свою фамилию особенной, отличной, & ведь толь» ко это и интересно на эстраде. А вот другая певица, тоже молодая, Испанка Лоритта Маркситти. Ее приход на эстраду очень приятен именно тем, что она отлична от других. Эта тоненькая девушка с небольшим голоском, держащая в своих руках аккордеон, который рядом с нею кажется неимоверно большим, принесла на эстраду. не только испанские народные песни,, но какую-то особую скромность и благородство исиолнения. Ее будущее зависит от ее работоспособности. Если она расширит свой репертуар, найдет новые краски, то, конечно, она прочно утвердит себя на эстраде. Явная неудача программы—ото прежде всего «Хореографические сцены по, мотивам повести Н. В. Гоголя «Тарас Бульба». Видите, какое серьезное название, a peзультат совсем несерьезный. Гоголь получился только ширмой — у нас, мол, «культурный номер». Но когда «А поворотись-ка, сынку! экой ты смешной какой!» превращается в пируэт, а та единственная ночь, которую провели Остап с Андрнем дома, превращается в набор гопаков, то Гоголь исчезает вовсе. Гоголь — это прежде всего романтическая Украина, а получились «малороссийские» ТАНЦЫ. Именно «малороссийские», а не украинские. И художник Петрицкий тут не помог. Традиционные плетни и мальвы темто и дурны, что до оскомины традиционHH. ореографические сцены по мотивам повести «Тарас Бульба» — это культура афиши, а He культура номера. Нельзя делать Гоголя только поводом для гопака. Не удался и джаз-гол. Стоят пять пев» цов, повидимому, не отличающихся юмором, и поют более или менее всерьез «Колыбельную песню», а артист Хржановский укачивает кричащего во все горло ребенка. Весь этот номер надо было бы осудить, если бы мы неё знали, что непосредственно перед премьерой из номера выпал один певец, который фактически являлся душой этого джаза. Два выступления жонглеров: Н. Ширай и В. Нестерова с М. Мещеряковым, показывающие номер, который называется «В лагере команчей». Работают они © профессиональной точки зрения очень хоpomo. Ho «постановка» ограничилась только стилизацией. Особенно это относится к «Лагерю команчей». Почти вое приемы жонглирования оставлены старые, а сверху только надет как бы чехол «обстановочности». Но во всяком случае на эстраду пришли молодые, хорошие жонглеры, и с8мо по себе это ценно. А вот «Джаз-экономик» — это. совсем интересно. К. Бобров и М. Гринвальд де“ лают очень смелые и в то же время убедительные вещи. Трудно сказать, кто из них способнее. Это одновременно и по» эстрадному смешно и в отдельных случаях по-хорошему мягко и тонко, & танец с платьем на вешалке—совсем здоро« во. Искусство — это умение сделать иа меньшего большее. Для эстрады этот Ba кон еще усиливается, а для юмора тем более. Постановщик отказался хотя бы намеком оправдать платье и не приделал к нему ни рук, ни ног, ни головы. SHA чит он верно чувствует эстраду и ее законы. Танец © платьем — лучшая наход“ ка этого номера, но не единственная. Хо“ роших находок там много. Теперь о фельетоне Смирнова-Соколь“ ского. За период моей эстрадной работы я столько раз встречался с Сокольским на концертах, столько раз «шел» до него или после, что большинство его фельетонов слышал по многу раз и знаю почти Haизусть. Всегда это было очень крепко, очень эстрадно-доходчиво. Всегда эти фельетоны имели успех. Но вовсе не всетда и не все мне нравилось. Иногда многое было слишком «анекдотно», слишком «в лоб». А вот этот фельетон «Опасный» возраст» — я считаю’ прекрасным. Это не только безусловно лучший номер программы «Эрмитажа», но и лучший фельетон Сокольского. Сюжет фельетона построен на TOM, как к человеку «осеннего возраста» во сне пришел Стыд. И как Стыд этот снял с человека всякую успокоенность и этим