Дрейфующие научные станции на льдах Центральной Арктики Весной этого гола Главное управле88902’ северной широты и 151540’ зание Северного морского пути совместно с Академией наук СССР организовало на дрейфующих льдах Центральной Арктики две научные станции для продолжения научно-исследовательских ра“ бот в Северном Ледовитом океане, Научные работы на обеих станциях ведутся по ‘ программе, охватывающей все области знаний об Арктике. На станциях развернуты лаборатории, Peгулярно производятся измерения глубин, изучение атмосферы, геологии дна охеана и ряд других океанографических наблюдений, Станции расположены на полях многолетнего льда. Сотрудники станций размещены в разборных перепвижных домиках и утепленных палатках и обеспечены необходимыми запасами продовольствия. Отопление жилых помещений производится углем и газом, Станции обслуживают вертолеты, трактопы и автомобили, Одну научную станцию, высаженную на лед в пункте 8600 северной широты и 175945’ западной долготы, возглавляет кандидат географических наук, Герой Социалистического Труда А. ®. Трешников. Станция дрейфует в северовосточном направлении и по состоянию на 15 июля с. г. находится в районе падной долготы. Другую научную станцию возглавляет кандидат географических наук Е. И. Толстиков, Эта станция была высажена на лед в районе 75548’ северной широты и 175525’ западной долготы и в настоящее время дрейфует в северо-западном направлении. Координаты станции по с0- стоянию на 15 июля с. г. 77222’ северной широты и 174520’ восточной долготы. Высадка станций на доейфующие льды осуществлялась высокоширотной воздушной экспедицией. Экспедицией одновременно‘ проведены обширные научно-исследовательские работы в центральной части Северного Ледовитого океана, Подробно обследован околополюсный район: в полосе простирания подводного хребта имени М. В, Ломоносова и район материкового склона в северной части Чукотского моря. С дрейфующими научными станциями поддерживается регулярная раднои авиаевязь. Сотрудникам станций доставляются с материка письма, посылки и ‘тазеты, а также свежие овощи и фрукты. Все сотрудники дрейфующих станций чувствуют себя хорошо и успешно выполняют возложенные на них научно-исследовательские работы. (ТАСС). УЧ: В счаетью. от сцеrv i ны к сцене у А. Таршина все меньше этой назойливой деMOHCTPATHBHOCTH в ‘разоблачении Горлохватского. Вак хорошо звучат у него монологи, когда Горлохватекий остается один и предается раздумью; как правдив и выразителен артист в последней картине—там, где, схваченный за руку, припертый к етене, Горлохватский начинает изо всех сил выпутываться, мобилизуя вею свою изворотливость, все свое демагогическое красноречие и переживая при этом ненгуточный испуг. Именно тут-то и звучит во всю силу смех в зале. Ложный принцип демонстративного саморазоблачения сатирического героя таит в себе не только эстетическую опасность для спектакля, но и опасность идейную. У зрителя в таких случаях неизбежно рождаетCH недоверие к положительным героям пьесы: как же это они, положительные герои, умные советские люди, попадаются на такую очевидную, ничем не замаскироваяную ложь! В спектакле «Ато смеется последним» трудно, нанример, примирить существование Левановича, Веры, Черноуеа с существованием Зелкина: неужели этот субъект, с первого же взгляда яеный для зрителя, человек с застывшей на лице изской негодяя, даже не хающий себе труда принять, как Горлохватекий, защитную окраску, может еще кого-либо ввести в заблуждение? Трудно что-либо возразить против острого внешнего рисунка, предложенного атиетом В. Симановеким, — пусть будет у Зелкина и его кошачья походка, и манера все время прикасаться к стене, к столбу, к двери, словно он боится упасть, но пусть это будет в то же время и живой, достоверный человек, в котором мы могли бы узнать других ему похобных. и пуеть pacкроются нам во всей глубине внутренние побуждения и мотивы, движущие его поведением, а они-то как раз и не векрыты артистом. Беда работы Симановекого, как и многих прупих актерских работ в