7) УОЦЯ 1934 Г.. № 168 (5054). цветов падал на головы героев. С балконов и из окон летели листовки с портретами тт. Сталина, Кагановича, Налинина, ‘ героевлетчиков и челюскинцев. Henpecrannce «ура» гремело на всю Москву... Это был заслуженный триумф сотни ©- ветских людей, возвратившихся после славной победы. Это был триумф веей советской земли; триумф мужества, отваги, большевистской воли и большевистской организованности. Сто победителей ехали на Красную плошаль; Там, у мавзолея, их встречала старая большевистекзя гварлия. и Сталин был BO главе 65. .: ТАВДА. Митинг на `расной площади. 9. Ю. Шмидта. . Peub Tos. №Молонова. — Товарищи, мы ничего необыкновенного не сделали. Мы только выполнили революпионный долг перед пролетариатом Советского Союза. перед коммунистической партией, лолг перед нашим советским правительством. * Товарищи, мы спасали челюскинцев на своих самолетах, на своих моторах. Натин самолеты. наши моторы делались на наших, советских заводах, нашими, советскими рабочими. Товарищи, прокричим громкое «ура» нашей авнащионной промышленности и нашим «Н-6» и «М-17», «ура» громкое, пролетарское! гечь . тов. Боброва. —- Товарищи, задача, возложенная партией и правительством по освоению Северного морского пути, нами, челюскинцами, была воспринята, и мы ее выполнили. Доказательством этому может служить то, что после катастрофы 13 февраля мы ни на иоту ‘не растерялись, не потеряли воли к борьбе и продолжали вести не только борьбу с суровой стихией, но и заниматься научной работой. Мы отлично понимаем значение Северного морского пути как в экономическохозяйственном отношении, так и в оборонном. Мы эту работу вели честно, так, кав должны были это делать честные советские граждане. Но, товарищи, тот героизм, который приписывают нам, челюскинцам, относится в равной и даже в большей степени к миллионам и сотням миллионов трудящихся. Мы знаем, что миллионы трудящихея пролетариев — с нами, следят за нами. помогают нам. Когда мы узнали, что создана Нравительственная комиссия по спасению и что этим занялась наша партия во главе с нашим любимым вождем товарищем Сталиным, мы были спокойны, мы знали, что. HH лин из нас не пропадет, и спокойно -— Товарищи! События нарастали. Вышел в как эту страну, нашу родину, любят ее экспедипию пароход «Челюскин» с командой, научными сотрудниками, рабочимистроителями. Мы работали в тяжелой обстановке, выполняя задания правительства й партий. Иарехел нотерпел крушение. Мы были на льду. Наша обстановка была трулна. Ona требовала от нас большого напряжесыны. Что нас спасло? Спасла нас любовь Е нашей родине, доверие к нашей стране, ее руководству, чувство холга перед нашей родиной, глубокое знание, понимание тех методов, которые лают нам победу на всех участках. На маленьком примере мы поняли всю огромную мошь и опыт партии И всей страны Советов. Мы не думаем возгорхдиться, но мы горды тем. что мы могли на нашем примере отобразить великую нашу страну, великую ве историческую роль. Мы ралы и счастливы, что все рабочие Москвы и всего Союза, красноармейцы и колхозники, работники культуры, мы рады и счастливы, что вы к нам отнеслись с такой любовью, с такой поддержкой. Так же в нашей стране относятся х любому ее сыНу, поставленному в трудные уеловия. У нае силы пропаеть не могут, у нас побеждают творческие силы, вотовые неизменно приведят в успеху, Мы бесконечно счастливы, что мы вновь здесь, в центре Советекого Союза, и мы клянемся работать, как работали, стараться работать еше лучше, стараться выполнять всякое задание партии и правительства, стараться отстаивать нашу страну в дюбых условиях, поднимать ее еще выше, нашу дорогую