самым вновь сделал его живым, настоящим, советским. Есть в фельетоне такая фраза: «Осенний возраст — это не годы, это—успокоение, на которое живой человек никогда не имеет права... Существуют тысячи людей, более старых, у которых молодое, дерзновенное сердце. Существует, к сожалению, молодежь, у которой в душетот же самый «осенний возраст». Это очень хорошая, нужная правда. И зритель, эрмитажный зритель, вдруг начинает волноваться хорошим, серьезным волнением и понимает, что шутки шутками, а сейчас с этой эстрады человек говорит какие-то очень важные, серьезные и даже неожиданные вещи. И манера, с которой Смирнов-Сокольский говорит этот свой фельетон, отличается от того, как он товорил свои фельетоны прежде. Она серьезнее, резче и суровее. Образ «Стыда» доходит до выпуклости театрального образа. И доститается это не внешним приемом, а какой-то внутренней убежденностью. Это в полной мере политический фельетон, это политическая эстрада, а не суррогат псевдо-политической «злободневHOCTHs, сильно распространенной в так называемом «речевом» жанре. Повторяю, я не писал рецензии и поэтому не сказал многого, что в рецензии было бы, может быть, обязательно. Пусть не обидятся те, про которых я не говорил ничего, и те, которые не согласны © моими выводами относительно их исполнения. Ведь вкусы и взгляды в искусстве не всегда совпадают, но для всякого актера, а тем более для оэстрадника, необходимо держать уши открытыми, — уметь слышать, — а тогда в услышан“ ном. можно найти для себя полезное, если ты даже и не со всем согласен. И еще важнее сохранять этот слух молодым актерам. Желаю им удачи и счастья. Желаю, чтобы они были сильнее и больше тех, кому идут на смену, а для этого необходимо, чтобы работа студии с ними не прекращалась. Им еще рано жить на проценты. Еще капитал не накоплен, еще не сформированы способности. «Осенний возраст» на эстраде слишком распространен. Старые эстрадники Живут, питаясь только самими codon, и начинают считать это за качество. Молодые не должны в этом смысле повторять стариков. Культуру эстрады надо ‘поднимать во что бы то ни стало. Первый зыпуск—это только начало. Нужность студии решит не этот выпуск, & вся дальнейшая её Жизнь. С. ОБРАЗЦОВ „Много лет тому назад меня впервые пригласили выступить на концерте. Я вышел на сцену, расставил свою ширму и начал показывать кукол. И вот тогда я впервые понял, какая огромная разница между самочувствием актера, играющего в спектакле, и самочувствием актера на эстраде, Там. в Театре. ответственность, . KOTOрую ощущает актер всеми своими порами, раскладывается в разной степени на плечи всех актеров. одесь, на эстраде, она падает на одного человека. На нею тысячами глаз смотрит черный зрительный зал, только его одного слушают все уши, только от него чего-то ждет настороженное внимание этого зала. Он один обязан быть хозяином тех напряженных десяти-пятнадцати минут, в течениё которых проходит его выступление. Это голый, ничем не защищенный человек, а задача у него огромная. Подчинить во что бы то ни стало себе этот зал, заставить его слушать, видеть и волноваться. И нет такого, даже самого опытного эстрадника, который бы’ не расстраивался хотя бы от случайной ошибки и нё радовался каждой удаче. И происходит это, вероятно, потому, что в противоположность искусству писателя, художника, композитора, актера кино, — искусство актера эстрады самое смертное из искусств. Те имеют. право надеяться на признание в будущем. ы этого права лишены. У нас есть только настоящее. Наше искусство — искусство сегодняшнего выступления. И это сегодняшнее иоскусство очень часто умирает в нас куда раньше нашей фактической смерти. Это не наше несчастье, а наше свойство. И