РЕРЕГОВ
	В РАЗГАРЕ...
ЛЕТА —

‘25, декабря 1956 года « Koonepa:
	ция» прибыла в южноафриканский
порт Нейптаун. Здесь состояласи
	встреча  бучастников. СОВетокой в
японской антарктических экоп
ций. Ha борту <Нооперации»х по
	бывали почти все участники, яп
ской экспедиции BO главе с №
чальником -- профессором Tang ry
flarara. Руководители и уче
экспедиций ‘двух стран в продё

 
	язительной дружественной Gece  
поделились своими планами и
		Японские гости рассказали, что
экспедиция идет в Антарктиду ‘№
двух небольших судах «Суят
«Умитака». Она будет работать [м
восточной части материка на берь
гу принца Харальда. Зимовать оста.
нутся 10 человек, остальные вер’
нутся в Токио. Договорились под
дерзкивать радиосвязь во время эи/
мовкни, продолжать регулярный об’
мен опытом. Дружеская беседа дли.
лась за ужином до глубокой ночи,

в Кейптауне на борт «Коопера»
ции» приняли американского уче»
ного’ -— метеоролога‘ мистера Кар»
	трайта, который будет работатьхи
зимовать в составе советской экс
педиции в поселке «Мирный».
	Все мы, участники воинтивенталь.
ной антарктической экспедиции
радостно встретили Новый год
Для нас он будет — H kanes:
дарным и геофизическим, Встреча
произошла на €COPOKOBbIX реву:
щих» широтах Индийского океана,
в разгаре лета. В салоне установле
на елка. Одновременно с москви.
чами, дорогими и родными, мы сели
за праздничный стол и под Gol
кремлевских курантов подняли 60
кал за счастье и могущество люби.
мой Отчизны. ;

Вазых Галеев,
участник антарктической
экспедиции.

Индийский океан. Борт парохода
«Косперация». (По радио).
	КУРС
НА «МИРНЫЙ»
	По просторам Атлантики «Лена»
полным ходом идет курсом в
«Мирный». На корабле все занять
— кто научными наблюдениями
кто проверкой и подготовкой при
боров, кто чисткой самолетов, ве
здеходов. И все, даже профессор:
тт. Марков и Дэзердзеевский, в сво
бодное время деятельно готовилие
к Новому году который мы ветре
тили на ходу на экваторе одно
временно с традиционным pags
ником. Нептуна.
	Корабль принял нарядный ви
— большие елки выглядят совсе
как дома, только жарко и пл
щется вода в бассейне для купанья

Нас около 200 человек — участ
ников второй антарктической эк

педиции. Подобрался отличны!
коллектив, много москвичей. Шле
	новогодний привет любимой столи
це, наилучшие пожелания дорогим
москвичам в 1957 roxy. В
	летчик, Герой Советского Сок
Атлантический океан. Близ

тора. Борт дизель-электр
«Лена».
			—=>_-ч3>—ч>—----- -—
	ЛИННЫЙ хобот решетзатого 1трических цепях, где каждую ce
	+ крана медленно опускается
в жерло нагревательной печи. Се­кунда — и мощные захваты, сжав
раскаленный добела слиток стали,
поднимают его и укладывают на
транспортер прокатного стана. Еще
мгновенье, и слиток скользит по
вращающимся с огромной  скоро­стью валкам. Пройдя между ними,
он теряет прямоугольмыую формуи
становится массивным, ребристым
швеллером. На другом конце ста­на его подхватывает с конвейера

кунду проходят сотни тысяч им

пульсов. Ценнейшей способностью
некоторых ферритовых магнитов
является их «хорошая память».

