Езетхан УРУЙИМАГОВА
	«Товарищи пассажиры, подъезжаем к
столице нашей Родины, Москве...»

Много раз я слышала эти слова, но
каждый раз по-новому переживаю их.

В купе нас четверо. Все — мои земляки­осетины.

За два дня пути мы успели сдружиться,
Я узнала, что летчик из далекого горного
аула Карца в 1941 году окончил с отли­чием летное училище, на фронт ушел
зладшим лейтенантом, а пришел с фронта
подполковником, Сейчас он возвращается
из отпуска.

Молодой человек в кожаике — из села
Эльхотова. Он окончил Ленинградский
трный институт и теперь едет в Сверд­ловек, как он говорит, «поучиться пекус­ству уральских горняков».

Третий спутник-— прославленный звенье­вой колхоза «Светоч», Герой Социалистиче­ского Труда.

— Я знал вашего отца, — говорит звепье­вой, обращаясь к молодому инженеру, — сн
был близким другом Орджоникидзе. В ночь,
когда отряд Шкуро подходил к Владикав­казу, погиб ваш отец.

— Орджоникилзе тотда сказал слова,
которые я запомнил на всю жизнь —
продолжал звеньевой. — Серго говорил, что.
мы будем жить в такое чудесное время, что
сама смерть отступит перед нашим сча­(THEM...

— Смерть,;— повторил летчик задумчи­в0,— прав был Серго — я был свидетелем
того, как смерть отступала перед нами...

Выхожу из купе. За окном — пригороды
Москвы.

„..А может, действительно не было у мо­его маленького народа стратиного прошлого?
Земля? Я вспоминаю кусочки земли. заце­пившиеся Ha горных откосах, которые в
бурю проваливались в безлны. Люди? Мо­Земля моя — Хакассия — до Великого
ктября не была обозначена на картах.
Й самого слова хакас не существовало —
его заменяло слово «инородец».  Горстка
нарских чиновников, ХИЩНИКИ-КУПЦы
(прообразы Прохора Громова, описанного
Шишковым в «Угрюм-реке») да тучные
баи сосали кровь трудового народа.

Хакассия моя была каторгой. fla, ca­мой страшной каторгой, где томилиеь в
згнании сыны и дочери русского наро­да. Вот как писал о старой Хакассии рус­ский писатель Сергей Елпатьевский:

«От Саянских гор, что полукругом обо-.
шли широкую степь, до темных лесов, 0б­нявиих ее с севера на сотни верст, не­скончаемой вереницей тянутся десятки ты­‘яч могильников, степь пуста и тиха.
Только саянский орел медленно плавает в
Иней выси безоблачного неба да Енисей
ухо плешет сонной волной»...

Так было.

Сегодняшняя Хакасская автономная 0б­ласть —— это бескрайние поля пшеницы и
тучные стада в колхозах и совхозах, это
перекличка гудков заводов, шахт, рудни­ROB, возникших в горах, в тайге и степи,
э угольная кочегарка края, это стройки
	Хачим ТЕУНОВ

