bCKAS MT РАВД.А #:
	 
	 KROMCOMO.
	 
	 
	 
				Мололежь шестнадцати советских республик празднует сегодня ХХУТ Меж­дународный Юношеский День.
	Она демонстрирует перед всем миром предан­вость социалистической отчизне, беспредельную любовь к лучшему другу моло­дежи — великому Сталину.
	О людях олной колонны, шагающих локоть к локтю в этот день по исто­рической Красной площади, рассказывает наша’ страница.
Это — молодежь Фрунзенского района Москвы. В этой колонне — строители­И
	стахановцы,
	текстильщицы-многостаночницы,
	стуленты, врачи, научные работ­ники — молодые люди прекрасной советской земли. Таких, как они, сотни и
тысячи идут в рядах демонстрантов во Владивостоке, в Ташкенте, в Сверд­ловске, в Мурманске...
	Четок шаг молодых патриотов, уверенна их поступь. Это шагают молодые
	хозяева страны ‚социализма.
		ЮНОСТЬ
	зенсного района, полученное на-днях м
	школой,
Этот лень был полон волнения. Комо
	мюльцы развешивати ‘последние лозунти и
приглашали ее смотреть: красиво ли? ] -
том явилась родительница благодарить зу
то, что ее дочь выдержала осенние ислы»
тания и перешла в седьмой класс. Вл гла
зах У матери блестели слезы, Позвонили из
соседнего домоуправления и попросили сле.
лать доклад о начале учебного года. Помих
напутетвенные слова ‘учителям, рукопола­тия и снова последний (в который раз)
обхоц всех клаюсов и кабилетов.
	Ухоля домой, она увидела на лесть
одного старшеклаюсника, и вернулась © ниц
в кабинет,

— ты риштел мне что-то сказать?

— Ма...

— Почому же ты трусишь?-—немнохь
сурово М она.——Смелей.

—- Тебе кажется, что она больше в
хочет дружить © тобой?
	Юноша молчал, очевийно, пораженный
умением директора видеть BCO насквозь,
на положила ему на плечю руку и Marto
оказала: }

— Ho раскисать нельзя. Нужно быть
мужчиной. Ты понял меня?
	— Да.

ИЯ действительно понял. Не воем ла­HO TORODUTh TAK просто и понятно, чтобы
	тебя понимали и разумом и серце.
В этом-—великое искуоство педалога.
	... Она смотрела на портрет сынё п ду:
мала: нет, это не юлиночество!
	В дверь постучали. Вошла труппа ©м­щенных юношей и девушек. Она сразу
узнала ‘их: это были выпускники, локи­нувшие школу лв» месяца назал.
	— Екатерина Васильевна, извините, что
так WOATHO...
	— олравствуйте, дорогие мои!
	— Мы пришли... вас поздравить © Меж­дународным Юношеоким Днем и с новых

учебным годом. Ведь умы будем завтра в
других колоннах... И еще мы принесли
вам вот 919...
	9% был коротенький адрес: заюолужен­ной учительнице PCOCP Екатерине Ва­сильевне Мартьяновой — директору 29-й
школы Москвы”

«...Спасибо, от всего cepma спасибо,
родная Екатерина Васильевна! Мы никогда
не забудем Вас, никогда пе забудем нашу
школу, потому что нельзя забыть свою
молодость! Мы залюмним Ваши советы,
Вмыпи пожелания и постараемея везде быть
Вашими достойными учениками. Еще раз
спасибо за строгость, за ласку, за все, что
вы лали нам».
	Потом, когда выпускники ушли, on8 gol
го стояла с адресом в руке у окна, глядя
на проплывающие звезды, и думала 0
них—© тыкячах своих питомцев, которые
пойдут утром в колоннах.

— Нет, это me старость, — шепчет
она.=—=Это orocTh!..
	ВИТАЛИИ ГУБАРЕВ.
	НА опускается в кресло. Да,
теперь она чувствует, что

 
	риуе, плывет над городом. уто самолеты.
Может быть, там лелят пять ее учеников­старшеклассников. Этакие ребята! Они
учатся в аэроклубе и рассказывати ей, что
бывают в ночных полетах.

