Отачий дом.
	вот их было 400 — ма­леньких, беззащитных, и
осталось 400, но теперь уже
взрослых, сильных, один к
одному, как на подбор, от­личных слесарей и ткачих,
инженеров, педагогов и -му­зыкантов, давно‘ вступивших
	В ЖИЗНЬ.

Работники большого дома-в
Вишняковском переулке де:
лали вбе! чтобы ^ дёти чувсте
	вовали себя, как.. -, ROAHOH  
семье. И НЕЕ ие y

 
	девочек . по. возможности раз­ных расцветок и фасонов,
каждый получает ко дню
рождения подарок, особен­ный, соответствующий его
вкусам и ‘желаниям.
	А когда’ выдавали замуж
Тамару Кузнецову, бывшую
воспитаннйицу детдома, те­перь: работающую. в одном из.
	подмосковных ‚колхозов, и тут

все, было, как. положено в
настоящем родительском до­ме.
	Невесте ` хправили ‘белое
подвенечное платье. А свадьбу
устроили такую, что за стол

сразу село 150 гостей.
	Конечно, жизнь есть жизнь,
я сейчас в’детский дом № 44
приходит пополнение. И тот,
ксго сюда приводит rope,
не может быть веселым с
первой же минуты. Надо дать
время слезам высохнуть, на­до стереть их. А пока стар­шие воспитанники встречают
вновь пришедших, как своих
младших сестер’ и братьев.
Постепенно и эти привыкнут
	к своему новому дому.
	той, керосином ‘облитой: = из­бе. Как тогда спаслась Ни­на? Точно никто не ‘знает.
Сейчас девушка работает на’
заводе, собирается поступить.
	‘в институт. А теперь . смотрн-.
	Te, какая выросла стройная
да ладная: :

Родители Юры ‘и Нины
Маргус. погибли в одном из
лагерей` смерти. `Обойх ` сог
всем маленькими привела &ю­да бабушка. .

Их было 400 ребят < почти

одинаковой судьбой.
	Алексей Яковлевич Минаш­кин, демобилизованный эфи-.
цер, в прошлом учитель, по­лучив. назначение директором
специального детского дома в
Вишняковском. переулке, не
знал, что с войной, ‚с ee..ca­мыми ‘страшными, ‚последст­виями OH простится - куда’
позже своих уже ушедших в
запас товарищей.
	Мир давно властвовал над
полями и городами и России,
и Германии. А здесь, под
кровлей старого дома, прию­тившего ребят, все еще были
хозяевами их сновидений и
бомбежки, и обстрелы.
	Агнесса Лаврентьевна, ноч­ная няня, подойдет, бывало,
к одному мечущемуся в по­стели малышу, положит  лас­ковую руку на лоб другому,
подсядет к третьему, зову­щему мать...
	Пусть же новый 1960 год
и все за ним последующие
не знают ран войны и 0без­дполенного детства.
		Так снова стала зеселой
Нина Ильина, та самая Ни­на, которую, как писала га­зета «Комсомольская прав­да», отвоевали у ее тетки,
сделавшей. из племянницы
	‘бесплатную няню, ее сокласс­ники Из 5-ГО «Б» 933-й шко­лы. Это эни устроили. девочку
	сюда, в детский дом. Теперь  
	Нина староста группы, звень­_евая в пионерском отряде,
	Любо было смотреть, как
весело кружилась. эта девоч­ка в хороводе у. елки, как го­рячо прижимала к сердцу по­лученный ею новогодний по­дарок.

Давно забыли 6 былом a
Володя _Капинский, . и. Галя
Демидова, брат И сестра
Третьяк. Rs
	Всякий, кто видел этих ре­бят, веселящихся возле. елки,
невольно думал: вот она, тра­диционная когда-то тема о
бедных девочках и мальчи­ках, смотревших сквозь за­мерзшее стекло в чужие ок­на, за которыми елка, веселье
	н смех. Такие рассказы то ин
дело мелькали в дореволю­ционных газетах и журналах
	код Новый год. А ‘ведь и этим
	ребятам из Вишняковекого
переулка, быть может, пред­назначалась судьба «рождест­венских» девочек и мальчи­ков.

