СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО
	Друг.
художников
	Мастера изобразительных искусств (Ча­и обращались к Горькому ва помощью
голом и всегда пользовались его ра­ушным гостеприимством. Если художник
зльдся Горькому даровитым, он, с обыч.
юй слей мяткой Мастойчивостью, окру:
вл его знаками внимания: отбирал в
ний библиотеке и дарил ценные худб­винные издания, посылал. раки,

их, Наборы пастели, оказывал множе.
ию больших и маленьких услуг.
	Даижущейя снлой этой торьковской ape
	искусство должно найти новые формы во­площения этого’ человека и им созилае­АРА «
	На выставке 1896 года Горький получил
боевое крещение как художественный кри­тик и публицист: его статья «М, Врубель
и «Принцесса Грёза» Ростана» вызвала
оживленную газетную полемику,
	Ес. к

В корреспонденции». с выставки для

«Одесских новостей» ‘Горький протестовал

против. произвола академического жюри,

снявшего с экспозиции два панно Вру­ВА ОЕ ти
		Большое счастье встречатьея с велики:
ми людьми; учиться на-примере их жиз­ни, пользоваться их советами, И моя

встреча с’ Горьким, a Bate и дальней:
шее тесное,

были для меня
С величайшим наслаждением
все — и написанное им и написан
ное о нем. Его детство, ето юность,
его поразительная популярность — все
это еще задолго до революции окру­громадной радостью.

читал я

каждодневное с ним общение  

разбирается
щему.
’Волнение мешало мие товорить. Он об

нял меня за, плечи и, как бы ‘чувствуя и

понимая мое состояние, MHOTO говорил
сам,

— В Италии были? — спросил он. —
Вам, батенька, непременно туда поехать

надобно, поработать, поучиться,  погля­деть.

тонко, умно, по-настоя­У меня, как говорится, дух занялся.
	— Вотоя через месяц еду -— поедемте­ка со мной.
	С ‘этого дня я стал частым гостем в
	гостеприимном доме на Малой Никитской
	и в Горках.  .
	жало имя Горького необычайным ореолом,
и его романтическая, легендарная  лич­ность давно сделалась для меня об’ек­том жадного любопытства. Началась Вели­кая Октябрьская революция. Имя Горь­кого, как одного из ближайших друзей
Ленина и Сталина, приобрело еще’ боль­ше яркости и обаяния. :
	В записках Надежды Константиновны
Крупской я прочел, что «у Ильича scer­да светлело лицо и мягчели глаза, ког­да он товорил о Горьком»,
	Никогда ‘не видав живого Горького, a
взволнованно и нежно любил его. И. вот,
в один прекрасный день. мне сообщают,
что Алексей Максимович выразил жела­ние приехать на мою. выставку, которая
тогда была организована в Музее изящ­ных искусств. Понятно то волнение и ра­дость, которые при этой вести овладели
мной. Я насилу дождался желанного ча­са. Встречал. я Алексея Максимовича у
железной решетки музейного, садика. День
был погожий, Тепло грело  апрельское
солнышко, С Волхонки подошла черная
	«Лавчиа»..
	ee ee АВ Два TaHHO Bpy­ты 0 людях искусства были уважение к   беля

— «Принцесса «Грбза» и «Микула
орческому труду, бескорыстнов; искрен­Селянинович». Позже, когда эти /паннз
“ восхищение его’ произведениями =~ ofl о а
	у ие Ах, мет ем и. “И
ка живая признательность к челове­ухзнлателю, в какой Фы области. искус­ив, пауки, общественной или трудовой
pimsabHOCTR OK ceOA ни проявил. Bupo­ув 060бом пристрастии Горького к жи­ушен был также «своёкорысфный» vee
ви, Великий мастер  художестванното
(и, товоривигий, что книга — «менее
rub, 9ем все друтие вещи, созданные и
CHAMEMBI® человеком», не MOP не це­нь самое вещное; ‘предметное из всех
пхуств — изобразительное — и всегда
пимллоя использовать его завоевания в
mie пксательском деле, .
	‚ Китика Горького ‘ие мирится в пред­шалонием о неподвижных, разобщенних
т микнутых в своей сфере искусствах
№ они об’единены чувством и сознанием
уществеиного. человека, все они служат
(идствамя деятельного познания мира,
лирждения его реальности. и земной кра­ТЫ.
	прькнй охотно в своих  литературно­цуитических статьях прибегал к слоьам и
Шротам, заимствованным из лексикона
ожника: «Одно ‘дело — «окрашивчть»
ими людей и вещи, другое — нвобра­Hit) HX ТаК  «пластично», живо, что  изо­(иженное хочется тронуть рукой», — пи­wi on. В статьях Горького можно встре­пъ целый ряд сопоставлений литерагур­по творчества с творчеством изобрази­мъиым. Книги Бальзака, на ваглял писа­и, написаны «масляными красками» A
лывают в памяти картины Рубенса; ро­win Tourypos — «сухие, четкие, как ри­узи пером»; Золя пишет «угрюмыми,
ихными красками».
	1 сам Горький, создавая свои’ произве­ук, как живописец любовался ъили­ya красотой мира, как скульптор осязал
сичеснию форму. -— «ваял» словами.

