«Ход Белой Бороле­вы» — так называется
новая спортивно-приклю­ченческая повесть, кото­рую недавно закончил
писатель Лев Каесиль.
Замечательная ураль­ская лыжница Наталья
		Будто вечер и чуть-чуть поземка...
И вот идут по равнине двое, ря­живал Чудинов.
— Нет не хватит. Я хочу тре­Скуратова. молодая учительница — воспитательница из детского ин­терната, тренер ее, москвич Степан Чудинов, заслуженный мастер
сшорта, но профессии инженер-строитель, столичная спортсменка
Алиса Бабурина и журналист, спортивный раднокомментатор Евге­ний Карычев — вот главные герои этой повести. Действие ее
	кроисходит в Москве, на Урале,
	ои этой повести. Действие ее
на севере Италии. в Доломито­нироваться. Слышите? Командуй­дом, близко так. И впереди у них
те! что-то хорошее, светлое, и они

Так они тренировались. идут туда... все рядом...
	 

rR NE OT

Чудинов как бы задохнулся слег­ка, но нашел силы пошутить.

— Гм... рядом уже не годится.
Вы должны быть впереди. Помни­те, что вы должны быть впереди.

—‘ Но чтобы быть впереди, —
на другой день говорил Чудинов на
тренировке, — надо напрячь все
силы, собрать всю. волю, и так день
за днем.

И шел день за днем, и каждый
день они встречались. Сперва под
ноги им стлалась белая пороша,
потом подмерзший звонкий наст,
потом потемнела лыжня, а под лы­жами иногда проступала вода в ко­лее.

А затем уже не снег, а мокрые
дорожки стлались под ноги Наташи
и тренера. И оба они, обутые в
легкие беговые туфли с шипами, де­лали пробежку среди еще голых
‘весенних деревьев. А после была
гаревая, залитая ранним утренним
солицем дорожка пустого стадиона,
где тоже надо было тренироваться.
А иногда ноги упирались в дощатое
дно лодки, и в руках, привыкших
к легким лыжным палкам, были до­вольно тяжелые длинные весла,
сверкавшие в лучах солнца над во­дой озера при каждом взмахе.

x
  Однажды вечером, когда Чудинов
занимался после работы у себя в
номере, к нему, едва постучав, во­рвался Донат Ремизкин. Чудинов
привык уже к подобного рода втор­жениям. Энтузиаст-репортер всегда
сообщал в таких случаях  что-ни­Однажды после вечерней трени­ровки Чудинов вынул из кармана
два билета.

— На концерт сегодня пойдем.
Вы свободны? Пятую Чайковского
играют и «Болеро» Равеля. Силь­нейшая вещь. И вам полезно бу­дет послушать.

Они сидели в большом зале руд­ничного клуба. Оркестр, приехав­ший из Свердловска, играл «Боле­ро». Удивительной и непривычной
была для слуха Наташи эта музы­ка. Собственно, музыки в первых
тактах не было. Неподвижно сиде­ли все музыканты на эстраде. По­чти недвижим был и сам дирижер
— только чуть-чуть подрагивала
мерно в его руке, прижатой к та­лии, палочка, ‘да в одном уголке
молчавшего оркестра едва слышно
что-то поцокивало — однообразно,
сухо, настойчиво, в одном и том
же, лишь слегка, двухоборотно сме­щающемся, попеременно проступа­ющем ритме.

И вот постепенно, как бы при­ближаясь, это упорно повторяюще­еся звучание становилось все гром­че, громче, явственней, рептитель­ней, и на него отзывался, подчи­няясь тому же двойному, попере­менно распоряжавшемуся четкому
ритму, один инструмент за дру­гим. И он, этот ритм, облекся в
мелодию, которая бежала по орке­стру от флейты к  скрипкам, от
скрипок к виолончелям, от виолон­челей к фаготам, как бежит по
магниевому шнуру огонь,  зажи­вых Альпах, на Белой Олимпиаде, как называли в Западной Ев­ропе международные Олимпийские зимние игры, недавно состояв­mueca в Кортина д Ампеццо. Автор имел возможность побывать

