Герберт А. ЛАНГЕР

ЧЕЛОВЕК НАШЕЛ СЕБЯ    РАССКАЗ Прогрессивный немецкий писатель Герберт Лангер повествует о поло­жении в Западном Берлине, о тяже­лой доле трудящихся Западной Гер­мании, понимающих, куда их ведет предательская политика боннских марионеток. Даже старый социал-демократ Франц с гневом говорит о своих «вождях» Неймане и Шумахере, как об изменниках, и считает, что теперь, в трудную для Германии минуту, все сознательные рабочие должны следо­вать по пути Германской Демокра­тической Республики. Я снова еду по старой, знакомой, но давно уже не виденной мной дороге. Окна в вагонах забиты фанерой, и холод прони­зывает до мозга костей. Люди поглядыва­ют друг на друга исподлобья, но, когда они чувствуют, что за ними никто не следит, на их лицах появляется выражение горь­кой, сжигающей сердце обиды. Тогда во взгляде людей можно прочесть страшную усталость, равнодушие и порой даже сле­пую покорность судьбе. Недалеко от вокзала Цоо мы переса­живаемся в метро. Под землей очень сы­ро: со стен течет, будто их щедро облили водой. Чувствуется, что оккупационные власти не заботятся о наведении здесь по­рядка. Рейхсканцлерплатц все еще сохраняет свое гитлеровское название — не успели переименовать. Попрежнему нудно тянется жизнь Западного Берлина. Рухлебен трудно узнать: фабрики, до­ма, скверы все лежит в развалинах. Тут же, напротив, корпуса завода «Демаг». Две трубы уцелели и слегка дымят. Я сильнее сжимаю костыли и перехожу на другую сторону улицы. До заводских ворот не более ста метров. Над проход­ной будкой вьется легкий дымок. Интерес­но, там еще Франц или нет? Хорошо было бы, если он там... На стук отво­ряется оконце, я вижу седую, растрепан­ную бороду и неожиданно хватаюсь за нее. за нос. Ну ты, бродяга! слышу я голос Франца. Не валяй дурака! Сердце мое бешено колотится в груди, и я громко кричу: Франц!... Мой старый, добрый друг! Это же я... Я слышу, как в будке падает стул. грохотом открывается дверь, и старик, не­смотря на свои шестьдесят с лишним лет, выскакивает, как лиса из норы. Внезапно он останавливается, как вкопанный, ма­ленькие глаза затуманиваются, и рука де­лает знакомое, привычное и машинальное движение старик дважды трогает себя за нос. Что они с тобой сделали?! нако­нец, выдавливает он из себя печальные слова. Кто? Скажи, кто?... Что они с тобой сделали?! нако­нец, выдавливает он из себя печальные слова. Кто? Скажи, кто?... Наш «возлюбленный фюрер»!... Но об этом после... Франц недоверчиво глядит на меня И пропускает вперед. Я сажусь на скамейку возле самой печки. Наш «возлюбленный фюрер»!... Но об этом после... Франц недоверчиво глядит на меня и пропускает вперед. Я сажусь на скамейку возле самой печки. У тебя найдется закурить? — О, Петер! Для тебя всегда... Я сам приготовлю тебе такую курительную смесь, что ахнешь!... Вот, скрути! Жаль только, что у меня нет папиросной бума­ги. Вот кусок газеты... Когда ты вернул­ся? Почти неделю назад. И сразу сюда? - Хотел посмотреть, как вы тут живе­те. Сколько лет прошло! в У тебя найдется закурить? — О, Петер! Для тебя всегда... Я сам приготовлю тебе такую курительную смесь, что ахнешь!... Вот, скрути! Жаль только, что у меня нет папиросной бума­ги. Вот кусок газеты... Когда ты вернул­ся? Почти неделю назад. И сразу сюда? - Хотел посмотреть, как вы тут живе­те. Сколько лет прошло! — Молодец, Петер! Правильно сделал... Франц явно взволнован. Но не только посмотреть... добав­ляю я. А что еще? Хочу снова работать с вами. Старик хмуро глядит на меня и сопит, Молодец, Петер! Правильно сделал... Франц явно взволнован. Но не только посмотреть... добав­ляю я. А что еще? Хочу снова работать с вами. Старик хмуро глядит на меня и сопит, как паровоз. А знаешь, что у нас делается? как паровоз. А знаешь, что у нас делается? наконец, спрашивает он. Нет, не зна­ешь! Но, идя сюда, ты мог это заметить... Сегодня ты уже двадцатый по счету... У нас не работают. Как же так? Ведь две трубы дымят все-таки! наконец, спрашивает он. Нет, не зна­ешь! Но, идя сюда, ты мог это заметить... Сегодня ты уже двадцатый по счету... У нас не работают. Как же так? Ведь две трубы дымят все-таки! Это только для виду. Обходимся де­сятью работниками... Вернулся старый хо­зяин. Когда тут началось столпотворение, он моментально спрятался где-то, но едва сюда нагрянули томми, он немедленно вернулся. Ну, конечно, уже не в своем коричневом мундире!.. Воскрес совсем в другом виде как этакий, понимаешь ли, средненький обыватель. Правда, теперь он уже не такой самонадеянный, как раньше. но... В общем приходит и говорит мне: «А знаешь ли, Франц, так и должно было кончиться все это! Они не только унич­тожили всю Германию, но и мой завод ле­жит на их совести... А ведь мы давали Это только для виду. Обходимся де­сятью работниками... Вернулся старый хо­только мирную продукцию». И угощает меня, понимаешь ли, дорогими сигарами. Я, конечно, таких не курю карман не позволяет... А он чешет дальше: «Да, мы всегда трудились только ради мирных це­лей и будем продолжать эту нашу работу дальше. Я уже договорился с оккупаци­онными властями, они не возражают. Ведь я всегда был лойяльным...». Понимаешь, Петер, что говорит эта старая каналья?! Он сейчас делает ставку на большое дело. Вырабатывает для англичан все, что они хотят, начиная от радиоприемников и кон­чая холодильниками. А сам потихоньку сбывает на сторону электрические утюги и грелки. В общем, неплохо устроился: со­хранил завод, живет сытно, ездит на сво­ем автомобиле, курит дорогие американ­ские сигары. Завод хоть и не работает, но эта гитлеровская жила чего-то ждет!... Вот какие у нас дела, Петер. Коричневая джутовая дорожка, плотно лежащая на ступенях, ведет на второй этаж, в дирекцию завода, так же, как и до войны. Я смотрю вниз, на заводской двор. Кое-как заплатаны только два кор­пуса, остальные почти целиком лишены стекол. Территория завода и асфальтиро­ванные дороги завалены щебнем и мусо­ром, не видно следов какой-либо работы, о восстановлении ничто даже не говорит. На площадке висит объявление: «Ди­рекция. Заявления о приеме на работу подаются в комнате No 7». Позволь мне, Франц, спросить тебя кое о чем... Ты думаешь, что это было бы плохо? Нет! Мы были бы лучше подготов­лены к той обезьяньей комедии, которая нынче разыгрывается в Западной Герма­нии... Ты только