 
	В этом отношении он не был похож на
IHX наших литераторов, актеров и ре­исеров, которые не проявляют особого
итереса к изобразительному искусству,
„ пучают его памятников, ето истории,
п следят за бовременным его развитием.
  сказывается ли в таком безразаичьи
‚судьбам родственного искусства профес­поальная ограниченность, отсутствив лю­‘тельности, — недостаточно сильчая
KIA красоты»?
	А ведь «жажда красоты», о которой
№: часто говорил Горький — не. мелкое
\умтво сибарита. Это извечная, осмыс­ия и глубокая потребность человека,
уждавшая народ творить легенды и
цыхи, создавать произведения эпоса, ук­итать своими руками все предметы оби­01. Такая жажда красоты, по мнению
рыкого,—«уклон» вдоровый, в ее основе
шожено биологическое стремление к с0-
ишенству форм,
	№ вымысел вымыслу розивБ, Есть вы­мы, облагораживающие человека; впла­ивющие людей для общего дела. Их
от основана на правде жизни  Дру­1, каоборот, ваставляют людей мибиться
‚ рботвом и нищетой, лишают их 6бод­itty M веры в свои силы, Когда Горький
пикивался с Такой лживой или юред­‘пующей красотой, он неизменно высту­м1 ев обличителем и врагом. В этом
мучае от его уважения к мастеру, умело
инизывающему слова или талантливо На­мдывающему краски на холст, ие оста­№15 и следа.
	Народ и художник. Их отношения, всег­и волновали Горького. Он высоко цёнил
злзописцев, которые воспитывали в, людях
ибовь к родине, ее истории, ее природе,
- Сурикова, Репина, Серова,
	Сананием глубокой ответственности ху­ужника перед народом проникнуты уже
ирзые критические выступления Алек­и Макеимовича и этим же об’ясияется
ц крайняя полемическая заостренность.
	Апрель 1896 года. «Самарский листок».
axe в первой своей большой статье—
ль Верлен и декаденты» — выступает
Млачителем «извращенной литературной
ним» и раз’ясняет причины возрожде­мя в больном буржуазном обществе
Чульть неясного, туманного, зловещего».
	Велоре ему представляется случай раз­ить свои мысли на материале соврёмен­10% русского изобразительного искусства:
hte Toto Me года появляются его «Бег­Н heron
5 заметки» и очерки «С Всеросси
Выставки»,
	Сколько верных замечаний и ` метких
иблюдений в этих маленьких фельето­ut! Давая мастерское описание искус­1M народной сказительницы — «вэоплен­ny» Арины Федосовой, Горький обра­Щит внимание на процесс вытеснения из
Мрдной жизни старого русского орна­Wits, сравнивает литографские работы
мана и одиотонные, темные картины
редника», об’ясняя успех первых тем,
 о они в какой-то мере отвечают любви
уокого крестьянина к ярким, жизнера­Юным краскам и отчасти «сообразуют­Ч с истинным вкусом народа, воспитан­НМ в нем веками».
	Уногие из мыслей 06 изобразительном
КЗусотве, которые Горький звпослодствчи
№ мз повторяет, придавая им все боль­УЮ ясность, отчетливость и полноту, бы­и мервые высказаны в маленьких фель­ох «Нижегородского листка». Горький
Илия вопросом, почему пейзажи Fa
3 авке 1596 года совершенно подавляют
Заир, почему последний не pen? On
Фрицает картины, «рисующие смерть, 60-
“21, немощи и разные виды несчастий,
	о состевлены для обозрения в особы
павильоне, MOAONOR пигятеле ^ воре aan
	оон, Молодой писатель с.такой же
резкостью обрушился на самого художни­ка. Картины ему не понравились. Горь­кий возражал против «ломанных линий»
И «капризных масок». -
	«Искусство должно быть ‚понятно, To­узительно, служить жизни» — заявил
он. Развивая это свое’ основное положе­ние, молодой Горький высказывал очень
любопытные, не потерявшие и сейчас свое­го значения мысли о символах и аллего­риях в живописи, об изображении этьле­ченных идей в красках. «Искусство нуж­но публике, а не художникам, и вужно
давать такие картины, которые ‘она пови­em em
	EE SIE EEE NEE EN