родину, делать все, что прикажет правительство и партия, что нам прикажет наш дорогой и товарищ: СтаЛИН. таманина. ТЬЯМИ По Блассу, за своими товаришами по партии, что мы идем выполнять задания партии и правительства, что за нашими полетами следит вся наша страна. Это давало нам силы в пурге, в тумане, через неизведанные хребты, через мертвую тундру пробиваться к нашим товарищам. ‘Hamm советские самолеты, наши советские моторы блестяще выдержали экзамен в тяжелых условиях Арктики, и эта победа в Арктике лишний раз подтверждает мощь нашей великой родины. Эта победа над Арктикой пускай лишний раз напомнит нашим врагам о том, что если они посмеют когда-либо протянуть лапу к нашим гранипам, то в нашей стране найдется столько сил, найдется столько технических средств, что эта попытка наших врагов будет их гибелью. Да здравствует наша мощная советская авиапия! Да здравствует наша непобедимая доблестная Красная Армия! Да здравствуют наша руководительнипа—Иоммунистическая Партия, ее Ленинский Центральный Комитет и любимый вожль мирового пролетариата товарищ Сталин! «Ура», товарищи! Зоронина. котором написано «Челюскин», Когда нароход пошел на дно, то был найден спасательный круг, он был принесен к штууманской палатке. И когда три самолета оказались в воздухе, когда они пришли за естью последними людьми, капитан взял это полотно, зная, что он должен его здесь подарить. Это— последний привет «Челтоскина», последний привет из льдов. Снасибо вам, что вы послали такой крепкий коллектив. 5 Да здравствует Красная Армия! Да здравствует партия и правительство! Да здравствует товарищ Сталин! Мм вышли из этого трудного положения. Советские летчики нас спасли, и затем, затем через всю страну, нарастая от города к городу, шли приветствия всех трулящихся, рабочих, колхозников, красноармейцев, трудовой интеллигенции всей нашей великой, дорогой родины. И сеголня мы здесь. в столаце советского государства, пезед лиOM нашей коммунистической партии, нашего правительства, перед лицом лучших руководителей во главе ¢ HAMM любимым вожлем товаришем Сталиным. В этот самый знаменательный день нашей жизни мы заявляем, что опыт челюскинпев и летчиков достоин изучения, потому что на этом примере вилно, что за страна наша родина, какие в ней таятся силы и возможности, чего можно лостигнуть, если работать по-большевистски, чего можно достигнуть той техникой, той мощью, которыми обладает наша страна, 2ечь тов. — Товарищи! Как только было получено известие о том, что «Челюскин» пошел ко дну, что экспедиция в полном порядке, без всякой паники сошла на лед и организовала лагерь, как только было получено извеcrue о том, что партия и правительство приняли ряд энергичных мер, чтобы вырвать из ледяного плена героический коллектив челюскинцев, у всей страны и у нас, участников спасения экспедиции, была полная уверенность в том, что эти мероприятия будут выполнены. Эта наша уверенность, уверенность всей страны, была основана на той мощи, на тех миллионных резервах людей, которыми располагает наша великая родина. Если бы челюсвинцам не смогли помочь наши мощные пароходы-ледоколы, если бы советская авиация не сумела вырвать челюскинцев из ледяного плена. то наша со_ветекая страна. нашла бы другие средства и возможности для освобождения их из ледяного плена. Вот на чем была основана уверенность всей страны, уверенность участников спасательной экспедиции в том, что челюскинцы будут спасены. Работая в трудных условиях Севера, мы Все время помнили, что мы летим, мы пробиваемся к лагерю Шмидта за своими браечь тов. — Товарищи, красивее, теплее, чем. вы нас встретили, не сказать мне. Не успели мы сойти на лед, как по