Борис СОЛОВЬЕВ А. АМШИНСКАЯ, В. ТОЛСТОЙ ПИСАТЕЛЬ И ХУДОЖНИК Одна из любимых и популярных B Haшем народе книг -— «Повесть о настояmem человеке» 56. Полевого. Содержание ве воем хороно известно, она издавалась многократно, и. тем не менее можно C уверенностью сказать, что, взяв в руки новое, готовящееся сейчас к выпуску издание этой WITH с иллюстрациями хуложника Н. Жукова, читатель как бы заново увихит ео героев, замово переживет вместе се ними волнение и радость. Иллюстрации к повеети В. Полевого, частично экопонированные на Всесоюзной художественной выставке 1950 года, — это последняя по времени и ‘одна из самых ярких работ лауреата Сталинской премии Н. Жукова, известного своими рисунками, посвященными №. Марксу; Ф. Энгельсу, В, И. Ленину и И. В. Сталину, автора военных нлакалов и фронтовых 3aрисовок, мастера графического портрета. Обращение Н. Жукова в иллюстрированию «Повести о настоящем человеке» не случайно. Эта книга близка всему творческому складу художника, ибо всегда в центре его внимания стоит задача в великом и малом раскрыть высокие моральные качества советекото человека, налиего современника. Н. Жуков сумел глубоко проникнуть в сущность произведения Б. Полевого, идея автора повести стала основной, определяюшей мыслью в работе художника. Поэтому рисунки укова —— это не просто иллюстрации в книге, освещающие ве узловые сюжетные моменты, — художник создал яркие, зрительные образы, которые верно выражают содержание образов литературных, правду самой действительности. Охна, из причин большого успеха padoты Н. Мукова над «Повестью о настоящем человеке» — его знание обстановки, людей и жизни в эпоху Великой Отечественной войны. В землянках партизан, в окопах на передовой линии фронта, на разъездах фронтовых дорог — там, где выковывалея характер настоящего е0- ветекого человека, встречались писатель Борие Полевой и художник Няколай Жуков. Очерки 5B. Полевого и рисунки Н, Жукова со страниц «Правды» рассказывали о героизме советских людей. Писатель и художник шли одним общим путем, стремясь запечатлеть великий военный подвиг нашего народа. Поэтому волнующий рассказ о настоящем советском человеке, иллюстрированный хуложникомфронтовиком, сочетает в себе жизненную достоверность содержания с высоким художественным обобщением. И это составляет характерную особенность советской литературы и искусства, особенность сопизлистического реализма. вдиво передавая в рисунках TOHчайшие оттенки человеческой психологии, Н. Жуков своими иллюстрациями обогащает литбратурные образы повести. Художник вводит в иллюстрации, посвященные важнейшим эпизодам повествования, целую галлерею’ портретов. Многие из них сделаны ‘в ‘натуры. 6 тех’ вамых людей, которые явились прототипами тероевБ. Позевого. «С знатуры, например, налтисан акварельный портрет гвардии полковника авиации ТГероя Советекого Союза А. Маресъева — им открывается книга. Реален прототип старого профессора — это врач Ваеилий Васильевич Успенский. Но портретное сходство с людьми, существующими в жизни, — вовсе не главное в этих рисунках. Важно то, что художник сумел в конкретных художеетвенных образах отразить тилические черты наших вовременникоев, советской действительности, Н. Жуков верно понял основной смысл повести. Он трактует ее не только как историю одного героя, а как повествоваHite 0б общем деле многих советеких людей, тех, которые вотречалиеь на пути летчика и помогли ’@\му ВНОВЬ вернуться в жизни. Ho акварелям и рисункам Жукова можно шаг за шагом проследить; как закалялись Xaрактер и воля проетого’ советского ‘че-: ловека, как раскрывались наиболее яркие и сильные стотены этого характера-—патриотизм, во0- инская доблесть, непреклонноеть в 10- стижении цели, любовь к жизни и люДЯМ. с высоким, ясным лбом и умными, внимательными глазами располагает к себе © первого взгляда. Художник изображает комиссара всегда вместе с теми, кто приходит к нему со своим горем и неразрешенными вопросами, подчеркивая этим его основное качество — отзывчивость