` Находки в пустыне Гоби
		Фильм сделан в институте
	В Палеонтологическом музее Академии
наук CCCP недавно начали собирать
скелет траходонта. Его решили устано­вить в просторном зале высотой в пять
се половиной метров. Но уже на первом
этапе работ стало ясно, что этот гигант
может быть экопонирован лишь в вести­бюле — для него понадобилось помещение
высотой более 6 исллиной в 10—12 мет­DOB....
	Чтобы попасть в Москву, в старинный
дом на Калужской улице, скелет трахо­донта, жившего десятки миллионов лет
тому назад, соверлгил путешествие из пу­етыни Гоби. За три года работы экспеди­ции советских палеонтологов в столицу
доставлено 130 тонн редчайших коллек­ций: четыре полных скелета исполинских
динозавров (они имеют в длину 14 и в BHI­соту б метров); пять скелетов более мел­ких динозавров, в том числе двух пан­цырных; огромных размеров черепахи;
остатки гигантских носорогов, жирафов и
свиней, птицы фороракуе в человеческий
рост; яйца динозавров. Все эти находки
имеют больитое научное значение.
	Пустыня 10би издавна привлекает уче­ных всех стран: это суша, He затоп­лявшаяся морями на протяжении послед­них ста миллионов лет. Естественно было
предполагать, что именно здесь могли ©0-
храниться остатки хревнейших животных;
Первое выдающееся открытие в этой 0б­ласти сделал в 1892 году тогда еще мо­подой русский ученый Владимир Ada­насъевич Обручев. Во впадине Кульджин­Гоби (Внутренняя Монголия) он обнаружил
кости ископаемого носорога. Эта находка
не давала покоя американским бизнееме­нам от науки. В 1922 году им удалось,
наконец,  снарядить сюда экспедицию.
Воспользовавиииеь гостеприимством MOHTO­лов, американцы произвели раскопки и
нашли несколько кладбищ ископаемых
позвоночных. Чтобы запутать следы
	поисковых работ, американцы оставили
нелепые записи, по которым невозможно
было определить географическое положение
обнаруженных кладбищ; такая-то миля по
спидометру — автомобильному счетчики,
или такая-то миля. от бивака экспедиции,
Откуда велся счет по спидометру и
гле был бивак, осталось тайной.
	Но позднее развернуть работы aMe­риканцам не пришлось. За обман и зл0-
употребление ловерием они были изгнаны
из Монгольской Народной Республики... ®

По просьбе правительетва МНР в пу­стыне {10би начали работать в порядке
культурной помощи советские научные
экспедиции. Наши ученые, преодолевая
	большие трудности, углубились в пустыню
и открыли богатейшие скопления ‘костей
ископаемых позвоночных. Уже в первый
послевоенный год группа советских пале­онтологов во главе с нроф. И. Ифремовым
произвела рекогносцировочное — обследова­ние обттирной территории пустыни. В сто­лице МНР Улан-Баторе в помощью совет­ских ученых был создан палеонтологиче­В аудитории идет лекция, Профессор стоит
‚у стеныие. длинной указкой, сопровождая
чтение курса показом диапозитивов,

‚Белая стена служит экраном. Аудитория
не затёмнена, но дневной свет не мешает
демонстрации диапозитивного фильма и в
то же время дает возможность студентам
вести свои записи, Кадры меняются авто:
матически. Профессорская указка соедине­на шнуром с проекционным аппаратом. На

учке указки две кнопки: белая и черная.
тоит нажать белую кнопу, и на экране
появляется новый кадр. Если же лектору
нужно повторить уже показанный рисунок,
он нажимает черную кнопку, и диафильм
движется в обратном направлении.

Но лектор может обойтись и без указки.
На кафедре устанавливается пульт управ­ления, и таким же нажатием кнопок дости­гается смена кадров.

К этому аппарату сконструирован и дру­гой оригинальный прибор для автоматиче­ского производства диафильмов, Любой
ассистент — любитель Фотографии, засняв
	ский отлел Государственного музея, Бот
рый получил ценнейлгие экспонаты.