Родной

русский
ЯЗЫК
	Наш народ из поколения в поколение
передает изречение прозорливого мудреца
Дпноана Бжихатлокова, сказаняое им пять­сот лет назад. Вот они. сохраненные ве­ками в народной памяти слова, которые
выражают веру в русский народ, в его
красоту и благородство: «С холодных до­лин севера придет в Кабарду одно племя.
Люди этого племени будут добрыми и блА­городными. Волосы у них будут светлыми,
как солома сжатой пшеницы, ное — вздер­нутый, а глаза — такого цвета, какой
имеет небо в ясный день. Не покидайте
своей земли, берегов реки Баксана; не
уходите от русских. Они булут нашими
	Цветут сады Советского Союза, общит­ные и красивые, ароматные и величавые,
цветут и обильно. плодоносят.
	Никакой литературный сад в мире,
	больше того, все литературы мира, вместе
	взятые, не могут сравниться с советскои.
Нели даже не касаться главной черты со­ветской литературы — ее идейности, целе­устремленности, народности, а взять только
национальный состав ее творцов и народы,
которым посвящены ее произведения, ни­какая другая литература не может
сравниться с ней. В прекрасной плеяде
больших советских писателей — русские:
Миханл Шолохов, Алексаняр Фадеев, ка­зах Мухтар Ауэзов, армянин Аветик Иса­зкян, узбек Айбек, украинец Корнейчук,
литовец Венцлова, латыш Фацис, грузив
Леонидзе и многие другие.
	онаменательно и примечательно не толь­ко это. Маленькие народы, которые треть
века назад не имели печатной литературы,
за немногие годы взрастили таких талант-.
ливых писателей, как адыгеец Тембот Ke­рашев,  кабардинеи  Алим  Мешоков,
аварец Расул Гамзатов, осетин Дабе Мам­суров. Как могло произойти, что беспись­менные в недалеком прошлом народы те­перь имеют всесоюзно известных писате­лей? Их поила своей животворяшей вла­гой наша великая река, они питались
живительными соками ни с чем не
сравнимой великой русской культуры и
литературы. Они ее сыновья!

 
	Когда сидишь И пишешь на своем рол­HOM кабардинском языке, часто думаешь
о том, как обогащает тебя, писателя, рус­CRHH ЯЗЫК.
	Какое громадное, счастье приносит Тебе
	знание этого языка. Поистине этот язык
велик и всеобъемлющ. Все можно постичь,
зная его! Любая область науки, техники,
искусства, все области человеческой куль­туры раскрывают свои тайны перед тем,
Кто знает великий русский язык.
	Мне хочется повторить велел за Эффен­лодые девушки, проданные богатым стари­кам. Обездоленные сироты и отчаявшиеся
вдовы, которые бросались со скал, прини­мая смерть с радостью, ибо жизнь была
страшнее смерти. Ужасы кровной мести,
	воторая пожирала целые фамилии. Какой
нитью соединить это страшное прошлое
Осетии с Тимирязевской академией, где
осотинка защищает дисеертанитю?..
	— Скажите, что вы чувствуете, вот
сейчас, полтезжая R Morrne? w+ naarearse
	усичас, подъезжая к Москве?..— раздается
за спиной молодой звенящий голос.

Я оглядываюсь. Девушка, натягивая на
руку варежку. говорит:
	—щ Я знаю вас, я тоже осетинка... Пер­вый раз в Москве... Я буду учиться в
консерватории. Давайте выйдем вместе.
	Опа прижимается ко мне, и, кажется,
что я слышу биение ее сердца.
— Я тоже волнуюсь, так же, как и BHI,
	всегда волнуюсь, — я беру ее за руку, как
ребенка. .
	...Вурский вокзал. Мелькают белые фар­туки носильщиков. Ослепляет свет. Алмаз­ной россыпью сверкает снежная Москва.
	—щ Вот она какая! В феврале мне ис­полняется восемнадцать лет,-—и я буду
	впервые голосовать, — торопливо гово­par девушка, будто боится растерять
слова.
	Я сажаю ее в такси и смотрю вслед...
	Скажи, Москва! Каким именем может
называть тебя эта девушка с гор, перед
которой так светла жизнь и столько. на­дежды впереди?
	Подписание декрета об образовании
Татарской , АССР. Репродукция с картины
художников 41. Фаттахова и Х. Якупова.
(Всесоюзная художественная ° выставка.
1950 года) :
	  ~~ H. KA3AKOB
	Марийская быль
	Осенью прошлого гола мне  поишлосЕ
	опобывать за тысячу верет от своей Mapuii­ской автономной республики — в район­ном центре Калужекой области, поселке
Износки. В прохладное ‘ноябрьское утро
собрались трудящиеся района на откзы­тие памятника Сергею Суворову. Сергей
Суворов — Герой Советекого Союза. вос­питанник комсомола, двадцатилетний ма­риец из Косолаповекого района. Герой-ав­томатчик храбро сражалея за освобождение
Износковского района от фашистских за­XBATURROR...
	Когда открывали скромный памятник
Суворову, был митинг. Слушая BEICTYHAe­ния ораторов, я не смюг скрыть” своей гор­дости и за счастливое совпадение ana
лий русского полководца и марийского
воина и особенно за то, что героя марий­ского народа чтут русские братья.
	Мы, марийцы, очень гордимся своей
дружбой с великим русеким народом. Бла­годаря его огромной помощи, благодаря
неусыпной заботе партии Ленина—
Сталина. напг народ ликвилировал свою
вековую отсталость и сделал невиданные
исторические успехи в строительстве ко\-
мунизма.  

