СРЕДА. 8’ ИЮНЯ 1949 г. № 133 (9973)
нению с сочинениями тругих писателей
все-тахи лишь меньшинство народа знало й
Зитало ero. :
Великая Октябрьская социалистичесвая
революция решила проблему народности лйтературы: она освободила народ, дала ему
образование, дала ему все возможности для
приобщения. к высотам культуры,
И сейчас мы можем сказать, что велйкий Пушкин национален и народен для нас
не только потому, что он выражает в своих
произведениях дух народа, но и потому,
что вось народ, все граждане нашего социалистического отечества читают и знают
Пушкина.
Для того, чтобы оценить все значение
Пушкина для нашей страны и для всего
мира, нужно заглянуть в сегодняшний
день человечества.
Мир. в наши дни бесповоротно разделилея на два лагеря — на лагерь демократии
и на лагерь реакций, на лагерь сторонников мира во веем мире и на лагерь поджягателей новой войны, на лагерь людей,
которые яено видят перед собой светлое
будущее человечества и путь к нему, и на
лагерь человеконенавистников, которые хотят столкнуть человечество в бездну одичания и варварства. Эти два лагеря по-разному емотрят не только на настоящее, не
только на будущее, они по-разному смотрят
и на прошлое.
‚ Й если поджигатели войны и человеконенавистники, те, кто хочет, в -CBOAX
черных целях разбудить в людях самые
низменные, самые зверские инстинкты,
если этот лагерь ищет себе в прошлом
учителей и единомышленников, то ‘он вспоминает знаменитых инквизиторов и знаме-.
витых палачей, знаменитых убийц и знаменитых предателей. Из апостолов он вепоминает Иуду, из дипломатов — Макиавелти, из философов Ницше. В мировой литературе он повеюду, по капле, собирает всю
ложь, весь Мрак, весь яд, Bee разбросанные в истории ее черные страницы. Из
истории русской литературы этот лагерь
взял себе на вооружение только самые
реакционные, самые мрачные, самые клевещущие на Человека страницы Доетоевского. Так поступает с прошлым лагерь
человеконенавиетников. Сера
А мы, мы — лагерь людей, видящих перед собой светлое будущее, мы находим в
истории, в великом прошлом всех народов
все радостное, все светлое, вее украшающее человеческую душу, веё зовущее людей вперед. И среди этого великого наследства человечества мы берем себе на вооружение Пушкина, его светлый гений, ero
летящую вперед жизнь.
Тем, кто вешает негров, незачем: „вепоминать Пушкина! Тем, кто. на глазах у
голодных жжет пшеницу, незачем вспоминать Пушкина! Тем, кто хочет купить: в9-
весть народа за яичный порошок, незачем вспоминать Пушкина! Тем, кто хочет
залить мир кровью, незачем вепоминать
Пушкина,— он их враг, враг каждой их
мысли, каждого их слова, важдого их
гнуеного поступка. :
Ho тем, кто стоит за мир, тем, кто стойт
за равенство людей и равенство народов,
тем, кто стоит за свободу и против угнетения
Не человеком, тем, кто верит в победу
честных людей мира над человеконенавистниками, в победу разума над тьмой, НушкИН-——друг, и они, как оружие, поднимают
КНИГУ его великих и светлых сочинений.
Водораздел между людьми и человеконенавистниками, между сторонниками демократии и сторонниками реакции, короче roворя, между народами и врагами своих народов, этот водораздел проходит не только
по государственным границам, он проходит
через многие и многие страны, и поэтому в
каждой из этих стран есть враги ий’ есть.
друзья Пушкина. У него есть друзья. в городах Америки и на равнинах Австралии, в
деревнях Индии и городках Франции, в гоpax Греции и на берегах Италии. Его лрузья
брали Берлин и занимали Шанхай, его
друзья строят новую жизнь в Варшаве и
Праге, в Софии и Будапеште, в Бухаресте в
Тиране, Друзья Пушкина сейчае — это все
передовое Человечество. Великие вниги
Пушкина — один из самых драгоценных
алмазов в той сокровищнице мировой культуры, которая по праву принадлежит нгл и
только нам, честным людям всего мира, б0-
рющимся за счастье человечества. И в этом
состоит сила Пушкина, и в этом состоит
его великое мировое значение.
