СПУСТЯ
50 ЛЕТ
	Много посетителей собралось в
этот день в музее И. Н. Толстого.
За столом между историком и
литературоведом сидел невысокий
седой человек с живыми, прони:
цательными глазами и рядом ‘с
ним маленькая женщина — это
пенсионер А. Д. Ротницкий и ‘учн­тельница В. А. Гусева. Перед ни­ми старинная выцветшая от вре­мени фотография — Л. Н. Тол­стой, окруженный детьми.

В 1906 году в Туле группа мо­лодых энтузиастов-педагогов реши:
ла оградить ребят oT пагубного
влияния улицы.
	Так впервые в России А. Д.
Ротницким была создана в Туле
«комиссия детских развлечений».
Средства на организацию библио­тек. детских площадок, прогулок
за город, походов в театры и му­зеи собирались по подписке,
	Мечтой А. Д. Ротницкого была
встреча тульских. ‘ребят с Толстым.
Заручившись согласием писателя,
молодой педагог начал хлопотать
разрешение у губернатора, Ему от­казали, обылаясь на то, что Тол­стой отлучен от церкви.

Тогда Ротницкий решил отпра­виться в Нозловскую засеку, кото­рая была в четырех верстах от
Ясной Поляны, а оттуда ‘пешком
добраться до усадьбы Толстого.
Ехать с ним собралось около’ ты­сячи ребят.
	А. Д. Ротницкий и В. А. Гусева,
которой в то время было 10 лет,
вспоминают, что Лев Николаевич
был рад’ приезду ребят. Целый
день он занимался с детьми, ходил
на реку, в лес, придумывал для
своих маленьких гостей игры,
	Этот день надолго запомнился
маленьким посетителям усадьбы
Тслстого. И сейчас, через 50 лет,
рассказывая о нем, В. А. Гусева
волнуется. Встреча с великим пи­сателем, — говорит она, — оста­вила у нас в душе светлый след.
Мы лучше начали понимать, как
темна и безотрадна была жизнь
наших отцов. Мечта о другой, сво­бодной и светлой ‘жизни, за кото­рую многие из нас сражались в
1917 году, родилась быть может
именно тогда.
		= Соколова.
	ДРУЖЕСКИЕ
		А. ПЛОТНИКОВ
	Он спектакли на Таганне
ставит многие года,
Есть в театре, скажем прямо,
И комедия и драма.
“to насается успеха —
‚к сожаленью... не всегда.
о ов
		Многим портит аппетит
Пародийный стиль его,
Он в пародиях щадит
Только С. Васильева.
	Рис. И. ИГИНА.
Tarer A РЕИЙИЖЕВСКОГО.
	Я осторожно подо­шел к окну. В углу са­дика, неподалеку от
калитки, блестя` при
лунном свете сухими,
матовыми листиками,
стояя пышный куст
сирени. Значит, это он
болеет, подумал я, и
	назавтра показал его
ребятам.

— Надо его cna­сти! — решительно
	заявил Ленька.
Заявить-то было лег.
	Из рассказов,
присланных
		O-MOEMY, ваш пе­реулок — самый
лучший в Москве. Он
круто поднимается в
гору, зимой с нее мож­но кататься на конь­ках и санках, а летом
он похож на сад —
так разрослись в нем
липы. Домов в переул­ке немного, десятка
два, а самый краси­вый, конечно, наш, но­мер семь. Шестиэтаж­ный, в балконах, он
стоит на горе и красуется.  Гово­рят. новый дом. тот, что строится
под горой, будет красивее, но это
мы еще посмотрим.

И все-таки мама уверяет, что она
с удовольствием поменяла бы квар­тиру. Потому что живем мы на
первом этаже. Лично мне нравится
жить на первом этаже. Удобно. А
мама считает, что это сплозиное
мучение. Она приходит из клиники
в пять часов, и мы обедаем. Потом
ей надо отдохнуть: вечером она за­нимается, изучает английский язык.
А тут за окошком поднимается
крик. Это кричим мы. Я не пони­маю, почему маме не нравятся на­ши голоса. У  Леньки, например,
очень красивый голос, Ленька даже
в школьном хоре поет. У Вовки то­же голосе меплохой — звучный и
разный: то низний, как у директо­ра школы, то высокий, как. у класс­ной руководительницы. У меня,
правда, голоса нет, поэтому я и
музыке не обучаюсь, но ведь к мое­му-то мама привыкла.

