АВТОВОВОК К 40-летию Великого Октября К В Ы С



Г

Е

Р

О

И

Ч

Е

С

К

А

Я

М

О

Л

О

Д

Е

Ж

Ь

М

О

-

Д *

Е

Л

О

М

ЖИВУЩИХ!»  * словно с того света вернув­шиеся красногвардейцы нача­ли наступление. Вместе с ни­ми пошли в бой и их спаси­тельницы - молодые сани­тарки Таня Чебарина, Поля Селезнева, Миля Пугатайс... НЕРАЗЛУЧНЫЕ подруги Маша Пугач и Маша Елизарова - не расстались и в суровые октябрьские дни. Вместе с другими молодыми работницами из Сущевско­Марьинского района они уча­ствовали в боях в составе мо­лодежного санитарного отряда. Девушки перевязывали ране­ных, подносили на позиции патроны, были связными... Красногвардейцы так привык­ли всегда видеть одну Машу рядом с другой, что и не на­зывали их иначе, как «две Маруси»...

* БОЕВЫЕ ПОДРУГИ «Утверждается Красный Крест, организован­ный Союзом молодежи, и поручается ему все организовать, обещая поддержку и средства». Из _ постановления 25 окт. (8 ноября) 1917 г. Замоскворецкого ВРК от 

Петр Добрынин­красный командир За спиной у красногвардей­цев отбитое у юнкеров зда­ние лицея. Но дальше - ни шагу. Засевшие в окрестных домах и перегородивших Осто­женку окопах белые не дают и головы поднять. Вот уж не­сколько часов замоскворецкие красногвардейцы пытаются огнем из винтовок и пулеме­тов выкурить юнкеров с их позиций, но безуспешно. Окопы восставших до поло­вины залиты дождевой водой, патроны кончаются, и на сче­ту каждая обойма. ...Юнкера никак не могли понять, откуда на улице, став­шей ареной сражения, появил­ся вдруг удивительно мирно­го вида автомобиль, гружен­ный огромными тюками C хлопком и шерстью... И поче­му он никак не может развер­нуться и упорно идет задним ходом прямо на их окопы? Но слишком долго ломать. голову им не пришлось. Поч­ти перед самой белогвардей­ской позицией тюки полетели с автомобиля на мостовую. Укрывшись за ними, как за бруствером хорошего окопа, до этого прятавшиеся на гру­зовике красногвардейцы от­крыли огонь. дорого заплатили юнкера за свою недогадливость. Через несколько минут остатки их отряда поспешно бежали. Путь к одному из главных опорных пунктов контррево­Дорого заплатили юнкера за, свою недогадливость. Через несколько минут остатки их отряда поспешно бежали. Путь к одному из главных опорных пунктов контррево­штаба штаба люции люции га га зданию зданию открыт. открыт. и и

СТОЖЕНКА... Борьба за здание штаба Московского военного округа, бои за каж­дый дом, за каждую пядь ули­цы. Шквал огня озверевших в безвыходном своем положении дальше. юнкеров И, непрерывно захватив опусто­для бой­шает ряды наступающих... Падает пожилой, седоусый ра­бочий-трамвайщик, на ложе винтовки склоняет окровав­ленную голову не раз видав­ший смерть солдат, выпускает оружие из простреленной ру­ки молоденький студент... Но что это? Не обращая внимания на град пуль, к ра­неному подбирается невысо­кая девушка с краснокрестной повязкой на рукаве. Она от­таскивает в безопасное место трамвайщика и ползет за сту­дентом. А в это время другая, очень на нее похожая, бин­тует голову солдату. Эти де­вушки сестры Леля и Ле­ра Кравчук, одни из организа­торов первого санитарного от­ряда Красной гвардии, члены партии с 1917 года. ...Наступающие уже где-то дальше. И, захватив для бой­цов оцинкованные коробки с патронами, пулеметные ленты цов оцинкованные коробки с патронами, пулеметные ленты и гранаты, девушки уходят и гранаты, девушки уходят вперед, в самую гущу боя, где вперед, в самую гущу боя, где наверняка кому-нибудь нуж­наверняка кому-нибудь нуж­окру­окру­на их помощь... 3 ЛОВЕЩИЕ клубы дыма оку­на их помощь... ЛОВЕЩИЕ клубы дыма оку­тали пылающее, как ко­стер, здание аптеки, что у Ни­тали пылающее, как ко­стер, здание аптеки, что у Ни-

