ЛЮБИМАЯ
ПЕСНЯ
Люблю твои песни, сестра Украина!
Но больше других полюбил
. навсегда я
Слова и мелодию песни старинной: *
«Дивлюсь я на небо та й думку
2a0ai0...>
Хорошая песня! В ней кажоое слово,
В ней каждая нота —
пророчество счастья.
Сегодня над степью цветущею, новой
Не хмурится небо суровым
ненастьем.
Ни ехать, ни плыть, ни лететь
уж не надо
За долей своею в туманные дали.
Цветет Украина невиданным садом,
В котором нет места тоске и печали.
Днепр величавый на солнце
искрится.
А в небе над ним, над своей
Украиной
Счастливый, свободный, крылатый,
как птица,
Полтавец свершает полет соколиный.
И новые песни рождаются ныне,
В них сила и радость раскованной
жизни.
Они раздаются по всей Украине,
По всей необъятной советской =~
Отнизне!
Но старые песни забудут не скоро...
И даже пилоты, как птицы, взмывая,
Поют под уверенный рокот моторов:
«Чому я не союл, чом не мтаю?!.>
Так песня, что деды сложили когоа-то,
Достигла сегодня высот поднебесья
В Отчизне Свободы, где люди
. крылаты
В мечтах а. в работе, в дерзаньях
и в песнях.
. Кулешов,
мастер завода.
* *k &
А МНОГИХ предприятиях столицы существуют
объединения, в которых систематически ведется большая и
слумашие, — студенты,
многообразная работа. Рабочие, инженеры,
литературные
О том, что цель заветная близка.
Есть цифры, что читаются
сердцами.
Язык такой статистики не сух,
И от картин, встающих перед
нами,
В. Гиленко,
учитель.
У каждого захватывает дух!
Прими ОТ НАС 9
Как знак любви, которой нет
_ конца;
От всех простых людей страны
ee С
Советов,
0х тех, кто передал тебе
сердца.
Нас партия ведет. Нам постоянно
Указывает путь ее рука,
Нам говорят скупые строки
плана
Дорогие друзья; с Октябрем
посвящая свой досуг литературному творчеству, изучают историю и
теорию литературы, читают и обсуждают произведения своих товарищей, стремятся совершенствовать свое мастерство.
Уже четверть века работают литературные объедингния на автозаводе имени Сталина и на заводе «Серп и молот»; успешно развивается деятельность литературного объединения при Центральном доме нультуры железнодорожников, созданного в послевоенные
годы, литературных кружков при некоторых высших учебных заведениях. Перед вторым Всесоюзным съездом советских писателей
литературные объединения значительно активизировали свою рапри
Ut
выпустило сборник
боту. Например, объединение
«Стальные пути», в который вошли произведения молодых ‘авторов.
Сегодня мы публикуем стихотворения и рассказ, принадлежащие перу наших читателей — начинающих литераторов.
На столе уютно лампа светит...
Мать ворчит: мол, спать давно
пора —
«Нет таких порядков, чтобы дети
Молотком стучали до утра!
Вот. отец придет сейчас со сменыы—
Попадет тебе, что спать не лег...
Я ему сегодня непременно
Расскажу, какой ты стал, сынок!
Он тебе читать не станет книжку
И не даст ни гаек, ни свинца...»
Только разве справиться
с мальчинткой,
Если тот мальчишка —
весь.в отца!
Что-то рубит,
плит,
клеит вечно,
Жесть нашел и-в дом ее принес...
Коль уж правду молвить —
то, конечно,
Неплохой выходит паровоз.
>.За окном гудки нежданно
взвоют
И замолкнут надолго опять —
Словно понимают, что не стойт
Маленькому мастеру мешать.
Многое мальчишке непонятно,
Жизнь еше на первом рубеже...
Но уже лежит на складах ватман
Для его грядущих чертежей.
Я. Белицкий,
экономист.
Письмо девушки
ГЕРМАНСКАЯ ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ РЕСПУБЛИКА. Город Лейпциг.
Музей Георгия Димитрова, В этом
здании в 1933 году Георгий Димитров на заседаниях фашистского суда разоблачил провонацию с подногом рейхстага м гитлеровский режим.
Е а о Е ВЕ опий
В честь Великого Октября
БУХАРЕСТ, 4 ноября. (ТАСС).
