Да здравствует Коммунистическая партия Советского Союза, великая направляющая и руководящая сила советского народа в борьбе за построение коммунизма. АВТРА день нашего рождения. Тридцать шесть лет поколению, которое родилось и вступило в новую жизнь, в жизнь советскую, при вспышках залпов «Авроры». Мы никогда не забудем, что дорогу к этому дню проложила нам гвардия большевиков, — во главе с Лениным шла она тесной кучкой по обрывистому и трудному пути и привела первое поколение советских людей к подножью великой горы. А народы всего мира никогда не забудут, что звезду Коммунизма на вершине этой горы зажег для них, для всего человечества советский человек. И если сегодня, в канун праздника, взглянуть на всю нашу новую жизнь со дня ее зарождения, оглянуться на все прошедшие трилцать шесть лет, то перед нами откроется гигантский путь восхождения на высоты современности и на этом пути во весь свой могучий рост встанет сильный и упорный, все вынесyuna й ололевший советский Человек. Да, человек, тридцать шесть лет пагающий в гору. Все время — дорога вверх. Обрывы, ухабы, штормы, половодье, тысячи и тысячи опасностей, препятствий и бед, но все время — вперед и вверх! Мы начали восхождение при первых проблесках зари, настойчиво разгонявшей тьму, которую веками не в силах был пробить дрожащий свет лучины. Наше детство. было голодное и холодное, но чистое и радостное, потому что над этим детством реяли стяги Шорса и Чапаева, над ним загоралась первая лампочка Ильича, а впереди, сквозь блеск пионерских костров, все ярче пламенела наша цель — алая звезда коммунизма. Наша юность, бурливая и бессонная, была полна исканий, тревог. Но она вела нас вперед через укрощенные пороги Днепра, через покоренные пески Кара-Кумов, через полярные зимовки и чкаловские маршруты, сквозь дымы Магнитки и Кузбасса, через стертые колоннами тракторов межи чересполосины, по широким и хлебородным полям нашей преображенной Родины — к зрелости, к силе, к уверенностн в своей правоте, к тому мужеству, которое помогло нам выстоять в огне ВОЙНЫ. Огонь войны — он закалил, но не очерствил наши души, мы никогда не позволяем себе забыть о тех, кто в нем погиб, потому что наше поколение — поколение первооткрывателей — идет к победе под вой врагов, оно живет и строит с оружием в руках, всегда готовое отстоять свое правое дело. Мы не остановились после войны, чтобы передохнуть, перевязать раны. Раны мы залечивали на ходу. Из года в год мы празднуем дни рождения Революции. Это дни нашего возмужания. Каждый год, оглядываясь на пройденное уже с высшей ступени, мы смотрим все более проницательным взглядом, отбрасываем былую юношескую восторженность первооткрывателей и, как люди взрослые, знающие, что они на верном пути, судим, что сделано хорошо, а что можно было сделать лучше, чего не достает и что надо сделать впредь. Нынешний день рождения застал нас на крутом подъеме. Многие дали приблизились. Силы, накопленные в минувшие годы, позволили изменить иные сроки, сделать не шаг вперед, а рывок. Бурный и сложный год позади, год преодоленного горя, год, когда народу действительно удалось скорбь обратить в силу. Партия и народ сомкнули свои ряды. Сила партии — в единстве с народом. Народ всем сердцем принял идею коммунизма, как идею своей жизни. Весь мир видит непоборимую силу самого существа нашего строя, силу Центрального Комитета, силу великого народа, знающего, что делать в дни любой грозы, если путь избран твердо, раз и навсегда. Шаг за шагом родная партия ведет нас по этой дороге вверх. Шаг за шагом партия делает для улучшения жизни народа все, к чему страна готовилась лолгие голы. 3 BOA большой. „Ежедневно его продукция отгружается в десятки адресов, во все концы страны. Вот и сегодня экспедиторы писали на отправных бланках — Харьков, Вологда, Тбилиси, Псков, Винница, Новгород... Свежим черным лаком поблескивают, лоснятся изогнутые по шаблону