Руки ее © маленькими сухими пальца­ми неподвижно лежат на ручках кресла, и
голова откинута на спинку. Она отдыхает.

Шестьдесят один тод. Это старость?

Она выпрямляется. Со столь ma нее
смотрит портрет молодого человека. Сын,
Лвадцатилетний комиссар просвещения,
он был замучен в 1918 году на Урале бе­Тогда быти острая тоска и ненависть,
Потом осталась лишь ненависть, & тоска
приходила порывами. Это были рецидивы в
минуты отхиночества.
	Она быстро перебирает на столе газеты,
	книги. Очень хочется движения, пгума тго­лов, ках в школе в течение всего ‚ДНЯ.
	Bor новое нераспечатанное письмо. ITO
ог Бориса Бурзина. Что нового пишет ей
	ЭТОТ мальчик?’
	ОТ наступила зима. Он по­‚ шел в Красную Армию до­* ’бровольцем—в отряд лыж­я В А ников. Здесь он выделялся
ЗЕЕ Своей ПРИВЫЧКОЙ Во время

боя грызть маленькие ку­coum сахара. Когда командир лыжного
эскадрона ставил боевую задачу зайти в
тыл врагу, или ударить по нему с фланга,
или занять высоту, Дяпин непременно лез
в карман широких штанов, чтобы убе­диться, есть ли сахар.

На войне эта привычка выглядела ¢o­всем странно. Но здесь, в таежных лесах
Финляндии, она ему пригодилась, как
THIS.

  
	Вак-то лыжникам бьъыю дано ответствен­ное задание— зайти к поселку Н. © юга и
захватить ето.

Комсомолец Ляпин двигался со своим
взводом в середине лыжного подразделения.
Он прислушивалея в шуршанию лыж, лов­ко обхолил вековые COCHH. Эекадрон оги­бал лесное озеро. И вдруг раздались вы­стрелы: сверху—с елок и снизу—из-3%
укрытий. Передние бойцы эскадрона за­легли. Ляпин прислонилея к стволу с0с­ны. Отсюда он следил за огнем врата. Но
белофинны так вели огонь, что их трудно
было заметить. Вражеский стрелок искус­ной стрельбой, короткими очередями
имитировал большое наличие сил против­ника. Ляпин заметил это по звуку стрель­бы, и тем обиднее становилась мастерская
маскировка белофинна,

Но вот пули провизжали нах головой
Ляпина. Он пригнулся, не спуская глаз ©
макушек елей. Ляпин увидел вопышку.
Огонь появился мгновенно итак же быстро,
вместе со звуком, погас. Ляцпин не разду­мывал, Он поднял автомат и, прижав его
х стволу сосны, выпустил короткую 9че­редь. Школа снайперов Фрунзенского райо­на Москвы в лице свое представителя
выдержала здесь экзамен-—с выюокой ма­ковки ели, еметая мохнатый иней, грох­нулея финн-«кукушка».

— Знай нашего соловья!-— прошептал
Jaren.

Путь был открыт, и эокалрон CHOBa H4-
чал обходить деревню. Ломая сопротивле­ние засад лыжных неприятельских раз’ез­дов. эскадрон двигался к  населенному
пункту. Но деревня была еще далеко.
Третьи сутки похода без она валили бой­цов в снег, и они засыпали тут же. Ля­пин не спал. Он лазал между деревьев,
около которых спали бойцы, будил тех,
‘RTO уснул, стоя на лыжах, оберегал их
короткий отдых, & потом снова шли впе­рел. И снова начался бой. Он разразился
У озера Очки. Ударили автоматчики, гле-то
сбоку застрекотал кольтовский пулемет, и,
как всегда, поле боя было пустынно и 3л0-
веще. Бойцы ползли вперед. Они были по­хожи на пловцов, плывущих в море против
течения. Они разгребали снег, каж воду.
	Десять часов шел бой. В этом bow da­пин проявил себя героем, за» что прави­тельство наградило его орденом Врасного
Знамени.
locate боя наступила необыкновенная
	тишина. Но тингина эта была ескоротечной.
Разгромленные финны пытались взять ре­ванш. Финские «кукушки» появлялись
тде-то в стороне, и тогда очереди станко­вых. и ручных пулеметов сбивали иней. е
деревьев, & вместе с ним и BPA OCKER
снайперов.