китских ворот. Жарковато при­ходится засевшим в нем крас­ногвардейцам, а деваться не­куда: под огнем юнкеров не­возможно вынести из дома ра­неных бойцов и драгоценные пулеметы. Командир уже при­кидывает, сколько еще сумеюг они продержаться в этом аду, пока не начнут от жара рваться патроны и живьем не загорятся люди. Но вдруг кто-то трогает его за плечо... Рядом, прижав­шись к полу, возле бойницы, лежит незнакомая девушка­санитарка. - Ты как сюда угодила? - поражается командир. Ведь смерть кругом... уже готовилась проделать тот же путь. - Раненых выносить бу­дем, командир, решитель­но обрывает его девушка. А ну, Таня, давай носилки... Все облегченно вздохнули, когда отважные санитарки скрылись за углом дома, ку­да не долетали пули юнкеров. А в это время вторая пара уже готовилась проделать тот же путь. Когда все раненые были в безопасности, девушки стали на носилках выносить из го­рящего дома пулеметы и вин­товки, из которых некому уже было стрелять... Когда все раненые были в безопасности, девушки стали на носилках выносить из го­рящего дома пулеметы и вин­товки, из которых некому уже было стрелять... А через несколько часов, А через несколько часов,

И В ЖИЗНИ, И В СМЕРТИ— С БОЛЬШЕВИКАМИ знала только день, когда лю­дям положено работать, большой, на все 24 часа, но все равно недостаточный. Он весь заполнен делами — са­мыми нужными и самыми срочными. Но всего этого ей мало, ей кажется, что она делает недо­статочно, что где-то рядом происходят самые важные со­бытия, а она в них не участ­вует, что не все еще она, большевичка, отдает револю­ции. И вот Люсик в Военно­революционном комитете: Я хочу быть в самом опасном месте, на самой пе­Но всего этого ей мало, ей кажется, что она делает недо­статочно, что где-то рядом происходят самые важные со­бытия, а она в них не участ­вует, что не все еще она, большевичка, отдает револю­ции. И вот Люсик в Военно­революционном комитете: Я хочу быть в самом опасном месте, на самой пе­Впереди — простой, обитый красным сосновый гроб. Это победивший пролетариат Мос­квы с солдатскими почестями провожает в последний путь Над скорбной толпой плы­вут величественные мелодии Шопена. датскими почестями провожает в последний путь простую и славную девушку простую и славную девушку Люсик Лисинову, героя Ок­тября. ...Первые дни боев. Для ...Первые дни боев. Для Люсик Лисинову, героя Ок­тября. Люсик они были просто про­нумерованными в календаре сутками. Она и забыла, что существует вечер, когда лю­ди развлекаются или Люсик читают, они были и ночь, просто когда про­они нумерованными спят. Оча в календаре сутками. Она и забыла, что существует вечер, когда лю­ди развлекаются или читают, и ночь, когда они спят. Оча

«Бронированный трамвай...». Странно звучит, не правда ли? Такие городские «бронепоезда» B в дни Октября были вы­пущены рабочими Замоскворецкого трамвайного парка. Об­шитые досками и «обронированные» мешками с землей, эти трамваи перевозили раненых, на них революционные рабочие ездили в разведку и совершали неожиданные налеты на бело­гвардейские позиции. На снимке изображена одна из таких трамвайных платформ с отрядом Красной гвардии.    Молодны Свостшей



ВРК. Но штабу нужны самые последние сведения. И, пере­дохнув немного в уголке хо­лодного штабного дивана, «барышня» в модном синем пальто опять уходит навстре­чу смерти... Снова разминулись с ней, — смеется Люсик, благо­получно вернувшись в рев­ком. Видно, не приготови­ли еще белые для меня пу­лю. А если и убьют, то жаль Снова разминулись с ней, — смеется Люсик, благо­получно вернувшись в рев­ком. Видно, не приготови­ли еще белые для меня пу­лю. А если и убьют, то жаль только, что так мало успела только, что так мало успела поесть шоколада... поесть шоколада...