Каждый из них способен «запом­нить> на любой срок направление

воздействовавшего на него импуль­са, даже если продолжительность

импульса измеряется миллионными
долями секунды. Любопытно, что
феррит «хранит» полученную ин­формацию, совершенно не расходуя
для этой цели электроэнергию.
	ва егэ подхватывает < RON ECHO
второй кран и укладывает в шта­бель.
	Вокруг не вицно людей. Всем
	этим болыйим и сложным комилек-.
	сом механизмов управляет счетно­решающая электронная машина,
скрытая под нёприметным металли­ческим кожухом. Она выбирает наи­более эффективный режим прокат­хи, она командует» механизмами
стана. Если какой-либо агрегат от­хлонится от заданных норм, маши­на сигнализирует ему серией кор­РЕКкТирующих импульсов, и работа
вновь входит в нормальное русло.

..Наш рассказ — отнюдь не но­зогодняя фантазия. Узже сегодня ий
наука и практика ‘уверенно под:
тверждают, что в недалеком буду­щем вычислительная техника по­зволит создавать еще более «чудо­действенные» ‘системы ‘автоматиче­ского управления. Они будут не
только запускать ‘и останавливать
станки, моторы и агрегаты, но и
сумеют контролировать технологи­ческие процессы производства, «за­поминать» наивыгоднейшие `режи­мы обработки сырья и даже на­капливать . рациональный опыт ра­боты.
	В наши дни первоосновой этон
техники будущего служит быстро­действующая электронно-счетная
маннна Института точной механи­ки и вычислительной техники Ака­лемии наук СССР.
	В просторном зале с высокими
окнами, выходящими на одну из
новых улиц Москвы, длинной вере­ницей тянутся почти трехметровые
металлические стойки-шкафы. Они,
собственно, и составляют рабочий
организм этой ‘удивительной мапти­ны, сплошь светящейся бесчислен­ными рядами электронных ламп.
Лами насчитывается ‘здесь около
пяти тысяч, не считая нескольких
десятков сложных электронно-луче­вых трубок, несколько напоминаю­щих кинескопы телевизоров.
	Ряды ламп составляют здесь все
основные - устройства, которые,
словно разумные существа, вычи­тают, складывают, делят, умножают.
И все это со скоростью семи­восьми тысяч математических дей­ствий в секунду.
	абота машины невольно вызы­вает восхищение. Однако трудно
представить ее у прокатного. стана
в качестве направляющего и конт­рольного механизма: слишком она

сложна, универсальна и гро­моздка. Для работы на автома­тической линии металлообрабатыва­ющих станков, для контроля сдо­менного или мартеновского процес­сов, для конвейера автоматической
	сборки и других звеньев производ­,
	ства нужны счетно-решаюитяе Ma­шины, во много раз меньшие и 00-
лее неприхотливые.
	Над созданием узлов, которые
могут быть использованы в таких
машинах, и работают сейчас в Ин­ституте точной механики и вычис­лительной техники Академии наук.

Сотрудники института сделали в
этой области много интересного.
	Так. впервые в истории отече­ственной вычислительной техники
они, вместо обычных электронных
	ламп, ввели в конструкиию подоб-г
	ных машин крохотные кольцеобраз­ные магнитные сердечники — фер­риты, отличающиеся особыми,
весьма любопытными свойствами.
	Обычный магнит изготовляется,
как известно, из монолитного ме­талла — проводника  электриче­ства. Феррит же прессуется из раз­мельченных в порошок окислов же­лсза, марганца, магния и других
металлов.
	Ферриты обладают не только
магнитными, но и превосходными
	изоляционными ‘свойствами. Это по­зволяет использовать их в элек­«2
	В художественно-пронзвод­ственных мастерских Госу­дарственного академичесно­го Большого театра Союза
ССР работает мастер смыч­ковых инструментов Н, М.
	Фролов. За 40 лет своей
трудовой деятельности он
изготовил много скрипок,
альтов и виолончелей, от­личающихся прекрасными
звуковыми начествами и
пользующихся всеобщим
признанием. Одна из вио­лончелей Н. М. Фролова,
представленная на состояв­шийся на днях Всесоюзный
конкурс смычнковых инстру­ментов, отмечена жюри дип­ломом второй степени, НА
СНИМКЕ: Н. М. ФРОЛОВ.
	Фото J. ВЕВЗЫРИЛАИНА.
(ТАСС).
	ЯНВАРЯ 1957 ГОДА
	До недавнего времени роль тако­го рода «памяти» в счетной маши­не выполняли электронно-лучевые
трубки, которые, в отличие от фер­ритов, несравненно более ‘объемны,
недолговечны и нуждаются в посто­янном питании электроэнергией.
	Рождение ферритов производит