И великую любовь к людям. Среди иллюстраций, изображающих 06- тальных героев повести, особенно интересен портрет партизанки Варвары — той самой женщины, которая всю ночь дежурила у поетели метавшегося в бреду Мересъева. Ее серьезное, сосредоточенное лицо исполнено большого покоряюшего чуветва. длот водержалельный образ простой русской женщины, рассказывающий о человеке так много и так убедителья но, — большая удача художника в области психологического портрета. Органическая связь © литературным текстом не лишает портреты Н. Жукова самостоятельной образной — выразнтельности, Наоборот, образы Варвары, снайпера сибиряка Степана Ивановича, мастерапротезиста Зуева; партизанского деда Михаила и другие эпизодические персочажи повести в иллюстрациях Жукова значительно развиты и конкретизированы, что, безусловно, обогащает книгу в целом: Рисунки и акварели Н. Жукова, глубоко реалистические, яленые и выразительные, по композиции, с тонким, све-. жим нолоритом, ярко перелают. то чувство. жизнеутверждения, которым пронизана каждая страница повести. Перед читателем возникают живые советекие люди; воспитанные сталинской эпохой, закаленные в ‘боях за Родину. Их обаяние — это. обаяние самой действительности, правдиBO запечатленной художником, За последнее время наши художники лостигли крупных уснехов в иллюстрациях к русской и запалной классике, поновому раскрывая сущность известных литературных произведений. Эти работы свидетельствуют о той высоте, на которую поднялось советекое иекусетво иллюстрации. Олнако: до сих пор еше иллюя Накануне 125-летия 1 со дня рождения М.Е. Салтыкова-Щедрина ЛЕНИНГРАД. В Институте русской литературы Академии наук COOP a 8 Iy6- личной библиотеке имени М. Е. Салтыкова-!едрина собрана значительная часть рукописного наследия великого сатирика. Имеются автографы и корректуры многих произведений М, Е. Салтыкова-ШЩедрина, более 700 писем, в том числе к И. С. Тургеневу, И, А. Гончарову, H. A. HenpaCORY. 133 автографа великого сатирика храHATCH в рукописном отделе Публичной библиотеки имени М, Е. Салтыкова-Щедрина. Здесь — черновые автографы прэизвелений «Блатонамеренные реги», «Убежище Монрепо», корректурные гранки романа «Помпадуры и помпадурши», письма, «Автобиографическая затиска» М. Е. Салтыкова-Щедрина за 1857 — 1858 голы, неопубликованные докладные записки, относящиеся в периоду Крымской войны. / Часть рукописей будет энспонирована на открывающейся в Публичной библиотеке выставке, посвященной 125-летию ео хня рождения М. Е, Салтыкова-Щедрина. > КИРОВ. Общественность города Пирова готовится птироко отметить 125-ю годовщину во дня рождения М, Е. `СалтыковаЩедрина, Докладчики и атиталоры рассказывают трудящимся 0 жизни и THODчество великого сатирика, 0 пребывании его в дореволюционной Вятке. В память о великом писателе-сатирике. На доме, где он жил, установлена MEMOr риальная доска. Именем его названа одна из крупнейших библиотек города. Большую выставку, посвященную жизни и творчеству писателя, организовала библиотека имени Герцена, На ней предетавлены художественные произведения, ренпродукдии с фотографий и письма. ы © ХАРЬКОВ, Произведения великого русского писателя-сатирика М, Е. СалтыковаЩедрина пользуются огромной — популярностью на Украине. В связи со 125-латием со дня рождения Салтыкова: елрина Книжная палата Украинской ССР подвела итоги издания его произведений в респудлике, Маесовыми тиражами печатались. в переводе на украинский язык роматы писателя «История одного города», «Господа Головлевы», «Понехонекая етарина», четыре pasa издавалась «Повесть о том, как мужик двух генералов прокормил», пять раз — сказки. Пруды М. Е. Салтыкова-Шедрина печатались на Украине общим тиражом 600 тысяч экземпляров, из них на украинском языке — 375 тысяч экземпляров. К чему приводит незнание материала Газета «Нионерская ‘правда» 24 ноября 1950 г. опубликовала расеказ С. Егорова «По ту сторону: Аракса». Судя по небольщому предисловию, редакния газеты хотела познакомить своих юных