„Поэме северных рек“ Н. Асеева
	MUBYMAX B
	Савва КОЖЕВНИКОВ
>
	«одуряли» головы народвв,
Сибири, то
	Шли воеводы с полками,
ставили срубы в Лесах,

в грудь непокорных толкали,
борзо сбирали ясак.
	Да, воеводы нередко действовали имен­но так. Но. по Асвеву, грабителем был и
простой народ — «понизовая Больница,
беглая от бояр», «гореть казаков и. рус­ских мужиков». .
	Толпы гулящих да беглых,
кто чем вооружен,

соболя брали да белок,
брали в замужество жен.
	Исключение Асеев делает только для
«землепапща».

Следом их шел землепашец,
TOT — лишь с тайгой воевал —
	в севе весеннем размашиет,
потом зерно поливал.
	Но и это, по утверждению Асеева, не
имело никакого положительного значения
для Сибири.
	Но зарастало доброе семя:
не торопилось новое время.
	Это неверно. Доброе семя не зараста­ло. Сибирь ло прихода русеких была
страной дикой и темной, жители ее = от­сталыми, хозяйство их — первобытным.
( приходом русских в Сибирь проникли
более высокие формы хозяйства и куль­туры, был ускорен процесс экономиче­ского и социального развития сибирских
народов.

Русский народ, пришедший в Сибирь,
выдвинул из своей среды целую плеяду
талантливых исследователей, изобретате­лей, ученых. Выдающийся ученый Семен
Ремезов, составивший знаменитую  лето­пись, которая и до сего дня является са­мым фундаментальным, самым  достовер­ным первоисточником при изучении исто­рии Сибири, является и автором не менее
знаменитого географического атласа Сиби­ри, который внервые открыл перед миром
северо-востох Азии.

С 1736 по 1741 год на Камчатке ра­ботал талантливый исследователь Степан
Крашенинникое. Написав свою золотую
книгу «Описание земли Камчатки», он
вновь открыл этот чудесный полуостров,
слелав его достоянием мировой’ науки. Кни­гу его внимательно конспектировал Пуш­кин, ею восхищался Горький.

В 1763 году, раньше англичанина Уат­та, солдатский сын Иван Нолзунов изобрел
в Барнауле паровую машину.

Сибирь дала таких ученых, как химик
Менделеев, таких художников, как Сури­В.
	т.

‚ «Поэма северных рек». Так назвал
epoe новое произведение талантливый
поэт Николай Асеев; Можно себе пред­ставить, с каким горячим . интересом
взяли в руки эту поэму тысячи совет­ских людей.

Мы, сибиряки, любим свои реки. В их
могучей  полноводноети, в колоссальной

силе, в их грандиозном будущем мы
ВИДИМ неисчерпаемый источник поэзии.
	И первые же строки поэмы Н. Асеева 3a­хвагили наше взимание.
	Чтобы даром силу не рассеивать
водному могучему потоку,
говорят, что наши реки Севера
можно повернуть к юго-востоку.
	«Эемля кончается там, где кончается
вода», — говорит казахская, ноеловида.
И в самом деле, на ю5е-востоке нашей
страны из-за недостатка воды миллионы
тектаров земли совершенно пустынны, На
сотни километров растянулиесь выжжен­ные пустыни Казахстана. Лежат беснлод­ными массивами земли в пустыне Bet­Пак-Дала, в приаральских Кара-Кумах, в
Притургайских и Усть-Уртеких стенях.

А на севере, в Сибири, миллиарды ку­бометров воды пропадают bea  веякой
пользы, вливаясь в Ледовитый  окезн.
Только 0бь и Енисей ежетодно отдают

‚ этому холодному океану 942 миллиарда
› кубометров своей драгоценной воды.

’ Повернуть’ реки! Какая смелая и ка­Кая яркая мечта!
	„чтобы силы вод текучие,
изобилье драгоценной влаги,
перекинуть на пески сыпучие,

на сухие степи и овраги;

чтабы не безлюдной тундрой севера
в океана прорву утекая,

а в моря пшеницы, хлопка, клевера
хлынула энергия такая.
	Вот наше завтра.