Закончив бой, эскадрон намеревался дви­нуться дальше. В это время пришел при­каз—переброситься в лыжному батальону,
на флант крупной части, и занять высоту
перех озером.

Шли долго. Лыжи тонули в рыхлом cHe­ту. Эскайрон двигался за батальоном, в
котором были такие же комсомольцы, как
и Ляпин,— московские и ленинградские
добровольцы. Котда же пришли к высо­те, все сталю яено: засады и мелкие отря­хы финских лыжников собрались на этой
выюоте, подстерегая наступление. .„.
	Чыжники пошли в атаку, но выкоты не
взяли. Шквальный огонь остановил насту­пающих. Тогда они залегли и Annus
ползком повел группу к траншеям. Будучи
на расстоянии двадцати пяти метров от
врага, он приказал забросать траншеи гра­натами. Взрывы поднимали небольшие гей­зеры звмли и снега. Видно было, как убе­гали финны. Но меткая ляпинекая пуля
сбивала их нз бегу.

Вогда ворвались в траншею, Ляпину
стралиню захотелось пить. Он полез в кар­ман з& сахаром. Но в кармане у него ле­жал большой кусок сахара, который он
никах не мог раоколоть еще раньше ни
ножом, ни металлической кружкой. Ляпин
с отчаянья махнул рукой и пополз впе­ред. Вместо сахара в ео руке была гра­ната. Белофинн, очевидно, заметил Ляпи­на. и сосредоточил на нем огонь < фланта.
Пули свистели над головой, пробили про­тивогаз, вещевой мешок. Ляпин глубже за­рылся в снег. И тут он увидел, как ране­ный боец, мучимый жаждой, глотает снег.
Ляпин крикнул:

— Сахар! Сахар! На...

Он не договорил. Что-то ожгло ноту
выше колена.
	Рота ударила по флангу, и финны отка­тились, оставив высоту. Их расстреливал
станковый пулемет, быстро водруженный
на высоте. Финны падали на обратном
скате. Белые халаты, как саваны, накры­вали их тела.

‚ Ляпин  притюднялея, подполз кв ране­ному:

_ — Разве можно есть снег?

_ — Пить...-— тихо ответил раненый.

— Мне, брат, тоже пить хочетея,—©ка­зал Ляпин,——а снега я не ем. Сахар надо.
А вот у меня большой кусок. И, как на
грех, расколоть нечем.

Он по привычке полез в катмам, и лицо
ото неожиланно осветилось улыбкой,

— Друг! воскликнул он.—Я вовсе не
ранен! Финский автоматчик расколюл мне
сахар!

Лягин вынул из кармана маленькие
кусочки сахара, срели которых лежала
оцарапанная финская пулька.
		Л. КОРОБОВ.
	СОРЕВНОВАНИЕ
_С УЧИТЕЛЬНИЦЕЙ
	 
    
 

= во и терпеливо обучал тебя,
   передавал тебе знания,
всегда чувотвуешь к нему
не только глубокое уваже­ние, но и ощущаешь какое-то неуловимое
превосходство его над собой. В средней
школе № 168 Свердловского района
Москвы, тде я училась, я испытывала та­кое чувотво к педагогам. Я любила многих
из них, но всегда немного робела в их при­сутствии. И к своей преподавательнице
ткапкото дела Марусе Воиновой я иепыты­вала такое же чувство.
	Ткачихой я стала три года назад. Я тог­да еще не работала. Шо вечерам мы часто
встречались с моей подругой Соней, работ­ницей аппретурного цеха комбината «Ёрас­ная Роза»; Мы 0бе очень увлекались кино
и старались не пропустить ни одной новой
картины,

(Соня очень любила совой цех и фабрику,
часто рассказывала мне о девчатах, © своем
коллективе, о работе. Признаюсь, я немного
завиловала ей.

