_ Т АВГУСТА 1934 Г., № 210 (6095). ®
		РАВДА
	ВЕЛИЧАМШЕЕ: ПРЕСТУПЛЕНИЕ 3 МСТОРМИИ.
	„Г овтор Ватсон-младший тихо вошел в ка­бинет Шерлока Холмса. Матовый свет
лампы освещал лицо Шерлока-младшего.
Ватсон только теперь увилел, как похож
на старый портрет отца младший Шерлок
Холмс. То же гладко выбритое, с замкну­тым выражением, лицо, как бы скрываю­шее, что происходит в душе. Те же плотно
сжатые губы, механически прилерживаю­щие трубку. те же спокойные, обращенные
Внутрь глаза. -

Ватсон опустилея в глубокое кресло.
	Шерлок Холмс, молчаливо сидевший у
камина, поднялся, подошел к письменному
столу, набил трубку и, не закурив ее; на­чал в раздумье перелистывать страницы
книг, разбросанных по столу.

— Это ‚самое крупное преступление B
истории человечества,— сказал он, как бы
разговаривая сам с собой. — Какими пустя­ками занимался мой отец: ловил какого-то
индийского эмигранта, убившего человека,
что похитил у него клад, или какого­то бродягу, расправившегося с неверным
‘приятелем. А тут убили миллионы людей,
миллионы влачат жалкое существование в
качестве калек, миллионы сирот вынуж­лены жить в нужде.—и никто не рассле­дует, на кого падает ответственность за
эти преступления.

— 0 чем ты говоришь?—спросил удив­ленный Ватсон. Ему показалось, что его
приятель, несмотря на внешнее спокой­ствие, подвергся приступу лихорадки и
фантазирует в бреду. ue A
	— Я говорю 0 мировой войне.— ответил
Шерлок. Холме.—_Мы с бой были детьми,
когда она началась. Мы верили, что это—
последняя война, что это—война за демо­кратию, против милитаризма. Мы верили
во все легенды, распространявшиеся во
время этой войны. Но теперь мы знаем:
то были лишь ‘легенды. Этого было бы до­статочно, чтобы убить сон кажлого чест­ея, как бы сквозь железные плиты не про­ступила кровь несчастных жертв, обличая
преступников. Если господа государствен­ные деятели хотят знать, кого они убили,
то ничего нет легче. Дело ведь идет о мил­лионах, о законе больших чисел! Чего же
легче, как установить для каждой страны
проценз рабочих, процент крестьян и го­родекой бедноты. Нусть поделят количество
убитых на эти цифры. Пусть даже отбро­CHT один процент маменькиных  сынков.
Тогда будут знать точно, кто тот неизвеет­‘ный солдат, перед которым  лицемерно
склоняют головы. чью память линемерно
	  чтят. дабы иметь возможность погнать на
	войну ‘новые миллионы неизвестных сол­дат!