Мы, патриоты своей родины, гордимся
тем, что Пушкин, этот великий мировой
поэт, родился здесь, в Москве, что он жил
и творил на этой русбкой земле, что он
писал свои ‹произведения на прекрасном и
богатом русском языке.
Он сам еще молодым человеком пророчески заглядывал в будущее своего народа,
связывал литературу с жизнью и революЦИОННыЙ 0браз мыслей с любовью к ролине. Сто с лишним лет тому назад он писал:
«Только революционная голова... может
любить Россию — так, как писатель только может любить язык. Вее должно творять
В этой России и в этом русском языке».
Чем дальше пойдет освобождающееся от
пут капитализма человечество по пути к
воммунизму, чем больше народов и стран
станут на этот великий путь, Тем еще величественнее и громче будет звучать на
весь мир имя Пушкина — величайшего
поэта, гордости нашей культуры, культуры
того народа, который под руководством великой партии Ленина— Сталина ` первым
двинулся к ве. коммунизма.
` Недаром в тяжелую годину Великой 0течественной войны великий Сталин, призывая народ к борьбе, назвал среди имен,
составляющих гордость всего нашего coциалистичесвого отечества, великое имя
Пушкина.
Слава Пушкину — сыну нашего народа,
гордости нашего народа!
“Слава друзьям ето светлого. тения во
всех уголках земного шара! :
Слава великой сталинской эпохе, впервые в историн человечества сделавшей
литературу достоянием всего народа, слелазней достоянием всег» народа гениальные творения великого Пушкина!!
ИЗВЕСТИЯ СОВЕТОВ ДЕПУТАТОВ
ТРУДЯЩИХСЯ СССР
18 поэт великог.
Констант
ства, он нонимал, что ‘противоречие между
стоящим У власти дворянством и порзбощенным крестьянством — это ` основное
противоречие в современной русской жизни, Его политические взгляды, соответствовавшие взглядам передового просвещенного
дворянства, декабристов в современных ему
политических условиях, были глубоко
прогрессивны,
Ленин писал, что русские ‘могут гордиться
тем, что они выдвинули из своей среды декабристов.
Трудно представить себе что-нибудь 60-
лее неотделимое: от идей декабризма, чем
мятежные стихи Пушкина, повлекшие 38
собой его свылку и изгнание. Пушкин не
был на Сенатевой площади(хотя. впоследствии он имел мужество в глаза нарю сказать, что, будь он в этот. день в Петербурге, он стал бы в ряды мятежников), но
разве мы можем представить себе декабриCTa, не знавшего, не переписавшего стихов
Пушкина, не воодушевленного ими?
В своих сочинениях он высказывал на
русскую ‘историю взгляд гражданина своего
отечества и мерил деятельность. своих исторических героев мерою пользы их деяний
для отбчества.
В своем `«Рославлеве» Пушкин с уничтожающей ‘издевкой отзывается © космополитической накипи московских салонов, в ко-`
торых в 1812 году сначала <...говорили 00
всем русском с презрением или равнодушием
и, шутя, предсказывали России участь
Рейнекой конфедерации».
Когла мы читаем написанное им в 1831
году етихотворение «Алеветникам России»,
то нам яено, что пафос его уходит своими
корнями не в.`1831 тод, a B 1812 rox.
Весь его пафое направлен не против в06-
ставших поляков, а против западноевронейских, в первую очередь французеких политиков, которым, разумеется, не было никакого дела до независимости Польши, но которые стремились. использовать восстание
как удобный повод для реванша за свой
разгром в 1812 `тоду.
Для вас безмолвны Кремль и Прага;
Бессмысленно прельшает вас
Борьбы отчаянной отвага —
Й ненавидите вы нас...
За что ж? ответетвуйте: за TO aM,
Что на развалинах пылающей Москвы
Мы не признали натлой воли
Тото, под кем дрожали вы?