В дальнейшем советские ученые [Baw
ды подолгу работали в пустыне Гоби. Выз
хающиеся результаты были получены в
торном массиве Нэмагэту, расположенном
на западе от самого южного монгольского
аймака Далан-Цзадагад («70 источников»).
Здесь экспедиция проф, Ефремова обнаруз
жила величайшее в мире ‘кладбище иско­паемых ящеров-динозавров, живших 65
миллионов лет назад. В одной из впадин
было одновременно найдено десять скеле­тов. Три года спустя, вернувитись в эти
места, палеонтологи извлекли из промоин
«Могилы дракона» шесть скелетов испоя
линских  траходонтов, сохранившихся 6
отпечатками кожи, что является  редчай­шим случаем. Скелеты залегали в твер
дых пеечаниковых плитах, Чтобы тране­портировать их, пришлось с помощью ле­белок спустить в ущелье грузовую автома­шину, которая курсировала по сиециальне
прорубленной дороге. Тяжелые ящики ©
остатками древних животных поднимали
на поверхность и по бездорожью нереправ­ляли на главную базу, отетоявшую за ты­сячу C лишним километров. ‘
	В Восточной Гоби на плато Баин-ширэ
(«Богатый стол») участники экспедиции
нашли скелет огромного панцырного дино­завра и, расширяя поиски к западу, отко­пали гигантских млекопитающих — тита­нотериев, населявших эти места 30 мил­ионов лет назад, носорогов, хищных сви­ней — энтелодонтов. ископаемых черепах,

Исслелуя Заалтайскую Гоби;  ечитав­шутюся недоступной, безводную, лишенную
растительности местность, ученые-энтузи­зеты и их неутомимые помощники — экс­педиционные рабочие и шоферы obnapy­жили на ее восточных окраинах остатки
не известных ранее млекопитающих-—ди­ноцератов‚ живших здесь 65 миллионов
лет тому назад. В районе города В0бдо и
далее к югу от Монгольского Алтая пале­онтологам посчастливилось найти остатки
гиппариона — трехпалого предка лошади,
древних носорогов, жирафов и верблюдов.
Эти животные некогла обитали в Индии,
Западной Сибири и Казахстане.

Сейчас в Москве началась обработка
собранных материалов.
	Участники экспедиции проф. Ефремова
заявляют: есть все ‘основания полатать,
po загадочная древняя фауна разнообраз­ных млекопитающих Южной Америки,
считавшейся самостоятельным центром
развития, повидимому, имела связь с цент­рально-азиатеким материком. По наблюде­ниям советских ученых, костеносные отло­жения простираются далеко в глубь внут­ренней Монголии и Западного Китая, &
Тибету. Дальнейшее изучение этих несемет­ных палеонтологических богатств Централь­ной Азии представляет собой увлекатель­нейшую и в то же время сложную проб­лему, решить которую можно объединенны­ми усилиями ученых ОССР. Китая и МИР,
	А. СИНЕЛЬНИКОВ
	Ч. НОГИНА
	Необыкновенная
история
	«Старая Русса — древнейший город Py­си. Его основание теряется в глубине ве­ков. Судьба его необычно трагична: то его
уничтожали вражеские набеги, то пожары,
то моровые поветрия. Но после каждого
белетвия Старая Русса возрождалась краше
	  прежнего: накапливала и совершенствовал
ла своеобразную, имеющую народные

Корни сказочную архитектуру Северо­западного края».
Эти слова взяты из пояснительной 3a­писки к генеральному плану застройки и
воестановления Старой Руссы,  составлен­‘ной еше в 1944 году. Прошли годы. hax
	же рос город, как застраивалея после Pas­рушения его гитлеровцами?

OT самого вокзала до здания горис­полкома без плана расположились наснех
сооруженные дома и бревенчатые построй­ки самых различных типов.

Оказывается, Старая Русса все эти го­ды росстанавтивается без генерального
плана, на-глазок, по вкусу застройщиков,
Чем объяснить это необыкновенное для на­шего времени явление?

У вопроса есть своя длинная и странная
история. Как только город был освобожден
от фапгистских захватчиков, правительство
выделило средства на составление  гене­рального плана восстановления Старой
Руссы. План этот своевременно, почти семь
лет назад, заказали Леноблироеклту.

Архитекторы и планировщики быстро
выполнили задание; Леноблироект нанра­вил свою продукцию в Старую Руссу.

Сначала генплан — все два десятка
чертежей — рассматривали в городе, затем
в области — в Новгородском отделе по
делам архитектуры, оттуда его переслали
в Управление по делам архитектуры при
Совете Министров РОФСР. Во всех этих
организациях внесли замечания к пла­ну. А затем ero вернули в Денобл­проект — надо доработать.

Что оставалось сделать? Быстро испра­вить план, учесть замечания.