Старая тема, повернутая
на новый лад!
	Вместе со всеми москвича­ми сели в ночь под Новый,
наступающий 1960 год за бо­гатый новогодний стол #
они, дети ‘Родины — хо­зяева большого дома в Виш­няковском переулке. —
	Евг.

Мар.
	переулке, вак, впрочем, и
любой другой, в канун Ново­го года был заполнен милой
предпраздничной‘ суетой. Еще
раныше поселилась здесь ве­селая елочка; ей отвели са­мую большую из комнат.
Взрослые входили туда, за­пирая за - собой наглухо
	за ° COOOH наглухо
дверь, и одни священнодей­ствовали вокруг зеленых рас­кидистых ветвей.

Все было приготовлено к
празднику, как положено там,
где много детей: и 60-
рода для деда-мороза, и. его
	посох, и шапочка для Врас­ной Шапочки. Они: лежали в
	€ OOM H TOM же шкафу, ря-.
	дом со страшной мордой Вол­ка, искусно сделанной из
папье-маше.

И пока малыши ждали сво­ей встречи с елкой и угады­вали, какие именно подарки
им `доставит на этот раз дед­мороз, старшие до мелочей.
	продумывали меню новогод­него стола, готовили милые
сюрпризы товарищам.
	Всяких вкусных вещей за­пасли на целый взвод.  При­чем это не преувеличение.
Ведь за стол сядет не менее
сорока человек. А тут еще
ожидались гости. Мог при­ехать Юра, тот, что учится
в Ленинграде, а ве ‘то
другой Юра, тот, что учит­ся в московском вузе, захо­чет встретить Новый год в
отчем доме.

Отчий дом!
	Легко предстазнть себе,
сколько разговоров, сколько
воспоминаний было, когда
все, наконец, собрались вме­сте! Вспомнили -и_о канику­лах на монинских. дачах; о
дальних и ближних TYPHCT­ских походах, о жарких
схватках на футбольном и
ледяном полях. И о тех из
друзей, что сейчас далече.
	Не говорили лишь о том,
что для старших в этом доме
осталось уже за чертой дет­ства.

И, может быть, только
Алексей Яковлевич в каче­стве главы «семьи» и «всеоб­щая» бабушка Агнесса Лав­рентьевна, поглядывая на ве­селящуюся молодежь, неволь­но вспомнили...

...Первый послевоенный
мирный 1946-й. Нелегкий это
был для них год. Тогда-то
именно и начали прибывать
в старый особняк в Вишня­ковском переулке его буду­щие обитатели.

Их доставляли с вокзалов
и из детских приемников, из
воинских частей. Здесь были
«сыновья полков» и просто
сироты войны, даже не знав­шие, где.и когда именно они
потеряли своих родителей.

Нину Кудинович привезли
из белорусской деревушки
	Короткевичи. Ее отец и’мать.
были партизанами, Фашисты
	гуигли их. в наглухо запер­С: водевиль —
новый жанр для цыган­ского театра «Ромэн». «Воде­виль — это скромный, неза­тейливый по сюжету и персо­нажам жанр, но обязательно
с <душой» и «теплотой», —
как определил великий Ста­ниславский.

Водевиль Я. Ялунера «Цы.
ганский характер» счастливо
избегает излишне буффонад­ных положений. Действие по­строено на естественной, яс­ной и вместе с тем забавной
	фаосуле.
Желая завоевать сердце
любимой девушки Сантины,
	молодой цыган Янош выдает
себя.за знатного комбайнера,
каким в действительности яв­ляется его брат Георгий. Ге­оргий любим Таней. Обман
	Яяноша приводит девушек к
ложному соперничеству. Воз­никает ряд веселых и острых
	положений. Однако Яной под
	«Станчин». Эсниз нк картине,
	ВЫДАЮЩИЙСЯ ПОЛЬСКИЙ
	ЖИВОПИСЕЙ
	ЫСТАВКА произведений
„Я. Матейки — значи­тельное событие. в культур­Выставка
ной жизни .Москвы. Уже не­произведений
	сколько раз советские зоите­4 Я. Матейки
		КОМИТЬСЯ с творчеством
крупнейшего польского ху-*
дожника-реалиста прошлого Георгия на лошади», «Пор­Beka, Tper ученацы Шопена
Я; Матейко явился. созда М Чарторийской», «Портрет