переворот в характере конструиро­вания электронных счетно-решаю­щих машин. Крохотные черные ко­лечки диаметром всего лишь в два
миллиметра каждое оказываются
способными заменить лампы, во
много десятков раз большие, cye­ланные из металла, стекла и пла­стических масс. это открывает за­манчивые перспективы в области
создания портативных и надежных
счетных машин, которые можно бу­дет применять в любой области со­временной техники,
	В настоящее время на счетной
машине Академии наук ферриты
уже идут на смеву хрупким, доро­гам и сложным. электронно-луче­вым трубкам. Трубку вполне заме­няет проволочная сетка размером
	с обычную почтовую открытку, на}
	которои нанизана тысяча KDPOXOT­ных черных колец. Насколько их
применение экономически —выгод­нее, можно судить хотя бы по тому,
	что электронно-лучевая трубка сто­@
	имостью более тысячи рублей снпо­собна работать всего лишь несколь­ко сот часов, а гораздо более деше­вая сетка ферритовых колец ис­правно служит неограниченно дол­гое время.

Применение полупроводниковых
элементов, ферритов, миниатюр­ных, но весьма емких конденсато­ров, позволит ученым Института
точной механики и вычислительной
техники приступить к решению ин:
тереснейшей задачи современной
науки — созданию безламповой бы­стродействуютщей счетной машины,
срок службы которой будет прак­тически неограниченным, а габари­ты — в десятки раз меныше совре­менных.

Заглядывая в завтрашний день,
трудно даже представить себе во
всей полноте область возможного
применения таких машин. Быть мо­жет, они будут управлять угольны:
ми комбайнами в шахтах и пасса­нзирскими самолетами, электриче­скими станциями и морскими суда­ми, автоматическими заводами и
межпланетными кораблями...

Эти машины — недалекое буду­щее нагштей техаики.
	 

ИКИ КИ
	SSIS ISLS SSS SAS SSS
	Б. Глебов.
	 
	слесаря Марии Плахотник. НА СНИМКЕ (слева направо): МАРИЯ ПЛА­Фото А. КОЛЕГАНОВА.
	‚Новоселье в квартире № 256 рома № 185/2 на шоссе Энтузиастов у
	о В Ч о ae Se ee eS ee

ХОТНИК ее муж ВЛАДИМИР и гости М. БАХУРИН, В. АЗАРСКАЯ и В. КОЗЛОВ.
	Алексей МАРКОВ
	ЦВЕТЫ
НА СТЕКЛАХ
	Кто-то бросил на стекла цветы,
Снег, как пух тополиный, —
на улице.
Говорят, что задумаешь ты
В новогоднюю ночь, то и
сбудется.
Молодым я желаю любви
И для рук непочатого дела.
Старикам, чтоб волненье в
крови,
Невзирая на срок, не старело.
Если в сердце обида была,
Пусть и эта затянется рана,
Чтоб от солнца и от тепла
	Блеск на окнах горел
постоянно.

