Передовой отряд
мичуринцев
	Это был радостный день. Восемьдесят
агреномов, воспитанников Коломенского
сельскохозлиственного техникума, пере­ступили порог знакомого здания. Здесь
они получили знания, отсюда пошли в
большую жизнь. И вот они снова вместе:
собрались на конференции, чтобы поде­литься опытом своей работы, обсудить
планы на будущее. А рассказать есть о
Чем.
	за послевоенную сталинскую пятилетку
‘техникум выпустил 476 агрономов. Это
— дети рабочих и колхозников. Нолучив
специальность, они отдают всё свои силы
и знания любимому делу, настойчиво
ищут пути к новым успехам социалисти­ческого земледелия. Герой Советекоге Со­юза П. Ф. Харьковский окончил техникум
в 1941 голу. А теперь он возглавляет
один из крупнейших совхозов Подмоеко­вья. ПШитомец техникума тов. Макаревич
сейчае работает директором станции {0H­натов, тов. оиновьева — управляющей
Коломенской конторой — «Сортсемовош»,
тов. Птицын — агроном в колхозе имени
	Сталина Луховицкого района.
	Среди участников конференции — А. Сан­чес, недавно окончивший техникум.
Молодой агроном, вооруженный знаниями
передовой мичуринской — агробиологиче­ской науки, за короткое время уже про­вел большую  научно-исследовательскую
работу. Он добился нейтрализации грану­лированного суперфосфата путём припу­дривания его гексохлораном. (Гексохлоран,
проникая в ткань растений, предохраня­ет их от повреждения шведской и гессен­ской мухой, способствует быстрому росту
й созреванию пшеницы).
	Нри техникуме создано учебное хозяй­ство. Здесь проводятся опыты по аккли­матизации 60 сортов яблонь, 27 сортов
вишен, 30 сортов слив и многих других
фруктовых и плодово-ягодных растений.
В прошлом году началась закладка четы­рехгектарной плантации виноградника.
Студенты под руководством преподавате­лей испытывают сорта новых растений,
выведенных советскими  селекционерами­мичуринцами. Хорошо прижились такие
сорта винограда, как «Буйтур», «Мал­лен», «Анжевин», «Кишиневский» и дру­rie. .
	На опытном участке будущие агрономы
начинают свою научную деятельность.
Здесь они учатся на практике применять
полученные знания.
	Конференция агрономов показала, что
питомцы техникума являются передовым
отрядом мичуринцев, борцами за новый
пол’ем социалистического земледелия.
	А. МУРАВЬЕВ,
преподаватель Коломенского  сель­скохозяйственного техникума.
		По следам выстиплений
	«Московского комсомольиа»
		«ГЛЕ МЕ НАМ ИГРАТЬ?»
	В. № 117 нашей газеты под таким заго­ловком было опубликовано письмо группы
ure из дома № 78/80 по 1-й Мещанской
лице. В письме дёти рассказывали, что
13-за плохого благоустройства двора им
негде играть.
	Как сообщила нам заведующая отделом
пионеров Шербаковского РК ВЛКСМ тов.
Шмелькова, во дворе дома № 78/30 домо­управлением оборудованы спортивная пло­щадка, песочницы, детские столики и ска­мёйки.
	«ЛЕС—НАРОДНОЕ
ДОСТОЯНИЕ!»
	опубликованном под таким заголов­ком в № 154 нашей газеты письме комсо­мольпа В. Горбачева из Купавны сообща­лось, что нередко, когда в районе Биссе­ровского озера проходят массовые гулянья,
уничтожаются зеленые насаждения.
	Проверив факты, приведенные в письме,
Управление милиции Московской области
дало указание начальникам Ногинского и
Балан!ихинского райотделов милищии уси­лить меры по охране зеленых насаждений
и поддержанию общественного порядка в
районе Биссеровского озера.
	«А СНАМЕЙНИ ЗАБЫЛИ...»
	В письме тов. Емельянова, напечатаннем
в № 149 нашей газеты, сообщалось, что на
сквере у Москворецкого моста посетители
не имеют возможности отдохнуть, так как
там нет скамеек.
	Контора зелечого строительства и SKC­плуатации зеленых насаждений Москворец­кого района признала замечание газеты
правильным. В настоящее время скамей­ки На сквере уже поставлены.
	 