праздничными и нарядными.
Таковы его «Портрет сына
	телем . исторической живопи­си в Полыше В многочислен­ных полотнах он запечатлел
замечательные строницы из
многовековой ‘истории’ сво­его народа.
	‚-Равнообразны представлен­ные произведения. Здесь
можно видеть ‘портреты вы­дающихся деятелей польской
культуры. прошлого — поэта
эпохи польского — возрожде­ния Я. Кохановского, замеча­тельного мастера алтаря в
Кракове Вита Ствоша. Здесь
же находится эскиз к первой
значительной картине Матей­ки на историческую тему —
к <Станчику», где художник
изобразил королевского шута
в минуты его горького раз­думья над судьбами родины,
На втором небольшом эски­зе запечатлен образ известно­го ученого-астронома в мо­мент величайшего научного
открытия.
	Матейко много работал и 
	над портретами своих совре­менников. (Одно из самых
ранних его произведений —
«Семейный портрет», где он
просто и правдиво изобразил
	членов своей семьи’и само­го` себя. Впоследствии ero
работы становятся более
			коллекционера П. Мошинсно­ro», «Портрет врача Ю. ‘Дит
	ля» и другие.
	 
		Кремле.
Фото Г. КОРАБЕЛЬНИКОВА.
			Болышой интерес представ:
ляют также показанные на
выставке рисунки. Среди них
и немногочисленные ка­рикатуры, которые сам ху­дожник не’ предназначал для
постороннего глаза. Здесь
iG архитектурные зарисов­ки старого Кракова и его ок­рестностей, многочисленные
пейзажи, свидетельствующие
о том, что Матейко был и не­заурядным пейзажистом.
	Творчество Матейки еще в
прошлом веке получило звы­сокую оценку ‘и признание за
пределами Польши. Его про­изведения были восторженно
встречены передовой русской
художественной критикой. *
	Высокую оценку произве“
дениям Mareiiku дают совет“
ские. ‘зрители. Чтобы убе­диться в этом, достаточно за*
глянуть в книгу отзывов на
выставке в Государственном
музее изобразительных ис­кусств. имени А. С. Пушкина.
	Творчеству Я. Матейки
принадлежит почетное место
в Мировой ‘культуре, оно —
часть ‘богатого’ ‘художествен:
ного наследия прошлого, име:
ющего большое значение для
дальнейшего развития реали:
стического искусства,
	Георгиевская.
	НОВЫЙ ГОД
НА ЮГЕ
	Co AMOuET последний раз
пробил ‘облака и’ словна
попал в сказочную страну.

Уже на. аэродроме люди
снимают зимнее пальто, mate
ки. Сочи очаровывают севе­рян теплом, буйным зимним
цветением. Красочны зеленые
кусты декоративной калины,
усыпанные ‚зонтиками  бело­снежных нветов. Выбросила
крупные султаны коробочек
юкка остролистая. Обильно
цветет мушмула. Почти на
два месяца раньше. срока на­брала бутоны душистая мимо­¢ Сейчас в Сочи отдыхают и
лечатся более 18 тысяч чело­фе А всего в минувшем го­ду здесь побывали ‘около 600
	Наша землячка защитила
почетный титул
	ОВНО месяц тому назад в

Центральном шахматном
клубе СССР состоялось Top­жественное открытие матча
на первенство мира по шах­матам среди женщин. Чем­пионке мира москвичке Елн­завете Быковой предстояло
защитить свое высокое зва­ние в борьбе с победитель­ницей турнира претенденток
международным мастером
минчанкой Кирой Зворыки­ной.
	Елизавета Быкова блестяще