Как-то, когда мы разглядывали в фойе
тезтра фотографии кинюзнаменитостей, (9-
ня сказала:

— Ау нас сейчас набирают девчат в
ткацкий цех.

Я задумчиво вертела в руках фотокар­mouxy Любови Орловой.

— Ткачих? — переспросила я. — Это
He B TBO цех?

— Нет, в наем сейчас людей не бе­рут.

— Жалко... Если бы в твой, я по­шла бы.
	Соня отбидала фотографии ©воих люби­уых артистов —— Бабочкина, Черкасова,
Франчески Гааль, Греты Гарбо.

— Послушайте, гражданка, — вывел ме­ня из задумчивости полюс -продавщицы,—
вы изломали фотографию!

Я сначала не поняла, что она говорит,
но, опустив глаза, увидела, что у меня в
руках. изорватная карточка.
	— Bee равно, —— сказала я, — пойду в
ткацкий. А за открытку заплачу, — доба­вила я, обращаясь к продавщице.

Наутро Соня вела меня на свою фа­брику. В проходной мы расстались. Сме­шавшиеь © группой девушек, она пошла в
пех, а я отошла к окошечку отдела кадров.
Оформили меня быстро, и уже на друшпй
день мастер познакомил меня с моей буду­щей учительницей, стахановкой Марусей
Воинювой. Приняла она меня приветливо и
сказала уверенно:

— Через три месяца будете работать на
станке самостоятельно.

Воинова ошиблась. Уже через две недели
	я стала к станку. Но в этом больше воето,
пожалуй, была повинна сама учительница.
Она так хорошо знакомила меня ‹о всеми
	секретами ткацкого мастерства, так хоропт
об’`ясняла. как ухаживать за станком, что
	Se eee ee GO я ПОТ. 9.

уже через несколько дней я могла работать ие
OAL плати гта быти
	самостоятельно.

Через три месяща меня перевети на
два станка. Прошел еще месяц, и я уже
работала на трех станках, & вскоре мне
доверили четыре станка.

Попрежнему мы дружили © Воиновей.
Она часто подходила к моим станкам, по=
могала их налаживать. Однажды подозва­ла меня к своим станкам.

— Катя, посмотри, что-то у меня He
ладится,— сказала онЗ.

Я посмотрела внимательно на Воинову,
Мне пришла мысль, что она хочет прове­рить, научилась ли я самостоятельно наз
лаживать станки. Стараясь не ударить пе­ред своей учительницей в грязь лицом,
я быстро осмотрела станок, нашла Hence
правность, тут же устранила ее.
	— Спасибо, Катя,— просто сказала Вои=
нова.

Векоре мы заключили с Марусей xoro­вор © социалистическом соревновании. Уже
бывали дни, когда я обтоняла свою учи­тельницу. .

Я заявила мастеру Галанину, что
обслуживать шесть станков.

— Попробуй, — сказал он, полумав, —
своболные станки в цехо есть. Становись
за шесть, посмотрим, что выйдет,

...Я работала на шести станках и заме­чала на, себе быстрые взгляль подруг. Всех
	воловалю, слгразлюсь ли.
— Ну, как таботать ma шестерке? —
	закидали меня вопросами после конца
смены.
— Так же, как и на четверке,— отве­чала я, и в этом не было никакой ри­СОВКИ.

В первый же день я выполнила норму
на 120 процентов.
	Как-то перед началом смены ко мне
подошла Маруся Вопнова.