читателей е чудовищными условиями существования детей в странах зарубежного Востока. Содержание рассказа может быть изложено в нескольких словах: два мальчика на берегу Аракса, в нранской Джульфе, продают на базаре гранаты, а затем рассказывают друг другу, что на противоположном берегу реки, в советской Джульфе, дети не торгуют. а учатся. Эта незамысловатая сюжетная концепция начпнена выдумками, свидетельствующими о полном незнании автором описываемой ИМ ЖИЗНИ, Писатель неверно ноказал сульбу детей в Иране, На самом деле она горазло страшцре, чем это описывается в рассказе, — дети гибнут от изнурительного труда, бродяжничают, нищенствуют, тысячами умирают от голода; холода и стралных болезней. Сравнивая свою жизнь с жизнью советских ребят, герои рассказа завидуют тому, что лети Советского Азербайджана ходят в... «медресе». He ведь о известно, что «медресе» —= духовная школа. Едва ли даже дети Южного Азербайджана думают, что в Советском Союзе’ имеются духовные школы. Ведь на азербайджанском языке есть слово «мектеб», обозначающее школу вообще. Автор описывает, как мальчик снеши на базар в день байрама, хотя базарев в праздничные дни в Иране, как правило, не бывает. Ребята бросают в реку блеетящие раковинки, а раковинок на берегу Аракса возле Джульфы и не найдешь. Для большей убедительности автор вкранливает в текст своего повествования азербайджанские слова, но он не удосужилея записать их правильно (не существует в азербайджанском языке, налтример, слова ‘«шарин»). 0’ неосведомленности и бестактности автора говорит еще одно обстоятельство. С. Вгоров назвал мальчиков Самедом и Pyeromom, а чайханшика — Мамед Рагимом, Мамед Рагим — весьма редкое сочетание двух имен и в совокупности е Самелом и Рустемом позволяет думать, что автор, задумав рассказ, = перелистал антологию азербайджанской поэзии и наделил своих тероев именами трех ведуших поэтов Соpereroro Азербайджана -— Самеда Bypryна, Сулеймана Рустама и Мамеда Рагима. Это подозрение полностью подтверждается тем, что купца С. Егоров назвал Алекбером Сабиром, Такого имени нитде встретить нельзя. Сабир — значит «терпеливый», Этот псевдоним принял азербайлжанский классик, революпионный поэт Мирза Алекбер Таир-Зале (1862—1911). Юные читатели «Пионерской правды», конечно. не могут поблагодарить свою газету за опубликование такого рассказа. Джафар ДЖАФАРОВ, Имран КАСУМОВ Заметки критика В РЯДУ ТРУДНЕЙШИХ ПЕЛ В искусстве идейность, содержание, направлениость произведения не. существуют в ирыве от художественного мастерства. Только то произведение является подлинно художественным, в котором илейный захысел находит соответетвутотее образное зоилощение. Вот почему великие поэты, придавая огромное, решающее значение идейностя, B TO же время не допускали ни малейшей небрежности в области работы над стихом, его формой — вилоть д самых мелких деталей, Пушкин, © воличайшей взыскательностью относявшийся ко всем тем худоцвотвонным элементам, из которых еклаINBACTCA стих, называл «высокой отратью» способность и тотовность поэта ля звуков жизни не щадить». С огромной требовательностью поххолил к стиху, ко всем его элементам Маяковский. Он ставил поэзию «в ряд труднейMAX дел» и требовал от поэтов работы «над поднятием количества, нар улуцением качества». Это улучшение ой е мыслил без работы «до седьмого пота». ` Этого взыскательного отношения к 1поэтическому слову похватает некоторых Hau ‘поэтам. Добывая «радий», они в то же время не чураются и той «еловесной руды», которая нередко засоряет произведения нашей поэзии, в том числе и весьма значительные. Ели подойти с этой точки зрения к ряху поэтических произведений, опублиKOBAHHEIX в последнее время (поэмы «Доhota к миру» М. Луконина, «Кремлевские звезды» Г. Горностазва, «Каспийская роза» В. Филиппова и некоторые другие), то В НИХ, несмотря на BCIO разницу их худолбетвонных овобенностей и лоетоинств, обнаруживается некая общая тенленция. Она заключается в стремлении «прозананровать», «опростить» стих. Обильную