	 
	PEJIBETOH  
	 
	 

  
 

УТУТУТ
	сверкает лихорадочный взгляд. Он ведет
обвинение, как решил его вести ellie до
открытия процесса, вернее, как ему прика­зали. Пусть в ходе первого судебного за­седания рухнуло главное обвинение в са­ботаже, выдвинутое против унтер-офицера
Анри! Что за беда, что раздача листовок
не подпадает под действие закона! Прави­тельственный комиссар получил приказ.
Он делает свое дело — гнусное дело, за
которое ему платит правительство, желаю­шее, по словам газеты «Комба», чтобы «во­преки всему к унтер-офицеру Анри было
применено суровое наказание с тем, чтобы
это послужило примером для других».
	В то время, как в Национальном собра­нии развертываются прения относительно
военных поражений в Индо-Китае, прави­‘тельство требует осуждения унтер-офицера,
	организовавшего во флоте коллективную
	борьбу против воины.
Правительственный комиссар заканчивает
	обвинительную речь. Его голос становится
угрожающим:

— Я требую сурового наказания — ли:
шения свободы. Всякая слабость с вашей
PEANOMEL госпалин сулья имела бы тяж­стороны, господин судья, имела Ub tame
кие последствия Ваш приговор будет
иметь огромное значение. Снисходитель­ность здесь недопустима

Затем слово предоставляется представи­телям защиты. Прения становятся ожив­ленными, и это нельзя об’яснить только
талантом адвокатов. Адвокаты Скарбончи и
Вьенней выступают в защиту героя, от
имени солидарного с ним французского
народа.

— Дело унтер-офицера Мартэна нераз­рывно связано с войной в Индо-Китае, —
указывает в начале своей речи Скарбончи,
— с войной, начатой в нарушение консти­туции. И поскольку унтер-офинер Анри
выступает против этой войны. вы хотите
бросить его в тюрьму? Не забывайте, что
на стороне Анри Мартэна любовь всего на­рода­Лучший тулонский адвокат с негодова­нием отвергает обвинение в саботаже, ко­торое вопреки очевидным фактам прави­тельственный комиссар не хотел снять...
Теперь очередь париж­ского адвоката Въенней.
Выражая мнение всего
народа Франции, с неот­разимой логикой, страст­ным голосом он говорит
о патриотизме — yHTep­офицера Анри. Доказа­но, что ни к какому са­ботажу Анри не прича­стен; доказано, что этв
обвинение построено на
подлой полицейской про­вокации. Следовательно,
существует единственное
обвинение — в «демора­лизации армии». Оно о6-
новывается лишь на том,
что унтер-офицер Анри
распространял во флоте
антивоенные — листовки.
Подобным же образом
вишийские предатели, го­воря о патриотах, рас­пространявших антифавтистские листовки,
утверждали, что они «деморализуют на­‚ СОЛОСИНА.
	ЦИЮ».

— Вы обвиняете Анри Мартэна, госпо­дин правительственный комиссар, — BOC
клинает Въенней — в преступном поку­шении на мораль армии. Подумайте, гос­пода судьи, оказывается не спекуляции, не
скандалы и зверства, совершенные в ИНн­до-Китае деморализуют армию!? Подумай­те, господа! Ведь мораль войск подрывает­ся именно тогда, когда наши солдаты У3-
нают, что некоторые представляют себе ги­бель их товарищей на фронте лишь в Ви­де восходящей кривой спекуляций на бир­же!

Въенней убедительно подтверждает свое
заявление, зачитывая выдержки из различ­ных газет.