Трудящиеся Румынской Народной
Республики с огромным воодушевлением развертывают социалистическое
соревнование в честь 37-й годовщины Великого Октября. Со всех
концов страны поступают сообщения
о трудовых победах. Свыше 50 предприятий Плоештской области досрочно завершили десятимесячную программу. . Коллектив механического
завода имени И. К. Фриму в городе
Синае, являющийся инициатором
движения за лучшее использование
оборудования, ° успенгно выполнил
свои обязательства в честь 7 ноября, значительно перевыполнив
план. Нефтяники промысла Боле
дешть благодаря широкому примене-=.
нию советских методов скоростного’
бурения к 25 октября завершили
годовой план добычи нефти. Сотни
тонн угля дополнительно к плану вы
дали на-гора шахтеры угольного бас
сейна Комэнешть. г
О своих успехах в предоктябрьском
соревновании рапортуют также &
труженики сельского хозяйства.
Вижу блики родных комсомольских
поздравляя,
4 пяшу вам письмо. За окошком
луна.
И, невольно о прошлом сейчас
вспоминая, ^
(ановлюсь почему-то немного
грустна.
Вирочем, это понятно: мне хочется
с вами,
С зами вместе в веселой колонне
идти.
Крепко сжала б в руках наше алое
знамя,
tod до площади Красной его
донести;
Помню я: мы смеялись от самого
дома,
значков...
Может быть, вы расслышать сумеете:
ясна
Легкий стук невысоких моих
каблучков.
Не привыкли еще мы к душевным
утратам.
Я на миг промелькну в ваших
теплых глазах,
_И повеет на вас тем степным
ароматом,
Что запутался крепко в моих
волосах.
Я пройду по широким просторам
Алтая,
Что становятся мне с каждым часом
милей,
Th mele lel. a
Очень важно судили о всех
пустяках;
й шагал с нами рядом председатель
, цехкома
(С тапироской во рту и в солидных
очках.
Ha шершавом асфальте мы вальс
танцевали,
Только в ПОЛНОЧЬ У нас начинался
обед, —
{ мамаши на кухне потом
горевали:
Никакого, мол, качества в туфельках
нет.
Это было, друзья. А сейчас за
окошком
Хулундинская степь шепчет мне о
хлебах.
Изе, друзья, поглядеть бы на вас
хоть немножко...
От, я ветер завыл в телеграфных
столбах.
(хоро, скоро пройдете вы площадью
Красной.
МАШАПРЕССОВШИЦА
(УТОЧНОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ)
С хаждой сменой постепенно
Ве любовь моя сильней,
Я домой иду со смены,
Часто думаю о ней....
Пеплохой я в общем малый: _
Внешний облик, кругозор...
Но она ко мне, пожалуй,
Равнодушна до сих пор.
Увидав ее в пролете,
Я вчера к ней подошел:
= Здравствуй, Маша! Как
работа?.., -
— До свиданья! Хорошо!
Так у пламенной у печи,
Где шумит-гудит мотор,
Застывали наши встречи, .
O6pusanca pa3rosBop...
А она рукой помашет,
Дескать, можешь, друг, идти...
Как же, как же к милой Маше
Мне. найти свои пути?
Как доверия добиться?
Неужели в том секрет,
Что работой прессовщицы
Весь кузнечный цех ropmurea,
А моей... пока что нет?!
О. Павлов,
кузнец.
де такие, как я, целину поднимая,
Никогда не забудут московских
друзей.
А. Колотиевский,
кладовщик.
Усилить. борьбу против перевооружения
[ермании
болыне свободы действий, хотя эта
договор и прикрыт фиктивными «га
рантиями».
Наше профсоюзное объединение.
внесло значительный вклад в кампа
нию борьбы против первого ЕОС, ко+
торая привела к провалу этого договора. Новый лондонский и париж“
ский заговор против мира и прогрес=
са обязывает нашу . организацию
вновь напрячь все свои силы, чтобы
сорвать осуществление этого заговора.
Обращение заканчивается призы
вом к рабочимев частности к членам
Эйнхейд вак централе и Голландского объединения профсоюзов, объединить свои силы под лозунгами: Дблой договоры Лондона и Парижа!
За разрешение международных противоречий путем переговоров!
, Западной
ГААГА, -З-ноября. (ТАСС). Правление профсоюзного объединения
Эйнхейд вак централе опубликовало
обращение, презывающее голландский рабочий класс усилить борьбу
против планов перевооружения Западной Германии.