облаети сатиры, — и не в одном только Горьковском театре, — состоит в неконкретности образа, в том, что герой является актеру как плод умозрения, а не наблюдения жизни, что образ фантазируется, сочиняется актером, исходя из самых общих, абстрактных о нем представлений. Не потому ли утрачен многими ортистами вкус к сценической детали, к живым, подмеченным в жизни черточкам, которые в игре актера свидетельствуют о его зоркой наблюдательности н сообщают его созданию подкупающую доCTOBRDHOCTH? Велел за В. Симановским по пути адетражтного «сочинения» пошла и Р. Вашурина — Зиночка Зелкина. Что толку, что роль сыграна по-своему талантливо и темпераментно, если такая Зиночка с ее откровенной, бесстыдной, вульгарностью и неприкрытым цинизмом оказывается в ряде сцен карикатурой без оригинала, сатирой без адреса: никого не напоминает в жизни и, стало быть, никого не разит. От постижения и тщательной лепки хаНаписанная и вцер. ‚ме поставленная пятнадцать лет назад mbecd. Кондрата Крапивы «Вто смеетя последних» начала в этом году / po новую жизнь в театре и уже ещает стать одной из самых репертузрных сатирических комедий, Оказалось, Что эта пьеса с ве сильными и яркици сатирическими обобщениями, взволнозанным пафосом защиты честного человеуз и обличения врага, с ее гневом и любовью, с вв иронией, грубоватой и беспощадной, не только способна вызвать ктрый интерес у сегодняшнего зрителя, яс и поучительна в плане волнующих нас сетолня творческих проблем. Как нельзя цетати возвращение ее на сцену именно сейчас, когда обнаружилея чуветвительный разрыв между потребностью в сатире и ., фактическим состоянием этого жанра драer — уатургии. Пьеса К. Крапивы, отнюдь не чвляясь чем-то вроде эталона в евоем жанре и имея свои недостатки. тем не менее ддт многое для правильного понимания того. какой должна быть наша современная сатирическая комедия. Прежде всего это действительно сатира. Обобщенность характеров и ситуаций, HI заостренность, не боящаяся условности, вымысла, — ‘все эти черты ‘жанра полностью определяют художественный почерк драматурга. Пьесу В. Крапивы выгодHO отличают от многих наших сатирических пьес не только сатирически заостренные характеры, но и заостренная, подлинHO сатирическая трактовка сюжета, ИменHo так решается история авантюриста, замаскировавшегося врага Горлохватекого, и его пособника Зелкина. Много горя причиняют они честным людям: профессору Церноусу, ложно обвиненному ими во вредительстве,. научному работнику Туляге, которого им удается запугать призраком какого-то доникинского полковника, который был похож лицом на Тулягу. Уже самоё возникновение этих обвинений показано драматургом в плане беспощадной сатиры: обвинения явно нелепы, но достаточно пм появиться, как малодлушный Тудяга уже становится послушной жертвой Горлехватекого, соглашается писать для него ‚ научный доклад, сносит покорно оскорб3 ление за оскорблением... Борьба отрицательных персонажей пьесы (именно они и «ведут» действие по началу) против положительных, против чеетных людей, изобилует острыми перипетиями, это подлинно напряженная борьба, требующая очень много ловкости, изворотливости, коварства от одних, воли, настойчивости, принципиальности — от других. Совсем не просто и не легко дается честным людям победа в этой борьбе. Не от грома, раздающегося «евыше» в ретающий момент, а в результате реальных наступательных действий честных людей териит поражение Горлохватекий, и ‘еамае поражение это приобретает характер злого и веселого, остроумного и беспощадного осмеяния, посрамления, сатярического изничтожения зла. Самое название пьесы «Ато смеется пооледним» наредкость точно указывает, таким образом, и на смысл произведения и на его жанровую природу. 