трубы, со всех сторон обегающие остов электрического трансформатора: Одна и та же фирменная марка стоит на каждом из них — Московский трансформаторный завод имени В. В. Куйбышева. А как`они разнятся! Одни имеют мощность всего В какие-то десятые доли киловольтампер. Мошность других — лесятки тысяч киловольтампер. Один легко умещается на ладони, второму оказывается мала железнодорожнля платформа. Но каждый нужен стране. Одни требуются для домашнего быта, скажем, для кухонного холодильника. Другие потребны народу для таких грандиозных сооружений, как Куйбышевская, Сталинградская, Каховская электростанции. Электрификация советской страны продолжаетя изо дня в день. За двадцать восемь лет производство электроэнергии выросло у нас в 45 раз. Неудивительно, что столичные электромашиностроители с каждым тодом наращивают объем своего производства. Поразительно другое — пути к этому, темпы труда. В самом деле. На тех же производственных площадях, почти при том же числе рабочих завод к Haчалу этого года более чем удвоил выпуск продукции по сравнению с довоенным, 1940 годом. А в этом году, стремясь достойно встреоценивали раздельно показатели экономические и эстетические и что суммарно наши модели заняли, первое место. — А по эстетическим показателям? Этот вопрос заставил покраснеть директора: второе место. А мы хотим, чтобы и эстетические, вкусовые качества были достойны нашей страны, чтобы шили не только добротно, но и красиво; чтобы готовили не только обильно, но и вкусно, чтобы все нами сделанное становилось образцом, ибо сам строй нашей жизНи — образец для всего мира, и мы не хотим, чтобы за общими великими делами бездельники скрывали свою нерадивость. Средние арифметические. показатели не устраивают нашего современника. Скажи мне точно, что хорошо и что плохо и что нужно сделать, чтобы все было лучше. В правительственных решениях все точно обозначено: не ткани вообще,. а столько-то шерстя: ных и столько-то ситца. Не миллноны радноприемников и телевизоров, а точно: в том числе — телевизоров, ибо нас волнует, сколько же государство выпусгит предмегов нового тина, отвечающих высшему уровню нашей техники и новым потребностям людей. В нашей стране сейчас учится множество студентов из разных стран мира. Войдите в аудиторию любого вуза — рядом с советскими студентами сидят корейцы, китайцы, вьетнамцы, поляки, чехи, румыны, венгры, болгары. Они студенты вдвойне. Кроме курса наук они изучают нашу жизнь. Одна девушка из Варшавы, отец которой занимался политэкономией в камере фашистской тюрьмы, изучает эту же науку в стенах МГУ. Отец предупредил ее, что научные знания нельзя применять абстрактно, и она говорит: (Из Призывов ИК КПСС к 36-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции). ххх Сергей ОСТРОВОЙ Новый роман Льва Нинулина о Москве и моснвичах охватывает четыре десятилетия жизни столицы. Большсе место уделено в романа эпизодам, рисующим Октябрьскую революцию в Москве, ожесточенным боям московсних рабочих и солдат с юнкерами и белогвардейцами. Печатаемый ниже эпизод из романа рассказывает о последнем дне битвы за Москву и о судьбах дзух героев романа‘ —= большевина-прапорщика Калиновича и его друга Артэмьева в день рождения севетской власти в древней столице — Москве. # === НОЯБРЯ 1917. года, утром, военно-революционный комитет получил известие о капитуляции контрреволюционных сил и обсуждал предложенные Комитетом общественвого спасения условия сдачи юнкеров и белогвардейцев. Однако битва на улицах Москвы продолжалась, и тяжелые орудня обстреливали Кремль. Восставший народ и Красная гвардия из Шуи, Владимира, Кеврова под командованием Михаила Фрунзе овладели гостиницей «Метрополь», здания городской думы и Исторического музея были в руках восставших, Китай-город занят революционными войсками и красногвардейцами. Юнкеров оттеснили в Кремль. В ночь на 3 ноября прапорщик запасного артиллерийского