дань подобного рода «прозаизации» и «опрощению» етиха отдал в некоторых ранних своих произведениях М. Луконин; наряду со стихами внутренне дисциплинированными, образно выразительными здееь можно было ветретить стихи ритмически о аморфные, нечеткие, вялые. Такие стихи — пезультат › неверно пенятого новаторства, недостаточно мубокого осмысления традиний Маяковском и принципов его «евободного сти» х4», которые ничего общего не имеют с расхлябанностью и недисциилинирюванностью стиха. Поэма М. Луконина «Рабочий лень» — не только крупный шаг вперед в творчестве молодого поэта, но и значительное достижение современной 60- ветской поэзии; здееь нашли плодлотворное применение многие принципы .поэтики Маяковского. Это сказалось не только в плейной направленноети поэмы, в умении связать повседневные дела людей талингралекого тракторного завода с событиями весуирно-неторического масштаfa, но и в характере образной выразительNOT поэмы в: ее упругих ‚ ритмах, в. ее Нутренне напряженном звучании, в ии» тонациях; связанных е живой, разтоворной речью. Автор поэмы «Рабочий день», опиралеь в своей работе Ha традиция Маяковского, творчески, новаторски yCваивавт их. а не механически копирует, Вог почему родетвенная по духу творчеству Маяковского, написанная под его могучих влиянием поэма «Рабочий день» является в То же время произведением новатореким и самобытным. В повой поэме М. Дуконина «Дорога к утру» («Новый мир», № 5, 1950 г.) правдиво отражен огромный жизненный опыт нашей мододеныг. реалистичерви oss печатлены ее тероические качества, блатородетво ве устремлений, ее борьба с силами фаптистекой реакции и мракобесия. Неларом «дорога к миру-—лучшее из путешествий», Мы вилим в авторе художниRa, обладающего свежестью восприятия, итротою взгляда, емелостью подлинного новатора. Есть в поэме та подкупающая некренность, OTRDOBSHHOCTH, безыекусвенность, которая заставляет читателя верить в созданные художником образьь в Хо пинениую реальность; Те! более лосадно, что в поэме зачастую бросается в тлаза «растрепанность» сти3, иобоожность, противоречащая ^ лучщих традициям русской поэзии; мы обнаруживаем здаеь номало погремноей и недоделок. Автор, как нам кажет(д, снова увлекся сздевь нарочитой «ироззизацией» стиха, местами прибеднил 610, пригичнал его звучание, 2 Пообходимо подчеркнуть во избежание ивлоразумений: когда мы товорим о «прозаизании» стиха, то имеем в виду не такие особенности и достоинетва прозы, как повествовательное начало, реалистическая развернутовть образа и. характера, точHOCTh и четкость изложения, определенность в построении‘ сюзета — все то, что полне закономерно может входить и входи в поэтическое произведение. Мет, та «прозаизация», которую мы имеем в вилу, носит иной характер и выражается в ослаблении ритма, Rak «основной . силы иновной энергии стиха» (Маяковский), в обеднение и приглущенности всето ого «звукового качества». После Знаменки ‘наша бригада Продолжает все вперед продвигаться, Наши танки у самого Кировограда, Бригада скоро будет кировоградской, Сема дошел до родимого, места. Волнуется. М меня беспокоит все это. Мне кажется — его онемеченная невеета Вудет снова расцелована и согрета. «Бригада скоро будет кировогралской» — здесь ритм настолько ослаблен, что ero пулье почти совершенно перетает прошупываться; стихи воспринимаются, как вялая проза: Этому виечатлению способствуют и такие почти канцеЛЕНИНГРАД. (Ham Kopp). Пачались отчетно-выборные собрания творческих сет ций Ленинградского” отделения ССП. На собрании драматургов © отчетным докл? ты оба а ПРА: ДЕ в дом выступил Б. Чирсков. Отметив идейнех er jae Neel unt вост ленинградских ААА тт ный и творческин рост ие”. драматургов, он указал, однако, что они nce еше не смогли ликвидировать некоторое отставание от общего уровня с9` Эта склонность к «разным разговортивзм», подменяющим наш чистый, ясный язык, нарочитое ‹опрощение» и «прозаизация» стиха, приводящая к его раехлябанности, разболтанности, He могли не епизить