на этих играх и включить рассказ о событиях, прославивших на
зесь мир ссветский спорт, в финал своей книги.
	из повести Льва Кассиля. Пол­эолевы» будет напечатана в
	о Ч Od Pe
	— Что же, по-вашему, я должна
	с ними марш ударников  разучи­вать обязательно? — тихо спроси­ла Наташа.
Он помолчал,
	UH помолчал, потом посмотрел
на ребят, слегка склонился к На­Сегодня мы печатаем отрывок
ностью повесть «Ход Белой К.
№№ 11 и 12 журнала «Юность».
		ОЗВРАЩАЯСЬ после трудного
разговора со своенравной На­ташей, Маша Богданова увидела
шедшего навстречу ей Чудинова.
— Здравствуйте. Степан Михай­лович! Я вижу, вас все-таки в эти
края тянет, — она озорно повела
тлазами в сторону, где находился
интернат. Чудинов раскланялся и
ничего не ответил. Вид у него был
очень решительный. Шагал он со­средоточенно и быстро. Маша на­gana его и пошла рядом.
— Я вам хочу что сказать, Сте­лан Михайлович... Наташка хочет
завтра на тренировку прийти. Оду­малась, по-моему... Да стесняется,

дет, что вы сами позовете,
Чудинов остановился.

— А вы откуда знаете? Онавам 

гама сказала?

— Ну да, скажет она, ждите!
Но я уж ее знаю и всю насквозь
отлично вижу. Пришла бы, да стес­няется... Очень уж вы ее прорабо­тали крепенько в газете.

Она огляделась и потом, встав
на цыпочки, дотянулась ему до
уха:

— Сказать вам по секрету?.. Она
из-за вас страдает.

— Ага! Убедилась, что я прав
был, да еще в газете пробрал...

Маша взглянула на него раздо­садованно: вот в самом деле нено­нятливый какой!

— Да я не в этом смысле. Она
изза вас переживает. Понятно
вам это?

— Выдумали все. Она после га­зеты, наверное, и слышать обо мне
не хочет.

— Как вам не стыдно только!ы—
уже окончательно возмутилась Ма­ша. — Такая девушка страдает, а
вы!.. Да вы знаете, какая у нас
Наташа!.. Ведь это только с виду
у нее характер такой, а вообще-то
она...

— Девушка она чудесная, —
охотно согласился Чудинов. — Из
такой девушки можно мировую
чемпионку сделать. Чудесная  де­вушка, — повторил он задумчиво.
_ Чудинов остановился возле ин­терната и прислушался. Сверху,
из-за двойных стекол, глухо доно­сились ребячьи голоса, не очень

спевшиеся. Слышались приглу­шенные двойными рамами аккор­ды рояля. Чудинов знал — в этот

час Наташа ведет занятия по хо“
ровому пению <о своими питомца­ми. Он легонько позвонил. Дверь
открыла ему заведующая Таисия
Валерьяновна. Она была в пальто,
пуховом платке и валенках: видно,
куда-тб собралась уходить. Чуди­нов объяснил, что ему нужна на
минутку Наташа.

 

РТ аа
	— Поднимитесь! — разрешила  .
заведующая. — Дорогу знаете?
Они там, в большой комнате музи­цируют.

Чудинов неслышно поднялся по
лестнице и стал в дверях комнаты,
никем не замеченный. Тоненькими,
старательными голосами ребята
пели: `

Дверь ни одна не скрипит,

Мышка за печкою спит.

Кто-то вздохнул за стеной,

Что нам за дело, родной?..

Внезапно выделился хриплова­тый басок Сергунка Орлова. Он
явно соврал. Наташа, сидевшая за
пианино, повернулась к нему.

— Сергунок, Сергунок, уши У
тебя есть? — Ona постучала од­ним пальцем по клавишам, давая
нужную ноту. — Слышишь? «Что
нам за дело, родной...х. Вот как
надо.