2. Мне ‘ловелось посмотреть комедию В. Крапивы в постановке Горьковского театра драмы во время нынешних ero — котати, весьма успешных -—— гастролей в › Куйбышеве. Отрадно было наблюдать зрелище, которое представлял собой в эти вечера зрительный зал, переполненный, несмотря на невыносимую июльскую духоту, и увлеченно реагирующий на все, ое исхолящее на сцене. Вогда пытаешься определить природу этой дружной реакции, несомненного успеха спектакля. бросается в глаза еще одна важная и принципиальная особенность нашей, советской сатиры, ярко выразившаяся и в самой несе и в сиектакле горьковчан, мастерски поставленном Н. Покровским. Убедительность сатирического разоблачения зла тем выше, чем сильнее наше сочувствие положительным тероям, честным людям, страдавшим или могущих пострадать от этого зла, борющихея с ним, — вот, оказывается, одно из условий художественной заразиеванович и Вера ТАКЛЕ слабее выписаны ae тором, да они, собетПОСЛЕДНИМ» ‘венно. и не несут в ТЕАТРЕ ДРАМЫ пьесе той нагрузки, что Черноус или Туляга, Между тем это вполне определенные и конкретные характеры, и верно очерчивают их К. Лылов и Г. Двойникова. играя людей искренних, пылких и напористых, способных постоять за правду. К. Лылов удачно пользуется такой благоларной и необходимой в данном случае краской, как ирония, он дает ей пелный простор в последней картине, которую, собственно, и ведет его Леванович, становясь душой и мыслью развивающетоея наступления. Добротно, в хорошем созвучии со всем ансамблем спектакля сыграны 0бе комедийные роли — сторож Никифор и уборщица тетя Катя. Хорошо, что исполнители этих ролей Н. Левкоев и Т. Рождественская подчеркнули, вылелили, сделали главным в своих работах то доброе, светлое, справедливое, что живет в их тероях; а ведь ничего не стоило сыграть, скажем, тетю Катю просто сплетницей, — ведь водится за ней этот грешок,.. Думается все же, что работа такого зрелого мастера. как Н. Левкоев. могла бы быть интереснее, богаче по краскам: роль дает тля этого много возможностей. тельности советской сатирической пьесы, Именно это сочуветвие и питает прежде всего интерес зриталя. Спектакль roppo НА СПЕ! «КТО СМЕЕТСЯ В ГОРЬКОВСКОМ fa CO EEE IEE IIE EE. IE roa ROBYAaH, OTOBODIMCA. сразу, не свободен от серьезных недостатков, но уже одно то, что зритель по-настоящему полюбил Тулягу и Черноуса, испытал тревогу за их судьбу ив то же время горячо поверил в мужество и принципнальность тех, кто призван их зацитить и добиться торжества правды, — коммунистов Левановича и Веры. — уже одно это обеспечило усцех постановке театра. Хорошо, что в спектакле, благодаря режиссерской трактовке и. блестящей игре артиста В. Соколовекого. на. первый план выдвинулась роль Туляги. Perro в Haших сатирических комедиях показывается, как в борьбе © отрицательными персонажами -— объектами сатиры — paстет, мужает, освобождается от недостатков и обретает новые хорошие свойства честный человек -— положительный переоHam пьесы. №. Крапиве удалось сделать это в своей комедии. История паления Горлохватекого -— это вместе с тем история роста, AYXOBного «выпрямления» Туляги. Режиссура и артист тонко поняли природу свойственной Туляге трусости: душа его замкнута для людей, он одинок, д потому м ощущает сеOn беззащитным. Смешно м жалко видеть этого человека, и непонятно в первую минуту, откуда возникает в нас такое горячее сочувствие к нему. Котда Туляга, поняв, наконец, с Кем имеет дело, и впервые поверив до конца окружающим его хорошим людям, находит в себе мужество вступить в борьбу с Горлохватским. зал разражаетея = восторженными аплодисментами, И как превосходно проводит ITY решающую ецену Соколовский! «Тепеть-то я тебе напипгу научну!о работу! Насмеялся ты надо мной, обегславил перед людьми, посмеюсь же над тобой и я!