В ТЕСНОТЕ РОСТОРНЫЙ зал фотостудии. Ковры, мягкая мебель придают помещению уютный вид. Здесь оформдяются и выдаются заказы. В нижнем этаже размещены комнаты ожидания, съемочные павильоны, HCпетчерская. Беспрерывно приходят и уходят посетители. Приемшица замечает, что молодая женщина с девочкой направляется к выходу, так я не сделав снимка. — Бы что же, передумали? — спрашивает приемшица. — Забыли дома куклу, а без нее дочь не хочет фотографироваться. — У нас в детском павильоне есть много игрушек. Там любую подберете. Через несколько минут фотограф усаживает маленькую посетительницу в Кресло. — Можете быть уверены, снимок получится великолепный, — заверяет фотограф. В зале появляется молодая пара. На улице январский мороз, а у де-. вушки в руках огромный букет цветов. — По какому случаю фотографироваться изволитег — лукаво спрашивает ожидающий очерели пожилой мужчина. ^ ’ — Из ЗАГС’а приехали, — смущенно объясняет мололой человек. Здесь часто бывают юбиляры, друзья-однокурсники, однополчане, Свыше тысячи клиентов ежедневно посещают фотостудию в проезде Художественного театра. Они уходят отсюда с чувством благодарности за отлично изготовленные открытки и большие портреты, за культурное обслуживание и уют. К сожалению, таких фотостудий мало в Москве. Как правило, фотоателье ютятся в малопригодных помещениях. ..Привлекает внимание прохожих вывеска фотографии на Серпуховской площади. По лестнице, на второй этаж, поднимаются мужчина и женработы артели Рис. ИП. ЧЕРНЕННО. В Централь Фотография раб «Фотоснимок» № 10. И В ОБИДЕ ` щина. Они решили сфотографировать своего шестимесячного малыша. ‹ Но поднимались наверх они Haпрасно. В холодном помещении нелъзя распеленать млаленпа. --B фотографию № 30 на улице Баумана заходит большое семейство. Заведующая фотоателье тов. Симантовская предлагает сложить пальто, шляпы, шапки на стулья. В фотографни нет ни гардероба, ни гардеробшика. — ИШойдем, папа, в соселнюю Ффотографию, может быть, там удобнее. — Напрасно будете трудиться. — возражает приемщица, — там еще теснее. -..Фотопавильон артели «Фото-быт» у Дангауэровского колхозного рынка. У входа очередь. — Товарищи колхозники, — предупреждает работник фотографии, — просьба соблюдать порядок и входить только но двое. А вас, гражданин в тулупе, сможем сфотографировать только сидя. В нашем помещении люди среднего роста и то упираются головой в потолок. Много жалоб поступает на ателье № 10 артели «Фотоснимок» на Пятницкой улице. Заказчики недовольны качеством снимков, задержкой их исполнения. Тов. Замарайкиной пять дней подряд предлагали: «Зайдите завтра». Ha шестой нагрубили, так и не выполнив заказа. — Нам от ваших жалоб ни холодно, ни жарко, — говорит заведующий фотоателье тов. “Лисичкин. Такой стиль, к сожалению, не только в фотоателье на Пятницкой. собрание сторонников Мира B Ocno ОСЛС, 13 января. (ТАСС). Как сообщает газета «Фрихетен», на открытом собрании, устроенном в Осло комитетом сторонников мира, с докладом выступил член Всемирного Сове+ та Мира священник Рагнар Форбекк,. который подчеркнул, что все борющиеся за укрепление мира приветствуют решение о созыве совещания четырех держав в Берлине. Собрание приняло послание Немец кому совету борцов за мир, в котором выражает свою солидарность © ним и требует создания единой демократической и миролюбивой ГермаНИИ. На собрании выступил также участник движения сторонников мира Турольф Сульхейм, который сделал доклад о торговле между странами Востока и Запада. «Только нормализация торговли между Востоком и Западом, — заявил Сульхейм, — может разрешить сложные проблемы настоящего времени. Норвегия, которая сильно зависит от внешней торговли, должна бороться за расширение торговли со странами Восточной Европы». Швейцарская печать об успехах советских ADI BHHY BEPH, 13 