BOCHPECERDE, <4 ee

rads т ИСКУССТВО г ———
ECTDY EPABPUR   Topekwii u copercku ват” ПВР  
		 
		ИЗ ВОСПОМИНАНИИ
О ВСТРЕЧАХ СА М ГОРЬКИМ
	А. М. Горький. 1935 г,
Фото. М: Ошуркова. Публикуется впервые
	п

Я
	Из шестнадцати ‘пьес Горького, постав­ленных на сцене, только четыре были Ha­писаны. в советские годы, остальные 12
пьес созданы до революция.
	Сценическая судьба этих 12 пьес дает
ключ к пониманию истинного значения
драматургии Горького.
	` Из них только «На дне» ‘имело повсе­местный: огромный успех. «Мещане» были
еле терпимы в репертуаре дореволюцион­ного театра. Остальные пьесы были или з4-
прещены («Враги», «Последние»), или уси­лиями буржуазных критиков, режиссеров
и актеров, твердивших о полнейшей яко­бы несценичности Горького, отвергнуты
театром, как пьесы, непригодные для сце­нического воплощения.
	Но легенда о несценичности горьковской
драматургии понадобилась как дымовая
завеса, чтобы скрыть испуг буржуазии пе­ред мыслью Горького, тревогу перед осво­бодительным пафосом его пьес,
	Мие вспоминается премьера пъесы Горь­кого «Васса Железнова» в Москве, в теа­тре Незлобина, в феврале 1911 года. Пьеса
с суровой правдой показывала распад
буржуазной семьи; Горький со смелостью
драматурга-новатора выдвигал совсем но­вую в русской драматургии фигуру Вассы,
большого человека, увязшего в тине мел­кого собственничества. Труднейший дра­матургический прием был применея ав­тором: пленники рубля были им показа­ны с такой полнотой их жизнечувотвия,
с такой обличительной силой, что без вся­кого вмешательства драматурга, сами раз»
облачали себя. Пьеса поражала великолеп­ной явностью своих художественных дусто­инств. А между тем актеры играли с ка­кой-то растерянностью, очевидно не веря
в успех пьесы; часть публики смотрела с
холодной  безучастностью, другая — ©
нескрываемой враждебностью. А критика...
Московский корреспондени «Театра и ис
кусства» осмеливался упрекать писателя,
	написавшего «Мать», в недостаточном
уважении в материнству! Ho «умысел
другой тут был» — нанести Горькому
	удар за то; что писатель правдиво по­казал трагикомедию буржуазной семьи,

замаскировав этот удар мнимой защитой
материнства, !
	Первая же пьеса Горького, поставлен­ная на сцене, «Мещане» (1902), была пер­вым вкладом в золотой фонд русского рё­волюционного театра, в будущем — совет.
ского театра. По смелости красок, по жи­вости письма, по точности рисунка Горь­кий уже в первой пьесе является вели­колепным мастером реалистической дра­матургии, но мастером, отбрасывающим в
сторону‘ все шаблоны банальной «сцени­чности», все ты общедоступной
«театральности». Попытки уложить «Ме­щан» в рамки нравоописательной пьесы,
«семейной драмы», бытового происшествия,
психологического этюда и т. д, ит, д. бы­ли одинаково безнадежны. Горький принес
в «Мещанах» и утвердил в других пьесах
новую драматическую форму: B «семейной
драме» проступали черты тигантской тра­тедии на тему о столкновении двух клас­COB; в бытовом происшествии разверты­вается со всей остротой социальный Кон­фликт. Афиша спектакля, насчитывая мно­то действующих лиц, выдвигала на пер­вый план одно лицо, до того времени от­К пятой годовщине
со дня смерти А. М.
Горького ‘Музей А. М.
Горького значительно
пополнил свою  экспо­зицию, включив в нее
ряд новых экспонатов.
Много места уделено
произведениям лучших
советских скульпторов,
живописцев и графи­ков.
	Музеем выставлен
также недавно  полу­ченный им из-за гра­ницы бронзовый бюст
А. М. Горького работы
известного скульптора
С. Коненкова.

Бюст вылеплен С. Ко­ненковым с натуры во
время пребывания
скульптора в 1928 г. у
А. М. Горького в Сор­ренто (Италия).