За то ль, что в бездну повалили
Мы тяготеющий над парствами кумир
Й нашей кровью искупили
Европы вольность, честь и мир?—
пясал Пушкин, прямо адресуя свои стихи призывавним к новой войне е Россией
европейским политикам.
Да, Пушкин требовал свободы для поэта,
свободы от кавих бы то ни было -0бязательств перед самодержавной властью, стремившейся принудить Пушкина служить ее
реакционным целям, как небо от земли, далеким от интересов народа. Он требовал для
себя свободы во имя создания «Онегина» и
«Годунова», «Полтавы» и «Медного Веадника», «Повестей Белкина» и «Вапитанкой ЛОЧКИ».
Свобода, 0 которой он товорил, нужна
была ему не для того, чтобы заниматься
«искусством для искусства», а для того,
чтобы создавать великие реалистические
произведения, необходимые отечественной
литературе, показывающие читателю всю
мощь русекого народа и все величие русекой ‘истории.
Vi
Передовая русская литература в лице
своих лучших представителей никогда He
имела ни малейшей склонности отдать
Нушкина еторонникам «искусства яля искусства» в литературе и реакционерам в
политике. В лице Белинского, Добуолюбова, Чернышевского, Щедрина, Глеба Усненского, Вороленко, Горького она законно
и твердо об’явила Пушкина своим и только своим, вела от него новое литературное
петоисчиеление и настойчиво подчеркивала
великое odmecTBeHHoe значение творчества
Пушкина.
«..Шушкин принадлежал к числу тех
творческих тениев, тех великих исторических. натур, которые, работая для настоящего, приготовляют будущее...» —
говорил Белинский.
Так понимали роль Пушкина в истории
русской литературы передовые представители нашей демократической литературы.
Величайшие представители русской литературы не только справедливо оценивали
общественное значение Пушкина и ero
несравненный гений, они в своих многочисленных высказываниях подчеркивали
то значение, которое сыграл Пушкин в их
личной литературной судьбе, то громадное
влияние, которое оказал Пушкин na их
творчество.
«Ничего не предпринимал я 6e3 ero
совета, — писал Гоголь.— Ни одна строка
не писалась без того, чтобы я не воображал его перед собою».
«Пистолетный выстрел, убивший Пушкина, разбудил душу Лермонтова», — писал
Герцен.
«..русекая литература в одном человеке выросла на целое столетие. ПушкиНЫМ.,, восхищаются и умнеют. Наша литература обязана ему своим умственным
ростом», — писал Островский.
«Это ° памятник — учителю», — товорил
Тургенев на открытии памятняка Пункину.
«Пушкин наш учитель,— говорил Толстой.— Цисателю ‘нало. не ‘переставая изучать это сокровище».
«Читайте почаще Пушкина, это — оеновоположник поэзии нашей и всем нам
всегла учитель», — писал Горький.
Так оценивали влияние Пушкина на
собственное творчество величайшие pycские писатели. И кома мы говорим о
влиянии Пушкина на мировую литературу,
мы должны говорить не только о непосредственном влиянии произведений Пушкина
38 столетие в тысячах пероводов, вышедших на многих десятках языков. Мы должны вепоминать не только Те слова глубокого уважения и восхищения, которые
говорили о Пушкине такие писатели, как
Мериме, Мицкевич, Золя. Мы должны поножить влияние, ‘оказанное на мировую
литературу непосредственно Пушкиным, нз
то громадное влияние, которое оказали на
нее и Гоголь, и Тургенев, и Толстой, и Чехов, и Горький, — вся великая когорта гениев русской литературы, единолушно считавшая своим учителем Пушкина и несшая в мир всю силу и красоту передовог реализма русской литературы, у истоКов Которого стоял Пушкин,
Только помня 06 этом, можно реально
прелетавить себе все громадное значение
Пушкина для мировой литературы.
УП
Минуло 150 лет со дня рождения и 112
с года смерти Пушкина. И мы, в свободной
России, в великой семье’ братеких республик, об’единенных в одно социалистическое
отечество, празднуем юбилей величайшего
русского поэта — солнца нашей поазии.