мала бы», — так заключил писатель эту
первую свою дискуссию,
	Мы узнаем в раннем критическом вы­ступлении Горького его боевую, неприми­римую натуру. С годами Горький стал
тонким ценителем живопиби, превратился
в великого мастера культуры, но o­прежнему с юношеской непримиримость ю
восставал против всех попыток художни­ков свернуть с пути реализма, В знаме­нитой статье «О карамазовщине» он. не­взирая на дружбу с деятелями Художе:
ственного театра, резко высказывался про­тив ивсценировки «Бесов». Еще позже,
в. 1933 году, он вновь возвращаетсн. к
старому спору о модернизме, задачах ис­кусства, мастерстве и художественном
языке. Теперь, наряду с другими каига­ми, мишенью его критики становятся вос­поминания художника К. С. Петрова-Вод­кина — «Пространство Эвклила».
	Горький обвиняет художника в сэчиче­нии вымыслов, не подтверждаемых жиз­НЬЮ, в писательском «нарциссизме», сло­весных вывертах и зауми,
	Толстой советовал Горькому: «Ничего не
бойтесь, говорите всегда так, как чув­ствуете, выйдет грубо — ничето! Умные
люди поймут». Думается, что кагда про­шла первая обида, К. С. Петров-Зэдкин
понял Горького и еще раз проверил не
только свои писания, HO и весь свой ху­дожественный путь.
	«Вот все вижу Горького BO, tne, —
рассказывал он`в последние ‘годы жиз­ни, — стоит, знаете, передо мной, в тла­зах слезы. Для детей -— говорит — книж­ку, Козьма Сергеевич, нарисуйте. О детях
думать надо». ..К, С. Петров-Водкин умер,
не закончив последней своей картины,
«Горьковской» по замыслу.
	Великая сила слова Горького пе раз па­правляла художников на верный путь,
Его непримиримость и страстность в кри­тике подсказывались любовью к людям
искусства, сознанием важного значения

искусства в жизни народа, высоким пред­ставлением о задачах художественного
творчества.  
	Критическое наследие писателя  бодер­жит. много замечательных мыслей © жи­вописи, скульптуре и архитектуре, Они
обогащают марксистско-ленинскую эетети­ку и уже сейчас подтверждаются развили:
ем нашого искусства.
	Здесь нет возможности хотя бы вскользь
упомянуть о воем этом теоретическом 6о­гатстве, О самом важном, однако, могут
дать представление и те редкие образцы
горьковской критики, которые приведены,
Это — воспитывавшееся Горьким на протя­жении всей его жизни в художниках чув­ство ответственности перед своей страной,
перед своим народом, перед человечеством.
Это — то чувство революционного патрио­тизма, которым были проникнуты крити­ческие выступления писателя, его статьи,
его художественные произведения. До
последних дней своей жизни Горький от­давал свой талант, свое мастерство вели­кому делу Леннна — Сталина. Он воспи­тывал в советских писателях, художниках
чувство высокого революционного долга
перед своей социалистической родиной.
		Перед от’ездом в Италию Горький ` пред­ложил мне написать его портрет. С ог­ромным волнением и радоётью принялся
Я за эту работу. Позировал Алексей Мак­симович в своем кабинете. Что’ это. были
за ‘незабвенные часы! (С какой трогатель­ной заботливостью, которая прямо сму­Mata меня, относился он к делу! Kar
понимал он то напряженное состояние,
которое владеет хуложником в такие ми­нуты! От волнения работа шла. у меня то
в гору, то под гору. И Алексей Макси­мович видел это, чутко, вместе. со мною
переживая под’емы и неудачи. В мину­ты отдыха речь шла о людях нашей стра­ны, о начавшемся тогда стахановском
движении, и сколько любви к человеку
вкладывал Горький в эти беседы! Сколь­KO любви к своей великой родине! В нем
билось горячее сердце патриота, и слова
его об ОССР, об отечестве трудящихся зву­чали как призыв любить свою родину,
защищать ее священные рубежи...
	Говорили мы с ним много и о худож­никах, 0б искусстве, растущем. у. нас.
Горький умел \ отделить настоящее от
фальшивого, вечное от временного, мод­ного, и потому-то он глубоко чуждался и
попросту презирал всякие формалистиче­ские трюки и нежно любил подлинно pea­лнстическое начало во всех видах ис­кусств. Великий художник, он понимал и
ценил мастерство, ‘острую  наблюдатель­ность, уменье по-своему, но правдиво, ре­ально воспринимать окружающее, и вме­сте с тем он был ярым поборником осво­ения культурного наследия. Его беседы о
мастерах нашей эпохи неожиданно пере­ходили на мастеров. Ренессанса, и с под­линным энтузиазмом знатока рисовал он
перед слушателем великие образы масте­ров прошлого. Как много помог мне Алек­сей Максимович в делё понимания ис­Вусства Италии! Да и ne мне олномо
	А. М. Горький на балконе
	своей дачи в Горках. 1934 г.
Фото М. Ошуркова. Публикуется впервые
	о
	СПЕКТАКЛЬ 0 ЛЕТСТВЕ ГОРЬКОГО
	высокая гордость человека, сознание сво­его человеческого достоинства и силы.