Холмс сбросил движением руки на пол
тома военных мемуаров и воскликнул:
	— Но подлее джентльменов-преступни­ков та научная челядь, которая пишет co­чинения о войне. Авторы мемуаров могут
сказать в свое оправдание, что за всяким
преступником суд признает не только пра­во на защиту, но и право на ложь. Ведь
именно поэтому с обвиняемого не берут
присяги неред судом: его присяга в глазах
посторонних нг иузет никакого значения.
А эти «историки» — добровольные мароде­ры и шакалы, снующие по полям сраже­ний! На войне мародеров расстреливали.
хотя бы они крали уже ненужные убитым са­поги или пару шиллингов. А эти гиены по­лей сражений крадут у убитых единствен­ную цену их смерти: они крадут предосте­регаюший голос многомиллионных могил,
они крадут крик гибнущего, кто мог бы
предостеречь своих детей от подобной же
участи, сни крадут посмертное обвинение,
светящееся в уже невидящих глазах жертв
войны! Когда поднимутся в так называе­мом цивилизованном мире рабочие и кре­стьяне, предназначенные в жертву буду­щим войнам, они должны посадить на
скамью подсудимых рядом с членами пра­вительств, приготовившими последнюю вой­ну и готовящими новую, всех этих так
называемых «историков», зарабатывающих
золото и орлена ложью о мировой войне...
	— Ecan бы у меня был талант Данте, —
закончил Холме,—-я бы написал неболь­шую книгу о войне, чтобы распространить
ее в миллионах экземпляров. Книгу, кото­рая говорила бы всему человечеству, что
его заставили погибать за интересы гор­сти паразитов и что если нельзя иначе
от этих паразитов избавиться, надо под­няться на последнюю великую святую вой­ну против тех, кто хочет еще раз прове­сти человечество через море крови во имя
своих проклятых интересов, под старыми
лживыми лозунгами.
	Доктор Ватсон встал © кресла и подо­шел вплотную к Шерлоку Холмсу.
	— БВыло бы хорошо, —сказал он ему —
если бы у тебя был такой талант. Но, по
существу, все то. что ты сейчас сказал,
с первого дня войны говорят человечеству
большевики. За эту правду они боролись.
в кровавом тумане войны, не считаясь с.
тяжелыми жертвами. Из кровавого тумана
родилась Советская Россия, Союз федера­THBHBIX разумных республик, как сказало
наш друг Бернард Шоу. За эту правду.
складывают на нлахе головы германские
коммунисты, сидят в тюрьмах фашизма
сотви тысяч бойпов. Правду о войне не
	сумели украсть господа историки, ее раз­носит по миру Иоммунистический Интер­национал.
	Ватсон протянул Шерлоку Холмсу ма­ленькую книжечку.

— Ты знаешь это историческое сочи­нение? — спросил он.
	Шерлок Аолмс взял в руки маленькую
книжечку, напечатанную на плохой бума­ге и не переплетенную в сафьян. Это была
программа Коммунистического Интернацио­нала.
	неизвестно, кто убийцы—неизвестно, нто убитые.
	ловек. Всякий из них счел. бы себя пре­ступником, если бы был вынужден при­знать, что убил человека, чтобы его огра­бить. А все они совместно готовили вой­ну с целью грабежа. Немцы хотели урвать
	воздушного террора, грозящего обрушить-.
	ся всей силой на женщин, на детей, на
рабочих, скученных в стенах ‘амуницион­ных заводов. Эти господа кокетничают сво­им бывшим участием в войне. Но с тех
	Убийцы в сделке с агентами розыска.
		ЧЕТЫРЕХЛЕШАЯ
БОЯ.
	(Факты и иифры).
	ПРОЛОЛЖЕНИЕ.
	ВОИНА _ СТАНОВИТСЯ
МИРОВОЙ.
	А В конце октября выступила пре­тив Антанты Турция.

А На кавказской границе началось
неудачное наступление царской ар­MUM.
А В Ираке англо-индийские вой­ска захватили Вассору, подготавли­вая ‘наступление на Багдад. Русские
царские войска, попирая нейтрали­тет Персии, оккупируют ее северные

районы.
А На Дальнем Востоке Япония,

примкнув к Антанте в качестве
союзника Англии, использовала вой­ну в Европе для захвата китайской
территории Киао-Чао, оккупирован-.
ной в 1898 г. Германией.

А Антанта захватывает германские
колонии на Тихом океане.

А 1 ноября германская крейсер­ская эскадра фон-Шнее нанесла по­ражение английской броненосной
эскадре у берегов Чили (коронельское
сражение). Лишь ценой. огромных
усилий английскому Флоту удалось
уничтожить большинство терман­ских крейсеров в сражении у Фальк­ландских островов (8 декабря).