Но Пушкин беснредельно дорог нам не
только как солнце поэзии, не только как
поэт непревзойденного хуложественного гения, не только Kak великий реформатор
русского литературного языка. Нушкин л0-
рог нам тем, что он был великим оптимистом и жизнелюбцем. Он дорог нам TeM, что
его бессмертное радостное ‘творчество, его
влияние победно противостояло тому реакциснному и мрачному направлению в’ русской
литературе, которое сильнее всего было
представлено впоследствии Достоевским, направлению, которое ложно об’являло русского человека загадочным бездеятельным
MHCTHEOM, а русскую душу — потемками,
Пушкин видел, понимал и любил светлую н
сильную дунгу русекого народа, трулолюбивый, прямой, деятельный и непримиримый
русский характер. Они вам был именно
таким русским характером и в своем TBODчеетве, и в своей жизни.
115 лет тому назад он с такой силой и
глубиной обличал литераторов, избравших
предметом своего изображения мрачные,
грязные стороны человеческой жизни, что
этими словами Пушкина можно еще и сегодня отхлестать всех нынешних буржуазных декадентов, не желающих видеть ничего, кроме изнанки существования.
Пушкин дорог нам тем, что он национален и народен в самом обширном смысле
этого слова. Сто и даже всего тридцать лет
тому назал понятия «национальный поэт»
и «народный поэт» не. совпадали, и русская критика, начиная с Белинского, писала 96 этом. Пушкина признавали вели]
Мы празднуем 150-летие co лня рождения величайшего русского поэта, велиROTO писателя, критика и деятеля pycской. литературы Алексанлра Сергеевича
Лушкина. Мы не просто ‘отмечаем этот
день, мы именно празднуем ето, потому
что великая Деятельность Пушкина и его
тениальные произведения — это праздник
русской литературы и русекой культуры.
Пупкин совершил работу, небывалую в
истории руеской и в истории мировой литёратуры, Он одновременно сам блистательно преобразовал русский литературный
Язык и. сам Же создал На этом преобразованном им языке самые блистательные
классические произведения русской m0aЗИИ.
Стихи Пушкина — это вечный памятник
поэзии, Это — на долгие века вперед постоянное, живое опровержение всех и всяческих формалистических мудретвований,
всей мелкой болтовни мнимых «еверхчеловеков», якобы не понятых современниками,
50. пиштших «для потометва».
(тихи Пушкина — величайший образец
поэтического. совершенства и вместе с тем
простоты, величайший образец для всех
художников, желающих елужить народу.
Зеликий тений русского народа, человек, стоящий. У истоков небывалого раецвета русской культуры и литературы,
русекого классического реализма, человек,
наследницей Которого законно считала и
считает себя вся последующая передовая
русская литература, Пушкин в то же время сам являлся наследником глубоких национальных Культурных и литературных
традиций, существовавших в России ко
времени его вступления на поэтическое поприще, .
Невозможно прелстэвить cede расцвет
пушкинекого гения, не вепомнив 00 эпических русских летописях, о могучих русских былинах, о многовековом песенном
творчестве русского народа, о замечательных творениях древней рукописной руеской литературы, таких, как «Слово ‘0
полку Игореве».
ХУШ век, в последний „Тод которого родилея Пушкин, но его собственному опретелению. был «громкий век военных еноров, евилетель славы россияну.
_ Это был век, ботатый сильными (‘и :еамобытными руУескими талантами. Это был
век омоносова, который, как сказал ПушБИН, «..был Первым нашим университетом»,
Это был век Радищева, про которого
Пушкин говорил: «...Как можно в статье
о. русской словесности забыть Радищева?
Кого. же мы булем помнить?».
‘Это был век Державина, Фонвизина, молодого Варамзина, молодого Крылова, НоВИКова,
`Нущкин вступил на литературное поприще, прекрасно понимая не только то,
какие больнгие русские литературные траZORA стоят за ним, но и’ то, какое вели202 историческое прошлое стоит за плечаМи русского народа.
Незадолго До смерти, в 1836 году, Пупвин писал Чаадаеву: «Клянусь честью,
HH 3а 4TO На свете я не хотел бы
переменить отечество, ‘или иметь другую
историю, кроме истории. наших предков...».