— (Слушайте внимательно, господа, —
	говорит он. — 4 октября 1950 года газета
«Журналь д’Экстрем Ориен» писала: «На­ши солдаты в Индо-Китае поднимают курс
акций на парижской бирже». 15 октября
«Биржевая жизнь» сообщала: «Курс ак­ций индокитайских плантаций  естествен­но понизился под влиянием военных собы­тий. но, начиная с четверга, он снова под­ВЯЛСЯ».

Адвокат останавливается. Это подсказы­вает ему опыт. Он оценивает впечатле­ние, которое. произвели на членов трибу­нала приведенные им цитаты. Затем мед­ленно, с силой продолжает:

— Вы ставите в вину Анри Мартэну
то, что он разоблачал эти факты? Лично
я считаю, что так поступать — было его
полгом. Он послушался веления своей со­вести. Вы не должны его осудить.
	Зашитник снова делает передышку. Он
внимательно смотрит на судей. Многие по­колеблены. Капитан второго ранга Бурра­гэ, попрежнему заслоняет лицо рукой, что­бы защититься от фотографов. Он с нетер­пением ждет окончания речи адвоката. Он
перебирает в уме доводы, которые можно
будет пустить в ход, когда члены трибу­нала удалятся на совещание. Ему извест­но, что с полудня правительство держит
прямую телефонную связь с Тулоном. В
Париже с нетерпением ожидают пригово­ра. Министры рассчитывают на Буррагэ..:
	Вьенней заканчивает свою речь. Его го­лос звучит взволнованно:
	— Сейчас, господа судьи, вы станете
выносить приговор от имени французского
народа. Наш народ уже проявил свою во­лю. Нет ничего более опасного для стра­ны, чем разрыв между народом и его пра­восудием. Господин правительственный ко­миссар потребовал сегодня, чтобы вы при­говорили Анри Мартэна к тюремному за­ключению. Уверены ли вы в том, что зав­тра вам не придется краснеть за приговор,
которого от вас требуют? Если вы хоти­те быть уверенными в справедливости ва­шего решения, прислушайтесь к голосу на­рода. Народ никогда не ошибается. Я про­шу оправдания унтер-офинера Анри.
Перевод -с французского
Вл. МАРТЫНОВА.
(Продолжение следует)
тт УТРУ
	«МОСКОВСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ»
15 августа 1951 г. 3 стр:
	Адмирал Муллек останавливается на
мгновение, ищет глазами капитана Бурра­гэ. Но тот, смущенный напоминанием о
Виши, делает вид, что разглядывает по­толок. Адмирал продолжает:
	 

— История движется вперед, господа.
Придет день, когда французский народ
обретет правительство, заботящееся о сво­ей стране, о ее национальных интересах. В
этот день всем станет ясно, что унтер­офицер Анри — героический борещ за
лучшее будущее своей родины!

Перед судом выступают отважные ма­тери. Эти простые женщины, выбиваясь
из сил, растили славных парней, погибших
в Индо-Китае. Женщины из народа, они
несколько смущены тем, что находятся пе­ред: «важными господами». На их линах
отражена вся жизнь, прожитая честно в
тяжком труде и благородном самопожерт­вовании. Но капитан Буррагэ не способен
увидеть это Его слишком мало заботит,
например, горе мадам Пернье, специально
приехавшей из Шера, чтобы напомнить о
том, что её старший сын, умерший в ссыл­ке 93 лет от роду, был товарищем Анри
в партизанском отряде. ;

— Если бы мой мальчик был еще жив,
— плача говорит женщина, — я уверена,
что он вместе с Анри требовал бы пре­кращения зтой ужасной войны.
	В зале суда многие из присутствующих
не могут скрыть. своего волнения. Но ка­питан Буррагэ ничуть не взволнован. На­против, он с сожалением думает о том, что
прошли времена Виши, когда трибуналы,
заседавшие в Тулузе, Лионе или в Клер­мон-Ферране, военно-морской трибунал в
Тулоне легко и просто присуждали патрио­тов к десяткам лет каторжных работ. Для
таких суб’ектов, как Буррагэ, это были