Покойный Павленко писал в «Правде»
1 января 1951 года: «Мы вправе
ожидать чудее в мире строительной тех­ники. Быть может, реки, бесплодно виа­дающие в Северный Ледовитый океан,
скоро изменят свой путь и повернут на
юг. Й все это осуществитея’ быстро».
		в  сотружестве ¢ коренными ‘народами
края, непримиримую борьбу против наеи­лий и издевательства, против экоплуата­ции и произвола co стороны царизма и
ето слуг. Вунты казаков, промышленных
людей, пашенных крестьян после прихо­да их в Сибирь вспыхивали через каж­дые два-три десятилетия. А когда появил­ся сибирский пролетариат, в крае развер­нулось под его руководством игирочайшее
революционное движение. В декабре
1905 года в Жраснояреке был создан один
из первых в России Совет рабочих и е0л­датеких депутатов. В годы гражданекой
войны трудовой народ под руководетвом
большевиков изгнал из Сибири колчаков­цев и интервентов. Еще в 1926 году
Н. Асеев в ноэме «Семен Проскаков» Boc­пел одну из славных страниц этой борь-.
бы. Откуда взялись бы Просваковы, еетя
все сибиряки были разбойниками, «хму­DHMH людьми», которые «себе лишь He
лиходеи»?

Так обстоит в «Поэме северных рек»
дело с прошлым. Вак же выглядит в п0э­ме Н. Асеева наш сегодняшний день, как
выглядит советский человек, его мечта 0
будущем северных рек?

Поэт приглашает читателя поехать по
сибирским рекам — «по Тавде и Конде к
Тоболу и Иртышу». Разумеется, наш лю­бознательный читатель © удовольствием
примет это приглашение.

Читатель слышал о колоссальных пре­образованиях на берегах северных рек, но
вот самому поэту все еще кажется, что
в этих местах, как. в старину, «нет ни
путей, ни дорог» и что есть там одни
только «Лишайники, мхи», «глухие лев­ные угодья» и следы зверей.

Правда, в седьмой главе поэмы Н. Асеев
пишет:

И люди здесь стали другими —

рожденья советской поры.
И в новых светясь поколеньях,

встает из полярных оков
Сибирь скотоводов оленных (?),

 
	охотников и рыбаков;
	и школ и амбулатории,
и свет ‘от колхозной избы
	простерся (г) до самого моря,
до выхода Обской губы.
	Но это звучит веего лить общей
декларацией. Конкретные картины сибир­ской жизни, которые рисует поэт, совеем
иные. Вот ram, «me & OOM прихлынул
Иртыш», стоит советское село Белогорьь,
Село это, прямо скажем, представлено
поэтом в весьма неприглядном виде, В нем
всего лишь «лодка да сети, да рыбе
бесесловье села». И дела в нем веето лишь
только рыбьи. Вогда жительница этого
села Наталья Андреевна узнала о том,
что есть мечта воздвигнуть у Белогорья
плотину и создать Сибирекое море, она
восприняла это как «грозу неминучую»
и в слезах упала на узлы.
	-— Да что ж это: будет такое?
	Откуда ж такая беда?:
— Ведь с трубами всех нас покроет,
	поднявшись, болышая вода:
	Наталья Андреевна -— единственный че­ловек в поэме. И какой это замшело от­сталый человек!

Поэт убеждает Наталью  Андреевну:
нельзя Удовлетвориться только лодкой,
	сетями да рыбьим безмолвьем села — «ведь
есть же другие на свете большие, не
	рыбъи дела!!»

Для этого он, сделав длинный экскурс
в прошлое Сибири (который мы уже ра­зобрали выше), скороговоркой сообщает,
что Сибирь стала иной. и восклицает:
	Не хмуриться ж. горько и гневно,
Что жизнь эта стала иной?!
	Оказывается, Наталья Андреевна, нат
современник, сибирячка, боится будущего,
боитея нового. Й только выслушав по­следнюю тираду ноэта о том, 420 «ЖИЗНЬ
без движения мельчает себе на беду», она,
наконец, решает: «Иду!»