На правом плече —
автограф «М. Горький».
	сутствовавшее на русских подмостках, —
рабочего Нила. Это действующее лицо тем
живее было в настоящем, чем больше оно
было обращено к будущему. Вскоре жизнь
показала, что Горький нашел в Ниле и
главное действующее лицо русской жиз­ни. В советской драматургии выведена це­лая вереница - образов революционного
пролетарлата. И торьковский Нил являет­ся их родоначальником. * а
	Прочтя «Мещан», Чехов заметил: «Горь­кий должен разрушить то, что подлежит
разрушению».
	Сила «зоркой» революционной мысли
Горького заключается в том, что в любом
частном явлении жизни он находит тес­ную связь с широчайшими течениями
жизни общественной и политической.
Горький-драматург никогда не делает
простых «записей» жизненных явлений;
подняв пласт жизни, он всегда. разруша­ет в нем то, что «подлежит разрушению».
Своим творчеством, боевой политической
деятельностью Горький помогал  больше­BHCTCROM партии, народам нашей страны
разрушать старый мир, беспощадно разить
врага. В своих художественных произведе­ниях он с огромной обличительной силой
показал целую таллерею классовых вра­тов — от тнилостного либерала Бардина
до омерзительною двурушника Самгина,
«Если враг не сдается, его уничтожают»
— провозгласил Горький, выразив в этих
словах волю советского народа. Каждый
художественный образ Горького, каждая
его статья выражают эту мысль, воопиты­вают в народе боевую готовность, уверен­ность в побеле.
	В каждой пьесе Горького есть лицо, кото­рое заставляет верить в неистощимую
плодородность жизни, в творческую неис­черпаемость человека. Это — сам Горький.
On — лучшее, важнейшее действующее
лицо своих драм, Он — тот персонаж в
них, которого не приходится изображать
актерам, но без внутреннего общения, `без
идейного согласия с которым не * может
быть хорошо, — и, главное, верно — ис­полнена ни одна роль.
	Когда Нил провозглашает в «Мещанах»:
«Хозяин тот, кто трудится», — он гово­рит это голосом Горького. «Кто незави­сим и не жрет чужого, зачем TOMY ложь?
Ложь —= религия рабов и хозяев. Правда
— бог свободного человека». Это — репли­ка Сатина, и в то же время слова, мысль
Горького. В иных своих пьесах Горький
участвует целыми монологами, в других
—короткими репликами, в третьих он го­ворит горестным молчанием. В драмах
Горького чувствуются его гневный иск и
дружеский пламенный призыв к челове­ку, который должен «найти гармонию меж­ду собой и миром, в себе самом тармо­нию создать и, озарив весь мрачный хаос
жизни на этой исотрадавшейся земле, по­крытой, как накожною фбодезнью, корой
несчастий, скорби, ropa, злобы, — всю
злую грязь с нее смести в могилу про­шлого» («Человек»).
	В некоторых пьесах—«На дне» (во зна­менитом монологе Сатина), в «Детях солн­ца» (в репликах Протасова) — этот при­зыв Е человеку прорывается с особой си­лой, но во всех пьесах он звучит если
неё в. тексте, то в подтекоте, в полный го­noo Горького и этот толос трибуна,
голос политического борца, был заслышан
с первого спектакля первой пьесы  Горь­кого. у т
	К. С. Станиславский, режиссер первого
горьковского спектакля («Мещане»), при­знавал: «Главным начинателем и созда­телем общественно-Политической линии в
нашем тоатре был А. М. Горький»;
	Это верио He только для Художествен­ного, а для всего русского театра. Сиек­такли «Мещан» и «На дне» были первы*
ми спектаклями  попитического театра,
призванного ‹ служить интересам нового
клясса и возглавляемой им революции.
	В рассказе «В театре и цирке», не во­шедшем в собрание сочинений («Русское
слово», 1915 г., № 258), Горький говорит:
«Первый же спектакль, на который я