Она повернулась к пианино, про­играла простенькую мелодию вступ­ления и запела вместе с ребятиие
ками. Грудной просторный голос ее
ловел сразу за собой хор, ках ведет
	ловел сразу за собой хор, ках ведет
наполненный парус лодку с греб­цами. Но тут сфальшивила Катя.

— А вот ты слушай, как тут
поется. = Наташа стала наигры­вать мелодию без аккомпанемента.

Но тут раздался от дверей го­moc Чудинова:
	Фото В. СЫРОВАТСКОГО (ТАСС).

>
	ЕГИПЕТ, Суэц. Вход
	в Суэцкия
		Командир отряда
голландских кораблей
0. Ризите в (0?
	ГААГА, 4 августа. (ТАСС). Недав­ний обмен визитами дружбы кораб­лей советского и голландского фло­тов продолжает занимать видное
место на страницах голландской пе­чати и в кино. Во всех кинотеатрах
демонстрируются хроникальные
фильмы о пребывании советских
моряков в Голландии и голланд­ских — в Советском Союзе.
	Газеты «Троув», «Де Тайд», «Де
Ваархейд» и другие опубликовали
заявление командира отряда  гол­ландских кораблей контр-адмирала
Гослингса, в котором он с большой
теплотой отзывается о гостеприим­стве и радушии советских людей.
Гослингс подчеркивает также, что
голландские моряки пользовались
полной свободой передвижения и
обмения с населением.
	Заявление
английского комитета
	заптиты мира
	ЛОНДОН, 4 августа. (ТАСС). АН­глийский комитет защиты мира
опубликовал заявление, в котором
осуждает призывы к военным дей­ствиям против Египта в связи ©
национализацией Суэцкого канала.
В заявлении говорится, что «требо­вания вооруженной акции или угро­зы применения такой акции, раз­дающисся в парламенте и печати,
могут лишь ухудшить положение и
затруднить разрешение этой про­блемы. Применение силы или угро­за применения силы не могут быть
оправданы. Воинственные речи B
парламенте, призыв резервистов,
пергброска бомбардировщиков, су­хопутных и военно-морских частей
в район Средиземного моря идут,
ло словам заявления, вразрез с
обязательствами, взятыми на себя
Англией по уставу Организации
Объединенных наций, и могут
лишь подорвать престиж страны
в глазах всего мира».

 
	За установление контактов
между профсоюзами
	ФРГ и ГДР
	БОНН, 4 августа. (ТАСС). Как
сообщает газета «Дейче  геверк­шафтсцейтунг», на состоявшейся в
городе Фульда ежегодной  конфе­ренции гессенской организации
профсоюза почтовых работников
ФРГ была принята резолюция, В
которой делегаты конференции по’
требовали установить контакты С
членами профсоюзов Германской
Демократической Республики. Вре­золюции говорится, что достойным
сожаления недостатком является то,
что. ни объединение профсоюзов За­падной Германии, ни отдельные
отраслевые профсоюзы этого объ
единения до сих пор не предпри’
вяли ничего с целью содействия
воссоединению Германии.
	Как указывает газета, эта КоН­ференция призвала объединение
профсоюзов Западной Германии и
центральное правление своего
профсоюза вступить в переговоры
с ценгральным руководством проф­союзов ГДР, «чтобы определить
ферму переговоров о сотрудниче­ствС».
	СОВЕТСКИЕ ЭКСПОНАТЫ
	Сегодня в 11 часов дня B го­роде Любляна Федеративной На­родной Республики Югославии от­крылась третья Международная
радиотехническая выставка, KOTO­рая продлится 9 дней — с 4 по
12 августа. Кроме Югославии, в
выставке принимают участие Co­ветский Союз, Чехословакия, Вен­грия, Германская Демократическая
Республика, а также отдельные
	Окончание забастовки
рабочих английского
	аеотсмобильного завода
	ЛОНДОН, 4 августа. (ТАСС). Как.
сообщает агентство Пресс Ассо­щшиэйшн, вчера закончилась заба
стовка 12 тысяч рабочих автомо­бильного завода Форда «Бриггс мо­тор бодиз» в Дагенеме.

