ЧЕТВЕРГ, 2 ОНТЯБРЯ 1941 г., № 39 (773) СОВЕТСКОЕ ИСКУССТВО SN Oe ON НЕ ee ы СРЕ Фото Л Доренского „ПРЕСТУПЛЕНИЕ“ В творчестве антифашистского писателя Адама 1Шаррера темы крестьянской жизни занимают большое и почетное место. Шаррер хорошо знает германскую деревню, думы и тревоги немецкого’ крестьянина, его страдания и горести, стремления и чаяния. С яркой убедительностью описал он в романе «Кроты» жизнь баварской деревни, показав, как под гнетом эксилоатации и произвола усиливалось обнишание крестьянских масс, как все отчетливее расслаивалось крестьянство, как беднейшая часть его стала все мужественнее выступать на борьбу против угнетателей. Уже в этом романе Шаррер отчетливо показал звериное лицо фашистов, пробивших себе путь к власти террором. Пьеса Шаррера «Преступление» является как бы продолжением романа «Кооты». Фашизм уже утвердился на костях и крови своих жертв ‘и безраздельно властвует над жизнью и смертью немепкого крестьянина. Окружной крестьянский «фюрер», барон фон Больят — полновластный хозяин всех деревень в его округе. В одной из деревень, где развертывается действие пьесы, правит местный крестьянский «фюрер» Эрн, подчиненный барону’ и беспрекословно исполняющий все его приказы и прихоти. У барона фон Больята давно было заветное желание присоединить к своим владениям клочок земли в полтора гектара, которым’ владеет крестьянин-бедняк _Пойнер. Эти полтора тектара — все достояние Пойнера, этим клочком земли он только и кормится. Раньше, до прихода к власти фашистов, отобрать У крестьянина землю было бы, пожалуи, мудренее: он мог еще найти управу и на барона. Но теперь фон Больят — на барона. Но теперь фон Больят — полновластный хозяин округа и ему достаточно бросить несколько слов своим подручным, как фашистская машина сразу же приходит в движение. Барон фон Больят всего два раза появляется в пьесе. Но этого достаточно, чтобы читатель и зритель узнали фашистского зверя, не останавливающегося ни ского зверя, не останавливающегося HH перед чем ради мелкой, корыстной цели. Несложен и образ «местного флорера» Эрна. Он отличается лишь тем, что, соэтветственно масштабу предоставленной ему власти, аппетиты его несколько скромнее. Более серьезной художественной задачей для драматурга явился образ «секретаря» Эрна Бирнайса. Бирнайс вынуждает честную девушку, дочь Пойнера, выйти за нею замуж, разыгрывая роль благодетеля ее родителей. Он ловко льстит и своему тестю, когда сему зад? уговорить старика продать клочок земли: за эту сделку фашистский ублюдок рассчитывает получить благодарность барона и тысченки две чистоганом. Нет такой и тысченки две чистоганом. Нет такой гнусности, на которую не был бы способен этот выродок. И в то же время CO всей отчетливостью ощущаешь, что Бирнайс — не исключение, что он — живое олицетворение фашистской системы угнетения и ограбления немецкого крестьянГлубокое знание германской деревни проявил Шаррер и в обрисовке положительных тероев beth. DOC Ae PAUP н его жена предстают живыми людьми, воплощающими в себе лучшие черты крестьянской бедноты — честность и прямоту, твердость и стойкость перед лицом бедствий. Шаррер не характеризует этих людей как решительных борцов против кровавого фаитизма. Старик Пойнер, пожалуй, не выступил бы против своих угнетателей. В своей трудовой жизни он испытал немало горя и, может быть, и дальше безропотно тянул бы свою тяжелую лямку. Жена его тем более примирилась бы с тяжкой долей: она доверчивее своего мужа, она склонна принять за чистую монету лживые речи Бирнайса. Но драматург с большой убедлительностью показал, как сама жизнь указывает каждому честному человеку путь борьбы © фашизмом, Шаррер не говорит нам о том, что конкретно предприMYT эти старики против своих угнетате-. лей, но когда они молчаливо одобряют свою дочь, убившую