Обсуждвем вопросы литературно мастерства
О ОИ О ОО ЕО В О В ИН
	 

Газета и мастерство пи
		ный случай под общее, сравнивать ряды 0д­норолных фактов. невольно подмечать и 0-
	’Наруживать закономерности. А именно та­кое ознакомленье с жизнью необходимо
дяя романиста, для того. кто хочет Co­здать не очередное «чтиво», а книгу-дру­та, внигу — долгого, долгого спутника для
своего поколенья и, быть может, не одного
поколенья. Но тут лежит и водораздел
между газетчиком и романистом. Газетчик
от малого факта должен восходить все 60-
лее расширяющимея кругом привлечен­ных и проанализированных фактов — №
выводу, к выявленью закономерностей.
Романист сквозь малый факт все глубже я
глубже нисходит в глубины этого факта,
где лежит образ общего. Но для того, что­бы романист действительно мог пробить­ся в глубины «малого факта» (часто он
застревает на поверхности!), — нуть твор­чества тазетчика может стать ему боль­шою помощью.
	Бот кратко ход мыслей одного из га­зетчиков, посланного в самым. казалось
бы, обычным заданием. Он должен был

объездить несколько заводов в Армении и
узнать, что они делают для великих
сталинских строек. Факты, им собранные,
могли быть (если отбросить литературное
обрамленье) пуелетавлены так:
	В городе Кировакане химкомбинат отгру­жает карбид для Цимлянекого гидроузла. На
Ереванском компрессорном собирают насосы
для Волгодонетроя. На Ереванском кабель­ном изготовили 80 километров (километ­pos!) тяжелых шланговых проводов дли
шагающих экскаваторов. «Артиктуф» 01
правил 100 вагонов розового туфа Сталин:
граду. Но газетчик собирал эти факты не
в вонторах завода, а в цехах; не в управ­ленин железной дороги, а на месте по­грузки. Он видел и слышал людей, изго­товлявших и отправлявших эти заказы.
Н он не мог не добавить того, что видел
и слышал. Он добавил о том, что веду,
где выполняют заказы, по своему почину
создают «бригады высокого качества», 1е­рекрывалют весе сроки. добавляют oT себя
	вечто личное.