января. (ТАСС). Швейцарская печать широко комментирует участие советских JIDEXHHH в международных женских соревнованиях по лыжному спорту в Гринпельвальлде. . «Русские являются сенсацией Гриндельвальда, — пишет газета «Спорт». — Со всех концов Европы прибыли фоторепортеры, чтобы запечатлеть их на снимках. Уже на основании наблюдений за тренировками русских создалось мнение, что онЯ будут победителями. Однако, — пи шет газета, — никто не мог считать, что все пять участниц займут первые места на дистанции в 10 километров». Газета отмечает особый лыжный птаг советских мастеров, которого «нет не только У лыжнииц Швейца-- рии, но даже у лучших спортоменок Скандинавии». Газета «Ла Сюисс» пишет: «В области лыжного спорта русские достигли такого болыного — прогресса, который может серьезно угрожать известному превосходству северян». Газеты называют советских лыжниц «затопеками снега». Печать особенно отмечает «прекрасный, почти идеальный стиль» советских мастеров Леонтьевой и Масленниковой. Газета «Националь-цейтунт» отме? чает, что «международные лыжные соревнования женщин по бегу на дистанцию выиграла одна нация». «Русские, — пишет «Журналь де Женев», — соревновались по существу между собой и закончили ди» станцию в полной форме, явно ‘не истратив еще всех своих сил». дая отца, и сидит у окна грустная Мария. — Что с тобой, атаман? — удивленно спрашивает Захар Блажкун, который до сих пор молча шел за Кармелюком и не решался нарушить его размышления. — А? Ничего... Это я так... — Может, у тебя что. болит? Незаболел ли? — допытывается Блажкун. — Нет, брат. Так что-то невесело... Мария вот из головы не выходит. Не хочет переезжать в Таврию, на волю. А чем я могу ей помочь? Только сердце растравляю. — Давно я тебе говорил, атаман,— успокаивал Блажкун, — надо нам бросать эти края. Тут нас уже все знают, трудно становится... Надо на Винницу пробиваться или на Житомирщину—там, на новом месте, вольготнее. Я те края хорошо знаю. Дальняя дорога всегда человеку сердце успокаивает... — А яи не знал этого, — горько улыбается Кармелюк. — Вот гнали меня ‘в Сибирь, а сердце не успокаивалось. Все о вас думал... Меня уже никакая дальняя дорога не успокоит. — Да я не об этом, — оправдывается Захар Блажкун. — Там, в Новой Синяве, у меня хата своя, люди добрые. Подумай, Устим... — Люди всюду добрые. Им тедько глаза надо раскрыть, — говорит Кармелюк. — Hy, вот, мы и раскроем. Тут уже раскрыли, надо дальше итти, — настаивал Блажкун. Кармелюк молчит. Извилистая крутая тропинка, наконец, обрывается возле глубокой пешеры, заросшей густыми кустами колючего терновника. В пещере мигает огонь, у входа стоит стража, кланяется атаману. Кармелюк входит в пещеру. На постелях из дубовых листьев, вокруг угасающего костра, сидят его люди. Увидав Устима, все встали, а Данило Хрон даже козырнул по старой солдатской привычке, унаследованной еще от покойного отца. Как старший, он доложил Кармелюку: — Так что в точности все исполнили, как ты приказал, атаман. For сотни розог отмеряно Ханенко. (Окончание на 4-й стр.) _ Мультура и искусетво ПЕКИН, 13 января. (ТАСС). В опубликованном вчера в газете «Женьминьжибао» докладе министерства культуры отмечаются успехи, достигнутые в 1953 г. в деле удовлетворения растущих культурных запросов широких народных масс. .В прошлом году, говорится в докладе, было выпущено 10 художественных, 26 хроникально-документальных, 10 научно-популярных фильмов и много киножурналов. На китайский язык было дублировано 40 советских кинофильмов и кинофильмов стран народной демократии. 