добрые времена!
	Свидетельские показания дает мать ше­сти детей, один из которых был убит в
Хайфоне. Капитан Буррагэ уже не в со­стоянии сдержать злобу, он  перебивает
свидетельницу. Парижский адвокат Вьен­ней, зашищающий унтер-офицера Анри, ре­игительно протестует против этого. Случай,
действительно, из ряда вон выходящий.
	Только председатель трибунала имеет
право вмешиваться в прения, а заседатель
может задать вопрос лишь через поеред­ство председателя. Но капитан Byppars
презирает законность. Ведь он на этом
процессе играет особую роль, за которую
через несколько недель после вынесения
приговора минчстр-социалист заплатит ему
орденом.
	— Вы считаете, что ваш сын был убит
вьетнамцами, — говорит капитан елейным
тоном. —  Утешьтесь, мадам, его убили ки­тайны. _
	Капитан Буррагэ пытается представить
дело так, будто в Хайфоне сражались сол­даты китайской  Народно-освободительной
армии. Но сам он, Конёчно, знает, что ки­тайцы, сидевшие в джонке и открывшие
отонь по десантному судну 20 ноября в
хайфонском порту, были солдатами Чан
Кай-ши и что они получили приказ от
агентов адмирала Тьерри д’Аржанлье и ге­нерала Валлюи открыть огонь по десант­ному судну; французские власти стреми­лись развязать войну в Индо-Китае, они
пержали войска в боевой готовности, и
провокация была им нужна для того, что­бы бросить искру в пороховой погреб.
	Капитан Буррагэ, играющий в тулон­ском военно-морском трибунале роль про­вокатора, на этот раз не смог предвидеть
последствий своего поступка. Председатель,
сидящий слева от него, кажется порядком
смущенным, а правительственный комиссар
Бюргар совершенно подавлен требованием
адвоката Вьенней занести выступление ка­питана в протоколы суда.
	6. Правительство держит
прямую телефонную
связь с Тулоном
	Второе судебное заседание открывается
18 октября обвинительной речью прави­тельственного комиссара Бюргара. Как и
накануне, на побережье яркий солнечный
день. В небе ни облачка. Американские
моряки, слоняющиеся по городу, с любо­пытством останавливаются перед группа­ми юношей и девушек, толпящихся на ули­цах около военно-морского трибунала и
провозглашающих, как накануне, «Оправ­дайте Анри! Освободите Анри!». Площадь
перед трибуналом попрежнему  оцеплена
	охранниками.
	Продолжение. Начало см. в №№ от
22, 25 июля и от 1! Зи 12 августа)
	«Я лгал на следствии: — эти слова
Шарля Хеймбургера заставили правитель­ственного комиссара Бюргара вздрогнуть,
как будто его укусила змея.
	— Я обвинял Анри, стараясь оправдать
самого себя, продолжал Шарль.—Но сей­час я утверждаю, что один виновен в ак­те саботажа. Я сожалею о том, что сде­лал, и не хочу, чтобы невинный человек
нес наказание, которое должен буду по­нести я. ‘если меня осудят.
	По лицу младшего унтер-офицера стру­итея пот. Но в его взгляде горит гордость.
Он смотрит на правительственного комис­сара. Тот сжимает кулаки и злобно кри­Uyt:
	— Но ведь на следствии вы говорили
совершенно - противопсложное.
	Шарль повторяет твердо и уверенно:
— Я хотел оправдаться, это верно; но
я не хочу, чтобы был осужден невинный.
	Казалось, в помещении трибунала ра­зорвалась бомба. Офицеры — члевы три­бунала с удивлением смотрят друг на
друга. Капитан второго ранга, вишист
Буррагэ не может скрыть недовольства.
Но правительственный комиссар Бюргар
больше не настаивает. Лучше не прида­вать большого значения заявлению млад­шего унтер-офицера, постараться превра­тить его в незначительный инцидент. Бюр­гар намечает для себя дальнейший план
действий: в обвинительной речи on Mo­старается убедить членов трибунала в
том, что младший унтер-офицер отказался
от своих показаний, данных на предвари­тельном следствии, под «внешним воздей­ствием». Но на самом деле правительст­венному комиссару очень хорошо извест­но, что никто, кроме подчиненных ему по­лицейских чиновников, не оказывал на
Шарля «внешнего воздействия».
	7. Вапитан второго ранга
попирает законность
	Обвинение рухнуло. После заявления
младшего унтер-офицера Шарля истинный
смысл процесса скрыть невозможно. Это
процесс, затеянный предателями нацио­нальных интересов, извлекающими выго­ды из войны, против всей молодежи, стре­мящейся к мирной и счастливой жизни.
Как порывы свежего ветра, в зал снова
доносятся крики; «Освободите Анри! Оправ­дайте Анри!». Топот кованых ботинок ох­ранников на площади не может их заглу­шить. Вся полиция мира никогда не за­глушит голос отважных людей!
	Уже в первый день процесса на столе
председателя трибунала скопились тысячи
телеграмм и петиций. Они прибывают все
время. Каждую минуту секретарь приносит
новые кипы. Они свидетельствуют о стрем­лении народа добиться оправдания унтер­офицера Анри.