справилась с этой трудной за­дачей. Победа чемпионки ми­ра в десятой партии завер­шила наиболее трудную часть
соревнований. Счет стал 6:4
в ее пользу. В оставшихся
шести финальных партиях ей
было достаточно набрать два
очка, чтобы сохранить шах­матную корону. И сна этого
	добилась. Быкова выиграла
одиннадцатую партию, а вче­ра — двенадцатую.
	Счет матча стал 8:4 в ее
пользу. По условиям сорев­нований независимо от ре­зультата оставшихся четырех
партий москвичка Елизавета
Быкова сохранила звание
чемпионки мира.
	Под голубым небом Техаса
	РРР ТЕРРОР РРР РР ЕРЕРЕЕИА
	SAREE EEE

Международные

замет

KU

)
р
 
 

РРР

А В ый а IIE EE ый

рассказывает журналист. —
Решили закусить в одном
пригородном ресторанчике.

Trnee wntrnaann vane annatia: «thier
	 
	ТУГИГЕЕЕЕЕГИГ ЕЕ РЕЕЕЕЕГРЕГ
	остатки пищи палочкой и
тут же ел. Я наблюдал, кан
к дверям квартир приходили
группами и в одиночку жал­Там висело объявление: «Мы
не обслуживаем мексиканцев,
	негров и собак».
	ние люди с . самодельными. п,

мешками. Они ‘просили по­служивание из бумажных
даяния. тарелок. Но посетитель че
	Эта горькая жизнь амерн­должен бояться, что из посу­торой сияло ‘голубое небо, —
	ШТАТЕ Техас, на грани­це с Мексикой, располо­жен американский город
Эль-Пасо. Из 130 тысяч его
жителей — половина мекси­канского происхождения.
Эль-Пасо разделен желез.
нодорожной линией. В южной
части проживает беднота, в
северной — богатые . амери­канцы. Два мира, между ко­торыми лежат пропасть.
	Ср ‘и мексиканского Hace­ления господствует постоян­ная безработица. Вот что
рассказывает о тяжелой уча­сти этих людей американский:
журналист Джон Ричи а в. *RYD­нале «Нэйшн». :

— Летом; — пишет он, —
я сидел в квартире -Mo­ей матери в южном рай­оне Эль-Пасо и смотрел
в окно, выходящее на двор,
где была помойка. Я видел,
как пожилой человек внима­тельно. осматривал в пПомой­ке выброшенные консервные
банки. Он выскребал из них
		тороде Даллас в одном
ресторане можно было про­честь: «У нас не пранято об­канцев мексиканекого проис­ДЫ Фесторана ел мевсика­хождения еще более усугуб­Hel».
ляется жестокой расовой дис­_ В Фяде городов штата
	Техас в кинотеатрах амери­канцы сидят по одну сторо­ну, а мексиканцы — по дру­гую. В городе Эль-Пасо
	школах практикуется сегрега­ция детей мексиканского про­исхождения. Ричи указывает,
	криминацией. В штате Техас
часто можно слышать: «Ва­ше место за. рекой», то
есть в Мексике.

Ричи пишет далее, что од­нажды два его приятеля-аме­риканца шригласили посетить
	ТТ о нь

с ними одну ферму. Прияте­ли не подозревали, отмечает
Рачи, что хозяин. мексикан­что для таких детей недо­ступна средняя школа,
Такова мрачная действи­УМ > =
	тельность под голубым, небом
	Техаса.
	Т. Ремизов.
	сного происхождения.
— Мы ехали зеленой: рав­Ниной ‹ штата Техас, над. ко­водевиль
	такля звучат веселые мелодии
композитора М. Табачникова
— автора многих популярных
лирических песен.

Молодость, чистота и не­поддельная жизнерадостность
исполнителей заставляют зри­теля верить во все происходя­щее, радоваться и огорчаться
вместе с действующими ли­цами.