Но вот миновал гол. В Старой Pycce с
понятным нетерпением ждали генплан: па­до было распределять земельные участки.

Гориеполком торогил архитекторов:
скорее, время не ждет!.. Ответа нет.

Миновал еще год. «Разномастные» до­мики подступили уже к центру города, а
тенилана Старой Руссы все не было. Гор­комхоз настаивал, ФЛеноблироект молчал.
Наконец, заказчик решил принять кру­тые меры — воздействовать на недобросо­вестных планировщиков через арбитраж.
Но из этого ничего не вышло: горкомхоз
опоздал пожаловаться.

А бесплановое строительство в Старой
Руссе уже распространилось на вее ево­бодные участки... Только в самом центре
оставались незастроенными две-три пло­шади. Надо «спасать» хотя бы их... Й в
1950 году на поиски плана выезжает в
Ленинград главный инженер горкомхоза.

Происходит «крупный разговор» с
управляющим Леноблироекта тов. Александ­ровым; он наотрез отказалея признать за
собой какие-либо грехи. Нет, управляю­щего совсем не смущает, что его учреж­дение не вынолнило работу, а деньги за
нее получило... Единственное, на что после
долгих переговоров решился тов. Алексанл­ров.— это выдать назойливому заказчику
один экземпляр незавершенного проекта.
Обратились к архивам и,.. не налили. В
делах Леноблироекта удалось обнаружить
только пояснительную записку, ту самую,
которую мы цитировали.

Где же генплан Старой Руесы? Его нет
ни В самом городе, ни в области, ни в Лен­облироекте. А ведь это не листок из
блокнота, он не мог затеряться бееследно!..

Беспримерная история. Она свидетель­ствует не только о халатности проектной
организации (халатности, граничащей с
преступлением!), но и о том, что у город­ских ортанизаций Старой Руссы нет на­стоящей заботы о будущем своего горола.
	И по сей день Старая Русса продол­жает застраиваться без генерального
плана.
	  очему я перестал
бывать в клубе
	Клуб — очаг работы по  коммуни­стическому воспитанию трудящихся,
место мультурного отдыха рабочих
и служащих разных. возрастов. Таной
сети клубов и дворцов нультуры,
какая создана в стране Советов, нет
ни в одной стране мира; такого опы­та клубной работы, какой накопили
мы, нет и не может быть ни у ного,

 

 
	 

 

 

 

Но вот старый рабочий, обще­ственник, активист тов. Епишнин
критикует сегодня на страницах «Ли­тературной газеты» деятельность клу­ба своего Люберецкого завода, нри­тинует резно и справедливо, Нрити­ческие замечания тоз. Епишнина,
естественно, адресованы партийной
и профсоюзной организациям. его
завода; однано они имеют, на наш
взгляд, более широное значение — не­достатни Люберецного нлуба харан­терны и для многих клубов страны.
Самое глазное: тоз. Епишжин верно
	огределил основную причину этих
недостатнов — отсутствие самодея­тельности в работе и руковолд­стве, неумение привлечь и заинтере­совать антив. А без этого нет настоя­щцего клуба.
	 
	 

И не только международными — очень
интересуются рабочие и заводскими дела­ми, Нодумать только, как много на заводе
рационализаторов, стахановцев, новаторов;
даже свой лауреат Сталинекой премии
есть — рабочий-конструктор Я. Саввин. И
всем есть о чем рассказать, поделиться
‘опытом.

А много ли делает клуб для распростра­нения опыта передовиков? Ничего не
делает.

Когда начинаешь подсчитывать, чем же
может похвастаться наш клуб, выходит,
что, кроме двухсот участников художествен­ной самодеятельности, показать нечего. И
эта цифра не етоль велика: завод у на?
больной, а в нашем цехе, к примеру, из
пятисот человек в художественной самодея­тельности участвуют трое.
			то Грипнтин неважный. Человек он грамот­ный, в вопросах разбирается, но одно
плохо — не любит и не понимает клубной
работы.