тирана-мужа, изверга Бирнайса, когда они молчаливо благословляют молодого рабочего Фрица на антифашистскую борьбу, мы знаем, мы чувствуем, что иначе они поступить #68 МОГЛИ, М. ЖИВОВ оса о герсланенога пноназме в ОМА p Америке большим успехом пользуетя виаб пьеса Клэр Бус «Предел ошибyo #8 тему о подрывной работе шв фашизма в США, № содержание этой пъесы. Tepузкий консул Карл Баумэр ведет шпиую подрывную работу, шантажирует цишающихся к нему посетителей, выулязаот у цих деньги и в целях личнок фоащения не останавливается ни пед аким преступлением. Тыов же и «фюрер» американских немyi Хорст, вооружающий на получаеуз из Берлина деньги целую банду гозоворезов. у Консул Баумэр попадает в очень сложя» положение Из денежных средств рнсульства он проиграл на бирже 250 тисяч долларов. Между тем присланный и Германии повый секретарь коисульава, барон Макс, требует от Баумэра отта В израсходованных им суммах. От итаться должен консул и перед америзанским профессором Дженкинсом, у корю он выманил изрядную сумму, сбещав освободить его зятя и дочь — ‚умихов немецкого концентрационного лавтеря. e (ложные отномения создались у Баууара ис его женой Софи, которая вышла а Но замуль только потому, что это ‘ыло единственным для нее средством (ежмь НЗ Германии. Софи ненавидит Баумзра, но вынуждена ему подчиняться, т; кв отец ее находится в Пре и в любую минуту может быть выдан консулом гостало. Софи правится часто бываютщий в конулов американский журналист Денни, которому она тайно передает сведения 0 шпионской деятельности консульва. Эти материалы попадают в печать и взывают страшный тнев Берлина. Конулу предлагается в 24 часа добиться опровержения. Баумэр, спекулируя Ha устах Дении к Софи, требует от него помещения в прессе нужного Берлину собщения. Денни, боясь за судьбу Софи нм отца, вынужден подчиниться. Удача сопутствует Баумэру в его трязных делах. Ему остается только устранить Хорста, который мешает консулу 3061 слишком шумной и откровенной диверстонной деятельностью. рох акте пьесы. Баумэр пригласил их послушать речь Гитлера, которая будет траислироваться из Германии. Начинается передача. Хриплый, истерический голос (тлинского обер-бандита возбуждает гнев собравшихся у консульства жителей города. Брошенный чьей-то меткой рукой камн, разбивает окно... И тут автор неожданно разрешает все хитро сплетенны кити интриги, переводя финал пьесы в пло уголовно-полицейского детектива. } Ви действующие лица сходятся во вто(уертельно ненавидящий обманувшего его юисула, профессор Дженкинс стрелям в Баумара. Звук выстрела тонет в крикх толпы и шуме радиопередачи. Появляется полицейский Мо Финкельптейн, чтобы сообщить, что человек, раз(ивший стекло в окне консульства, аре’ сован, Он обнаруживает, что консул ’ мертв. Хорст пытается обвинить в убийсве Финкельштейна. Тогда профессор Дженкинс признается, что стрелял. он. Ho тут неожиданно выясняется, › что Дженкинс не виновен в убийстве консу„ла. в труди которого обнаруживается кинальная рана. Оказывается, что этот удар Ув суматохе был нанесен женой Баумэра, \ Софи. Однако и она поразила кинжалом ` лишь труп, ибо консул, насыпавший отраву в рюмку © виски, которую он прелпазначил для Макса, по ошибке сам ее выпил... Таким образом, и профессор и Софи чисты перед законом. Поскольку же во время следствия выясняется, что револьвер и кинжал были принесены Хорстом. полицейский Мо Финкельштейн наци, Как видит читатель, перед нами типичная полицейско-уголовная мелодрама, Maтериалом для которой, однако, послужила сама жизчь. Американская критика писала 0 том, что Клэр Бус удалось достигнуть успеха там, где ее предшественники терпели неудачу. И действительно, пьеса Клэр Bye—- нанболее популярное антифашистское произведение на американской сцене. Зрители простили автору недостатки