Постановка спектакля ocy-.
ществлена Е. Людвиговой,
режиссер-ассистент С. Андре­ева.

В общем. художественном
подъеме театра за последние
годы безусловно играют боль­пгую роль обращение к совре­менной.теме и смелое выдви­жение молодежи.

Пожелаем молодежи театра
больших творческих успехов!
	Валерия Герасимова.
	НА CHHMEHE: сцена из
спектакля «Цыганский ха­рактер».
	Советские гроссмейстеры
за рубежом
	В ЭТИ первые дни нового го­да в различных странах
мира проходят международные
шахматные турниры с участи­ем советских гроссмейстеров.
В небольшом английском го­родке Гастингсе состоялись
уже’ четыре. тура. ’Традицион­ные гастингские шахматные
соревнования, ведущие свою
историю еще с 1921 года,
всегда приковывают нк сэ5бе
всеобщее внимание. Напомним,
что в них принимали учасгие
такиё выдающиеся советские
шахматисты, как Ботвинник,
Керес, Смыслов и др. Сильный
состав и на этот раз: среди
участников три гроссмейстера
и четыре международных ма­стера. Or Советского Союза
выступает москвич гроссмей­стер Юрий Авербах.
Корреспондент «Вечерней Мо­сквы» связался сегодня по те­лефону с Гастингсом и бесе­довал с Авербахом.
	— Ирежде всего, — сказал
он, — я хочу передать мозкзи­о—^—__о
В Доме политического
просвещения
МК и МГК

КПСС

ПОНЕДЕЛЬНИК, 4 ЯНВАРЯ

Для руноводителей район­ных семинаров пропагандис­тов по текущей политине.
Методика и содержание за­нятий в кружках по теме «Де­кабрьский Пленум ЦК КПСС».
Лектор — нандидат сельско­хозяйственных наун Е. Валю­женич.

Задачи дальнейшего разви­чам горячий новогодний при­вет. Вчера я играл белыми с
югославским гроссмейстером
Глигоричем. Партия сложилась
лля меня довольно тяжело.
Пришлось упорно защищать­ся. но в результате я все же
добилея нччьей. В. турнире
сейчас лидирует испанский ма­стер Артурио Помар. У него
3% очка из 4 возможных. Он
сделал ничью со мной и три
партии выиграл. Второе и
третье места ‘вместе с; мной
делит Глигорич. У нас по 3 оч­ка из 4. Два очка из 3 и: одну
отложенную партию _ имеет
гроссмейстер Ульман (ГДР).
	ров а за шахматнчными
досками известные шахма­тисты и в Стокгольме. В этом
турнире играют два наших со­ветских шахматиста — A. Ko­тов и II. Kepec.
Гроссмейстер А. Котов pac­сказывает:
	— Сегодня будет сыгран
предпоследний, восьмой тур. В
турнире участвуют шахмати­сты трех стран — Швеции,
СССР и Норвегии. Многие из
участников хорошо известны
любителям шахмат. Это Лун­дин, Шельд, Штальберг, чем­пион Норвегии Иоханессен
и др.

Пауль Керес начал турнир с
двух ничьих, а затем подряд
выиграл четыре партии. Но
вчера он потерпех поражение
в острой схватке с Шельдом. В
моем активе три победы, три
ничьи и одна партия отлозже­на в несколько лучшем для
меня положении.