87 кинофильмов дублированы на языки национальных меньшинств Китая. На сценах театров ставилось много новых пьес, из которых наибольшей любовью пользовались «Весенние цветы, осенние плоды», «40-летняя мечта», «Весенний ветерок над Номинхэ» и другие пьесы. Большой популярностью пользуются одноактные постановки «Чжао Сяо-лань» и «Женщина-депутат» и советская пьеса «Рассвет нал Москвой». Значительная работа была проделана в области популяризации Haционального искусства. Большим событием в культурной жизни явился Всекитайский смотр национальной музыки и танцев, лучшие участники которого выступали затем на многих Витая в 1955 году ХУ ДОЖЕСТВЕННЫЙ КРИТИК yn Владимира Васильевича Стасова неразрывно связано с молодой реалистической школой русского искусства — с жизнью «передвижников» в живописи и «могучей кучки» в музыке, с передовыми деятелями, смело боровшимися за идейное, прогрессивное национальное искусство. Вся долгая и замечательная жизнь В. В.Стасова (1824—1906) была проникнута самозабвенной любовью к отчизне, к родному искусству. «Он говорил об искусстве так, как будто все оно было создано его предками по крови — прадедом, дедом, отцом, как будто искусство создают во всем мире его дети, а будут co3maвать — внуки, и казалось, что этот чудесный сценах страны и были удостоены международных премий на 4-м Всемирном фестивале молодежи и студентов. Большую роль в деле популяризации китайского искусства играли открытый в Зимнем дворце павильон китайской живописи, выставки живописи и национальных произведений изящных и прикладных искусств. В 1953 году в Китае было издано 262 книги разных наименований. Часть из них переиздана общим TH ражом в 17 млн. экземпляров. Кроме того, было выпущено более 50 художественных плакатов тиражом в несколько десятков миллионюв экКземпляров. В области культурной связи с заграницей также достигнуты большие успехи. На 4-й Всемирный фестиваль молодежи и студентов был направлен китайский молодежный художественный ансамбль, который, выступая в Румынии, Чехословакии, Польше и Германской Демократической Республике, дал 156 представлений, на которых побывало более 830 тыс. человек. В 1953 году были проведены недели чехословацкого, болгарского, советского и венгерского кино... В докладе намечены задачи по дальнейшему развитию культуры и искусства Китая. старик всегда и везде чувствует юным сердцем тайную работу человеческого духа — мир для него был мастерской, в которой люди пишут картины, книги, строят музыку, высекают из мрамора прекрасные тела, создают величественные здания...». (М. Горький). Выдающийся художественный критик Стасов не был кабинетным ученым, отгородившимся от жизни. В своих статьях, являвшихся непосредственным, страстным откликом на события современной ему художественной жизни, он выступал как неутомимый борец за новое, как блестящий полемист, сражавнгийся во-имя расивета русского реалистического искусства. Трудно переоценить роль Стасова как художественного критика, ‘прололжавшего ‘лучшие публицистические традиции Белинского, Чернышевского, Добролюбова. Творчество Стасова близко и дорого советским людям, видящим в великой русской национальной нем выдающегося представителя художественной культуры. ФРАНИУЗСКАЯ ПЕЧАТЬ О ПОЛОЖЕНИИ В ИНДО-КИТАЕ которые, с одной стороны, пытаются вовлечь в войну Таиланд, а < другой, взять на себя общее руководство ею. Настало время выйти из этой западни». Газеты сообщают, что принц ГБ Лок создал, наконец, новое марионеточное правительство на занятой баодаевцами части Вьетнама, которое, по мнению газет, не может рассчитывать на долговечность, так как не пользуется поддержкой существующих политических групп. Свыше трех недель продолжался правительственный кризис у баодаевues. Буржуазно-националистические круги отказались участвовать в «правительстве» Буу Лока, чтобы не связывать себя с обанкротившимися сторонниками Бао Дая. Буддийская секта Бинксюэн, которая, как указывает агентство Франс Пресс, по общему мнению считается последней опорой Бао Дая, отказалась участвовать в правительстве Буу Лока. От участия в новом