Чтобы наши с тобой сыновья
Тольно в книжках старинных
читали,
Как горит под ногою земля,
С тяжким грохотом рушатся
дали.
А тому, кто в нелегком пути,
Я желаю с дороги не сбиться,
Пусть засветит ему впереди
Огонька золстая зарница.
Кто-то бросил на стекла цветы,
Снег, нак пух тополиный, —
на улице.
Говорят, что задумаешь ты
В новогоднюю ночь, то и
‚ сбудется.
		ПЛАРАРАРЛАЛЕРРРГАРАЕРИ И РЕР ТР.
	сильно изменятся. Будет завер­шена реконструкция Калужско­го шоссе. Это первая большая
бетонная дорога столицы, строи­тельство которой ведется при по.
мощи новейших машин. Она со­единится с магистралью Моск­ва — Киев.
	Разрабатывается проект круп­ной городской трассы, которая
явится как бы продолжением
Ломоносовского проспекта. Она
начнется у жилых массивов
	Юго-запада, пересечет речку
	Сетунь, пройдет под путями же­K Mo.
	лезной дороги и выйдет
жайскому шоссе.
	Москвичам небезынтересвно бу­дет узнать, что скоро исчезнет
Поклонная гора. Когда-то с
нее открывалась панорама
столицы. Сейчас в Поклон­ной горе подошли огромные
жилые здания Нутузовской сло­боды, и в этом месте, у ворот
города, проектируется одна из
крупнейших в столице площадей.
Поклонная гора будет срезана.

Среди магистралей, рождения

которых мы будем свидетелями
в наступившем году, — проез­ды между Дорогомиловской ули­цей и гостиницей «Украина».
	Проектировщики заняты и
трассами, которые ведут к Ново­Арбатскому мосту. Пока к нему
нельзя подъехать ни со стороны
Арбата, ни со стороны Дорого­милова, И тут придется менять
географию Москвы.
	Еще одной широкой транс­портной трассой обогатится Мо­сква в наступившем году. Речь
идет о магистрали, ведущей от
Сущевского вала к Всесоюзной
сельскохозяйственной выставке и
	зеленому массиву Останкинеко­го парка.
	Строительство ее уже нача­лось. Трасса пересекает несколь­ко линий железной дороги. Здесь
пришлось построить новые пу­тепроводы. Начало дороги —
Шереметьевская улица. Она рас­пгиряется. А дальше проезд
пройдет местами вдоль пусты­рей и огородов и выйдет к Хо­ванскому входу на Всесоюзную
сельскохозяйственную выставку.
	Бригады дорожников мы уви­дим и в Сокольниках. Намеча­ется реконструировать Преобра­женскую площадь. Разрабаты­вается проект благоустройства
Болыной Черкизовской улицы.
	Изменится Ново-Владыкин­ское шоссе. Оно проходит вдоль
Главного Ботанического сада,

мимо гостиничного городка в
Марфине.

Мы упомянули лишь о неко­торых магистралях, над проек­тами создания и реконструкции
которых работают сегодня в Мо­снве. Перечислить все улицы и
проезды, которые переживут в
1957 году свое второе рождение,
было бы очень трудно: планы
жилищного строительства ра­стут, появляются новые улицы.
	О. Емельянов.
	К ЗИНАИДЕ Петровне Сутуриной
меня привело письмо, которое
она написала в редакцию газеты.

«Дорогая редакция! — говофи­лось в этом письме. — Я с интере­сом читаю статьи и очерки, где
рассказывается о наптих советских
людях, новаторах производства,
ученых, строителях. И вот у меня
к вам просьба, Напишите, пожа­луйста, и о тете Поле. Тетя Поля
нигде не работает. Она пенсионер­ка-общественница. Если бы вы
знали, как много хорошего сдела­ла тетя Поля людям!».

— Тетя Поля не родня нам, —
горячо говорит мне Зинаида Пет­ровна. — Но это самый близкий,
самый дорогой для меня и сына
моего, Васи, человек. Вася ее сво­ей второй матерью считает. И он
прав. Судите сами...

И Зинаида Петровна рассказала
о своей встрече с Пелагеей Алек­сеевной Симоновой — простой со­ветской женщиной.

*

..Трудно приходилось Зинаиде
Петровне. Работала она нередко
по две смены, а маленький Вася
все дни проводил на улице. Суту­рины жили в проходной комнате.
Дождь ‘ли, стужа ли во дворе —
соседи не пускали мальчика домой,
пока не придет мать. Нто-то рас­сказал о Васе Пелагее Алексеевне,
и она зашла к Сутуриным. Не то­ропясь сняла пальто, по-домашне­му просто поправила платок на
плечах и спросила:

— Ну, что же будем делать, зо­ренька?

