Вопреки усилиям боннского канилера Аденауэра и его американского свояка Макклоя, тысячи молодых борцов за мир прибывают в Берлин в точно назначенныйи срок, Бор. ЕФИМОВ НАРОДЫ ТРЕБУЮТ ПАКТА МИРА Жители шведской столицы — Сток. гольма подинсывают Обращение Всемирного Совета Мира © заключении Пакта Мира. снимок из шведской газеты «Ню даг» онл нисврония Федеральный судья Конджер приказывает руководителю компартии США Фостеру внести’ новый залог в 10 тысяч долларов до 6 августа, в противном случае Фостер: будет арестован. Под тяжестью фактов, или изооражение того, как мистер Остин пытается отрицать американские зверства в Корее, о которых сказано в докладе комиссии Международной демократической федерации женщин, недавнего дня Соитанского Утром Правители Турции, лишая турецкого Варшаве на скамье подсудимых сидят предатели, за спиной которых гражданства поэта и борца за мир министра иностранных дел г-на Герстоят Миколайчик, Черчилль и другие Назыма Хикмета, показали этим, что Septa Моррисона разбудил весьма враги польского народа. Пока еще сами они окончательно перешли в неприятный «стук почтальона». стоят, но придет время — сядут. американское подданство. БЕССМЕРТИЕ ПОЭТА 80 июля 1951 года во время варварского налета американской авиации на Пхеньян погиб один из самых талантливых поэтов новой Кореи, заместитель председателя Ассоциации работн ников литературы и искусства fe Ги Чен. ГРЕЦИЯ-СТРАНА ТЮРЕМ вых палатках в ущелье, часто наводинюшемея потоками, которые стекают с окрестных тор. Вода ynocuT палатки. а люли, чтобы спастиеь, взбираются на доревья. Заключенные, среди которых есть даже 70-летние старики, одеты в лохмотья и ежедневно подвергаются насилиям во стороны охраны». 25 летей греческих антифапкистов, брошенные еще в 1948 году в тюрьму Вифисиа, а ныне переведенные в тюрьму города Каламаты, переслали в ООН меморандум, где описали бесчеловечные истявания и пытки, которым они ежедневно подвергались. «Тюремные сторожа во главе ‹ начальником тюрьмы выгоняли нас на двор и, как дикие звери, набрасывались на беззащитных людей. Избиение продолжалось часами, тела наши покрывались кровью, а каннибалы продолжали бить и топтать нас сапогами. Ни душераздирающие крики пятнадцатилетних мальчиков, ни струяшаяея кровь не останавливали опьяневитих от зверетв извергов... Ночью. 8 ” * gpams B82 ————} = Аль а, rear’. эф» Сттатиру^ 5 эээ №0, Фллоыо: Воспроизводимая здесь нами карта размещения тюрем и концентрационных ла-. терей в монархо-фалистекой Треции является ярким обличителыным документом, раскрывающим жуткую квафтину фашистского террора в стране. Она взята из бро-. шюры «За решетками», выпущенной в этом тоду Союзом демократических женщин Греции. На карте показано более 40 главнейших тюрем (в Афинах, Коринфе, Лариссе, Каламатах, Салониках, на островах Эгина, Хиос и др.) и три самых больших концентрационных латеря (Макрониеос, Агиос-Евстратиое и Трикери). Тюрьмы обозначены решеткой, концентрационные лагери — палаткой, окруженной колючей проволокой. Если рядом с названием тюрьмы или концлагеря стоит буква «Г», эначит эти места заключения предназначены исключительно для женщин. («Г» — первая буква греческого слова «гинекон» — женщина). В левом нижнем утлу дана отдельная карта тюрем, находящихся в районе Афин. Их злесь четыре: количество узников, которых монархо-фаeo шиетТы стерегут особенно усердно, видимо, очень велико. Это известный застенок, Авероф, Вифисиа, женская тюрьма Авероф и Валлифеа. Здесь, в. этих зловещих темницах, лагерях смерти и многих других застенках, не обозначенных на kapre, терпят нечеловечесьиюе Муви греческие