второ акта, бледность и недоработанность характеров ряда персонажей. Для зрите26! все это были частные недостатки, котрые ‘с лихвой компенсировались ярко нарисованной картиной морального разложения и подлости так называемых «дипаоматических представителей» — Гитлера. Разоблачительное значение пьесы оказалиь весьма значительным. Успех пьесы (ыл тав велик, что после того, как она игралась целый сезол, пришлось дать еще ряд представлений по общедоступным це: Ban, . Аплодируя пьесе Клэр Byc, фильму Чаплина «Диктатор» и другому нашумевиму в США фильму «Признания немецвю шпиона», американские зрители выихают свою ненависть к германскому фишизму и свою готовность помогать Нам ОССР и Великобритании в их рые за уничтожение нацистской тираИИ, В. ТАРОВ_ 4 Letier> co ‚ до сих -пор я для скриизнаменитого ЗА РУБЕМОМ Новые пьесы „Сталинский сокол“ чтобы в грядущей войне нанести врату сокрушительный удар. Что ты меня все смертью путаешь, — говорит Чкалов своему другу и На’ чальнику Антошину, — может я разобъюсь. Может еще пятеро разобьются. Зато тысячи научатся драться как следует. ..Рассказать содержание пьесы — значит изложить всем известную биографию Чкалова. Однако произведение Боброва и Лукина не было бы художественным, &Cли бы авторы придали только диалогическую форму всем известным событиям из жизни Чкалова. «Сталинский сокол» — явление драматического искусства потому, что авторам удалось так отобрать и скомпановать фактический материал, что образ героя стал живым, действенным, многогранным. С большим чузством такта показана личная жизнь Чкалова, лирическая дружба с женой, любовь к семье. А главное: авторы справились и C Ta кой ответственной, благородной задачей, как воссоздание в пьесе образа вождя и пруга советских летчиков. Сталин, приходлящий на квартиру к Чкалову и отечески. нежно опекающий его в трудную для него минуту жизни; Сталин — В КРругу друзей и пилотов, шутливый, ласковый, близкий и великий — эти сцены — лучшие в пьесе. Они как бы освещают весь путь героя, движут действие и придают всем событиям особую значительность. Замечательные слова Сталина 0 том, что жизнь летчика дороже машины, не только вдохновили Чкалова на новые подвиги, но изменили маршрут его жизНи. Сотни, тысячи тероев — большевиков сражаются сейчас на полях отечественной войны. Был бы жив Чкалов, он оказался бы в первых рядах героев отечественной войны. Смелый и бесстрашный, понесся бы он на врага, тараня его своим самолетом, расстреливая в упор, давя к земле. И он с нами, легендарный герой! Соколиная стая чкаловцев смертельно рази фашистов. . ..Bot он стоит на берегу родной Волги, подставив обнаженную грудь дождю и ветру, стоит плечистый и могучий советский богатырь. Он говорит: «Смотрю я на бурю, батя, и думаю: вот увидишь, полезет на нас Гитлер, и, знаешь, куда мыс тобой попросимся? У него, говорят, летчики-смертники есть. На один бой идут. Себя погубить и противника. Так, по крайней мере, похваляются. Вот этих самых смертников я и буду разыскивать. Попробуй, возьми меня на таран. Я найду такого стервятника В воздухе и скажу ему: «Нашего брата на таран не возьмешь. Ты смерти искал — на, получай ее». На этих словах опустится театральный занавес. Зрители уйдут из театра и унесут с собой образ Чкалсва. Они скажут: — Ты ошибся, Валерий: нет таких летчиков у Гитлера, Таран — это русское оружие, и ето досмерти боятся фашистские стервятники. И мы знаем, Валерий, ты таранил бы сотни стервятников. Вместе с тобой мы кричим врагу: — Ты смерти искал—на, получай ee! Марк ЛЕВИН Валерий Чкалов! О нем написаны вдохновенные стихи и рассказы, создан фильм. Но театр еще в долгу перед зрителями, в чьих сердцах жива память о замечательном летчике нашего времени. В дни тероической борьбы советского народа с нацистской бандой это стало особенHO