Трудно сказать, почему этот дом на углу Кудринской пло­щади и Садовой-Триумфальной навывался «Вдовьим». Но так щади и Садовой-Триумфальной назывался «Вдовьим». Но так и вошел он в историю Ок­тября под этим названием. ...Человек тридцать юнке­ров непрерывно стреляют из окон «Вдовьего дома» по крас­ногвардейцам, скопившимся у выхода на площадь. Гото­вится атака на позиции белых у Никитских ворот и на По­варской улице. Но в Преснен­ском ВРК беспокоятся: Взять дом поручили от­ряду из молодежи, а там со­всем еще не обстрелянные ре­бята, да и разведка доносит, что им необходима помощь... Но в середине ночи приходит и вошел он в историю Ок­тября под этим названием. ...Человек тридцать юнке­ров непрерывно стреляют из окон «Вдовьего дома» по крас­ногвардейцам, скопившимся у выхода на площадь. Гото­вится атака на позиции белых у Никитских ворот и на По­варской улице. Но в Преснен­ском ВРК беспокоятся: Взять дом поручили от­ряду из молодежи, а там со­всем еще не обстрелянные ре­бята, да и разведка доносит. что им необходима помощь... Но в середине ночи приходит

вертясь почти на одном месте, плюется пулеметным огнем броневик белых. Дав единственный вы­стрел, замолкает красногвар­дейская пушка: ствол соска­кивает с накатника. Подают­ся назад красногвардейцы: невиданное бронированное чу­пулеметным огнем броневик белых. Дав единственный вы­стрел, замолкает красногвар­дейская пушка: ствол соска­кивает с накатника. Подают­ся назад красногвардейцы: невиданное бронированное чу­довище вселяет ужас. довище вселяет ужас. ...Уже поднимались в контр­атаку юнкера, когда от «Вдо­вьего дома» прямо на изверга­ющий смерть броневик бро­сились юные красногвардей­цы. Гремят выстрелы, рас­плющиваются о броню винто­вочные пули, рвутся гранаты. пулемет, и броне­смертельно ра­...Уже поднимались в контр­атаку юнкера, когда от «Вдо­вьего дома» прямо на изверга­ющий смерть броневик бро­сились юные красногвардей­цы. Гремят выстрелы, рас­плющиваются о броню винто­вочные пули, рвутся гранаты. пулемет, и броне­смертельно ра-

Но третья «прогулка» ста­ла для нее последней... Ветер колышет алые, слов­но _ смоченные пролитой кровью знамена. В по­четном карауле застыли у гроба темноволосой девушки рано поседевшие замоскворец­кие большевики, друзья из Союза молодежи, рабочие завода Михельсона, где ру­ководила она кружком, крас­ногвардейцы, плечом к плечу c которыми сражалась до конца... Возле маленького, под тя­жестью непосильного горя сгорбившегося старичка — молодой человек в щеголь­ской, от лучшего московско­го портного студенческой шинели. В самое ухо падают слова: В качестве представите­ля армян — студентов Ком­мерческого института, где училась ваша дочь, да и от лица всего студенчества еще раз заявляю, что хоронить мадемуазель Лисинову долж­ны мы, и только мы. Пока Но третья «прогулка» ста­ла для нее последней... Ветер колышет алые, слов­но _ смоченные пролитой кровью знамена. В по­четном карауле застыли у гроба темноволосой девушки рано поседевшие замоскворец­кие большевики, друзья из Союза молодежи, рабочие завода Михельсона, где ру­ководила она кружком, крас­ногвардейцы, плечом к плечу c которыми сражалась до конца... не Возле маленького, под тя­жестью непосильного горя сгорбившегося старичка молодой человек в щеголь­ской, от лучшего московско­го портного студенческой шинели. В самое ухо падают слова: В качестве представите­ля армян — студентов Ком­мерческого института, где училась ваша дочь, да и от лица всего студенчества еще раз заявляю, что хоронить мадемуазель Лисинову долж­ны мы, и только мы. Пока не поздно, вы как отец обязаны помочь нам оградить ее от этих... Старик медленно поднимает голову. Полные слез глаза в упор смотрят на собеседника: Вам-то что, господа, до нашей Люсик? Ведь не вы же были ее друзьями. С больше­виками шла она в жизни, пусть с ними будет и в смер­ти...