правительстве отказались также лидеры религиозных групп Южного Вьетнама и других политических группировок. Лишь 11 января Буу Локу, наконец, удалось сформировать новое «правительство» (оно состоит из 15 министров, причем б из них никогда ранее не участвовали в правительстве). Буу Лок назначен председателем совета министров и министром внутренних дел. нистой горой над прудом, тихое, приникшее к земле. Только господский дом белеет, как меловая скала, в густом парке, высоко поднимаясь над покосившимися бедными XaTKaMH. Вон там, за явором, стоит и егохата. Может, Мария и до сих пор не спит? Была ли она этой ночью в имении, видела ли, как Кармелюк чинил справедливый суд над Ханенко? Чтото не заметил ее Устим, хотя и присматривался внимательно к каждой женщине. Хорошо поступила Мария, что не пришла. Ее там не видали, значит — она не соучастница в его делах. Пусть лучше за детьми присматривает, а в его дела не мешается. сыны хорошие растут! Остап за четыре года так вытянулся, что и не узнать. Что-то он делает сейчас? Кармелюк представляет себе среднего сына Остапа: скорчился, бедный, на голом топчане, тарань из рук не выпускает. Что ему снится в такую ночь? Может, не виданное никогда синее море, ав нем золотая рыбка? А может, яблоки в господском саду? Крупные, румяные, а рукой не достать. Отшибет барин руку... Устим вовек не забудет того дня, когда Мария пришла в тюрьму с маленьким Остапом и плакала, глядя, как гнали Кармелюка этапом в Сибирь. Иван стоял рядом с ней, насупив брови, даже не всхлипнул, а Остап все протягивал ручонки к отцу, веселый такой, радостный — просил яблоко: Но гле же было Устиму взять яблоко, когда руки и ноги в железных канnanax? Даже обнять на прощанье не мог. Может, именно в эту минуту родилась в нем любовь к среднему сыну — сколько бы ни ходил по этапам, сколько бы ни колесил по подольским лесам, а болыше всего щемило сердце, когда вспоминал Остапа и тот прощальный день. Иван и Микола тоже ‘его родные дети. Устим и их любит, но они не так милы ему, как маленький Остап, и любовь к ним у отца иная. — Горе им, горе, — вздыхает Кармелюк, вступая в лесную ‘чащу. — Проснутся утром, и Остап будет бегать по хате, разыскивая отца. Что ему на это ответит Мария? В селе уже поют третьи петухи, это пенье гонит Кармелюка в лес, и он старается не думать о Головчинпах, где стоит его покосившаяся ха: та, спят его дети, даже во сне ожиПАРИЖ, 13 января. (ТАСС). Газеты сообщают о напряженном положении в Индо-Китае в связи с непрекращающимися ожесточенными боями. Войска Демократической Республики Вьетнама, как явствует из сообщения агентства Франс Пресс, сосредоточиваются вокруг крепости Дьен-Бьен-Фу. Напряженные происходят в районе Сено-Саваннакет. Военное положение в Индо-Китае обсуждалось во французском правительстве. По сообщению газеты «Комба», председатель Совета министров Ланьель имел беседу со статссекретарем 6 делам присоединившихся государств Марком Жакэ и заместителем главнокомандующего французскими вооруженными силами в Индо-Китае генералом Бодэ, а затем министр иностранных дел Бидо и министр национальной обороны Плевен, Жакэ и генерал Бодэ были приняты заместителем председателя Совета министров Полем Рейно. Характеризуя положение в ИндоКитае, газета «Либерасьон» пишет: «Война продолжается. Каждый день гибнут люди, каждый день она поглощает новые миллиарды франков. Не видно никакого военного выхода. Наоборот, положение обостряется. Оно может стать еще более сложным в результате маневров американцев, В столице Таиланда Бангкоке... в ‘декабре 1953 года была открыта традиционная конституционная. .. вы». ставка, в которой принял участие Советский Союз. Павильон СССР был самым большим на бангкокской выставке; он представлял собой двухэтажный белый дворец с высоким шпилем, увенчанным рубиновой пятиконечной