. Невозможно тедетавить себе появление
Пушкина без великой истории России. Невозможно представить cede его без Tex Beтиких событий в истории России, которые
непосредетвенно предшествовали появлению
его как поэта, без событий Отечественной
войны 1812 года.
ин СИМОНОВ
Пушкия считал, что русский человек не
смеет давать в обилу свое отечество, чта
он должен любить его, гордиться им, знать
его прошлое и настоящее.
Васаясь вопросов литературных, Ilynкин всегла с гордостью упоминал о достижениях русской национальной культуры.
«hak материал словесноети,— писал
он,—язык славяно-русский имеет. Небспоримое MPEBOCEOXCTEO пред всеми ‘европейскими. »
Пушкин Носледовательно и упорно,
письменно и устно отстаивал право русского человека гордиться своей русской
культурой и литературой.
Одновременно с этими. в своих мнениях
0 современной ему западной литературе, с
обычным лоброжелательством высоко опе‚Нивая все, что, но’ его мнению, дейетвительно заслуживало высокой оценки, он в TO
же время был далек от какого бы те’ ни
было преклонения перед сменявшими друг
друга на Западе модными литературными
течениями.
Пушкин сурово отзывалея о наиболее
модной тогда Французской романтической
школе.
Он оценивал ‘современную ему запалную
литературу © позиций великого русского
поэта-реалиста, прокладывавшего новые
пути для отечественной и для всей мировой
литературы.
видел и с ROTOPOH BCH жизнь боролся, и
Россия молодая, прогрессивная,— та, 33
которую он всю жизнь боролся E 3a воторую
он отдал свою жизнь.
Борьба между этими двумя Россиями продолжалаеь и за гробом Пушкина. Пушкин,
такой, каким он.был на самом деле, величайший национальный и тем самым великий, мировой поэт; Нушкин — передовой
общественный деятель, Пушкин — глава и
зачинатель новой реалистической, проникнутой народным духом русской литературы, был враждебен официальной правительственной России и, естественно, всем тем,
кто находилея в услужении у этой правяшей России. Идеологические оруженосцы
реакционного русского дворянства, а впоследствии и не менее реакционного русского
капитализма на протяжении многих десятилетий сознательно и враждебно пытались
исказить образ Нушкина. И прежде всего
они пытались принизить его. оторвать его
от. национальных корней, ‚от той народной.
стихии, которой дышит все его творчество.
Пушкина, ‘бесконечно любившего pytский народ и Россию. понимавшего их ведикое место среди других народов и. стран,
Пушкина, который так любил и знал историю и культуру своего народа и именно
поэтому с глубоким вниманием и уважением относился к культуре и истории других народов, они пытались изобразить как
человека, лишенного национальных корней,
как поэта, которого интересовали лишь так
называемые «вечные идеи» безотносительНо К Тому, На какой почве ив какой иеторической обстановке эти идеи родились.
Именно поэтому они с необыкновенным
рвением занимались вопросом о влиянии на
Пушкина различных иностранных авторитетов, начиная с Байрона и кончая Шенье.
Этим, как песком, засыпать глаза читателю
Пушкина, помешать ему увидеть то главное, что было в Пушкине— его национальные, народные истоки, его русскую
самобытность, которую он силой своего +ения поднял на вершину мировой литераТУры.
Было бы неверно отрицать широкий и
пристальный интересе Пупкина в мировой
литературе, к Шекспиру, Байрону или
ВальтерСкотту, интерес, о котором он сам
без обиняков говорит На страницах своих
статей и заметок. Естественно, что великий
поэт, находившийся на вершине мировой
общеетвенной мысли и культуры своего
времени, использовал из богатства мировой
культуры все то, что казалось ему полезным и нужным для роста и развития oTeчественной литературы, для собственного
могучего развития. .
Но разве Пушкин велик тем, что на него
в то или иное время,-в той или иной степени повлиял тот или иной писатель?
Он велик тем, что он сам влиял на передовых читателей современного ему русского общества, влиял на десятки и сотни
миллионов русских людей на протяжении
многих поколений, вплоть до наших дней,
влиял на великую русскую и на мировую
литературу.