Забастовка началась 25 июля в
знак протеста против решения ад­министрации уволить без предва­рительного предупреждения и без
консультации с профсоюзами 2.400
рабочих. В результате стойкой борь­бы рабочих администрация завода
была вынуждена отменить это ре­шение.

Участники забастовки настаивали
на том, этобы предприниматели обя­зались не производить впредь
увольнений без предварительной
консультации с профсоюзами.

Как видно из опубликованного
заявления о прекращении забастов­ки. рабочие добились удовлетворе­ния и этого своего требования.
		ОТОВСЮДУ
	фирмы Англии, Федеративной Рес
публики Германии, Голландии,
Франции, Италии, Швеции, Авст­рии, Швейцарии и Бельгии. Радио­промышленность СССР послала на
выставку новейшие и ‹самые луч­шие изделия своих предприятий.
Посетители увидят телевизоры
«Мир»  и «Янтарь» с кинескопами
в 21 дюйм, «Знамя» и «Призыв»
с кинескопами в 17 дюймов и ряд
	других телевизоров с меньшими
экранами,

Радиолы «Россия», «Люкс» и
«Концерт», первоклассные радио­приемники «Латвия» и «Мелодия»
отправил на выставку Рижский за­вод ВЭФ. На выставке будут де­монстрироваться также радиопри­емники «Байкал» и колхозный ра:
диотрансляционный узел  «КРУ­10>.
	Большой интерес вызовет радио­локационная навигационная  стан­ция «Створ», предназначенная для
судов рыболовного флота, а также
морских и речных судов малого и
среднего тоннажа.
	Как и в прошлом году, на вы­ставке демонстрируется действую­щая передвижная телевизионная ус­тановка. Посетители смогут уви­деть на экранах демонстрируемых
здесь советских телевизоров все,
что происходит в различных угол­ках выставки, и оценить качество
изображения.
	>>> >44 4444
ТЕАТРАЛЬНЫЕ.
МУКИ
	— Спектакль начнется с onds­данием, тан нан Гамлет не смог
сесть на троллейбус.
	({ Югославия).
	ЕРИНАРНЫК
  ВРАЧ
	ТРУДНЫЙ
СЛУЧАЙ
	— Да нет, это я так... Мне
нужно вас на одно слово, Ната­ша. Выйдем в коридор на минутну.

— Ну, что вы мне собираетесь
сказать? — холодно спросила На­на, нехотя выйдя 3a Чудино­м в коридор.

— То, что уже не раз говорил
м... Что вы дрянная девчонка с
зпатительнрым характером. Ho
	— Я все это уже в газете чи­тала, -- спокойно сказала Ната­ша. — Очень шумите, Степан Ми­хайлович. Мы этого тут не любим,
	2. СУЕТЕ КЛЕР 4. ЕЮ САЗАН 4х 445% ee

однако. Вон меня в,буран человек гающий свечу за свечой на елке. будь сверхпланово сенсационное,
от погибели спас ec Сергунком и И все неодолимее, все могущест. как он говаривал.
даже He назвался, сгинул, брали   Веннее становился этот властный  — Ну, танцуйте! — закричал,

попеременный ритм, настойчивый,  торжествуя, Ремизкин, размахивая
бы с него пример. Е ЗЫ: О А а а о
	еце мокрым оттиском только что
сверстанной газетной полосы. — Я
прямо из типографии. Танцуйте!
	Рис. А. ПАУКОВА.
	немного придыхающий, неодолимо,
такт за тактом вовлекаюцщций в свое
движение все силы оркестра. И
	Она испытующе посмотрела на
Чудинова. Тот смущенно и трубно
высморкался, уткнувшись в боль­шой платок. И на уголке платка
	Наташа на какое-то мгновенье уви­дела метку: «С. Ч.» — такую же,
как на том шарфе, что она обна­ружила на своей шее тогда, в па­мятную ночь бурана, когда очну­— Наташа, может быть, хватит
нам в эти самые ваши уральские
	разрывушки играть, а? Руку?!
	Он протянул ей свою широкую
	и уверенную руну.
	— От вас никуда не денешься,
— невольно уступая, отвечала На­— И не будем спорить. Видите,
я пришел первый. Пришел  пер­вый, чтобы вы на лыжне не оста­лись последней! Сам пришел, де­ваться вам некуда. Сдаетесь? Hy?
	+- ПО СООБЩЕНИЮ газеты «Эттвла­ат>, по отбытии срока заключения из
тюрьмы освобожден бригадный гене­рал Рияхн, бывший при правитель­стве Мосаддыка начальником гене
рального штаба иранской армии.