>. Забегал, засуетилея вдруг Туляга, повеселевший, злой, охваченный почти каким-то неистоветвом... «Настунление» — так хотелось бы назвать все то, что начинается с этой минуты. Изменились ритмы, изменилась атмосфера: еловно все, что подепудно накапливалось до сих пор, разом пришлю в движение; предоцущением победы повеяло ©о сцены... И вот она. победа. Важный. самодовольный, еще ни о чем не подозревающий, Горлохватский читает перед собранием подготовленный Тулягой нарочито HeBeжественный доклад о «новом виде ископаемого животного», которым оказывается некая «мамонтовая свинья», всеми своими повадками так прозрачно напоминающая самого докладчика. Как верно играет эту сцену Соколовокий—Туляга! При всей ненавиети к Горлохватекому, он не может освободиться в эти минуты OT жгучего чувства стыда за человека; посмеяние, им самим подготовленное, оказывается невыHOCHMBIM для его деликатной натуры. Он: не «смеется последним» — ему не до смеха, ему тошно от этого зрелища, но сколько гордости, впервые осознанного доCTOHHCTBA, даже величия в TOM, Kak он уходит е0 сцены: маленький, робкий. человек, обретший друзей и ощутивший в себе силу одолеть любого врага... Мягко, скромно, проникновенно, в теплых лирических тонах, словно бы и чужеролных сатире, играет Черноуса В. Разумов. и странно, на первый взгляд, что Черноуе может так органично «вписаться» в ансамбль остро-комедийного, резкого по краскам спектакля, Доброта, доверчивость, бескорыстие и глубокая принципиальность ученого — все эти евойства, переданные артистом в их тончайших нюансах, образуют живой, достоверный и бесконечно привлекательный человеческий характер. И мера его обаяния, мера нашего сочувствия человеку, подвергающемуся травле CO стороны «злых людей», о которых сам он говорит скорее с горечью. чем е возмущением, мера нашего волнения за ЧерноуCa становится мерою нашей ненавиети и презрения к Горлохватевому и ему подобным. Такова сила положительного образа в сатире. ОБЛИК СТРАНЫ НА ЭКРАНЕ По утрам, после начала рабочего хня, в просмотровых залах Центральной студии локументальных фильмов оживают экраны. Затерянные в заоблачных далях cHexные вершины и спокойная, заросшая ивняком среднеруеская пойма, величавые няком среднеруеская пойма, величавые хедяные просторы Арктики и песчаные барханы у древних караванных трем, ©убTDOTTHKH и тундра — близкие и далекие, Но равно дорогие советскому человеку края возникают на экране. Вели рассмотреть весь отонятый для цокументальных фильмов материал и представить себе карту Советекого Союза в маршрутами киноэвепелиций одной лишь Центральной студии, то на этой Rapte почти не окажется «белых пятен». Ha дрейфующей льдине и на угрюмых вулванических сопках Курильской гряды вместе с развелывательными партиями теологов, участниками дальних плаваний, поисковыми группами — веюду трулится челевек с киноаппаратом. Но это одна, можно сказать, внешняя еторона дела. Важен не просто «географический охват», & показ событий, проиехотящих. на всех этих необъятных просторах ежегодно, ежедневно, ежечасно. Слюкойное течение рек прегражлаетея плотинами исполинеких электростанций, оживают, вчера еще пустынные, целинные и залежные земли, в открытом море по воле челорека возникают удивительные города нефтяников. Такова наша кипучая, полная великих свершений действительность. Посмотрим, в какой мере удается кинолокументалистам Центральной студии видеть и отбирать для показа на экране наиболее существенные, типические явления нашего времени. ..Откликаясь Ha решения Ффевральскомартовского Нленума ЦЕ ЕПСС о хальнейшем увеличении производства зерна в стране и 05 освоении целинных и залежных земель, студия создала документальный фильм, который запечатлел этапы знаменательных преобразований. ‚..Историческим событием в жизни НаАродов нашей страны явилось празднование 300-летия воссоединения Украины с Россией, Более ста операторов Центральной, Украинской и других киностудий пох рукеволетвом режиссеров Ф. Киселева и А. Слесаренко запечатлели на пленке в эти дни юбилейные сессии Верховных С0- ветов РОФСР и УССР, выступления на сессиях представителей народов многонациональноРо Советского государства, трупцящихея зарубежных стран, парах войск и демзнетрацию в Москве, народные гулянья и спортивные праздники. Бельшой коллектив студии непрестанно ищет пути более яркото отображения жизни нашего народа. Во время очерезных проеметров, на заседаниях Художественного совета и творческой секции тщательHO отбирается все интересное, важное, правильно подмеченное в жизни м отметдется несущественное им случайное. ‚.