художественного качества НоЭМЫ «Кремлевские звезды». Во многих отнотениях с этой поэмой схожа поэма ВБ. Филипиова «Каспийская роза». В поэме Б. Филиппова чуветвуется любовь к Каспию, к Астрахани, к рыболовецкому промыелу. Именно этим определяются лучшие стихи поэмы Б. Филипиова. Но несмотря на ряд удачных мост, в которых Волга, природа Каспия, творческий труд его людей опиеаны с подлинной увлеченноетью и подъемом, поэма весе же далеко не во воем удовлетворяет нашего читателя. Тероиню своей поэмы — молодую рыбачку, «красавицу Марию» — автор рекомендует как новатора производетва, как человека большого творческого размаха, но именно только рекомендует, а не показывает, не изображает ее сфодствами поллинно хуложественной фечи, ..И девятнадцати не дать Красавице Марии. Конвейер прямо к ней бежит, Ренной прохладой вея, Идея ей принадлежит Использовать конвейер Не просто по инструкции, А творчески, с расчетом. Чтоб больше. дать продукнии, Сработать, как по нотам... 0 языке этих стихов можно сказать, что он «нрозаичен» в самом плехом смысле слова. При помощи такого казенного, невыразительного, неноэтического языка невозможно ясно и живо нарисовать индивидуальный, неповторимый образ героини. Автор поэмы ограничивается простой констатанией факта, он сообщает, словно прихлопнув печатью в конце станхартной справки; Идея ей принадлежит Использовать конвейер, Разумеется, язык справок и анкетных данных мало пригоден для изображения характера советского человека BO воем ого внутреннем богатстве. Столь же невыразителен н образ секретаря райкома Смирнова. Он позаботился © TOM, Чтоб массы поняли резалку. Тогда все цифры старых норм Действительно пошли насмарку.. Такой язык скорее подходит длЯ Beдометвенного отчета, нежели для поэмы (да и рифмы здесь весьма неулачные; «том — норм», «резалку — чаемафку»). - Нередко в речи автора обнаруживается явное пренебрежение к культуре PYCCROго стиха, Иногда поэт как бы насильственно вколачивает слова в рамки PAT: ма, нарочито подгоняет их «пох рифму»: это лишает стих той непринужденности, естественности, и выразительности, которые присущи художественно зрелым позтическим произведениям. И здесь рукоплесканьем зал Согласье с Машей показал. Зал показал соглаеье! Подобными - укложими оборотами пестрит речь автора, В статье «А что вы пишете?» Маяковекий говорил по новоду некоторых стихотворных произведений; «Не сразу разберешь, Te кончается поэзия и где начинается ведометвенный отчет, только Ha веякий случай зарифмованный». Поэма перегружена местными, областными речениями, и это ‘создает дополние тельные Трудности, ДлЯ читателя. Но дну чапуры чапают Аршинными ногами... «Чапуры чапают» — если даже иной любознательный читатель. желая отыскать смыел этих слов, и обратится к четыфехчомному словарю Д. Ушакова, то и там он не обнаружит этих слов. А в этой поэме немало таких «чапающих чанур». лишь изредка снабженных пояснительными примечаниями! Как видим, в произведениях некоторых наптих поэтов сказывается в той или иной мере ‘недостаточно бережное отнонтение к слову, к стиху, недостаточная забота 0 художеетвенной завершенности произведения. Творчество лучших русских поэтов == от Пунишина до’ Маяковекого— ‚воспитало у наших читателей такие вы» вокие вкусы, запросы. требования, такую взыскательность, которая не сможет удовлетворитьея стихом «опрощенным», прибедненным. Если говорить о современной советской поэзии, то надо отметить, что в лучших произведениях М, Исажовекого, А. Твардовского, 0. Маршака и ряда других поэтов простота и доступность сочетаются с поддлинным маелерством, чуждым, с одной стороны, нарочитых «изысков» и «украшательства», & с другой — нарочитого «оирощения», нарочитой «прозаизапии», «принижения» стиха. Нына критика ее не занялась вплотную вопросами мастерства, формы, и до нелавнего времени этими вопросами занимались формалисты, пытавииеся трактовать их с идоаниетических реакдионных позиций. Вопросы мастерства еще не стали в центре внимания нашей критики. Денларируя