%- КАК СООБЩАЕТ журнал «Texpa­не экономист», партия пшеницы, за­купленной в США и доставленной в
Иран, поражена червем. Если бы эта
типеница, отмечает журнал, не была
продана Ирану, To ona была бы
уничтожена в Америке кан непригод:
ная к употреблению.
		_ Зарубежные
	— нНартинйи
	ЛЕКЦИЯ
	И БИЗНЕС
	— Сдаюсь.

*
Теперь они тренировались еже­мелодия, послушная ему, с каж­днёвно. Чудинов был неутомим. По­дым тактом насыщалась все новы­степенно его заразительная, весе­лая энергия стала передаваться и
Наташе. После всевозможных
упражнений и отработки отдель­ных элементов лыжного хода они
	в конце занятий делали. прикидку
с секундомером. И Наташа порой
была готова возненавидеть эту ма­ленькую, но дьявольски торопли­вую стрелочку, которая опережа­ла ее и достигала клювиком ноло­женной черты прежде, чем ната­шины лыжи пересекали условную
линию финиша между двумя елоч­Чудинов, также уже взмокший
и как будто довольный, сразу на­чинал объяснять:
— Слушайте, Наташа,
	— Слушайте, Натанта, когда вы
подходите к финишу, вы не ску­питесь, выкладывайте все. Я же
вам сказал: сделаем сегодня по­следнюю прикидку. Что же вы

скаредничаете?  Бережетесь? Ос:
тавляете слишком большой запас
		в себе. Сил-то у вас достаточно,
	вот злости мало, хорошей спортив­ной злости. А без этого не побе­дишь противника. Вы меня изви`
ните, но иногда прямо взял бы вас
за шиворот и потряс, как следует,
	вы опять уже ру­— устало и вино­леший бы меня взял.
— Ну вот, вы опять

гаться начали, — устал

вато возражала Наташа.
	ми и новыми оттенками. Вот она
уже завладела всеми инструмента­ми, и то, что было недавно еще ед­ва слышным, цокающим стуком
литавр, теперь стало жадным, ли­хорадочным и набатным зовом ши­роко раззвучавшейся темы. Она
пробивалась от одной группы ин­‘струментов к другой все более
разрастаясь, открываясь во всей
своей повелительной мощи. Ритм
несколько убыстрился, а мелодия
все повторялась и повторялась. Она
гремела уже оглушительно, почти
	гремела уже оглушительно, почти
истошно. Казалось, сейчас она уже
изнурит и музыкантов, и не хва­тит уже сил слушать ее, требова­тельную, все исчерпывающую, про­шедшую через’ все инструменты,
сыгранную и так, и этак, и еще
совсем по-новому, и потом опять,
еще раз по-другому... И когда, ка:
залось, звучание уже достигло пре­дела, истощив все свои возможно­сти и, торжествующе владея всем
залом, подчинило себе безоговороч­но биение всех сердец, в музыке
произошел какой-то короткий вне:
	вовлекшей все
гра все обор­лавине звучаний, вовл

инструменты оркестра,

валось и смолкло...
Наташу совершенно
	Наташу совершенно полонил
этот изнурительный двойной, попе­ременно повторяющийся странный
	ритм и как будто однообразное,
	но могучее движение музыки. Зал
	аплодировал, а она сидела непо­движно. прерывисто дыша, вся еще
	во власти только что оборвавших­ся звучаний,

— Болеро, — тихо пояснил ей
Чудинов, — фанатический танец,
особая магия ритма. Но хотите
смейтесь, хотите верьте, есть в нем
что-то похожее на наш двухшаж­ный попеременный ход, честное
слово! Вы заметили? Тут тоже по­переменно повторяется одна и та

же музыкальная фигура, а потом.