Запоминается и небольшая эпизодиче­ская роль мальчика Вяхиря, в котором,
как и в Алеше, живет огромная жажда
знаний, Он, как и ‘Алеша, любит свою
мать, и какая суровая грусть звучит в
конце его веселого рассказа о «мордовке»
(так Вяхирь называл свою мать).

— Вчерась моя мордовка опять привали­лась. домой пьянехонькая! Расхлебяняла
	яверь, села на пороге и поет, и поет, ку­рица!.. Она скоро помрет, набухла уж
вся.

— Жалко тебе будет? — спрашивает
Алеша.

— А как же? — удивляется Вяхирь, —
она ведь у меня хорошая.

В этом эпизоде артистка А. Кудрявцева
успешно справилась © труднейшей зада­чей придать сцене, полной народного
‘юмора, и глубоко драматическое звучание.

В ряду верно почувствованных театром
торьковских образов находится и бабушка
Акулина Ивановна в исполнении А. Со­болевой. В этом образе сплелись воедино
и настоящая веселость, и большая народ­ная мудрость, рождающая внутренний по­кой человека, и уменье всему в жизни
дать правильную оценку, видеть жизнь
«насквозь».

И в 10 же время в этом тихом и муд­ром человеке, товорящем языком сказок,
пословиц и прибауток, живет сила, спо­собная на самые решительные действия.
Все это артистка передает тактично и убе­дительно. Ей надо лишь еще поработать
над гримом, так как внешне она слиш­ком молода для Акулины Ивановны.

В чем же театр; как нам кажется, от­ступил от реалистического письма Горь­кого и тем самым обеднил свой спек­такль? Прежде всего в том, что в сценах
конфликта в семье Кашириных режиссу­ра увлеклась натуралистическим изобра­жением каширянского быта. Драки, ис­тошные крики в сцене сватовства, показ,
во всех деталях, как взваливают много­пудовый крест на спину Цыганка, кон»
вульсивно искризленные лица — все это
лишает спектакль известной доли зритель­око доверия, и глубокая правда страш­ного каширинского быта подменяется нё­киим экспрессионистическим «правдоподо­бием», которое «путает», но слабо убеж­дает. Это не относится к талантливому
исполнению артистом И. Стрепихеевым
роли ‘старика Каширина — едва ли не
самой яркой фигуры спектакля.

Громоздким, загруженным множеством
ненужных вещей нам представляется
оформление (худ. Н. Прусаков): ведь тес­нота каширинского быта не от обилия
вещей. Перестановка же декораций в мно­тоэпизодной пьесе занимает столько вре­мени, что мешает цельности восприятия
спектакля.

Московский театр’ для детей показал
свой новый спектакль в те дни, котда
вся наша страна чтит память Горького,
великого художника и патриота,
	С горящими глазами, с огромным вол­нением следят маленькие зрители за каж­дым шагом Алеши Пешкова, прислушива­ются к чудодейственному слову Горького,
который все время напоминает человеку:
«Как высоко Твое призвание».
	В. ТИМОШИН
	Образ Горького бессмертен для всего
трудящегося человечества. Жизнь. Горько­го — пример мужества и самоотвержен­ности, подлинной гуманности, и его «уни­верситеты» являются для нашего юноше­ства источником знаний о далеких и тя­желых днях русского народа и о чело.
веке, который во мраке и страданиях не
утерял вкуса к жизни, сумел провидеть
лучшие AHH BH страстно боролся за
светлое будущее народа.