патриоты, схвачен. ные фашистскими палучами, действующими по указке американских хозяев. Лагерь на острове Maxpoнисос недаром называют греческим Лахау. От расстрелов наши мучители врывались в камеры и начинали игру в «мяч». Ударом ноги в живот кулаком или дубинкой они старались перебросить «мяч» — окровавлентос детское чело -— следующему палачу. Лотом они по очереди били нае дубинками, железными прутьями и чулками, набитыми цементом...» Ни на один день me прекращается в Греции кровавый террор. Недавно в афинской тюрьме Авероф был тайно расстрелян политический заключенный Георгиос Коссивос. Сейчас происходит так называемый «процессе шестнадцали» — готовиея расправа над юношами и девушками, членами ЭПОН (запрещенная организация лемократической молодежи Треции). Молодые патриоты, отказавиияеся отречься от своих взглядов, подпадают под действие пресловутого закона № 509, воторый предусматривает CMEPTHY казнь за политические «преступления». Треция сегодня -— это лагерь смерти. Малейщее недовольство существующим положением -—— достаточный повод aaa ареста. Недавно чрезвычайный военный суд приговорил в пяти годам тюзьмы учашегоея Захатакиса только за то, что тот Huписал Ha школьной доске фразу: «Война для белных— прибыль для богатых». Греческие монархо-фашиCTH опутали BCH страну колючей проволокой, уничтожили десятки тысяч натриотов и сотни тысяч посадили за решетку, но не смогли заковать в кандалы стремление греческого народа к миру и демократии. В стране. нелеИмя Те Ги Чена широко известно не только в` Корее, но и. за ве пределами. В 1948 году за поэму «Пектусан», посвященную народно-освободительной борьбе корейских партизан под руководством Ким Ир Сена против японских захватчиков, Те Ги’Чен получил Национальную премию первой степени. Поэма переведена на русский язык. Во время войны корейского народа с американскими империналистами Те Ги Чен прошел славный боевой путь, сражаясь с врагами на северо-восточном фронте. В ряде стихотворений поэт выразил ненависть всего корейского народа к американским извергам. Лучшие из’ них — «Корея сражается», «Дорога в огне» — стали в Корее народными песнями. Ниже мы публикуем стихотворение корейского поэта Тю Сон Вона, посвчаа ЕС ценное памяти Ге Ги Чена. Нет. Смерть не властвует над нами. На битву движутся‘ полки. И вижу я— идет сквозь пламя поэт, ^ сжимая кулаки... Летят над ним стервятннки, бомбя, н на родной земле ‚.дымятея раны. Идет поэт сквозь пламя по Пхеньяну, и в нем, мой друг, я узнаю тебя. Я вижу, как, склонивнеись над воронкой, ты обнимаешь, приподняв с земли, живого черноглазого мальчонку, который плакал по-ребячьи звонко, прижавшись к мертвой матери в гыли. я вижу — рядом женщина седая присела на развалины, рыдая. Здесь люди именем народной власти ей новый дом ни на счастье, но. дом обуглен, вылетели стекла, и корзанка старая продрогла, и ты пиджак свой старенький с любовью на плечи ей накинул по-сыновьи. С лев Мой друг! Когда на нае враги напали — услышал отчий край слова твой, твой громкий голос братья узнавали, он долетал сквозь грохотанье стали, к свободе звал и поднимал в бои. Гремел он, заглушая батареи: «Прочь грязные ручища от’ Корень И пулеметной очередью строчки — . тверды и справедливы до кенца— гаснли вражьи огневые точки и пробивали черные сердца. Вот почему они тебя убили — разбойники ночные с Уолл-стрита. Я вижу... Нет, не отдан ты могиле. Глаза твои, уста твои открыты. Шроницательный Dal... По сообщению агентетва Ассошиэйтед Пресе из Вашингтона, член иалаты представителей Балж (республиканец от штата Айдахо) заявил 18 июля: «Позывные буквы пяти наитих радиостанций, передающих программы «Голоса Америки», начинаются © букв «\У. К... Первая из них произносится — по-русски, как «в», и, по словам специалиста по русскому языку, эти три буквы, если прэизнести их слитно, будут означать: «Я вру». Вряд ли можно считать простой случай ностью, что из 26 бухв американекого алфавита для передач «Гожаса Америки» избрана комбинация «\\/.