был был

находчивым находчивым

Отважным Отважным

красногвардейским отрядом руководил молодой большевик красногвардейским отрядом руководил молодой большевик Петр Добрынин, слесарь теле­графно-телефонного завода, командир Красной твардии. Он и придумал эту остроумную военную хитрость. А через несколько дней Доб­рынин погиб, в последний раз подняв в атаку своих красногвардейцев. Рождаю­щаяся в баррикадных боях Октября славная армия моло­дой Советской республики по­теряла одного из талантливей­ших своих командиров. Петр Добрынин, слесарь теле­графно-телефонного завода, командир Красной твардии. Он и придумал эту остроумную военную хитрость. А через несколько дней Доб­рынин погиб, в последний раз подняв в атаку своих красногвардейцев. Рождаю­щаяся в баррикадных боях Октября славная армия моло­дой Советской республики по­теряла одного из талантливей­ших своих командиров. Генерал попал Генерал попал в плен... в плен... Начальник бюро разведки при Московском ВРК П. Ф. Федотов вспоминает такой эпизод: «Часов в двенадцать дня 31 октября мальчик Коля из команды юных разведчиков втолкнул в комнату разведки высоченного роста генерала. Генерал дрожал от страха, его расчесанная на две стороны борода тряслась. Коля машет перед самым носом генерала большим револьвером системы «Смит и Вессон» и что-то угрожающе кричит...» Начальник бюро разведки при Московском ВРК П. Ф. Федотов вспоминает такой апизод.

На подмогу Москве На подмогу Москве HAS АСТРОЕНИЕ неважное. В ТАСТРОЕНИЕ неважное. В в здании Московского губернского совета кабинетах и коридорах группки сюртуков, в здании Московского губернского совета набинетах и коридорах группки сюртуков, Они то Они то вицмундиров, коричневых «земгусарских» френчей. вицмундиров, коричневых «земгусарских» френчей. сходятся, , то опять расходятся, оживленно споря, размахивая сходятся, , то опять расходятся, оживленно споря, размахивая руками и сзади... руками и сзади словно ожидая удара словно ожидая удара поминутно оглядываясь, поминутно оглядываясь,