попал зрителем, заставил меня почув­ствовать страшную силу театра».
	Эту «страшную силу» Горький в своих
пьесах всю сполна направил на службу
революции. Вот почему его пьесы были
так враждебно встречены и так злостно
оклеветаны старым театром, и вот почему
они же стали первыми классическими
пьесами советского театра.
	как революционный клич, как призыв &
борьбе против несправедливости, ограни­ченности и косности,
	Летом 1896 года на Нижегородской яр­марке гастролировали актеры Московского
Малого театра. Е. Лешковская, А. Южин,
К. Рыбаков играли с большим успехом.
Алексей Максимович в своих статьях да­вал высокую оценку артистам, называя
RX истинными художниками. «Лешков­ская — Лидия, Южин — Телятев, Рыба­ков — Васильков, —писал он,—каждой де­талью, каждой нотой своей речи я каж­дым жестом давали понять публике, что
она имеет дело с истинными художника­ии сцены, с людьми дисциплинированного
чувства и чуткого к требованиям истин­ного искусства ума. Ансамбль  замеча­тельный... Картина жизни, которую вчера
тщательно, тонко и Горячо нарисовала
труппа публике, обеспечивает за москов­скими актерами солидный успех».
	Как и позже, Горький в свои молодые
	годы был человеком огромной, непоколе­бимой стойкости и жизненной силы. Его
привлекали люди, наполненные жаждой
жизни, вольнолюбивые смельчаки, 6¢a­удержно храбрые и преданные идее. Пом­HD, как однажды весной мы гуляли по
знаменитому Нижегородскому откосу. Пе­ед нами открывались волжекие просторы.
ы находились над самым обрывом, око­ло старых тенистых деревьев. Алексей
Макеимович был в прекрасном настроё­нии, смотрел в о даль реки и говорил
вдохновенно о том, что берега Волги ког­да-нибудь будут освобождены от власти
торгашей. Он говорил о грязи приволж­ских городов, возмущался косностью и
эгоизмом мещанства, Он с гневом товорил
о собственничестве и собственниках, о гу­бительной роли денег об унижении чело­века и всего человеческого, И когда он
стал вдохновенно, образно рассказывать о
людях труда, которых каждую весну тя­нет к могучей Волге, на широкий простор
вольной жизни, O русских бродятах и
скитаЛЬцах, исходивших вдоль и поперек
русскую землю, о жалкой доле волжских
бурлаков, я понял тогда, что рядом CO
мной человек необычный, молодой буре­востник, предчувствующий то, ‘чего нам
еще не дано понять,
	В 4е тюды мнё приходилось часто слы-.
	тать, самые различные отзывы © расска­зах Горького. Прёдотавитёли «верхов» счи­тали их выражением настроений «черни»,
«босячёства» Я понимал природу Таких
	воззрений и видел, что народ усматрива-.
	Ленин высоко ценил Горького, как
тениального художника, певца революции,
и поддерживал его всегда. Буржуазная
печать нападала на Горького за его бое­вые, подлинно партийные «Заметки о ме­щанстве», опубликованные в” 1905 г. на
страницах первой легальной  большеви­стской газеты «Новая Жизнь»,” — Ленин
взял эти «Заметки» под свою защиту,
И замечательно, что именно тогда,
когда появились статьи 0 «конце Горько­го», где утверждалось, что он погиб как
художник, превратившись в агитатора, и
THe B TO же самое время доказывалось,
что он выразитель идей не пролетариата,
а мещанства, — именно в это время
Ленин написал: ‹...Горький — безусловно
крупнейший представитель пролетарского
искусства, который много для него сделал
и еще больше ‘может сделать...» (Cov.

т ХГУ’, стр. 298).
	Но Ленин не только оказывал помощь
Горькому, — он сам черпал в его твор­честве образы огромной „действенной  си­лы. Говоря‘ об использовании „Лениным
горьковских образов и выражений, всегда
вспоминают 6го статью «Перед бурей», где
кадеты названы «глупыми пингвинами»,
которые. «робко прячут тело жирное в
утесах», и тде. процитирована, Kak ло­зунг, призывная концовка «Песни о буре­вестнике». Ленин обращался и к другим
произведениям Горького: Составители
сборников ленинских высказываний 0 ли­тературе прошли мимо неоднократных за­мечаний Ленина о революционерах, как
0 людях «безумно-храбрых», «безумно сме­wx», Между тем это были тоже своего
рода цитаты и даже нечто гораздо более
значимое: утверждение одной из идей
Горького, больше того — его главной
творческой идеи. Прославлявшая «безум­ство храбрых» горьковская «Песня о 00-
коле» вошла своими отдельными строфа­ми во множество революционных прокла­мапий и стала сама замечательной про­кламацией. И вместе ес темо эта песня
была ‘развернутым творческим  манифес­том, ‹ продолжением спора 0 «низких
истинах» и «возвышающем обмане», стра­стной ващитой революционного роман­‹..Жалкие! — писал товарищ Сталин.—
Они He знают, что борьба нас воспитыва­ет, что борьба всегда сопровождается
кровью, что здание ‘свободы. строится
лишь невинной кровью народной! Они
забывают, что капли пролитой крови при­водят к трону победы! Слепые! Они не
видят яркого сияния свободы, в крови на­родной! Они боятся борьбы храбрых, они
боятся победы!»  («Прокламации больше­вистских организаций Закавказья 1904—
1906 гг». Сахелтами — Сектор полит.
литературы. Тбилиси, 1940 г.). Даже пере­вод. позволяет увидеть, как была пере­фразирована в этих вдохновенных словах
кондовка «Песни о Соколе», подобно то­му, как в другой прокламации товарища
Сталина — < всем рабочим» — были
подхвачены призывы «Песни о буревест­нике»: «..Пусть сильнее грянет гром,- пусть
сильнее разразится буря! Близок час
победы!» р