«Вы беретесь судить Анри от имени
франиузского народа. Так оправдайте же
его, — ибо такова воля народа Франции».
Эта мысль проходит красной нитью через
все петиции, под которыми стоят тысячи
подписей. Правительственный комиссар и
офицеры — члены трибунала знают, что в
дни, предшествовавшие процессу, в депар­таменте Вар состоялись митинги, собрав­шие тысячи людей: 12 октября — в Ла­Валетте, 15 октября — в Тулоне, 16 октяб­ря — в Салерме. Им известно также, что

в массах распространяется множество AH­стовок, призывающих население к проте­CTY.
	О РН ОЧ А О ЗВ АТ Ч ЧО АУТ eee

 

:

недавно в Москве закончились тре­тьи всесоюзные соревнования на пер­венство Досфлота по морскому моде­лизму.

Первое место заняла команда моде­листов Ленинграда. Команда Москвы,
занявшая в прошлом году 13-е место, в
этом году вышла на второе место. Мо­делисты Московской области заняли
шестое место.

Высокие оценки получили модели мо­сквичей, занявшие призовые места в
личном первенстве. В группе мастеров
по классу линейных кораблей mpexpac­ные качества показала занявшая пер­вое место модель Александра Басова,
руководителя кружка морских модели­стов Московского городского дома пио­неров. Большой интерес вызвала управ­ляемая по радио модель крейсера, по­строенная Игорем Бровиным, учеником
10-го класса 578-й школы Москвы. Мо­дель заняла лва первых места — по
классу крейсеров старшей группы и по
		классу  экспериментальных — моделей.
`’Ученик 9-го класса 46-й школы Mock­вы комсомолец Андрей Жаринов проде­монетрировал молель торпедного кате­ра, занявшую первое место по старшей
группе. Комоомолка Ольга Чурина вы­ступила с двумя моделями. Ев модель
двухмачтовой шхуны «Москвичка» за­няла первое место, а модель спортив­ной яхты «Голубь мира» — второе ме­сто. По классу скоростных спортивных
`судов первое место заняла модель
глиссера москвича Р. Хабарова. Участ­ник команды Московской области ком­сомолец Анатолий Финяев, ученик 8-го
класса 10-й Коломенской школы, пост­роивший модель  грузопассажирского
судна, занял первое место.

НА СНИМКЕ (ва первом плане сле­ва): руководитель  радиолаборатории
Московского городского дома пионеров,

конструктор радиоуправления модели
Б. Сметанин и моделист Игорь Бровин.

ото В СОРОКИНА.

 
	 
		 

 

откос косяе

 

 

 
	УГРАЧЕННАЯ СЛАВА
	Каждому, кто входит в комнату воми­тета комсомола Московского ордена Тру­дового Красного Знамени газового завода,
сразу бросаются в глаза развешанные на
видном месте грамоты, полученные завол­скими Ффизкультурниками за успехи В
лыжном спорте, за активнее участие и
победы в профсоюзно-комесмольском крое­се. в соревнованиях волейболистов Крае­ногвардейского райсна.