Дальше в поэме следуют главы в ходе
предполагаемого строительства плотины, 0
жизни, которую принесет сибирская вода
в пустыни и степи юго-востока. Отдель­ные строфы этих глав наниеаны ярко,
впечатляюще. Чувствуется опыт и та­тантливость автора. Не в целом эти гла­вы бледны, они He захватывают, не
волнуют, в них нет выразительных при­мет реальной действительности. Мы не
видим живых ярких картин, не ощущаем
захватывающего труда людей, не узнаем
их мыслей, Конкретность.дел, творимых со­ветскими людьми, подменена высокопар­ными восклицаниями и туманными рас­суждениями.

Н. Асеев — опытный и талалтливый
поэт, заслуги его перед советской поэзией
известны. Очень хочется, чтобы в новых
его произведениях люди нашей эпохи,
приметы времени нашли достойное вы­ражение.
	НОВОСИБИРСК
	3 поисках образа
	иллюстрации к первому изданию того же
романа «Буря», в книгам В. Лациса «Ити­цы без крыльев» и А. Бойченко ` «Моло­дость»).

Рисунки М. Витолиня Е роману
А. Саксе «В гору» бедны,  прозаичны.
Художник, очевидно, стремится к реализ­му изображения. Однако рисунки его сви­детельствуют, что он слишком поверхно­стно читает текст произведения, торопяеь
найти любую подходящую ремарку, кото­рая могла бы послужить поводом для ил­люстрации. Это мешает ему ощутить идею,
дух литературного произведения в целом.
Иллюстрации приобретают харавтер фото­трафического (притом неточного) репорта­жа; на них лежит печать случайности,
импрессиониетичности. Центральный образ
романа не улалея художнику. Не выражает
трагизма, присущего этой ецене ромалз,

иллюстрация, показывающая деда Пакал­на с телом его внучки, подорвавшейся на
немецкой мине. Из-за путаницы черного
с белым, из-за неразработанного техниче­ского приема не сразу понятно, что изоб­разил художник.

Ничего не ‘товорит зрителю изображение
торжественной сцены приема Мирдзе’ Озоле
в ряды комсомола, Здесь нариеован ‘отвле­ченный портрет замечтавшейся девушки со
сложенными за спиной руками. Статичны
и схематичны изображения массовых
сцен.

Пережитки стилизаторетва и эстетства
сковывают развитие такого одаренного
мастера композиции, как Г. Вилке. Его по­следние иллюстрации к книге. «Отец
Горио» 0. Бальзака и еще в большей мере
к Детским рассказам Л. Толстого не вво­дят читателя в идейный и образный мир
ЭТИХ КНИГ. ,
	Еще в большей мере эстетство, стилиза­торетво, импрессиониетичность проявляют­ся в иллюстрациях к детским книгам.

Рисунки В. Фреймана к стихам С. Мар­maka «Откуда стол пришел» резхо
расходятся с духом текста, что в детских
книгах особенно недопустимо.
	Такой же порок имеется в книге gh. Cy­ниня на текст Ю. Ванага «Юные кол­хозники». Иллюстрации сделаны в двух
«стилях». Для характериетики темы и на­строения художник дает манерно сухую
стилизацию «под витраж», а для раскры­тия текста и характеристики действия и
фабулы — пупресснонистические акварели.
	Чавих примеров много. Они свидетель­ствуют, как много надо работать, чтобы
поднять идейный и профессиональный уро­вень латышского. советского иллюстратив­ного искусства. Очевидно и т0, что ла­тышекие иллюстраторы не получают необ­XOAUMOH помощи со стороны секции грз­фиков Союза советских художников Jat­вии; их работа не подвергается широкому
общественному обсуждению. Редакция и
художественный совет встречаются с ху­дожником лишь тогда, когда он предетав­ляет им готовую продукцию.

Латышские художники книги — иллю­страторы и оформители — должны много и
упорно бороться за подлинно реалистиче­ский­путь своего искусства. Еще и еще
раз надо вернуться к проблеме овладения
мировым и в первую очередь русским
классическим наследством иллюстративного
искусства — к изучению замечательных
мастеров русской школы Атина, Тимма,
Боклевского,. Соколова и др. и мастеров
русской советской иллюстрации.
	Иатышекие иллюстраторы ‘не должны
забывать, что на них возложена большая
И ответственная задача-—-раскрывать перех
глазами советского читателя правдивые
образы исторических эпох и людей, облег­чать познание жизни и тем самым способ­ствовать продвижению вперед, к ROMMY­низму.