— Знаешь, Катя, — сказала она, —
хочу попробовать работать на шести стан­ках. Твой пример всех наших ткачих во­одущевил.

Я принялась рассказывать Mapyce 0
своем опыте, и У меня мелькнула мысль,
что теперь и мне есть чему поучить свою
бывигую учительницу,

Теперь мы 906е работаем на шести стан­had.
Е. ШАРАПОВА,

стахановка-ткачиха комбината
«Красная Роза».
	«Дорогая Екатерина Васильевна!

Сейчас, со стороны, я, как никогда, м0-
гу оценить те счастливые тоды, которые я
ирозел в стенах школы, гле Вы так много
лет работаете директором. Лучшие мои
воспоминания связаны сю школой, с учебой,
пионерским отрядом и © Вашим именем,
дорогая Екатерина Васильевна! Вы наряду
с малерью и отцом в течение десяти лет
заботливо воспитывали и ‘учили меня,
исправляли мои недостатки. Разрешите же
от всей дупти поблагодарить Вас з& ве хо­рошее, сделанное для меня—теперь отлич­ника боовюй и политической подготовки.
Я думаю, вернувшись домой из армии, по­ступить учиться в пединститут. Препода­валельская деятельность притягивает меня
все сильнее, и я чувствую, что буду впол­не ‘уловлетворен этой работой, Хочется
узнать Ваше мнение, дорогая Екалерина
Васильевна».
	— Он будет учителем. Хорошим учите­лем,—— негромко произносит она.

Одиночество?

Она открывает ящик, где лежат пачки
писем. От. инженерюв и учителей, стале­варов и геологов, бойцов и студентов. Это
все — ее ученики.
	Скольких воспитала она за свои 43 то­да учительской работы!
	Наступает новый учебный год-—<орок
четвертый.

Утром она в последний раз осматривала
все клакюы и кабинеть, ‘убеждаясь, что
ШкЮла совсем готова. Завтра придут пгколь­ники, и она поведет их на Красную пло­щадь.

И школьники понесут в юношеской ко­лонне переходящее краснюе знамя Фрун:
	СУ ЕС ТВЛЕН МЕ
	Все эти три года, сдав весенние зачетьв,
я по путевке Наркомзема выезжал на убор­ку хлебов в самые ‘разные края нашей
замечательной страны. Убирал хлеба в

Сибири и в Крыму, на Урале и в Вазах­стане.
	В этом году мне посчастливилось славно.
поработать в Ульяновском овцесовхозе Се-.

верного Кавказа. Я прибыл туда, ко­гла за спиной моих товарищей комбзй­неров было уже по 150 гектаров убранной
пшеницы. Надо было отремонтировать ком­байн, догнать товарищей. Это мне удалось.

Рядом © зачетной книжкой стулента­отличника 2-го Московского медицинского
института лежит у меня справка. подпи­санная директором далекого степного сов­хоза. Всего несколько строк написано’ там:

«Комбайнер Павел Осталченко на старом
комбайне убрал 370 гектаров посевов за
20 рабочих дней»...

«На СТАРОМ комбайне» — машиниетка
совхоза напечатала это слово крупными
буквами.

Обидно лишь, что не пришлось мне ни
разу приложить свои, хотя еше и очень
малые, ‘медицинские знания. Рабочие сов­хоза, добродушно подемеиваясь над своим
же собственным врачом, категорически 9т­казывались болеть. Так и не удалось ни­кого угостить кальцексом или пирамило­ном.

Скоро на лекции, за книги!

Специальность патолога-анатома, кото­рую я хочу избрать, требует серьезной,
большой учебы. Туберкулез, рак — болез­НИ, ежегодно пока еще отнимающие тыся­чи человеческих жизней. Борьбе © этими
болезнями мне хотелось бы отдать свои
CHIH,

Специальность надо избирать уже co
студенческой скамьи.

Мой сосед по колонне Мимиашвили по­казывает уже недюжинные способности
выдающегося биохимика и биофизика. Сту­дент Рабинович сейчас имеет собственный
научный труд. Они хотят быть советскими
учевыми и будут ими.