И неожиданно для себя Зинаида
Петровна рассказала этой чужой
пожилой женщине с ласковым
взглядом чуть выцветигих глаз обо
всем, что наболело, что прятала от
других...

Поговорили и решили хлопотать,
чтобы Васю, пока Зинаида Петров­на не получит комнату, приняли в
детский дом...

— Послушайте, — убеждал че­рез несколько дней Пелагею Алек­сеевну работник сектора детских
домов МосгорОНО, — не можем мы
принять мальчика. У него мать
есть, жилье... Вот положение о
детских домах. Прочитайте.

— А вы эту бумажку-то отлоки­те, — ‘посоветовала Пелагея Алек­сеевна. — Она нам только мешать
будет. Я ведь о чем говорю: про­падет мальчонка. Он уж всяким
дурным словам выучился, грубить
	стал. А там, глядишь, и в чужой
	ваозман заглянет.
	БО ОЕ СЕ?
	бегаем. То он насчет своих дел
поговорить, то я.

— Вот недавно обидели меня
на работе. Пошла я к тете Поле.
Сижу злая, ругаю всех, такие, мол,
сякие, разве это люди... А она
рассердилась: наших советских
людей, говорит, уважать надо и
верить им. Ты всегда, Зинаида,
главное ищи. Посмотри, какой
большой, чистой, справедливой
жизнью мы живем. И жизнь эта в
каждом нашем человеке след оста­вляет, у каждого в душе хороптее,
настоящее есть. В этом главное-то.
А обида твоя — пустяковая. Завт­ра придешь на работу, и разбере­тесь там все вместе, кто прав, кто
виноват....

Помолчав, Зинаида Петровна ска­зала:

— Умеет тетя Поля увидеть в
человеке это хорошее, настоящее,
сказать ему какими-то своими,
очень. справедливыми еловами: по­смотри, какой ты есть человек.
прислутайся к хорошему в себе и
поступай так, как это хорошее те­бе велит. Она и меня научила по­другому на людей смотреть...

Рассказ Зинаиды ИШетровны вы­звал у меня желание встретиться
с Пелагеей Алексеевной, узнать ее
поближе. Приняла она меня ра­дупно. В маленькой комнатке бы­ло уютно, пахло не то лекарством,
не то сушеными травами. На сте­нах висело в рамках несколько
детских рисунков. На полке стояли
выпиленные из фанеры и раскра­шенные фигурки, елочный стек­лянный самовар, бумажные цветы
в вазочке, сделанные, видимо, не­умелыми руками.

— Это — «музей моих друзей»,
ребячьи подарки, — проследив за
моим взглядом, заметила Пелагея
Алексеевна; — Вот «Дюймовочку»
Вася Сутурин мне подарил. Сам и
выпилил и раскрасил. А цветы
ребята из домоуправления препод­несли ко дню рождения. Не забы­вают старуху. А вчера Саша при­ходил, Вали Грудцыной старший
сын.

— Знакомая ванга?

— Да уж теперь знакомая, —
улыбается Пелагея Алексеевна. —
А встретились вот как: пошла я
как общественный санинспектор на
обследование. Прихожу — комнат­ка маленькая, вроде, как моя, а в
ней шесть человек детей живут,
мать — вот эта самая Валя, отец
и бабушка. Уроки ребята по оче­реди за столом делают.

— Что же это, думаю, такое!
Нельзя этого допускать. Иду в рай­исполком. Мне там разъясняют: «С
жилплощадью у нас, Симонова,
трудно». Я говорю: тут люди жи­вые, дети мал-мала меньше, а
вы мне про жилплощадь. Найдете!
«Да нет, — отвечают, — не най­дем».

— Я — в Моссовет. К одному,
к другому. Дали Грудцыным квар­тиру. Звонит мне Валя по телефо­ну: тетя Поля, говорит, растеря­лась я совсем от радости, плачу,
не знаю, что делать.