свойство это неизмеримо повышает напряжение нашего творчества. х За многие годы моей работы на эстраде сколько людей сошло с афиш и программ концертов, сколько появилось вновь! И вот в этом движении имен и людей была одна очень дурная особенность. Уход с эстрады и приход на нее был случаен. Один испытывает репертуарный кризис. Другой не может найти новой формы, приелся его жанр, а никто не подсказал, не помог найти новое, И вот человек потерялся, испугался и постепенно сошел на нет. Появление на эстраде нового имени, нового жанра происходило тоже случайно и зависело часто от удачи или от чисто личных свойств этих новых людей. Никто не сделал таких актеров на эстраде, как Рина Зеленая и Кара-Дмитриев. Они сами себя сделали. Сами натолкнулись на свой жанр. И вот эта «случайность» всего того, что происходило на эстраде, казалась непреодолимой, Как найти единое художественное руководство для эстрадников, когда они в самом творчестве своем страшно различны и чем более индивидуальны, тем интереснее. Одним словом, творческая работа © эстрадными кадрами казалась просто нонсенсом. Так относились многие, да и я в том числе, и к организованной Смирновым-Сокольским Всесоюзной студии эстрадного искусства. С чувством интереса, но не очень большого доверия пришел я в летний театр «Эрмитаж». Плохая акустика, плохой микрофон. Короче, условия выступления совсем не помогают актерам. Волнуют, пугают их. И вот началась программа. Прошло первое отделение, прошло второе. И что же оказалось? Прежде ‘всего, что процент брака в этой программе раза в два меньше, чем во многих программах Московского или Ленинградского театров миниатюр. А вель первый выпуск студийцев имеет больше прав на брак, чем профессиональные эстрадные программы или театры. Значит «творческая работа с кадра. ми» на эстраде возможна и эта работа дает благоприятные результаты. Я не собираюсь писать о каждом номере программы. Мне хочется только обратить внимание на работу всей отудии и на отдельных примерах понять эту раGory. Певица Таисия Игнатова поет жанровые песенки. Жанровых певиц мы знаем много. К сожалению, в большинстве случаев их репертуар очень слаб. Шаблонны слова, образы, шаблонны мотивы. Конечно, степень таланта у этих певиц разная, но прием, которым исполняются песенки, почти У всех один и тот же. Женское кокетство, заигрывание с публикой, иногда доходящее до прямой вульгарности. Первые песенки, исполненные Игнатовой, правда, не были вультарны, но новото в них He было ничего. Да и прием, © которым Игнатова их исполняла, все-таки шел от того же традиционного кокетства. Я не хочу сказать, что Игнатова пела плохо, но во всяком случае это не было ного золиения, выпроваживает непрошенHorg гостя. (нову пьесы С. Герасимова «Учитель» моставляет конфликт между отцом и сыном — Иваном и Степаном Лаутиными. Оба ин — хорошие советские люди. Старик Лаутин — председатель передового колховы орденоносец. Однако неожиданным обрмом он выступает носителем ложного, устарелого в наших условиях, взгляца на уеревню. Он склонен считать жизнь в дерезне жизнью «второго сорта». Именно лесь. корень его. разногласий Cc сыном, рзвращающимса из столицы учительетводать в родное село, . Опровержение этого взгляда, в негостояпльности которого убеждается впоследвии я сам Иван Федорович Лзутин, утмирждение нового качества советской деевни, изжившей «идиотизм деревенской знаНИ», — вот жизненная и значительная тема пьесы, В спектакле Горьковского . театра мы устречаемся с очень убедительным и правднвых Иваном Лаутиным в исполнении зрт. В. Разумова, Верно схвачена крестьзиская складка — внушительная серьезность, хозяйственная деловитость, любов10 почти ласковое отношение ко взём узлочам