о необходимости решения этих в9- просов, она еще не сумела вплотную подойти к ним в своей повседневной” практике, Но ведь тем самым и поощряется работа небрежная. несовершенная. Oana из непреложных задач нашей критики — прививать уважение к русROMY стиху, к его культуре, в его замечательным достижениям. лярские обороты речи, как «его невеста будет расцелована». Ритмической — аморфности, зачастую сказывающейся в поэме, бедности многих рифм («сломалось — испугались», «деревъя — движенья», «руды — полеекунды» ит. п.), приглушенности звучания стиха во многом соответствует и язык, поэмы, порою неточный и неясный, местамн —- нарочито неуклюжий, Иногда автор пропускает необходимые части предложения: К губе подбегает горячая роесыпь, Языком её -— солоноватая жидкость. Такого рода неправильно построенные фразы, в которых почему-то исчезло сказуемое, звучат, как нарочито изуродоваяные. Река заблестела. впереди полукругом, На мосту копошится кипящая масса, Ломятся, оттесняя друг друга, Как мальчишки после уроков из класса. Автор и здесь не договаривает какихто явно необходимых слов, строит свою фразу произвольно, не считаявеь е существующими нормами языка, в результате чего создаются неуклюжие и странные обороты речи, «Борьба за чистоту, за смысловую точность, за остроту языка весть борьба за орудие культуры», — говорил Горький и настаивал на необходимости отбирать «из речевого хаоса наиболее точные, яркие, веские * слова...» Вот такой отбор’ мы не всегда обнаруживаем в Новой поэме М. Луконина, Откуда же берется эта «неприоранность» авторской речи? Предпосылки ee ясны; это — стремление быть как можно ближе к правде жизни, к живой, pasreворной речи, Один из героев поэмы, paдист, говорит товарищам, «оправдываясь, несмело»: ) ведь так, есть такая разговорная мода... Й сам автор в стремлении сохранить Ontтовой говор CO воеми его неувлюжими оборотами, ошибками и промахами мог бы сказать вслед за своим героем: «Я ведь так, есть такая разговорная мода». Ho нельзя подменять чистый и прозрачный, мошный и точный русский язык такого pola неуклюжей «разговорной модой», Мы понимаем стремление поэта к тому, чтобы его стих звучал просто ‘и естественно. чтобы он был лишен вакой бы то ни было условности, «украшательства» (именно этим определяются многие худозкественные достоннетва поэмы). Но птростота стиха зачастую переходит здесь в упроненность, в нарочитую его «отоленность», ! В ешо большей степени сказывается это стремление к нарочитой ппозаизации, опрощению стиха в поэме Г. Горностаева «Кремлевские звезды» (журнал «Октябрь» № 3, 19459). Автор поэмы «Кремлевские звезды» занечатлел некоторые существенные черты нашей действительности. Поэма во многом своеобразна и отиюдь не может очитатьея энигонской, как полагаля иныб ев критики. В лучших главах (например, «В ночь под новый год», где описывается ветреча лирического героя позмы в мастеpoy Храповьци) обнаруживается riyio7 кое знание автором жизни героев” нашето времени, умение раскрыть их образы в действии, в труде. Именно в этой главе мы чуветвуем блатотворное влияние творчества Маяковекото: она написана сильным, энергичным стихом. Близость этой главы к тверчеству Маяковского не только ничего не отнимает у нее, но, наоборот, способствует наиболее яркому и сильному проявлению авторской индивидуальности. Олнако учеба В. Горностаева у. Маяковского не всетла последовательно связана с той кровной заботой о мастерстве, которая так характерна для лучиюго, талантливейшего поэта нашей эпохи. Этим и определяется внутренняя неравноценность поэмы: наря” лу с главами, в воторых наши люди и их лела запечатлены реалистически правливо и проникновенно, в поэме есть главы и натуралистически описательные, и ведометвенно протокольные, отражающие только внешние чёрты ‘затронутого материала. О самих людях говорится мельком, наспех. Именно в этих главах появляется сухой. невыразительный язык. И вот забой. Что за шум? Как это чудо опишу? Тут обушком не колупай! Величиною с хлебный - в забое угольный комбайн вращает зубья-гребни... „.