берется разгон и включаются все
силы, используются все возможно­сти... полная отдача! Кажется, уже
нечего больше выкладывать, а ока­зывается, можно еще вот и так...
и под конец еще один почти ис­ступленный рывок, бурный спурт
и финиш. Люблю я эту штуку.
Потом играли Пятую симфонию
Чайковского. Наташа вообще люби­ла музыку, а сегодня благородные
звуки симфонии, лившиеся с эст­рады, волновали ее с какой-то не
совсем ей даже понятной и новой
силой. Все вокруг было музыкой —
и новые надежды, которыми она
теперь жила, и завтрашний день,
обещавший опять встречу на снеж
ных холмах, и этот сегодняптний
вечер, и этот, сидевший рядом, не
давно еще совсем ей не известный,
	а теперь уже очень нужный, то
	Тут только он заметил, что левая
нога тренера укутана пледом и по­коится на подушке, положенной на
подставленный стул. Раненое коле­но с осени опять стало напоминать
о себе. :

— Ну ладно, — смутился Ремиз­кин, — я за вас станцую. Шесте­ра! — объявил он и пошел присе­дать, выкаблучивать по паркету но­мера и выкладывать коленца, ста­рательно выплясывая все фигуры
знаменитого уральского танца,
имеющего шесть заходов и потому
названного «Шестерой». — Подгор­на!.. Сербияночка!.. — продолжал
выкрикивать Ремизкин, притопы­вая, приседая и колесом носясь по.
номеру. — Барыня! Холмогорочка...
Зимогорочка... — отбив дробь и ис­полнив все шесть положенных фи­гур, он подскочил к Чудинову и,
чуточку отдышавшись, стал торже­ственно читать то, что было отти­снуто на мокрой полоске.

— Ну, слушайте. «В ознаменова­ние десятилетия города Зимогорска
и достигнутых его  трудящимися
высоких успехов в добыче руды и
строительстве, а также учитывая

 

  массовый размах спортивной рабо­ты в Зимогорске...». Слышите, Сте­пан Михайлович, массовый размах,
здорово?.. «Комитет по делам физ­культуры и спорта решил провести
зимнюю спартакиаду и розыгрыш
кубка в городе Зимогорске».

Он опять взвился, отбил дробь,
хотел было кинуться с объятиями
на Чудинова, но покосился на его
ногу, махнул рукой и побежал к
двери, крича на ходу:

— Пойду сейчас нашим KOMCO­мольцам сообщу, всех ребят про­информирую. Ведь это же какое
дело! ЕЙ-богу, честно даю слово.
Дождались-таки, признали нас!

С этого дня пошли еще более
интенсивные тренировки. Но трени­ровались и другие спортсменки В.
	Зимогорске. Та же Маша Богдано­ва, старательная, наделенная ка­ким-то особым веселым рвением, де­лала все более заметные успехи. И
на первых прикидках результаты
получались совсем неожиданные.
Время, которое показали Маша и
другие ее подруги, при замере по
секундомеру на три километра, бы­ло не хуже; чем у Наташи.

— Зря вы со мной бъетесь, —
говорила опять после этого Ната­ша, — сами видите. Еще хуже хо­дить стала, чем прежде. Совсем вы
меня сбили.