А К концу 1914 года империали­стическая война приняла характер
	мировой войны.
Ес
	ЭТАН ВТОРОЙ
(1915 — 1916 г.).
	КАРЛ `РАДЕК.
Г]
	у англичан колонии, хотели получить в03- он—_жертва наследственности и окружаю­пор они отраетили себе животы, с тру­щих условий. Но нельзя ` провозглашать
свободы сексуальных убийств. Нельзя под­менять вопроса, упрятать ли подобного
убийцу в стенах больняцы для неизлечимо
больных, вопросом о самой болезни. А те,
которые рассказывают в толстых книгах
про систему империалистской конкуренции,
	  16, которые вспоминают о военных союзах
	и гонке. вооружений, указывают на это не
для того, чтобы требовать уничтожения
системы, хотя бы ценой помилования ее
представителей. . Нет, они говорят об этой
системе для того, чтобы защитить ее носи­телей и предоставить им возможность под­готовлять в дальнейшем новое преступле­ние в еще более грандиозном масштабе.
Ведь многие из участников подготовки ми­ровой войны 1914—18 гг. выступают и
сегодня в качестве государственных деяте­лей! Они руководят политикой крупнейших
государств, выступают в качестве верши­телей судеб народов. А разве младшее по­коление современных государственных лю­пей чем-нибудь отличается от своих отцов
и учителей? Разве они не повторяют точь­В-ТОЧЬ То. ЧТО делали их отцы и учителя
перед 1914 годом? Некоторые. из них ссы­лаются на то, что приналлежат к поколе­нию участников войны, что они видели все
ее ужасы и что поэтому они высказыва­ются за мир. Но ведь все это-—полнейшее
вранье. Эти бывшие «комбатанты» руко­дом умещающиеся в мундире. Они. не пой­дут воевать, они спрячутся в бетонных
подземных городах, в которых разместятся
буржуазные правительства-—этот безмозг­лый мозг нашего общества. Оттуда. они
станут кричать при посредстве громкого­ворителей, что им не чужды ужасы войны.

Шерлок Холмс младший поднялся со сво­его места за письменным столом и, при­‘нявшись расхаживать большими шагами
‘по комнате, продолжал:

— Зачем искать преступников? Bee
они—как на ладони. Никогда еще пре­стунники не разгуливали столь открыто,
столь бесстылно! В истории человечества
	до сих пор еще не было случая, чтобы
‘преступник получал громадные награды за
признание вины, а тем более—за свою за­щиту. А эти преступники загребают гро­‘мадные гонорары за свои лживые истори­ческие труды, единственная ценность ко­торых в том, что из сгустка лживых
фраз и увертливых адвокатских речей со­чится кровь и ударяет в нос трупный за­пах: Но что меня возмущает больше всего,
зто. то лицемерие, с которым они притво­ряются, что не знают своих жертв. Они
построили во всех столицах мира могилу
неизвестного солдата, они. поддерживают на
этих могилах вечный огонь, они совер­шают паломничества к этим могилам,
складывают на них венки, стоят перед ни­ми в молчании,—но стоят только минутку.
А после они бегут от этих могил, — бегут
не то на банкеты. не то потому. что боят­можность свободного грабежа Турции. Ав­стрия—с0 страха, что семь миллионов ав­стрийских сербов могут об’единиться с че­тырьмя с половиной миллионами, жившими
в Сербском королеветве,— задумала покон­чить с. Сербией, присоединив остальные
четыре с половиной миллиона, хотя не
могла управиться с теми, которых уже
имела. Англичане хотели ограбить Герма­нию и отнять ее флот, чтобы потопить его
ча дне морском. Царизм, разбитый на Даль­нем Востоке, решил ограбить Турцию. за­хватив у нее Константинополь. Самыми
лучшими были эти идезлистические аме­риканцы! Они вступили в войну после
двух лет военной оргий, не имея даже
оправдания в мнимом нападении со сторо­ны противника. Они приняли участие в
побоище просто потому, что Морган одол­жил много миллиардов союзникам и `боял­ся, как бы они не пропали. .

— Не хочешь ли ты сказать, что BHHO­вата тольно капиталистическая система,
что государственные людн были лишь жал­кими марионетками в руках истории, ув­лекшей их в пропасть?

 
	—щ Никто не является преступником по
собственной воле, на основе свободного
выбора. Человек убивает из ревности, по­TOMY что ревность стала инстинктом ис­порченного современной культурой челове­чества. Но нельзя давать людям права
	[$323 к ав —_—_—e Oeste ae et wa eM ae ae eee en о ее aero rw ae