Когда во время Отечественной  вой­ны тыл ‘посылая подарки = бойцам,
	веншины вкладывали в посылки письма,
карточки, получали теплые ответы, завя“
зывалась переписка и ‘часто переходила
в тесную, теплую, живую дружбу. Сей­Час, грузя толетые шланги, эти 30 ки­лометров живого чувства, заключенного в
кабель, — среванские кабельщики пишут
теплые письма деловому адресату и по­Лучают ответы от прозаичеекого человека
со званием из COMM слов: представителя
Харьковской конторы Министерства строп­тельно-Дорожного машиностроения. Й про­зачческий человек отвечает, как поэт,
как ашуг: «Спасибо, товариши, жму ва­ши руки!» Все предприятия, работающие
но заказам на стройку, пишут вот. такие
письма и Получают вот такие ответы...
Уже тут мог бы газетчик найти материал
для целой повести. Но он копнул еще
глубже. Заказы идут нланово; они’ разме­щаются из иентра. А жажда помочь
стройкам, включиться в великие лела, за­петь в хоре так велика, что, оказывает“
ся.-—= чудеса начали лелаться.
	В Ереване есть маленький, мало  изве­стный населению, заводик электроармату­ры, не получивиий заказа для строек. Ра­бочие этого заволика сами послали теле­грамму строителям Южно-Украинекого ка­нала мы готом crRenx — Нлана НА.
	нала: мы тотовы сверх нлана полу­чить заказ на арматуру! Украинцы
в ответ дали заказ. Wo словно дая
родных  дотей в день их свадьбы,
словно в дар любви сделали арма­турщиви «люстры» и «бра», На хожу
создавая вомплекеный — Меод литья,
	обдумывая неё только прочность. но и кла­соту формы, и упаковку Такую, чтоб
заказ дошел в целости. Откуда 310’ Же­ланье дать больше, лучше, скорее, чем
требуется, желанье дать тогда, когда у
вас и не просят, когда вы не запланиро­ваны, не обязаны, не в сниске, Дары л10б­BH, Ko собственному почину, долача в
качестве. количестве, сроке... Газетчик,
собирая все эти факты, казалось бы, одни
только факты, уже не мог не обобщаль,
не видеть дальше них. нев делать выво­дов, потому что узнанное ложилось у него
на длинные пласты хорошо освоенных
фактов вчерашнего, позавчерашнего дня.
Он думал о том, как мудрая политика
партии  индустриализировала окраины и
помогла им вырастить свою тяжелую
промышленность. И как эти разбуженные
самостоятельные производительные силы
окраин потянулись, словно ручьи в море, —
служить общей цели, великой дружбе
народов. Он думал 0 том, что уже человек
хочет давать По способностям, хочет
давать сверх того, что от него просят,
хочет давать дары любви, не требуя за
них ничего сверх потребностей... От про­crore, казалось бы, перечня фактов. стра­нички информации, — к целой симфония
сегоднятнего дня, И если он сядет писать
роман, охваченный этой усльшшанной, уви­денной симфонией, он напишет хороший
роман, такой роман, где Ум будет говорить
через сердце. а техника -— через любовь
HR масса.
	Хочется пожелать литературной моло­деки: не бойтесь газетного труда, не бе
rate ero! Каждая отдача — это возвраще­ние молодости, это новая аккумуляция
энергий. А газета требует от писателя
каждодневной отдачи, каз Teatp от ак­тера,— и она будет вечно омолажизать
вас, оберегать ваше перо от голого техни­цизма, голой формы, навышать его лоб­рым знанием и большим волненьем ху­ложника нашей эпохи!
	Часто приходится слышать, особенно от
молодых писателей, жалобы на работу в
газете: и время отнимает, и язык сушит,
и не дает пробиться к большому хуложе­ственному полотну. Так ли это? Опыт дол­гой профессиональной жизни учит меня,
что это ие так. Мы обязаны газете огром­ным, организующих наши силы влиянием:
обязаны многим таким, чего не всегда и
He сразу получишь от работы пал книгой.
	мне пришлось писать в газете 48 лет.
Я начала печататься в ней е июля 1903 го­да. В тот rol я проводила лето в ма­леньком черноморском городке Геленджике.
Гулять там было негде, кроме пляжа, а пляж
заняли под дровяной склал греческие кун­пы Левитивы. Дачники ругались и возму­щались, на Левитиеов подавали в суд, ми­ровой судья присудил снести склад. Но
греки договорились с приставом, лето птло,
и склад так нп оставался на месче. В те
годы уже веяло воздухом первой револю­ции. Газеты, особенно провинциальные,
либеральничали. Старичок-почтальон, но­сивший нам газету «Черноморское побе­режье», сказал как-то o Левитисах:
«Рот вы, говорят, етишки  иншете.
Взяли бы да и поели их тишками,
а я отвезу редактору». Я тут же на­писала стихотворный фельетон  «Теленд­жикские мотивы», где выемеяла вся­вие местные безобразия, в том числе и
дровяной склад. Редактор напечатал фс­льетон,/— и появление его вызвало неожи­данный эффект. Вее знали, ‘что написала
его нятнадцатилетняя девочка: мальчишки
‚стали бегать за Леиетисами и дразнить их;
KORTHEOCh TOL, Что склад убрали. Я была
поражена силой печатного слова: суд при­судит, исполнительный диет приносили—
Ee нолайствовало. а четыре  смевных
	ит КАР АВ, “ aN Sere py

стражки в газете подействовали.
	Чо, убрав дрова, Девитисы захотели по­знакомиться с поэтессой, и мы стали вместе
ходить на танцы и разтоваривать 06 иекус­втве. Оня говорили, что талант нельзя
тратить на мелочи, что поэзия должна
иметь дело с красотой и Ч 4др0-
вяной склад — не тема для поэта.
Я развесила уши и написала второй фе­льетон, где описывала красоту природы,
море в лунном свете и пенье соловъев, хо­HB Геленджике соловьи отродясь не пе­ли и петь им было негде за полным отсут­ствием деревьев. Старичок принес мне этот
фельетон обратно е очень обидной надии­вью: «Не разводите патову». Это был удар,
Цёрвая литературная неудача. Сперва —
остро пережилось чувство силы печатного
слова, его влняние на жизнь, уважение к

нему; потом -— стыд за его ненужность, 38
его отвергнутость.
	Я поняла, что не всякое красивое слово
может действовать, что уважение и нриз
знание оно получает, когда в нем сеть
жизненная правда. И впервые — очень еще
смутно —— родилея во мне тот душевный
опыт, который я называю нравствен­ным ощущением профессии писателя.
Чувство слова, как оружия, которое ты
перед свосй совестью обязуешься употред­х ДЯТЬ На пользу общества.
	 