Но дело ваключается не только в идей­ном пафосе «Песни о соколе», в и в ее
творческом программном содержании. Пес­ня о Соколе и Уже была связана у Горь+
кого © целым циклом его произведений,
который открывался сказкой «О Чиже, ко­торый лгал, и о Дятле, любителе истиныз.
В, этой сказке Горький широко поставил
вопрос о «низких истинах» и «возвышаю­щем обмане», но именно лишь поставил
его, не давая и не пытаясь еще дать ни­какого ответа. В дальнейшем Горький,
продолжая бороться против Мещанского
трусливого преклонения перед «низкими
истинами» существующего порядка, по­казал в ряде произведений, что и стрем­ление к «возвышающему обману» есть
лишь ‘пассивное утешительство.
	Но были у Горького и совсем другие
произведения о «возвышающем обмане»,
где указанное понятие означало не сла­достный, примиряющий с действитель­ностью, самообман, а, напротив, — стрем­ление реально бороться против низких
истин действительности. Именно в этом
	смысле употреблялось выражение «в03-
вышающий обман» в рассказе Горького
«Читатель», mie формулировалась цель
	искусства — поднимать читателя над дей­ствительностью тех дней. Именно такой
смысл приобрело это понятие в идее «бе­зумства храбрых» — в идее, которая под­черкивала необходимость воспитать в се­бе веру в творческую инициативу масс,
пробивающую дорогу к истине через все
и всякие препятствия.
	Беостраапие в борьба ва народ и
	непоколебимую веру в победу народа, —
вот что воспевал Горький, когда пел сла­ву. «безумству храбрых», как высшей
«мудрости жизни».
	Истинный патриот родины и бдитель­ный страж ее свободы, Горький и в по­следние годы жизни неустанно учил нас:
«Мы живем в условиях непрерывной вой­ны со всей буржуазией мира. Это обязы­вает рабочий класс деятельно готовиться...
к защите всего, что уже создано им для
себя и в поучение пролетариям всех
стран».

Этот завет Горького остается нерушимым
для нас и сегодня, & его бессмертные тво­рения вдохновляют народы Союза Советов
на новые подвиги во славу социалистиче­ской родины,
Б. БЯЛИК
	Алексея Максимовича Горького я впер­вые встретил в 1896 году в Нижнем-Нов­городе. Алексей Максимович, начинающий
тогда литератор, был уже хорошо известен
мне как театральный критик, Я с увле­чением читал его фельетоны в «Самарской
тазете», где Горький периодически осве­щал работу местного театра в остроумных
обзорах под рубрикой «Между прочим».
Фельетоны, которые он подписывал муд­реным псевдонимом «Иегудиил Хламида»,
поражали необычностью формы и свое­образием стиля. Восхищало уменье автора
видеть за мелочами театральной жизни не­что крупное и типичное не только для
одного Самарского тбатра, но и для всего
искусства тогдашней русской провинции.
Характеристики, которые молодой Горький
давал самарским актерам Нининой-Петица,
Лодиной, Прокофьевой, ` Стрешневой, Гоф­ман, Сарматову и другим, были ярки и
выразительны и, что самое главное, гово­PHAM 0 положении всего российского ак­терства. В маленьких фельетонах Иегуди­ила Хламиды актеры находили признание
	своей профессии.. Дорого для нас было.
	теплое слово печати о нашей деятельно­сти в т6 дни, когда еще живо было отно­шение к актерской профессии как к низ­менному, презренному занятию. Горький
считал сценическое искусство значитель­нейшим ‘фактором культуры, товорйл 0
н6обходимости внедрения театра в быт
широчайших масс населения.
	Со Beet страстностью своей натуры
Горький протестовал против безыдейной,
пошлой, опустошенной буржуазной дра­матургии конца XIX века, против драмы,
«лишенной всякого социального значения,
драмы без вдохновения и без знания, пути
в жизни и души человека». Он писал, что
«современная драма шита на живую лит
ку, что она сделана, а не сотворена, что
её завязка и развязка — дело ума и пе­ра автора, а нё жизненных условий, что
вообще она написана ‘с целью выдавить
из публики слезу, а не с горячим жела­нием указать ей сп0соб распутывания
разных гордиевых узлов нашего быта».
..«Публика понимает, что «теато есть шко­ла народа»... Она «всегда пойдет смотреть
пъесу. в которой есть сила и искренность
творчества»,
	В своих статьях Горький требовал от
деятелей театра яркого мастерства и вы­сокой идейности творчества. Он утверж­дал, что актер должен быть правдивым,
высококультурным — мастером-демократом,
чутко резгирующим на окружающую его
	1
Из ‘12 пьес Горького, поставленных на
сцене, ни одна не имеет темой советскую
	бад бт ча ЛАГ ль ем кич

действительность, а между тем каждая
из них кажется написанной для советских
	  актеров. и зрителей, `По. своему жизне»

т а ом Бы mee teh
	HOMY ХОДА, Чо ее ани
звучянию все пьесы Горького современ­SBYVAHHD BCe В на О
ны Нам, строителям новой жизни, на к