ного человека, чтобы превратить все чело­убивать из ревности! Когда человек, гони­водят сейчас тайными вооружениями, под­готовляют дьявольскую химическую вой­МЫЙ извращенными сексуальными на­вечество в организацию сыщиков, взяв­шихся за поиски преступников. А между  
тем из года в год издают военные мате­риалы, предназначенные служить продол­жением военной легенды, издают мемуары,
которые читаются, как романы, ибо люди
ищут в них сенсаций. А ведь не стало
миллионов людей!.. Они были маленькие и
большие, но всякий из них имел свою
ЖИЗНЬ: ЧТО-ТО его радовало, что-то‘ печа­лило, к чему-то он стремился. А затем у
него отняли волю, отняли возможность ре­шать свою судьбу. Миллионы были бро­шены на поля сражений, лишенные права
спросить: во имя чего они лежат в тран­шеях, прислушиваясь к визгу шрапнели,
BO AMA чего они временами хватаются в
панике за газовые маски, когда покажется,
что их душат газы, подползшие тихо, слов­но воры. Когда наступала полная THUMB,
они лежали в окопах без капли крови в
мозгу, прислушиваясь к шороху крыс, ню­хавших их сапоги. А затем снова ревели
сигналы, свистели тревожные свистки сер­жантов и раздавалась команда: «готовь­сея—атака!..» Они шли через огненный
хождь. Их рвали снаряды. Они повисали
на колючей проволоке... А после алаки
часть солдат возвращалась в окопы, а
часть оставалась лежать между двумя ря­хами проволочных заграждений. Целыми
ночами был слышен вой людей, гибнувиих
вт жажды, от лихорадки. от ран, разрывав­них их внутренности. И никто не мог их
спасти.

Холме-млалматий закурил трубку и уда­рил кулаком по кипе книг на столе.

— Bot я шесть месяцев читал эти бес­етыжие мемузры Черчилля, Асквита, Грея,
Пуанкаре, Бетман-Гольвега, кайзера Виль­тельма. И я спрашиваю: кто же бросил
человечество в войну? Где те ипреступни­ки, которые принесли человеку столько
страланяй?

— И к какому выводу ты пришел?—
спросил Ватсон.

— Всякий из них, взятый 06060.—
джентльмен. отен семьи. порядочный че­При первых орудийных выстрелах со­циал-дхемократические лидеры без колеба­ний заняли  предначертанные им мобилиза­ционными планами места в адтарате за­щиты буржуазного отечества. г
	_ Берлинская печать опубликовала 5 ав­густа 1914 г. незабываемый отчет © вы­ступлении в рейхстаге социал-демократа

Гаазе:
	«Господа, — сказал Гаазе, — по по­ручению моей фракции я делаю сле­дующее заявление:
	‚- Нам угрожают ужасы вражеского на­шествия. СЕГОДНЯ НАМ НАДО ВЫ­СКАЗАТЬСЯ НЕ ЗА ИЛИ ПРОТИВ
ВОЙНЫ. А ПО ВОПРОСУ 0 СРЕД­СТВАХ, НЕОБХОДИМЫХ ДЛЯ ЗАЩИ­ТЫ СТРАНЫ...УНаши горячие пожела­ния сопровождают призванных к знаме­нам братьев без’ различия партий... Дело
идет об обэспечении культуры и незави­симости нашей собственной страны... В
ЧАС ОПАСНОСТИ МЫ НЕ ОСТАВИМ
	ОТЕЧЕСТВА... Руководствуясь этими
принципами, МЫ ГОЛОСУЕМ ЗА. ТРЕ­БУЮЩИЕСЯ ВОЕННЫЕ КРЕДИТЬЬ,
	Социал-демократы кричат: «ГОХ КАЙ­ЗЕРУ».
	затем происходит единодушное утвер­ждение военных кредитов. Председатель
закрыл короткое, но памятное заседание
возгласом «гох» по адресу кайзера, на­рода и отечества, к которому громоглас­но присоединились все присутствующие,
включая социал-демократов». («ДЕР ТАГ»
от 5 августа 1914 г.).
	  Hepexox от громких фраз о недопущении