— Нечего, говорю, теряться.
Упаковывай вещички! — А сама
оделась и к директору типографии
‚№ 19, где муж Валентины  ра­‘ботает. Новоселье как будем справ­лять? — спраизиваю. То одна ком­ната, а то — три! Ное-что из ме­бели нужно от месткома.

А там, оказывается, и без меня
	обо всем подумали. Приготовили
для Грудцыных диван, стулья,
	письменный стол, этажерку. На но­воселье пришли с подарками. Мно­го. радости было в этот день!

Пелагея Алексеевна качает голо­вой и улыбается.
		так она бывало скажет: и вогда
ты, наконец, Алексеевна, усно­ноииться! Пора бы!
	— Да и сама я Иногда думаю:
	может, правда, пора мне жить
спокойно, ведь седьмой десяток
уже!
	Долго еще рассказывала Нелагея
Алексеевна о делах общественных.
О TOM, как отвоевывали ‘помеще­ние для красного ‘уголка домоуп­равления, как позаботились © де­TAX, мать которых положили B
больнину, как Витю, который бол­тался без дела, устроили работать
на завод, а Раю — ученицей в
ателье, как «пробивали вопрос» о
том, чтобы отремонтировали KOM­нату старушке Измайловой, и вы­хлопотали пенсию другой старупш­ке —- Болотниковой.

Пелагея Алексеевна говорит не
торопясь, называя имена тех, кому
помогла она, и Тех, кто помог ей
	вовремя прийти на помощь, успо­коить, утешить человека. А помо­гали ей все — и рядовые совет­ские люди, и ответственные работ­ники учреждений, министры.

Я слушала ее рассказ, и передо
мной вставали во всем своем вели­чии красота души советского чело­века, его великий гуманизм. Сколь­ко у нас таких людей с большим
сердцем, тех, кто никогда не прой­дет мимо чужого горя, тех, кто не
умеет быть равнодушным, «жить
в сторонке», — общественников!

Незаметно, день за днем, каждый
по-своему делают они болышое го­сударственное дело, помогая паф­тии в самом главном — в ее забо­те о людях.
	Р.. Соколовская.
		МАГИСТРАЛИ
1957 ГОДА
		FS ISLISSLISSIAIS A SS SS
	РОЕНТИРОВЩИКИ —мастер­ской, в которой мы находим:
ся, — особые. На чертежных
досках не увидишь ни планов
квартир, ни эскизов будущих до­мов. За рейсфедером бегут из
конца в конец бумажного поля
тонкие линии. Они тянутся вдоль
кварталов, пересекают железные
дороги, реки. Здесь рождаются
проекты наших улиц, площадей,
набережных.
	Побмотрите. на чертежи, и вы
увидите Москву 1957 года. Над
трассой будущей мостовой, над
устройством тротуаров думает
немалый коллектив людей; от­лично знающих хозяйство горо­да. Н. В. Лебедев—один из ста­рейших инженеров конторы
«Дормостпроект». Вот уже два
десятилетия проектирует он мо­сковские магистрали, и можно
назвать десятки крупных проез­дов, преображенных по его чер­текам.
	Паше знакомство Лебедев
предлагает начать с поездки по
Москве.

Позади осталась Большая Ка­лужская улица. Вот и застава.
Здесь можно остановиться. По­токи троллейбусов, автобусов,
грузовиков, быстрых «Побед» и
	«3ИМов» проносятся мимо, к
Воробьевскому и Калужскому
птоссе.
	Перед нами—новый мост-путе­провод. ИТирокое полотно, мас­сивная чугунная ограда, светиль­ники на высоких мачтах. Но по
этому мосту проехать нельзя —
дальше дороги нет. Вьется узкая
тропка, один к одному теснятся
отживающие свой век домики, а
впереди в морозной дымке вста­ют корпуса большого жилого
массива столицы — Новых -Че­ремушек.
	Эта улица существует пока на
планах и имеет номер 3542. Она
пройдет от нового путепровода и
соединится с 4-й Черемушкин­ской. Это будет широкая ма­гистраль с тенистой аллеей меж­ду двумя проездами,
	— не только мы, дорожники,
участвуем в проектировании мо­сковских улиц, — говорит Лебе­дев. — Здесь уже побывали гео­логи, взяли пробы грунта. Трас­су пересекают две речки — Чура
и Кровянка. Их запрячут в желе­зобетонные коллекторы. Об этом
заботятся гидрологи и гидротех­ники, Осветители решают, ка­кие поставить фонари, какой
мощности должны быть лампы.
Привлекли и озеленителей — на­до наметить, какие и где поса­дить деревья, кустарники, цветы,