Это эсеры и меньшевики из бывших членов совета. Сим­о эсеры и меньшевики из бывших членов совета. Сим­Но, отси­Но, отси­патии их определенно на стороне контрреволюции. патии их определенно на стороне контрреволюции. живаясь в этом доме на Тверской, они под грохот боя вычи­живаясь в этом доме на Тверской, они под грохот боя вычи­сляют шансы той и другой стороны на победу, безуспешно стараясь решить, к кому примкнуть, чтобы не остаться вдруг не _ дел... Молчание воцарилось неожиданно. В дверях — группа не­знакомых в простой рабочей одежде. Молодые лица нахмуре­ны, глаза смотрят колко, неприязненно, в руках винтовки. Простите, э... господа, заинаясь, обращается к крас­ногвардейцам адвокатского вида высокий худой господин в пенсне, что вам угодно? Мы, деятели, объявили себя нейтральными и участия в событиях не при­сляют шансы той и другой стороны на победу, безуспешно стараясь решить, к кому примкнуть, чтобы не остаться вдруг не у дел... Молчание воцарилось неожиданно. В дверях — группа не­знакомых в простой рабочей одежде. Молодые лица нахмуре­винтовки. ны, глаза смотрят колко, неприязненно, в руках Простите, э... господа, заинаясь, обращается к крас­ногвардейцам адвокатского вида высокий худой господин B пенсне, что вам угодно? Мы, демократические деятели, объявили себя нейтральными и участия в событиях не при­нимаем... Нейтральными?... насмешливо тянет кто-то из рабо­нимаем... Нейтральными?... насмешливо тянет кто-то из рабо­чих. — Это значит, не нашим не вашим, так, что ли? Не­чего здесь крысами отсиживаться. Освободите помещеньице, потому как нам оно нужнее, а сами отправляйтесь по домам. Кстати, и господ который уж день в Москве нет: кончилось ваше время, «нейтральные»... Через несколько минут в здании остались одни красно­гвардейцы. Так получил свое первое боевое крещение лишь за несколько часов до этого сформированный в Тушине мо­лодежный красногвардейский отряд. ...Во дворе тушинской фабрики «Проводник» — рабочий митинг. С большой бочки, заменяющей трибуну, в толпу па­дают горячие слова. Выступает большевик представитель Моссовета: Товарищи! Революция в опасности, московский проле­тариат истекает кровью в боях с юнкерами. Поддержите ва­ших братьев по классу! На подмогу Москве! Но убеждать никого не нужно. Добровольцев хоть отбав­ляй — было бы оружие... А через час в Москву отбыл первый отряд, составленный целиком из молодежи. Он-то и выкурил «демократических деятелей» из здания губсовета, а затем его бойцы получили ответственнейшее задание Военно-революционного комитета - организовать вызов в город Красной гвардии Подмосковья. чих. Это значит, не нашим не вашим, так, что ли? Не­чего здесь крысами отсиживаться. Освободите помещеньице, потому как нам оно нужнее, а сами отправляйтесь по домам. Кстати, и господ который уж день в Москве нет: кончилось ваше время, «нейтральные»... Через несколько минут в здании остались одни красно­гвардейцы. Так получил свое первое боевое крещение лишь за несколько часов до этого сформированный в Тушине мо­лодежный красногвардейский отряд. ...Во дворе тушинской фабрики «Проводник» — рабочий И скоро вместе с пролетариями столицы на юнкеров обру­Мытищ, Кимр, Мызы­несколько раз вырос усилен­шились отряды из Орехово-Зуева, В Раева, Люберец, Кольчугина...

донесение: «Юнкера выбиты, дом взят». ...Предрассветный туман ненному зверю, уползает по Но­винскому бульвару. Вслед не­сутся сквозь треск винтовоч­донесение: «Юнкера выбиты, дом взят». ...Предрассветный туман ненному зверю, уползает по Но­винскому бульвару. Вслед не­сутся сквозь треск винтовоч­ной пальбы ликующие крики: «Ура! Молодцы, «хвостики»!» «Хвостиками» называли тогда членов Союза рабочей молоде­жи. ной пальбы ликующие крики: «Ура! Молодцы, «хвостики»!» «Хвостиками» называли тогда членов Союза рабочей молоде­жи. Больше броневик не воз­вращается, но бой за Кудрин­скую площадь, за дорогу к Московскому Совету продол­жается... Больше броневик не воз­вращается, но бой за Кудрин­скую площадь, за дорогу к Московскому Совету продол­жается... еще стелился над площадью, когда невидимые за ним юн­кера открыли огонь по крас­ногвардейским отрядам. Разго­релась перестрелка. Но вот от церкви, где расположился ос­новной отряд пресненцев, по­слышалось «ура!». Подня­лись в атаку и другие красно­гвардейские отряды. еще стелился над площадью, когда невидимые за ним юн­кера открыли огонь по крас­ногвардейским оядам. Разго­релась перестрелка. Но вот от церкви, где расположился ос­новной отряд пресненцев, по­слышалось «ура!». Подня­лись в атаку и другие красно­гвардейские отряды.



«Ко всем гражданам Москвы» «Ко всем гражданам Москвы» Из Манифеста Военно-Революционного Комитета Московского Совета Рабочих и Солдатских Депутатов ЕНОЮ крови мужественных борцов — солдат и рабо­чих была достигнута победа. В Москве отныне утверждается народная власть власть Советов Рабочих и Солдатских Депутатов.