Отлично играет в турнире
шведский мастер Иоханссон.
Он и Керес, набрав по 5 очков
из 7. сейчас лидируют. У меня
	тия сельского хозяйства МоО­41), очка из 6, у Иоханессена—
сновсной области. 4 из 6, Завтра — последчий
Начало семинара в 10 часов. ‘тур.
	Н. СТРУТИНСКИИ
	ДОКУМЕНТАЛЬНАЯ ПОВЕСТЬ
	(Продолжение)
	остный

>
elipirancnni  

характер»
в театре «Ромэн»
	>

влиянием истинной. любви
действительно перестраивает­ся и уже с полным. правом
добивается взаимности Сан­тины. ^

Актеры справились со сво­ей задачей, хотя все молодые
исполнители (Л. Муштакова,
И. Некрасова, К. Халилов,
М. Казибеев) впервые играют
ведущие роли. ’НКолоритные
образы созданы и актерами
старшего поколения (Н. Ми­хайлова, Е. Хапаева, В. Поля­ков).
Оригинально решено офор­мление — все легко, про­зрачно, как этого требует
жанр’. (художник М. Мотин).
	На протяжении всего спек­тысяч трудящихся. Гакого
притока отпускников город.
<> 4ь4ь-4> 44444445444 В Курорт еще не ‘знал,

ПИТ ЕЕ рт ИЕ жен ити, поете ии SS Ss

24

SSR ед о ити аи

светя карманными фонариками. ‚На-полу лежал Николай
	} Иванович Кузнецов, израненный и залитый кровью. Пра­вая кисть руки была оторвана. Николай Иванович eure
дышал. Но вот вздохи стали реже, Кузнецов затих навеки.
	Bowe валялись. трупы бандитов, корчились (oT боли
и стонали раненые:

— Осторожно, вы! У меня все побито, — ревел `относи­тельно целый «Черногора». — Видите... френч намок от
крови. Перевяжите голову и руку.

На валявшихся тут же убитых «Черногора» не обра­щал внимания. Его беспокоило другсе.

— А того, что в окно выпрыгнул, поймали? Как только
он успел!
	— Убит, пан атаман! Упал возле леса, — ответил один
из бандитов, подавая «Черногоре» полевую ‘сумку Яна Ка:
минского, — Возьмите, бумаги другого, что на посту стоял
	во дворе. Мы его прикончили, когда он начал бить ногами
в стену.
	..Это случилось в ночь с 8 на Э. марта 1944 года.
АГТРОМ 9 марта по улице Боратина ‘ехали простые #е.
	ревенские саки, прикрытые рогожей. Возница Спи:-  
	ридон Громяк и его односельчанин Василий Олейник, нес­ий на плече лом и лопату, шли возле них.
	— Ты погляди, Спиридон, какая погода! Солнечно, теп­ло! — говорил Олейник.

— Верно, — соглашался Громяк, спокойный  крестья­Нин в годах, — жиззь. какая бы она ни была, хороша. И
этот человек, которого мы-везем, тоже хотел жить, а при­шлось ему, бедняге, принять страшную смерть.
	— Нашел тоже, кого жалеть — немецкого офицера.
Мундир на нем... И бандеровцы рассказывали...
— Те скажут, что хочешь! — презрительно заметил
	Громяк. — «Немец», «офицер». А люди вот другое гово­рят. Хоронить мы везем советского партизана. Ты не’смот­ри, что‘на нем мундир... Иначе за что бы бандеровцы его
убили? Они немцев не унячтожают.

Крестьяне выехали за село, приблизились к лесу.
Здесь, в урочище под названием «Кутыкы-Рябого», они
остановились. Закурили. Потом по очереди начали рыть
могилу. Мерзлая земля плохо поддавалась.

— Могила гогова, — вытирая пот с лица, устало про­говорил Олейник. — Правда, мелковата, а все же моги­ла... Пусть отдыхает в ней вечным сном. Царство душе
его! — перекрестился он, когда они вместе с Громяком
положили в яму безжизненное тело Нузнецова.

— Похоронили... — сказал Громяк,: поправляя лопатой

землю на могиле. — Вечная ему память...
	(Окончание следует)

 
	о т Айн, Дори, Дидро раб
Редактор К. А. ТОЛСТОВ,  
	пристально рассматривал Кузнецова. Потом, не скрывая ра­дости, гаркнул:  
— Це он. Тояно он! Хлопцы, сюда! Оружие на изготов­ку! И. не спускайте с них глаз! Это. — Зиберт!
—‘ Роевой!: Ко мне! = продоЯяжал комайдовать “атаман
	«Черногора». — За него ты и вы все отвечаете головой!
Тут в селе атаманы «Скиба», «Сирый». Хай увидят, какая
меня постигла удача. Та за него немцы...