Артур ЛАПИНЬШ,
	заслуженныи деятель искусств Лат­вийской ССР, лауреат Сталинской
премии
	В послевоенные годы Фатвийское госу­дарственное издательство выпустило около
няти тысяч книг в десятках миллионов
экземпляров. Книга стала подлинно народ­ным достоянием. Новые задачи стоят пе­ред латышекими художниками — иллю­слралюрами и графиками. Овладевая принци­пами сониалистического реализма и опы­чем русских художников книги, они внее­ли значительный вклад в дело развития
лальниской советской книжной культуры.

Однако, чтобы удовлетворить требования
советского читателя и обеспечить дальней­ший свой рост, латышекие художники
книги должны глубоко задуматься над
	Кабарониский
эпос «Нарты»
	Как известно, года
два назад на рус­ском языке был опу­бликован эпос осе­тинекого народа
«Нартские сказания».
С давних времен бы­туют сказания о нар­тах и у кабардинцев,
а отдельные песнии
встренаются у народ­ностей Дагестана, в
Западной Грузии, в
Абхазии.
		11ервые записи кабардинских сказаний
о нартах стали известны в середине прош-_
	лого века: их соорал и опуодликовал в
русской нериодической печати известный
кабардинский просветитель, исследователь
фольклора Шора Ногмов. Но систематиче­ское собирание, изунение и издание уст­ного народного творчества стало возмож­ным только при советской власти, когда
возникла кабардинская письменность.
	Кабардинский научно-исследовательский
институт при Совете Министров республи­ки приступил к этой работе более два­дцати лет назад. Был накоплен ценный
фонд — около 500 авторских листов раз­личных жанров народного творчества, но
в дни войны он был варварски уничтожен
гитлеровскими захватчиками. Подготовку
кабардинского фольклора к изданию при­шлось, по существу, начать сызнова. Со­зданный с этой целью специальный коми­тет приступил в 1948 голу к изданию
фольклора Кабардинской АССР в трех то­мах, первый TOM которого и составляет
эпос «Нартых.

Нартские напевы, песни, речитативы 3a­писывались со слов чабанов, табунщиков,
‘доярок, комбайнеров, трактористов, агро­немов, сельских учителей. К работе над
сводным текстом эпоса были привлечены
научные и писательские силы республики.
Из всех записей отобраны наиболее завер­шенные и ценные в идейном и художест­венном отношении циклы. Они составиля
том объемом около 30 печатных листов,
выпушенный ныне Гослитиздатом.
	Чувством глубокого патриотизма про­никнута эпическая поэма «Нарты», герои
которой славятся преданностью родине,
честностью, любовью к трулу, храбростью
в борьбе с врагами родной земли.
	Литературный конкурс
	Ренением Совета Министров Молдавской
ССР проводится конкурсе на лучшее про­заическое и драматургическое произведение
о Молдавии.
	Условия конкурса были направлены во
все республики, во все отделения Союза
советских писателей СССР.

На днях под председательством секрета­ря ЦК КП(б) Молдавии тов. Д. Ткача со­стоялось заседание жюри конкурса.

Близится окончательный срок сдачи ру­кописей на конкурс (1! ноября). Мож­но уже говорить © первых результатах
этого мероприятия. ?

Среди рассматриваемых секретариатом
жюри конкурса произведений несомненный
	интерес представляют: первая часть рома­на И. Канна «Утро на Днестре»—© тяже­лом` прошлом молдавского народа, роман
Я. Кутковецкого «Заря» — о социалистиче­ском переустройстве молдавского села, пер­вые части романа Л. Кабо «За Днестром»
‘и другие.
	Bee эти произведения получили положи­тельную оценку со стороны читателей и
литературной . общественности.
	Авторы произведений учли замечания
критики и представили их на конкуре уже
в исправленном, доработанном виде.

На конкурс поступили романы Ем. Буко­ва «Наш дом», А. Липкана «Пробуждение»,
Л. Лукьянова «Светлый путь», повести
А. Козмеску «Гора виноградная» и

«Подъем», повесть молодой писательницы
В. Малевой «Восход». Заканчивают работу
над новыми пьесами молдавские драматур­ги А. Лупан и Л. Корняну.