посмотри на этого пара­зита, доктора Келлера! Можно быть са­мым завзятым националистом, но стоит только послушать такой его разговор, как сегодня со мной... и сразу станешь «крас­ным»! Нет, не со злости... а по-настоя­щему! Франц трижды сильно затягивается, пе­редвигает во рту трубку и весь обволаки­вается дымом. Я старый социал-демократ, мед­ленно и серьезно говорит он. Ты зна­ешь об этом, Петер... Да, ты прав это было бы совсем неплохо! Больше того это было бы здорово! После того, что мы пережили тут, всем нам нужно быть комму­нистами. Поэтому-то я и ратую за полное и настоящее объединение социал-демокра­тической и коммунистической партий. Но здесь, в нашем районе Берлина и вообще в западных зонах, это очень трудно... Пик и Гротеволь давно согласны на это, но Нейман и его подпевалы здесь, а Шу­нашим лидерам. Кто они? Шланг и Ше­нинген это старые гитлеровцы. А куда вообще девались банды нацистов? Все, кто ходил в коричневых мундирах, все поудирали на Запад. Кое-что ты уже за­метил на примере нашего чорта, да? Он остался таким, каким и был... А теперь ты подумай над всем, что я рассказал тебе... Однажды приходит письмо: «Дорогой товарищ! Франц писал мне с тебе. В моем цеху есть свободное место. Квалифицированные рабочие нам всегда нужны. Если решился, приезжай! Мы махер и прочая сволочь на Западе, отби­ваются руками и ногами... И знаешь по­чему? Потому что боятся потерять англо­американскую подачку. В декабре прошло­го года я получил письмо от моего старого приятеля из Эльзенаха. Его зовут Отто Кюн. Он пишет, что приступили к работе на автомобильном завода «БМВ». Они имеют хорошо составленный хозяйствен­ный план, по которому не только работа­ют, но и улучшают свою жизнь... Так чего же ты сидишь здесь, в этой собачьей будке? — возбужденно спросил я. Ну, чего ты спрашиваешь?... Стар я, рад бы поехать, но мои годы уже не поз­воляют начинать новую жизнь. Даже ес­ли меня с треском выставят отсюда, то в худшем случае я проживу за счет сдачи комнаты и дохода от моего огородика. Понимаешь, Петер?... Почему я тебе рас­сказываю обо всем этом? Это как раз то, что нужно тебе. Тут тебя доканает безра­ботица, а там квалифицированные рабочие очень нужны... Я еще ни с кем так откро­венно не говорил. Если бы Келлер дознал­ся об этом, то сказал бы: «Старый ду­рак!» и выбросил меня на улицу. Все-таки я получаю у него заработок. Так-то, сы­нок! Что правда, то правда. Чем тут за­нимаются томми или ами, что они дела­ют? Я скажу тебе нас морят голодом, а сами выбрасывают в море тысячи тонн зерна. Кричат о демократии, о свободе, а сами творят совершенно противоположное. Ты, наверное, еще не присмотрелся к это­му, не заметил слишком еще мало жи­вешь дома. Но ты все же присмотрись к нашим лидерам. Кто они? Шланг и Ше­нинген это старые гитлеровцы. А куда вообще девались банды нацистов? Все, кто ходил в коричневых мундирах, все поудирали на Запад. Кое-что ты уже за­метил на примере нашего чорта, да? Он остался таким, каким и был... А теперь ты подумай над всем, что я рассказал тебе... Однажды приходит письмо: «Дорогой товарищ! Франц писал мне с тебе. В моем цеху есть свободное место. Квалифицированные рабочие нам всегда нужны. Если решился, приезжай! Мы ждем тебя. Отто Кюн». ждем тебя. Отто Кюн». Входит жена, и я передаю ей письмо. Она быстро прочитывает его, смотрит на меня загоревшимися глазами и не знает, что оказать: я не говорил жене, что про­сил рранца похлопотать обо мне. Как это случилось?... Так быстро? радость и некоторое сомнение звучат в ее голосе. │голосе. Я весело смеюсь: — По-твоему это быстро? Я уже давно жду этого счастливого сообщения. Милая моя, любовь моя! — говорю я. — Ты только представь себе: я снова буду возле тисков, токарных, Я фрезерных весело смеюсь: и сверлиль­По-твоему ных станков... это быстро? Снова Я уже буду давно держать жду этого в ру­счастливого ках мой инструмент! сообщения. Жена Милая подходит моя, любовь ко мне, моя! опускается — говорю на я. колени — Ты только и снизу представь вверх глядит себе: на я снова меня сча­буду стливыми возле тисков, глазами. токарных, фрезерных и сверлиль­ных станков... Снова буду держать в ру­ках мой инструмент! Петер! шепчет она, пытаясь скрыть огромное волнение. Я так счастлива... Глаза ее наполнены радостными слеза­ми... Все произошло значительно проще, чем я представлял. В поезде меня сначала му­│чили сомнения: «Написал ли Франц, что у меня нет ноги? Не ждут ли они там здо­рового человека? Может быть, все это не­правда?...». Однако вскоре я успокоился: понял, что все должно устроиться как нельзя лучше: Франц ничего не делает зря. С бешено бьющимся сердцем иду по указанному мне адресу. Дождь перестает накрапывать, и на смену ему появляется ласковое полуденное солнце. Это повы­шает мое настроение. Подхожу к ным воротам. На них вывеска: «Государ­ственное предприятие». В проходной спра­шивао, как найти Отто Кюна. Мне пока­зывают на цех. Ага, это ты? Голос Кюна звучит спокойно. Передо мной стоит человек лет пятидесяти, седой, глаза светлоголубые. Протягивает мне ру­ку. Я не вижу никакого разочарования в его взгляде. Кюн спокоен и деловит. Прежде всего надо позаботиться о твоих продкарточках и квартире. У тебя есть инструмент? Нет... краснея, отвечаю я. Ну, это ничего, друг! Получишь через профсоюз... Наверное, порядком стосковал­ся по работе, а? смеется Кюн. Разве Франц и об этом писал? Не только об этом... он дружески хлопает меня по спине и широко улыбает­ся. Входит жена, и я передаю ей письмо. Она быстро прочитывает его, смотрит на меня загоревшимися глазами и не знает, что сказать: я не говорил жене, что про­сил Франца похлопотать обо мне. Как это случилось?... Так быстро? — радость и некоторое сомнение звучат в ее голосе. Жена подходит ко мне, опускается на колени и снизу вверх глядит на меня сча­стливыми глазами. Петер! — шепчет она, пытаясь скрыть огромное волнение. Я так счастлива... Глаза ее наполнены радостными слеза­ми... Все это получается у него просто, при­ветливо... Идем вместе с ним к председателю со­вета предприятия... Сейчас я живу пока у Отто. Его жена заботится обо мне, как родная мать. Профсоюз подыскивает мне подходящую квартиру. Недавно я написал письмо Францу: «Старина! Когда я приеду в Запад­ный Берлин, держись! Кое-что ты услы­шишь от меня». Перевод Я. НЕМЧИНСКОГО.