На экране — иссеченные аноем и наTOTOTOH развалины ‘древнего города Мерз. В окрестнюстях его расположен цветущий Мургадекий оазисе, где нахолится широко известный в нашей стране курефт дла людей © больными почками. Базалось бы, все хорошо в этом сюжете оператора В. Лаврова: показаны и живописные ‘пейзаки, и Удобства курорта. Но сидящие в просмотровом зале не удовлетворены. Сюжет несколько поверхностен, заснятые в нем люди ведут себя скованно, неестественно: чувствуется, что оператор «организовал» съемку, погрешил против правлы жизни, заставив отхыхающих «играть» притуманные им роди. Развернутой критике на очередкых ироCMOTPAX подверглись сюжеты оператора А, Никифорова «Животноволы Эстонии» и А. Шатуновского «Поазлник в 6©08х03е». Первый сюжет, построенный в OCHOBHOM НА материале передового эетонского колхоза имени Оталина. должен был рассказать в дальнейшем подъеме животноводетва в Эстонии. Естественно было желание увихлеть на экране’ и яркий, послеловательный показ лостижений колхоза — кандидата на Всесоюзную сельскохозяйственную выставку, и отображение тех трудностей, которые стояли на пути коллектива. , АВТОр сюжета пошел по тругому пути. Не сумев отобрать нужное, существенное в жизненном материале, он соерелоточил веновное внимание на эпизодах с двумятремя коровами-рекордистками, представив. таким образом, колхоз в виле епецизлизированного питомника, основное назначение которого — работа на «пеказ», подготовка единичных экспонатов для выставки. Во втором сюжете оператор Шатуновский обедненно и искаженно предетавил отдых советских колхозников, отобразив случайные и не характерные для сельекого праздника эпизоды, пойдя по пути завеломой инсценировки. В проемотровом гале студии можно увидеть и материал, представляющий отромHEI интерес, несмотря на та, что он не войдет ни в Фильмы, ни в киножурналы. Это документальная кинолетопись нашей эпохи, эпохи построения коммунистичеекого общества, В ней запечатлены самые значительные эпизоды жизни нашей страны, новаторы производства, передовики сельского хозяйства, мастера культуры. Десятилетиями, день ото дня, лучшие операторы студии фиксируют на нленку кадры, историческое значение которых огромно. Н. СУРОВЦЕБВ. Как ни странно, именно отрицательные, собственно сатирические образы, пьесы меньше удались театру. С воплощением этих образов и связаны основные недостатки спектакля горьковчан. Трудно играть сатиру. №еть тончайпая грань, за которой ярко выражаемая тенденциозноеть актера, сознательное преувеличение. и заострение образа оборачиваются неправдой, фальнтью. Гротеск, в сферу которого «тянет» исполнителя самый текст ньесы © ее предельной обнаженностью сатирических преувеличений, грозит превратиться, говоря словами Станиславского, в «пирог без начинки, бутылку без вина, тело. без души», стоит только сценическому гротезку остаться «без создающего его изнутри духовного побуждения и содержания». Театр не избег этой опасности. Внутренние пустоты, время от времени зияющие в иснолнении отрицательных ролей, делают неубедительными, неправомерными 9тдельные гротесковые решения, применяомые артистами, Если еще оправдан, например, предельно острый, почти рискованный риеунок роли жены Горлохватского в иеполнении А. Сзмариной, — ибо веришь, что самый накал страстей героини, пусть низменных, требует такого выражения, — то. скажем. экецентоическая фигура «незнакомой женщины» (А. Вейсова) © ве пошлым кривляньем воспринимается как пустой трюк, ничего общего не имеющий с жизнью. а стало быть, и с сатирой. Все эти недостатки связаны © одним принципиальным просчетом театра. Он завключается в сознательном намерении иг44 SAU SRAM EE AER Eh A AER A Oe rene Oe eee ee рать саморазоблачение, навязчиво демон‘рактера. живого. реального, взятого во всех we чай CURE ees eRe eee TFN UTR ATP AKO A ON HME Ree его жизненных связях, — в преувеличеНИЮ и заострению, от жизни — к гротеску, самому острому, самому дерзкому, еели завоевано художественное право на такой гротеск, — только такой путь и обеспечит артисту успех в создании сатирического образа. Вот один