Бандит скрылся за дверью. Семь оуновцев молча сте­регли Кузнецова и Каминского с автоматами и карабинами
на изготовку. у ,

В предрассветной тиши отчетливо была слышна кано­нада на фронте.

О чем думал в эти последние минуты своей жизни ле­гендарный советский разведчик? Вспоминал ли мать, бра­га, сестру, друзей, боевых товарищей? Кто знает? Но эе­шение тогда он уже принял.
	В комнате неожиданно громко заплакал проснувшийся
енок, Встревоженная хозяйка бросилась успокаивать
	его, заслонив спиной дверь, ведущую. в кухню.
	Николай Ивановиз, предчувствуя недоброе, взялся за
кобуру, но не успел вытащить пистолет. Яверь с грохотом
растворилась. Бандеровцы, вооруженные автоматами и
винтовками, с дикими криками набросились на партизан.
	Николай Иванович яростно сопротивлялся. Сильным
ударом ноги он отправил в угол ‘здоровенного верзилу с
белым трезубцем на папахе; Туда же полетел и‘второй бан­дит, получив сокрушительный удар в челюсть. Свалил Куз­нецпов и третьего оуновца. Но силы были неравны.
	Яна оглушили прикладом в самом начале схватки. Со
скрученными‘ за спиной руками, обезоруженный, он сидел
на табуретке. Его держали два крепких бандита. Осталь­ные повисли на рослом Николае Ивановиче, не давая ему
	вытащить пистолет. Улучив момент, палачи скрутили
Кузнецову руки.

— Здоров, чертов немец, — тяжело дыша говорил бан­дит, сбитый с ног Кузнецовым. — Я думал, хлопцы, душу
богу отдам..:

<Они же не знают, кто мы, — ‘подумал Николай Ива­нович. — есть еще шансы выбраться...».
	— Нто вы? Бандиты? — спросил бандеровцев Кузнецов.
	— Нь мы <Укранська повстанча арм!я», — обиженно

ответил старший из них (по чину «роевой») — «Мазепа».
— Так почему же вы нападаете на германских офице­ров?

— Мы вас не трогаем... А только у таких, как вы; бро­дячих немцев, отбираем оружие и все. Вас мы не уби:
ваем. Мы беспощадно уничтожаем большевиков.
< Дело не так уж плохо, — раздумывал Нузнецов,
	оружие можно и отдать...>.
	— Тогда пустите! Почему вы меня держите? — реши­тельно потребовал он.

— Прошу сдайте, — охотно согласился старший бан­дит. -
Николай Иванович сел на свое старое место, поближе к
гранате. Бандеровцы гурьбой повалили в кухню, громко
требуя у перепуганных хозяев самогонки и закуски. С
Кузнецовым и Каминским, которого тоже развязали, оста­лись «Мазепа» и рядовой бандит, настроенные миролю­биво. .