Наше юношество пытливо вчитывается
в строки. замечательной книги Горького о
его детстве и с неменышим волнением и

радостью встречает попытки воплотить
образ юного Горького на экране и на сце­не, Благородная задача такого воплоще­ния исключительно трудна. Авторы долж­ны He только тлубоко понять существо
тгорьковского стиля, но H раскрыть внут­ренние человеческие качества Горького.
Суровый: и мудрый взгляд на жизнь дик­товал этому великому художнику просто­ту ее изображения, подлинный реализм,
& всеоб’емлющая любовь к человеку ни­когда не выражалась в оплакивании его

страданий и мук, в сентиментальности,
всегда связанной © пассивным отношени­ем к жизни,

С глубоким знанием Горького’ написал
по его рассказам книгу о детстве и юно­шестве писателя Илья Груздев. С таким
же знанием создана И. Груздевым сов­местно с Ольгой Форш и пьеса «Алеша
	Пешков», поставленная Московским теат­ром для детей,

Основные качества. пьесы — захватыва­ющие своей жизненной правдивостью ха­рактеры персонажей и великолепный диа­лог. Хотя горьковский текст и характеры
горьковских героев послужили лишь мате­риалом для пьесы, именно они позволяют
ей отвечать тем требованиям, которые сам
Горький пред’являл к драматургии.

ля сцен Алеши, бабушки Акулины
Ивановны, Цыганка и Григория театр на­шел мужественную лирику, чудесные от­тенки народного говора, прозрачную чи­стоту актерских интонаций, простые, убе­дительные — мизансцены (постановщик
А. Лобанов),

Артистка* Т. Булкина, играющая Але­шу, сообщила этому’ образу ту детскую
озаренность, которая позволяет Алеше с
пытливостью, с жадностью к жизни, кзна­ниям ‘бесстрашгио проходить сквозь строй
ужасов каширинского дома. Алёша в пье­ce больше слушает, чем говорит, но ар­тистка. сумела показать многообразие едва
‘уловимого и в то же время впечатляю­mero действия, вскрывающею существо
маленького героя, его мыслительный про­цесс, его взволнованность происходящим.
Эта взволнованность и постоянно, упорно

работающая мысль паходят свое выраже­ние и в речевой манере, всегда резкой и
стремительной. Такому мальчику можно
поверить, когда он говорит матери (в сце­не после сватовства): «Мама, не уезжай.
Я сам,буду кормить тебя».

«Строитив очень, поперек слова но­ровишь сказать...» говорит о нем Цыганок
и тут же дает ему добрый совет: ‹..Лю­дей не бойся! Гля всем. прямо в Глаза».

Именно ‘таким Алеша и проходит по
всей пьесе, и потому так любит его мо­лодой зритель и, затаив дыхание, следит
за каждым его словом и движением. В
	JRO проявляется 1
	‚этом маленьком существе
	Сутулясь, опираясь на трость, вышел
из машины Горький.
	— Вот вы какой, — сказал он мне,

протягивая руку и обдавая сияющим
теплом своей такой трогательной и незв­бываемой улыбки,
	И с этого момента он целиком забрал
мою душу. С этого момента я уже любил
его другою, нежнейщею человеческой лю­бовью. Передо мной. стоял. не только те­ниальный писатель, имя’ которого чтит
весь мир, — я видел в нем человека с
прекрасной душой, человека такого ду­шевного сияния и теплоты, что с ним
сразу. делалось легко, тепло и радостно.
	— Ну, пойдемте, показывайте, — окая,
заговорил он. Долго бродил он по вы­ставке. Подробно и как-то по-горьковски
умело и внимательно говорил со мной о
живописи, поражая тем, что в этой слов­но’ бы и посторонней AAA Hero сфере он
	= И Ру с 9 ЧАТ OLEATE „ФЗ FF HS MHD одному.
у anes HOM BTO художников

  . помнят rocTenpHHMAYD
: «Villa il Sorritos, бе­ленький горьковский  до­мик над лазурными вол­нами древнего Тиррен­ского моря.

Горький никогда не
замыкался в узкие рам­ки своего писательского
ремесла. Подобно mac­терам Возрождения, он
жил полною грудью,
вдыхая‘ воздух искусст­ва. Его рассказы о Гре­ции, его любовь к ан­тичности особенно пора­жали именно этой  ве­ликой человечностью.
Он не подходил к па
иятникам старины © ка­зенным критерием. Не­забываемые часы прово­дил я с ним в собрании
Фарнезе в Неаполе, / на
развалинах Геркуланума
и Помпеи. Истинное на­слаждение было слу­шать его в эти минуты.
	и в этой обстановке, И
глядя на него, рядом oO
этими ушедшими в да­лекое прошлое образами
греческих философов, я
невольно думал: «Наста­нет время, когда все че»
ловечество © любовью и
восхищением будет взи­рать. на статую Горь­кого, как вот я сейчас
вместе с ним тляжу на
статуи Эвринида, Сокра­та, Софокла»,
	В. ЯКОВЛЕВ
	 