Но в дореволюционной буржуазной пв­чати этому чуветву развиться было не­возможно. Наоборот, оно обречено было
выдохнуться, извратить себя от необходи­MOCTH постоянного приспособленья к пз­разитарным вкусам денежных хозяев га­зеты, от фальши. от мелкой сферы дей­етвия, от легковесного метода писанья, от
«набиванья строкн» — неизбежной в Te
времена пустой литературной болтовни.
Только Октябрьская революция, создавая
единственную в мире правдивую массовую
печать, высоко подняла  нраветвенноз
ощущение слова, как оружия,
	9 Нас это чувство рождается и воспиты­вается от встречи писателя с читателем,
от реакции читателя на печатную строку,
от суда народа над печатным словема­ив
нашей газете эта реакция проясходит не­обыкновенно быстро, в течение дня. В этом
емысле работа в нашей газете имеет для
нисателя исключительное значение: писа­тель воспитывается на быстром и чаетом
нравственном контакте с народом, пережи­вавмом всегда очень сильно. Енига приз
носит этот опыт гораздо медленнее и менее
непасредственио, а газета дает вго певрз­жить сразу.

Многие газетные работники знают еще
одну особенность своей работы. Обычно
они проходят все стадни воплощенья ста­тьи в печати, — правят ее с редактором,
спова и снова перечитывают, принимают
	‚ворревтуру в гранках. в верстке. каза­TOCh бы, материал должен оскомину на­бить, знаком чуть ли пе наизусть. Но вот
вышла чистая газетная полоса; как элек­трический ток, дотронулась до RAC peak­ция читателей на вашу статью. И вы эту
статью снова прочитываете сами, прочиз
тываете глазами своих читателей, глазами
народа, как совершенно свежую и новую
для вас. И при этом происходит свовобраз­ный рикошет — отданное вами начинает
давать вам ответно, в чем-то учить bac,
на какую-то долю продвигать вперед ваше
собственное сознанье; в если atoro He
происходит и, читая св0е, вы такого 050-.
тащенья не чувствуете, значит — padora
была неудачна. Это важная проверка для
каждого из нас. проверка на ежедневный
рост. Если нет такого «рикошета», если
работа твоя не возвращается к тебе, ра­скрывая новую глубину,— ты стоишь на
месте; если ты стоишь на месте, если
ты He  растешь, Ты отрываешьея от
жизни общества, движущейся непрерывно,
а порывая связь © обществом, ты пере­стаешь быть его голосом. перестаешь вы­полнять основную функцию литературы:
быть актом самопознанья общества и ору­дием его переустройства.
	НАУЧНАЯ СЕ
	Он будет
	Литературная

хроника
	КОНФЕРЕНЦИЯ ЧИТАТЕЛЕЙ
	СТАЛИНО. (Наш Kopp.). Ha xontbepen­ции читателей в селе Гранитном, Тельма

новского района, Сталинской области, 06-
суждалась повесть молодого донецкого ав­тора В. Белоусова «Голос жизни», напена­танная в недавно вышедшей тринадцатой
книжке альманаха «Литературный Дон:
	басс». Дворец культуры заполнили приехав­шие. из колхозов районные полеводы, пред­седатели колхозов: механизаторы, агроно­мы. партийные работники.

После краткого вступительного слова на­чались выступления читателей. Предселда­тель колхоза имени Тельмана Герой Со­циалистического Труда И. Буц, бригадир
тракторной бригады колхоза имени Сталина
В. Бугаец, зав. отделом пропаганды и аги­тапии райкома партии А. Савоськин гово:
рили об удачном выборе темы, жизненно:
сти отдельных образов повести. Но в то
же время были отмечены и существен­ные недостатки нового произведения. Учи­тельница местной средней школы В. По­пова указала, что автор обелнил духов­ный мир своих героев, не показал культуру
и быт нового советского села. упростил
взаимоотношения между людьми,

Автор повести В. Белоусов поблагода­рил читателей за критические замечания
и обещал воспользоваться их товарищески­ми советами в дальнейшей работе над
КНИГОЙ.