Ю.Ч.» На этом основании Bare обвинил rocyдарственный департамент США в том, чю TOT находится под «красным влиячие»», Бадж заявил, что он намерен просить правительство удержать из общих ассигновсний государственному департаменту 85 миллионов долларов, отпускаемых «Голову Америки», «если не будет продетавлено удовлетворительное объяснение». Бадж добавил: «Может быть, гое-км игнорирует мое заявление, характеризуя его как придирку. но я не понимал, по‘чему американский народ должен платить 85 миллионов долларов за то, чтобы скдзать «Я вру». x, Вот встретились два хоропих, любящих друг друга молодых человека — Виктор и Ирина мз «Великой силы» 5B, Ромашюва. Говорит Виктор: — А разве мы для тото восвали, чтобы потом теряться? Разумеелея, учиться byдет трудновато, А воевать было легко? На наипи илечи легло мкогое, но я не боюсь трулностей. _ А ведь в жизни, пожалуй, так не говорят. Ееть в этой тирале что-то показное, нескромное, глубоко чуждое. характеру советского человека. И когда слыпиапь со сцены подобные нескромные, декларатизные фразы, т0 испытываень чувство большой неловкости за человека, произносящего. их. А вот как Виктор отвечает Ирине на Ворос, за что он № побит: — 53а 10, что ты девушка простая, хорошая и думаешь о будущем... a] поэты веех времен и народов стремились ответить на этот вопрос так, чтобы каждый человек поверил в истинность любви, почувствовал ое могучую силу, ее нюзисы, и не всегда достигали успеха. А вот Виктор, тлавом не моргнув, нашел точную формулировку, Но не мало ли этто для любви? И’ могут ли порадовать подобные слова любимую? И кто дно чт дооные слова любимую? И кто он, эт у Виктор—хороптий, богатый душой молодой четовек нашего времени, или сухарь т скучный догматик, подхолящий к любви е суммой универсальных требований? Пра. во, он больше похож на последнего... Советская тамара ma water nwenra э9вчгомюя. Драматургия 3a тоды своего развития добилась больших успехов, & успехи эти удостоены самой высокой mas грады — народного призналвия, Но требования парода к своей драматургии с каж: дым днем растут. И одна из главнейших задач, стоящих перед напвими писателями на пути ‘повышения художественного маотерства, состоит B TOM, чтобы совершена ствовать, обопацать язык драматических произведений, это ^ могущественное средство выявления характера советекого че. века, выражения высоких KOMMYHHCTHческих WICH. А. АНАСТАСЬЕВ, Н. АТАРОВ, К, В. КОРОТЕЕВ, В. КОСОЛАПОВ, — ЕР аи Ро sts pene ВИ ратуры и искусства — К 4.02.59, } 4-11-68, Kommyratop — K 5-00.00. H Ar И ix] Wh Ь 01586 я знаю, что сказать они желали, какое повеленье передать! Клокочет гнев, когда сердца в печали. И за твою седеющую мать, которая ждала тебя ночами, за родину, горящую в бою, асправимся сполна мы с палачами! ой друг, ты жив! Ты с нами! Ты в строю!.. за счастье в бой идут полки, Над ними — праведное знамя, Идет у древка через пламя поэт, смиамая кулавы... Перевел с корейского Марк МАКСИМОВ чосьим GAGA Ye UL Pd PPOs ‚и пыток там THOHYT THICTUN ` людей. Говоря 0 другом латере — Атиос-Езетратиое, даже выходящая в Афинах право-социатистическая газета «Maхи» вынуждена конетатировать: «910 концентражион‚пый лагерь, созданный по copastty лагерей Гитлера, Mycсолини и Франк. В ием зари три