Стучу. Никто не отзывается, двери за­с крыты. Иду дальше. Снова табличка надписью: «Директор д-р Келлер», Снова стучу. Двери открываются, и знакомый хозяйский голос спрашивает: Что вам нужно? Здравствуйте, герр директор! — Здравствуйте! По какому делу? — он смотрит на меня подозрительно и не пу­скает в кабинет. — Хотел бы попросить... Почему вахтер пропустил? Если каж­дому, кто придет сюда, я буду подавать милостыню, то далеко не уеду... Кровь ударяет мне в голову. Но я вовсе не хочу... Я Меня не интересует, что вы хотите! Понятно? И так слишком много расплоди­лось тут нищих, вернувшихся на родину. Каждый день здесь крутятся целые шайки их... — Герр директор! — стараюсь я гово­рить спокойно. — Вы ошибаетесь. Я при­шел не за подачкой, я один из старых ва­ших рабочих, Петер Боланд. Работал у вас как слесарь-механик и старший монтер. На прошлой неделе я вернулся из плена... Мне сказали, что завод начинает работать, и потому я пришел узнать, не нужны ли мои услуги. — Ах, вот что! — говорит Келлер, заку. ривая американскую сигарету. Тогда войдите!... Но я что-то не могу припомнить вас... вкожу за ним в кабинет. Большой, со­лидный письменный стол, огромный доро­гой ковер, закрывающий почти весь пол, два кожаных кресла, изящный столик для курения. На стене видно светлое пятно. Когда-то там висел портрет Гитлера... Так... Та-а-ак! Следовательно... э-э-э... как вас зовут? Боланд, сухо отвечаю я. Да, дорогой Боланд... Это не так просто, как вы думаете. Нельзя забывать, М. М.