Московская победа закрепляет всемирно-историческую победу петербургского пролетариата и гарнизона. Под гро­хот мировой войны в столице России центральная госу­дарственная власть перешла в руки Всероссийского Съезда Советов. Это власть самого народа: рабочих, солдат, крестьян. Это власть мира и свободы. Это власть, которая уже предложила мир, передала землю крестьянам, отменила смертную казнь, введенную изменником револю­ции Керенским. Верховный полномочный орган всей рос­сийской демократии выдвинул ее. И всякий, кто поднимет против нее вооруженную руку, будет сметен революцион­ным народом. Московская буржуазия пулеметами и револьверами бе­лой гвардии объявила восстание против народного прави­тельства. Ей нужно было снова возвратить землю помещи­кам, восстановить смертную казнь, затянуть дело мира. Беззаветный героизм солдат и Красной Рабочей Гвардии спас революцию. Все меры будут приняты для восстановления нормаль­ной жизни города. Фабрики и заводы будут пущены в ход по приказу Комитета. Банки, конторы и магазины откроют­ся по распоряжению. Все будет сделано для обеспечения города продовольствием. Нарушители революционного по­рядка — грабители, погромщики, мародеры, торговцы спиртом — будут судимы беспощадным судом. Товарищи и граждане! Весь мир переживает колоссальный кризис. Война, вы­званная капиталом, привела к глубокому потрясению, всколыхнув рабочие массы во всех странах. Повсюду на­растает революция пролетариата. И русскому рабочему классу выпала великая честь низвергнуть господство буржуазии... Вооруженный народ стоит на страже рево­люции. СЛАВА ПАВШИМ В ВЕЛИКОЙ БОРЬБЕ. ДА БУДЕТ ИХ ДЕЛО — ДЕЛОМ ЖИВУЩИХ.  

ный новыми добровольцами и тушинский молодежный отряд. Его бойцы с Лубянки наступали на Думу и «Метрополь», брали Кремль...

Надгробной речью звучит над Красной площадью «Ин­тернационал». Товарищи Лю­сик клянутся ей продолжать святое дело борьбы за народ­ное счастье... И, словно прощаясь с ней, сквозь тучи пробивается солнце. Его яркие лучи зажи­гают огнем верхушки крем­левских башен и купола ста­ринных церквей, прыгающи­ми бликами отсвечивают на вороненых стволах красно­гвардейских винтовок, ласка­ют милое, спокойное лицо де­вушки в гробу. Дочь солнеч­ной Армении, она так люби­ла его и навсегда с ним рас­сталась, чтобы оно безмятеж­но светило другим, это солн­це новой жизни... Над притихшей, заполнен­ной суровыми, но не скры­вающими своего горя и слез людьми трижды гремят залпы прощального салюта: «Веч­ная память погибшим за пра­вое дело! Товарищи продол­жат вашу борьбу! Наследни­ки будут достойны ваших подвигов!»