В обращении, в частности, говорится: Силы, желающие войны, а поэтому и перевооружения боннской республики, в которой вновь распоряжаются фашисты и военные преступники, не успокоились после провала договора о «европейском оборонительном сообществе». Теперь они заключили лондонские и парижские соглашения. Эти соглашения означают
еще большую опасность, чем «европейское оборонительное сообщество»,
ибо они являются новым «европей.
ским оборонительным сообществом»,
даюшим Западной Германии еше
Пусть горы и слева и справа
Стремят свой разбег в вышину, —
Когда я гляжу на составы,
Я вижу большую страну.
..Цепочкой проходят цистерны,
И сталь напряженно звенит, —
И с первой звездою, наверно,
Баку зажигает огни.
Наполнены углем платформы, —
И значит, что где-то вдали
Врубаются в лаву упорно
Шахтеры советской земли.
А где-то поля колосятся,
Не спит по ночам агроном, —
И вот уже издали мчатся
Составы с отборным зерном.
И люди с горячею страстью,
Добывшие счастье в огне,
Составы, груженные счастьем,
Спокойно доверили мне,
P OME
П. Пешков,
техняк.
ТИС
050%
THO}
TO
тако
ав
ONC
cue
1 KE
repay
OMe:
] Mer
WI ABE
556 (
розы
На процессе группы агентов шпионской
организации Гелена
БЕРЛИН, 4 ноября . (ТАСС). В
настоящее время в верховном` суде
Германской Демократической Республики проходит судебный процесс
по делу группы агентов шпионской
организации бывшего гитлеровского
генерала Гелена.
Из материалов процесса ясно видно, что организация Гелена, сколоченная из остатков фашистского
разведывательного аппарата, из бывших служащих гестапо и войск СС,
была создана и финансируется американцами.
сведении о всех перемещениях во*
оруженных сил, о движении транспортов с боеприпасами и военными
материалами и т. д. -
Опрошенный на суде.’ свидетель,
бывший агент Yenena Kaori, подробно рассказал о преступной деятельности шпионской организации.
Он показал, что шпионско-диверсионная деятельность организации Гелена направлена также против
Франции.
Другой свидетель, также бывший
агент Гелена, Хеер рассказал © том,
что организация Гелена была создана в 1946 году американскими властями, она финансируется США, направляет все сведения американской
секретной службе Си-Ай-Си и получает от нее специальные указания.
Главные агенты этой организации
проходят в США специальное обучение; связь между шпионскими цент
рами организации Гелена в Западком Берлине и в Западной Германии
осуществляется при помощи американских военных самолетов; все CHa4
ряжение агентов предоставлено орз
ганизапии Гелена американцами.
воспаленными глазами, а на прощанье, чуть коснувшись ее руки,
прошептал: «Спасибо, дочка!». Варя
впервые за эти три месяца не подосадовала на свой малый рост и молодость. Она простилась с соседями,
как со старыми друзьями, вышла На
лестницу и, холодея, взглянула, на-*
конец, на часы:
— Три минуты десятого!
„Никогда после, перебирая B Ha
мяти события этого вечера, Варя не
могла сказать, как сбежала она ©
четвертого этажа вниз, на улицу и,
минуя с ходу перекрестки и площади, влетела в знакомый сквер,
где зимой и ‘летом лежат цветы у
ног бронзового Пуникина.
‚Алеши не было. Ну, конечно же,
его не было! Как мог он знать, что
она, Варя, все-таки придет. на это
свидание, опоздав больше чем на
час? Как ‘мог он знать, что она
впервые за свою крошечную практику столкнулась сегодня со случаем,
когда от нее требовалась не только
медицинская, но прежде всего простая, человеческая помощь; что она
не могла. не имела права спешить?
Стараясь унять колотящееся сердце, Варя устало присела на скамейку в безлюдном скверике, странно
тихом среди неумолчного = гомона
площади. И только тогда заметила,
что скамейка бела и ‘веюду — на
земле, на оголенных клумбах, Ha
ветках деревьев, на каменной ограде
сквера, на кузсвах проезжающих
машин, на’ плечах Пушкина и даже
на вариных волосах, выбившихея изпод вязаной шапочки, — укладывались одна возле другой мягкие, пушистые снежинки. И было как-то
особенно светло, светло не’ от при»
вычных городских огней, но от этой.
ослепляющей чистоты молодога;
первого снега. .
Печаль ушла, на сердце у Вари’
стало легко. Она встала, подошла к
Пушкину и подняла голову: бронзовые глаза под нависшими дугами бро
вей серьезно и дружески глядели на
нее сквозь снег. «Все правильно!»—
говорили они.