дивизиона Калинович был у Кремля, нужно было убедиться в том, как действуют орудия, стрелявшие со стороны Крымского моста по запершимся в Кремле юнкерам. С Калиновичем были члены дивизионного комитета солдаты Степан Балагин и Полещук. Паступило утро пасмурного дня 3 ноября 1917 года. Проижимаясь к стенам о домов, по Ильинке пробирались красногвардейцы Лефортова и Благуши. Бывалые солдаты строго покрикивали на молодежь, на смельчаков, перебегавших через улицу под пулями. Балагин и Полещук впервые были в Китай-городе и с любопытством поглядывали на спущенные железные шторы контор и банков, на вывески, лепившиеся ‘по фасадам домов, — «Общество Верхних и Средних торговых рядов». — «Товарищество мануфактур Никанор Дербенев и сыновья». — «Торговый дом Солчанов, Печатнов и компания». — «Виноторговля Ара-ба-жи...» — неуверенно, вслух читал Степан Балагин. — Капиталов-то, капиталов... Калинович молча слушал и думал о том, что здесь, в стенах древнего торжища Китай-города, главный враг, здесь бастионы Рябушинских, оноваловых, Крестовниковых, Расторгуевых, Коншиных. Да, это сильный и упорный враг — господа старшины биржевого комитета, директора мануфактур, владельцы банкирских домов, заводчики и фабриканты. Издавна тут было главное торжище России, здесь торговали хлопком, свечами, ситцами, шерстью, парчой, кожами, церковной утварью, свечами, железом... тяжелым чувством Калинович всегда проходил по этим улицам. разглядывал здание биржи, напоминающее католический храм, и монументальные — подъезды банков. И здесь, на Никольской, Ильинке, Варварке, собирались те грозные силы, которым суждено было обруигиться на твердыни старого, гибнущего мира и взять штурмом их последнюю крепость. И в том, что ‘опорой осаждающих стал Китай-город, была некая историческая справедлиBOCTb, Все эти дни битвы на улицах прошли для Калиновича, как один день. Он даже не заметил, как день сменялся ночью и снова наступал ‘рассвет. В первый день он попал под обстрел у Московского Совета, когда на Скобелевскую площадь прорвался броневик белогвардейцев и рядом с Калиновичем был убит солдат. Стой самой минуты он ежечасно рисковал жизнью. Меньше, чем всегда, он думал о том, что может умереть, не в А. ШИРОЧЕНКОВ Алексей Гаврилович Широченков. Смугловатое, с живыми, ясными глазами лицо его вдохновляется. — Взять хотя бы подстанции, которые мы делаем. Раньше их завод не выпускал — не было в них еще надобности. А стали строить высотные здания, возвели дворен науки на Ленинских горах — вот и родилась новая техника. Сейчас, заботясь о благе народа, партия и правительство расширяют производство товаров народного потребления. Для торговли первоклассный ГУМ открывается. И для него сделали мы комплектные трансформаторные подстанции. Подумал и добавил: — В Варшаве наш советский народ Дворец культуры возводит. М туда пойдет продукция с маркой нашего московского завода. Везде она нужна. Потому и хочется работать за двоих-троих! Я лично справляюсь с. тремя-четырьмя нормами и других на это же поднимаю... И верно: поднялись и поднимаются на болышие дела шеренги передовых производственников, своим трудом приближающие завтрашний день коммунизма. Ив. Купцов. ия OPOrA ВВЕРХ Вл. РУДНЫЙ Это не есть какой-то внезапный поворот, как хотели бы изобразить то, что происходит в нашей стране, обескураженные зарубежные злопыхатели. Человек всегда стоял в центре внимания партии. Ради будущего человека шагали большевики тесной кучкой по обрывистому пути. Ради жизни большой, подлинно счастливой, умирали наши современники у стен Сталинграда иу стен Берлина. Мы накопили много машин, создали мощные заводы, воздвигли сильнейшие электростаннии. и теперь можно весь этот огромный потенциал, всю эту материальную силу использовать для коренного улучшения жизни. Опять, как и в годы предвоенных пятилеток, во всем виден единый план и советский размах. Мы читаем решения