войны к поддержке генералитета совер­шился тем более безболезненно для лиде­ров социал-демократии, чт по существу
он Не означал никакой перемены позиций.
Просто, в зависимости от изменившейся
обстановки, они продолжали свою прежнюю
политику предательства более откровенны­ми средствами. «Новый курс» был этим
лакеям буржуазии по душе. 06 этом сви­детельствует следующее не лишенное ли­ризма признание с.-д. публициста Карла
Гениш:
	«Ради всего на свете я бы не хотел
еще раз пережить те дни внутренней
борьбы! Этот страх: не станешь ли ты
подлецом по отношению к самому себе
и своему делу? Смеешь ли ты чувство­вать так, как тебе подсказывает сердце?
	клонностями, убивает женщин и детей.  ну. дни являются представителями школы
				СПАРЯДОВ, БОЛЬШЕ
СНАРЯЛОВ!
	А На западноевропейском театое к
началу 1915 года протянулся фронт
длиной около 800 км. От 3 до 4 млн
солдат залегли с каждой стороны в
окопах. Даже на небольших участ­ках Фронта наступление требова­ло колоссальных артиллерийских
средств и обычно приносило незна­чительные результаты при огром­ных потерях.

‚ А Чтобы усилить средства атаки,
германское командование примени­ло в начале 1915 г. на русском и
	французском фронтах отравляющие
газы.
	А Весенние и осенние бой в Артуа и
в Шампани в 1915 г., несмотря
на колоссальный расход снарядов
(осенью в Артуа 5 млн штук} и
сотни тысяч жертв, дали ничтожные
тактические и стратегические ре­зультаты: продвижение на несколь­ко километров.
	А В начале 1915 года германская
армия окончательно вытесняет цар­ские войска из Восточной Пруссии.

А На юге царская армия зимой в
ужасных условиях снабжения. и
транопорта начала наступление че­рез Карпаты и Венгрию. Весной она
переваливает через Карпатские про­ходы. Это ее последние успехи в Га­лиции. ~
	ПРОРЫВ РУССКОГО
	ФРОНТА В ГАЛИЦИИ
И ПОЛЬШЕ.
	А В мае начинается большое герман­ское наступление в Галиции и Польше.
Австро-германское командование со­средоточивает для этого. до 9 млн
солдат и 4.000 орудий. Главный удар
наносит армия Макензена под при­крытием ураганного огня 1.500 тя­желых орудий на фронте у Горлицы в
Западной Галиции. Она прорывает
фронт и движется к реке Сан и верх­нему Днепру и к Висле, где в течение
июня развернулись бои. в которых
участвовало около 4 млн человек.

А В начале августа германские войска
занимают Варшаву. Лишь в конце сен­тября прекратился отход русских
армий, которые закрепились в Бело­руссии и на Украине, на новом рубеже
от Рижского залива до Буксвины,

А Но германское командование не
сможет продолжить наступление ло <ре­шающей победы»: оно не имеет   ре­зервов.
	ЛИНИЯ ОКОПОВ
	ПРОРЕЗАЕТ БАЛКАНЫ
И АЛЬПЫ.
	Антанта проявляет активность на
французском и балканском фронтах.
В результате на востоке операции
также застыли в грязи окопов. ко­торые растянулись на 1.200 км.

А В течение 1915 года Антанта втя­нула в войну Италию. пообещав ей
австрийские земли, на которые пре­тендовала Сербия. В Альпах образо­вался новый итальянский фронт.
Война ведется на фронте в 500 KM.,
обе стороны изощряются в совер­шенствовании метолов борьбы в го­рах. И здесь война требует колос­сальных жертв.
	А На Галлиполийском полуострове с
весны идет ожесточенная борьба
англо-французского десанта, пытав­шегося прорваться на Константино­поль. Бои происходят в узкой‘ при­брежной полосе в ужасающих кли­матических и санитарных условиях.
Они стоили англичанам 230.000 ue­ловенк, в том числе 30.000 убитыми.

А Осенью Германии удалось привлечь
на свою сторону Болгарию, которой бы­ли обещаны компенсации за счет Сеп­бии. Она сумела временно нейтрали­зовать Румынию и Грецию.

А Для борьбы с Болгарией Антанта
немедленно начала переброску свое­го десанта с Галлиполийского по­луострова в Салоники на террито­рию Греции, нарушая ее нейтрали­тет.