из выводов, подсказываемых спектаклем Горьковекого театра — спектаклем во многих отношениях интересным и поучительным. эрители зло смеются над вклеветниками, каръеристами, лжеучеными, над фальшивыми людьми, емеются беспощадно, весело и торжествующе, потому что виденное и прочувствованное на этом спектакле рождает в их душах вместе с ненавистью к злу ощз и спокойную и гордую веру в свои силы, в неизбежность победы над злом, веру в правду, которая торжествует закономерно и неизбежно. Ан. ГРЕБНЕВ. дури и чонгури. А ведь инструментальное сопровождение в хоре совсем не характерно для грузинекой культуры. Обратимся к истории. Выдающийся деятель грузинской музыкальной культуры второй половины ХХ века Иосиф Ратиль руководил хором а’сареЙа, пение которого привело писателя И, Чавчавадзе в восторг. Крупные деятели грузинского хорового пения И, Каргаретели, братья Джалагания, Дзуку ОДолуа, С. и М. Кавсадзе, Мелитон Кухианидзе, А. Майсурадзе, В. Симонишвили, а также ныне здравствующие А, Эркомайтвили, И. Мчедлишвили, В. Гочитидзе, В. Гетечкори, В. Бабилуа, М. Арджевнипгвили, М, Себуи, В; ЧумбуридЗе достигли поразительных результатов по богатству оттенков, силе звучания а’сареШного пения. Много работают в области пения без сопровождения знатоки хорового искусства Г. Хаханашвили, 0. Тактакишвили и М. Чхиквишвили. Спрашивается, зачем же вводить в хор инструментальные ансамбли и все его звучание подчинять им? Ведь пандури и чонгури — инструменты очень интересные и ценные, если их взять отдельно, но они отличаются весьма ограниченным диапазоном звучания, ограниченной силой, малыми регистровыми возможностями. Развитию хорового искусства композиторы Грузии не помогают. Достаточно сказаТЬ, Что на конкурсе хоровых, эстрадных и инструментальных произведений в ноябре 1953 года не оказалось ни одного ‘хорошего произведения для хора; из 250 песен, созданных в Грузии за последние два года, для показа на УП пленуме Союзу композиторов СССР. посвященном советской песне, ‘было отобрано только девять, Между тем такие опытные мастера хорового письма, как А. Баланчивадзе, Г. Киладзе и И. Туския. отошедшие теперь от этого жанра, могли бы внести ценный вклад в хоровую культуру Грузии, Несколько хоров, возданных музыкантами Грузии, звучат в рабочих клубах, цехах заводов и фабрик, на колхозных полях, на празлничных демонстрациях, в школах. Среди них — песни В. Цагарейшвили, А. Мачавариани, Р. Габичвадзе, 0. Тактастрируя отрицательные качества сатирического героя там, где они и Tak достаточно ясны. Более всего это ощущается в первом акте-—— наименее убехдительном по исполнению и, кстати, наименее смешном в peзультате. Вот сцена Горлохватского с тетей Катей. Выясняется, что директора видели накануне едущим за город в машине со своей секретаршей Зиночкой Зелкиной. и тетя Катя не без ехидства сообщает ему 06 этом, Горлохватекий, как веегда, начинает выкручиваться. Делает он это неуклюже и потому очень смешно. Как играть такой диалог? В чем задача актера — убеждать партнера, что он говорит празду, или убеждать зрителей в том, что он врет? А. Таршин, исполнитель роли Горлохватекого, апеллирует к зрителю. «А это ведь я неправду сказал! Вот какой я враль! Вот ках выкручиваюсь!» — говорит весь его облик, каждая интонация его речи. Получается неубедительно и... не смешно. ства, воторые охотно ath пели в хоре, считал, = что участие в нем вырабатывает музыкально - певческую Я hay дисциплину, развивает слух, ритм, ансамблевость, высокие навыки исполнительства. Крупным недостатком хоровых коллективов республики является ограниченность репертуара. Очень редко звучат у нас. созданные за последнее время песени Д. Шостаковича, В. Шебалина, М. Коваля, В. Соловьева-Седого, В. Захарова, Л. Ревуцкого, 9. Каппа и других советеких композиторов, облалающие большой еилой эмоциональноTO воздейетвия и органично вошедшие в репертуар большинства коллективов всей страны. Виной этому структура наших хоров: лишь незначительная часть из них — смешанные, четырехголоесные, в остальных же специфический