Он велик тем, что был нервым рвалистом в мировой поэзии, давшим высочайшие образцы реализма в эпоху, когда в
поэзии господствовал романтизм, когда для
того, чтобы создать и закрепить новые реалистические традиции, ему нужно было
буквально прорваться сквозь дебри романтизма.
Пушкин на арене литературы, как боец.
сталкивался с чужими влияниями, как с
противником, и, рано. или поздно, каждый
раз клал этого противника на обе лопатки.
Так было с Байроном, когда Пушкин не
в подражание, а вопреки романтическому
пессимизму Байрона, создал свой реалиетический роман «Евгений Онегин»—энциклопедию русской жизни.
Чак было с Вальтер-Скоттом, когда
Пушкин, ценивший его романтические
произведения, вопреки им создалсвою глубоко реалистическую «Капитанскую дочку», «Apana Петра Великого», «Историю
Пугачева».
Критики, об’являвние Пушкина подражателем западным: образцам, не заблуждалиеь,
они сознательно клеветали на Пушкина.
Они смотрели Ha русскую литературу я
Ha русский народ иначе, чем Пушкин, считавший эту литературу литературой е великим и собственным будущим и этот народ — народом с великой и собственной
судьбой.
Низкопоклонетво и заискивание перед
всем иностранным, повелшееся в некоторых кругах старой Россни со времен
Петра Первого и выгодное кому угодно,
кроме России и русского народа, шедшее
от онемеченной, офранцуженной и энглизированной правящей клики старой России, пренебрежение ко всему русскому, в
том числе и к русекой литературе, проповедь неполноценности и второсортности
русекой культуры и русского человека —
вот корень всех этих предвзятых и 0екорбительных для достоийетва. русекой литературы чудовищных Теорий о несамоетоятельности творчества Пушкина, о его_мнимой зависимости от запалных образиов.
Но это была только одна сторона той
реакционной борьбы против Пушкина, которую. вели идеологические оруженоецы
правящих классов парекой Росени. Вторая
сторона их борьбы против Пушкина завключалась в не менее клеветнических попытках об’явить Пушкина своим союзником и использовать ‘его против той самой
линии демократической русской литературы, родоначальником которой был Пушкин.
Уже после Великой Октябрьской ревоЛюций, в годы гражданекой о войны,
буржуазный декадент, впоследствии эмигрант и один из самых злобных врагов Coветской России — Ходасевич с ни е чем не
сравнимой наглостью и ненавиетью и к
русскому народу, и к Пушкину писал, чго
теперь, носле революции, «предстоит затмение пушкинокого солнца», что «прелстоит полоса упадка и помрачения и с нею
вместе омрачен будет и образ Пушкийа».
Пушкин чувствовал свою ответственность за сульбы современной ему русской
литературы. Он’ поддерживал вее таланты,
казавшиеся ему примечательными. Он е
чрезвычайным доброжелательством ис
заботливым, поистине хозяйским вниманием вводил в литературу новых людей.
Он, дал Гоголю еюжеты «Ревизора» и
«Мертвых душ». Он писал Гнедичу, только-что окончившему перевод «Илиады»:
«Я жду от вае эпической поэмы. Тень
Святослава скитается невоспетая, писали
вы... А Владимир?” 4 Мстислав? & Донской? ‘а Ермак? а Пожарский? История
народа принадлежит Поэту».
По-хозяйски сетовал, что «Муковекото перевели бы все языки, если бы он сам
менее переводил».
OH проницательно писал про молодого
Белинского, что тот «Обличает талант. подающий большую належду».
Ничто новое в области искусства не выпадало из поля зрения Пушкина. Увидев
скульштуру Пименова «Мальчик, играющий
в бабки», он сказал: «Слава богу! НакоHell, и скульптура в России явилась народная».
«Нынешняя наша словесность есть и
должна быть благородно независима», —
писал он Вяземекому.