звездой. Здесь были показаны станки, автомобили, транторы, товары легкой и пищевой промышленности СССР. Павильон посетили сотни тысяч людей. Выставочный комитет присудил советскому павильону первую премию за хорошее оформление. НА СНИМКЕ: общий вид советского павильона на выставке в Бангкока. В минувшем году фотографии столипы посетило около лесяти миллионов москвичей, приезжих, гостей. Это говорит о том, что фотоателье являются учрежлениями массового обслуживания населения. „Назрела необходимость создать в. фотографиях нормальные условия и для работников и для многочисленных посетителей, обеспечить ателье квалифицированными кадрами. До войны в Москве была создана специальная школа по подготовке фотографов, ретушеров, лаборантов. Более десяти лет она уже не существует. Не случайно кадры в подавляющем болынинстве фотографий состоят из «самоучек». Раньше практиковались фотовыставки, обмен опытом, творческие встречи, конкурсы на лучший портper. 1еперь всего этого нет и в помине. Мосгорбытпромсоюз (председатель президиума тов. Антипов) и Управление предприятий бытового обслуживания Мосгорисполкома (управляющий тов‹ Митрофанов) усматривают в фотографиях лишь источники выполнения плана по ‘финансам. А следовало бы видеть и советского человека с его возросшими вкусами и требованиями. В. Майский. ном театре Московская общественность отмечает 130-летие со дня рождения выдающегося русского художественного критика В. В. Стасова устройством вечеров, лекций, радионередач, посвященных его жизни и творчеству. Завтра в Академии художеств СССР состоится торжеэтой дате. Вступительное слово ственное заседание, посвященное скажет президент Академии художеств народный художник СССР А. Герасимов. Доклад на тему «В. В. Стасов — выдающийся русский художественный критик» сделаег член-корреспондент Академии художеств А. Лебедев. В эфире прозвучат две радиопередачи, посвященные В. Стасову. Сегодня по первой программе транслируется симфонический концерт, составленный из произведений, влохновленных В. Стасовым. Это.— симфоническая фантазия Чайковского «Буря», сюжет которой был подсказан великому композитору Стасовым. Он же разработал и подробную программу этого произведения, полностью принятую Чайковским. Кроме того будут исполнены отрывки из оперы Бородина «Князь Игорь». Многие издания произведений Стасова выпустило и готовит к печати Государственное музыкальное издательство. В их числе — брошюры-статьи о Глинке, Мусортском, Римском-Корсакове, Бородине. Музгиз предпринял также издание собрания писем В. В. Стасова к родным. До сих пор произведения польской, чехословацкой, венгерской, румынской, болгарской и других литератур народно-демократических стран представлены лишь садельными и еще очень немногочисленными названияMH. О произведениях классической драматургии -народов СССР, заслуживающих постановки на советской сцене, локлад сделал Г. Гоян. Он назвал более 70 классических комедий, драм и трагедий, написанных украинскими, белорусскими, латышскими; эстонскими, армянскими, грузинскиMH, азербайджанскими и татарскими драматургами. Эти ньесы с болыним успехом ставятся в соответствующих советских республиках, но редко появляются на русской сцене и в театрах других братских народов СССР. Между тем опыт истории показывает, что, например, украинская драматуртия с успехом шла на русской сцене по инициативе М. Шепкина (например, «Москаль Чародей» И. Котляревского), А. Оатровского («Искренвяя любовь» или «Милый дороже счастья» Г. Квитко-Основьяненко), Г. Федотовой («Назар Стодоля» Т. Шевченко). Доклад Г. Бояджиева был посвящен вопросу расширения западноевропейского классического репертуара на советской сцене. Совещание привлекло внимание творческих работников московских театров, управлений по делам искусств министерств культуры СССР и РСФСР. глаз