Кроме наших голосов, маме вне
нравятся доски, сложенные во дво­ре под, окнами ее комнаты. Мама
несколько раз просила домоуправ­шу Марию Васильевну перенести
доски в другое место, но той все
некогда. У Марии Васильевны так
много хлопот, что ей приходится
вее время бегать.

 
	вогда мы решили построить BO
дворе волейбольную площадку,
Мария Васильевна дала’ нам два
столба. Площадку мы построили, и
я сказал маме, что теперь мы не
будем сидеть на досках и мешать
ей заниматься. Ho на следующий
день мы разбили мячом окно в на­шей комнате, и мама очень рас­строилась. Нотом мы разбили ок­но в кухне у Зинаиды Сергеевны,
а еще через день — в маленьком
домике, где живет дядя Кеша.
	Зинаида Сергеевна, высокая, то­щая старуха, кричала так громко,
что заплакали Коля и Вася—вну­ки ее, близнецы. Мы собрали пят­надцать рублей и понесли Зинаи­де Сергеевне. Она. деньги не взяла,
сказала, что в подачках не нуж­дается, а лучше напишет про нас в
«Пионерскую правду». Нам, конеч­но, это было_ ‘неприятно.

‚В воскресенье “MEL задумали про:
вести волейбольный‘ чемпнонат.
Играть решили но олимпийской си­стеме — проигравшие выбывают.
На лворе собралось много народа.
	Юрка Касьянкин. — мы выбрали
его судьей — свистнул, я присел
и только размахнулся, чтобы по­дать мяч, как послышался испуган­ный голос Марии Васильевны:
		— Ой, деточки, осторожно,
убейте!
	Она пробежала через площадку,
направляясь к домоуправлению. Я
подождал, пока за моей спиной не
хлопнула дверь, и, крикнув «по­даю», ударил по мячу. Игра нача­лась. Впрочем, она продолжалась
недолго. Вовка Мякишин — он
такой длинный, что голова его вы­совывается над сеткой — кулаком
толкнул мяч. Он со свистом проле­тел над площадкой, и сзади раз­дался пронзительный звон. Я огля­нулся — в окне домоуправления
высажена целая рама. Что тут под­нялось!

Я думал, что мамы нет дома, и
очень удивился, услышав, как То­ня, моя сестра, заплакала:

— Мама! Ностю бьют!

В окно выглянула мама, узиде­ла, что меня держит Мария Ва­сильевна, выпрыгнула на доски и
подбежала к нам.

— Это что еше за фокусы?
	Мария Васильевна указала на
разбитое окно. а мама вдруг засме­AS ко, а как это сделать?
Через несколько дней
стало ясно, что сире­Е невый куст не выживет.
+S. У него сворачивались

: листья, они бледнели,

становились сухими,
ТАУКОВА. ломкими, и весь он пе­чально поник, опустил
веточки, словно пригорюнился.
Мы поливали его отдельно, но­жом разрыхляли землю, чтобы
она не покрывалась корочкой, сре­зали сухие ветки, обрывали желте­ющие листья — ничего не помога­ло.

Мартын плакал, никому не давал
покоя, приставал к маме, бегал к
Зинаиде Сергеевне, мучал меня.

— Ты доктор, — говорила ‘се­стренка маме. — Вылечи его, уколи
пенициллином..

Встречая дядю Кашу, она хвата­ла его за руки:

— Вы все умеете, спасите ку­стик!

На меня она смотрела печальны­мн .глазами, а я злился и ‘кричал.
Она тихонько твердила:

— Еще первую ступень кончает...

А причем тут первая ступень?

В квартире у Леньки было много
цветов, а среди них — лимоны. Мы
хотели вытащить их из горшка, но
Ленькина мама почему-то запроте­стовала и назвала нас глупыми
мальчишками. Но, услышав про
больную сирень, она сказала:
	— А вы попробуйте поливать ее
водой, в которой мылось мясо. И
чаем. Я так поливаю свой лимон.

Ленька сейчас же побежал на
кухню, но у них в тот день на обед
была рыба. Зато чаю мы набрали
много и хорошего. У Леньки хоро­шая заварка — китайская.

Шли дни за днями, а куст наш
не оживал.

Однажды мама привела Kakoro­то садовода — он говорил, что ма­ма спасла ‘ему ‘жизнь. Осмотрев ку­стик, он покачал головой и попро­сил лопату
	— Видите ли, — сказал он, —
почва здесь глинистая, куст поса­жен глубоко. в ямке скапливается
влага, и корни гниют. Надо создать
ему нормальные условия...
	Прощаясь, садовод еще ‘сказал,
что для нормального питания ра­стений необходимы фосфор, калий
и ещце что-то третье, я забыл.
	А вскоре мы с Тоней поехали в
деревню на целый месяц. Там бы­ло очень интересно, но об этом я
расскажу как-нибудь в другой раз.
Сад наш мы не забывали и часто
спорили, какой он стал.