Так выступал Пушкин, как тлава современной ему русской литературы, как ее
величайший доброжелатель и самый убежденный провозвестник. ее великого булуmero,
Б зрелые голы жизни он соразмерял свой
литературные и общественные деяния отНЮДЬ Н@ ТОЛЬКО С0 своими личными интересами как поэта и человека, но ис интересами всей русской литературы и русекого
общества. .
Юн берег свою славу, ибо знал, что это
слава русской литературы. Недаром в письме к Плетневу он по поводу «Бориса Годунова» писал: «Хочется раздавить `Булгарина, но прилично ли мне, Алекеандру Пушкину, являясь перед Россией с «Борисом
Годуновым», заговорить 0 Фадлее Булгарине? »
Нельзя без волнения, без чувства преклонения перед мощным русским характером этого человека читать его слова, сказавные им. в 1837 году, незадолго ло гибели, когда он стремился любой пеной
цресечь направленные к ем унижению
происки дворах и петербургских ROCMOMOлитических салонов. Он говорил:
«Мне мало того, что мое имя не запятнано в тлззах моих друзей и того круга
знакомых, в которых я вращаюсь, мое
имя принадлежит стране, и я должен слеERTL 32 его‘ неприкосновенностью всюду,
де оно известно»,
Лишь оценив огромную деятельность
Пушкина во всем ee размахе, мы можем
понять все значение его ‘гордых слов,
сказанных в ответ ва Bompoc: Tye aH cayжите?
&Я числюсь по России».
В исторических взглялах и в направлевии исторических интересов Пушкина
особенно ясно проступают две важные
черты.
Во-первых, с чем бы он ни писал —0
12-м годе или о Смутном времени, о Пугачевском восстании или 0б эпохе Цетра Г, —
он всегла далек от госполотвовавшей в его
время дворцовой трактовки истории. Он
великоленно понимает, что история He
делается без народа, что народ является в
Истории главным Действующим лицом.
Пушкин веюду или выводит народ на ецену, или Настойчиво напоминает о его существовании.
Во-вторых, патриотизм Пина B OTношении Е современной ему России проявлялея прежде всего. в том, что он понимал трагическое противоречие между интересамн патекого: правительства и интересами народа.
Пушкин смотрел на всю. русекую иетоPHN с точки зрения народа, почувствовавшего свеи громадные силы, испытавшего
их в победоноеной борьбе с завоевателями,
поработившими до этого вею Европу.
- Вороткая жизнь Пушкина, охватившая
собой первую треть ХХ века, жизнь, в
первые голы которой был еще жив Радищев, а в последние годы уже выступил в
литературе Белинский, соответствовала по
времени бурному и богатому событиями периоду русской и мировой истории.
В итоге своей деятельности Нушкин с93-
тал нервый в русской и мировой‘ литературе
реалистический роман в стихах — «Epreний Онегин» и первую историческую
реалистическую повееть «Капитанская
дочка». Он создал ‘классический реалистический очерк — «Путешествие в Арзрум»
и первую реалистическую русскую историческую драму «Борие Годунов»,
Он был 80 всем самобытен и самостоятелен, не только как великий художественный гений, но и как принципиальный
берец за самобытное развитие русской литературы. В этой самобытности он. видел
залог величия родной литературы. Он видел залог этого величия в ее национальных
корнях, в питающей ее народной стихии.
Основоположник новой русской: литературы, он был создателем реализма нового типа, реализма, Который свое богатейшее развитие нашел в прогрессивной русской литературе.
Пушкин не писал утопий, но он ¢ титанической силой заглядывал в будущее,
он предугадывал, в какую сторону будут
развиваться передовые характеры русских
людей. Вот почему вся передовая русская
литература Училась у Пушкина. Вот почему ни один из великих русских. писателей, обогативших русскую литературу велед
за Пушкиным, немыслим без него, как без
учителя. Его реализм был реализмом возвышающим душу и именно поэтому далеко заглялывающим вперед.
“On видел живший в этой Росбии самобытный, прежриимчивый, гордый нароя.
Он видел в ней растущую отечественную
интеллигенцию. Он видел в ней развивающуюся литературу, критику, общественную
МЫСЛЬ.