- Вто бы мог подумать раньше, что сын
MHOTOLeTHOTO — марийского крестьянина
В. П. Мосолов станет ученым, академиком,
одним из пламенных пропагандистов уче­ния Мичурина-—Вильянса—Лысенко? Ето
бы мот подумать ‘в царские времена. что
Из среды забитого марийского народа вый­дут замечательные новаторы производства;
талантливые композиторы, писатели, ар­тисты? :

В нашей республике много колхозов,
где дружной семьей живут и работают
марийцы и русские. У них единые думы,
единая, полнокровная жизнь. Тщетно пы­тались буржуазные националисты и иные
врати советского строя посеять националь­ную вражду межлу народами нашей вели­кой Родины. Не вышло и никогла не вый­дет! . .

Мы глубоко верим русскому народу;
любим его и во всем стараемся слеловать
его прекрасному примеру. Пот. руковол­ством партии большевиков. великого вож­дя и учителя товарина Сталина народы
нашей страны строят светлое здание ком­мунизма. И как всегда, в авангарде этой
стройки илет славный русский нарол. .
	_МАРИИСКАЯ АССР
  ) м
Н. ДЬЯКОНОВ
	ОГНИ ТУНДРЫ
	До Октябрьской социалистической рево­люции трудно было среди коми отыскать.
грамотного человека; не было у. нас пись­менности;  искуество и литература жили
только в устном народном творчестве.
	Великий Октябрь принес свободу и проз
цветание нашему краю. В республико: воз­никли сотни школ, ‘десятки техникумов;
два театра, художественный и краеведче­ский музей, музыкальная школа и учи­лище, дома культуры, клубы.

В республике выросли вациональные
писатели, произведения которых переведе­ны на русский язык: роман Васплия
Юхнина «Огни тундры», пьеса «В пред­торьях Тимана» Г. Федорова. Молодую
поэзию успешно развивают поэты Михаил
Лебедев, Лимитрий Конюхов, Серафим
Попов и другие.

В декабре 1950 года наш национальный
театр праздновал -свой  двадпатилетний
юбилей. Многие работники тедтра удостое=
ны высоких званий заслуженных арти­сетов РСФСР.
	Мне, сыну бедного крестьянина, удалось
осуществить свою мечту — получить епе­циальное. театральное образование в городе
Ленина и впоследствии стать режиссером
и актером республиканского. драматическо­го театра, стать драматургом, Следуя ве­ликим образцам — творениям Пушкина;
Гоголя, Островского, Горького, изучая co­ветскую драматургию, мы, молодые драма­турги коми, создавали первые ‘пьесы для
своего нарола на его ролном языке,
	CCP
	ПЕСНЯ 9 СТАЛИНСКОЙ ДРУЖБЕ
	 
	Ахмет ИСХАКОВ
	Товарищ, в какие б ни шел ты края,
пока ты в Отчизне своей,

везде тебя встретят улыбкой друзья,
везде ты отыщешь друзей!
	Неважно — татарин ты или казах,
	бурят ли, якут ли, узбек, —
	Петр КИРИЛЛОВ
	коль паспорт советский ты держишь
в руках,
значит, ты — свой человек!
	И дружбу народов в Отчизне труда
столетья не разорвут!