ясно. В самом деле: разве Чкалов не с нами, не в первых рядах могучен сталинской авиации, громящей фашистских стервятников? В каждом славном летчике — чкаловские черты, в каждом смертельном для врага таране — чкаловская школа, в каждом смелом рейде на Берлин, в каж-. дой схваткё с врагом над Москвой, Ленинградом, Мурманском — чкаловское бесстрашие, презрение к смерти. Вот почему особое внимание привлекает к себе пьеса о Чкалове Н. Боброва и Ю. Лукина. Называется она «Сталинский сокол». Название хорошее, ° верное, оно выражает и сущность героя и смысл пьесы. . Гордая птица — сокол, парящая в вы шине, полная презрения к опасности — символ бесстрашия, = смелости, и отваги. Таким представляется нам летчик Чкалов. Когда мы говорим «сталинский 00- кол», то придаем этому определению огромный смысл: сталинский — значит народный, ибо Сталин и народ — одно неразрывное целое; сталинский сокол — это патриот и герой, стремящийся быть достойным зеликого вождя и учителя. Чкалов был подлинным сталинским COколом —- таков творческий замысел авторов пьесы, воплощенный в ‘образе цент`рального ее героя и спутников его жизни — родных и друзей. Впервые мы встречаемся с Валерием Чкаловым на берегу Волги, в вечерний час, когда вся семья Чкаловых собирается на веранде дома, чтобы отпраздновать возвращение сына из годичного плавания. Там, вдали, за обрывом — широкие просторы величавой реки, освещенные луной, мерцающие огоньки бакенов, плавное скольжение пароходов... Пьеса вводит нас в привольный мир, Tie сама земзя рождает героев. И в этих краях непутевый мальчишка Аверьян, как называл Валерия дед Ипат, под плотами по 40 бревен проныривал, всеми ребятами верховодил и никому не покорялся. Но сегодня, неожиданно для семьи, уходит Аверьян отсюда — в город, учиться летать. Уходит против воли отца, всю жизнь мечтавшего передать ему профессию котельшика, сделать сына инженером... — Должен я пролететь хоть раз, — твердит Валерий. И на вопрос сестры: — Надолго едешьТо? — отвечает: — Не внаю. До тех пор в Василево не приеду, Нюрка, пока человеком не стану. Картина за картиной раскрывается в пъесе жизненный путь Чкалова, его стремление к высокому званию: человек. К этой цели он шел напролом, на первых порах пытаясь иногда силой и ловкостью заменить знания, удальством — осмотрительную храбрость. Но всегда им руководило одно желание: выжать из машины все, что она может дать, и чуть больше — для того, ne lad Плакат Д. Г. Шмаринова «Фашисты не пройдут» «Надежда Дурова» в Театре им. Моссовета. Надежда Дурова — В. il. Марецкая, Алекcannap Т — Ю№Ю. А. Завадский „надежда Пурова“ Когда Надежда Дурова решила назвать книгу своих воспоминаний: «Своеручные записки русской амазонки, известной под именем Алейсаидры Дуровой», Пушкин решительно этому воспротивился. «Будьте смелы,—писал он ей вступайте на поприще литературное столь же отважно, — как и на то, которое вас прославило», Пушкин настаивал: «Записки амазонки» как-то слишком изысканно, манерно, напоминает немецкие романы. Записки Н. А. Дуровой — просто, искренно и бла: тородно». И позже, откликаясь в «Современнике» на выхол в свет первой части меннике» на выход в свет первой части «Кавалериста-девицы», Пушкин отметил «прелесть этого искреннего и небрежного рассказа... и простоту, с которой пылкая героиня описывает самые необыкновенные происшествия». Простота, искренность, благородство, пылкость, отвага -— черты духовного. 