О 20а Е с’ ЗМ
	eR we

торую работал Нил и о которой мечтах
Сатин: Горький — современный драматург

oe
		И к каждому исполнителю и истолкова­remo своих пьес Горький пред`являет тре“
бования как наш современник. Требования
эти очень велики. Их может удовлетво­ить лишь тот, кто войдет в круг идей

орького, кто вступит в живое об­1цение 6 ним как с политическим мы­слителем,
Горький — великий перевоспитатель

актера, режиссера и зрителя. Нельзя теа­трально подделаться под его мысль, нель­зя по-театральному с’имитировать его чув
ство, нельзя внешними приемами «теа­трализовать» его пьесы. Чрезвычайно по­калательно, что, режиссеры-формалисты,
как огня, боялнсь пьес Горького: глубокая
социальная и психологическая правда
Горького ‘своим солнечным светом тотчас
	же обнаруживала всею фальшь формалисти­ческих и лжеэстетических экспериментов.
	Работа над. льесами Горького во мно­том помогла советскому театру сбросить

со своих подмостков картонные домики
режиссеров-формалистов, приучавших ак­теров к фальшивому блеску внешней теа­тральности.
	«Я хотел и хочу видеть всех людей
героями труда и творчества, строителями
новых свободных форм жизни» (сборник
«Горький и театр», Л., 1933 г, стр. 83,
подчеркнуто Горьким).

_В этих словах, обращенных в 1928 году
к/ курбким красноармейцам, выражена 0с­новная идея Горького-драматурга, которая
является философским подтекстом и вме­сте с тем лейтмотивом каждой его пьесы.
	Именно благодаря Tomy что К. С. Ста­ниславскому и Вл. Немировичу-Дан­ченко, еще на заре Е драматур­гий, удалось верно прочесть этот подтекст
и чутко расслышать этот мотив, — их
постановка «На дне», осуществленная еще
в 1902 году, выдержала испытание вре­менем ‘и живет доселе, вполне отвечая за­просам советского зрителя.
	Именно потому, что Б. В. Щукин вели­колепно усвоил’ философский подтекст ро­ли Егора Булычева, —артисту удалось по­казать Не только верный облик умирающе­го костромского купца, но создать непрев­зойденный образ человека, искалеченнэго
мелкой жизнью «неё на той улице».
	«Для того, чтобы ядовитая мерзость
прошлого была хорошо освещена и хоро­шо понята, необходимо развить в себе

уменье смотреть на прошлое с высоты
достижений настоящего и. с высоты вели­ких целей. будущего».

В этих известных словах заключен ос­новной завет Горького-драматурга к ис­полнителям и постановщикам его пьес Ре­жиссер и актер, которые сумеют увидеть
прошлое (а ему посвящены по своим
сюжетам все пьесы Горького) «с высоты
достижений настоящего», тем самым су­меют сделать Горького необыкновенно
близким современному зрителю. Но Горь­кий требует от театра и еще большего:
он хочет, чтобы прошлое было показано
«и с высоты великих целей будущего».
Великий реалист, до конца жизни yrBepr
ждавший веру в творческую силу челове­ка, требует от театра, чтобы он был ис­полнен ‘пафоса этой веры в трягущий
расцвет человечества, `
	«Моя радость и гордость, — писал Горь­кий в конце жизни, — новый человек,
строитель нового государства. К этому ма­ленькому, но великому человеку, рассеян­ному по всем медвежьим углам страны,
по фабрикам, деревням. в степях и в си­бирской тайге, в горах Кавказа и тунд­рах Севера... к нему я обращаюсь с моим
искренним приветом. Товарищ! знай и
верь, что ты — самый необходимый чело­век Ha земле».
	Эта тема о новом человеке, героически
созидающем новую жизнь, живет во всех
творениях Горького. Прекрасные, насы­щенные страстной мыслью, призывающие
к борьбе за светлое будущее, эти творения
останутся жить в веках, воодушевляя

народы на великиё дела.
	С. ДУРЫЛИН
	Образы Горького
на национальной
сцене
	Великий русский писатель Алексей Мах,  
	симович Горький, гордый буревестник про»
летарской революции, одинёково близок и
дорог всем народам  Советското Союза и
торячо любим ими. Его немеркнущие про­изведения восхищают и волнуют и зрите­ля, и читателя, ‘и критика. Трудно на
ти город в нашей стране, гдё бы не ста»
вили замечательные пьесы Горького. Вдох.
новенное горьковское слово звучит со се
ны сотен театров на десятках языков из­дов СССР. На Украине и в Грузия. 1