К сожалению, это полезное обсуждение
состоялось уже после опубликования кни­ги. Редакция альманаха и сам автоо вы­нграли бы гораздо больше от обсуждения
повести читателями в рукописи.
		офииером
	Тлубовую обиду нанес Иго­o¢ разрешается? Офицер-воспи=

рю Вриничному — суворовец B. CAPHOB татель поговорил © мальчи­старшего класса Петр Mac­, ком, и TOT понял свою
люк. Ou сказал ему: ® ошибку.
	ве Олин эпизод.
		— Mune кажется, из тебя
никогда не будет офицера...
	Вырасти настоящими ‚офицерами Совет­ской Армни — вот самая большая, самая
искренняя п глубокая мечта маленьких
героев книжки Багмута. Этим словом —
«офицер» они проверяют свои ежедневные
дела и поступки. 910 слово лля них —
	мера и оценка лучших человеческих ва­qecrTR.
	Вырастить детей настоящими офицера­ми Советской Армии — вот о чем мечтают
взрослые герои книжки, от старшего лей­тенанта Королева, которого товарищи на­зывают шутя «младнтим» старшим лейте­HaHTOM, до седого генерала, начальника
училища.

Глядя на своих воспитанников, прохо­дящих по коридору легкой. упругой поход­кой спортеменов, в безупречно выутюжен­ных черных костюмах, с красными погона­ми на плечах, они переглядываются и
любовно говорят:
	—~ Аорошие будут офицеры...
Большой смысл вкладывают они в эту
	вороткую фразу.

С какой непреклонной волей требуют
они от своих воспитанников внутренней
	собранности, дисциплины, и с каким чут­ким педагогическим тактом шадят их дет­ское самолюбие. С какой умной заботой
растят опи романтическую ребячью мечту
о подвиге. Как бережно следят за тем,
чтобы за отглаженным мундиром, за безу­пречной выправкой не пропала солнечная
радость дететва.
	Б повести есть такая сцена: генерал,
начальник училища, вызывает к себе для
беседы  провинившегося суворовпа. Свет
настольной лампы падает на лицо renepa­ла, оставляя в тёни плечи е золотыми пого­нами, и это делает начальника училища по­хожим «на озабоченного дедушку, доброго,
ласкового и немного огорченного».
	На многих страницах повести появляет­ся свет, подобный этому «свету настоль­ной лампы», ярко озаряющий подлинную,
тлубоко человеческую сушноеть взаимоот­ношений начальника и подчиненного, офи­пера и суворовда. И тогда рука офинера­воспитателя мягко касается плеча мальчи­ка, и официальное — «суворовен Вринич­ный» заменяется ласковым — «Игорек».
И тогда седой полковник и одиннадцати:
летний суворовен, дружески беседуя, сету­ют на то, что они оба лишены права голо­совать на Комсомольском собрании.
	Вогда у Игоря, присхавшего в отпуск
в родной город, ребята. его друзья, спро­сили, что такое суворовекое училище,
он ответил:
	— Суворовское училище — это средняя
кола... учат все то. что вы в школе.
Только мы учимся так. что ого-го!..
	 

Маленький суворовец не чуветвует себя
отличным чем-то от своих  «штатеких»
сверстников. Он такой же, как они.

Да п разве это не так? Разве не стре­мятея воспитать его так же, как и школь­ников, его друзей, прежде всего  наетоя­шим  советеким человеком — человеком

большой внутренней целеустремленноети A
горячего чистого сердца, человеком. который
умеет, приказывая, оставаться лругом под­чиненного и, подчиняясь, сохранять свое
человеческое достоинетво. Ведь именно та­ким должен быть офицер нашей Советской
Армии, самой человечной армий мира.
Котда читаешь книгу Багмута, в памяти
невольно возникает другая картина, напи­санная суровой и трезвой кистью А. Куп­рина. Она называется «Жадеты». Чудо­вищным призраком кажетея сегодня мир,
изображенный в этой повести. Бесемыелен­ные и жестокие законы, издевательства
великовозрастных кадетов. тупая муштуа
превратнли живого, впечатлительного  ре­бенка в загнанного звереныша. ‹«...Выло
ужасное чувство, самое ужасное в этом
истязании ребенка.— это сознание пеот­вратимости, непреклонности чужой воли.

Опо было в тысячу раз стралинее, чем фи­зичвекая боль. У
	детский мирок, растлевающий юные души,
на тот светлый и радостный мир, в ко­тором живет маленький герой украинского
писателя — круглошекий одиннадцатилет­ний Игорь Криничный!

  Вак непохож затхлый и страшный ка­Суворовеп Юрко Череда «наябедничал»
воспитателю. Опять намечается конфликт.
`Й опать длинный педагогический разговор,
семыел которого — «ябедничать нехорошо».
Больше к этому вопросу автор не возвра­щается.