А уголь, повиляв по штрекам, падает в вагончик. Уже потряхивает его на стрелках. Но цикл еше не окончен... В таком же духе и далее автор описывает этот производственный «цикл». Конечно. язык такого. рода популярнотехнического описания производственных «пиклов» Ни в малейшей мере не может удовлетворить читателя, В поэме чувствуются небрежность, неряшливость, нодостаточная требовательность к слову: ; Язык произведения не может не вызвать нареканий. Некоторые стихи можно охарактеризовать словами самого автора о налпиеях на балках, сделанных строите» Разные разговорчики, большей частью неразборчиво. ЗНАНИЕ ИТАН ветской драматургии. В работе собрания принял участие председатель комиссии по драматургии ССП CCCP Б. Лавренев. В своем выступлении он поставил перед драматургами Ленинграда задачу углубленной работы над формой и языком произведения, Избрано бюро секции, вошли: М. Казаков, С. Кара, +1. Левин, Вот один из рисунков, где хуложник стрированных Евниг, посващенных стрированных внир, посращеонных ЖИЗНИ и делам наших современников, все-таки мало. Работа Н. Жукова показывает, какие широкие творческие возможности открые ваютея перед иллюстраторами современной художественной литературы. В основе таких работ должно лежать He только серьезное изучёние литературного текста, но и глубокое знание самой жизни. Иллюстратор советской литературы — это созвтор писателя, помогающий читателю в0с= принимать образы книги во всей их жизненной конкретности и достоверности. Надо надеяться, что Государственное издательство художественной лётературы приложит все усилия, чтобы новое излание «Повести о настоящем человеке» явилось образцом подиграфичеекого искуез ства. Инициатива Гоелитиздата, _ привлекающего к иллюстрированию книг воветских писателей крупных художников, заслуживает всячеекой поддержки. Тем foлее, что издательство «Советский писатель», насущная задача которого — заботиться о популяризации еовременной соBOTCKOH литергтуры, прививать к ней любовь широких читательских маее, вое еше зачастую выпускает КНИГИ, бледные Hg своему оформлению и в подавляющем большинстве случаев вовсе лишенные иллюстраций. ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА № 10 25 января 1951 г. 3 передает душевное состояние Мересьева, вынужденного бездействовать в тяжелые для Родины дни. Мысль o том, чо он никогда уже больше не сядет за штурвал самолета, приводит его в отчаяние. На рисунке не показано лицо ‘этого ейльного человека, который незнаком с малодунием, больше всего боитея жадости о со стороны окружающих и поэтому скрывает от них свое состояние. Но весь o6- лик Мересъева, судорожно сжатые пальцы ‘его рук, охвативших голову, «передают тлубину горя летчика. Охнако советский человек не одинок, товарищи думают о нем, помогают спраBUTKCH го евойм несчастьем. На одном из лучиих рисунков вниги мы видим, Kak преобразилея Мересьев, когла комиссар Воробьев подал ему мысль 0 возможности вернуться в авизцию. Сама жизнь подсказала художнику выражение устремленных вдаль, загоревшихея надеждой глаз летчика, очень естественное, упругое движение человека, неожиданно почувствовавшего of‘ромный прилив сил. В этом рисунке Жуков правильно раскрывает взаимоотношения Мересъева и комиссара Воробъева. Облик настоящего большевика, служившего для окружающих его людей неиссякаемым — источником творческой энергии и оптимизма, является подлинной находкой художника. Образ комиссара проходит через многие иллюстрации книги. Спокойное, открытое лицо ОБРАНИЯ ТВОРЧЕСКИХ СЕКЦИИ в состав которого! М. Дудин ОТЧЕТНО-ВЫБОРНЫЕ © И, Луковский, А. Мничковский, Б. Чиреков, Д. Шеглов (председатель). На отчетно-выборном собрании’ секции поэтов с докладом выступил В, Лихарев, рассказавший о работе бюро секции и деятельности ленинградских поэтов за истек: гие лва гола, В еоетав бюро секции избраны: И. Авраменко, О. Берггольц, Н. Браун, М. Дулин (председатель), Б. Кежун, `А. Решетов, И, Садофьев,