партии от строки до строки, взволнованные и обрадованные их деловитостью: столько-то того-то и в такие-то сроки, в сроки, удивительно сжатые. Сто тысяч специалистов в деревню, — читая это мы вспоминаем годы, когда в деревню, чтобы помочь крестьянству осуществить революцию в сельском хозяйстве, по призыву партии отправились 25 тысяч рабочих-коммунистов. Они подготовили победу колхозного строя, основу для того, чтобы в ближайшие годы поднять сельское хозяйство до уровня требований народа. И мы знаем, что нынешние 100 тысяч исполнят поручение партии и помогут миллионам колхозников в их всенародном деле. Мы читаем программу расширения легкой и пищевой промышленности, планы создания изобилия промышленных и продовольственных товаров и понимаем, что партия и правительство не только сообщают населению, что будет и как будет. Эти документы каждому говорят: сейчас главное — советский человек, его настоящее и будущее, его растущие потребности, потребности человека, который строит коммунизм. Это значит: не надо ждать по каждому поводу решения правительства. Сами orлянитесь вокруг, посмотрите, что еще вы можете сделать в духе курса Коммунистической партии, в духе ее политики. Если в Подольске или в Ленинграде лучше работает то или иное предприятие, обслуживающее население, то не грех и любому другому городу поучиться у ленинградцев или подольчан. Дело — важнее самолюбия. Партия, в каждом решении открыто говоря о недостатках, призывает нас объявить войну чванству, говорить правду и верно служить народу. Народ устами партии говорит: не надо обольшаться успехами, надо трудиться еще упорнее. Народ требует от промышленности: за общими успехами не скрывайте отдельные недостатки, всегда и всюду помните об интересах человека. Народ требует от работников торговли: помните, что человек меняется, меняются его вкусы и потребности, поворачивайтесь быстрее. На днях в одном столичном клубе показывали модели женской одежды, представленные нами на конкурс в Прагу. Директор Московского дома моделей сообщил, что на конкурсе CTOJIHIT BI На празднование 36-й годовщины Великого Октября в Москву приехало около трехсот передовых производственников, инженерно-технических работников, учителей Белоруссии, Украины, Латвии, различных айонов РСФСР. Гости пробудут в оскве пять дней. Сегодня они совершили экскурсию на автобусах по городу, побывали на Ленинских горах. Предстоят экскурсии в Музей В. И. Ленина, Музей революции, Третьяковскую — галлерею, осмотр других достопримечательностей ЛИПЫ. тить 36-ю годовщину Великого ОКтября, московские трансформаторостроители взяли на себя поистине дерзновенное, творческое обязательство — на полтора месяца раньше срока завершить увеличенную производственную программу 1953 года!.. В канун великого всенародного праздника трудящихся мы побывали на заводе. На дверной трафаретке надпись: «Начальник производства». Михаил Петрович Кузнецов почти лишен возможности разговаривать с посетителями. Из цехов непрерывно раздаются телефонные звонки, и смысл каждого: «Не рассчитывайте на дневное задание, оно уже выполнено. Даем продукцию сверх плана, помогите в подаче заготовок, металла...». В коротких промежутках между лаконичными телефонными разговорами Михаил Петрович сообщает: — Наше предоктябрьское социалистическое обязательство можно считать выполненным. До пятнадцатого ноября остается еще целая рабочая неделя, а мы сегодня сдаем пролукцию уже в счет последней декады декабря. Заказы для Куйбышевской и Сталинградской ГЭС давно выполнены. В последние месяцы мы жили другим. Вот взгляните... На стол один за другим ложатся голубоватые листы графиков-заданий цехам на прошедшие месяцыы— сентябрь и октябрь. Графики пестрят цифрами, и почти у каждой четко написано: «Срочно. Для сельского хозяйства». Постановление сентябрьского Пленума ЦК КПСС мобилизовало, советских людей на решение всенародной залачи дальнейшего