IL. Д. Корин. «Портрег А. М. Горького». Рисунок карандапюм.
	1334 г.

Фото 10, Говорова
	А. М. Горький и музыка
	тель пения, неоднократно пел для Горь­кого. «Петь для него, —вспоминяет В. Сва­рог, —было ‘истинным наслаждением».
«Алексей Максимович охотно слушал в
моем исполнении свои любимые песни, Как
умел он слушать, как чувствовал он Фе­ниальную простоту и прелесть народного
творчества!
	Нередко и, особенно, в ранний период
творчества, когда создавались такие ше­девры, как «Макар Чудра», «Старуха
Изергиль», «Хан и его сын», творческий
процесс шел у Горького от песни к худо­жественной прозе, и именно словесно-му­зыкальный материал песни определял .те­му и сюжет произведения. Скиталец вепо­минает о следующем характерном случае:
«..иНогда (Горький. — Е. Л.) пел нам ин­тересные бытовые песни разных народно­стей, по всей вероятности действительно
слышанные им во время скитаний, по
Кавказу, Крыму и прикаспийскому краю.
Так, например, он признался, что извест­ный его фантастический  рассказ-поэма
«Хан и его сын» сделан им из песни, ко­торую он слышал на Кавказе от бродячих
базарных певцов».
	Горький входил в литературу с темой
й образами романтико-героического. эпоза.
Он явился в искусстве глашатаем герои­ческой темы, героического образа. Он смё­ло внедрял ‘романтизм в ‘реалистическое
искусство. Это был революционный po­MONTHSM, романтизм действенный, роман­тизм революционера, стоящем на реаль­ной основе и требующего немедленного соу
циальном переустройства, Искусство—ли­тература, театр, живопись и музыка —
при таких устремлениях человеческого ду­ха должно было играть особенно важную
роль возбудителя и эмоционального кондзн­сатора жизненной воли,  разрушающей
старый и созидающей новый мир. И му­зыка действительно отразилась на очень
многих страницах произведений Горького.
	Горький жадно, с восторгом неофита ос­ваивал классическое музыкальное искус­ство; с другой стороны, огромное критиче­ское чутье помогало ему изгонять из сво­его сознания все вульгарное и преходя­щее, Еще в 1896 году, в период нзуче­ния русского искусства, демонстрировав­шегося на Всероссийской промышленной
й художественной выставке, он проявил
	себя убежденным, непримиримых крити­ком декадентства и уже тогла боролся пе­Легко заметить. родотвенность этих двух
	ра, Та ВСТО И EEE AE NEE AP NP RPA FRAY

‘эпизодов в биографии Горьком. И в том
	и в другом случае Горький  руковод­ствуется личным музыкальным опытом:
	при создании своей пьесы в стихах «‹Чело­век» он исходил от потребности лично пере­жить опыт исполнительства и оплодотво­рить им свое творчество или органически
сблизить в одном лице работу писателя
с переживаниями музыканта. Во втором
случае, с композитором Шапорнным, Горь­кий сам выступает как исполнитель и на
демонстрации музыкального материала
(«он пел около двух часов») строит план
и содержание «оимфонии труда».
	„Мы еще не внаем всех фактов и всех
данных, характеризующих музыкальную
одаренность Горького, — они только теперь
собираются и подвергаются обселелованию.
	  Но вот еще исключительно ‘интересный
	случай того же порядка: «Однажды, —
вспоминает Скиталец, — он даже пропел
перед нами шуточную опереётку неизвест­ного автора в одном действии, будто ‘бы
где-то напечатанную и поставленную в
каком-то театре, до такой степепи забав­ную, что все мы хохотали до слез. Впос­ледствин я убедился, что такой оперэтки
никто никогда не писал и даже сам рас­сказчик не мог вспомнить её содержания,
созданного, повидимому, экспромтом».
	Чрезвычайно ценные воспоминания 0
Горьком его спутника по поездке в Аме­рику и его друга революционера-подполь­щика Н. Е. Вуренина позволяют судить
0 музыкальных вкусах Горького к cepe
Anne 1906 года. Любимым его композито­ром в тот период был Григ. Музыкальные
вкусы Горьком были устойчивы, ибо, как
свидетельствует” Шапорин, вспоминая 0.
встрече с Горьким в 193% году, т. в 26
лет спустя, он «очень любил Грига и
часто просил, чтобы ето исполняли».
«Мне кажется, — полагает Шапорин, — что
он любил Грига за народность, за живо­цисность, за своеобразие его музыки».
Это, надо полагать, верно и точно. И
вместе с тем диапазон музыкальных сим­патий Горького был весьма широк.
	Шапорин вспоминает необыкновённый
под’ем, пережитый Горьким при испол­нении пианисткой М. В. Юдиной произве­дений Ваха. Мы знаем и о преклонении
Горького перед Бетховеном. Квартет Вет
ховена, посвященный Разумовскому, он
особенно любил.
	Горький был особенно чуток к русской
классической музыке, к ее народным ис:
	токам. В своем неудержимом стремлении
к будущему Горький“с великой гордостью
подчеркивал почетное место. которое ва­няла в мировом искусстве русская музы­ка. Еще в 1917 году он говорил? «..в об­ласти искусства, в творчестве сердца рус­ский народ обнаружил изумительную силу!
создав при наличии ужаснейших условий...
оригинальную музыку, которой восхищает­ся весь мир».
	Идеи социалистического реализма плс­JOTBOPHO и неоднократно развивались
Горьким в его статьях, беседах, письмах,
обращениях. И музыкальный мир СССР
He был, конечно, далеким для Горького
миром специалистов. В лаконическом, как
	прокламация, памфлете «О музыке  тол­стых» . Горький обличает музыкальную
культуру современной буржуазии. И в эти
же годы он настойчиво призывает ‘совет­ских композиторов к созданию советской
«народно-героической оперы на былинном