Почему эти эпизоды в лучшем случае
оставляют читателя равнодушным, а В
хулием — воспринимаются, Rak фальшь?
Разве в жизни не бывает: достаточно од-.
ного умного разговора, даже нескольких.
вдумчивых слов. чтобы убедить ребенка в
его неправоте? В чем же дело’ Почему.
в книжке это звучит неубедительно? Д»
потому. что такие разговоры остаютея су­хой авторской нотацией.

Дети — самые эмоциональные и самые.
искренние читатели. Они очень хорошо
чувствуют. что идею, тему книги должно
нести действие. Страницы, сюжетно необя­зательные, вставленные «с воепитатель­ной пелью», дети просто пропустят, не
станут их читать.
	Астати, в значительной степени из-за
того, что книжка чрезмерно насыщена та­кого рода «педагогическими разговорами»,
автору плохо улалиеь образы воснитателей.
Они слишком много и одинаково утоми­тельно морализируют, и это делает их.
хонельзя похожими друг HA друга,
	Но вот другой прамер.
	Мариэтта ШАГИНЯН
Po
	Но кроме нравственного чуветва лро­фессни, газета может дать и лавт очень
серьезные уроки литературного  мастер­ства. Места в газете мало. Место диктует
размеры статьи. Заданный размер при­учает писателя к гибкому соотношению
материала it темы. в острому навыку
пропорциональности. Много лет назад я
работала по кристаллографии у большого
ученого, проф. Ю. В. Вульфа. Он учил
меня выращивать кристаллы, и вместо
цветов на подоконнике у нае стояла це­лая армия стаканов. В них «доходили»
в своих растворах красивые  цветяые
кристаллы квасцов. Но растить кристалл
Труднее, чем выращивать цветок. ВБы­вает раствор насыщенный, недонасыщен­ный и перенасыщенный. Раствор насы­щенный питает кристаллик, и он растет
нормально. Если раствор недонасыщен,
кристалл перестает расти; в перенаеы­щенном ——оон растет ненормально, дефор­мируется, болеет. Газета требует от писа­теля умения растить свою тему в насы­щенном материале, она учит правильно­му объему материала, Вы должны
воспринять из окружающего столько,
сколько нужно для раскрытия вашей
	темы. Бывает, что статья безнадежно ис­порчена, потому что автор слишком пе­ренасытил тему материалом и потерях в
Массе этого накопленного материала свою
осповную мыель, ради роста которой и
привлекал материал; бывает наоборот,
когда от недостатка материала мысль ло­жится обнаженно на дно, выдавая 6301
неспособность к развитию. Уменье взять
материал в нужном объеме приобретастея
¢ годами, большой газетной практикой.
Нужно ли таков уменье романиету?
Исключительно нужно. Как часто вилишь
книги, ВЫХОодЯящЩие «с продолжением»,
обещающие вторую и третью части толь­ко потому, что идея конца книги прова­лилась еще в самом ве начале от дис­пропорции между темой и материалом!
	Возьмем такую вешь, как работа пад
образом, над словом. Один из самых силь­ных и мудрых уроков, данных мне в труд­ном деле образотворчества, — я получила
благодаря газете. Дело было в 19365 году.
В Ленинграде происходил ХУ Междуна­родный конгрессе  физиологов. «Правда»
послала меня реферировать этот кон­гресс, и я работала на совесть, получила
даже от редакции выписку. из протокола, где
отмечались «инициативность и высокое
качество работы». Казалось бы, всё вошло
прекрасно. Между tem B этой своей ра­боте я прошляпила, сделала глупую ни
грубую ошибку, и никто этого не заме­тил, вромё олного человека: Этот один
человек был. великий советский ученый
И. П. Павлов. Ошибка моя отнюдь не от­носилась к научной области, там вее бы­to в порядке. Ошибка моя была художе­ственной.

Приехав в Ленинград. я съездила 19
заданию «Правды» в Колтушевскую ла­бораторию Павлова и дала большой под­зальный очерк о Колтушах. Его похвали­ли соратники Павлова, понесли Ивану
Петровичу. показывают, говорят: «Види­те, Шагинян приехала. хорошо напива­ла». И. ИП. Павлов прочитал очерк н ска­зал: «Набрехала!» Профессора удивились:
«Вы несправедливы, ‘ведь здесь вое пра­Вильно! >=—«Набрехала».— «Но позвольте,
‘что же она набрехала?» И Навлов показал
пальцем на самое начало статьи, где опи­сывается дорога в Колтуши и цветы по
‘обочинам дороги...