развития сельского хозяйства страны. elim P© MK fF Л. НИКУЛИН первый раз ему грозила смерть. то был вдумчивый, скромный молодой человек, серьезный для своих лет, натура, не терпевшая лжи и несправедливости, Он вепыхивад мгновенно, когда видел жестокость, несправедливость, обман. В нем небыло ни честолюбия, ни зависти, HH вражды к людям, причинившим ему личное горе. Единственная любовь в его жизни, Люся Светлицкая, полюбила другого, он пережил горе неразделенной любви, поборол чувство ревности и ничем не показал своему сопернику Николаю Артемьеву ний злобы, ни холодности. Они остались друзьями и товарищами, даже стали ближе друг другу. С первых сознательных юношеских дней Калинович поверил в мечту социализма, поверил; что будущее мнра в руках трудового народа, и с каждым прожитым годом все больше и больше. утверждалась в нем вера в победу добра и справедливости. Тяжкие испытания, лищения, унижения, которые пережил он в детстве, только укрепляли в нем эту веру. Он рано пережил отца, рабочего железнодорожного депо. Миша Калинович был из тех «кухаркиных детей», которым устав. царского министра Делянова преграждал путь в гимназню. Мать Миши Калиновича, прачПеред взятием Кремля в 1917 ка, думала только о том, чтобы вывести сына в люди, и не было предела ее горю. когда он был исключен из восьмого класса гимназии за участие в гимназическом революнионном кружке. Он, как мог, утешал мать, старался убедить, что путь чиновника с кокардой — не его путь. Мать плакала, сын учился на пятерки, он был бы медалистом, и директор гимназии укоризненно говорил: «Ваш сын был украшением вверенной мне гимназии», В самом начале войны Калинович схоронил мать, он был одинок, решил не щадить себя ради дела революции и сейчас всей своей чиетой душой верил в ее победу. последние минуты перед штурмом он вспомнил свой разговор с Николаем Артемьевым и сомнение Артемьева в том, что народ, испытавший тяжкие лишения в военные годы, потерявший сотни тысяч своих детей на фронте, найдет в себе силы подняться на новую. кровавую борьбу. Было это два месяца назад. ночь на 26 октября Калинович, Степан Балагин, Полещук и Воронов — председатель дивизионного комитета ожидали приказа поднять солдат на восстание, Из окна казармы они глядели на притихшую Москву и говорили о будущем: — Как же это будет? — допытывался Степан Балагин, ну, скажем нету хозяев. А на кого работать? — На государство рабочих и крестьян. — А жаловаяье от кого? —От государства... Ах, товарищи.., Конечно, трудно будет на первых порах, надо кончить войну миром, миром во всем мире, надо разгромить врагов революции... Зато какая будет жизнь! — задыхаясь от волнения, говорил Калинович. — Все будет для народа, для трудового народа — хорошие дома, университеты, музеи, театры... — Мужик хлеба не даст, — сказал Полещук. — Даст, когда поймет, что государство дало ему землю, человеческую жизнь, земледельческие орудия, школы, больницы. Все будут работать в нашей стране, все до одного, 0б этом еще Горький писал. —Я в Сормово уеду, паровозы строить... А ты куда, Миша? — спросил Балагин. — Вероятно, буду учителем, — мечтательно ответил Калинович, — учить других и самому учиться... Потому, что, ты понимаешь, я ведь, в общем, недоучка. Надо много учиться, чтобы быть полезным народу... Да, братцы мои! В России будет хорошая жизнь. Честное слово будет! Спустя много лет начальник цеха большого металлургического завода Степан Кузьмич Балагин вспоминал этот разговор ночью в холодных, темных казармах, в притихшей перед грозой Москве. И Мишу Калиновича на подоконнике и звонкий и. трепетный его голос... Калинович сидел на подоконнике, ветер шевелил его мягкие вьющиеся волосы, в этом сыром октябрьском ветре он чувствовал близкую, ощутимую победу, Сейчас она была здесь, совсем близко, на площади, под стенами Кремля... Он огляделся и увидел твердую решимость в глазах рабочих и солдат, они смотрели