В Новых Черемушках возник­нет в будущем году еще нееколь­ко улиц с широкими мостовыми,
просторными тротуарами. Сейчас
и они имеют лишь номера 1629,
3551, 3725. Пройдет не так уж
много времени, и вместо цифр
появятся названия.
	Много и других крупных ма­гистралей возникнет в наступив­нем году на Юго-западе, а иные
	— Нак вы не понимаете! — вы­бивался из сил собеседник.

— Нет уж это вы, голубчик, ни­чего не понимаете, — отвечала
Пелагея Алексеевна, поднимаясь.
— Выходит, говорить нам больше
не о чем.

Прямо из МосгорОНО Пелагея
Алексеевна отправилась в отдел
школ Горкома партии. И Вася стал
воспитанником детского дома.

В детдоме мальчик окончил се­милетку. Оказалось, что он хоронто
рисует. Пелагея Алексеевна помог­ла Васе устроиться учеником в
живописную мастерскую, а потом
на отделение живописи и рисунка
курсов заочного обучения при Все­союзном Доме народного творче­ства имени Крупской...

— Теперь Вася мой работает и
учится  — с гордостью говорит
мне Зинаида Петровна. — Худож­ником, может, будет. А к Пелагее
Алексеевне мы с ним по очереди
		ПЕРВОМ номере журнала «Огонек», вышедшем тридцать лет.
	В ЦВЕБОМ номере журнала « 
назад — 1 января 1927
московской зиме,  иллюетоиро
	года, был опубликован очерк о’
	нееволькими снимками’
	московской зиме, иллюстрированный несколькими
А. Шайхета. Два_-снимка мы воспроизводим сегодня.
	На верхнем фото вы видите
	вают лед водой из леек и метлами разравнивают поверхность.
Подпись под снимком гласит: «Готовят каток», -
Слово «извозчик» исчезло из обихода москвичей. Увидеть г.
Москве извозчиков, которые в ожидании пассажиров греются но.
стоянке, можно только на фотографиях давно прошедших лет. Вот.
такую старую фотографию мы и помещаем сегодня.
Итак, прошло ровно 30 лет © того времени, когда были слела­Мы ет их автора, одного из старейших советских фо-!
торепортеров Аркадия Шайхета, повторить эту же тему накануне.

Е а ПА бе“ >.
	A EEE EISELE SN

встречи нового, 15 года. На одном из снимков внизу слева:
вы видите, как заливают каток на стадионе «Динамо». Вы. навел.

А  аа ИЯ
	Ree OS

ное, хорошо знаете, что этого стадиона тридцать лет назад и в по-.
и а а
	мине не было.
Огромный каток заливают,
	одновременно сглаживая pee pe-<.
		ithe
	СТа
	$3:
		 
					и
	A
«м.
				ровности, всего лишь два человека. Правда, с помощью.
ной автомашины, которую фотокорреспондент шутливо

>

eam
	На втором фото — площадь Белорусского вокзала. Здесь нет
‘Dh HA OAHOW ИОАЛИ’” ТОО при ое ВЮ. НЕТ
	заменившие извозчиков Москвы
которых через несколько минут
	оценить все замечательные перемены, т
жизни за совсем небольшие как будто бт.
	‚ овтомашины-такси. Водители.

1927 года, ожидают пассажиров...
доставит очередной поезл. t

 

 

 

 
	‘далекое прошлое, чтобы
происшедшие в нашей
ы сроки. ]
	Г 2 ke
Макс Поляновский.  

Фото А. Шайхета,
		Ka!