деревенского колхозного обихода, немного лукавая рассудительность. В нем светит и теплое человеческое чувство к сызу. Оно проявляется и в раздраженнозорчливых попреках и в обиженно-цечальой интонации, с которой он ‘произносит cig «не достиг», сетуя Ha мнимую хланенную неудачливость своего Степана. Этой незатейливо, но ‘добротно выписанной фигуре противостоит образ далеко не равноценный. Степаи Лаутин в изображеуни В. Васильэва не имеет главного. определяющего его личность. качества — волевой ‘устремленностн, ‘ жизиерадостного 1апора, упрямой молодой силы, с котэрой 0н преодолевает встречающиеся ему трудзоти и убеждает в своей правоте отца. Степан Лаутин в спектакле Горьковского гатра солидно-тяжеловесен и равнодушно‘спокоен. Он заранее непоколебимо уверен $ своем скором и полном успехе и потоуу как бы считает излишним принимате чересчур близко к сердцу и размолвку с отцом и неполадки в деле устройства Школы. Исполнитель забывает, что если правоm Степана и ясна зрителю с первой же сцены, то это еще вовсе не освобождает ot необходимости показать его борьбу, млнения, связанные с ее перипетиями. Празда, тема борьбы слабо намечена в мой пьесе. Все дается Степану легко я просто. Но тем в большей степени исполнитель должен был до предела использовать все открывающиеся в этом направлении возможности. Be, чересчур спокойный, уверенный и почти самодовольный Степан не способен по-настоящеуу персубедить отца. Такой Степан явно 16 успевает завоевать тот самый авторитт, о значении которого говорит секретарь комсомольской ячейки. А без этого разрешение конфликта между отцом и сыном приобретает чисто внешний характр. Известие о выдвижении кандидатуры (тепана Лаутина в депутаты Верховного Совета оказывается при такой трактовке по существу единственным и чисто механическим поводом для «перестройки» старика Лаутина. Мы сознательно подчеркиваем это; Речь ет не только о большей или меньшей тудаче исполнения, ио также‘и о самом подходе к раскрытию образа положнтельного героя. Пользуясь. мы бы сказали, вохитрой услугой автора, доставляющего в нужный момент своему герою внешнее, наглядно-иллюстративное доказатэльство 0 правоты, исполнитель отодвигает на зорой план изображение драматической борьбы, которая одна только и может дать живое дыхание образу. Но борьбыто и нет, и это обедняет роль Степана в спектакле Горьковского театра. р В связи с этой тлавной ошибкой в другие — и. положительные и! отрицательные—моменты постановки уже не имеют решающего значения. В числе первых следует назвать комедийно-жанровый, меткий по внешнему рисунку, хотя несколько шаржированный образ секретаря комсомольской ячейки (В. Ямщиков). Сюда же примыкают по характеру передачи фитуры братьев Фалалеевых (Н. Гундобин и А. Куницин). Напротив, недостаточно использован исполнителем тот запас мягкого юмора, хоторым проникнута в пьесе фигура деда Лзутина. П. Соловьев слишком пассивен в этой роли. Его дед только наблюдает, тогдь как в пьесе он явно пытается вмешиваться в развертывающиеся события и тем самым, в меру своих возможностей, ‘ановится их участником. Очень важное значение имеет образ Грунн Шумилиной. С ним целиком связаНа лирическая тема пьесы. М. Прокопович в роли Груни может быть в большей стёпеня, чем кто-либо, испытывает Ha себе последствия неверного толкования сбраз% Степана. И в этом — лирическом — плане все как бы варанее ясно и предопределено. Равнодушно-спокойная уверенность Степана не может помочь раскрытию взволнованного и чистого чувства зарождающейя любви. Очевидно, пытаясь преодолеть это, М. Прокопович подчеркивает моменты внутреннего сопротивления Груни овладевающему ею чувству, вначале не оцененноMY по достоинству Степаном. Так появляется