06- лика Надежды Дуровой, пленившие Пушкина, составляют поэтическое зерно спектакля, созданного на сцене Театра им. Моссовета Ю. А. Завадским по новой пьесе К. Лиискерова и`А. Кочеткова, Пьеса эта во многих своих частях театрально-условна. В ней очень силен элемент водевиля. Она говорит о грозных событиях 1812 года языком театра 20—30-х годов ХГХ в. Стилизаторские задачи решены драматургами вполне умело. Но стилизация— всегда манерность, а манерность -— ото отсутствие характера, Стилизация — всегда скольжение по поверхности. Она лишена пафоса. Она «светит», но не «греет». Поэтому, надо полагать, театр пошел дальше авторов и искал стиль своего спектакля в пушкинском видении людей и событий отечественной войны 1812 года. Скрытая страстность и прозрачная чистота пушкинского «Рославлева» определяют художественную природу этого пред” ставления. в котором патриотическое и поэтическое составляют волнующее едянство, Пушкинская эпиграмма на Александрат — Недаром лик сей двуззычен. Таков и был сей властелии: К противочувствиям привычен, В лице и жизни арлекин — стала содержанием сценической миниатюры, созданной Ю. Завадским в роли русского императора. В согласии с Пушкиным — Иолон злобы, полои мести, Без ума, без чунств, без чести предстал в спектакле Аракчеев (артист А. Калинцев). Воистину, как «маститый страж страны державной» появляется на сцене на несколько минут сам Михайло Илларионович Кутузов (артист И. Темяков). И подобно прославленному певцу-гусару Денису Давыдову живет в спектакле однополчанин Надежды Дуровой гусар Гурцев (артист Ю. Коршун) — храбрец, патрнот и добрый товарищ. Поэтичность спектакля — в простоте ето образов и одновременно в их значительности, в душевной их собранности, в какой-то большой их Чистоте. Так играет Д. Ильченко роль унтера Тимофеева. Так играет П. Герага командира Ахтырского гусарского полка. шего родную землю от нашествия двуна“ десяти языков, вырастает здесь из спокойного героизма и осознанной силы воинов, которых народ послал защищать свое достоинство и свою честь, свою жизнь и свою независимость. Поэтому в спектакле так «законно» звучат лирические нотки. Поэтому он не боится смеха и шутки, Поэтому в нем возникает тасуровая поэтическая атмосфера, которая делает вполне естественным появление в военном лагере девушки-кавалериста, Дуровой, созданный ни одновременно В. Марецкой, героичен и одновременно женственен. Некогда Щепкин и Белинский очень резко отзывались об исполнении Варварой Асенковой ролей «с переодеванием». Великому актеру и знаменитому критику казалось неэстетичным упрямое старание актрисы имитировать мужские повадки. Марецкая умно отказалась от подобного намерения. Точно так же, как сама Надежда Дурова не постеснялась рассказать о том, что ей, женщине, было трудно в походе, так и актриса В. Марецкая не скрывает, что ее героння, надев военный мундир, осталась той же вольнолюбивой девушкой, какой зрители увидели ее в первой сцене, — в домашней обстановке. Это девушка мужественной жизни. Она сильно и глубоко чувствует. Она знает не только торечь раздумий о тяжелой доле русской женщины, но обладает и силой, чтобы порвать co стеснительными обычаями старины и отстоять свою независимость перед лицом самого царя. Она беззаветно сражается на поле брани с врагами родины. Этими волевыми чертами наделена скромная русская девушка, и поэтому образ ее, созданный В. Марецкой, пленительно убедителен и современен. Много есть в этом спектакле волнуюрого «без слов» чудесно играет М. Вурский; разтовор Кутузова с Дуровой; первый поцелуй, который она дарит любимому. Эти сцены по тонкости психологического рисунка и точности формы соперничают с красочными «тусарскими» эпизодами, которые 060бо выигрышны на фоне раннего русского ампира (художник М. Виноградов). Как много выиграл бы еще этот спектакль, если бы так же отчетливо и сильно прозвучала в нем и героика боевых эпизодов! Да, это спектакль на историческую Teму. И это современный спектакль. Современно его содержание, прославляющее доблесть и теройство русской женщины. Современно и сго мастерство, утверждающее театр патриотической темы как театр большого поэтического искусства, И. КРУТИ Премьера