И вот, приехав демой, мы пер­вым делом побежали во’ двор. По­бежали и остановились возле из­городи, окрашенной в зеленый
цвет. Не хочу врать: лимонов и дру­гих субтропических растений в саду
не было. Но кусты георгинов, выше
меня ростом, стояли’пьииные; на­рядные, привлекая ‘глаз ` пятнами
красных, желтых, розовых цветов.
Высокие, стройные подсолнухи; Ки­вая круглыми, тяжельЕми головами,
казалось, смотрели на меня‘и спра­нивали — ну, каково? Вьюны рас­ползлись так густо, что стены дома
не  было видно — вместо’‘нее
	сплошная зеленая поросль. Какие­то цветы, перемешавигись с травой,
на полметра поднимались над’ зем­лей, и я подумал, что, если, лечь в
эту траву, никто не увидит. А куст
Haul я и не узнал, — он возвы­шался на холмике, шелестя ‘боль­шими листьями, и Мартышка, уви­дев его, так завизжала, что у ме­вя зазвенело в ушах.
	Ой, какая красота!
	Я стоял и разглядывал наш сад и
не заметил Анисима Петровича, ко­торый подошел ко мне, держа в
руках гармошку. Склонив голову на­бок, прищурив глаз, он подмигнул
мне и заиграл. Музыка его напоми­нала белку в колесе — она все вер­телась вокруг одного и того же, но
мне понравилась. А он, поиграв, за­думчиво проговорил:

— Вот, брат, какое дело вышло.
Сейчас и гостей не стыдно звать.
Как думаешь, а?

Я ни о чем не думал. Мне стало
весело, и я засмеялся.
	Н ЗЕЛЕРАНСКИИ.
	— Воська! «Рь пишется туда или
сюла?
	Я злился и молчал. Чего она в
самом деле пристает? Человек ра­ботает, у него, может, завтра конт­рольная по арифметике, а ей все
нипочем. Но от Мартына не так-то

легко отделаться. Она нросунула
голову в дверь:
	— Ая знаю: «p> пишется сюда.
Нет, заниматься в таких усло­виях невозможно!
	Утром я проснулся раныше обыч­ного. Дома и сараи, окружавшие
наш двор, казались красными: так
расцветило их утреннее солнышно.
На подоконнике с лейкой в руке
стояла Мартышка. Я вскочил, под­бежал к окну и увидел, что досок
больше нет. Мама.и Зинаида Сер­На конкурс, объявленный га­зетой «Вечерняя Моснва», по­ступило свыше 800 рассказов.
Реданция приступает к публи­кованию произведений, рено­мендованных жюри ноннурса.
Окончательные результаты кон­курса будут опублинованы в
конце онтября,

ИРИ ИЖ
	о -
2 Когда после дли
	о тельного отсут­ствия путешественник
выходит в город из
здания Восточного вок­зала в Берлине, он
сразу же отмечает
большой размах строи­тельных работ. Повсю­ду видны’ строитель­ные площадки, рядом
с ветхими, полуразру­шенными домами воз­никают светлые Kpa­сивые здания.
	Темпы строительства в демо­кратическом секторе города все
	растут. По окончании войны
в Берлине оказались разрушен­ными 184.000 квартир. В
	1951 году специалисты noz­считали, что только для расчи­стки руин вокруг Сталин-аллеи
потребуется 10—15 лет. Однако,
благодаря огромному энтузиаз­му трудящихся ГДР, решивших
отстроить свою столицу в са­мые короткие сроки, эта рабо­та уже выполнена. В 1960
году во всем демократическом
секторе ‘города вообще больше
не останется руин.
	С начала 1956 года на строй­нах Берлина отработано свыше
12 миллионов часов. Восетанов­лено и. отремонтировано 128.000
квартир. По городскому хозяй­ственному плану на жилищное
строительство ассигновано в те­кущем году три четверти бюд­жетных средств. Должно быть
закончено строительство 7.225
квартир и начато сооружение
еще 6.120. Большие средства
предусмотрены также и на ре­монт сохранившихся зданий.