Так и я, рядовой комбайнер из колхоз­Horo села, хотел быть врачом и стану им!

Мы живем в прекрасной, удивительной
стране, где осуществляются лучшие мечты
человека.

Павел ОСТАПЧЕНКО,
	студент 4-го курса 2-го Московского
	медицинского института,
сталинский стипендиат.
	M EMT Ы
	 
  
 
  
  

НОГО раз в своей жизни
я встречал Международный
 < > Юношеский День в поле,
на комбайне. Расстилалась
= над хлебами сентябрьская
ночь. Убранные  гектары

оставались позади. Оглянепться. назад и

 
   

 

А
	уливишься: как много успел пройти.
В такие ночи очень хоропю  мечта­ль. Ветер клонил пшеницу, звезды
	затгалочню светили с небосвода. Я мечтал в
такие ночи, что когда-нибудь обязательно
стану ученым. Меня интересовали: строе­ние мироздания, структура атома, тайна
‘болезни, возникающей в человеческом теле
неожиланно, как пожар, и сладость победы
Hal Heil.

Убирая хлеба в совхозе «Гигант» на Ce­верном Кавказе, я знал, что буду когда­нибудь естественником, физиком, врачом,
Стоило: только порезать кому-нибудь руку
на поле, как я уже был на месте преиеше­CTBEA,

‚. «Доктор» —в шутку прозвали мечя
друзья. Сейчас оказывается, что они все­то на несколько лет предугадали возмож­Hoe.

_В ХХ\У Международный Юношеский
Лень я буду шатать на Красной пло­шали в колонне 2-го Московского меди­цинского института. Рядом со мной пойдут
мои товарищи по четвертому курсу, друзья
по институту, сехавшиеся к началу уче­бы со всех концов страны.
	Валентин Савенко, наш ROMCOpr, пой­дет локоть к локтю со мной. Когда-то ему
пророчили славу художника. Олна из его
	юношеских работ была премирована на. вы­ставке. Но он предпочел скальпель кисти.
Мой друг хочет быть хирургом, и разве
есть что-нибудь удивительное в том, что
его мечта исполняется? Так исполнилась
и моя заветная мечта. И мечтания сотен
таких, как я и Валентин.
	Виктора Jofona — рабочий-тек­стильцик в Иванове. Он знатный человек,
натражден орденом. Один из его сыновей—
командир, второй — инженер. третий, как
выражается етарик, хочет быть «эскула­пом». Будущий эскулап Лобов будет ша­гать в одной с нами мюдловекой. шеренге.
	Таких семей, в которых встречаются
ткачи и инженеры, слесари и врачи, до­менщики и актеры, немало в нашей стра­не, Я сам буду скоро врачом, а еще не пе­рестал быть комбайнером.
	Сие ГЕ“ СОВЕТСКОГО
	ЧЕЛО
	ВЕКА
	    

ЫЛ прощальный вечер. Иг­рал оркестр. Произносилисъ
трогательные  налтутетвен­ные речи: о дороге в жизнь,
„о профессиях, нужных
стране. Галя, стройная де­вушка в шелковом пионероком  галетуке,

  

 
    
 

 

    

 

7 Я MT

 

[-
	  нервныйи пальцами слегка теребила края
	тиСНенюго золютом белого листа: ей только
что вручили похвальную грамоту. На душе
было радостно и... немного грусгно. Возник
вопрюе, большюй и сложный: кем же быть?
’— ... [вологом, кочующихм © изыска­тельской партией по неизведанным горным
тропам, спасающим людям жизнь хирур­TOM, вот кем быть!-—высказал кто-то
мыюль в тот памятный день.—Но только
не служащим, это-—проза. За безжизнен­ными бумажками не увидишь плюдов сво­его труда.

Так ли, верно ли,—Таля точно не зна­ла, но олова эти глубоко запомнилиеь ей.