— Нет, Наташенька, — успокаи­вал ее Чудинов. — Это другие ста­ли ходить лучше. А вы сейчас, как
говорится, шкурку меняете. Преж­нюю сбросили, а новую еще не
совсем нарастили. Это не все сразу
дается. И потом я же пока вам да­вал прикидку на коротких отрез­ках, Тут ваша выносливость, заряд
ваш великолепный, неисчерпаемый
	НЕКИЙ Вилли Кич из Филадельфии.
выступил перед многолюдной ау­диторией с докладом на довольно жи­вотрепещущую ‘тему: «О неверности
мужчин и средствах борьбы с. нею».
«Лентор» убеждал своих слушателей,
точнее говоря, слушательниц, что не
так уж трудно уберечь женатого че­ловена от соблазна и заставить его
сидеть дома. В начестве наиболее на­дежного средства он рекомендовал
устройство небольших домашних ма­стерских. «Мастерить — любимое за­нятие каждого мужчинь!», — воскли­цал «лентор».

Неизвестно, последовали ли слуша­тельницы его совету, но совершенно
точно установлено, что ленция Вилли
Кича не была продинтована высони­мн моральными побуждениями. Кан
выяснилось, он был представителем
фирмы, специализировавшейся на
устройстве «домашних ремонтных ма.
стерских», .
	МОЛОДАЯ
ПОРОСЛЬ

НЕКОТОРЫЕ особенно многообеща­ющие юношмы в городе Кавите
	(Филиппины) решили упростить про
цесс приобщения к науке. Угрожая
учителям револьверами, малолетние
последователи политики «с позиции
силы» принуждали их выставлять вы­couHe оценки. Дело дошло до того,
что государственному управлению
учебными заведениями в Маниле прн­шлось издать распоряжение, запре­щающее учащимся являться в Школу
< огнестрельным оружием.
		— Эх не совсем это так поет­ея. Можно мне?

Растерявшаяся от этого внезан:
ного и, как ей казалось, совер:
шенно невозможного появления,
	Наташа возмущенно вскинула го­лову.

А Чудинов уже как ни в чем не
бывало подходил к ребятам.

— Здравствуйте, —  хмуровато,
но бодрясь, приветствовал он. всех.
— Можно мне, Наташа, показать?

— Уже и сюда пришли меня
переучивать? — шепотом спроси­ла Наташа.

Но тренер не принимал разгово­ра в полутонах. Он громогласно
	отвечал.
— Нет, что вы! Я тут не спе­пналист. Но вот, может быть, У
	нас с вами в четыре руки получит­ся? — Он подтащил табуретку к
пианино, без всяких усилий сдви­нул немного в сторону стул с На­ташей и подсел к ней вплотную
слева. — Начали?!

И невольно подчиняясь его на­пористой энергии, Наташа заигра­ла мелодию, а он стал бравурно
аккомпанировать ей, ведя на ба­eax свою партию, подмигивая ре­бятам. Те запели, весело глядя на
обоих, следя за  размашистыми
	— Не можете ли вы помочь,
доктор? Он на днях проглотил
	магнит.
(Англия).
	ЗАПОЗДАЛАЯ
яоссть
	ДОЛЖНОСТЬ
ОСТАЛАСЬ ВАКАНТНОЙ
	НЕ так давно в городе Стилуэлле
(штат Онлахома, США) были на­значены выборы шерифа. По этому
случаю сюда съехалось много лю­бопытных в расчете на то, что дело
не обойдется без интересных проис­изествий. И они не ошиблись.
Во время предварительного  под­счета голосов у прежнего шерифа
	оказалось на сто бюллетеней меньше,

чем у его противнина.
Не дожидаясь окончательных ре­зультатов выборов, он выхватил пн­Чудинов в таких случаях CMY:
	щался, но продолжал бушевать.
— Я же сказал: меня. М

чтоб лептий взял!
	обоих, следя за  размашистыми  чтоб лепшии взял: ПА: RE IEE ОЕ а —:
движениями головы, которой Чу­— Ну и на этом спасибо. грубоватый, то ласковый  неукро­ваш великолепный, неисчерпаемый столет, чтобы покончить со своим CO­— Не за что! — он внезапно тимый человек. Чудинов тоже от­не успевают показать себя, поверь­перником. Но м тот не растерялся:

в одну и ту жа секунду грянули два

динов как бы дирижировал, при“
распалился. — Леший бы нас обо­дался весь во власть слышимого те мне, потому и результаты нолу­говаривая:
— Хорошо! «Мышка 3a печ­их взял, в конце концов. На меня  и едва заметно качался, как бы чаются примерно равные. А вот по­ee ры делл ие   плоянуасот реличаромУ ритму сим­степенно начнем увеличивать дДи­ln

выстрела, нм оба. нандидата на пост
блюстителя порядка и строгой занон­ности упали замертво.