материале».
	° Интерес Горького к творчеству компо­зитора не ограничивался общими установ­ками. Он как. бы ставил себя на место
композитора в своих высказываниях о за­дачах советской музыки, стремился мак­симально обосновать и защитить творче­ские интересы именно композитора. Горь­кий высказывался за то, чтобы оперные  
либретто писали сами композиторы. Он
полагал, что лучшими творцами сюжетов
для опер могут быть именно композито­ры —— авторы партитур, что композиторы
будут строить либретто, наиболее эквива­лентно отражая общий характер и особен­ности своей музыки. Что жд касается ро­ли профессионального писателя в созда:
нии либретто, то он; по мнению Горького,
может быть только помощником в
выполнении творческого замысла компо­зитора,
	Горький отводил музыке одно из пер­вых Мест в общей борьбе за возрождение
тероического эпоса в нашем искусстве, в
борьбё ва создание героического репертуа­ра. Черпая силы в необ’ятных источние
ках народного творчества, всесторонне ос­ваивая великий опыт классической музы­ки прошлого, советские музыканты, ° по
мысли Горького, призваны создавать про­изведения, отражающие высокие героиче+
ские образы нашей эпохи.
	Эти заветы Горького являются, по су­ществу, целой программой для советского
музыкального творчества. Великий патри­от, пламенный борец за дело коммунизма,
Горький всем своим «творчеством показы­вает, как должно развиваться советское
искусство, осуществляя свою  историче­скую миссию — служения ‘социалистиче­ской родине, укрепления ее мощи. спло­чения многомиллионных масс вокруг идей
большевизма.
	Евг. ЛЕЙТНЕККЕР
	В Горьком, художнике слова, тлубоко
заложено = всетда бодрствующее му­выкальное восприятие жизни. Музыкаль­ное чувствование Горьким явлений жиз­ви заключается не только в особой чут­кости ко всему многообразному мелодич­но-звуковому содержанию природы. Это,
так сказать, врожденный дар Горького.
Он был музыкально талантливым челове­ком, наделенным отличным слухом и ред­чайшей музыкальной памятью. ‘Музыка
занимала большое место в развитии писа­Тельского таланта Горького, его художест­венной индивидуальности. Горький был
особенно чуток к русскому народному. ис­кусству. Оно очень рано покорило его. Это
было еще в период раннего детства Горь­кого и позднее, когда он был уже «в
людях», среди скрывавшихся в толще на­рода стихийных талантов, когда он на­блюдал жизнь народных масс и сам на
себе чувствовал все значение музыки в
духовной жизни человека труда.