В конкурсе принимают” также участие
писатели РСФСР`и других братских pec­блик.
aaa П. КРУЧЕНЮК

КИШИНЕВ
	собрал и опубликовал в   решением поставленной перед ними 34-
	дачи.

Многие латышекие графики слишком
еще мало заботятся о  непосредетвенном
изучении действительноети.
	He Bee художники оценивают по 8 20-
CLOMHCTBY сотрудничество с автором про­изведепия, и не все писатели оказывают
дейетвительную номощь своему иллюстра­теру. А ведь художник являетвя не толь­ко пришедшим со стороны  толкователюм
текста «по своему усмотрению», но пол­ноненным соавтерем книги. одинаково ду­мающим, чувствующим и преследующим
ту же цель.

Безразличие к взаимосвязи  содержа­ния книги и формы иллюстрации,  про­являющееся в творчестве некоторых гра­веров по дереву, ках, например, 0. Абе­лите, Il. Your, отчасти М. Озолиньш,
приводит к тому, что работы этих худож­ников становятся формалистическими. Шо­являются штампы, тормезящие о творче­ское развитие художника. Так, штамн
приводит А. Дубурса к натурализму. .

К сожалению, следует отметить, что
нередко равнодушие к технике рисунка
рождается и по вине самото издательства,
которое принижает технические возможно­сти полиграфической базы. .

В латышекой советской книжной rpa­фике еще много остатков и пережитков
старого. Наиболее порочны пережитки сти­лизаторетва и импрессионизма в подходе
Е раскрытию темы и отображению дейст­вительности: случайный выбор сюжета,
случайная композиция, эскизноеть и рас­плывчатоеть формы, внешняя, упрощен­ная трактовка изображаемого; или, с дру­гой стороны, схематичноеть,  жесткоеть,
сухость и, в конечном итоге — отсутствие
подлинно реалистического образа.

Надо сказать, что элементы отмеченных
недостатков — в различных проявлени­ях — замечаютея даже в работах лучших
мастеров латышской советской иллюстра­ции. Возьмем, к примеру, иллюстрации
двух выдающихся произведений, удостоен­ных Сталинской премии. Это новое изда­ние романа В. Лациса «Буря», иллюстрнро­ванное художником В. Валдманом, и ро­ман А. Саксе «В гору», иллюстрирован­ный художником М. Витолинь.

Художник В. Валдман — опытный рисо-.
вальщик и иллюстратор. Он. настойчиво

етремитея к ясной психолотической харак­теристике персонажей, глубоко вникает в
замысел автора, советуется с писателем.
Но однообразие трактовки снижает качество
работы. В. Валдман выпячивает изобра­жаемые персонажи на первый план своих
рисунков, ограничивает их в действии, в
переживаниях и даже в ‘реальном про­странстве. Поэтому его иллюстрации часто
остаются лишь более или менее оживлен­ными групповыми портретами, но не по­могают читателю проникнуть ни в душев­ное состояние, ни в обстановку, нарисо­ванную писателем. Вдобавок, в силу гру­боватой техники его иллюстрации стано­вятся жестковатыми и сухими. Значитель­но сильнее В. Валдман в иллюстрациях,
исполненных «отмывкой» — тушью или
черной акварелью (так были исполнены
		Ys
	Чтобы правильно предугадать будущее,
нужно хорошо знать и правильно, по­марксистски понимать прошлое и насто­ящее. Сразу же после первой, вотупитель­ной главы Н. Асеев и рисует прошлое
северных рек, прошлое Сибири.
	Героиня его поэмы пугается  «трозы
неминучей». «Й деды того не слыхали, —
говорит она,— чтоб реку обратно вер­нуть». Лоэт ей возражает:
	«ИМ деды того не слыхали!»
А кто они, деды, скажи,
зашедшие при начале

