Юсуп Хаппалаев.
	КУВШИН
И СЕРДЦЕ
	Балхарец-гончар за­работу
спокоен:
Сделан кувшин не простой,
В ауле такой наполняться
достоин
Лишь родниковой водой.
	А сердце — сосуд,
обожженный искусно
Нерукотворным огнем,
Хранить даже капельку
°мутного чувства
Не полагается в нем.
	Перевод с лакского
я. козловского,
	ФИЛЬМЫ
БУДУЩЕЙ
НЕДЕЛИ
	BK произведения искус­ства, не стареющие со
временем. Фильмы «Ленин в
Октябре», «Ленин в 1918
году», «Человек с  ружь­ем», «Выборгская сторо­на», «Депутат Балтики»-до сих
пор пользуются любовью у
зрителей. На будущей неделе
москвичи смогут вновь уви­деть свои любимые картины.
В связи с приближающимся
ревяностолетием со дня рож­дения великого Ленина город­ская контора. кинопроката
вновь выпускает их. на экран,
	Зрители ознакомятся ис
‘двумя новыми картинами про­изводства киностудии «Мос­фильм» — «Заре навстречу»
и <Золотой дом».
	. Фильм режиссера Т. Лука­шевич «Заре. навстречу» —
экранизация одноименного ро­мана В. Кожевникова. Дейст­вие картины происходит в си­бирском городе’в период им­периалистичёской войны, Фев­ральской революции и первых
дней Онтября. Ее герои —
профессиональные революци­онеры, своей деятельностью
приблизившие время победы
Великой Октябрьской социа­листической революции, В
фильме снимались  популяр­ные актеры — И. Скобцева,
Т. Конюхова; Ю. Яковлев и

другие.
	«Золотой дом» режиссера
	Басова рассказывает о

становлении Советской власти
в Бурятии.

—

«ФРАНЦИЯ
В НАЩИ ДНИ»

АК называется вечер,
устраиваемый сегодня в
	Центральном доме литераторов.
Перед московскими писвтелями
с рассказом о поездке во Фран­пиютвыступит Борис ‘Полевой.
Стихи французских поэтов в
своих переводах прочтут М. Ку­динов и В. Левик. В вечере
примут участие заслуженные
артисты РСФСР `Э. Каминка и
В. Сомов. Собравшиеся про­смотрят донументальный фильм
«Франция приветствует Н.
Хрущева» ‘и ознакомятся ©
книжной выставкой. «Русские
писатели о  Франции» (от ХУШ
века до нынешних дней).
	Арк. ВАСИЛЬЕВ.
	 
	Brchon и летом 1917 года
вплоть до июльских дней
Степав видел Ленина не
однажды. Через несколько
дней после встречи на Фин­ляндском вокзале Степан слу­шал Ленина на солдатском
митинге в Измайловском пол­ку: Вскоре он еще’ раз услы:
шал Владимира Ильича — с
трибуны на празднике 1 Мая.
Особенно запомнилось . вы­ступление Ильича в огром­HOM зале морекого . норпуса.
Даже в узкой картинной гале­рее, через которую надо
‘было проходить в зал, плот­но стояли люди. И хотя со­бралось несколько тысяч че­ловен, тишина стояла такая,
что слышно было, как в пер:
вом этаже в вестибюле билн
часы.

Зато какая -буря оваций,
восторженных криков всных­нула, когда Ленин закончил
речь! И все разом смолкли,
увидев, что Ленин взял со
столика и начал читать по­данные ему записки,

И хотя каждый pas orn
встречи были для^ Степана,
как он думал, односторонни­ми — Ленин был на трибуне,
а он, Степан, в толпе слунта­телей, каждый раз встреча с
Лениным оставляла в душе
глубокий след.

И вдруг неожиданно при­валило счастье — Степан си­дел в кабинете Ленина, со­всем напротив Владимира
Ильича. _
	за несколько дней до этого
Степан в. длинном полутемном
керидоре . Смольного : натолк­нулся на рабочего со «Старо­го Лесснера» Сергея Ивано­вича Шапкина. Степан знал
Шапкина как пропагандиста
Выборгского районного коми­тета партии, а потом как по­мощника начальника штаба
Красной гвардии. Сергей Ива­нович безапелляционно ска­зал: «Ты мне нужен»,

Через час Степан уже был
в Народном комиссариате по
иностранным делам. Весь пер­вый день он просидел в
огромном кабинете, погляды­вая на черный, лакирован­ный телефон с желтым гер­бом. Шапкин, уходя из каби­нета, наказал:

— Если позвонит, сними
трубку и вежливо отвечай:
«Слушаю». Спроси, кто. зво­нит и по какому делу. Если
ответят — запиши в эту тет­радь... Если по иностранному
заговорят, скажи по-француз­ски: «Пардон. Не понимаю».
Но только вежливо. Понял?
Вежливо...