Почти два года пропыю © тех пор. Иные
Из школьных ее друзей—“известные стаха­овцы, другие готовятся стать врачами,
литераторами, ‘инженерами. Галина же

ианова, стала служащей-—секретарем
депутата Верховного Совета СССР, замести­теля наркома местной промышленности
РСФСР.

Кипучая работа увлекла молодую. комсо­молку. Она почувствовала себя здесь, в
этом центре, регулирующем пульс многих
заводов и фабрик, подобно краснофлотцу,
стоящему рядом с командиром на высоком
мостике, Tie малейший поворот штурвала
дает верный куре большому кораблю. Галя
поняла, что и на посту технического сек­ретаря, как и на всяком ином, от нее, от
ее личной работы зависит. мнотое.

..В приемную нерешительно входит
юноша,

— Uo sw хотите?

Тот пытается что-то оказать, ©б°лонитъ,
но заметню волнуется, путает. Секретарь
	усавивает вошедшего в мягкое кресло,
предлагает воды. Слюкойная, деловая 0б­станювка, внимательность девушки как-то
сразу успокаивают, располагают к откро­венности. Уже без волнения посетитель
рассказывает © своей истории, об’яоняет,
	зачем пришел. Фи работает на стекольном
заводе. Фрезеровщик. Очень любит станок,
научился неплохо работать. Было каж буд.
	то все хоропо. Не случилось несчастье:
тяжело заболел.
	Иногда в приемную прихотят безлельни­Ки, люди, которым не дороги интересы про-/
		изводютва. С такими разговор иной, Ont
ничего элесь пе добьются, ничего ве по­лучат. Но в данном случае нужно помочь.
И молодой рабочий ухолит из приемной
обохретный, уюпокоенный. Он будет выпол­нять более легкую работу. Для поправки
здоровья его пошлют в санаторий.

Много дела у секретаря. Ежедневно 60
BCX концов республики приходят ©00бше­ния © производственных победах,  досроч­ном выполнении плана, пуске в ход новых
предприятий, освоении сложнейших атре­гатов. С торлостью узнавая из каждой бу­маги о росте богатства страны, секретарь
умело и тщательно подготавливает  мате­риалы заместителю наркома.

Но иногда бумаги кричат, беспокоят.
Они предупреждают o нехватке сырья,
строительных  материалов—кирпича, це­мента, кровельного железа. С завода охот­ничьих ружей требуют транспорта для от­правки тотовой трохукщии. Разве можно
быть ралнолутиной?
	Галя отправляет срочные телеграммы. А ‹
	от быстроты их отправки часто зависит
	судьба производства. Неустанно следит 34
выполнением распоряжений заместителя
наркома. В случае малейшей задержки
тотчас же докладывает начальнику секре­талиата.
	Да, на этом: деле можию работать только
лишь © серлцем большевика, со страстным
COPTIC Комсомолки.
	howwaema напряженный рабочий день.
По полу стелются мягкие тени, Галя зажи­raeT настольную лампу. Раздвинув пиюры
п облокотивииись на холодный мраморный
подоконник, она воматривается в мигаю­щие уличные огоньки, освещенные крзл­раты. окон какой-то фабрики. И иногда
воптывают в памяти прошалыный пиколь­ный вечер, звуки боевого марша и брошея­ныю кем-то олова о прозаической профес
сии служащего.
	Лак паивно звучал они теперь! Като
неповторимое C1aACThe получаепть от TON,
	зто частица твоего труда помогает етрот­тельству новой жизни! И эту радость, эт
	бы,

большое счастье советского человека, Галя
Андрианова понесет на Красную площадь
1 сентября, в день солидарности револю­Мени молодежи мира.
H. 30TOB.
	Одна из многих славных советских патриоток комсомолка-ткачиха Ong
ЧЕСНОКОВА. Работая на пяти станках, она регулярно выполняет норму на 110
	процентов и ведет активную
	общественную работу.
Фото Б. ИВАНИЦКОГО.