на окруживших его тесным кольцом крепостных, и целует холодную землю. Он видит на земле ноги крепостных, черные и потрескавшиеся, обтрепанные литаны у мужчин, подолы женских юбок, искусно вышитые черной шерстью по суровому полотну. Ханенко клянется, стиснув зубы, и старается хоть краешком глаза заглянуть в лица своим холопам, чтобы навек запомнить эти лица, зловеше освещенные заревом пожара. Кармелюк высоко поднимает руKy: — Слушайте меня, люди! Барин поклялся вам при свидетелях. Запомните это. Деньги я у него забрал, мне они не нужны, и я раздам их бедным. Это ваше потом и кровью добытое богатство. А ты, барин, берегись, коли не сдержишь клятвы и своего слова, —— пеняй тогда на себя. Я тебя и на том свете найду! Если хоть пальцем кого напрасно заденешь и я услышу людской плач, — где бы ты ни был, прилечу к тебе расквитаться, Вот, подумай, господин Ханенко, подумай и поступай, как знаешь! Люди слушают эти слова, и на сердце у них становится легко и тепло, словно им приснился радостный и счастливый сон. Они не в силах поверить своему счастью. Неужели это их Устим Кармелюк, которого сослали в Сибирь, на вечную каторгу? Да! Он! Это его голос снова звонко раздается на господском дворе, трепещут ноздри орлиного носа и в знакомых глазах под густыми бровями снова вспыхивают искорки. Кто же это может быть еще? . Догорает господская винокурня, и сам Ханенко, злой и неприступный барин, лежит голый на скамье посреди двора. Кармелюк ушел в господский дом отдавать выборному казначею деньги. А Данило Хрон, расстегнув до пояса старый солдатский мундир, доставшийся ему еще от отца, стоит над барином и спокойно, с присвистом, проходится по господской спине солеными розгами да еше приговаривает при каждом ударе. Ему помогает Мирон Волошка. Он подает свежие розги, распаризвает новые в соленой воде и тоже прибавляет при каждом ударе: — Это тебе, барин милый, за красную шапку. Поносил я ее по твоей Совещание по вопросам классического репертуара В течение двух дней в Институте истории искусств Академии наук СССР проходило совещание‘ по вопросам классического репертуара, организованное по поручению Министерства культуры СССР с целью привлечь внимание театров к произведениям классической драматургии. С сообщениями о русском классическом репертуаре, .классической драматургии стран народной демократии, произведениях классической драматургии народов СССР и западноевропейском ‘классическом репертуаре выступили кандидаты искусствоведения Б. Ростоцкий, Г. Бояджиев и доктор искусствоведения Г. Гоян. B. Ростоцкий остановился на характеристике пьес русского классического репертуара, недостаточно широко используемых или даже вовсе забытых нашими театрами. Так, перед. советским театром до сих пор в качестве нерешенной задачи стоит проблема сценической интерпретации драматургии А. С. Пушкина. Не ставятся «Иепанцы» М. Ю. Лермонтова, театры проявляют мало внимания к ряду произведений А. Н. Островского—например, трилогии о Бальзаминове, к пьесе «Грех да беда на кого не живет», к историческим пьесам и т. д. Большой интерес для зрителя могли бы составить пьесы М.Е. Салтыкова-Шедрина, которые (кроме «Смерти Пазухина» и «Теней») совершенно не представлены в репертуаре. Из старой русской драматургии незаслуженно забыт «Бригадир» Д. И. Фонвизина. Василь К Советской Армии. Н: Шифрина. Роль Гайдая поручена артисту В. Макарову, Оксаны — И. Солдатовой и Е. Глебовой, Стрыженя — С. а боцмана Бухтыы— В. Ратомскому, Фрегаты — К. Нассонову и М. Перцовскому, комиссара — Н. Колофидину, адмирала — А. Хохлову. Ближайшая премьера Центрального театра Советской ‘Армии — комедия молодого белорусского драматурга А. Макаенка «Извините, пожалуйста». В пьесе в острой комедийно-сатирической форме разоблачаются карьеристы и очковтиратели, ставшие на путь обмана