А снег все шел и шел, догоняя
прохожих, автомобили, звенящие
штанги троллейбусов; и не было,
казалось, ни одной точки на ‘городском пейзаже, где бы не иохозяйч.
ничали озорницы-снежинки.
ть оо aaa Catal Oana iia ain aay
Редактор А. А. ФОМИЧЕВ.
Литературное ’объединенне-на._артозаводе_ммены_Сталина.._Обрубщик_литейной ковного чугуна Н. ФОФото В. ЗУНИНА (ТАСС).
Э-юности-нашей счастливой,
о нас:
О ветре веселом, просторах
и воле,
О городе; лучше которого. нет,
О том, как в степи умирал
комсомолец
В 16 мальчишеских лет..:
Нам с песнями жизнь веселее
и краше,
Для целей великих и славных
: живем,
И если прикажет нам партия
наша,
Мы так же, как в песне, на подвиг
пойдем. —
Б. Соколова, .
учительница.
‚ ЗН читает свои-стихи.
Гроза промчалась.
После бури
Опять в дубраве птичий свист,
Над миром солнышко дежурит,
Блестит, ликует каждый лист,
В кустах и мокро и прохладно.
За шею каплю — сразу дрожь!..
А у опушки после града
Почти легла сырая рожь.
Но солнце греет все сильнее.
С травы струится легкий nap.
А рожь встает!
А рожь прямеет!
На зернах — солнечный загар.
И значит, тут беды не будет:
Она поднимется опять.
Ей эту силу дали люди.
Сна —
Их гордости педстать!
В. Ярков,
студент.
Воткрытые окна врывается ветер
И тянутся ветки с зеленой листвой.
Все залито солнечным, радостным
>
И слышится говор и смех молодой.
Везде возбужденные, светлые лица.
«Откуда?» — «Из Крыма>.
«Как лето прошло?»
«Работал в колхозе»
— «Сегодня учиться!»
«Товарищи! Сядем за тем же
столом»,
Рассказы, расспросы и даже
объятья!
Вот два первокурсника, видно,
дружки.
Сегодня они начинают занятья,
Собрания, лекции, споры, кружки.
Теперь уж не школа, но долго
ребята
т
’ РАССКАЗ -`
к 7
ной... Варя зажмурилась - w снова
прибавила шагу.
Если вы были молоды, если вам
приходилось когда-нибудь опаздывать на свидание, если человек, который ровно в 8 часов должен был
встретиться с вами у памятника Пушкину, казался вам самым умным,
самым смелым, самым красивым Ha
свете, вы непременно поймете, почему Варя Павлова так торопилась в
тот день на свой последний вызов.
Больной — неизвестный Варе гражданин сорока семи лет с температурой 39 и 2 жил в одном из тех
малолюдных переулков Москвы, где
рядом с рослыми, солидными зданиями новой стройки соседствуют низенькие домики с явными признаками голландского отопления.
Нужная Варе квартира помещалась довольно высоко — на 4-м этаже. На лестнице с резными старанными перилами сладко пахло ванилью — где-то пекли пироги, слышались звуки этюдов Черни, разытрываемых старательными детскими
пальчиками. Варя взобралась выше и
позвонила в дверь с дошечкой «14»
и ллинным списком жильцов Non
ней.
— Bam кого, девочка? — спросила
сткрывшая ей женшина в синем
клеенчатом фартуке.
«Девочка! Вот опять!» — с отчаянием отметила Варя и самым офипиальным тоном, на какой только
‘была ‹пособна, отлчеканила: — K
Дорохову. Врач. По вызову.
— Вра-ач! — неопределенно протянула женщина. — Ну-ну. Ступайте, крайний он, направо.
Так как никто не откликнулся На
ее стук, Варя осторожно приоткрыла дверь. р
В комнате было темновато и Неприбрано, как бывает всегда, КоГда привычная жизнь вырывается
«Столы» -будут <тартами» здесь
называть.
«Скажите, пожалуйста, к 29-й
Куда мне пройти, не могу
отыскать...»
‘«Направо и прямо!» Мне все
здесь знакомо —
И ветер, и солнце, и счастье
в глазах,
Все комнаты, лестницы (здесь я,
как дома),
Милы даже пятна чернил на
столах.
Вот кто-то задумчиво в актовом
зале
На сцене играет медлительный
вальс.
Окончил. Но песни лились,
не смолкали —
Один из агентов организации Банделов рассказал, что он, так же как
и другие агенты организации Гелена,
получил секретное задание для ведения шпионско-диверсионной деятельности против ГДР, СССР и стран
народной демократии.