за водные рубежи?!
	В самом деле, кто они, как их себе
представляет oat? Hak известно, рус­ские землепроходцы —— «деды,  зашедшие
при начале за водные рубежи», — соетав­ляют честь и гордость русского народа.
А. М. Горький писал: «Он, народ этот,
без помощи государства захватил и при­соединил Москве огромную Сибирь, рука­ми Ермака и понизовой вольницы, беглой
от бояр. Он, в лице Дежнева, Врашенинни­кова, Хабарова и массы других. зеилепро­ходцев открывал новые места, проливы —
на свой счет и за свой страх. Он же доду­мался... до изобретения паровой водо­подъемной -машины... Этим народом едв­лано много дела, ‘у него есть большая
HGTODH...2.
	Олнако «западная цивилизация» Унвр­но замалчивала этот подвиг русского на­рода, как и многое другое из его истори­ческих дел. «Все то, что ставится так до­рого другим народом, — © возмущением
писал Герцен в 1859 году, — России не
было зачтено ни‘ во что или, хуже, по­служило ей же еще в обвинение... Англия,
ломящаяся от тучности и избытка сил,
выступает за берега, переплывает за океа­ны... Ей удивляются... Но так ли смотрят
на подвиги колонизации Сибири, на ее
почти бескровное завоевание? Горсть ка­заков и несколько сот . бездомных мужи­ков перешли на свой страх океаны льда
и снега, и везде, гдв оселали усталые
кучки в мерзлых стелях, забытых при­родой, закинала жизнь, поля нокрывались
нивами и стадами, и это от Перми до Ти­хого океана... Й такие колоссальные 69-
бытия елва помечены историей...».
	Казалось бы, что советский поэт, ре­шивший заглянуть в прошлое Сибири,
первым делом увидит и опоэтизирует ге­роичеекий подвиг земленроходцев. Но on,
к сожалению, этого we сделал. «Почти
бескровное завоевание» Сибири, кавим
оно было в действительности, поэт пре­взатил в поход грабителей и разбойников,
	которые то «хитрым обманом, ON0eM?
	Николай Асеев. «Поэма северных PCH».
	Журнал «Новый мир», № 3, 1951 г.
	в СТОРОНЕ
	Да. русским народом сделано в Сибири
много дела, у него ость большая история.
Й странное, что Н. Асеев повторяет в сво­ей поэме вредный бред - буржуазных
«историков». Рассказав о «непригляд­ных» методах колонизации Сибири, поэт
восклицает: «Вот, матушка, деды какие!»,
а затем .взех сибиряков называет варна­‘ками, людьми хмурыми и неприветли­BLIMH.

Стояли сибирские села

по рекам, озерам вокруг:

народ горевой, невеселый,
соседу не брат и не друг, .
народ неприветливый, хмурый,
себе лишь не лиходей,

со зверя сдирающий шкуры,

и часом, бывало, е людей. ©
Здесь слов не слыхать было нежных,
не встретить улыбчивых губ;

и значило слово «полснежник» —
	весною оттаявший труи.
	 
		До конца искоренить идеологические.
изврашения в казахской литературе
	Тлавной причиной недостатков и оши­бок в работе писательской  ортанизации
Казахстана является отсутствие принци­пиальной критики и самокритики. В Сою­зе писателей создалась нездоровая атмое­фера; Писатели амнистируют друг друга,
не желая портить приятельские отноме­ния. Партийная организация Союза пига­телей слабо организует партийно-полнтя­ческую работу. Поезилиум ССП не руковэ­дит работой творческих секций, беззаботно
относится к воепитанию мололых кадров,
особенно в драматургии и критике.

После доклада развернулись прения.

Ноэт Т. Жароков сказал, что в резуль­тате отсутствия критики и самокритики
	И самоустранения ведущих казахских пи­сателей от работы в творческих секпиях
	ПОЯВИЛИСЬ националистические, идейно
порочные произведения. :

— В докладе, — отметил Н. Пичу­гин, — ничего не было сказано о работе
писательских организаций в областях
республики, где живут и работают мно­гие писатели. Так, например, в Караган­де в течение последних лет воспитатель­ная работа не ведется, писательская орга­низания не растет.
	О том, что в докладе С. Муканова не
анализировалось состояние драматургии
и репертуара театров за последние пять
лет, и о слабой работе русской секции
говорил Д. Снегин.

М. Ауэзов рассказал © своих ошибках.

— lia того. чтобы понять Ww yee
	— Лля TOTO, чтобы понять и ис­коренить ошибки, допущенные нами за по­слелние годы, -— сказал тов. Ауэзов. — мы
	должны критически разобрать и осудить и
свои прежние идеологические срывы.