За весь день телефон про­звенел только один раз, ме­лодично, чуть слышно. Сте­пан сначала даже не сообра­зил, что это звонок. В Вы­боргском штабе Красной,
гвардии на’Лесном проспекте
телефонный звонок заставлял
вздрагивать — такой он был
резкий, повелительный,
	«НА МИРНОЙ ЗЕМЛЕ».
	Степан торопливо  схватил
трубку и, позабыв ‘о настав­лении Шапкина, крикнул:
«Кого надо?». Спохватившись,
вежливо сказал: «Слушаю».
Но ответа не последовало,
слышалось только легкое гу­дение, потом и оно прекрати­лось: видно, тот, кто вызы­вал, отключился. .

Устав сидеть без дела, Сте­пан прошелся ` по кабинету.
Старинный паркет скрипнул
Нод его тяжелыми шагами.
Часть стены позади большого
письменного стола с темно­зеленым сукном. закрывала
кремовая штора. Степан сна­чала осторожно, одним паль­цем приоткрыл мягкую шел­ковиетую ткань, затем, осме­лев, дернул за шнур, штора
легно раздвинулась, и откры­лась карта, густо утыканная
флажнами. По трехцветным
флажкам, расставленным Ha
западе и юге России, Степан
догадался, что они обозна­чают расположение войск на
фронте..В коричневую точку,
обозначавшую Могилев, был
воткнут. флажок побольше =
там находилась ставка.

Вемотревишись, Степан по­нял, что флажки не соответ­ствовали настоящему  поло­‚ жению на фронте — у Ри.
	ги, еще в сентябре захва­ченной германцами, top.
чал русский флажок. Быв­шему хозяину кабинета .B
последнее время, видно,
было не до карт,
	Два.русских флажка бы­ли воткнуты далеко на
запад. Степан” сообразил,
что они указывают место­нахождение русских войск
во Франции. :

В кабинет вошли Шап­кин и матрос. Степан
вспомнил, что видел этого
матроса в Зимнем дворце
в ночь с 25 на 26 октяб­ря. Он стоял в ротонде, у
арки, ведущей в Арапский
зал, рядом с Антоновым­Овсеенко и считал аресто­ванных министров Времен­ного правительства: один,
	два, три...

‚Матрос протянул Степа­ну руку:

— Давай познакомимся —
Ручьев Алексей Иванович,

Шапкин положил на стол
синюю картонную папку с
черными тесемками и мель­ком глянул на тетрадь,

— Никто не звонил?

— Нет, —  сконфуженно
ответил Степан, словно он
был причиной того, что теле­фон безмолвствовал.

Вошли еще два матроса,
еле обхватив руками и при­держивая подбородками СТОП.
	ки-синих панок. Ручьев Bece­ло окликнул их:

— Все?

Один ‘из матросов в тон
ему ответил:

— Где там все! Еще одну
секретную кладовую откры­. Куда нести?
	Старик снова осторожно
кашлянул, очевидно подбирая
слова 
	— Пак вам сказать... Отве­тил, что с мосье Шапкиным,
то есть с вами, не знаком.
не представлен...

— Дальше.

— Господин Френсис, по­сол Северо-Американских Со­единенных Штатов, передал

через секретаря уклончивый

ответ о том, что просит по­звонить недельки через две...
Ручьев усмехнулся:
	— Литер! ‘Думает, больше
двух недель мы не продер­кимся. . Р
	Шанкив­строго’ посмотрел
на матроса и’`продолжал: ^^
`— Кто еще отозвался?
`— Никто, ‘кроме испанско­го посла. Хотел приехать лич­но, затем, видно. перёдумал: и
прислал KoMMepyecKoro атта­ше. : .

— Yue хорошо.

— Не совсем... Атташе по
требовал перевести тонст на
испанский „язын.

.— А можно? :

— Почему же ` нельзя‘ —
можно. Только лишнее. Всег­да сносились на PpavlyscKom, :
Это он сегодня загордился.

— Переведите. *

„ — Уговорили — взял ‘на
французском. Заявил, что
немедленно направит: сво:
ему правительству в Мад­рид...