в сторону Никольских ворот. С раздирающим треском стреляла трехдюймовка по воротам, в в рассветной мгле можно было видеть пробоины и шепы, отлетавшие от ворот. Пулеметные очереди и рой пуль, летящих навстречу, и ружейные залпы юнкеров — это только судороги, судороги издыхающего зверя. Надо скорее кончить с ним, а там будет другая, радостная жизнь, труд на пользу освобожденного народа, борьба за счастье людей на всем свете... Охваченный огромной, переполняющей все его существо радостью, предчувствием величайшей, какая была на: свете. победы. Калинович побежал через площадь. Он слышал ЧЕЛОВЕК ! Ленинской, великой правды дети, Мы — за мир! За счастья торжество! Человек... Что может быть у на свете Выше и прекраснее его?! А когда, вдобавок, ты не „ просто — Человек! А человек страны, — Где мечты ‚огромнейшего роста В светлые дела воплощены, Где еще невиданной от века Стала жизнь, куда ни оглянись, — Современник, званьем ° Человека Ты тогда особенно гордись. Ты гордись, что столько стало света От зари, зажженной в . Октябре! Вся страна теплом ее согрета, Флаги золотятся на заре. Силу пробуждая в человеке, Ярко рдеет щедрая заря. Партия зажгла ее навеки“ На бессмертных стягах Октября! Путепровод FOTOB ——— У СЕВЕРНОГО ВЪЕЗДА В СТОЛИЦУ Ярославское шоссе — северный въезд в столицу. На этой автомобильной магистрали всегда оживленное движение транспорта. Безостановочно ‘несутся грузовики, легковые машины, автобусы. Но вот етремительный поток останавливается. Задержка обычно бывает у въезда в город, там, где шоссе пересекает стальная магистраль Северной железной дороги. Коллектив мостостроителей, возглавляемый инженером Ф. Макеевым, получил задание «расшить» пробку, соорудить близ станции Северянин путепровод, чтобы железнодорожные поезда не мешали ‘автомобильному движению. тяжелое дыхание, чувствовал плече бегущего рядом Балагина, и еще ©отен и тысяч людей, устремившихся в разбитые в щепы Никольские ворота... В глубине арки было темно, ослепляли вепышки выстрелов, HO там, впереди, был просвет, и туда рванулся Калинович,.. Он был убит пулей в голову, в де вятом часу утра, близ здания судебных установлений в Кремле. * И вдруг настала тишина. Николай Петрович Артемьев шел по Тверской к Охотному ряду. Под ногами у него трещало битое стек: ло, на тротуаре валялись обломки кирпича, известка и щебень. Он прошел мимо Охотнорядекой часовни и остановился у Лоскутной гостиницы. Сквозь арки Воскресенских ворот он мог бы увидеть Красную площадь. Сердце сильно билось. Он не решился итти прямо на площадь, ему казалось, что он увидит в развалинах древние памятники, без которых он не мог себе представить столицу. И потому он повернул назад, к Охотному ряду. Здесь на. перекрестке еще педавно кипел бой. Артемьев увидел вдавленные железные шторы витрин, тротуары, осыпанные битым стеклом. Пробитые пулями стекла вторых этажей зияли черными провалами. разбегающиеся трещины-лучи придавали отверстиям форму звезгоду, С картины К, ЮОНА. — Я кончу МГУ и буду работать в сельском хозяйстве Польши. — Ho сельское хозяйство надо знать? — Я жила под Варшавой, в дерев. не. У тети. — На даче? — ее ответ мне показался наивным. — Пет, — рассмеялась девушка. — Я чистила коров и убирала навоз. Правда, в индивидуальном хозяйстве, Но теперь и у нас есть’ кооперативы, ия изучаю здесь, в СССР, жизнь Кооперативов. — Вы видели наши лучшие колхозы? — Я спросил об этом с ревнивой гордостью, но тут же пожалел, что разговаривал с ней, по существу, как с иностранкой. Она улыбнулась и ответила: — О хороших колхозах я много читала и слышала. Но нас на практику посылают в плохие колхозы. Чтобы помогать им. И это очень хороно. Это и для нас важно. Она говорила как человек, которого не надо убежлать в преимуществе колхозного строя: этот вопрос для ее поколения, революционного поколения, решенный. Ей важнее знать болезни колхозов, знать, как их лечить