збекистанё и Азербайджане, Белоруссии
и Армении — всюду и везде пьесы Горь:
кого идут с огромным успехом, их люблт
и зрители и актеры.
	В пьесах. Горького нас привлекает п\
фос мысли, страстность и убежденность
драматурга, его умение пронякнуть в са
мые сложные процессы жизни,
	Драматургия Горького дает неисчерпае­мые возможности для актерского воплоще.
ния. Характеры торьковских персонажей
очерчены остро и выпукло. Актер, играю
щий в пьесе Горького даже маленькую
эпизодическую роль, постоянно HALOIM
все’ новые и новые мысли, краски, OTTch
ки для каждого горьковского слова, про
износимого со сцены. Почувствонав однах.
	лы силу Горьковской драматургии, 8кт%
	навсегла остается во власти образов, 5
	зданных великим художником.
	Моя. творческая Жизнь, мой ‘рост kt
	актера и режиссера тесно связаны с д
	матургией Горького,
Свыше десяти лет ‘назал в льесе «И
	дне» я впервые сыграл Фарона, & затеи
Луку. Это была моя первая творческая
	встреча с Горьким. до этого мнеё хорошо
	знакомым как читателю и зрителю.
	Кропотливо, внимательно изучал я роль
Луки, этого философа-утешителя, внушаю­щего несчастным люлям надежду на лу+
шее будущее. Лука пытается залечить ра.
ны людей, тниющих на Ae КАПИТАЛА:
стического общества, примирить их 0
жизнью. Совсем иной характер роли 65%
на — деградировавшего аристократа, 017’
стившегося на дно жизни. давно утрм
тившего свой светский лоск и даже ч6ло
веческий облик. Эти различные роли 04
гатили меня творчески и позволили глуб:
же постигнуть идеи горьковских пе,
	Вторая моя творческая встреча © драмз­тургией Горького произошла во время 14:
боты Hut ролью Егора Булычева. Булы.
чева я играю как человека, потеряншег
веру, понявшего, что он жил и живег «ив
на той улице». Но он понял это cake
ком поздно, когда он уже обречен M1
смерть и ему уже не дано искать нолых
жизненных путей. Отсюда его озлоблен»
ность, бесстрашная прямота, с которой оп
разоблачает ложь, отсюда его ненависть
ко всему.  
	Восемь лет я играю Булычева, и 29
сих пор на каждом спектакле нахожу все
новые и новые оттенки в отой роли,
	В других горьковских спектаклях —
«Достигаев и другие» и «Васса Железо
ва» -— я выступал как постановщик,
	Горький создал. замечательный образ
Достигаева, хитрого, искусно маскирующе.
тося врага революции. В той же пьесе
Горький гениально передал победонио
наступление пролетарской революции. Гор»
кий предельно сжато. но вместё с тем я”
ко и полно нарисовал образ большевика
Рябинина и фбородатого солдата, защищаю
щего завоевания Октября. Доститаев и Ря­бинин резко противопоставлены в пы
и это противопоставление я пытался под:
черкнуть в своей постановке.
	Образ -Вассы \Желеёзновой, которая 25°
чески стремится укрепить свою семью #
в то же время является причиной e4 Pit
ложения, прекрасно воплощен на армяй
ской сцене народной артисткой Арми:

ской ССР Асмик Акопян иактрисой Апяк
Мкртумян. р
	Трудно оценить с достаточной полнотой
огромное влияниё Горького на творческий
рост театров, актеров, режиссеров и др
матургов национальных республик (088
ского Союза. Драматургия Горького по
воляет нам создавать полноценные резли:
стические спектакли. Наши драматургй ва
произведениях Горького учатся жизненной
правде в искусстве; тлубокому  зианию
жизни, ‚Если Сундукяна можно — считать
последователем Островского в армянском
театре, то Ширванаале — wpocaterp rope
	и традиций в армянской драмзтур­Театр им. Сундукяна в ближайшее Bit
мя осуществит постановку  горьковских
пьес «Последние» и «Враги». Мы буде
продолжать неустанно работать нал драм
ценным творческим наследием веливою
русского писателя, близкого и родном
всем народам Соватского Союза.
	Пъесы Горького, всё его творчество при
зывает нас, членов великой семьи #8
дов ОССР, ещё’ дружнее, еще сплочение