тысячи граждан... Узники живут в дыряvr, OBES AE Saree rm asa EO Ee. ВЕН Аа = HEX Yee. ко: Phe ни фас: — oe 3 LH THADAIL гальню печатаются демократические газеты «Ризоеластие», «Пролетариос» и друтие. Широкю распространятся листовки, призывающие бороться за мир, хлеб и свободу. Следуя примеру becстранного народного героя Манолиса Тлезоса, патриоты устанавливают на самых высских зданиях Афин светящиеся надписи: «Ирини!» — «Мир!». Треческий народ борется за победу! вазкню еше одно условие: нак и что говори герой в данной ситуации, н кому он обращает евою речь, Советская драматургия является провоз‘вестницей коммунистических идей, коммунистической морали. Находящаяся на передовой линии огня советекая драматургия по самой природе своей публицистична. Она честно и открыто несет в варод передовые идеи, честно и открыто боретея против веето того, что мешает нанему движению вперед. Публицистическое звучание пьесы, выраженное в характерах героев, — вот что нужно советской драме, чем она высока. Но бывает, к сожалению, так, что верные, хорошие, острые слова звучат ео сцены как бы сами по себе, неизвестно нем произносятея. И тотда слова эти, оставаясь за пределами искусства, куда меньше волнуют зрителя. В пьесе Б. Лавренева «Гол0е Америки» Макдональд говорит: — сказал вам, что я коммунист. Я в боевом строю моей партии, которая уже ведет. здесь бой. Тяжелый бй! Ия не могу уйти с переднего края. понечно, это Так. Мы знаем о тероической работе коммуниетов в имнериалиетнческих странах, жиэнь каждый день рождает новые и новые примеры их самоотверженной борьбы. Но ночему же не Макдональд” а Видд, куда менее зрелый борец за мир, запечатлевается в нашей памяти? Потому что’ слова Макдональда о борьбе на переднем крае — лишь декларация, потому что мы не знаем Мак ональAd. Писатель не открыл нам в нем челоBeka. Вазкдое слово в драме принадлежит уже не только автору, но и действующему лицу. Это — истина, и ве же она порой запываетея даже многоопытными драматургами. Думаемя, что один из серьезных недостатков языка некоторых наших пъег, и среди них хороших иъес, соблоит в TOM, что WX -repow MHaro резонерётвуют, Лаже в интимном разговоре OHM Hore He мьгут’ удержаться oT того, чтобы “He со0бщить; какие они стойкие, благородные, хорошие... Главный редактор К. СИМОНОВ. pea лочная. воллегия: 6. АГАПОВ, Н. ГРИБАЧЕВ, Г. ГУЛИА, А. КОРНЕЙЧ А, КРИВИЦКИЙ, Л. ЛЕОНОВ н ПОГ ’ разделы; дательство редактора). ме, а печи топлю у Т1вердовой, трудодая получаю ¢ колхоза Тихого». Так важная мысль о неверном использовании кКолхозных кадров выражена примитивным 600бщением в зрительный зал. В характеристике героя драматического произведения большую роль ‘играют слова других действующих лиц 0б этом rep. Достаточно вономнить саркастические афэ-. ризмы Чацкого п Молчалине, Скалозуб, Загоренком, Репетилове, ‘тостях фамусовckoto бала, чтобы е поразительной яр-. костью представить себе каждого из них: в этих ренликах подмечено самое зерно персонажей, их суть. Верно найденная, точная реплика порой. тораздо глубже выражает мысль, чем 96- стоятельное изложение этой мысли. В пье-. се С. Михалкова «Илья Головин» Бажов говорит композитору: —- А ведь генерал прав, Илья Петрович!