А Эти меры не спасли Сербию. Армия
из 550 тыс. болгарских, австрийских
и германских войск перешла в на­ступление против более слабой серб­ской армии (200 тыс.). Несмотря на
отчаянное сопротивление, последняя
была разбита.
	Продолжение см. на 4-й Стр.
	Неопубликованный. рисунок.
	и. РЕПИНА.
	Когда в самом начале войны мы заспорили при ху­дожнике Репине, чем кончится эта всемирная бойня,
	несколько минут
	он взял мой альбом «Чуккокалу» и в
	шибленный был вид у Вильгельма, и как бодро катил

эту погребальную тачку рабочий!
Рисунок сохранился у.меня до сих пор, равно как
и запись Репина, сделанная в той же «Чуккокале»:
«Жду Федеративной Германской республики».
(3 августа 1914 года).   К. ЧУКОВСКИЙ.
	Холмс. открыл книжечку перед лампой
и начал ее читать... В комнате царила
полная тишина.
	деров японской социал-демократии, которые
в момент войны в Манчжурии «целиком и
полностью поддерживали  грабительсную
войну японской буржуазии, утверждая, что
эта война есть путь к социализму». (Из
резолюции ХПН пленума ИККИ). В своем
наглом цинизме японские с.-л. дошли до
‘того, что об’явили  империалистическую
Японию «социалистическим» и даже «про­летарским» государством в противовес
«буржуазному Китаю». Так, член ЦЕ

японской с.-д. партии Хамада писал в ян­pape 1932 г.:
	«Еспи смотреть с точки зрения социа­пизма, то Нашу страну, имеющую 160
миллионов человек населения и вынуж­денную сжиматься до крайности на не­значительном клочке земли, нельзя не
назвать в международном масштабе ПРО­ЛЕТАРСКИМ государством. В противс­положность этому Китай. обладающий
огромной территорией со сравнительно
редким населением, является в между­народном масштабе БУРЖУАЗНЫМ го­сударством.

В настоящее время за пролетарматом,
находящимся под угрозой голодной,
	смерти, всеми признано право пред’яв­пять для защиты своих жизненных ин­тересов ‘требования к буржуазии, обла­дающей излишками. Поэтому ни в коем
случае НЕЛЬЗЯ СЧИТАТЬ ИМПЕРИА­ЛИСТИЧЕСКИМ ЗАХВАТОМ ТО OB­СТОЯТЕЛЬСТВО. ЧТО НАЦТА СТРАНА,
	ЯВЛЯЮЩАЯСЯ МЕЖДУНАРОДНЫМ
ПРОЛЕТАРСКИМ ГОСУДАРСТВОМ, ДО­БИВАЕТСЯ ОТ БУРЖУАЗНОГО ГОСУ­ДАРСТВА — КИТАЯ — ПРАВА РАЗ­РАБОТКИ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ РЕСУР.
	В».

Япония генерала Араки, Япония трестов
Мицуи и Мицубиси — пролетарское госу­ларство! Поистине японская социал-демо­кратия достигла Гималаев лжи в подлости!
	ХИ пленум ИККЙ заявил, что «позиция
японской социал-демократии является по­казателем того, наную позицию займет вся
мировая социал-демократия при возникно­вении новой империалистической войны»,
ели Хамала об’являет сегодня Японию ге­нерала Араки  «пролетарским  госулар­ством», ведущим «справедливую войну»
против «буржуазного Китая». — что мо­жет помешать завтра Каутскому назвать
Германию Гитлера пролетарским госулар­ством. вынужденным прибегнуть к мерам
	самозащиты против буржуазной Австрии:
	набросал дюжего немецкого рабочего, который выво­зит нА тачке связанного Вильгельма П. И какой при­амкюнутая цепь предат гельст
	лась. МИНИСТРЫ-СОЦИАЛИСТЫ.... ОЖИ­ВЯТ РАБОТУ ПРАВИТЕЛЬСТВА... Сво­ими настойнивыми усилиями, своим по­рывом энтузиазма они обеспечат одно­временно спасение отечества и прогресс
чеповечества».
	Начались будни oO «спасению отече­ства» и «обеспечению прогресса человече­ства». Слолиы П интернационала приня­„Две стороны медали“.
	‚ Монтаж хул. С. Телингатера и Ил. Феинберга.
	«Bee вправе и обязаны защищать свое отечество,
истинный интернащионализм состоит в признании этого
	права за социалистами всех наций, в том числе вою
тих с моей напией...». Каутский.
	«Это бесподобное раесуждение есть такое безгранично­пошлое издевательство над социализмом, что лучшим
ответом на него было бы заказать медаль с фигурами
Вильгельма И ‘и Николая И на одной стороне, Плеха­нова и Каутского — на другой».
ЛЕНИН (т. ХУШЬ стр. 249).
	Пока, накснец, — я не забуду этого дчя
и этого часа страшное напряжение
рассеялось, и мы решились быть таки­ми, какими мы все же были. Пока, на­конец, — на зло закостенелым принци­пам и деревянным теориям, — впервые
(впервые почти за четверть века) мы с
переполненным сердцем и чистой ‘со­вестью, без опасения превратиться в пре­дателей, смогли присоединиться к бу­шующей бурной песне: «ГЕРМАНИЯ,
	ГЕРМАНИЯ  ПРЕВЫШЕ ВСЕ­ГО! (КАРЛ ГЕНИШ, «ГЕР­МАНСКАЯ СОЦИАЛ-ДЕМО­НКРАТИЯ ВО ВРЕМЯ И ПО­СЛЕ МИРОВОЙ BOKHbh,
Берлин, 1916 г. Стр. 114).
	С «переполненным сердцем
и чистой совестью» лидеры
социал-демократии  рентились
показать себя такими. какими
были на самом деле, т. е. под­лепами. Они громче всех вопи­ли воинственную песню гер­манского капитала: «Германия,
Германия превыше всего».
	От поведения лидеров гер­манской социал-лемократий ни­чем не отличалось повеление