распоряжению партии и правительства советская авиация принялась спасать нас. 13 февраля больше 100 челюскинцев лишились крова, лишились уюта, лишились всего, но не лишились воли, не лишились всего необходимого для жизни. Мы жили и ждали, что мы будем среди вас. И вот вы видите сегодня, какой праздНИК. Когха мы пришли во Владивосток, мы тольве тогда поняли, что страна пережила, и почувствовали это сильнее, чем на льду. Через хва часа после того, как пароход получил первую пробоину, на льду оказался целый кооператив продуктов, пелый склад теплой одежды, и люди были одеты в меха, в 30-градусные морозы они не получили даже легких обмораживаний. Что, товарищи, это значит? Это значит, что люди, оставляя корабль, сходили в полном порядке, уверенные в том, что их нпослал многомиллионный пролетариат и что они не одни. Еели раньше говорили: корабль отваливает от пристани и он остается один,— так это было раньше, & теперь где-то там, далеко, во время пурги— февраль самый тяжелый месяп-—нас вынесли советские машины; Каманин, Водопьянов, Молоков, Доронин, Леваневский, Ляпидевский, Слепнев,—из уст в уста по всему земному шару передаются эти фамилии. Товарищи, если только потребуются Советскому Союзу силы, то таких сил бут миллионы, требуется только приказ нам. Товарищ Сталин, я теперь обращаюсь к вам и приношу вам последний подарок, который вынесен из лагеря. Это—полотно. на На Красной площади: челюскинцы приветствуют демонстрантов. Е Я Е . BI Е] Е возгласы выходят на вокзальную площадь. Их ждут украшенные цветами автомобили. В первую машину усаживаются тт. Нуйбышев, Шмидт, герой-летчик КНаманин. Долго. не может тронуться автомобиль. Сотни руБ засыпают его розами. Гремят могучие возгласы: «Да здравствует наш дорогой топаринт Шмидт!» «Да здравствуют герои-летчики!» «Привет челюскинцам — доблестным бойцам полярного похода!» В автомобилю полносят микрофон, Тов. 0. Ю. Шмидт горячо приветствует от имени челюскиниев пролетариат красной столицы. Он благодарит за горячую встречу. «Да здравствует наша великая, непобелимая родина и ее славный вождь товарищ Сталин», — заканчивает тов. Шмилт свою краткую речь. Люди, стоявшие на улице, не видели слез радости на липах приехавших и встрет чавших, но они так. же, как и те, кто был на вокзале, переживали эти незабываемые минуты, волнуясь, ликуя и томясь. И, наконец, они, долгожданные и родные, вышли на площадь. Машины ждали их, увитые цветами и дубовыми листьями. Бесчисленные ряды людей вздрогнули, как один человек, ветер и шелест пробежали по рядам. Впереди поехал Шуидт. Его узнали немедленно, и «ура» грянуло ему навстречу, такое «ура», в звуках которого утонуло все остальное: шум толпы, автомобильные гудки, марши оркестров. Ликующие ЕЛИЕи прокатились от Триумфальных ворот 2 плошали Моссовета, хотя те, кто стоял там, еще не вилели челюскинцев. Вот они едут. такие близкие и дорогие, вот Воронин, Каманин,. Слепнев, Бобров, Кренкель... Машины ехали. обвитые цветами. Дождь Встреча началась еще до ветречи. Еще поезд челюскинцев был в Ачинске или в Свердловске, когда квартиру прославленного летчика Водопьянова стали посещать вевсе незнакомые люди. Они приходили, спрантивали: «Здесь живет Водопьянов?», и говорили: «Вот передайте, когда приедет», или совсем ничего не говорили, & молча, слегка смущаясь, вручали родственникам букеты цветов. Это была демонстрапия чувств, это было утверждение радости, это было завершение того ликования, какое жгло сердца людей. По вечерам, приходя с работы, люди раскрывали газеты, вооружались картами и следили: «сегодня проехали Омск», «завтра Свердловск», «потом еще одно завтра, и они, наши родные, у нас, дома, в