Не зря нашу дружбу везде и всег
Сталинской дружбой зовут!
	Перевел с татарского
ТАТАРИЯ Вадим СИКОРСКИЙ
	(Сбылась наша сказка
	избушки  крупинки мерзлого снега, и,
казалось мне: Горе плачет на холодном
ветру и стучится к нам. Мать, чувствуя
мой страх, успокаивает меня:

— A TH He бойся, сынок. Это ветер...—
Она замолкает, и, немного погодя, я вновь
слышу ее тихий и ласковый голос. — Вот
вырастень, ‘станепть землю ‘пахать, и, кто
знает, быть может, твоя соха, сынок,
наткнется на то место. гле зарыто счастье,
и ты выпустишь его на волю. И тогда по­иному, совсем по-иному мы будем жить.
Тенлее станет светить солнце, земля по­кроется чудесными садами. и горе, злое
горе, навсегда покинет нас. Придет этот
день, сынок мой, придет.

И этот день пришел. Он пришел в Ок­тябре 1917 года, когда великий русский
народ под руководством партии Леннна—
Сталина установил советскую влахть.

Слезы радости текли. из глаз моей ма­тори  ога во январе 1918- года привела

 
	она Нас, ‘троих своих старших детей, ‘в  
	только что открытую в селе школу.

— Вот и. сбылась наша сказка, —сияя,
говорила она по-мордовски учителю, He­давно приехавшему в село. Учитель был
русский и не понимал слов матери, но он
понял ее чувства и, улыбаясь, повел нас
в класс, где его ждали уже десятки таких
же, как мы, белоголовых мордвинов. Так
или почти так было в сотнях и сотнях
мордовских сел и деревушек в первые же
месяцы. после революции.

Светлой жизнью живет сегодня мой на­род. эще светлее ето завтра!
	МОРДОВСКАЯ АССР
	А я каким тебя назову именем, Москва,
я — женщина с седой головой и юным
сердцем, которую ты вызвала из мрака,
сделала человеком?..
	СЕВЕРНАЯ ОСЕТИЯ
	$ ® >
Николай ДОМОЖАКОВ
	Моя ХАКАССИЯ
	Никогда не изгладится в мосй памяти
	сказка, рассказанная мне еще в детстве’
покойной матерью.
	«— Было у старухи Жизни две дочери.
Звали их Счастье и Горе. И хотя они бы­ли близнецами, но отличались одна от дру­‚гой, как яеный ‘день OT темной ночи.
	Вот дочери выросли, пришла пора выда­вать их замуж. ПосЛала мать их походить
по земле — себя показать и на людей по­смотреть. Много стран прошли они, моря
переплыли; реки пересекли и дошли до
мордовской земли.

Идут они по мордовеским лесам и полям,
идут, балуются. Взглянет Счастье своими
светлыми очами на человека, и У TOYO,
на кого она взглянула, душа светлеет, а
вели болен он; так хворь с него, как ру­кою, снимет. Но следом за нею всегда и
везле илет ее сестра Горе. Вуда ни сту­пит она. ге ни’ пройтет. — там толол. и
	смерть, болезни и мор.

” Узнали люди про сестер и стали хоро­ниться от Горя. Пропустят Счастье в дом,
в передний угол за стол посадят, а перед
Горем двери и окна закрывалот.

Возненавидела тогда Горе свою сестру
Счастье и однажды ночью, когда та спа­ла, связала ее и живую закопала в землю.
Закопала и тут же ослепла, потому что
прокляла ее родная маль.

И бродит с тех пор Горе в своих. лох­мотьях по нашей мордовской ‘земле, сея
вокруг болезни и смерть, голод и нужду».
	Слушал я сказку матери и в страх
жалея 5 ее труди. За окном выла метель,  
	бросая в стекла маленьких окоп. Waren  
	разработки новой системы орошения земель,
автора этой системы инженера Александра
Георгиевича Турбина, трудящиеся Хакассии
выдвинули кандидатом в депутаты Верхов­ного Совета Российской Федерации.
Слова — врач, учитель, инженер, уче­ный, писатель, артист, кинорежиссер, ху­ложник -—— не просто вошли в еловарь ха­RaccKoro языка. Это теперь профессии ха­касских мужчин и женщин. Классиков
марксизма-ленинизма, классиков русской
литературы и советских писателей хакас
читает на родном языке. Образы героев
Мольера и Шекспира, Островского и Горь­кого, современных драматургов созданы ак­терами Хакасского государственного драма­тического театра. Из среды нацтего наро­да вышли писатели и поэты. Их произ­ведения стали теперь достоянием всех со­ветеких читателей -—= в 1950. году издан
сборник «Поэты Хакассии», излан в Mo­скве, в издательстве «Советский  писа­тель». Хакасекая литература, детище
советской власти, неуклонно следует тра­дициям великой русской литературы.
Хакасы, возрожденные советской вла­стью, никогда не забудут бескорыстную
помошь великого русского народа. Дружба
	ганалов и гидростанций.