Никаких цветов но обочинам дороги в
действительности не было. Они «вырва­лись» на бумагу вроде тех самых соловьев,
которые когда-то запели у меня в Геленд­жике. Павлов заметил тениальным взгая­дом ученого эту мельчайшую деталь и ука­зал на неё не только потому, что она бы­ла выдумана, но потому, что она была
фальшива: к дороге, ведущей на Волтуниь
не приближались естественные полянки,
она шла совершенно искусственной трассой
с насыпью по обе стороны, засеянной про­етой травой для дренажа. И когда мне
передали слова Павлова и я припомнила
каждую деталь дороги, я поняла, @ какой
абсолютной точностью надо рождать образ.
Выдумывай его, сколько хочешь, но вылу­мывай жизненно верно, не нарушая худо­жественной правды, чувствуя образ в том
природном лоне, где он может естествен­но зародиться. Этот укор, это требование
художественной правды и точности, от­Теагированное мне навстречу великим со­ветским ученым. были для меня уроком,
запомнившимея на всю жизнь. Газета по­могла получить урок, донесла его до меня,

 
	благодаря мгновенному контакту с чита­телем.

Можно ли сказать, что газета «oTHH­мает время»!
	«ЛИТЕРАТУРНЫЙ САРАТОВ,»
	САРАТОВ. (Наш корр.). Вышла из пе­чати тринадцатая книга альманаха «Лите­ратурный Саратов». В ней опубликованы
произведения многих новых, преимуще­ственно молодых авторов — поэтов А. Po­манова, М. Толмачева, Н. Долгополовой,
Н. Королькова, В. Богатырева, И. Тоболь­ского и других.
	Проза представлена повестью Г. Боро­викова «Рождение реки». С интересом чи­таются записки агронома П. Синицына и
очерк студента университета В. Ястребова
O KOAXOSHOM лесоводе,
	В отделе фольклора напечатаны: истори­ческие сказы, записанные в Сталинград­ской области и обработанные Б. Лащиуяли:- \
	ным, и очерк аспирантки университега
В. Архангельской о фольклорной экспеди­цни студентов на родину писателя Федора
Гладкова, в деревню Большая Чернавка.
	Книга завершается «Заметками читате­ля» о творчестве саратовских писателей и
хроникой литературы и искусства.
		Олна из самых. важных в повести сю­жетных линий — история Петра Маеслюка.
Петр-—сильный, волевой юноша. Но 060-
стренное самолюбие. привычка во всем
чуветвовать еебя первым привели в тому, _
что он противопоставил себя всему учи­лишу — офицерам-воспитателям. — товари
mam, Вульминация этой сюжетной линии —
беседа с суворовцем начальника училиша.
Она читается от начала до конца с захва­тываюшим интересом, Разговор генерала ©
мальчиком — это не просто авторекая дек-.
ларация, это поворотное событие в жизни

героя, одно из главных звеньев сюжета
КНИГИ.
	Все события. проиешедигие в Петром до
этого разговора, внутренне подготавливают
его к тому, чтобы он емог воспринять все,
сказанное генералом. Читатель вместе ©
героем думает о том, что это же самое
говорили много раз и офицер-воспитатель,
	и команлир роты, и товарищи-суворовцы,  
	Но «его душа вавк-тв не воспринимала
того, что они говорили, была закрыта для
утоворов». Вся внутренняя борьба, которая
происходит в сознании мальчика, близка
и понятна читателю. Й когла генерал го­ворит ему какие-то очень простые и
вместе с тем мудрые слова, они так же,
как ий Петра, поражают читателя своей
неожиланной правдой. —
	 

Именно B TOM и заключается главная
писательская улача И. Багмута. что сцены
и эпизоды, несушие наибольшую воспита­тельную нагрузку, в его книге почти
всегда являются главными звеньями ею­жета. Вот почему, как и повесть Ф. Виг­доровой «Мой классе», как и некоторые
другие книги, появивитиеся за последнее
время в нашей литературе, эта книжка,
ставящая перед взрослым — читателем
большие, серьезные вопросы коммунисти­ческого воспитания, является книгой для
детей в полном смыеле этого слова.

tk ok
яж

«Неожиданно Игоря вызвали к Дежур­ному по училищу...