Банделов показал также, что он
ездил в Польшу с целью военного
шпионажа и вербовки агентов для
организации Гелена,
Другой обвиняемый — Мизера показал на допросе, что его основная задача состояла в сборе шпионских
сверток с лекарствами, она чУВСТвовала себя очень несчастной: вот
сейчас позвонит в четырнадцатую
квартиру «два коротких» и ее встреTAT осуждающие лица соседей 4
тот же недовольный, лихорадочный
взгляд Дорохова. На людей накричала, к больному не смогла подой3. ВЛАДИМИРОВА.
вдруг из своей колеи. Стулья были
сдвинуты с мест, на столе валялись
скомканное полотенце, надорванные
пакетики лекарств, стоял небольшой
таз с водой, на диване белела одежда, очевидно, сброшенная впопыхах. В углу, у кровати, горел .ночник, и оттуда до Вари доносилось
хриплое дыхание больного.
Варя подошла. Дорохов оказался крупным небритым мужчиной
с сединой в волосах и сердитыми
черными глазами. Веки его горели, и
на щеках густо лежала синева. C
первого взгляда он не понравился
Варе. Она видела, что он страдает
и болен, но выражение угрюмой OTчужденности, ‘сквозившее в этом
усталом лице, не’ располагало к Ceбе. Не ответив на варино приветст-вие, не извинившись за беспорядок,
‘он недоброжелательно ‘следил за
тем, как она раскрывала озябшими
руками чемоданчик, доставала историю болезни, халат, самопишущую
ручку, трубку для выслушивания.
Стараясь держаться как MOMKHS
официальнее, Варя стала заполнять
полупустую карточку больного. Но,
ответив на два-три вопроса, Дорохов вдруг замолчал совсем, глядя
прямо перед собой, и варины слова
неловко повисли в воздухе.
— Почему вы не отвечаете? —
спросила она растерянно.
— Да к чему это спрашивать? —
полувопросом откликнулся Дорохов
и, мельком взглянув еще раз на Варю, устало отвел глаза от ее лица,
словно утратив к нему интерес.
— Вы напрасно так, — волнуясь,
заговорила Варя. = A должна составить анамнез болезни. Это необходимо. Я же отвечаю...
— Ана-ам-нез! — раздельно произнес мужчина, явно не одобряя это
ученое слово. И ‘вдруг пробормотал:
— Да составляйте, что хотите, меня только не троньте! — и тяжело повернулся лицом к стене.
В комнате вопарилось молчание.
— Что же делать? — тоскливо думала Варя, машинально обводя самопинтущей ручкой фамилию Дорохова
в истории болезни.
— Вот попадется один такой, провозишься с ним до ночи, а Алеша,
наверное, уже... — она не додумала, бегло взглянула на ручные часы
и, собравшись с духом, решительно
подошла к больному. Дорохов не
шевелился.
Поколебавшись минутку, Варя ocторожно откинула одеяло, приподняла сбившуюся рубаху и прижала
трубку к горячей, смуглой спине.
— Дышите, больной! — сказала
она ровным «докторским» голосом.
На этот раз диагноз болезни не’
представлял затруднений даже для
самого неопытного врача. Характерные влажные хрипы в верхушках легких говорили о быстро развивающемся воспалительном процессе, а температура и общее состояние больного указывали, что случай
обещает быть тяжелым.
Выслушав больного, Варя сказала,
отходя к столу:
— Вы немедленно пошлете кого-нибудь в поликлинику с этой запиской,
чтобы там, в регистратуре, распорядились прислать ‘к вам сестру для
впрыскиваний. Это нужно еще сего‘дня. Понимаете? За пенициллином
‘также нужно послать в аптеку. И
сердечное. М пусть вам положат горчичники на ночь...
— Вот что, барышня! — хрипло,
с открытой злобой оборвал ее вдруг
больной. — Вы, пожалуйста, сделайте, что от вас требуется, — выпишите мне больничный лист, а 0стальное, простите, вас не касается.
Как-нибудь CaM...
— Ой ну почему вы так со мной
товорите? — почти плача, пробормотала Варя. — Ведь я же на работе....Я должна...
— Вы на работе, а я вот работать не могу — болею... И в аптеку
некому для меня тут бегать — у
меня прислуги нет. Вы бы XOTb
спросили, есть ли возле меня кто,
чтобы. стакан чаю мне подать.