народов СССР — великая,

Всей стране известна наша опытная   СИла.
чанция орошаёмого земледелия. Пионера  ХАКАССИЯ

e¢¢ ¢
Леонид ЧАДАМБА

 

непобедимая

ди Капиевым: «Сын гер—я душой и
мыелями, всем моим существом русский
человек, и без русского языка, без рус­ской среды нет мне в жизни ничего род­ного».

КАБАРЛА
	Аскер ЕВТЫХ
	Охнажды мать сказала мне:
	— Вымой лицо и руки, пойдешь
	учиться в Мухамед-эфенди...
	Мысли перел выборами
	o

>
	Йстория освобождения тувинского наро­4 от вокового порабощения, славный
путь его развития в годы советской вла­ми связаны с именами великих вождей
трудящихся — Ленина и Сталина, с име­и великого русского народа.

Выражая чувства всего тувинского на­рода. поэт Сарыг-оол писал;
	Тува, страна моя _ родная,
познала ты и гнев и стон,

и в реки кровь со всех сторон
сбегала, волны обагряя,

но из неволи вывел нас

народ Руси,.в заветный час
свет Октября и свет Москвы
развеял мрак былой Тувы,
	9блик Тувы стал неузнаваем. Бывший
забитый тувинец стал счастливым  совет­скиМ гражданином, строителем коммунизма.

р голубых рек покрылея городами и
селами, колхозами, совхозами и МТС, пред­приятиями, школами, больницами. Бывшие
гочевники-араты перешли ‚на оседлый об­раз жизни. Шо колхозным полям ходят
тракторы и комбайны, по шоссейным до­рогам межлу горами мчатся автомашины.
	й вырос в братетве с советскими рус­скими людьми. Они “помогли мне учиться,
овладевать великой русской культурой.
При помощи русского народа’ у нас вы­релн новые люли — Герой Социалистиче­‘кого Трула Маалы Барынмаа, тракториет
Чавыдак, Герой Советского Союза Хомушко
	Чургюел-00л, артистка Каракые,  писа­тель Сарыг-0ол, учительница  Хорбии,
врач Сереккей, знатный летчик Чимит,
депутат Верховного Совета СССР рабочий
	Ондар, Серээ.

Русский народ высоко поднял знамя
освобождения трудящихся, дал человече­ству великих мыслителей, ученых, писл­телей. Мы ечастливы тем, что живем, тру­димся и побеждаем вместе с великим рус­ским народом, уверенно’ и радостно идем к
	коммунизму.

Тувинский народ, младший брат русеко­го народа, с величайшим воодушевлением
готовится к предстоящим выборам в Вер­ховный Совет РСФСР. Первым своим кан­лидатом мы называем имя творца нашего

счастья, вождя и учителя — великого
	Сталина.

Тувинский народ единодушно посылает
своим. представителем в верховный орган
власти Российской Федераций ° достойного
сына великого русского народа, неутоми­мого борца за социалистическое преобразо­вание Советской Тувы, товарища, Дьяко­ва Николая Яковлевича, секретаря 0б5о­ма партии. .