умножать могущество нашей ролины, 06°
ществляющей великие идеалы всего пере

дового и ‘прогрессивного человечества.
	Вагарш ВАГАРШЯН,
	Такой была эта песня, и то, как поль­зовалея (‘Ленин ее образами, то, кам
Ленин развивал самую ее идею, то, как
он воспроизводия даже ее сюжет, — все
это не в меньшей мере характеризует от“
ношение Ленина к творчеству Горькото,
чем его прямые оценки.
	В начале 1907 г. Ленин издал русский
перевод писем К. Маркса к Л. Кугельма­ну, снабдив сборник своим предисловием
{Соч., т. Х, стр. 861—867). Предисловие это
имело остро актуальную направленность,
Ленин сопоставлял отношение Плеханова
к декабрьскому восстанию 1905 г. с отно­шением Маркса к Парижской коммуне,
Произнося свою известную фразу: «Не
надо было браться за оружие», Плеханов
сравнивал себя с Марксом, который тоже,
мол, предупреждал французских рабочих в
1870 тоду не браться за, оружие. Это срав­нение и вызвало гневную ленинскую от­поведь. Ленин решительно отрицал какое­либо сходство между позициями Плехано­ва в 1905 г. и Маркса в 1870—1871 гг:
если Плеханов действительно пытался
«тормозить» революцию, не понимая ее
истинного значения, то Маркс, называв­ший в сентябре 1870 г. возможное вос­стание во Франции «безумием», отнесся в
этому восстанию C величайшим внима­нием, когда оно началось в Париже. Маркс
оценил его как шаг вперед во всемирно­историческом революционном движении, и
стал помогать коммунарам практическими
советами и указаниями,
	Ленин писал: ‹..как участник массовой
борьбы, которую он переживал co всем

свойственным ему пылом и страстью, си­дя в изтнании в Лондоне, Марке прини­мается критиковать непосредственные ша­ги «безумно-храбрых» парижан, «готовых
штурмовать небо».
	0, как насмехались бы тогда над Марк­еом наши нынешние «реальные» мудрецы
из марксистов, разносящие в России
1906—1907 тг. революционную романтику!
Как издевались бы люди над материалис­том, экономистом, врагом утопий, который
преклоняется перед «попыткой»  штурмо­вать небо! Сколько бы слез, снисходитель­ного смеха или сострадания пролили всяз
кие человеки в футляре по поводу бун­тарских тенденций, утопизма и проч. и
проч. по поводу этой оценки к небу
рвущеюся движения!» (Соч., т. Х, стр.
365).
	Если слова о парижанах, «готовых штур­мовать небо», Ленин брал из писем Марк­са к Л. Кутельману, а именно из письма
от 12 апреля 1871 г. (К. Марке и Ф. Эн­тельб, Соч., т. ХХУТ, стр. 106), то, назы­вая коммунаров «безумно-храбрыми», Ленин
пользовался выражением Горького. Вспом­нить «Песню о соколе» Ленина могли за­ставить и слова Маркса о штурме «неба»,
и вся логика ленинского противопостав­ления революционных романтиков мещан­ским «реалистам», «человекам в футляре»,
«премудрым пескарям», либеральным и
радикальным «свиньям», и цитированные
Лениным слова из немецкой газеты 0
мирных, «идиллических» и ‘«безотрадно­болотных» временах, и, наконец, утверж­дение (Лениным  всемирно-исторического
значения даже «безнадежной» сегодня, но
необходимой для завтрашней победы, ре­волюционной борьбы.
	образ возникает перед нами из
ясных и точных слов ленинского предис­ловия:

«Марке умел  ощенить и то, что
бывают моменты в истории, когда 0т­чаянная борьба масс game за безнадеж­ное дело необходима во имя дальнейшего
воспитания этих масс и подготовки их’ к
следующей борьбе.
	Нашим Нынешним  квази-марксистам,
любящим цитировать Маркса всуе, чтобы
брать только оценку прошлого у него, а
не уменье творить будущее, — совсем
непонятна, даже чужда в принципе такая
постановка вопроса. Плеханов и’не поду*
мал © ней, когда приступал после декаб­ря 1905 г. к задаче «тормозить».»» (Соч.,
	т. Х, стр. 367).
	МОЛОДЫЕ ГОДЫ
	жизнь. Театр должен быть учителем жиз­ни, помогать в ее изменении.
	Таким театром, осуществляющим высо­кие, благородные цели искусства, етоя­щим на страже «лучших театральных тра­диций» и являющимся продолжателем

«великого дела создания национального
драматического искусства», Алексей Мак­симович считал Московский Малый театр.
За Малым театром, — писал он, — «дав­ным-давно прочно установилась слава пер­воклассной сцены, высоко держащей ена­мя истинного драматического искусства и
обратившей 9 театр в истинную ›кафедру

для проповеди высоких художественных
идеалов...» .
	Своими выступлениями в театральной
прессё Алексей Максимович стремился по­мочь идейному и творческому оздоровле:
нию тогдашнего театра.

В мае 1896 тода Горький переехал из
Самары в Нижний, Мне посчастливилось
узнать его лично. Я как сейчас вижу пе­ред собой высокую худощавую фигуру
молодого человека в длинном, узком чер­ном пальто и в черной широкополой шля­пе. Удивительны были его лучистые се­рые глаза. Они согревали вас теплом и
приветом. Поле первых же фраз, произ­несенных Горьким, чувствовалось, что это
человек большого ума и светлой души.
	С мая до половины ‘октября 1896 г.
мне не раз’ приходилось беседовать ©
Алексеем Максимовичем. Чрезвычайно за­нятый литературной работой, Горький го­ворил миё, что не может посвятить свои
силы театру, хотя и очень любит ero.
	— Л, внаете, очень люблю театр, куль­турное значение его огромно. Но прихо­дится чертовски много работать — пишу
для двух газет.