Тлубина общественных взглядов Пушкина, глубина его изтриотизма заключалась еще и в том, что, недовольный. с0-
временными ему русскими правительственными порядками и нравами, осуждая их
как «глубоко безнравственные» и мечтая
06 иных порядках, Пушкин в То же время, в отличие от многих своих вовременников, отнюдь не склонен был идеализировать буржуззный порядок, утвердившийся
в Соелиненных Шлатах, Англии и ФранЦИИ.
Достаточно. вопомнить его беспощадный
анализ американской демократии в статье
о Джоне Теннере или его оценку английского капитализма в статье «Путешествие
из Москвы в Петербург».
` «Прочтите жалобы английских фабричHEIX работников: —= писал он,— волоса
встанут дыбом от ужаез... Какое холодное
варварство © одной стороны, с другой — какая страшная бедность! Вы подумаете, что
дело идет 0 строений фараоновых пираМид... Совеем нет; делю идет о сукнах г-на.
Сунлта ‘или 06 иголках т-на Джакеона».
0 таким же беспощалным сарказмом он
оценивал деятельность либеральных францЦузских буржуа, пришедших в 1830 году
® власти ве Франции.
«Странный народ! Сегодня у них рево‘Люция, 8. завтра все столоначальники уже
На меетах».
Пушкин, справедливо считавший mopeком невежественное презрение к чужому, в
то же время был бесконечно далек от холонекого преклонения перед этим чужим
и яростно бичевал тех из своих соотечественников, Которые осмеливались забывать
% национальной горлести и © национальных интересах России.
Еще в 1825 году в своем «ВоображаеМом разговоре с Александром. 1» Пушкин,
в ответ на предполагаемый вопрос Александра: «Вак это вы могли ужиться е Инзовым; а не ужилиеь в графом Воронповым?» отвечает: «Инзов... русский в душе;
OH He предночитает о первого английского
шалопая всем известным и неизвестным
CBOHM соотечественника м»,
И вот, посредине своего великого поприща, в разгаре блатородной и многосторовней деятельности Пушкин пал от руки
наемного убийцы, не умевшего двух слов
связать по-русски, великосветского прощзлыги, безродного космополита Дантеса.
29 января 1837 года в 2 чаез 45 минут пополудни Пушкина не етало.
‚ Через квартиру на Мойке, где лежало тело Пушкина, нескончаемой чередой обнзженных голов скорбно и гневно проходила
вея читающая Роесия.
И Кольцов в письме к Враевскому, выражая мыели тысяч и тысяч этих русских
людей, написал всех горше, всех проще и,
быть может, поэтому всех сильней:
«Александр Сергеевич Пушкин помер; у
нас его уже более нету... Прострелено солнце». =
А через несколько дней Краевского, напечатавшего в газете некролог о Пушкине,
вызвали к председателю цензурного комитета князю Дундукову-Корсакову:
«Я должен вам передать, — сказал он;—
что министр крайне, крайне недоволен вами. К чему эта публикация о Пушкине? Но
что за выражение: «Солнце поэзии...» Номилуйте, за что такая честь? «Пушкин
скончался... в середине своего великого поприща». Вакое это такое понрище?.. Писать
стишки не значит еще... проходить великое
поприще!».
Так над гробом „Пушкина соплись две
Россия: Россия правительственная, николаевекая,—=та, вотовую он всю жизнь ненаЧеловек большого общественного кругоs0pa ‚и необыкновенной образованности,
Пушкин был близок по своим взглядам Е
дворянским Революционерам-декабристам.
Он. не мог еще подняться до сочуветвия
идеям крестьянской революции, но, будучи
убежденным врагом дикого крепостниче({Сокрашенная стенограмма доклада на
торжественном заседании в Большом театре
Союза ССР 6 июня 1949 года.)
es we EE НЕВА Ч - RR ER EEE
сала 06 этом. Пушкина признавали велиВХ уголках земного mapa!
чайшим национальным поэтом, как поэта. Слава великой сталнноко
выражающего дух народа, но народным
поэтом его называли с оговорками, © гореЧью отмечая; что при. всем громадном распространении сочинений Пушкина по срав-