в Театре им. Моссовета ‚Издательство «Искусство» КОДОМ 28х57 ре, 92 ЗЕ AED EE . Te NT стушке, к шутке, к клоунской репризе. В каждом номере журнала, в каждом юмористическом отделе, в каждом выпуске «Окон ТАСС», если их с этой целью просматривать, найдется материал, притодный для эстрадной’ или сценической подачи. Эту подвижность легких жанров надо развивать всемерно. То, что относится к срокам, относится и к месту. Одна-две частушки, затрагивающие местные, относяшиеся к ТОЙ части, где сегодня идет концерт, вопросы, —ш всегда встречают особенно теплый и радостный прием. И за темами ходить не надо: их вам, не задумываясь, предложит комиссар 34- сти, командир подразделения. А темы будут доходчивые и веселые, потому что Красная Армия бодра и богата юмором. Да, богата. И нам, художникам, нельзя допустить, Чтобы бесследно для иИсСкусства протекали некоторые замечательные творческие явления. Фронт coaдает свои художественные образы. Родившийся в снегах Финляндии, может быть, из случайного разговора, появился, живет и здравствует на сцене в стихах, в песне общий любимец, неунывающий весельчак, находчивый, остроумный Вася Теркин. Не успели мы еще ознакомиться с ним как. следует, взять в свое искусство и ьернуть ero создателям в обогащенном нашим мастерством виде, как на полях отечественной войны, в шуточной пересыпке слов, © листов фронтовых печатных и стенных газет обратился к нам новый коллективно создаваемый всеми армиями — Тимоха Сибиряков. Всеармейский, а значит и всенародный заряд бодрости, готовности продолжать борьбу до победы, веселого и уверенного жизнепонимания несут в себе эти коллективные произведения народного творчества дней войны. Мы не ученые, изучающие фольклор. Мы боремся ‘и творим вместе с народом. И, может быть, если мы, художники, писатели, поэты, актеры, подхватим эту народную творческую инициативу, мы создадим художественные образы такой силы, что потомки по ним будут угадывать волю страны, поднявшейся на защиту человечества от фашистского Змея Горыныча. Ф. КАВЕРИН, заслуженный артист республики ют нам свои сокровища. С товарищеской благодарностью возьмем у каждого из них то, что всего полезнее в`нашей общей с ними борьбе за лучшее будущее для человечества. — Кто? Куда? а — Мы_артисты, приехали на концерт... Строгое лицо часового под металлической каской расплывается в обаятельную, добрую улыбку. В глазах — дружеская радость. Он не уйдет с поста и не увидит концерта, но он рад за товарищей. — Связной, проводи к комиссару! Вторая обаятельная, дружеская улыбха. И теперь — до концерта, во время нето, после — до самого от’езда из части мы находимся в атмосфере тепла и ласки. Слова «шефство», «взаимная связь», даже «дружба» кажутся не выражающими этого тепла. Мы — в своей родной семье. Какая это гордость за свою работу, за дело своей жизни, когда военком пишет в трафе вашей карточки: «Род оружия — искусство». И какая ответственность! Хочется, чтобы и наш род оружия был на высоте поставленных перед всей страной великих задач, хочется сделать свой опыт общим опытом... - РТ а. ГАРТ ТРУ чт И вот несколько товарищеских соображений о нашей общей боевой. работе. « m Каждое наше выступление, каждая программа пронизаны одной мыслью —- «К победе!» Но разве редко бывает, что эта отромная мысль доносится к боевому зрителю в формах лобовых, мелких, малохудожественных? Разве — простите меня -- не становимся мы подчас чуточку смешными, когда предлагаем эстрадной актрисе со сцены призывать к победе зрителя, несколько часов назад делом и кровью доказавшего свою тотовность отПР м ee a дать этой победе жизнь? В каждой программе агитационная, призывная, под‘’емная ее часть должна быть ее главной частью, ее сердцем. Пер: а 6. В Ты а вые же опыты покажут, что, B зависимости от зрителя, она должна быть