Большой популярностью пользуется ансамбль песни и пляски Военно-Морских Сил Союза ССР. Артисты ансамбля выступают с замечательными матросскими пес­нями и плясками, прославляющими наш могучий морской флот, бдительно охраняю­щий морские рубежи социалистической Родины. В репертуаре ансамбля много ин­тересных номеров. С большим искусством артисты исполняют характерные танцы, в которых рассказывается о мирной жизни советских моряков. Ко Дню Военно-Морского Флота СССР ансамбль подготовил разнообразную концертную программу. Выступление ансамбля с новыми концертными номерами тепло встречено зрителями. На нашем снимке вы видите сцену из пляски «На полубаке». Артисты с непод­дельным юмором исполняют этот жизнерадостный матросский танец, полный ис­креннего веселья. Фото А. БАТАНОВА и В. МАСТЮКОВА. (Фотохроника ТАСС).

столицы Молодые виноградари Для участия в работе ЦК союза работ­ников пищевой промышленности в Москву приезжала знатный виноградарь Красно­дарского края Герой Социалистического Труда Любовь Стеклова. В беседе с на­шим корреспондентом она рассказала: — Наш совхоз «Малая земля», Верхнеба­канского района, славится своими вино­градниками далеко за пределами Красно­дарского края. Труд виноградаря очень кропотлив, но я и мои подруги Ольга Ива­ненко, Раиса Бибикова, Клавдия Бирюко­ва, Вера Агеева и другие очень любим его. Мы заботливо ухаживаем за каждым виноградным кустом, за каждым побегом. У нас в совхозе пахота, культивация, водоснабжение и некоторые другие виды работ полностью механизированы. Каждый под приносит нашим механизаторам но­вые успехи. Этой весной, например, по директора совхоза Василия предложению Григорьевича Новикова мы впервые при­менили тракторную вспашку с одновремен­ной заделкой удобрений в землю. Центральная усадьба совхоза «Малая зеиля» раскинулась на побережье Черно­го моря у подножья горы Колдун, где 70 лет назад был сплошной лес. Теперь здесь растут белый мускат, рислинг, семильон, чауш и десятки других дессертных и сто­ловых сортов винограда, обладающих от­линными вкусовыми качествами. В совхозе работает прекрасно оборудо­ванный винный завод. Ежегодно он боль­шими партиями отправляет свою продук­цию в Москву, Ленинград, Горький и дру­гие города страны. земля» раскинулась на побережье Черно­го моря у подножья горы Колдун, где 70 лет назад был сплошной лес. Теперь здесь растут белый мускат, рислинг, семильон, чауш и десятки других дессертных и сто­ловых сортов винограда, обладающих от­линными вкусовыми качествами. В совхозе работает прекрасно оборудо­ванный винный завод. Ежегодно он боль­щими партиями отправляет свою продук­цию в Москву, Ленинград, Горький и дру­гие города страны. В мае нынешнего года на Черноморском побережье было сильное похолодание. Три дня и три ночи работники сов­В мае нынешнего года на Черноморском побережье было сильное похолодание. Три дня и три ночи работники сов­хоза жгли дымовые кучи и шашки, спасая виноградники от вымерзания. Были уси­лены ночные дежурства. Никто не смыкал глаз. Виноградники были спасены. Особен­но отличились тогда звеньевой комсомоль­ско-молодежного звена Герой Социали­стического Труда Василий Блохин, брига­дир Вера Пластун, комсомолка Вера Аге­ева хоза и Люба жгли Дудниченко. дымовые кучи С и каждым шашки, днем спасая растет виноградники экономическое от вымерзания. и культурное Были благосостояние уси­лены ночные совхоза дежурства. и его работников. Никто не смыкал Мы имеем глаз. свой Виноградники радиоузел, были большую спасены. библиотеку, Особен­широкую но отличились сеть круж­тогда ков звеньевой по повышению комсомоль­квалификации. ско-молодежного Есть в совхозе звена Герой и хорошая Социали­художественная стического само­Труда деятельность, Василий Блохин, и свои брига­спортсмены, дир Вера Пластун, не раз отличавшиеся комсомолка Вера на районных Аге­ева и и краевых Люба Лудниченко со­ревнованиях. омолка пераите­ева и Люба Дудниченко. С каждым днем растет экономическое и культурное благосостояние совхоза и его работников. Мы имеем свой радиоузел, большую библиотеку, широкую сеть круж­ков по повышению квалификации. Есть в совхозе и хорошая художественная само­деятельность, и свои спортсмены, не раз отличавшиеся на районных и краевых со­ревнованиях. Я знаю, подруги мои мне позавиду­ют, сказала в заключение Люба Сте­клова. Находясь в столице, я была и в парке культуры и отдыха имени Горь­кого, и на новых станциях метро, и в теат­рах. Очень понравилась станция «Ботани­ческий сад». Все новые станции очень красивы, но эта, по-моему, самая лучшая. Надолго запомнится мне и Большой театр, │в котором я слушала оперу «Князь Игорь». Обо всем этом я подробно расскажу своим подругам. Хотелось бы подольше задер­жаться в Москве, но не могу. У нас в сов­хозе сейчас очень горячая пора. Виноград требует теперь особенно тщательного ухо­да. А ведь мы обещали в этом году со­брать по 11 тонн урожая с каждого из 35 гектаров нашего виноградника. Я знаю, подруги мои мне позавиду­ют, сказала в заключение Люба Сте­клова. — Находясь в столице, я была и в парке культуры и отдыха имени Горь­кого, и на новых станциях метро, и в теат-