—- Командование училища, — евазал
майор. — решило отметить ваши отличные
успехи в прошлом учебном году и отличное
повеление в лагере высокой награлой. Вы
будете стоять на карауле у боевого крас­ного знамени Суворовского военного учи­лища первым!...
	‚.Игорь и Петр стоят на почетной вахте.
	По корилхору то и дело проходят това­риши и © завистью и уважением смотрат
на Игоря. Напротив, на стене, — портрет
товариша Сталина... Игорь вематривается
в портрет, и вму кажется, что Оталин
улыбается ему и как будто говорит: «Мо­лолен!».
	Глаза мальчика блестят радостью.
	«Вакой счастливый сегодня день!»——хХ0-
чется ему крикнуть.
	Да. какой счастливый сегодня день!».
	Tak заканчивается повесть И, Баг­мута — «Счастливый день суворовиа Кри­НИЧНого»
	Два мальчика. стоящие у знамани,— вот
последнее впечатление, которое унесет ©
с0бой читатель, закрывая эту Енижку. В
этой сцене и разрешение сюжетного кон-.
фликта повести -—— она завершает  вою
цень взаимоотношений Игоря и Петра, —
в этом скупом, лаконичном образе. в то
же время и свобобразный символический
эпилог книги: «Он будет облцером».
	СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИИ
Я КУПАЛЫ
	МИНСК. {Наш корр.). Собрание counne­ний народного поэта Белоруссии Янки Ку­палы издавалось дважды—в 1925 и 1928 гг.
Однако в оба издания не вошли многие
произведения поэта. К тому же второе
издание осталось незавершенным. Оба со­брания сочинений стали теперь  библио­графической редкостью.

Институт языка, литературы и искусства
Академии наук БССР подготовил новое,
более полное собрание сочинений поэта в
шести томах. Уже вышел из печати пер­вый том, куда вошли стихи поэта, напи­санные в 1904-1907 гг. В первом томе
также помещены переводы ‘стихов И. Кры­лова, Т. Шевченко, А. Мицкевича и дру­THN поэтов.
			 
		ЦЕННАЯ НАХОДКА
	В октябре прошлого года в «Литератур­ной газете» было помешено обращение
Дома детской книги с просьбой ко всем
лицам, имеющим документы, связанные с
жизнью и творчеством Аркадия Петрови­ча Гайдара, передать их для опубликова­ния в сборнике о Гайдаре, подготовляе­мом к печати. :

На днях студенты одного из московских
институтов Н. Розин и Б. Костылев нашли
на чердаке дома № 26 по Б. Кунцевской
улице гор. Кунцева бумаги и документы,
принадлежавшие Аркадию Гайдару, кото­рый жил в этом доме в 1930 году.
Среди найденных материалов особенно

интересен очерк Гайдара о коллективиза­ции на Северном Кавказе. В этом очерке

Гайлар с большевастской  страстностью
разоблачает врагов колхозного строитель­‘ства. Очерк написан с характерным для
	Гайдара умением в нескольких запомина­ющихся деталях, точно найденных ‘образах
передать кипение сложной жизни. К сожа­лению, очерк обрывается на полуслове —
конец его не сохранился.

Интересны два документа о неизвест­ном до сих top эпизоде журналистской
деятельности А Гайдара: удостоверение в
том, что Гайдар по заданию редакции
«Правды Севера» (архангельская газета)
командируется на пароход «Кия», отправ­ляющийся на спасение французского ле­совоза «Саида», а также Текст телеграм­мы Гайдара`о ходе спасательных работ.

Найдено также выданное архангельской
газетой «Волна» журналистское удостове­рение от 1929 года, в котором Гайдар зна­чится фельетонистом редакции.

Товариши Н. Розин и Б. Костылев пе­редали свою находку в Центральный го­сударственный литературный архив,
	Литературный архив объявил тт. Розину
и Костылеву благодарность. Документы,
находящиеся в ветхом состоянии, переда­ны в Шентральные реставрационные ма
	стерские.
	У детской литературы, конечно, есть
своя специфика. Но эта специфика опреде­ляет не тем, что рассказывает писа­тель, & Тем, как он рассказывает. ^
	Несколько примеров.
	Маленький герой книжки И. Багмута
Игорь Криничный, желая доказать, что он
He трус. принес в суворовское училище
пачку папирое. Так намечается первый
сюжетный конфликт повести. Вак me on
	И. Багмут. «Счастливый день суворовца
Криничного», Детгиз, 1951. 175 стр.
	Ни про какую школу нельзя сказать,
что она отнимает время. В графе «pacxo­Ja времени», отпущенной на всю челове­ческую жизнь, школа занимает точное и
постоянное место: «век живи —- век
учись». А газета — самая лучшая, самая
экономная учеба. Писателей часто обви­няют в незнании жизни, зовут «внедрять­ся в жизнь». Мие кажется, лучшей фор­мы изученья нашей жизни, чем оператив­ная работа в газете, нет п не может быть.
Советский газетчик —= заинтересованный
участник того процесса, 6 котором он раз­сказывает читателю. ему прихолитея голо*
	совать за или против него, подводить част­ПАННО ОКАНОНЮНЖНЫНИНИ
	Нужны критико - библиографические сборники
		ЧИТАТЕЛЯ
	ПИСАТЕЛИ. В ГОСТЯХ У ВОИНОВ
	Читатель В. Ераносьян сообщает об
	интересной встрече башкирских писате­лей с соллатами и сержантами Советской
	Армии,