На все вопросы есть у него любимая
отговорка: «Нет денег, а без денег никло
ничего не сделает». А по-моему, не денот,
а веры в людей, любви и внимания к ним
нехватает тов. Гришину. Даже сегодня в
нашем плохом клубе общественник Игорь
Иванов руководит акробатическим круж­ком. преподаватель Йрушельницкий бес­платно ведет кружок изобразительного
искусства. А сколько на заводе любителей
русской пеени, сколько баянистов и танцо­ров, шахматистов и  тадиолюбителей.
Какие интересные фотокружки или кон­структорекие, звиамодельные или плз­нерные кружки можно бы создать, А сколь­KO у нае молодежи на заводе — ведь @
ними горы сроротить можно, только орга­низуй! Инженеры, техники, сотахановцы­новаторы — какую леклорскую  групсу
можно из них создать при клубе. Вмеето
двух платных лекций в месяц они бы тва­дцать бесплатно прочли. Да разве техниче­скую консультацию или витрины новатор­ских предложений трудно организовать!
Или научный леклорий? Воскресные дни
отдыха проводить, вечера кадровиков, pa­бочих одной профеесии, «день инженера»...
Много хорошего можно сделать, было бы
только желание.

Если собрать рабочих, то по их предло­жениям можно такой план составить. что
	Hd Ba Tova работы хватит.
		Богда-то, лет 15 назад, по вечерам
в сиделось мне дома: пришел с работы,
‘HAN спецовку, поел, переоделся и— в
луб. Клубную работу я по-настоящему
Юбил и отдавал ей вее свободное время.
этыре года соетоял в правлении клуба —
зведывал культурно-массовым сектором,
а и не я один — десятки рабочих и ин­‘:неров налнего Люберецкого завода были
эрячими любителями и, можно сказать,
натоками клубного дела. Именно благода­я им было в клубе веегда интереено и
ЮдНо.

Шел народ Ha лекции, на занятия
ружков; в читальню, на шахматный тур­Hp, а некоторые — просто на приветхли­‘ый огочек. Зайлешь в комнату отдыха,
осмотритиь свежие газеты, партию в до­ино с приятелями сыграешь, заводские
овости обсудишь, беседу в зале послуша­ub. Bor и отдохнул и пользу получил.

Бывали в клубе 060бые «етахановекие
ни» — в клуб приходили целыми семья­п, и двери его были гостеприимно откры­ы с утра и до позднего вечера.

Ho see это было давно. Теперь не толь­o 8 будни, но и по выходным дням в
луб я почти не хожу. Нечего там де­ать — в акробатическом кружке мне уже
оздновато заниматься, драматическим та­aHTOM не отличалось... А комнаты отды­а, технического кабинета, читальни в
‚лубе нет. :

Да, пожалуй, и захотел бы я притти в
‘вой клуб — дальше входной двери все
звно не пустят. Разговор будет пример­о такой:

— Ваш билет!

— Ла я не в кино — не нужен мне
Любовный напиток».

—- Нас это не касается, мы © воли (?)
.@ пускаем...
	А иногда в дверях даже мандат спра­тивают — это когда у нае в клу­г, например, городская конференция
	орговых работников идет. № слову ска­аль, все городекие организации, и боль­ие и малые, если у них намечается ка­ое-нибудь совещание, непременно в 3a­эдской клуб идут — знают, отказа в по­ентении не будет,

Самым главным мероприятием клуба
гал показ кинокартин. Но даже это про­гое дело не могут как следует организо­ать: новые фильмы смотрим © большим
позданием.

Теперь о лекциях. В такое интерес­0е время мы живем, столько больших дел
ругом совершается, и 060 всем этом хо­этея знать поподробнее, послушать хоро­тие доклады и лекции. В нашем клубе
ывает две, много — три лекции в
есяц. Стыдно сказать, с декабря ни
ного доклада о борьбе за мир не было.
синтересовался я цифрами и выяснил,
то в прошлом году из 4,000 рублей, от­ушенных на лекционную работу, не из­зсходовано и четвертой части. Может
ыть, не ходят.наши рабочие на лекции?
е только ходят — большой интерес про­вляют! На доклады о международном по­ожении столько народу собирается. что в
	14 He пробъешься.
		У наших руководящих фаботников на
заводе, как возникнет разговор 0 клубе,
есть один конек -— тесно в помещении, не­хватает комнат. Спору нет, для такого 33-
вода клуб мал. Вонечно, Дворец культуры
был бы лучше. Но ведь даже то, что есть,
мы как следует не используем.

А самое главное — не использ ует­ся инициатива и энергия лю­дей, рабочих. и служащих завода, для
которых клуб существует.