В то время Алексей Максимович сотруд­ничал, помимо «Нижегородокого листка»,
еще н в «Одесских новостях». Своими
статьями и фельетонами, равно как и рас­сказами, молодой писатель быстро приоб­рел популярность в кругах передовой ин­теллигенции, Но особенной любовью Горь­кий пользовался ‘у сормовских рабочих,
которые считали Алексея Максимовича
своим пролетарским художником, родным
и близким человеком, Его имя они произ­носили с глубоким уважением и большой
теплотой. Мне часто приходилось слышать
от рабочих Сормова слова Восхищения. и
восторга по поводу «Песни 0 соколе»,
появившейся в тому времени в «Самар­ской газете». «Безумству храбрых поем
мы песню» — эти слова воспринимались
	ет в произведениях Алексея Максимовича
призыв к борьбе за лучшую жизнь и 0т­кликается на них горячо н восторженно.
Я знал общественную деятельность Горь­кого и понимал, что у этого молодого пи­сателя—великое будущее, что это—выра­зитель всего лучшего, что было в народе.

Волга, залитая ослепительными лучами
солнца, ‘медленно и плавно несла на себе
буксиры, баржи, плоты. Быетро бегали
«финляндчики», скользили лодки рыбаков,
важно плыли «беляны». К нам доноси­лись длительные гудки пароходов, шум
колес, отдаленные человеческие ‘ голоса,
напевавшие «Дубинушку». Захваченный
всем этим, я невольно с увлечением про­чел ‘отрывок пьесы Шпажинского «Чаро­дейка»,
	`Со светлой улыбкой Горький прослушал
стихи, отметил недостатки пьесы в целом,
но одобрил прочитанный отрывок.
	— А почему вы, Алексей Максимович,
не напишете ничего для театра?

— Ну, какой я драматург!

Такова была скромность этого великого
человека. {

Позднее я много работал над постанов­кой пьес Горького, инсценировал его от­дельные беллетристические произведения,
в частности. «Мальву» и «На плотах», иг­рал в инсценировках «Фомы Гордеева» и
«Трое». Помню огромный успех саратов­ской постановки «Мещан». Мы играли
эту пьесу тотчас же после того, как она
была написана, одновременно с Москов­ским „Художественным театром. По пово­ду этой постановки мы вели’ подробную
переписку с Алексеем Максимовичем. Я
исполнял роль Бессеменова, М. Н. Crpon­телев — Тетерева и Е. П. Шебуева —
Елены. Революционное значение этой пье­сы ‘было огромно. Настроение зрителей на
спектакле в Саратове было подобно опи­санному Вл. И. Немировичем-Данченко в
его книге «Из прошлого».
	Тысячи актеров нашей родины мо­гут сказать о том, какое огромное значе­ние в их творческой жизни получили ро­ли в пьесах Горького, На пьесах велико­го человека и великого писателя воспиты­вается и молодое актерское поколение.
	„Горький учит нас. любить жизнь, лю­бить наш замечательный народ, учит 6бо­роться ий побеждать во имя. нашей роди­ны — колыбели нового мира, во имя ве­ликих идей коммунизма.
	Н. СОБОЛЬЩИКОВ-САМАРИН,
народный артист РСФСР
	Горьковскую песню, воспевавшую ‹0ез­умство храбрых», Ленин всиоминал, дока»
вывая всемирно-историческое значение пер­вой русской революции, которая, даже по­терпев поражение, сделала свое дело —
приблизила пролетариат к победе, Замеча­тельно, что в такой же связи, — правда,
не по поводу всей революции 1905 г. &
по поводу одного из ев эпизодов, — 06-
ралщался к. «Песне о соколё» и товарищ
Сталин. В 1904—1905 тт. руководимая
товарищем Сталиным Чиатурская уездная
большевистская организация проводила —
в целях идейного воспитания — спектак­ли, концерты, лекции, приглашая в Чиа­туры лучших артистов из Тифлиса и Ку­таиса. Один из таких концертов был
устроен 24 июня 1905 г. вскоре после то­го, как провокация меньшевистских бан­QUTOB — «хунхузов» привела к убийству
передовых рабочих царскими казаками.
Истинные виновники этого убийства, мень­шевики, начали клеветать на организато­ров концерта, говоря, что они смеются в
дни народного траура. Товарищ Сталин
ответил им 25 июня прокламацией «Мы
и слезы? №
	 
	лауреат Сталинской премии, Н
родный артист Армянской ССР