С локладом о состоянии башкирской
литературы выступил А. Валеев, расска­завший о новых произведениях писателей
республики, о том, над какими книгами

работают сейчас литераторы.
	Писатели А. Валеев, А. Бикчентаев,
К. Даян и другие, познакомив бсобравших­ся со своими творчёскими планами, прочи­Tani новые стихи, рассказы, отрывки из
	повестей:

—4——
	В редакцию «Литературной
газеты»
	Уважаемый товариш редактор!
	Прошу перелать через Вашу газету
мою сердечную благодарность всём орга­низациям, товарищам и друзьям из брат­ских республик нашей Родины,  поздра­вВившим меня с восьмидесятилетием.
	). БИРЗНИЕК-УПИТ
	Мне, как сельскому библиотекарю, при“
холится устраивать ‘ читательские конфе­ренции но произведениям советской лите­ратуры.

Методическими материалами мы, сель­ские библиотекари, неплохо вооружены.
Помогают в работе брошюры: «06 одной
читательской конференции», «Иропаганла
произведений писателей— лауреатов Оталин­ских премий», «Иропаганла книги среди
молодежи» и лр. Ёроме того, мы получаем
методическую помошь. Например. я лично
связан с методическим кабинетом Моло­товской областной публичной библиотеки.

Но. несмотря на весе’ это, при организа­ций читательских конференций наталки­вавшься на ‘большое препятетвие: на ме­стах нет нужной вритико-библиографаче­ской литературы,

Участникам копференции недостаточно
прочесть только произведение. Им необхо­димо разобраться в нем. ознакомившиеь и
е критическими статьями. А статья эти
разбросаны по различным газетам и жур­налам.
	Этих материалов в сельских библиоте­ках нет, так как многие из нах еще на.
имеют всех комплектов периодических из­даний, а районная библиотека подшивки
нам выдать не может. Таким образом. вель­ский библиотекарь поставлен в затрудни­тельное положение.
	Мне кажется. пора подумать о вы­пуске в свет критико-библиографических
сборников по новейшей советской литера­туре. Нужно снаблить этими сборннками
сельские библиотеки. чтобы библиотекари,
как основные организаторы читательских
копференпий. имели бы всегда под руками
необходимые критические статьи.
	Н. ФЛЕГОНТОВ,
заведующий Н.-Савинской — сель­скей библиотекой Куединского рай­она Молотовской области
	ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА
№ 56 12 мая 1951 г. 3
	ССИЯ ПО ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЮ
	СССР А. Еголина «Пути развития советского
литературоведення»; доктора филологиче­ских Наук М. Добрынина «Шитература
как Ннадотройка»; доктора  филологиче­ских наук Д. Влагого «0  националь­ной специфике литературы»; доктора Фя­пологических ваук А. Иващенко «Пробле­ма пародности литературы»; доктора Фи­лологических наук В. Ермилова  «Неко­торые вопросы социалистического реализ­ма»: доктора филологических наук Bb. To­машевекого «Язык и литература»; Члена-.
корреспондента Академии наук СССР.
	‘развития советского   А. Белецкого «Проблема научного наслед­доктора филологиче­ства в советском литературоведенийх.
	Б работе сессии примут участие инефи=
туты отделения литературы и языка в
отделения истории ий философии Академий
наук СССР, филиалы Академии наук
СССР. академии наук союзных республик,
Сотоз советских писателей СССР, Академия
педагогических наук PCOCP, Академия
общественных наук при ЦВ ВКП(б), уни.
верситеты и Педагогические институты
страны.
	По решеяйто президиума Академии наук
	CCCP. _ Инетитут. мировой. литературы им.
	А. М. Горького Академии наук СССР сов­местно с Институтом русской литературы
(Пушкинским домом) проводит в Москве
научную сессию «Вопросы литературоведе­ния в свете трудов И. В. Сталина по язы­кознанию».

Сессия откроется 15 мая  вступитель­ным словом академика В. В. Виноградова
и булет работать пять дней.

На собели будут заслушаны доклады:
члена-коровепонлента Академии наук