`Вбежал матрос. Иван

Маркин:

— Товарищ Шанкин, вас

Елена Дмитриевна Стасова

‚ разыскивает. ‘Просит  сроч­но приехать в Смольный,

к товарищу Ленину.

Сергей Иванович, засте­гивая тужурку, на ходу
объяснял Ручьеву:

— Я скоро вернусь. Ты

‘иди в типографию... А вы,

Николай Николаевич, _ no­скучайте вот с этим моло­дым человеком. ) .
Степан, не зная о чем
говорить со стариком, по­дошел к окну. Сгущались

ранние осенние сумерки.

Лениво, словно нехотя,

кружились крупные, лох­матые ° снежинки. Старик
сидел прямо, неподвижно, как
неживой, положив большие
ладони на колени. На правой
руке выбилась, из-под черно­го рукава твердая белая ман­нета. Желая хоть чем-нибудь
прервать молчание, Степан
спросил: -

— Вы и. по-английски мо­жетё?

Старик, заправляя манжету,  
ответил:

— Состою ` при министер­стве иностранных дел с одна
	тысяча восемьсот шестьлесят
	восьмого... года. Вступил в
должность при’ покойном свет­лейшем князе  Ажнсандре
Михайловиче *  Рорчакове. Вла:
дею одиннаднатью Языками...
	Он встал и почтительно, но
с достоинством спросил:

— Разрешите уйти?

- Степан больше сот . неожи­данности, чем обдуманно, . ‚Не.
менее почтительно разрешил:

— Пожалуйста... буду рад
доставить вам это гудоволь­ствие;

Старик зашагал, слегка по­качиваясь, не сгибая ‘коленей.
Жалобно скрипнул паркет. ©

Где-то совсем близко гро­мыхнул выстрел. Застучал пу:
лемет. Степан погасил свет и
подошел к, окну. 3a окном
была: чернота. „Только в пэр­BOM этаже Зимнего дворца
ярко светились два окна.

Снова громыхнули выстре­лы; Начиналась. очередная
беспокойная ночь.

*

Утром, усталый, с краены­ми от бессонных ночей глаза
ми, Сергей Иванович ‘говорил
с кем-то’ по телефону. Степан,
все пытался. разжечь в ка:
мине толстые, серые `осино­вые поленья.

Вбежал, ухмыляясь, Бучьев:”

— Ты понимаешь, Сергей
Иванович, какое дело? Прибыл
испанец этот, как его... ком­мерческий атташе. Говорит,
	что его патрона: отзывают за‘
	то, что он передал в Мадрид
нашу декларацию. Видно,
не угодил. Требует для свое­го патрона награду, Николай
Николаевич говорит — пола­гается...

— Зови сюда, — решитель­HO сказал Сергей —Ивано­вич. — А ну, Степа, поставь
ящик на стол... . .

Испанец, против ожидания,
оказался самым обыкновен­вым человеком. ‚небольшого
роста, худощавым, с лысин­кой. Рядом с Николаем Ни­колаевичем он выглядел со­всем незаметным.

— Николай Николаевич, —
с чуть заметной усмешкой на­yan Сергей Иванович, — пе­реведите господину. атташе,
что он может выбрать из это­го ящика для своего патрона
любую штуку. Какая ему
только понравится.

Старик удивленно посмот:
рел на Шапкина и, повернув:
шись к испанцу, заговорил.
Испанец выслушал, блегка по­клонился и по-русски се силь­ным анцентом ответил:

— Я очень признателен за
мой патрон.
	Ручьев открыл ящик, при­гласил:

— Пожалуйста!

Испанец наклонился, рас­сматривая ордена. Запустил
	руку, приподнял на свет звез­ду на красной с желтыми
каймами ленте.

Ручьев деловито посовето­вал:

— Анны, второй степени.
Если для вас, то подходяще,
а для патрона бедновато...

Наклонился над ящиком,
достал красивый крест с ме­чами на синей ленте.
	— от, пожалуйста. Бе­лый Орел! Пусть носят на
здоровье.

Испанец ‘принял орден,
	чуть заметно приподняв от
удивления брови, Постоялне­много, молча поклонился и
быстро заговорил по-испан­CHH,

Николай Николаевич, смот­ря поверх его головы, пере­вел:

— Господин атташе заявил,
что, покидая вместе с патро­ном пределы России, сохра­нит об этом дне самые луч­шие воспоминания...