НА ВОДНЫХ ПРОСТОРАХ   ...На столе, покрытом красной мате­рией, — бронзовая фигура моряка. Зорко вглядываясь здаль, он весь устремился впе­ред. Руки его крепко держат штурвал... Эта скульптура переходящий приз, присуждаемый ежегодно лучшей команде победа на областных соревнова­ниях военно-морских клубов ДОСААФ. Сейчас этот приз украшает одну из ком­нат Тушинского клуба. Он был недавно за­воеван в острой спортивной борьбе с силь­нейшими командами военно-морских нейшими командами клу­бов военно-морских ДОСААФ Московской клу­области. бов ДОСААФ Московской области. Морское многоборье требует от каждого члена команды, участвующей в соревнова­нии, спортивной выучки, много ловкости, Морское многоборье требует от каждого члена команды, участвующей в соревнова­нии, спортивной выучки, много ловкости, смелости и быстроты. Нужно уметь хоро­шо грести, быстро ставить на шлюпке па­смелости и быстроты. Нужно уметь хоро­шо грести, быстро ставить на шлюпке па­рус и итти под ним, потом по команде «Руби парус!» снова перейти на весла... Нужно ловко пристать к берегу, пробе­рус и итти под ним, потом по команде «Руби парус!» снова перейти на весла... Нужно ловко пристать к берегу, пробе­жать по нему определенную дистанцию. жать по нему определенную дистанцию. Все это отлично умеют делать члены секции гребно-парусного спорта Тушинско­го военно-морского клуба ДОСААФ. Сле­сари одного из московских заводов Алек­сандр Шилов и Сергей Иванов, токарь Ни­колай Лосев и многие другие молодые ра­бочие, учащиеся, воспитанники ремеслен­ных училищ посвящают свое свободное время лобимым видам водного спорта — хождению на морских хождению на морских ках и их шлюпках ках и под па­русом. Они уже достигли немалых успехов. Лучше всего об этом говорит победа клу­ба и занятое его командой 1-е место в со­ревнованиях нынешнего года. Все это отлично умеют делать члены секции гребно-парусного спорта Тушинско­го военно-морского клуба ДОСААФ. Сле­сари одного из московских заводов Алек­сандр Шилов и Сергей Иванов, токарь Ни­колай Лосев и многие другие молодые ра­бочие, учащиеся, воспитанники ремеслен­ных училищ посвящают свое свободное время любимым видам водного спорта — хождению на морских шлюпках и под па­русом. Они уже достигли немалых успехов. Лучше всего об этом говорит победа клу­ба и занятое его командой 1-е место в со­ревнованиях нынешнего года. Весь год в клубе идет интересная, увле­кательная работа. Проводятся занятия B секциях гребно-парусного спорта, морского моделизма, буерного спорта, в секции пла­вания. Скоро начнет работать секция вод­но-моторного спорта. Весь год в клубе идет интересная, увле­кательная работа. Проводятся занятия секциях гребно-парусного спорта, морского моделизма, буерного спорта, в секции пла­Скоро начнет работать секция вод­но-моторного спорта. Оживленно в эти дни на водной станции клуба, расположившейся на берегу Химкин­ского водохранилища. Каждый день сюда приходят юноши и девушки, чтобы под ру­ководством опытных инструкторов занять­ся хождением на морских шлюпках — на Оживленно в эти дни на водной станции клуба, расположившейся на берегу Химкин­ского водохранилища. Каждый день сюда приходят юноши и девушки, чтобы под ру­ководством опытн занять­веслах и под парусами. У себя на пред­приятиях, в учреждениях, в школах моло­дежь изучала в кружках теорию морского дела. А теперь перед ней широкий вод­ный путь... Весла на воду! — звучит команда, шлюпки, разрезая водную гладь, быстро мчатся вперед.