Горький был неутомимым собирателем
русской народной песни, талантливым ее
исполнителем. Он хорошо знал ее «ло­кальные границы»; ее «географические
источники», ее исторические и этнографи­ческие корни, ее литературу.
	Г. Шторм пишет, что Горький ‹..акку­ратнейшим образом записывал слышанные
	В 80-х годах, в бытность tro в Каза­ни, Горький начал учиться игре ua
скрипке—из этого ничего не вышло. Жиз­ненная обстановка того периода исключала
всякую возможность систематической пгко­лы в области инструментальной музыки.
Приходилось. попрежнему компенсировать
себя доступным ему мастерством любя­теля-вокалиста.
	И если тогда, в Казани, Горький прак­тически взялся за музыку, толкавмый
какой-то неотвратимой потребностью ду­игевного самоопределения; во что бы то
ни стало, хотя бы при помощи скрипки,
то уже в 1902 году, будучи в ссылке в
Арзамасе, он пробовал учиться играть
на рояле, движимый на этот раз трёбова­ниями творческого порядка, Работая над
олноактной пьесой в стихах «Человек»,
он учился играть на рояле и хотел на­учиться играть на фистармонни. O6 этом
он писал в августе 1902. юда К. П. Пят­ницкому:; «Учусь играть на пианино, да­бы научиться играть на фисгармонии,
уверен, что научусь. Сие необходимо, ибо
я задумал одноактную пьесу «Человэк».
Действующие лица: человек, ‘природ
чорт, ангел. Это требует музыки, ибо дол­myo быть написано стихами»,
	Такой творческий замысел, по собствен­ному признанию Горького. мог быть осу­ществлен только на’ основе личного му­рыкального опыта, на основе личных пере­живаний, доступных лишь музыканту-ис­полнителю. Были, видимо. такие особен­ности в теме, в конструкции, в ритме
этой пьесы, которые заставляли пясателя
	BAATECR ва овладение инструментом. Оя
отказался передоверить эту часть своего
	творческого процесса какому-либо. кон­сультанту-музыканту, какому-либо специа­листу-музыковеду, при содействии кото­рых мог бы осуществить свой замысел;
он избрал труднейшее —- попытался сам
стать музыкантом.
	Этот эпизод не является изолировамным
в биографии Горького. Спустя 80 лет, в
1932 году) уже в CCCP, в беседе с ком­позитором Ю. А. Шапориным, Горький
развивал идею создания «симфонии тру­да». Убеждая Шапорина, что эта симфо­вия должна быть двухчастной, советуя
построить ее на основе волжских песен,
увлекшись рассказом о вамысле предла­гаемой им композиции, он пел около двух
часов, а Шапорин «записывал чудесные
	tp a людей». Он `ваканчивает.
(№3 своих обзоров знаменательными
MONK: «Жизнь вообще, & русская

пав Фа ла а

Wi а В

ратпонаим

wee e—eeooeraeorer

vps 4s aaa fF

им Из уст народа песни и сказки...»
А. Афиногенов 00 слов самого Горьком

сообщает,

что великий писатель собирал
	“Ань в особенности, не богата крапками
`910 так, но она и не до такой степе­№ “ра и бедна, на какую сводит ее на­№ ‘овремениое искусство, в ‘котором так
10 красоты и вдохновения и так много
Читенциозной   грубости, выступающей ‘в
и под старым смелым и благорсдяым
MOM реализма».
	  ео впервые намечается одна Из 00-
wt идей gcretuxa Topprore — 1010
‚ “116 о жизнеутвержлающей силе ревод­г Полного романтизма в искусстве и не­песни — «большую собрал тетрадь, послал
в Акалемию. пропала, Кто-нибудь тяп­в Академию, пропала. вто-нихудь таи­нул!» Н. Калинин рассказывает, что пес­ня в пьесе «На дне» — «Солице всходит
й заходит» — была записана Горьким в
одном из казанских трактиров. Затем,
спустя 156 — 17 лет, она появилась в
	пьесе,
- Проф. Картиковский, современиик Горь­кого по его юности в Нижнем Новгороде,

вспоминает 14-летнего Горького, в 1882 го­ду, в роли организатора и дирижера
	}\’Эмзной его связи с реализмом. ‚  юношеского хора, исполиявшего, очевидно,
р ные пес­у рький был зерен своим  юношеским   преимущественно русские назюодные

<“ у имыми песнями Горького в это
< еждениям, когла вначительно пэзже, ни. Любимы ОЗ wrar ona nara panne
		OE МУР Ты.

№ после победы социалистической pend­“ини, сказал: «Наши художники пе дол­ы бояться некоторой обобщающей идё­зации в искусство советской действи­ности и нового человека; особенно в
Иульлтуре, больше чем в других BAARX
ства, элемент идеализации должен
ить место Ибо в наш век человек де­“А столько прекрасного и чудесного, что
	время были: «На том ли поле серзори­атом» и «Как поехал напг Лександра». Хор
Горького пользовался большим успехом.
А позднее, живя в Казани, он сам посту­пил в театральный ‹ хор и пел в нем не­которое время.

О том, каким страстным слушателем на­родной песни был Горький, сообщает ху­дожник В. Сварот; который, как люби­ром публициста и художника с «музыкой   4Ч4с08, A 1Шапорин «запись
толстых». мелодни, напетые Горьким».