государства. Peжиссер спектакля Д. Тункель, художник А. Матвеев. Театр репетирует пьесу Л. Аграновича и С. Листова «Летчики» из жизни Советской Армии. Постановка режиссера И. Ворошилова, оформление художников Ю. Трушина и В. Мазенко. Центральную роль полковника Друнина будет‘играть ыы В. Макаров. Устим Кармелюк в начале XIX века поднял восстание крепостных крестьян против польских, украинских и русских помещиков. В течение двадцати лет отряды Кармжелюка держали в страхе помещиков и полицию Подолья. Сам Кармелюк за эти годы семь раз бежал из тюрем и с каторги. Устим Кармелюк был верным другом русского народа, в его отряде вместе с украинцами сражались и русские крестьяне. Борец за свободу крестьянства, Устим Кармелюк стал героем многочисленных народных украинских песен ` и литературных произведений. Его жизни и борьбе посвящен новый роман украинского писателя Василя Кучера, отрывок из которого печатается ниже. дут на виселицу. Помни, собака, что Кармелюк бъет и режет господ всякой веры и языка. И своих я чужих! Толна одобрительно загудела, заволновалась. Словно ветер подул в жару, орошая землю обильным дождем. Расталкивая людей, к Кармелюку уже пробирались окровавленный Мирон Волошка, избитый Опанас и растрепанный Тимко Гречка. Кармелюк тряхнул Ханенко за ворот. — Клянись, супостат, людям, что больше обижать их не будешь. Проси их. Ханенко упал на колени, затрясся: — Клянусь всем вам.. Простите, больше не буду, так и есаулам закажу... — Врешь, собака! — грозно кричит Мирон Волошка. — Клянись! — гудит озаренная пожаром толпа. — Присягай, что больше пальпем не тронешь крепостного. Не будешь Пьесы украинских ‘драматургов занимают видное место в репертуаре театров страны. Большой популярностью пользуются драматические произведения одного из крупнейших украинских писателей Александра Корнейчука. Они переводятся на многие языки народов СССР. В московских театрах были поставлены почти все пьесы Корнейчука. Заслуженную популярность завоевала его пьеса «Гибель эскадры», посвященная героической борьбе советского народа протиВ8 контрреволюции и иностранных интервентов. Пьеса переносит зрителя в обстановку бурных событий 1918 года. Много лет назад «Гибель эскадры» была поставлена в Пентральном театре Советской Армии. В ознаменование 300-летия воссоединения Украины с Россией коллектив Центрального театра Советской Армии вновь обращается к этому — талантливому произведению. Спектакль ставит режиссер А. ОкунцИкОВ, оформление художника Ее Ханенко стоял потупившись посреди двора и весь дрожал не столько от холода, сколько от страха. Руки барина крепко связаны ` веревкой, толстое тело покачивается на коротких, раскоряченных ногах. Барин сразу стал маленьким, он всхлипывает, боясь поднять глаза на людей, на Кармелюка. А болыше всего боится он глянуть на свою винокурню, которая пылает на высокой горе, словно сухая щшепка. Наконец, Ханенко приходит в себя и, тряхнув головой, кричит: — Смилуйтесь, люди! Я же весь ваш, украинец, чистого гетманского рода. Мне это имение и земли достались в наследство от дедов-прадедов. У нас бог один, и вера православная одна, я не шляхтич коронный и не душегуб... Украинец я, христианин! Брат ваш и сын... Кармелюк вздрагивает при 9STHX словах, но стоит недвижимо, словно прирос к земле. Лицо его сурово, и в отблесках пожара оно кажется отлитым из. бронзы. — Что ты сказал, собака? — цедит он сквозь зубы и, повернувшись, кричит: — Вы слышали, люди, что он сказал? Возбужденная толпа крепостных вдруг качнулась и затихла. Стало слышно, как потрескивают в пламени сосновые бревна винокурни. — Господин Ханенко сказал, — бросает в толпу Кармелюк, — что он наш родной брат, да еще и сын. Врешь, собака, Kak Мазепа! Все земли испокон века были наши. Твои деды и прадеды силой забрали их у нас. Какой же ты нам брат? Твои