Но стоит внимательно присмотреться к
этим победным трефеям, и сразу убежда­етщься, что это— призы былой славы, ко­торыми на заводе не прочь блеснуть.
Оказывается, последняя грамота была
присуждена заводской волейбольной
	команде еще... в 1945 году,
Возникает вопрос: неужели  физкхль­турнивам газового завода нечем гордитьея
сейчас?

Внешне все обстоит здесь более или
менее благополучно: есть две футбольные
команды. два волейбольных коллектива
	команды, JB& BOICHUGIDHBIX — Боллектива,
(мужевой ‘и женский). легкоатлетичеекая­секция. ‘Но ни в одной из этих команд
нет тренера. отеутетвует  тренировочное
поле. Не поэтому ли футболисты недавно
проиграли ответетвенные игры командам
завола «Газоприбор» и города Люблино?
Не блешут уснехами и волейболисты.

Не организована в этом тоду сдача
норм на значок ГТО.

Ни председатель низового коллектива
хобровольного спортивного = общества
«Труд» тов. Уловенко, ни ответетвенный
за физкультурную работу член комитета
комсомола тов. Бекренев не проявляют до­статочной активности. Между тем у 3a­волекой молодежи есть все возможности
	для широкого развития физкультурной ра­боты. Недалеко от завода ваходитея Ин­& Я
	ститут физкультуры имени И. В. Сталина,
который располагает прекрасной спортив­HOH базой, где заводские физкультурники
могли бы совершенствовать свое мастерет­во. Весной этого года студенты института
взяли шефство над заводскими спортемена­ми, несколько раз побывали у них. Но за­тем хоронее начинание заглохло, и
ОЛЬЕО ПОТОМУ. Что комитет комсомола, за­вода (секретарь тов. Скворцова) отнесся
несерьезно к предложению института. не
сумел вовлечь молодежь в занятия физ­культурой и спортом. Не проявил доета­точной настойчивости в этом вопросе и
завком (председатель тов. Балакин), ко­торый свел свою работу по развитию епор­та на заводе к приобретению формы для
футболистов, мячей и сеток. Ерасногвар­дейский районный комитет по делам физи­ческой культуры и спорта предоставил
молодежи газового завода возможность три
раза в неделю пользоваться стадионом
«Строитель». Но и эта помощь также не
используетея.

Партийное бюро завода отметило, что
комитет комсомола плохо занималея физ­культурно-массовой работой, и предложило
комсомольской организации в коротвий
‘срок устранить отмеченные недостатки.

Однако комесмольекая сфтанизация пе­рестраивается медленно. Подготовка знач­кистов ГТО ло сих пор He организована,

 
	Не регуларине носешают севцию гимнахты,
	попрежнему не тренируются футболисты
и волейболисты. Вилимо. комитет комсо­мола не сделал должных выволдов из ре­шений партийного ipo, нэ стремится
возродить былую славу спортеменов орде­HOHOCHOTO завода.
	И. ИЛЬИН,
Л. МАГИЛ.
	На заводе «Мосгаз» плохо поставлена
физкультурная работа
	 