редовой линии. Я должна быть

там, где решается победа. окончательную победу воору­женного восстания в Москве. Шесть дней кровопролитней­ших революционных боев яви­лись для пролетарской моло­дежи превосходной политиче­ской школой. В эти дни по разные сто­роны баррикад встретились две молодежи — пролетарская и буржуазная. Каждая из них на деле показала, какие идеа­лы она отстаивает. Юнкера и кадеты, эти «высокообразован­ные» и «просвещенные». за­щитники «демократии» и вооруженного восстания. 1 но­ября на заседании ЦК партии большевиков он сказал, под­черкивая огромную роль Мос­квы: «Нужно придти на по­мощь москвичам и победа на­ша обеспечена». года рождались славные бое­вые традиции Ленинского ком­сомола... ...Осенний ветер гудит в кривых московских переулках. За плотно задернутыми тол­стыми шторами испуганно притаились в роскошных особ­няках теперь уже бывшие их владельцы. Скоро сюда из сы­рых и темных подвалов Co­ветская власть переселит но­вых хозяев. Коротким, тревожным сном забылся много дней не выну­скавший из рук винтовку юноша-красногвардеец. У его изголовья присела с каким­то шитьем старушка-мать. Пальцы привычно работают иглой, а на душе неспокойно... Чутко прислушивается она к шагам красногвардейских пат­рулей за окном. Теснятся в голове тревожные мысли: «А что дальше? Долго ли продер­жится новая власть? Не вер­нутся ли через неделю-другую прежние хозяева? Не заставят заплатить за сво­боду, не повесят ли вместе с другими хорошими людьми ее сына?...» ...За подслеповатым под­вальным окошком алеет заря, начинается первый день новой жизни. С тех пор вот уже сорок лет ежедневно встает эта за­ря над нашей счастливой страной. Победа, одержанная в грозовом семнадцатом, была окончательной. И молодежь может гордиться тем, что и ее лепта есть в этой великой победе. А в ответ из-под седых бровей прищуренный, по-от­цовски добрый и вниматель­ный взгляд: Победа, дочка, сейчас решается всюду. И очень нужно узнать, каково теперь у штаба округа, скоро ли там юнкера сдаваться начнут. Может, сходишь?... И она пошла. Совсем но­вое, на скудные студенче­ские гроши купленное паль­то, шляпка, перчатки и даже маленькая вуалетка — ну, чем не барышня из «прилич­ной» семьи, белогвардейская сестра милосердия? А для особенно бдительных юнкер­ских пикетов удостовере­ние, что девушка разгуливает среди смерти по делам... Ру­кавишниковского приюта. Вот и Остоженка в грохо­те ожесточенного боя. Нет, юнкера не сдаются. Красная гвардия продолжает насту­пать, докладывает Люсик в объекты, вылавливали бело­гвардейских лазутчиков и уго­ловников, грабивших магази­ны. «Граждане Москвы могут быть спокойны, писали большевики. Революция взяла Москву под свою охра­ну». Юноши и девушки были связистами и санитарами, до­ставляли под огнем на пози­ции оружие, боеприпасы, про­довольствие. Когда в районе Крымского моста сражающим­ся не хватило боеприпасов,

И силы революции в Москве были усилены прибывшими из Петровна погланизми В. И. Ленина-кронштадтскими мо­ряками и красногвардейцами. С каждым днем все туже стягивалось кольцо красно­гвардейских отрядов вокруг

центра города, занятого белы­ми. ...На рассвете 2 (15) нояб­ря установленная ночью у Большого театра артиллерия начинает обстрел Думы и го­стиницы «Метрополь», заня­тых юнкерами. На тротуар летят кирпичи, железо с крыш, осколки стекла. К Ма­лому театру подходят только что прибывшие из Шуи во­оруженные рабочие и солда­ты во главе с товарищем Фрунзе. Через несколько часов крас­ногвардейские отряды, взяв «Метрополь» и Думу, смыка­ются вокруг Кремля. В этот же день последний оплот контрреволюции пал... Взятие Кремля завершило

«цивилизации» от «варваров­большевиков», вешали плен­ных, добивали раненых, секли и расстреливали подростков, артиллерийским огнем поджи­гали госпитали. Подлинными борцами за лучшие идеалы человечества, за гуманизм и справедливость показали себя не эти озверевшие защитники старого строя, а революцион­ная молодежь Москвы, боров­шаяся за светлое будущее всех трудящихся. Беззаветную преданность делу рабочего класса, отвагу и героизм, верность родной большевистской партии, готов­ность выполнить любое ее задание продемонстрирова­ла она в дни Октября. Так в огне революции 1917

молодежный отряд под ру­жейным огнем в утлых лод­чонках сделал несколько рей­сов по Москве-реке, перевозя патроны из Хамовнических казарм. Московский Военно-револю­ционный комитет создал бюро разведки под командой боль­шевика П. Ф. Федотова. Мно­гие из важнейших его пору­чений были выполнены коман­дой юных разведчиков. Бес­страшно, подчас рискуя жиз­нью, четырнадцати-пятнадца­тилетние подростки пробира­лись через юнкерские заста­вы в расположение белых войск и приносили в ревкомы ценные сведения. В. И. Ленин пристально следил за ходом Московского

мо­сквичей — членов Союза рабочей моло­комсомольцев октября героиче­совершено а Но кровопролит­де­Многие гибли, но их дело стало делом грядущих по­колений. народу, партии гомиллионным Сорок молодеки, вые что твой

Материалы 2-й и 3-й страниц подготовлены кандидатом исторических наук Л. Петропавловской и В. Любовным.