и как их предупредить. Наша страна стала университетом для многих стран мира. К нам приезжает много делегаций. Нас расспрашивают, нашу жизнь изучают. Там, у подножья горы, на которую мы начали восхождение 36 лет тому назад, стоят сейчас миллионы людей, готовых итти нашим путем. Миллионы людей — в дороге. Они за год проходят то, что мы одолевали десятилетиями. Мы были разведчиками и как разведчики несли жертвы. Мы счастливы, что наши жертвы и страдания вместе с нашими радостями и победами облегчили труд другим народам, мы горды. что принесли такую пользу всему человечеству, но это налагает на каждого из нас еще больше ответственности за все, что мы делаем. Завтра, на крутом подъеме, мы празднуем очередной день нашего рождения. Силы есть. Они прибывают с каждым днем. И мы пойдем под знаменем Ленина—Сталина уверенно дальше, все выше и выше, зная, помня и дорожа тем, что открываем путь в будущее всему человечеству. В августе на заводе была сделана опытная партия необходимых колхозам и сельским механизаторам трансформаторов. Качество их оказалось безукоризненным. Коллектив получил задание: выпустить в этом году сто таких трансформаторов. В сентябре, становясь на трудовую предоктябрьскую вахту, патриоты сказали: «Берем социалистическое обязательство встретить 36-ю годовщину Великого Октября досрочным выполнением всего годового задания по выпуску новых трансформаторов!» Сводка гласит: к 1 ноября выпущено не сто, а сто пять новых трансформаторов для нужд сельского хозяйства, дочек. Артемьев вышел на Театральную площадь и пересек ее. Фасад гостиницы «Метрополь» пестрел выбоинами, угол здания городской думы был отбиг артиллерийским снарядом, под крышей чернела пробоина. Артемьева неудержимо тянулона Красную площадь, он шел по расстрелянным гильзам ружейных патронов прямо к зданию думы, обогнул его и свернул под арку Воскресенских ворот. Теперь он был на Красной площади. Василий Блаженный с поблекшими куполами стоял незыблемый, великолепный, как стоит уже столетия. На черном циферблате часов Спасской башни, выше римской цифры У Артемьев приметил круглую дыру и пониже другую. Часы остановились, и стрелки показывали двадцать минут четвертого, точно они остановились в то самое мгновение, когда умерла старая Москва. И туг он испытал странное чувство, все точно затмилось и явилось снова в ином виде, Он увидел в мысJAX TY Ke площадь четыре года назад, в солнечный весенний день Вербного воскресенья... Под стенами Кремля, в теплом воздухе плавали похожие на гроздья огромного разноцветного винограда воздушные шары, Верешали тысячи пищалок и дудок, толпы людей теснились У лавчонок вдоль Кремлевской стены и на тротуаре у Верхних рядов. На самой площади люди стояли стеной, образуя широкий проезд. По мостовой медленно двигалась цепь экипажей— фаэтоны, ландо, щегольские пролет= ки, английские кэбы и кабриолеты. Это был знаменитый московский вербный базар, последний накануне войны парад владетельных особ купеческой столицы. И этот традиционный Вербный баз зар вдруг припомнился Артемьеву в те самые минуты, когда он стоял у Спасских ворот и глядел на остановленные снарядом часы и испешренную следами пуль и осколков арку ворот. От Варварки, Ильинки, Николь: ской улицы вливались потоки людей, сменяя друг друга, толпы проходили под Кремлевской стеной, собирались У Лобного места. Раньше Артемьев никогда не видал здесь, в центре города, этих людей. Это был народ с окраины, рабочий люд. Многие были вооружены винтовками, перекинутыми через плечо. Они шли сюда с женами, ребятами, шли по главным улицам, не торопясь, ‘степенно. Вперз вые народ шествовал по улицам Мо: сквы, как победитель, свергнувший власть своих заклятых врагов. Они шли и по Тверской, спокойно и внимательно рассматривали следы разорвавшихся снарядов, пробоины oT пуль в саженных зеркальных стеклах магазинных витрин, понимая, что разрушения были необхолимостью, На лицах молодых было гордое торжество, теперь уже никогда они не отдадут завоеванную кровью власть. Промчался грузовик, с грузовика кто-то кинул ввысь пачку белых листков, они закружились в воздухе и опускались прямо в руки. Мужественный молодой — голос громко выкликал: «...