	Суд переходит
Вот ‘полицейский
	к лопросу свидетелей.
	Вот полицейскии доносчик, выступления
которого с нетерпением ожидают зачин­щики процесса. Перед трибуналом —
младший унтер-офицер Лиебер. Перед спра­зедливым судом он должен был бы прелд­стать в качестве обвиняемого, ибо на
следствии он заявил о том, что Шарль со­общил ему о своем намерении произвести
акт саботажа на «Диксмюде». Но разве
может быть справедливым суд, послушный
спекулянтам и политиканам...
	Долговязый и нескладный Лиебер явно
волнуется. Совесть его нечиста. Он произ­водит поистине жалкое впечатление Он
говорит испитым голосом, развязно и бес­толково, что, видно, не нравится прави­тельственному комиссару Бюргару, сидя­щему, поджав губы, с аскетической физио­номией.
	Как и все шпики, Лиебер труслив; он
старается прежде всего выгородить самого
себя. Он боится честных ответов Анри и
остерегается его адвокатов, отмечающих
малейшее противоречие в показаниях Лие­бера.
	— Я был на посту вместе с Шарлем.
Анри был тоже там.
	что вам сказал
	— Слышал .ли он то,
Шарль?
	— Несомненно!..
	На семинарах пропаандистов
	ло много партийных и со­ветских работников.
	На семинаре обучалось
12 человек. Все они хорошо
усвоили пройденный мате­риал. Лучше других зани­мались ‘и показали отлич­ные знания тт. Непомня­шая из колхоза «Октябрь»,
Ковыров (совхоз «Озеры»),
Аксенов (артель  «Удар­ник») и Воронцева (колхоз
имени Калинина).
	корр.). ЗЕДУЕЗРРНЕВ — БИА Pt

ою ра­Вместе с тем следует от­семи­метить, что некоторые п5о­сель­нагандисты на занятия се­созван­минара не явились. Не бы­комом   ли на занятиях тов. Юркин
чита­из колхоза имени Хрущева

оркома  и тов. Муравьева из кол­ых бы­хоза имени Димитрова.
	столовой они увидели своих детей, давя­щих котлеты столовыми ложвами.

— Витя, как тебе не стыдно? — Boc­кликнула одна Из матерей, — ведь я
`чила тебя, что котлеты надо есть вил­ROH: Е
Сконфуженный Витя поперхнулся и за­кашлялся. За него ответил сосед:
	— Дома одно, & здесь другое. Теперь
мы елим по новому способу: «Нажимая
	на ребро».
	ботники. Fak, например,
лекцию «Партия Ленина —
Сталина ведет советский на­род к коммунизму» читал
секретарь ГК BKII(6)
М. В. Шайкин. Секретарь
горкома комсомола Анато­лий Васин выступил с лек­тией <ПЛенинско-Сталин­верный
	НАРО-ФОМИНСК. (Наш   ботники.
	корр.). С большим  жела­нием занималась на семи­наре пропагандистов на­чальных политкружков из­бач колхоза имени Горько­го Мария Младова. Она при­нимала активное участие в
	семинарских занятиях, доб­цией «Ленинск
росовестнсо изучала реко­ский комсомол —
мендованную литературу.   помощник и боев
	Обогашенная знаниями, в03-
вращается Мария в Колхоз,

Так же успешно занима­лись на семинаре счетовод
Александра Замыслина, сек­ретарь Мартьяновского
сельсовета Николай Boc­кресенский.

Перел будущими  пропа­гандистами выступали пар­тийныеи комсомольские ра­помощник и боевои резерв
коммунистической партии».
	ОЗЕРЬЕ. (Наш корр.).
На днях закончил свою ра­боту двухнедельный — семи­нар пропагандистов сель­ских политкружков, созван­ный  Озерским  горкомом
комсомола. ‘Лекции чита­лись докладчиками горкома
ВКП(б), среди которых бы­Допрос шпика Лиебера закончен. Пре­зираемый всеми Лиебер покидает свиде­тельское место. В душном зале суда ста­ло свежее. Начинают давать показания
свидетели защиты. Они будут говорить от
имени тысяч французов, требующих оправ­дания Анри.
	 

Первым дает показания капитан пер­вого ранга запаса Луи де Вилльфос. Его
красивая осанка, ясный взгляд, еще моло­дое, несмотря на седеющие волосы, лицо,
благородная простота его выступления про­изводят впечатление на офицеров трибу­нала. После Луи де Вилльфоса выступзет
вдова прославленного патриота, расстре­лянного нацистами, вице-председатель На­пионального собрания мадам Матильда
Пери. За ней следуют советники Француз­ского союза Миттерран и Лотиссье, затем
депутат парламента Шеврие. В свое время
Шеврие руководил партизанами департа­мента Шер, и под его командованием на­ходился унтер-офицер Анри, которому тог­да было 17 лет. После Шеврие дают пока­зания деятели народного образования про­фессора Леви и Лион-Каен. Затем бывший
начальник штаба свободных французских
военно-морских сил адмирал запаса Мул­лек заявляет при напряженной тишине за­ла: .