Читал я недавно сборник статей и речей
Михаила Ивановича Малинина. Петь там
	‘золотые слова: «Вель каждая работа. как
	мы ее понимаем, ——это глубокое творчество,
и, разумеетсл, особенно творческий харак­тер носнт такая работа, которая должиа
поднимать культуру широких Mace Hace­ления, и вместе с тем не через госудал­ственный аппарат, а через общественность,
Ваким же путем это можно сделать?
Только таким путем. если... каждое твор­ческое проявление будет не сверху дикто­ваться, а будет возникать внизу».
Нашему клубу, носящему имя М. И.
Калинина. следовало бы претворить­эти
слова в жизнь. Только используя силы об­щественноети, можно превратить клуб в
любимое место отлыха и в центр болышой
	культурной работы.
С. ЕПИШКИН,
	рабочий литейного цеха
	завода сельскохозяйственного
машиностроения им. Ухтомского
	ЛЮБЕРЦЫ. Московской области
	важном» 6 марта сообщала о том, что
в колхозах им. Ленина и им. Ворошилова
Кущевского района Краснодарского края

трехгодичные агро-зоотехнические курсы не
обеспечены тюмешениями.
	Как сообщает секретарь Кущевекого
	‘райкома ВКП(б) тов. Куцев, факты, изло­кенные в заметке, полностью подтверди­лись. Председателями колхозов тт. Корнее­вым и Журавлевым выделены помещения
для курсов, приобретены необходимая ме­бель и наглядные пособия. Закреплены
руководители курсов. Обеспечено проведе­ние регулярных занятий. За работой курсов
установлен контроль.
	Недовольны клубом все — и pebsTa-pe­месленники, и старые кадровики, и интел­лигенция. 310, говорят, не заводской клуб,
а второразрядный кинотеатр.

В чем же корень зла? Вот в чем: не
хотят на заводе понять, что главное в клуб­ной — работе — это самодеятель­ность; самодеятельность пе только В
драмкружке или хоре, но и в руковод­стве клубом, Сами рабочие должны рас­поряжаться клубом, отвечать за него.
Может быть, я грубо скажу, но справед­ливо: у нае вместо заводской самолеятель­ности — завкомовское самодовольство.

Два е половиной года назад, на общем
собрании было избрано правление клуба.
Выбрали народу много — 11 человек, а
толку мало. Правление не работает, сюби­раелся от случая к случаю, инициативы
никакой не проявляет, актив не’ собирает.

За два с половиной года правление ни
разу не отчитывалось в своей работе. Ни­куда это не годится, ведь раз я выбирал,
значит, имею право и отчет потребовать и
переизбрать, если надо. Но этого у нае нет,
и получается, что хозяином клуба являст­ся не правление. а ero литектор тов. Грп­шин. Во олин в поле не воин, да и войв­GSAT ALVIS TT EET EET EEE Ee
	По следам выступлений «Литературной газеты»
	делом социального обеспечения тов. Сидо­рову — строгий выговор,

В коллективе облсобеса состоялось пар­тийное собрание. Обсудив статью «Против
равнодушия», собрание решило усилить
политическую работу среди служащих, а
также борьбу с фактами формализма, бю­рократизма и равнодушия. Намечены прак­тические меры для улучшения работы с
заявлениями и жалобами трудящихся,
	«АГРОКУРСЫ НА ЧАСТНОЙ
КВАРТИРЕ»
	Заметка «Агрокурсы на частной ввар­тире», помещенная в отделе «Коротко о
	нужные профессору предметы или слелав
	репродукции с рисунков, может в течение
нескольких минут получить со своих нега­тивов диапозитивы, создать Фильм. Так
каждое учебное заведение получает возмож­ность организовать у себя производство де­шевых диафильмов в любом количестве и
на любую тему. С помощью этого прибора

можно будет делать цветные и стереоско­пические диафильмы.

Авторы этих приборов — заведующий ка­федрой теории механизмов, машин и дета­лей Ленинградского  электротехнического
инстетута имени В; И. Ульянова-Ленина
Ф. Супрун и научный сотрудник В. Бор­сениус,

Конструкторы работают над дальнейшим
усовершенствованием проекционного аппа­рата. Они хотят присоединить к нему еще
магнитофон. Такой прибор особенно пенен

для заочников. Они будут иметь возмож­ность на месте слушать лекции вылающих­ся ученых, сопровождаемые демонстрацией
диафильмов.
	«ПРОТИВ РАВНОДУШИЯ»
	«Литературной газете» 6 марта этого
яда была опубликована статья секретаря
‚оронежского обкома ВКП(б) К. Жуко:
а <Против равнодушия».