‘ И уж если откровенно говорить, тут и Моз мнение такое: коли не расечитывать на 10, что тебя поймут твои современняки, © которыми вместе ты сейчас на земле коммунизм строишь, так фади чего тогда и жить на свете? Это глубоко верные слова, под которыми поднишется каждый воветокий человек, советский художник, но. напрасно baжов делает вид (это звучит в интонации), что он только сейчае постиг эту истину. Да и не нужна эта фраза, потому что раньше, в самом начале второго акта, работница Луша замечательно по глубине и остроте развоблачила антинарюдное, ненужное и непонятное современникам убогое искусство, расечитанное якобы на будуmee. Ha потомков. — Я говорю © музыке, о TOM, “Tea писал, ради чето ‘я жил... — доверяет Галовин свои мысли Луше, — Я допускаю, что вы, ‘Луша, не в силах понять больпюго, серБезного музыкального произведения. Я допускаю. Но ведь в конце-концов ваиг внук смог бы оценить и понять меня. B orser на это признание Луша: говорят: — Какое у него понятие! Ему только соску сейчае понимать. Очень хорошо! Ответ Лущши необыкновенно прост; это ответ. по существу. А мысль в нем — глубочайшая, и звучит в лушиных словах убийственная ирония по адресу «еверхчеловеков», : оторвавшихея от нарола. . a Только B TOM случае, если герой депCTBYeT и говорит соответственно своему характеру, с учетом положения, в котором ст находится, в драме торжествует. правда во всем. Между тем иногда драматургия ставят действующих лищ в ложное лолоKOHL, по своему произволу заставляют их говорить то, что. вовсе не соответствует намерениям героя. Bb. Ромашов в «Великой силе» позволяет быть Милягину откровенным: «Антрну, по-приятельски, — говорит Muasгин dappopy. — Другой будет врать: я такой-сякой... А я открыто. Надо было воевать, мы не прятались. Вот — ваработали. А теперь мне хочется пожить. Знаешь сказку про колобок? Милую. летокхю, наивную сказку: «Я от бабушки ушел, и от дедушки ушел, и от тебя, серый волк, уйду...» Это хорошо; потому что нахолитея на главной линии сюжета, потому что опраздано: Милягин, недалекюго ума человек, ве еще не может понять, что его с бывним приятелем Лавровым разделяет прэПасть... : Но вот друтой случай из той же пьесы. Известно, что Медынцев — бездарный ‘человеки карьерист, однако взгляды его на жизнв неведомы ‘зрилелю. елал прояспить их, писатель насильственно, безвсякого повода заставляет Медынцева излагать свои воззрения на искусство. Медынцев: Ну, возьмите, в конце концов, искусство. Кино. Все легко, Все ириamo. A театр... Мы как-то с женой смоттели прелестную английскую комелию. Абдуладзе: А в чем ее содержание? Медынцев: В ‘том-то и дело, что там нет особенного содержания. Просто изображена семья. И в каждом поколенни муж с жеНой обязательно расходятся. Поживутпоживут.— и расходятся. Ну ла, жена начинает понимать, что муж ей не подходит, встречают свой «идеал» и уходит е ним! Й дети прололжают 10 же самое. И ника: ких трагедий. Очень милю. И это — плохо. Илохо пе только потому, Что весь разговор о кино возник вне велкой связи с развитием действия, но и потому, что автор заставил Медынцева товорить так; как в наше вромя даже самые отъявленные понгляки говорить себе не позволят (из чувства самосохранения!), особенно в присутствии людей, от которых зависит их положение, карьера, Значит, для лостижения . жизненной ‘равды: в драме, для создания посредством слова. полнокровного. : жигого характела тельница Яровая проходит’ на протяжении пяти актов сложный путь духовного, идейного развития, но ни разу, ни в одной сцене не возникает ощущения, что мы чего-то не знаем о ней, что какой-то ее постук не вытекают из всего предыдущего. Мы не видим со сцены, как жила Яровая. до разлуки с мужем, что чолкнуло ее на. эктивную революционную борьбу. Но мы знаем 06 этом, знаем из ее слов, чувств, поступков. Прошлое Яровой вошло в настоящее — оно в эпизоде с полотенцем, в столь неожиданной встрече © мужем, в трагической ошибке Любови, когда ona 0 верила в искренность Ярового. Наконед, в финальных словах ньееы: «Нет, я тольKO