— Что же вы нас не отпускаете? — спросил Николай
Иванович. — Оружие вы ведь взяли!
	— Мы с дорогой душой! Придет наш пан атаман, про­верит документы, и вы свободные.
	Кратное содержание предыдущего
	Донументальная повесть бывшего партизана Н. В, Струтин­ского рассказывает о последних днях жизни и последних под­вигах Героя Советского Союза Нинолая Ивановича Кузнецова
— легендарного советского ‘разведчина. Николай Кузнецов и
его боевые товарищи Ян Каминский и Иван Белов направляют­ся по заданию во Львов, Вскоре в городе появляется немец­ний офицер Зиберт. Под этим именем скрывается и действует
бесстрашный советский разведчин. От его руки гибнут под­полновник Петерс, вице-губернатор Галиции Бауэр. Гитлеров­цы ставят все на ноги, чтобы отыскать «Зиберта». Но тот
неуловим. Фашисты привлекают К «охоте» на советского раз­ведчинка бандитов-националистов. Тем временем, выполнив за­дание во Львове, Кузнецов, Каминский, Белов пробираются по
лесам навстречу наступающим советсним войскам. Вблизи ли­нии фронта, в селе Боратин, они остановились передохнуть в
доме местного крестьянина Голубовича. Что-то в поведении
хозяина нажется им подозрительным.
	ЗОВЕТСКИЕ РАЗВЕДЧИКИ не подозревали, что ве­— чером к Голубовичу пришли десять вооруженных
	бандеровцев. Ови приказали ему никуда не выходить, а в!
	сенях поставили своих. дневальных, чтобы те сквозь щели
в дверях могли: видеть, кто подходит к дому. Когда Kya­нецов и его спутники приблизились к хате Голубовича,
старший среди бандитов, пригрозив Степану пистолетом,
предупредил:

— Мы все спрячемся в твоем подвале под кухней, а ты
их впусти. Узнаем, что это за люди. Смотри, пикнешь, те­бе и всей твоей семье — смерть! Порубим топорами.

Бандиты скрылись в подвале как раз в тот момент,
когда Белов стучал в дверь, а насмерть перепуганный хо­зяин шел ее отворять, дрожа: «Что оно будет?..».
	..На столе мерцала лампа, слабо освещая комнату и
находившихся в ней людей. Ян допивал молоко, собираясь
сменить декурившего Белова. Кузнецов тем временем рас­плачивался с хозяйкой. Вдруг Николаю Ивановичу показа­лось, что в стену дома снаружи ударили чем-то тяжелым.
Потом донесся приглушенный крик. Насторожился и Ян.
	(Начало см. в <Вечеоней Москве»
от 23. 94, 55, 28 и 29 декабря 1959 2.).
	НА ДВОРЕ послышался чей-то сиплый голос:
eee — Здесь они, паны. атаманы!

Шли главари бандитов.

Николай Иванович мельком взглянул на тряпку, при­крывающую гранату. Чтобы схватить. ее, нужно лишь на
секунду потушить свет. Лампа! Лампа мешает! Как ее по­тушить?

— Дайте закурить, —спокойно сказал Николай Ивано­вич. — У кого найдется?

Один из бандеровцев высыпал на стол щепотку самоса­да и, оторвав кусок газеты, положил ее перед пленным.

Свернув цигарку, Николай Иванович. двинулся к стеклу
лампы. Бандиты настороженно глядели, как он посасывал
самокрутку, не желавшую почему-то разгораться от огня
чадившей лампы...

В это время в сенях щелкнула щеколда и’ послыша­лись хмельные голоса. «Черногора» кричал: «Сюда!».

„.Все еще прикуривавший Кузнецов увидел, как в ком:
нату вошли несколько атаманов. В тот миг лампа потухла,
и громкий, мужественный голос, заглушая шипение грана­ты, воскликнул:

— Так.умирают советские партизаны!

Вспышки выстрелов на мгновение озарили Николая
Ивановича; стоявшего во весь рост с гранатой в руке, Яна
Каминского. у кровати, в ужасе прижавшихся к стенам
бандитов. Потом раздался оглушительный взрыв...
	. Ha ‘дворе; возле хаты, среди бандеровцев поднялась
паника. Гремели выстрелы. раздавались крики.

— Метче стреляйте. Уйдет! Да стреляйте же чаще! Ча­ще, я вам наказую!

Крик оборвал стрельбу бандеровцев.

— Есть! Упал большевик. Двое гайда к нему. Ну, по­смотрим, что в хате... Боже мой, как кричат паны стар­шины!
	‚.Пятнадцать бандитов осторожно вошли в комнату,
	Кузнецов раздумывал, как ему и Яну лучше поступить
в сложившейся обстановке. Однако долго размышлять не
пришлось. В комнату ввалился огромный бандит в черном
	мундире и высокой бараньей папахе. Прищурившись, он