Москве!» Столица советской земли прибиралась, чистилась и одевала праздничные одежды, готовясь к встрече. Яркими цветами флагов и транспарантов зацвели улицы. Портреты Шмидта, Воронина, Каманина, Боброва и других героев челюскинекой эпопеи украсили собой площади и перекрестки. Серое утро 19 июня _ Москва встретила с тревогой: «Неужто. пойдет дождь?», «Неужто тучи, наплывиие с севера, е побежленного севера, попытаются помешать ‘ торжеству?» Нет. все хорошо! Влизитея чае приезда, *® —— Hy, наконец-то приехали доягожданные и любимые, наша. гордость, радость и слава! Москва готовилась итти на Красную площаль. Со всех районов, пю веем улипам текла река рабочих демонстраций, и ее потох казался беспрелельным. И веюлу над колоннами, поднятые вверх, возвышались портреты тех же ста героев, в честь которых было это торжество. И самым популярным лозунгом в этот день были слова великого Сталина: — Нет таких крепостей, которых большевики не могли бы взять. ` Над горолом; полным торжественных гроMOB, плыли эскадрильи самолетов, плыли огромные и великолепные машины. Hx движение было грозным и прекрасным. Й кажлый знал: `— Отрашен булет удел врага, осмелившегося напасть на нашу родину. у Ваманиных. Сленневых и Ляпидевеких пошлет великая страна Советов на защияТу своей земли, & их, этих геров, у нас —- миллионы! продолжали работу. Сознание, что мы выи яенеет небо. Близится час приезда, и полняем лолг на своем маленьком участке густеют на улицах толпы радостных людей. и что за нами следят трудящиеся, нам помогало, давало силы, и мы продолжали работать спокойно, без малейшей паники, и, как видите, все 104 человека спасены нашими советскими летчиками на наших советских машинах. Товарищи, очень трудно говорить после ...№ четырем часам трамваи остановили свое извечное движение. Влоль тротуаров улицы Горького выстроились в томительном ожидании десятки тысяч людей. Счастливцам, находившимся в первых рядах, остро завидовали те, кому пришлось довольствоваться близлежащими переулками. Последние минуты радостного ожидания. Низко над вокзалом проходит звено самолетов, сопровождавших экспресс. Короткий свисток. Паровоз «СУ-101-04», украшенный цветами, портретами героев, подходит в станции. Его ведет делегат ХУЦ партс’езла. лучший машинист СООР тов. Гуднов. такой встречи. Не найти слов, чтобы хоть Низко над вокзалом проходит звено частично выразить переживания от такой ТОВ, бопровождавших экспресс. исключительно радушной, товарищеской встречи. И мы еще крепче, еще дружнее сплотим свои рязы. товарищи, и мы завеDHCM, что на том ответственном Участве, Послелние обороты колес-— экспресс останана котором мы поставлены, ту задачу, вливается. которую мы должны выполнить, мы в Товарищи Куйбышев, Литвинов, Каменев вратчайший срок выполним. Тому порукой обнимают вышедшего из вагона 0. Ю. наше двухмесячное поведение на льду и за Шмидта и Героев Советского Союза. Слезы все время экспедиции и наша уверенность, радости на лицах родных. Фетят цветы, что под руководством нашего славного ПВ и ббЫНая славных участников великого ледолюбимого нашего вождя товарища Сталина викакие трудности нам не помептают довести 10 конца нашу задачу, до победного конца. «Ура» нашему ЦЕ! «Ура» нашему Сталину! пидевсного. всем протяженяи нашего следования мы видели, © каким колоссальным энтузиазмом, с каким пох’емом рабочий класс, руковолимый нашей дорогой коммунистической партией, строит бесклассовое коммунистическое ‘общество. - ` Товарищи, обращаюсь тлавным обра 30M Е молодежи, — садитесь: на самолеты, штурмуйте небо, будьте готовы. гак как ‘У нас хотят. отгрызть кусок нашего. советского государства. Будьте в любое время