— Превыше приказов и дисциплины —
веление совести, интересы страны. В июле
1940 года я услышал сообщение радио
Виши о том, что меня приговорили к смер­ти. Двумя годами позже в этом же зале
Тулонского военно-морского трибунала я
был приговорен к 20 годам заключения. А
после освобождения, господа, я был произ­веден в адмиралы по тем же самым моти­вам, которыми обосновывали мое осужде­ние.
	щих и режущих столовых орудий при
наличии мясных продуктов в детском ра­ционе, он рекомендовал «подавать мясо в
измельченном виде, доступном разделению
путем нажатия ребром ложки».

Отнажлы лагерь посетили родители. В
	Просматривая списки столового инвен­таря, начальник пионерского лагеря
Константин Иванович Шичилян заметил
	CIOBG KHOA».
— Как. во вверенном мне латере дети
	будут иметь дело в режущим предметом?
— воскликнул Константин Иванович, 05-
ращаясь к завхозу. — А если они вдруг
HopeRy Tes, кто будет за это отвечать?
Al?

— Так ножи ведь тупые, — пытался
	протестовать завхоз.
— От тупого хо острого—один шаг, —
	розразил начальник. -—  Приказываю
ножи ИЗ’ЯТЬ.

Й из’яли.
—= Вилки, —= продолжал читать спи­‘ок Константин Иванович. — Что такое,
	собственно, вилка? С одной стороны, она
предмет тупой, но с другой — безусловно
колющий. Кто даст мне гарантию, что де­ти не употребят этой последней стороны
no 310? А если обратят, кто будет отве­чать? Я!? Из’ять!

Приказ есть приказ. Из’яли и вилки.

Из`ятие ножей и вилок было воспри­HATO B лагере по-разному. Судомойкн 06-
радовались: «Избавили от одной заботы...
A 10 чистишь  Чистишь эти вилки...»
Дети удивились: «А мясо, например, чем
вкушать?»

Но начальник лагеря внес ясность В
этот вопрос. Учитывая отсутствие БолЮ­Удивленные родители обратились & на­чальнику лагеря.

— Существует авторитетное педагогиче­ское мнение, что предметы, основанные на
принципе холодного оружия, противопока­заны для употребления в местах сконле­ния детей, —= научно пояснил Вонстан­тин Иванович.
	— Чье же это мнение?

— Мое.

Что могли возразить ‘родители такому
авторитету? Они уехали домой, хотя и
спокойные за то, что их дети не нанесут
себе резаных или колотых травм, HO
очень недовольные мелочной опекой, иду­шей вразрез с советской педагогикой.
	И КОСТРОМИН.
	Пионерский лагерь Управления
предприятий коммунального
обслуживания Моссовета.
	— Что здесь происходит? — спрашивает
один из моряков у корреспондента париж­ской вечерней газеты.
	— Военно-морской трибунал судит мо­лодого француза, не желающего воевать
ради капиталов тех, кто отправляет вас
оккупировать Францию, — отвечает жур­налист.
	Озадаченные моряки смотрят друг на
друга. Один из них почесывает голову. Они

не понимают и удаляются, лениво чавкая
жевательной резинкой. Им и невдомек, что
в их защиту, в защиту всей молодежи ми­ра, унтер-офицер Анри выступает как
подлинный обвинитель перед военным су­ДОМ...
	Правительственный комиссар Бюргар
произносит обвинительную речь. Он гово­рит сухо и отрывисто. Его губы кажутся
пишенными всякой человеческой теплоты.
	4Лищь из глубины темных глазных впадин