В северо-восточной части го­рода; в рабочем районе Лихтен­‚:берг, запроектировано сооруже­„ние гигантского’ жилого — ком­НА ВЫСОТЕ 7.495 МЕТРОВ
	СЕССССССЕЕЕЕЕЕЕКЕЕЕ
		Успех альпинистов
	  «Буревестника» :

erereverevusEnsensnnsansransenaszevarenvsvpssus®
	оившись на группы, совершифи
восхождение на вершины высо­тою в 6.507 и 6.372 метра. Вос­хождения проходили в: чрез­вычайно трудных условиях.
Дул сильный ветер, температу­ра опускалась до минус 25.
Остро ощущался недостаток
кислорода. Эти восхождения
подготовили, альпинистов к
преодолению. еще больших
трудностей при штурме пика
Сталина, Дух отряда поднимало
сознание того, что успешно ре­шена первая задача — открыт
	неизвестный прежде путь на

Памирское фирновое плато.
Далее начался второй этап
работы экспедиции. После от­дыха в базовом лагере у язы­ка ледника Гармо самые вы­носливые и опытные альпини­сты 23 августа вышли на
штурм пика Сталина. Среди них
находились: заслуженный Mma­стер спорта К. Кузьмин, масте­ра спорта И. Богачев, В. Пота­пов, Н. Шалаев, В. Буянов,
Л. Лебедев, перворазрядник
В. Винокуров: и. другие.

30 августа восхождение нача­ли уже 10 альпинистов. Двое
	ствуют более рашнительно: пятна
удаляют вместе с... обоями,
На третьем снимке вы видите
	дело рук гражданина Булахтина.
Он живет в квартире № 145 дома
№ 1 по Боровскому шюссе. Пы­таемся выяснить — какую цель он
преследовал, ломая стену в ван­ной комнате. ‚

— Взял вот и сломал, — исчер­пывающе поясняет Булахтин.” —
Хотел шкафчик вставить в венти­ляционный канал. А домоуправле­ние запретило. Вот и осталась ды­ра... . р
— Но ведь домоуправление пра­во. Вставляя шкафчик, вы этим
самым перекрыли бы канал, Ha­рушили бы систему вентиляции.

Булахтин иронически усмехает­ся: мол, нашли кого поучать! Ведь
он работает старшим мастером по
санитарно-техническим устрой­ствам(!) Управления эксплуатации
МГУ. Вентиляционные каналы —
его «стихия»...
	У *

Вернемся к тому, с чего мы на­чали, — к новоселью. «Добро по­жаловать!», — говорим мы новосе­лам. И вот уже внесены вещи.
Расставлена мебель; Натерты полы.
Десятки, сотни московских семей
ожедневно собираются за празд­нично накрытыми столами в своих
новых квартирах. Они справляют
новоселье. И мы ва правах дру­EEE I Г. rs

зей обращаемся к ним с маленькой
напутственной речью. Мы говорим:  

— Дорогие новоселы! Пусть ваз
ша жизнь на новом месте будет  
	ФИЛЬМЫ. ,
ДЛЯ ТЕЛЕВИДЕНИЯ
	СНИМАЮТ СТУДИИ _
СТРАНЫ
	..Однажды в лесу бедный дро­восек нашел ребенка, завернутого
в плаит расшитый звездами...
	Так начинается поэтическая
сказка английского писателя Ос­кара Уайльда о прекрасном, как нар­цисс, мальчике, вообразившем, что
он сын звезды и что нет никого на
свете прекраснее и лучше его.
Так будет начинаться и фильм­спектакль <Звездный мальчик»,
съемки которого заканчиваются на
«Мосфильме». Картина снимается
по заказу Центральной студии те­левидения.
	«Мосфильм» систематически вы­пускает картины для показа по те­левидению. — Москвичам хорошо
знакомы телевизионные кинолен­ты «Сестры» («Жучка»), «Теле­грамма», «цбак он лгал ее мужу»
и другие.
	Фильм «Звездный мальчик» ста­вят режиссеры А. Дудоров и
Е. Зильберштейн, оператор
М. Дятлов. Роль «звездного» маль­чика исполняет артистка М. Ви­ноградова, лесного мальчика —
Н. Румянцева, злого волшебника—
А. Ночетков. В фильме снимаются
также артисты Г. Милляр, Н. Ско­робогатов, Э. Геллер, Т. Гурецкая
и другие.
	Кроме <Мосфильма», картины
для показа по телевидению снима­ют и другие студии страны. Так,
сегодня впервые по  телевиде­нию будет демонстрироваться
фильм-спектакль «Шельменко-ден­щик», снятый на Киевской студии
художественных фильмов имени
А. П. Довженко. ,
	B OCXOAEHHE на Bbicoval­шую вершину Памира—пик
Сталина успешно совершили
альпинисты добровольного снпор­тивного общества