состав, где хор складывается из первых, вторых голосов и утроенной басовой группы. Иеполнительские возможности такого ансамбля весьма отраничены: ему доступны главным образом древнейшие грузинские несни, сами по себе, безусловно, высокохудожественные, интересные. Но вее же этого мало: нашему слушателю крайне интересно познакомиться с песнями русского народа и народов других братских республик. Кстати, если уже зашел разговор о ре пертуаре, несколько слов надо сказать и о работе над ним в наших ведущих профессиональных коллективах. Такие замечательные, вошедшие в быт советских людей сочинения, как десять хоровых поэм Шостаковича, хоры из опер «Тихий Дон» Дзержинского, «В бурю» Хренникова, хоры Шебалина на слова А. С. Пушкина, песни Захарова, Соловъева-Седого, Новикова, Эрнесакса, Мурадели, Озолиня и других, не звучат у нае на концертах. Уже десяток ‘лет не слышишь в Грузинской капелле замечательных хоров из опер Мусоргекого, Бородина, * * В родное искусство, обогащая свое творчество здоровым, свежим, земным соком, живительной струей влохновения. Неспроста& С. И. Танеев — выдающийся теоретик, педагог И талантливейший композитор — взвалил на свои плечи фонограф и валики и отправился в горную Сванетию собирать и записывать новые песни. Напомним о плодотворной деятельности Инполитова-Иванова, Корещенко, Кленовского, затем Аракишвили и плеялы молодых музыкантов-теоретиков, воспитанняков Тбилисской. консерватории — собиратедей грузинского народного музыкального творчества. Широко внедрять в музыкальный быт лучшие образцы классического и еовременного ренертуара, обогащать, — воепитывать хуложественно-эететические взтлялы масс — вот задачи, которые стоят перел нами, музыкальными деятелями, ях; & Везде. и веюду, в зарубежных странах, слушая грузинскую хоровую музыку, люли приходят в восторг. Они говорят, что только свободный народ может так петь, тольKO счастливый народ может создавать столько хорошей, волнующей музыки. В этом сказываются его высокая душа, его чуткое сердце, полет его творческой фантазии. Влохновенный созидательный труд советского народа наполняет нас, композиторов, силой, энергией! Нам нужно правдиво, без приукрапитвания отразить нашу действительность в музыке, в больших и малых полотнах хоровых произведений. Ведь в каждой реепублике насчитываютея сотни и тысяча хоровых коллективов и ансамблей. И этим колоссальным движением нужно руковлдить, и руководить в соответствии © новыми. все возрастающими требованиями — по-новому. как это принято в нашей страШалва МШВЕЛИДЗЕ. 9779177777777 7777797717779 79 «СОВЕТСКАЯ КУЛЬТУРА» 17 июля 1954 г. 3 стр. кишвили, А. Чимакадзе, Р. Лагидзе, А. Букиа. Ш. Милорава, М. Давиташвили. 0собенно нравятся в народе песни Габичвадзе, Тактакишвили, Цагарейшвили, но этого, конечно, слишком мало. Й самая большая беда тут, пожалуй, в том, что некоторые композиторы не ценят несравненные богатства народного фольклора. Этим объясняется нивелировка стиля, исчезновение самобытности языка; произведения лишаются тех характерных черт, которые определяют их национальное лицо, теряют связь с народной музыкой. Правда, авторы довольно часто используют народное творчество, но делают это порой грубо, развязно, нарочито: народный материал берется цитатно, голо, не творчески. Бывают случаи, когла в старинные формы народной музыки комнозитеры пытаются втиснуть новое содержание, когда к народной мелодии приписываются еовременный текет и фамилия автора. Иногла композиторы пользуются весьма своеобразным «методом», пытаясь механически соединить элементы народной мелодики и джаза, Тут нельзя не вспомнить слова П. И. Чайковского: <«...