Завелующая Воронежским областным от­елом социального обеспечения тов. Шапо­‘алова сообщила редакции, что проверка
	элностью подтвердила факты, приведен­ые в статье.
За формально-бюрократическое `отноше­не к порученному делу заведующий пен­нонным сектором облсобеса тов. Ядринцев
онижен в должности, старшему инепек­›ру тов. Проскурякову объявлен выговор,
заведующему Семилукским районным от­В ПОРЯДКЕ ОБСУЖДЕНИЯ
	HOM Я2ыке
	это значит, что автор совсем Heyden, и
прежде, чем тратить деньги на пиечую
бумагу, ему нужно потратить деньги на
грамматику. Заботы Горького в этих слу­чаях сводились именно к тому, чтобы ие­грамотных посадить за парту,

Но когда опытные литералюры. любя­щие говорить необыкновенно, писали, к
примеру: «Сипло емычкаетит себе что-то
по струнам в дырке городекого оркестра»
или «окна трясутся, танцуя стеклянные
трели», то это неграмотность, выращивае­мая уже сознательно, с тем, чтобы, опро­кинув нормы языка, прослыть оригиналом.
Эта нарочитая неграмотность. претендуя
на течение в литературе, имела впол­не явный смысл (отгородиться от народа,
поставить себя над народом). и Горький,
	хоропю проникая в этот смысл, бил по та­кой «неграмотности» всей силой своего
авторитета, ‘
		  орький _
	Назначение искусства Горький видел в
‘го способности взглянуть на дело теку­его дня < высоты тех великих делей,
‘оторые поставил перед собой рабочий
ласс — борец за счастье нового’ челове­ества.

Героем современности Горький cun­зл человека миропонимания,
гремящегося изучить и понять мир, как
вое собственное хозяйство, т, е, челове­‚а прямого революционного действия. Ка­:HM же вооружением должен оснастить се­‘я писатель, чтобы достойно возвеличить в
‘итературе этого человека революционно:
‘> действия? Художник — голое своей
лохи, или, как любил говорить Горький,
уветвилище своей страны,— он должен
 владеть марксистско-ленинским учением
6 обществе, знать историю своего народа,
го прошлое, чтобы тем сильнее и глуб­зе почувствовать «универсальную  рево­‹‘юционность нашего времени и широту
‘№ задач». Но так как литература есть
ивопиеь словом. искусетво пластически
исовать словом, то писатель должен в
 овершенелве овладеть первоэлементом
‘воего ремесла: словом точным, образным,
‘DRUM, основанным на органическом вна­“RE народного языка, слагавшетося 03
`ротяжении веков,

’ Bue этой горьковекой концепции невоз­\ожно оценить упоретво и страстноеть, с
’ юторыми юн вел борьбу за богатство и не­‘амутненную народность литературной ре­“tu. Вритическое наследие Горького seen
‘оевым содержанием своим направлено, по

уществу, против вульгаризатореких  тео­‚ий Марра, отметавшего предшествующую
  сторию развития языков. С новой остро­(ой воспринимается полемика Горького с
`апповцами, стремившимися, подобно про­еткультовцам, разбить наше  класеиче­кое наследство, как нерадивые хозяйки
 ъют торшки, и на черенках классической
  итературы роздвигнуть литературу без
“WLY и племени.

 
	ТИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА 
	№ 44
	 

12 апреля 1901 Г,
	о литератур
	Александр ДРОЗДОВ
oe
	Война Горького за классиков была вой­ною за язык русского народа, который со
времен Пушкина сохранилея во веем су­щественном как основа современного pyc­ского языка. «Нет никакой необходимо­сти,— учит товарищ  Сталин,— уничто­жать основной словарный фонд, если он
может быть с успехом использован в те­чение ряда исторических периодов, не го­воря уже о том, что уничтожение основ­ного словарного фонда, накопленного в те­чение веков, при невозможноети создать
новый основной словарный фонд в течю­ние короткого срока, привело бы к пата­личу языка, к полному расетройству дела
общения людей между собой».

Горький призывал писателей к изуче­нию коренного речевого русского языка,
питавшего язык литературы. OH прозорлтя­BO видел, что забвение родного языка и
потуги создать на голом месте какой-то
новый, «созвучный эпохе» язык, равно
как и потуги формалиетов создать иекус­ственный язык, абсолютно изолированный
от жизни, ни к чему другому не могут
привести, как только к параличу литера­туры.