в пропорции неодинаковой на фронте или в тылу, в военной школе или в госпитале, Сюда, на эту часть, - главное внимание писателей, режиссеров, актеров. Этот патетический, Серьезный кусок программы— самый ответственный, H OR, естественно, труднее всего дается. Его надо находить. Он -^ самая страстная страница нашего концерта, и немногое из того, что создаружия—искусство — Дайте Пушкина, Гоголя, Чехова, Чайковского, Глинку! Одна из фронтовых бригад вынуждена была включить в свою программу сцену Капочки и Бальзаминова из комедии Остронского. Правда писателя, его великолепный юмор сделали то, что этот отрывох стал любимым у зрителя. Им кончают программу, его оставляют при смене остальных номеров. Классик нашей сцены— друг Красной Армии. А сколько у мировых и русских классиков мыслей, образов, произведений, прямо связанных с нащей великой борьбой! Пушкинские «Песии западных славян» кажется доносят голос поэта со всеславянского митинга. Вспомните хотя бы «Бонапарт и черногорцы». Не о сегод: ana ли партизанах говорят эти стиXH Нам сдаваться нет охоты, — Черногорцы таковы! Для коней и для пехоты Камни есть у вас и рвы... Почему наши композиторы не превратили слова поэта в красноармейскую песню? Красная Армия ценит, любит Пушкина, она хочет петь пушкинские стихи. Шутовские сцены хвастливою воина Пароля из шекспировской комедии «Конец — делу венец» приобретают в военной среде по-особому смешной смысл. Посмотрев ‘их, красноармейцы надолго запоминают образ чванливого труса; имя классического шекспировского Пароля Hae чинает бытовать в товарищеских пересмешках: никто не хочет быть Паролем. А сам Шекспир, освобожденный от груза театральных станков и пышной бутафории, является в блестящей человеческой яркости и вечной простоте, Вспомните, сколько рассказано о любви к свободе, о борьбе за родину. Короткие сцены Мериме («Матео Фальконе»), Мопассана. (весь военный цикл о пруссаках), Дода’ («Плохой зуав») — в живых образах рассказывают 06 этих великих человеческих чувствах, о правде и кра: соте жизни: Гоголь и Горький, Лопе де-Вега и Мольер стоят рядом © нами и предлагано нашей драматургией, здесь пригодно. Надо понять, что боец нашей отечественной войны далеко уже не тот зритель, что в годы войны тражданской. Перечтите агитки того времени («Гнездо осиное» Бронниковского; «Коммунистку» Кедровой и др.), с которыми мы тогда проделали такую большую, нужную работу. Вас охватит горячий жар боевых воспоминаний, но вы не решитесь выйти с этими агитками к зрителю: он вырос, уже зная то, о чем там торячо, но немного наивно товорится впервые. Мало помогут и живогазетные формы, пока они не найдут нового выражения. Простым возрождением «Синей блузы» сегодня не обойтись. Надо искать! Без исканий нет художника. Но если в мирной обстановке перед мирным зрителем наши искания иногда принимали узко артистический, иногда даже эстетский характер, необходимость найти и тему и форму ее выражения сейчас, на войне, придает этим исканиям совсбм другой характер. Coaнание нужности, быстрый военный темп работы, четкая целеустремленность — делают репетиции п0-0собому деловыми и страстными. В решении новых сценических задач — не только наша помощь фронту, но и обогащение самого театра, актерской игры, быстрые и удачные находки, которые навсепда останутся в с0- кровищнице советского искусства, Вот когда нужны смелые эксперименты! Это я и мой военизирующийся коллектив чувствуем сегодня очень остро, готовя для бойцов поэму К. Симонова «Ледовое побоище». rt. * Классики с нами и с Красной Армией! Все. передовое, зто существовало в мировом искусстве, помогает нам, воодушевляет нас, борется © теми, кто хочет силой оттащить человечество назад, к мраку прошлого. Английские актеры расска» зывают, что Шекспир — особенно в своих хрониках — производит