Никто не может безнаказанно прикоснуться святотатственною рукою к такой художественной святыне, как русская народная песнь, если он не чувствует себя к тому вполне готовым и достойным», Й еще; «Художник-музыкант... по отнонению к русской песне — садовник, который знает, в какую почву, в какое время и при каких условиях температуры должен посадить свое драгоценное семя, Но не всякий может быть хороIMM CAIOBHUEKOM>. Наши композиторы редко бывают в наПоле. А ведь вею прелесть замечательной природы Грузии — алазанских или рионских полей, полей Самгори, красоту чайных плантаций — не поймешь, если не цобываешь в этих местах, не ветретишься с живущими здесь людьми, не изучишь их жизнь и труд. Полезно вспомнить великих музыкантовклассиков: Глинку, Мусоргского, РимскогоКорсакова, Бородина, Чайковского, Танеева, Палиашвили, которые глубоко изучили наЛучше руководить хоровыми коллективами Но я хотел бы говорить не об успехах и хостижениях этого жанра музыкального искусства Грузии, а главным. образом о том, что мешает‹его нормальному развитию. Й прежде веего о самом больном месте хопового искусства — © кадрах. В Грузии сейчас свыше тысячи народных хоров. Но. по мнению специалистов, лишь 20 руководителей этих коллективов по своей квалификации могли бы занять место дирижера хора или руководителя ансамбля песни и танца. Вее же остальные— случайные люди, без серьезного музыкального образования. Подчас они даже не знают нотной азбуки! Эти «руководители», заучив, порой с ошибками, десяток одних и тех же песен, из года в год исполняют их, будучи не в еилах обогатить свой penepтуар. Тбилисская консерватория, воспитавшая композиторов, музыковедов, пианистов, певцов, оркестрантов, до сих пор выпускала лишь двух-трех хормейстеров в год. Правда, сейчас в консерватории обучается уже 18 хормейстеров, но и этого недостаточно для Грузии. Не могут удовлетворить и учебные планы дирижереко-хорового отделения консерватории, составленные так, что студенты за пять лет учебы в вузе работают с хором лингь на последнем курсе м то лишь 8—10 часов. В консерватории хора нет, поэтому руководителю хорового отделения консерватории приходится выпрашивать репетинии для оканчивающих консерваторию в государственной капелле, которая не всегта охотно соглашается на это. Спрашивается, почему в Тбилисекои консерватории нет хора. который стал бы подлинной лабораторией для выращивания квалифицированных хормейстеров? Существует ложное мнение о том, что пение в хоре, даже самом квалифицированном, вредно отражается на голосе. Чтобы опровергнуть это, достаточно вспомнить лучших представителей вокального исвусНесколько лет назад в Тбилиси была провелена веегрузинская олимпиада чародного творчества, в концертах которой участвовали двести хоровых коллективов. В течение десяти дней тбилисцы собирались у Театра оперы и балета имени 3. Палнашвили, стремясь получить билеты на олимпиалу. Этому огромному интересу к народному творчеству, к хоровому пению мог бы позавидовать каждый из деятелей нашего искусства. Грузинский народ любит хоровое пение, им создано много прекрасных хоровых. пееен-—<«Мравалжамиер», «Супрули», «Хеуре», «Чакруло», «Хасанбегура», «Вахтангури». «Али-паша», «Кеисрули», «Хелхвави». «Элеса», «Ввирия», «зари» и другие. За толы советской власти в Грузии появилось много хоровых произведений, посвященных Родине, партии, героям Великой Отечественной войны, На колхозных полях Алазани, в шахтах Ткварчели и Чиатуры, среди голых’ обнаженных скал Пшавии, в живописных местах Сванетии, у подножья вершин Ушба, Тетнуль, Шхара и на Черноморском побережье после трудового дня люди собираются для музицирования. Они поют в три, а иногла и больше голосов, сплетающихся в сложный полифонический рисунок (гурийская и имеретинская песни). Многие выхающиеся музыкальные деятели прошлого и настоящего— И. И. Чайковский, М. М. Ипполитов-Иванов, А. Г. Рубинштейн, Д. Д. Шостакович, А. И. Хачатурян. Ю. А. Шапорин, Н. Я. Мясковский и другие — высоко оценили хоровое искусство грузинского народа. Сейчас можно смело говорить о непреCTAHHOM развитии здесь хорового пения. Нарот обогащает его новыми формами и 69- ержанием, используя для этого сочинения rveaomue enusrupruy WMITAOR’ Kawj0e новое лучших грузинских поэтов. эн aoсобытие современности знаменуется н0- вой многоголосной песней В последнее время у нае стало очень молным непременное участие в хоровых коллективах народных инструментов пан-