Борьбу за художественное елово Горь­кий вел в двух направлениях.

Первое из них: борьба за чистоту
языка, за очищение его от сорых, обии­щалых,  безличных слов и выражений,
привитых неразборчивой обихолной речью,
торопливыми тазетными статьями, скудо­речием канцеляреких инструкций; борьба
с засореннем языка диалектизмами и ‘ино­странными словами, применяемыми 0ез
толку и потребности, Е

Сам переболев, по его неодногратному
признанию, стыдом малограмотности, он
немало потрудился. чтобы изгнать негра­мотность из литературы. Неграмотноеть
неграмотности рознь. Вели начинающий
пишет; «Соревнование последнее время
очень нажимала ячейка, в тому же как
  наяву снилось ей, что через эту побелу
`стать лучшей  производетвенницей». TO
	классической литературы. № сожалению,
эта вторая сторона вопроса как-то выпа­ла из повседневного внимания критики.

Rak ни печально это отметить, крити­ческое наследие Горького рассматривается
порой, лишь как своего рода заповедник,
из которого легкой рукой можно брать ци­таты для подкормки собственных  крити­ческих выступлений.
	БВ результате появляются статьи, имею­щие, казалось бы, прочную  цитатную
опору, а на деле сводящие роль Горького
в его неустанной борьбе за литературный
язык к роли широко начитанного пуриста.
	Этим страдает, к примеру, статья тт.
Тельпугова и Ивашенко «В книге вес
	должно быть прекрасным», опубликован­ная «Комсомольской правдой». Подкреп­ляя себя цитатами из Горького, авторы
обрушили весь свой тнев против отлель­ных неграмотных слов и выражений в
романе С. Бабаевского. Ho, нетворчески
восприняв указания Горького, они предъ­являют нисателю подчас неправомерные
претензии. «К сожалению С. ВБабаев­ский, — пишут, например, авторы, — пе
захотел сделать грамотным даже рассказ
Хворостянкина 0 том, как он учился:
«день и ночь тычет меня носом в разные
БНИГИи, заставляет романы читать, русско­му языку обучает...». Но если бы Хворо­стянкин рассказал 06 этом грамотным
зыком, к чему же обучать его трамот­ной речи? В тому же, как помним, и сам
Хвороетянкин упорно не хочет учиться.
Почему же должен писатель наделить ero
высокой грамотностью? По поводу таких,
например, слов тероев романа: «Мы на­чинаем переделывать природу, лонимаешь,
camoé. природу», критики  восклицают:
«Разве можно поверить автору, что это
типичный язык сегодняшних колхозников.
	воспитанных и взращенных  советекой
ШКОЛОЙ, советеким строем?!»

А ведь, пожалуй, ‘трешиым  лелом. и
	межно поверить! Не так тихоструйно вы­рабатываетея речевой язык в жизни, как
этого хочется пуристам: человек, дескать,
окончил школу, почитал добрые книжки
и сразу попал в носители высококультуу­пой речи. Нет, новое как в жизни, так и
в языке легко не дается. Если писатель,
описывая жизнь, показывает ее гладкой,
текущей плавно, то он не реалист, а ли­тературный Манилов.

Что будет, если С. Бабаевский послу­шается тт. Тельпугова и Иващенко и 3а­ставит своих героев говорить языком, стро­го обработанным по правилам грамматики?
Из языва героев уйлет жизнь. Никах не от­разится в таком языке формирование раз­говорной речи под воздействием крутых и
быстрых изменений в бытовом укладе, в
мировоззрении людей,

Тень одностороннего истолкования прин­цилов Горького лежит на многих статьях
последнего времени (в частности, на
опубликованно0ой в журнале «Звевда»
статье А. Шишкиной «М. Горький и язык
советской литературы»). Из этих ста­тей читатель YCROUT мыель 0 м,
чо Горький боролся против  засоре­ния литературного языка, против его ни­шеты и убогости. Но он не усвоит гла­венствующей страсти Горького: его 6ops­вы за обогащение литературного
азыка.
		 

ли в житницах народной речи элитные
зерна и TOM  обогащали литературный
язык. Шев Толстой. Горький восторженно
говорит о пластике его слова, сокрушая
широко распространенное мнение о языке

_Толетого, как языке трудном,  грузном и
 неноворотливом.