Часто на водную станцию приходят морские моделисты. В этом воду секция морского моделизма Тушинского клуба по­лучила почетное право выступить на все­союзных соревнованиях с четырьмя моде­лями, изготовленными кружковцами клуба. союзных соревнованиях с четырьмя моде­лями, изготовленными кружковцами клуба. Несмотря на то, что сейчас лето и до первых морозов еще далеко, в секции буер­ного спорта идет активная работа. Разра­батывается конструкция нового буера c большим парусом площадью до 15 квад­ратных метров, ведутся расчеты, подготав­ливаотся чертежи. Несмотря на то, что сейчас лето и до первых морозов еще далеко, в секции буер­ного спорта идет активная работа. Разра­батывается конструкция нового буера c большим парусом площадью до 15 квад­ратных метров, ведутся расчеты, подготав­ливаются чертежи. Под руководством инструктора тов. Коз­лова и активиста буерной секции Юрия Петрова молодежь уже спроектировала и построила своими руками буер «Новинка» свободной конструкции. На всесоюзных со­ревнованиях зимой этого года он показал хорошие результаты и занял 3-е место. Под руководством инструктора тов. Коз­лова и активиста буерной секции Юрия Петрова молодежь уже спроектировала и построила своими руками буер «Новинка» свободной конструкции. На всесоюзных со­ревнованиях зимой этого сода он показал хорошие результаты и занял 3-е место. По вечерам в учебных кабинетах клуба собирается молодежь. Здесь она слушает доклады, лекции, проводит практические занятия. В кабинетах морского дела, мо­торного дела, в радиокабинете юноши в девушки получают новые знания, в модель­ной мастерской и лаборатории строят мо­дели парусных и других судов. По вечерам в учебных кабинетах клуба собирается моподежь. Здесь она слушает доклады, лекции, проводит практические занятия. В кабинетах морского дела, мо­торного дела, в радиокабинете юноши в девушки получают новые знания, в модель­ной мастерской и лаборатории строят мо­дели парусных и других судов. Среди активистов клуба есть уже нема­ло разрядников по различным видам вод­ного спорта. Они опора клуба, которая поможет ему развернуть широкую массо­вую работу среди молодежи. ...До позднего вечера кипит жизнь и на водной станции, и в клубных кибинетах. Она затихает лишь тогда, когда наступают густые сумерки. А завтра—снова поднимут­ся паруса, снова взлетят и замрут в ожи­Среди активистов клуба есть уже нема­ло разрядников по различным видам вод­ного спорта. Они опора клуба, которая поможет ему развернуть широкую массо­вую работу среди молодежи. ...До позднего вечера кипит жизнь и на водной станции, и в клубных кибинетах. Она затихает лишь тогда, когда наступают густые сумерки. А завтра—снова поднимут­ся паруса, снова взлетят и замрут в ожи­ком. весла. отпра­дании команды весла, и шлюпки отпра­вятся в новый рейс. 

БРЕНА. БРЕНА.

Рис. Рис.

Я что мы к нашему отчаянию — проигра­ли ту войну. Если бы «Демаг» находился том же положении, как и раньше, я от­ветил бы вам: «Отчего же? Пожалуйста, работайте!». Но теперь существуют опре­деленные трудности... что мы к нашему отчаянию — проигра­ли ту войну. Если бы «Демаг» находился в том же положении, как и раньше, я от­ветил бы вам: «Отчего же? Пожалуйста, Я работайте!». все время внимательно Но теперь наблюдаю существуют за опре­его лицом деленные и машинально трудности... трогаю Я все костыли, время лежащие внимательно на коленях. наблюдаю за его лицом и машинально Да-а-а... Охотно трогаю бы костыли, принял лежащие вас на работу, на коленях. если — бы Да-а-а... это было Охотно возможно. бы принял Ведь каждый вас на работодатель работу, если очень бы это привязан было возможно. к своим старым Ведь каждый рабочим. работодатель Я был бы самым очень последним привязан к человеком, своим старым если рабочим. бы не помогал Я был бы тем, самым кто последним нуждается... человеком, В конце если концов, бы не все помогал мы люди, тем, все кто друзья, нуждается... все мы немцы! В конце Это концов, меня начинает все мы люди, забавлять. все друзья, все мы немцы! Это меня начинает забавлять. Он встряхивает плечами, как ощипан­ный ястреб, встает, отставляет кресло и мясистыми кулаками опирается на стол. снова Он встряхивает плечами, как ощипан­ный ястреб, встает, отставляет кресло и мясистыми кулаками опирается на стол. Разумеется, если мы снова начнем работать, то люди будут нужны, и вот тог­да приходите без колебаний. встаю меня тошнит от этой нацист­ской болтовни. 

вания.