излишняя резкость. образ станоВится угловатым и многое теряет в своей поэтичности. Поэтому до конца убедительно звучит лишь ответ Груни в сцене экзамена, а не эпизод гадания или разговора с Маней, роль которой В. Ермолаева играет очень непосрелственно. и искренНо, но односторонне подчеркивая черты легкомысленной ребячливости. И наименее впечатляющими оказываются решающие Цены об’яснения Груни со Степаном. Основная тема спектакля © гораздо больщей убедительностью воплощается в ролях второго плана. Прежде всего — в бразах Степаниды Лаутиной (Т. Алябье24) н Петьки Сорокина (Л, Станиславов). Именно в этих образах людей. растущих на протяжении спектакля, ‹ раскрывается в полном 0б’еме все значение, вся привлекательность деятельности Степана, убэжпающая в его правоте уже не формаль: Ео-иллюстративным, а подлинно действенным путем. Заслугой постановшика — художественно руководителя театра В. 3. Масса - Является в первую очередь работа с актеТами, в целом ряде .случаев давшая ценные результаты. Б. РОСТОЦКИЙ фу ГАСТРОЛИ МХАТ СССР им. ГОРЬКОГО Сегодня из Москвы на тастроли В Мивск выезжает часть труппы МХАТ 00СР им. Горьком. В числе участников мотрольной поездки — ведущие мастера Художественного tearpa И: Москвин, М. Тарханов, А. Тарасова, Н. Хмелев, В. Добронравов, 0. Андровская, В. Ершов, А. Зуева, Л. Коренева, В. Топорков, М. Прудкия, В. Станицын, М. Кедров & др. Не отвлеченная идея, не сценический трюк, а живая природа человека, неповторимый и цельный характер его вдохновляют прекрасных” актеров Teatpa HM. Сундукяна. Поэтому в спектакле господствуют художественная правда и радостные краски. «Хатабала» в постановке Т. Сарьяня — очень смешной и веселый спектакль. Но в громком и непрестанном смехе, который сопутствует каждому исполнителю этого спектакля, не пропадает его благородиая человеколюбивая идея. Особенно четко воплощена она в образе дочери Замбахова, Маргарит (арт. Сюзаин Гарагапт). Некрасивая и неловкая Маргарит, теряющая женихов. — тоже комедийный. образ в пьесе и. спектакле. Но автор и. актриса далеки от того, чтобы представить её вздорной купеческой дочкой, докучающей родственникам и зрителю жалобами на женихов и капризами. Это очень скромная и милая, но запуганная и забитая девушка, терпящая бесконечные насмешки и обиды в отцовском доме. Все махинации, затеянные отцом, оборачиваются в конце концов против ни в чем не‘повинной Маргарит. Она оказывается в самом смешном и горьком положении. Автор — ‘не моралист. Но моральная идея в пьесе есть, и раскрывается она в образе Маргарит, в судьбе этого честного и простого человека ставшего жертвой Замбахова. На родине Г. Сундукяна хоанитея книга А. Н. Островского, подаренная с дружеской надписью великим русским драматургом великому армянскому писателю. Это — не случайный историчоский раритет, не антикварная диковинка. Великая русская литература ХПХ столетия оплодотворила творчество лучших поэтов, прозаиков и драматургов. Кавказа. Художественная культура Армении 6ережно хранит высокие классические традиции. Сегодня московский зритель аплодирует спектаклю Театра им. Сундукяя» — прекрасному свидетельству расцвета творчества и культуры социалистической АрЯ. ВАРШАВСКИЙ «ВЕЛИКАЯ. ДРУЖБА» Народный артист Армянской ССР Г. Джанибекян в роли И. В. Сталина и народный артист Армянской ОСР В. Вагаршян в роли Сурена Опандаряна стает стойким большевиком. Мы встречаем Сурика на всем дальнейшем протяжении пьесы и любуемся его юношеской энергией, его находчивостью м смелостью. В шсполненни Рузанны Бартанян революционерка Ирина Венцова — чуткий товарищ, скромная женщина, все свои силы отдающая делу партии. В нужную минуту она находчива и смела. Так, когда на конспиративную