кровные родичи — это господа и хозяева всех вер и языков. И польские, и турецкие, и австрийские. У всех господ один отец — царь, одна мать — царица. Мы, крепостные, для них — быпло вечные батраки. Так знай же, гадюка, что эти батраки вБо0- гда-нибудь свяжут вас всех и повемилости. А это за детей, проданных в Варшаву. За снопы разрезанные получай мелочью сдачи. Казалось, конца краю не будет этим приговорам, от которых по толпе разносился легкий, тихий смешок. А Данило Хрон не унимался. Словно он все время только и делал, что зарубал на своей палке господские грехи, а теперь вот припоминает их барину, один за другим, ничего не забывая. Розги хорошие, в соленой воде распаренные. Принес их сюдас господской конюшни Тимко Гречка и теперь подает по одной то Данилу, то Мирону. Веселый парень. Но вдруг ночную тишину разрывает пронзительный свист. Он доносится от пруда, летит над господским парком и затихает где-то на хуторах. Пора, стало быть, кончать. Стража Кармелюка, что стоит за околицей, подает знак. Двор экономии медленно пустеет, люди расходятся по своим хатам, потихоньку скрываются в густых зарослях. На плотине уже показались всадники из соседнего имения, куда верные слуги господина Ханенко успели подать весть. Пан Опаловский спешит на помощь своему соседу. Но напрасно гонит лошадей шляхтич Опаловский. Молодцы Кармелюка давно скрылись из села, И даже не по той дороге умчались, на которой Опаловский расставил свою засаду. Когда всадники въехали на плотину, Кармелюк со своими ‘людьми был уже за селом. Винокурня господина Ханенко догорела, а сам барин лежал посреди двора, привязанный к скамье, и тяжело стонал. Кармелюк, опустив голову, молча шагал по полю, спеша к глубокому оврагу. На сердце было тяжело, жаль сыновей, мучила мысль о Марии. Он так и не попрощался с сыновьями, с женой. Боль за близких и лютая ненависть К Ханенко охватывали его. Кармелюк мог бы задержаться в селе, мог бы встретить на плотине всадников пана Опаловского, но уже занималась заря и встретить Шляхтица — означало бы окончательно выдать себя и всех парней. Лучше Кармелюк встретится с паном Опаловским в его имении, а теперь надо поспешать в лес. На холме он остановился и еще раз взглянул на родные Головчинцы. Село стоит, как и прежде, под Глиснопов резать, детей разлучать < родителями. Клянись перед ними. Громко клянись, чтобы все слышали! — гремит Кармелюк, опершись на высокую палку. Ханенко бьет земные поклоны, набожно поднимает глаза к небу и повторяет вслед за атаманом слова страшной для себя клятвы. — Отныне, люди добрые, на баршине будете работать четыре дня в неделю. Сегодня я отменяю в усадьбе и на всех моих землях телесные наказания розгами и плетьми. Беременных женщин на сносях обязуюсь не посылать на барщину. Печи в господском доме отныне будут топить конюхи, погонщики волов. Все старые мерки для снопов сожгу, а заведу верные, из сухой веревки. Ночью никого не буду гонять на работу... Два дня в неделю и святое воскресенье будут для людей... Они не мои... Ханенко хрипит, часто глотает слюну и облизывает горячим языком пересохшие губы. Он все еще не оправился от испуга, и ему даже трудно вспомнить, Как случилось, что ему, господину Ханенко, пришлось сейчас клясться перед своими мужиками. Какой стыд, какой позор для именитого помещика, наследника гетманского рода и славного дворянина... У него над головой стоит Кармелюк и не дает ему даже передохнуть, замолчать хоть на миг. — Эй, барин! Ты не вертись, а то шею свернешь! — кричит над самым ухом Кармелюк, и Ханенко начинает путать слова. Он согласен отдать им все, согласен в эту минуту устроить для своих мужиков рай на земле, только бы оставили его в живых. — А теперь поклонись людям и поцелуй святую землю. На все стороны поклонись, — приказывает Кармелюк. Ханенко кланяется, не поднимая