с нынешнего дня верный товазиш». Иногда же бывает так, что драматурт словно сам себя обманывает: ему не улалось раскрыть ‘характер в речи и действиях героя, и он прибегает к старому литературному (но чуждому драме) приему воспоминаний. Вполне законно желание бр. Тур. и И. Пырьева поведать зрителям о лом, какую большую школу революционной борьбы прошел старый рабочий Егор Дутония. Но, чуветвуя, видимо, что из действия, из диалога, нужного по сюжету, этого не уловить; авторы ваставляют Лутонина и. Рябчикова предаваться воспоминаниям: «...А помнишь, Саввушка, в десттом нашу первую маевку?» — ловольно некстати спрашивает Егор... «А в двенадцатом здесь на мосту что было... После Ленского расстрела. Помнишь?» «А в семпадцатом, Егор, как мы в Врутицких казармах юнкерам ультиматум предъявили! А Кремль, Времль как брали! Помни. мы © тобой еще в оградке у Василия Блаженного лежали?’. > Так рассказывается биография prepa. Но ие самосильно, а при помощи авторов, ибо диалог этот линий для развития действия и воспринимаетея он как авторская характеристика действующих лиц. Подобную же ошибку совершают apaматические писатели, когда они заставляют самото тероя представиться зрителям. Фома Колосов из пьесы «Хлеб наш насуще НЫЙ», так TOT попросту отрекоменловалвя: «0хо-хо! Служу конюхом в исполконеделю: ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО СМ. НА 3 СТР. выдуманные. эначит ли это, что подобные слова должны быть решительно изтнаны ив речи герозв? Нет. конечно! Но они — лишь речевые краски на фоне общенародного языка. Стремление чем-нибудь да «отметить» героя не имеет ничего общего с желанием юоздать действительно живой, конкретный характер. В той же пьесе «Хлеб наш насущный» есть образ колхозного счетовода. Лукерьи Соловьевой. Еели прочитать подряд все ее реплики, 10 выяенится, что почти в каждой из них она говорит о бухгалтерии. Надо полатать; что тажим образом писатель хотел подчеркнуть индивидуальную черту в характера: необыкновенную, всепоглощающую любовь к своей работе. Но результат получился обратный: Лукерья стала условным персонажем. Есть и еще более примитивный способ индивидуализации героев: оснащение языка действующих лиц всевозможными «характерными словечками», прибаутками, повторяющимися по многу раз, довольно часто — украинизмами. И особенно плохо, HoT эти украшения расставляютея произвольно. Так, например, мастер Бандура в «Совести» Ю. Чепурина по непонятным причикам одну Фразу говорит по-русекл, а другую по-украински, да еще вдобавок коверкая при этом украинский язык. ЗВепоминается другая пьеса, где такая речевая краска использовалась очень хорошо. Осерехько в «Далеко ov Оталинграда» А. Сурова, говоря все время по-русски, переходил на украинекую речь, котда золновалея — и это лелало его речь 0собенно искоенной и взволнованной. ‘` М. Горький писал о драме: «Ньеса — рама, комедия — самая трудная форма ‘литературы, — трудная потому, что пьеса требует, чтобы каждая действующая `В ней единица характеризовалась м ‘словом, и делом самосильно, без подсказываний со етороны автора». Подлинными: образцами такой самосиль-. ной характеристики являются образы светкой классической драматургии. Учи«Литературная газета» выходит три’ раза в по вторникам, четвергам и субботам Адрес. редакции и издательства: Москва 51, Цветной бульвар, 30 (лля телеграмм — № К 4-01-88, внутренней жизни —К 4-08-39 К 4-72-88. межлупародной жизни — K 4-03-48, K 4-03-66. Типография имени И. И. Скворцова-Степанова, Москва, Пушкинская площадь, 5. сква, Литгазета). Телефоны: секретариат — К 4-04-62: науки —Б 3-27-54, отдел информации — К 4-08-69 из