Могуществом своего отобранного слова
Толстой достигает изумительной рельеф­ности изображения. «Когда его читаешь,
— пишет Горький, — то получаетея — я
не преувеличиваю...—получается ощуще­ние как бы физического бытия его героев,
до такой степени ловко у него выточен
0браз; он как будто стоит перед вами, во?
так и хочется пальцем тронуть. Вот это
мастерство. У него, например, одна стра­ница из повести «Хаджи Мурат», етраниз
на изумительная. Очень трудно передать
движение в пространстве словами. Хаджи
Мурат co coun нукерами—-адъютанта­ми—едет по ущелью. Над ущельем —
небо, как река. В небе звезды. Звезды пез
ремещаютея в голубой реке по отношению
к изгибу ущелья. И этим самым он пе­редал, что люди действительно едут»,
	  Исследования лексикона писателей и
‚способов пользоваться им очень конкретны
У Горького. Горький внимательно учился
fy Лескова, высоко его ставил. «Лесков —
тоже волшебник слова, но он писал He
umacraecen, а — рассказывал. и в этом

 
	искусстве не имеет равного себе. Его рас­сказ — одухотворенная песнь, простые,
чисто — великорусские слова, снизы­ваясь одно с другим в затейливые cTpo­ки, то задумчиво, то смешливо звонки, и
всегда в них слышна трепетная любовь
К людям, прикрыто-нежная, почти  жен­ская: чистая любовь, — она немножко
стыдится себя самой. Люди ero рассказов
часто говорят 0 себе, но речь их так изу­мительно жива, так правдиво убелительна,
что они ветают перед вами столь же та­инственно ощутимы, физически яены, кав
люди из книг 1. Толстого и других, —
иначе сказать. Лесков достигает того же

результата, но другим приемом мастер 
етва».
	Элесь невольно хочется

раскрыть том
Толетого, а подле — том

Лескова и про­как русские слова енизываются
одно с другим и какие (по отбору) слова
снизываются у Толстого, а какие у Лее­кова. Нельзя, конечно. творчески  пере­нять, говоря еловами Белинского, «непо­Учиться, учиться! — любимое и посто­янное восклицание Горького, обращенное
к молодым и маститым писателям и к се­бе самому, давно познавшему секрет, как
нужно транить родное слово. У кого
учиться? Горький, как мы знаем, отве­чает: у писателей-классиков, во-первых,
и у народа, во-вторых. Между языком
литературы и речевым языком  происхо­дит непрерывный ‘\процесе взаимообогаще­ния: речевой язык, питая литературу и
проходя через ее творческое горнило, воз­врашает народной речи ее › лексические
ценности в творчески претворенной, обо­галценной форме.

Горький говорит: «От художественного
произведения, которое ставит целью своей
изобразить скрытые в фактах емыслы со­циальной жизни во всей их  значитель­ности, полноте и ясности, требуетея чет­кий, точный язык, тщательно отобранные
слова... Это подлинно литературный язык.
и хотя его черпали из речевого. языка
	трудовых Macc, OH резко отличаетея от
своего первоисточника, потому что. изоб­ражая описательно, он откидывает из ре­чевой стихии все случайное, временное и
	непрочное, капризное, фонетически иска­женное, не совпадающее по различным
причинам с основным «духом». те
	строем общеплеменного языка».
Поучительно пойти велед за Горьким п

проследить, как наши классики, согласно

личному художественному чутью, отбира­Борьба Горького за чистоту языка
успенгно используетея нашей критикой.
Можно сказать, что уже возведена , до­вольно прочная стена против набегов на
литературу местных  речений, отмираю­щих в ходе жизни. Пристрастие к диалек­тизмам было свойственно советской лите­ратуре в ее молодости: в 20-х и 30-х го­дах. Не от богатой жизни прибегали иные
писатели к диалектизмам: ими они при­крывали наготу своей речи, не имеюоней
прочной основы в подлинно народной ве­ликорусекой стихии языка. Под воздейет­вием Горького диалектизмы мало-помалу
хлынули со страниц наших книг. Но
бедность языка до сих пор является
серьезной помехой в работе многих писа­телей, особенно молодых.

Вот почему вторая сторона борьбы
Горького за художественное слово-—борьба
‘За обогащение языка—имеет значе­‚ние исключительное. Одним  прилежным
изучением грамматических правил, одним
‘вычеркиванием мертвых и сорных слов
(что необходимо!) художественного языка
‘te создашь. Нужно бороться за обогаще­ние словаря писателей на основе вечно
	творящей народной речи и достижений