квартиру, где происходи? совещание в участием Сталина, неожиданно приходит полицейский, Ирина очень непринужденно, не выдавая огромСталин просит Ирину Венцову беречь больного Сурена Спандаряна. и Центральная роль в спектакле — Сурен Спандарян. В. Ватаршян итрает ето 0 большим талантом и художественной силой. Он умеет показать, что®горячий темперамент этого человека подчинен большой воле, дисциплинирован. Убийственным сарказмом дышат внешне спокойные реплики Сиандаряна, обращенные к предателю дашнаку Тиграну и его сообщникам. Блестяще и зло ьысмеивает и гразоблачает он меньшевика Рачишвили. Когда нужно принять быстрое стратегическое решение, Спандарян из взволнованного отатора внезапно превращается в спокойного, молчаливого человека. Так, в сцене забастовки в Аллавердах, предупрежденный о приближении казаков, Спандарян— Вагаршян подчеркнуто спокойными жестами сдерживает панику одних и возмущение других. И только добившись, чтобы толпа разошлась, он снова возвращается К хозяевам рудника. И он побеждает, ибо спав толйу от кровавых жертв и этим сорвал готовившуюся провокацию. Печатью мастерства отмечено и исполнение артисткой Асмик роли Пирузы, жены рабочего Сако. В небольшой. почти эи?изодической роли артистка создала запоминающийся образ армянской рабочей женщины-матери. Ее Пируза многого не понимает в происходящих событиях, но OHA твердо убеждена, что борьба. которую ведет ее муж и его товарищи, справедливаЭто убеждение проявляется и в её полном достоинотва поведении в сцене перед конторой дирекции рудника, и в ее решении отпустить подростка-сына вместе со Спандаряном. Пирузе жалко расстаться < мальчиком. Внезапная просьба сына вызывает некоторую растерянность, неуверенность в жестах. Однако, полная доверия к Спандаряну и ето делу, она сдерживается и почти оокойно прощается со своим первенцем. Следует отметить и актера Т. Дилакяна в роли сына Пирузы, Сурика. Увлеченный великими целями революционеров, мальчик уходит за Спандаряном и выратель Юрков, завербованный охранкой, в исполнении В. Вартаняна — недостаточно ярко очерченная фигура. Но актер поставлен в «неясное» положение ©3- мой композицией спектакля. Сокращая-—в основном удачно — несколько громоздкую пъесу, театр не совсем внимательно подошел к роли Юркова. В пьесе есть оцена в кабинете у следователя охранки, в которой происходит падение Юркова. В спектакле встреча Юркова со следователем происходит почему-то на бульваре. У врителя не остается четкого представления о том, когда именно был завербован Юрков, до какого момента он проявлял лишь неустойчивость и когда стал провокатором. Поэтому талантливый В. Вартанян не смог на такой шаткой основе создать 60- лее четкий и интересный образ. ИАстати сказать, постановщик спектакля Т. Шамирханян, вообще очень тщательно и продуманно подошедигий к своей задаче, допустил несколько досздных небрежностей. Например, «переодетый» жандармокий ротмистр дважды появляется на сцене в шляце и в пальто, из-под которого видны форменные брюки с кантом. В избе Спандаряна в Туруханской ссылке, в жестокую стужу койка больного Сурена помещена почему-то Heпосредственно у обледеневшего окна. Однако отдельные недостатки ие могут ватмить несомненно интересную работу режиссера и художника (С, Арутчян). Театр им. Сундукяна создал волнующий, эмоционально насыщенный героический спектакль, в значительной мере преодолев композиционные недостатки пьесы, сгладив её клочковатость, фрагментарность. Раскрывая идею произведения, режиссура и актерский коллектив сумели показать кровные связи партии большевиков © рабочим классом, дружбу народов, еще в революционном подполье укрепляющуюся большевиками под руководством Ленина и Сталина. Е. ШЕНГЕЛЕВИЧ