Пусть пойдут!.. Пусть принесут.
Как просто... распорядилась!
Даже не глядя на себя в зеркало, Варя знала, что покраснела так,
как только умеют краснеть блондинки, — вся, до корней волос, до
узкой полоски шеи в прорези воротника. Прижимая руки к пылающим
пекам. она совсем по-детски, опрожетью выскочила из комнаты.
Женнины
Женшины на ‘кухне сразу замол-.
чали, увидев ее расстроенное, в пятнах лино и глаза, блестящие от подступающих слез.
._У вас есть телефон в квартире? -- спросила она отрывисто.
Женщина в синем фартуке, He
говоря ни слова, прошла с Варей по
коридору ‘в дальнюю комнату.
Пока Варя,
поликлинику и
главным врачом O том,
больному Дорохову была срочно
направлена сестра, женщина MOvIчала, молчали и дети — девочка и
мальчик, до этого мирно игравшие
волнуясь, вызывала
сговаривалась с
чтобы к
ти, как следует, расплакалась, как
девчонка, — разумеется, всякий скАжет: «Ну, какой это врач!» Было
горько, но Варя все-таки решительно нажала кнопку звонка.
Ей открыли сразу, как
лроби
будто
aynonrtd ty
ждали у двери.
на ковре. И только когда Баря положила трубку на рычаг, женщина
спросила осторожно:
— Что? Значит плохо ему, Дорохову-то?
— А почему вы меня спрашиваете об этом? — вдруг взорвалась
Варя. — Вы, может быть, годы в
одной квартире с человеком живете.
и м
и
(ОСТАВАЛСЯ еще один вызов ==
послелний...
Запахнув пальто, Варя торопливо
ила по переулку навстречу пронизывающему, сырому ветру. Стараясь
унять подступавшую дрожь, Варя поДумала, что потому, наверное, и врачебных вызовов за последнее время
так много — люди хворают в эту
осеннюю непогодь. Впрочем, разве изза лишних вызовов она, Варя ПавлоЗа, задержалась сегодня на работе дотемна? Нет, в регистратуре ‘ей дают
ровно столько карточек, сколько положено по инструкции, — остальных
больных с ее участка обслуживает дежурный врач. Жалеют — молодая,
трудно ей с непривычки! А, может
быть, думают — не справится. И в
самом деле, ну что она за врач?
Три месяца, как кончила, все — В
первый раз: и люди, приходящие на
прием со своими жалобами, и 00-
лезни, знакомые больше по учебникам, и рецепты, выписанные старательно, непослушной рукой... Варе
все кажется, что в любом ее действии, в любом профессиональном жесте сквозит настораживающая болького неопытность, вот это самое «в
первый раз». Ну. конечно, народ В
Москве вежливый, виду не подают,
0 в луше улыбаются, наверное, снисходительно: «Девчонка! Что с нее
возьмешь!» — и вызывают частного
врача. Вот это пожалуй, самое
страшное. Варя не хочет быть «бюллетенщиней», как иногда называют
в народе невнимательных, мало знающих участковых врачей. Не для
того она училась, не для того на
круглые пятерки окончила MOCKOBский институт. Не помогают пятерки! Видно, она, Варя, просто плохо
выбрала себе специальность. В Самом деле, за три: месяца — две
ошибки в диагнозе, а два дня назад
она своими ушами слышала, как больная в поликлинике бросила ей вслед:
<Понасажали ялетей на нашу голову.
TT.
Нет,
Только и звания. что врачи!»
профессиональная жизнь Решите”ь:
но-не удается. Что же.касается личЕдва отворив дверь, Баря почти
физически ощутила, что в Комнате
что-то изменилось. Перемены были
маленькие, незначительные: стол был
прибран, мебель расставлена в пПорядке, полотенце повешжено. И B03-
дух в комнате был свежий, приятный. Очевидно, только что открывали форточку.
Варя дождалась сестру и лично
проследила за тем, чтобы все процедуры были проделаны тщательно,
оставила необходимые распоряжения соседкам, уважительно говоривтим теперь ей «доктор», и, пообешав зайти на другой день, стала
собираться. Дорохов молча, не отрываясь, следил за ней черными
=<
Как же вы не знаете, чем он дышит, болен он или здоров? Ведь у
него никого... Ведь ему даже стакан
чаю... -- запыхаясь, сказала она и
направилась К выходу.
Получасом позже, когда, заиыхавшись oT быстрого Gera, Варя
снова взбиралась по лестнице с резными перилами, держа в руках