Трудящиеся Советской Тувы, голосуя за
кандидатов сталинского блока коммунистов
и беснартийных, будут голосовать за свое­го старшего ‘брата — великий русский из­род, за мудрого вождя и учителя, творпа
коммунизма, знаменоспа мира во всем ми­ре -—— великого. Сталина.
		дульской летописи
	Привозили кусок белой ткани, обмотанной
ВОКоУТ Головы, какие-то камешки, которые
	считалиеь целебными.
Tenepb мы направлялись в Москву,
	Ленинград, Ростов, праснодар; не пешком,
не расшрюдавая имущество, а по команди­ровочным удостоверениям, в вагонах. Мы
привозили юниги по земледелию, технике,
суперфосфаты, барометры, = календари...
Больные лечились в солнечных палатах,
у горячих источников,

Теперь наши дети отправляются в шко­лы, техникумы, университеты СССР, на
курсы комбайнеров и трактористов, брига­дироз и полеводов. ;

Ив Крым ездят — в Ялту, Алушту, Ар­тек, загорают, отдыхают.

РФ
	Русский ‘народ всегда был для моего на­рода образцом во всем: в’ героической борь­бе за советскую власть, за коллективиза­цйю, в Великую Отечественную войну...

Гошевнай Шовгенова — жена первого
коммуниста Адыгеи Моса Шовгенова, гор­ского комиссара, — бросила в 1918 тоду
гневные слова белобандитам;

— Я счастлива, что вместе с другими
лучшими людьми громила вас. белобанди­тов! И если бы начала жить снова, —
сделала бы то же самое!

В 1941 году, когда гитлеровцы окружи­ли Анлрухаева Хусена и крикнули «Руе,
	славайся!», — молодой адыгеец ответил
ИМ: °

— Русские не сдаются!

В такой часе человек говорит только

правду.
	Это и сказал мой соотечественник в ое
последний час.

..Я родился в ауле; который стоит в
прямоугольнике, образуемом слиянием Ла­бы и Кубани. С детства смотрел я на то,
как сходятся реки, и все хотел отличить,
где же тут вода из этой реки, а где — из
той... Но замечал я другое: слившись в
одно, мощный поток устремлялея к морю...

Вогла я вспоминаю эту картину, я ду­маю: вот так же сливается в одно и наша
сила;— в реликую русскую силу ручейка­ми и реками текут силы других народов,
а все это вместе образует мощную, . непобе­димую силу. Ее, как и море, не выпить и
не высушить никаким чудовищам, — 0ез­брежная, величественная будет жить она
из века в век, сила советская, сила KOM­мунистичеекая.
	АДЫГЕЯ
	Но, раскрыв ее, я прихожу в восторг:
— Пусть силь-не-е гря-нет бу-ря!..
©

Мой отец обезумел от радоети, научив­шись писать. Он ставил свой инициалы,
цифры, метки на всех вещах; на дверях
зеленой краской — его имя, на воротах
Красной краской — его фамилия, на колод­це — год постройки. Мать нолучает пись­ма из ‘дальнего аула, осведомляющие о
жизни и делах ее родных: Аромат новень­кого химического карандаша кружит мне
голову.

Я слаю экзамен за четыре класса. Меня
посылают в райцентр, где оформляют бу­маги в техникум, но мать, подумав, что в
городе я забуду и аул, и ее, и язый, и на­род, прячет от меня уздечку. Не дает уз­дечки и родственник. Если бы не Марья
Михайловна. наша учительница, я не уе­хал бы.
Жизнь стремительно движется вперед.
	Меняются люди: Важдый раз, когда-я при­езжаю на каникулы, я навещаю родствен­ников и родетвенниц. Совершив путеше­ствие по аулу, я иду домой. Мать усажи­зает меня за стол. но прежде чем подать
	ужин. нроверает.
	— У тети был?

— Был. , .

— Moca видел?

— Видел.

—- A Марью Михайловну навестил?

— Нет...

— Как же тебе не стыдно! Ты же зна­епть, что она для нас...
Так же я мог забыть, что Марья Михай­ловна — нам тоже родная!
& o
	Но меня обманули. Я пилил и колол
	в стадо коров, приносил воду... БВыете­rap Нас хворостиной, эфенди внушал:
«Повинуйся власть имущим». мы заду­мывались: кто власть имущие? Эфенди.
Его -сосед, владелец  молотилки. `Друтой,
имеющий отару овец.