 Юные моряки 

Франц нетерпеливо ждет меня. Ну и гадина! бросаю я, едва пе­реступив порог. Отказал?! сочувственно спраши­Я вает старик. Не в этом дел дело... Сперва ринулся на меня, как на назойливого нищего, а потом впал в патетический тон, да как! Меня чуть не стошнило от его «патриотизма»... думаю, что если бы он и принял меня, то все равно я долго не выдержал бы это­го кривлянья. Та-а-а-к... задумчиво, словно про себя, протянул Франц. — Если бы... — он пытливо посмотрел на меня. Если бы, a?.. Франц умолкает и начинает копаться возле печурки. Внезапно, словно нехотя, он спрашивает: Кто это устроил тебе с ногой? Рус­ские или ами?... А что это имеет общего с моим де­лом? удивленно спрашиваю я старика. — Потом я объясню тебе... Не понимаю, что тут общего с мо­ей заботой? вторично спрашиваю я, не разгадав замысла Франца. Понимаешь... После того, как чело­век начитается газет да наслушается все­го... Это глупости! твердо говорю я. Да, я был в русском госпитале. Там меня лечили, кормили, поили, поставили на но­ги и отпустили домой. А перед этим?... Они не собирались сделать из тебя коммуниста? Ты ошалел? — откровенно хохочу я. Что это тебе пришла в голову такая глупость? Да ведь люди говорят об этом... Ут­верждают, что каждый немец, возвращаю­щийся из России, настоящий коммунист.

Так называется новый документальный фильм, выпущенный Линистерством кине­матографии РСФСР. Кинокартина расска­зывает о том, как курсанты мореходных школ и училищ овладевают морскими про­фессиями, воспитывают в себе волю, му­жество и отвагу, готовясь стать команди­рами флота. В центре фильма учебные плавания курсантов. С интересом смотрятся кино­кадры, запечатлевшие прошлогодний поход парусного судна «Товарищ» из Балтики во­круг Европы в Черное море. В трудных условиях через шесть морей и Атлантиче­ский океан лежал путь судна. Отличную выучку, сноровку и смелость показали кур-

санты во время плавания. Большой опыт приобрели будущие моряки во время прак­тики на учебных судах «Капелла», «Эква­тор» и на дизельэлектроходе «Россия». Кинокартина «Юные моряки» воспиты­вает в молодежи любовь к морским про­фессиям. Режиссер фильма — лауреат Сталинской премии Е. Учитель, Текст Ю. Германа. Операторы О. Иванов и Г. Трофимов. Производство Ленинградской студии кино­хроники. (ТАСС).

Редактор А. М. СУББОТИН.

К и н «ПЕТЕРБУРГСКАЯ НОЧЬ» Мир. «ПОДКИДЫШ», «ТИГР АКБАР» Аврора. «ДОЧЬ МОРЯКА» Смена. «НАШЕСТВИЕ» - Молот. «дни и ночи» Арс. «ГИБЕЛЬ «ОРЛА» «Эрмитаж», Авангард. «АДМИРАЛ НАХИМОВ» Сад им. Баумана. «ЗА ТЕХ, КТО В МОРЕ» Аквариум. «НЕЗАБЫВАЕМЫЙ 1919 ГОД» Октябрь, ЦПКиО им. Горького. Метрополь, «ОПЕРАЦИЯ «Б» Ударник, Родина, «Эрмитаж», им. Моссовета, им. III Цент­ЦПКиО Художественный, Призыв, Уран, Интернационала, ральный, Салют,

«МОЯ ЛЮБОВЬ» Юный зритель, Ударник. «ПАЯЦЫ», «ЦЕНТР НАПАДЕНИЯ» Родина. «СТЕПАН РАЗИН» — Экран жизни. «МИШКА-АРИСТОКРАТ» — Салют. «САЛАВАТ ЮЛАЕВ», «НЕБЕСНЫЙ ТИХО­ХОД» Кадр. «ВЕЛОГОНКИ МОСКВА ХАРЬКОВ — МО­СКВА» Новости дня, Наука и знание, Кинозал короткометражного фильма, Хроника. «КРЕЙСЕР «ВАРЯГ» — Маяк, Салют. «ГОЛУБЫЕ ДОРОГИ» Октябрь. «МУЗЫКАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ» — Художест­венный. «ПОБЕГ ИЗ НЕВОЛИ» Орион. «БЕЗ ВИНЫ ВИНОВАТЫЕ», «У СТЕН МА­ЛАПАГИ» - Заря. «СЫНОВЬЯ», «ВОССТАНИЕ В ПУСТЫНЕ» Луч. «СИЛЬВА» - Диск. «МЕЧТЫ НА ДОРОГАХ» — Спартак. «В МИРНЫЕ ДНИ» ПКиО «Сокольники».