Революциочные войска ‘’победили, Юнкера и белая гвардия `едают оружие... „Московские рабочие и солдаты дорогой ценой завоевали всю власть в Москве... Все на охрану завоеваний новой рабочей, солдатской и крестьянской революции », много лет спустя, вспоминая этот день. Артемьев гордился тем, что именно в тот октябрьский пень понял значение событий. Он понял, что произошло в городе, который семь веков стоял. на своих холмах, и в Октябре 1917 года начинал новую эру в истории человечества. Гражданам этого города было суждено свершить небывалое, невиданное, нечто такое, что должно затмить все до сих пор содеянное на земле, Стройка началась в начале прошлого года. С первых же дней был взят боевой темп. обеспечивавший выполнение производственных графиков. Этому способствовало также широко развернутое социалистическое соревнование. Строители применили здесь перво. классную отечественную — технику. Мощные портальные краны rpy3oподъемностью в 95 тонн ускорили сборку железобетонных зстакад и монтаж пролетных строений. Высокая механизация, правильная организапия работ позволили вести строительство сравнительно небольшим коллективом людей, добиться сокращения сроков пуска крупкейшего в столице путепровода. — Откроем движение по путепроводу к 36-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции — такое обещание дали строители. Слово свое они сдержали. Сегодня коллектив рапортует: путепровсд готов. Широкий, просторный проспект, перекинутый через железнодорожное полотно и тянущийся почти на полтора километра, принял днем первый поток автотранспорта. ций. Он весь ушел BY To, что сейчас делает. Пройдешь мимо, он и не взглянет. А можно ли не заметить его самого, представителя советского поколения рабочего класса, родившегося и выросшего в послеоктябрьские годы! Виктор Алексеевич Ипатов родился в 1921] году в рядовой MOCKOBской семье, Семнадцатилетним юношей прищел на завод. Прошло всего пятнадцать трудовых лет, а в биографии рабочего-электромашиностроителя уже значится, что он по доверию народа избирался в депутаты районного Совета’ и вторично избран депутатом Моссовета. Цеховая «молния» сообщает выработку передовиков производства за прошедший день. Первой на плакате значится фамилия Ипатова. Против нее стоит цифра — 400 процентов. ‘Один сработал за четверых! — Скорее пустить волжские ГЭС, дать теперь больше трансформаторов для электрификации сельского хозяйства и всех других отраслей нашего народного хозяйства — вот наша главная забота, — говорит Виктор Алексеевич. На другом участке того же цеха трудится Алексей Широченков. Всего три года назад вошел он в строй рабочего класса, но уже твердо стоит в первой шеренге столичных электромашиностроителей. На Широченкове — солдатская гимнастерка, Это не случайность. Со школьной скамьи Алексей Шнроченков ушел в партизанский 07- ряд. Служил связным, разведчиком, обеспечивал бойцов питанием и одеждой, участвовал в боях за родную землю. Когда Советская Армия изгнала оккупантов с курских земель, Алексей занял место в рядах советских воинов. После демобилизации пришел на завод, овладел специальностью слесаря-электромонтажника по комплектным трансформаторным подстанциям. — Страна строится... — говорит коммунист, партгруппорг участка Кто же творцы их? Многочисленен коллектив трансформаторцев. Летопись завода с каждым днем полнится новыми именами передовиков производства. ..Сборочный цех. Налево’ от входа стоит невысокий подмосток-верстак, На нем выстроились в ряд остовы будущих трансформаторов, Худощавый человек привычными размеренными движениями готовит остовы для последующих сборочных опера-