Ho ‘есть в ауле другая школа. Над 065б­няком хана, бежавшего в Америку, колы­шется красный флаг. С крыльца сходит
не хан, который говорил: «Аульчане, имей­те в виду—поеле бога сразу же следую я,
	таков мой чин!», —C крыльца спускается
	наш сосед. В других зулах 0 нем расска­зывают странные вещи: будто он стал гяу­ром, за что бог наказал его—предеедатель­коммуниет провалился в землю по горло,
не может ни пить, ни есть... Но в нашем
пуле о нем не рассказывают таких вещей,
потому что все видят: не провалился он В
	землю, а уверенно ходит по ней, сильный’
и спокойный, друг безлошадников, враг
	«власть имущих». Он ме нам; «Де­ти, ‘скоро открою школу! Правда, у нас
	нет своих учителей-адыгов, но нам помо­гут русские... А потом и свои учителя по­ABATCH..

a
	Рано утром с правобережья спускается

русоволосый мужчина. Он строен и вы­сок. На нем старая буденновка, талифе,

солдатокие сапоги.
Напротив нашего двора — стог соломы.
	Человек в буденновке приходит сюда вече­ром, набивает соломой большой полосатый
	Melon.
— Што он? — спрашивает мать.
	Но я не знаю. кто он.

Мать берет иглу с ниткой, подходит к
незнакомому человеку, зашивает матрац,
спрашивает, кто он.

-— Я — учитель, — отвечает он.

— Чему учить будешь?

— Писать, читать, читать...

— Л ге живешь? ^
	Пока что нигде...
К пам или, — приглашает мать.
	Я -—— самый ечастливый мальчик в ауле:
у нас в доме живет русский учитель!

Книга Горького. И сперва мне кажет­ся: горек вкус самой книги,
	рая гАМмзАТОВ РУССКОМУ ТОВАРИЩУ
	Я повесть могу рассказать © себе,
	О тысячелетней печали.
_Не перья, а сабли в упорной борьбе
	Ее на зоиле написали,
	Я был онружен, и меня 0 не спасли
Ни меч мой, ни черная бурка.
	Но ты меня спас и свободу вернул,
	Ты вынес меня из пожарипь
И каждый тебе благодарен аул,
О, друг мой, о, русски товарищ!
	И если я страшен врагам вековым,
	И если дышу я свободно,
То этим я детям обязан твоим,
	о. русский народ благородный!
	В труде — ты учитель, защитник —— B
борьбе,

Где нужно, поможешь, поправишь.

- i
	en т м, 1> и

За это — спасибо, спасибо тебе,
О, друг Мой, о, русский товарии!
	ДАГЕСТАН Перевел с аварского
С ЛИПКИН
	Так, благодаря щедрой помощи русского
народа впервые в истории поднималось но­вое поколение адыгов, умеющих писать и
читать. Народ создал свою письменноеть,
педагогическое училище, а потом — ин­ститут. Государство снабдило адыгейских
учащихся одеждой, обувью, пособиями,
стинендией. Появились пишущие машинки
с алыгейским шрифтом. Литографский ка­мень передал Ha OyMary черты лица ново­го адыга — тракториста, пашущего землю.
Зазвучал па родном языке гимн «Интер­национал».
Кто был ничем, тот стал всем.
Когда-то наши предки, распродав иму­шество. ‘отправлялись в Мекку. Уходили
	мололыми, возвращались .постаревшими.
	Горяшими саклями, кровью в горах,
	Камнями суровой гробницы,
Копытами вражьих коней на полях
	Налисаны эти страницы.
	Я бился за волю родимой земли,
	Скача по хребтам и ущельям.
Не с леснями к нам англичане пришли,
	И турки пришли ве с ресельсм.

К нзм в горы, как воры, британцы
пришли,

Пригнав и разбойника-турка,
	ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА
	№ 16 8 февраля 1951 г.