сейчас огромное ^ впечатление на английских бойцов гордой силой своего патриотизма. А для нас уже перестали быть новыми просьбы и прямые указания нашего командоваНе один раз на вопрос о том, что хочется посмотреть бойцам, артисты слышат по-военному короткий ответ: — Побольше и повеселее! Вот этого «повеселее» никогда нельзя забывать. Это «повеселее» следует принять за самый серьезный наказ всем нам. Опыт показывает, что в этой части дело обстоит сравнительно благополучно. Правда, жажда веселого так сильна, что мы имеем дело со зрителем, которого, что называется, рассмешить легко. Иногда в этом смысле непритязательность эстрадной шутки может легко перейти границы искусства; тогда вместо настоящего юмора зрителю начинают преподносить чепуху, докатываясь подчас и до прямой пошлости, особенно в импровизационных конферансах. Думается, что это происходит в конезном счете от отсутствия одного военного качества, котороё мы, поставившие себя на службу фронту, должны воспитать в с6бе и в окружающих. Теперь суворовские принципы смелости, быстроты, натиска относятся и к нам. Благодушие мирного времени — долгое раскачивание прежде, чем приступить` к работе над премьерой, до странности продолжительное обдумывание пустяков, горячее обсуждение ясных вещей — все это было хоть в какой-то степени извинительно, котда сделать премьеру было так же сложно, как перестроить дом. В какой-то степени мы развращены этим. А теперь от нас требуется гибкость и подвижность во всех отношениях. В утренних тазетах мы получаем в общей сложности около пяти стихотворений, Ббльшая часть их потому помещена в газетах, что отзывается на вопросы сегоднящнего дня, часто даже на сегодняшиюю сводку или постановление правительства. Их надо читать с эстрады, с автомобиля (и читать хорошо) сегодня же, Тогда это — хороший подарок бойцам. Через неделю и радио, и газета обратят внимание на другое. Выбрать, назначить, разучить такое стихотворение сразу — это наше военное дело. Это же относится к ae Атлийский mypHaa eMusic ane щиет, что найдено вемавестное д Прнзредение Паганини: «Фантазия 7 КНдол. ‚. Подлинная о ды узиканта не датирована, на первой страние та on wry Al. Ha ЧАМИЕГТОЬ ‘357 о en! и норазборчиво написан номер, не то 41, не стов, ата «Фанта№ 41. По мнению специали и», —_ олио из лучших созданий Паганини. e «Parnassuss NOM ззамоерикееиу ве Tee my статья Уольстера Эбелля «Искусство В и войны». В статье приводятся интересные ре феи et ee eee eee nOKRHX И ВОЛЕ eee es eee йских и канадских wine о работе англу улжникон в Эпоху мировой войны 1914— 1 гг, «ва м А a ie „итогов ало армии тогда существовало ‘нений собиравшее мате> ot РЕ аа И. В `В военных сообщений, сора hates ыы (карты, Фронтовые дневники офицеоб д има Мао RTH официальной _ рии Корр Рио 1017 ГОДУ возникла мыель 9 ПРИeee een вии we padore OPO ИТ икусства. пциатором этого начинания был лорд Бербрук, == B TO время офицер при Канадт сы 1% ВОЗЛАИЯЮ им бюро воснных бразительной летот х, сообщений, К создаАНИЮ „описи войны было прин ВИ О В о ег учено 100 художников. В их число входи” № парестные английские живописцы и граг - Ч ТЕГ А ола Френк b СА вече д. Камерон. РУ ки: cr MOM, Авгу ус. г , канадские р ингвин. ПП. Нели крупнейшие I ‘a. Sitte(ome изгвии, М, ел ме ЕТ В _ Мильн, А Лиспожники — Д. Моррис, al. ри А, Джексон, & также илвестный серб ий скульптор Иван. Местрови“, Вию было создано любспытное художегравюр, литэинное/ собрание набросков ий картин и больиих стенных росписей ‚4 темы войны. з. a ‘Ho (Tee в репертуар cH сообщению * американского журнала оркестра ническотго фо алия ue wy: Ган-Франдиско AKIN) I SN Ho фильму Чаплина м. Произведение бУЛеТ У р ижера Мументовке и под УПРАВЛРНИСМ с. ниентовко п А бо м. = dere Рильсона. “рта первый Cay ta not ie члилинюкой ‘музыки. ма Кондерти