Шапкин встал, застегнул
тужурку на все пуговицы. и
тоном, в котором было все—
и достоинство, и легкая издев­ка, — заключил беседу:

— Передайте господину
послу пожелания доброго. пу­ти и здоровья...

Испанец, кланяясь, понпя­тился к двери. Ручьев протя­нул ему красный эмалевый
креет в золотом ободе:

— Мусью! Захватите для
вашей супруги...
°_ Где-то ‘неподалеку по-вче­рашнему застучал пулемет.
	..И вот все они, первые ра­ботники Народного комиссаз
риата иностранных дел, в
Смольном у Ленина.

— Таки взял? — спраши­вает Владимир Ильич.

— Поблагодарил; — смеясь,
отвечает Сергей Иванович.
	— Бы так и сказали «для
	вашей супруги»?

— Так точно, товарищ Ле­HHH, так и сказал, — по-воен­ному. рапортует Ручьев.

=— Поблагодарил? — уль!
баясь, переспрашивает Ленин.

Степан неё может оторвать
глаз от Ленина.

Ленин говорит для всех, но
Степану кажется, что все ска­занное Владимиром Ильичем
в первую очередь относится
	_к нему, к Степану. .
	Из новой книги
`романа
«Есть такая партия»
		— А все туда же, к Люби­мову.

Уходя, матросы в дверях
столкнулись с молодым пар­нем. Парень с трудом снял
с плеча продолговатый лаки­рованный ящик и поставил
его на диван. В ящике тяже­ло звякнуло.

‚ —`Куда’ это: SoratcTBo де­вать?

— Чт там? ;

— Ордена всяние... В кла­довой­нашли. Сто восемьдеё­CAT девять штук, товарищ
Шаиякин. +

— Оставь пока тут..
Паревь, . ‚козырнув,  view.
	Ручьев подошел, с любопыт­ством заглянул в ящик. Вы.
нул звезду на красной ленте
с белой двойной каймой. При­ложил к’ бушлату, объяснил:

— Станислав первой сте­пени, с короной: Учрежден
	норолем польским Станисла­вом Понятовским. Принят в
	Hi
	ИА
	МОСКВЕ
	лице вашего премьера Н. С;
Хрущева. Этот визит дружбы
навсегда запомнится француз
зам — они сумели оценить
дружелюбие, простоту и исн+
ренность своего почетного го
CTA.
	Лиан Дейде написала №8
блокноте корреспондента «Ве
черней Москвы» несколько

дружеских слов, адресован»
ных москвичам:
		«Счастлива, что вновь Aa.
“yep в Москве. Глубоко ..
	хожусь в Москве. Глубоко.
тронута оказанным мне здесь.
приемом.
	С дружескими чувствами
ЛИАН ДЕИДЕ»,
	НА СНИМКЕ! ЛИАН ДЕЙ­ДЕ и МИШЕЛЬ РЕН У
Большого театра после ре­’ петиции.
	Фото. Р. ФЕДОРОВА.
	СНОВА В
	В ВРЕМЯ гастролей теат­ра <«Гранд-опера» в совет­ской столице завязалась боль­шая дружба москвичей с па­рижанами. Молодая талант­ливая балерина Лиан Дейде
сказала, уезжая из Москвы:
«Я очень хочу поскорее. сно­ва приехать в Советский Со­юз и.верю, что мне удастся
осуществить мое желание».
	Желание парижанки осуще­ствилось. Два дня назад мо­сковские товарищи по искус­ству устроили Лиан Дейде и
ее партнеру Мишелю Рено
сердечную встречу на Вну­ковском аэродроме. А завтра
москвичи вновь увидят фран­цузских артистов на сцене
Большого театра в балете
«Жизель».
	Мы встретили гостей, когда
они. направлялись на репети­ЦИЮ.
	— Искренне . радуюсь но­вой встрече с московскими
зрителями, — сказала Лиан
Дейде, — Мы с Мишелем
Рено гордимся тем. что нас
называют послами дружбы ы—
ведь мы были первыми фран­цузскими артистами, высту­пившими в Москве несколько
лет назад, после подписания
соглашения о культурных
связях с СССР. А сейчас мы
снова как бы полпреды здесь
	от всех. нарижан, так горяча
	принимавших в. нашей cro­число орденов российских
Александром Первым... При
пожаловании взимается. по
первой степени сто двадцать
рублей, при пожаловании ме:
чей половина этой суммы, по
второй...

Шапкин усмехну: TCA:

— Здорово вызубрил.
Матрос кинул орден в
ящик: .

— Hax