В прениях также выступили тт. Г. Му­стафин, Г. Мусрепов, С. Омаров, А. Тажиз
баев.

Собрание наметило кочкретные меры

усиления идеологической работы ‘вреде
писателей.
	ЛИТЕРАТУРНАЯ ГАЗЕТА
№ 106 6 сентября 1951 г, 3
	Наурызбай преподносятея как народные
вожди. Серьезные ошибки допущены Бек­хожиным и в последней его поэме —
«Мария — дочь Егора». Восхваление лич­ности Кенесары имеет место и в произве­дениях других литераторов, в том чие­ле в учебниках, ‘ хрестоматиях по
литературе для старших классов  казах­ских средних школ и в первом томе
истории казахской литературы, вышед­шем под редакцией профессора М. Ауэ­зова.

Президиум Союза писателей Казахстана
своевременно не сумел разоблачить эти
оптибки националистического характера,
обнаружив притупление большевистской
бдительности.

Статья «Правды» «Против идеологиче­ских извращений в литературе» подверг­ла резкой критике националистическое
стихотворение В. Сосюры «Люби Укран­ну». Такое же изолированное от других
республик изображение Казахстана,  вос­певание его в националистическом духе
имеет место в казахской литературе и
особенно в поэзии. Это относится прежде
всего к двум поэтам: К. Шангитбаеву и
К. Аманжолову. Их ошибки не являются
случайностью и выражают определенную
систему взглядов авторов. В стихотворе­нии «Степь» Шангитбаев замыкает поня­тие родины пределами Казахстана, не ви­дит огромных социалистических  преобоа­зований, происшедииих за годы советской
власти. Аналогичные ошибки присущи и
сборнику Амзнжолова «Буря».

Президиум союза допустил в печать
явно незрелые произведения (таков роман
А. Абишева «Сахара Саулети»). книги, в
которых извращенно и примитивно показы­ваютея принципы советского интернацио­нализма, дружбы народов (повесть №. Аб­тыкалырова «Девушка из Велеса». пьеса
«Приезжайте к нам на плов» 0. Мукано­ва). а также произведения. в которых не­правильно изображается колхозная дейет­вительноеть: рассказ С. Вегалина . «При­ключения Коксетена», пьесы 0. Машакова
«Мействительность». oH. Баймухамелова
	«Внбек ети»,
	АЛМА-АТА. (Наш корр.). ЦЬ компартии
Казахстана принял постановление о
серьезных идеологических ошибках в ка­задской литературе. Идеологические из­вращения выражаются, в первую очередь,
в наличии ошибок буржуазно-национали­стическотго характера у ряда видных писз­телей и, в частности, у председателя нре­зилиума Союза писателей Казахстана Ca­бита Муканова. Это постановление обсуж­далось на городском собрании писателей и
представителей общественности. С докла­дом выступил С. Муканов.
— Нять лет назад, — сказал доклад­чик, — ЦВ ВЬН(б) принял историческое
решение о журналах «Звезда» и «Ленин­град», ставшее боевой сталинской про­траммой дальнейшего роста советекой ли­тературы. За эти годы советекая литера­тура достигла значительных успехов. Не­которые достижения имеютея и в казах­ской литературе. 06 этом свидетельствуют
такие книги, как «Абай» М. Ауэзова,
«Миллионер» Г. Мустафина, «Солдат из
Казахстана» Г. Мусренова, `«Кураяндия»
А. Нурпеисова; повесть М. Иманжанова
«Первые месяцы», сборники очерков и
рассказов на современные темы. Поэзия
обогатилась талантливыми ноэмами: «Лес
в пустыне зангумел» Т. Жарокова, «Де­вушка из нашего аула» Х. Рргалиева.
Известностью пользуются пьесы «Друж­ба и любовь» и «Одна семья» А. Абише­ва, «Миллионер» Г. Мустафина. Улучщие
лась работа, с переволами.

Но в работе писательской организации
Казахстана имеются и крупные недостат­ки, идеологические извращения, о чем
говорит решение ЦЕ КП(б) Казахстана,
принятое 14 августа 1951 года.