их коллег по П интернациона­лу в других странах.
	Франпии сопиалистиче­ский лидер Компер-морель за­явил в печати 22 августа
1914 г:
	«1914 год не увидит апо­феоза германского империа­лизма. Чтобы спасти циви­лизацию от этого бесчестия,
чтобы уберечь от этого позо­ра старую Европу, —НЕТ НИ
ОДНОГО ФРАНЦУЗА, КОТО­РЫЙ НЕ  ПРЕИСПОЛНЕН
РЕШИМОСТЬЮ ПРОЛИТЬ

СВОЮ КРОВЬ И ПРИНЕСТИ
	в ЖЕРТВУ СВОЮ ЖИЗНЬ».
	А манифест социалистиче­ской партии. опубликованный
28 августа. гласил:

«Теперь депо идет о буду­щем нации, о. жизни Фран­ции. Партия He  колеба­лись за организацию военного производ­ства, удушение рабочих стачек в тылу,
поставку пушечного мяса для армии, рас­праву с восставиими солдатами. Весь ор­ганизационный и пропагандистский аппа­рат социал-пдемократических партий и
профсоюзов был поставлен на службу ге­неральным штабам.
	Прошло 20 лет. а эти годы позорный
А послужной. список международ­у

. ной социал-демократии обога­тился новыми актами подлей­ерга. шего предательства. П интер­национал лушил последовавшие
в ряде стран после мировой
войны революционные . проле­тарские выступления, помогал
окрепнуть расшатанному вой­ной капиталистическому орга­низму, расчистил лорогу фа­низму. Отношение же между­народной социал-демократии к
войне осталось неизменным.
Вернее, оно стало еще более
откровенно циничным, чем каг­да-либо.

Если в 1914 году герман­ская социал-демократия заво­нила «Гох Вильгельму», лишь
тогда, когда заговорили пушки,
то теперь она присоединилась
к возгласу «Гейль Гитлер» за­благовременно. Голосование co­циал-демократической фракции
рейхстага 17 мая 1933 г. за
внешнюю политику Гитлера
было голосованием за фашист­скую политику развязывания
военных авантюр. Чтобы не
оставалось никакой недогово­ренности, председатель с.-л.
фракции германского рейхстага
Пауль Лебе уточнил:

«С.-д. партия Германии
20; присоединилась к речи Гит­ого лера в рейхстаге 17 мая не
yi из страха, а потому, что

 

 
		НЕЙ ПОЛИТИКОЙ ГИТЛЕРА
и его борьбой за равнопра­вие Германии».

Не изменилось отношение
к войне и в других отрядах
П интенрационала. Отчетливее
всего это видно на примере ли-