дня и ночи по первому зову партви и правительства готовы дать буржуазии по зубам. Крепостей гаких нет, которых бы не могли взять большевики. Да здравствует коммунистическая партия, руковолительница всех трудящихся. Да здравствует великий стратег мировой революции, инициатор спасения челюскинцев товарищ Сталин! Прокричим громкое «ура»! вого похода. — Да здравствует товарищ Сталин, организатор великих побед! — кричат челюСКИНЦЫ. Многократным «ура» отвечают им с перрона, с крыш, балконов, окон окружающих домов. Челюскинцы выходили из вагонов и ищущими глазами вематривались в липа встречавших. Старушка Молокова, вдруг увидев, сказал тихо: «Сынок, Вася», и крепко обняла своего сына, роняя скупые старческие слезы. Матери, жены, братья и OTHE обнимали своих близких, вырванных из ледяных 0б’ятий арктической пустыни. Челюскинцы, которые бесстрашно смотрели в лицо смерти, здесь, на перроне, не стыWich, обменивались Co своими близкими слезами радости. Воронин вышел, бледный от волнения. Тремит команда «смирно». Фронт почетного караула обходят 0. Ю.. Шмидт, героилетчики. Начальник сводного караула рапортует 0. Ю. Шмидту. «Тов. начальник героической экспедиции! Товарищи Герои Советского Союза! Для валней торжественной встречи построен караул от войсковых частей московского гарнизона, вооруженного отряда Ocoавиахима и сводного отряда Аэрофлота». Приняв рапорт почетного. караула, героичелюскинны под несмолкающие радостные орион сов осоаососооововооовонвави оо носовое нионой Привет Шоскве-— столице великого отечества! Hawmero Мы приехали в Москву. Торжественно и тепло встретила нас великая пролетарская столица. Никогда не забудется эта встреча. Никогда не забудется этот праздник, это всеобщее ликование, эта всеобщая радость. Мы все почувствовали, что приехали в отчий дом, где все желанно, радоство и ‘близко. У нас семерых нехватает слов, чтобы хорошо описать чувства, волнующие нас. Мы можем сказать только одно: наша победа—это победа всей рабочекрестьянской страны. Мы победили потому, что взращены партией Ленина-— Сталина, взращены пятилеткой, взращены годами гражданской войны. Мы победили потому, что за нами стояла большевистская организованность, помноженная на передовую советскую авиационную технику. Вот что дало нам возможность выполнить свой долг так, как это требуется от советских летчиков. Мы— простые советские люди, и всякий другой, кого послали бы партия и правительство, ва нашем месте сделал. бы то же самое. Пусть хоть кто-нибудь осмелится напасть на нашу родину—его ‘жлет горькая участь. Простые советские люди, миллионы простых советских людей покажут тогда всему миру образцы героизма. Вот, пожалуй, главное, что нам хотелось сказать пролетарской Москве через «Правду». Еще раз спасибо, дорогие товарищи москвичи, за горячую встречу, которую мы будем помнить всю жизнь. Герои Советского Союза: Речь тов. Ляпидевсного. — Товарищи, слишком большое волнение охватывает, чтобы можно было говорить свободно и понатно, так как на всем протяжении нашего триумфального шествия, от Петропавловска-на-Камчатке ло сердца нашей дорогой родины — Москвы, нас встречали пролетарии и колхозники и горячо приветствовали. Вогла 13 февраля наш радист тов. Кренкель нажал ключ во льдах, то молниеносная искорка больно отозвалась в сердце нашего пролетарского государства— в Москве. Как по артериям, во все концы нашей страны понеслись ралиограммы о том, что «Челюскина» раздавило. Масса предложений понеслась в Москву, в Правительственную комиссию. Весь пролетариат участвовал, весь пролетариат предлатал себя, особенно молодежь. и свои CHлы на спасение челюскинцев. Товарищи. челюскинны спасены. Ha