Существо ошибок и илеологичееких из­вращений в казахекой литературе состоит
в TOM, что в ряде произведений  восхва­ляютея реакционные деятели прошлого,
вроде врага казахекого и русского наро­лов —— главаря феодально-монархического
	движения ХГХ века хана Венесары Ваеы­мова. Поэт Х. Векхожин написал идейно
	вредную поэму «Батыр Науан», в кото­рой враги казахского народа Венесары и
	Нет, не таким был русекий наред в
Сибири!

В Сибирь шел из центральных губер­ний России живой, беспокойный народ:
политические ссыльные, беглые крестья­не и просто смелые, вольнолюбивые люди.
	В 1901 году в статье «Брепостниви за
работой» В. И. Ленин в удовлетворением
отмечал  самостоятельность сибирского
крестьянина, не желавшего работать из­под палки.

Глеб Успенский с восхищением писал
0б энергии, о «гордости сибирского му­жика». А. П. Чехов, проезжавший через
Сибирь в 1890 году, сделал тавже запиеь
о сибиряках: «Люди хорошие». ` «Вообще
народ здесь хороший, добрый с mpe­красными традициями». «Здесь не боятея
говорить громко... Народ вее больше неза­висимый, самостоятельный». Такими и
были сибирские cela, такими были
сибиряки. И именно это должен был уви­деть и опоэтизировать советский писа­тель.
Почти с первых лет прихода простого
русского народа в Сибирь он вел здесь,
	DREVEUAONNTINURENIUNEOEOEROSTREDEVEEGUEAEESERSUULELED SAORI {LHL ——-—-—_—--
	ОТ ЖИЗНИ
	Новые материалы
об отце А. М. Горького
	АСТРАХАНЬ. (Наш корр,). В област­ном архиве обнаружен документ о смерти
	Максима  Савватиевича Пешкова — отца
великого русского писателя Максима
Горького.
	небольшой комнате архива разложены
тысячи рукописных томов. Сотрудник
	архива бережно берет с полки один из
них, заключенный в серый переплет. Это
метрическая книга с записями Казанской
церкви Астрахани. Перелистываем пожел­тевшие, нс хорошо сохранившиеся страни­цы записей за 1871 год. На 208-й странице
сообшается о смерти 29 июля от холеры
пермского мещанина Максима’ Савватие­вича Пешкова в возрасте тридцати одного
	года.

я

Г о сп
Согласно ( 4 BK! e A страханского о аст­бл
	ного архива, М. С. Пешков погребен на
	общем кладбище 39 июля 1811 года,
	ных И изданных после войны, очень маль,
	причем в них преобладает историческая

тема.
Местная писательская организация не
	вела работу с начинающими литераторами.
В связи с этим литературная молодежь
предъявила на собрании серьезные требо­вания к писателям. Было высказано много
предложений о путях оживления работы
писательской организации. Решено  прово­дить «литературные среды» и консультации
для начинающих литераторов, выпустить
сборник очерков о передовых людях обла­сти. сборник стихов и рассказов для детей
			АРХАНГЕЛЬСК. (Наш корр.). Состоя­лось собрание местных писателей и лите­ратурного актива, посвященное пятилетию
исторических постановлений ЦК BKI1(6)
по идеологическим вопросам. В своем док­ладе секретарь отделения ССП Е. Коковин
подробно охарактеризовал состояние ар­хангельской писательской организации и ее
деятельность в послевоенные годы.

Он отметил, что писатели Архангельска
часто стоят в стороне от жиени, не осве­щают в своих произведениях самоотвер­_ женный труд лесорубов, моряков, не по­казывают огромных преобразований в эко­номике и культуре Севера. Книг, написан­БИБЛИОТЕКИ ОДНОЙ ОБЛАСТИ
	ОРЕЛ. (Наш корр.). До революции на
Орловщине было несколько библиотек, ко­торые влачили жалкое существование.
Тургеневская библиотека в Орле ко дню
открытия насчитывала... 168 томов. Сейчас
	в области работают 189 библиотек, обслу­живающих ‘около двухсот тысяч читателей.
	В нынещнем году открыты одна город­ская, три детских и 25 сельских библио­Ahr
	Е В. в

тек. Книжный фонд пополнился еще 200
тысяч томов.