 
	РАЗНОЦВЕТНАЯ СОЛЬ
	и еженедельник
«Шпигель дер вохе» рассказывает
о последней новинне коммерческой
	кою!..> Давай, давай дружно!.. Бот
это другой разговор. Дело!.. Вот
и спелись. — Он с размаху взял
оглушительный аккорд, сопровонг
даемый странным дребезгом внут:
ри пианино.

— Уйюй! Здорово как! — вос­злиться — это вы умеете, а вот где
надо характер ваш зауральский,
норов этот ваш залдонский в бы­строту перевести, тут стоп дело.
Ничего из вас не выйдет, пока
не разозлитесь хорошенько. — С
затаенной хитрецой он поглядывал
	повинуясь величавому ритму сим­фонии. А Наташа, сама того не
замечая, в сладостном оцепенении
припала к его локтю, обхватив его
руками. Спохватившись, Чудинов,
слегка отодвигаясь, шопотом сказал:

— Чувствуете, какая здесь зву­ССС — Е2<А 245 мо ве er
  ности упали замертво.

станцию, вы их всех бросите поза­> НИТАНСКАЯ НАРОДНАЯ PEC­ди, оставите у себя 3a спиной. Мы
еще кое-что с вами отработаем. У
вас пока не сразу ладится после
старта, засиживаетесь. Посыл лы­жи У вас великолепный, но иногда
	г“ плапаю\у.

— Уйюй! Здорово как! затаенной хитрецой они поглядывал — чувствуете, вакал срезе we
чит воля к победе? Слышите, как

вос­хитился Сергунок, — Даже задрыч­на Наташу. — Вот, например, ко­чало! гда я тренировал Бабурину... свершается это? Как человек по­Чудинов встал и сконфуженно за­Наташа вскакивала: беждает? Преодолевает все в вели­— Опять Бабурина?! Хватит < ком напряжении... Слышите? Еще

глянул под приподнятую крышку
пианино.

—  Струна... Ничего, я завтра по­ищу настройщика. А песня, меж
ду прочим, хоть и мелодичная, Но .

и еще. Победа близка!
— А я что-то совсем другое

представила, — зашептала кротко,
но еще не сдаваясь, Натан —

меня этой Бабуриной. Только и
слышу... Пожалуйста, командуйте,

я готова.
— На _<егодня-хватит, —-подзу>

OE OB a oe
вы еще коленом сами ce6e тормоз
создаете. Словом, унывать-абсолют­но не с чего. — Он брал секундо­мер. — Ну-ка, пошли! Времени до
Спартакиады осталось немного, те­перь от меня пощады не ждите.

А она и не ждала. Ова.-уже-не’

хотела-пощады.

ПУБЛИКА. На первом автомобиль­jHom заводе в Чанчуне. Завод на­[yan выпуснать грузовые автома­} шины марки «Освобождение». НА

СНИМКЕ: рабочий завода ХУАН

ЛИНЬ-ШЭНЬ за обработной цИ­пиндров -моторов.
Фото-ЮАНЬ. ЛИНА

о последней поете
ренламы в Соединенных Штатах. По­ступила в продажу разноцветная сто­ловая ‘соль, причем ‘каждый цвет
имеет свое особое назначение.  

соль предназначается для влюблен­Se ee

  
 
 
 
 
 
 
 
 

G

— Что вы делаете, сударь?!
— Не мешайте, двадцать лет

 

ных, зеленая — для юношей, питаю­назад я познакомился на этой
щих надежды, и желтая-——- ann-a2-  скамейке со своей женой,
их февнивых­дам,» .. . War