им. Горького, ПКиО «Сокольники», Дина­мо, Перекоп, ПКиО Ждановского района, Театр киноактера, Колизей, Москва, Та­ганский, Орион, сад им. Баумана, Экран жизни, Форум. «НОВИЧКИ «СЧАСТЛИВОГО ПЛАВАНИЯ», НА СТАДИОНЕ» Метрополь. «по индии», «новости дня». № 35 — Новости дня, Кинозал короткометражно­го фильма, Наука и знание, Хроника. «ЖИВОЙ ТРУП», «ПОСЛЕДНИЙ РАУНД» Метрополь. «В СТЕПИ», «ДЕНЬ ЧУДЕСНЫХ ВПЕЧАТ­ЛЕНИЙ», «КАРАНДАШ НА ЛЬДУ», «РО­БИНЗОН КРУЗО» Стереокино. «МЕЖДУНАРОДНАЯ ВСТРЕЧА ВЕЛОСИПЕ­ДИСТОВ», «СОВЕТСКИЙ СПОРТ» № 7 — Новости дня. «ДЕВУШКА СПЕШИТ НА СВИДАНИЕ», «ДУ­МА ПРО КАЗАКА ГОЛОТУ» Экспресс. «ДАВИД ГУРАМИШВИЛИ», «ЭТО БЫЛО В ДОНБАССЕ» Кинотеатр повторного фильма. «ПАХТА-ОЙ» Кинозал короткометражного фильма. «АРТИСТЫ ЦИРКА» «Аквариум». «ПОД КАРДИНАЛЬСКОЙ МАНТИЕЙ» Метрополь, «Эрмитаж», Октябрь, Арс, Молот, Смена, Диск, Искра, Баррикады, Мир, Спартак, Авангард, Маяк. «ИНДИЙСКАЯ ГРОБНИЦА» (1-я и 2-я серии) Авангард. «БОЛЬШАЯ ЖИЗНЬ» — Баррикады.

Блокнот натуралиста ПРИРУЧЕНИИ ЛОСЕЙ Последний дикий лось в Западной Европе был убит в конце XVIII века. А в нашей стране от Заполярья до Карпат и ныне размножаются стадами эти «сохатые» ги­ганты тайги. Даже в лесах Московской об­ласти из года в под увеличивается стадо лосей. Охотники и егери установили любопыт­ную перемену в жизни лосей. Ранее очень пугливые, эти животные стали часто по­являться вблизи от человеческого жилья. Лоси все чаще заходят за черту города. Однажды бык-лось целый день бродил по Сокольническому парку.  Заведующий кафедрой биотехники Москов­ского пушно-мехового института профессор П. А. Мантейфель получил интересное пись­мо о приручении лосят. В этом письме рас­сказывалось, что охотник Г. Катков увидел в сосновом бору двух лосят. Катков подо­шел к ним, погладил. Лосята доверчиво по­тянулись к человеку. Охотник был удивлен необычайной встречей и провел с лосятами часа два. Затем он пошел к дороге, лосята последовали за ним. Метров через сто Кат­ков остановился, чтобы его четвероногие спутники отдохнули. Так, с передышками, натуралист-любитель довел лосят до дома. Больше месяца охотник выкармливал своих питомцев молоком и киселем из овощной муки. Он дал им клички «Казбек» и «Те­рек». Профессор П. А. Мантейфель пояснил этот случай. Новорожденные лосята не испытывают страха перед человеком, покор­но следуют за ним, как за своей матерью­лосихой. Ловить лосят в лесу строго запре­щено. Разрешается это только тем, кто непо­средственно занимается научной работой по одомашниванию лосей. Лоси успешно приручаются и могут быть использованы как упряжные и вьючные до­машние животные. Дм. ЗУЕВ.

В этом воду в садах колхоза «Пла­мя», Раменского района, выращен обиль­ный урожай вишни, малины, красной и черной смородины. НА СНИМКЕ: комсомолка Нина То­чилкина член садовой бригады — подготавливает корзины с вишней для отправки на склад. Фото В. СОРОКИНА.



 

член редколлегии (в вечерние часы) доб. по комм. К 4-68-56 и  доб. по комм. 79. Отдел учащейся Отдел информации: Б 3-63-84 и  доб, по комм.

АДРЕС РЕДАКЦИИ: Потаповский пер., 3 (со стороны ул. Чернышевского, ул. Кирова и Чистых прудов), ТЕЛЕФОНЫ: коммутатор зам. отв. секретаря доб. по комм. 1-48. Отдел писем: К 4-68-56 и  доб. по комм. 79. Отдел пропаганды: В 3-13-45 и  доб. по комм. молодежи: К 4-10-59 и  доб. по комм, 1-73. Отдел крестьянской молодежи: К 4-10-59 и  доб. по комм. 1-90. Физкультурный 1-50. Отдел студенческой молодежи: Б 3-63-84 и  доб. по комм. 29. Отдел иллюстраций доб. по комм. 97. Телефонограммы: Б3-82-19 и  К 22. отдел К доб.

4-05-65. Дежурный технический секретарь К 5-52-99 и  доб. по комм 47. Дежурный по комм. 22. Отдел рабочей молодежи: искусства: Б3-63-84 и  доб. по коми. 1-50. Отдел комсомольской жизни: В 3-13-45 и  доб.

4-10-59 и  доб. по комм. 1-73. Отдел культуры и

по комм. 1-56. Отдел объявлений: К 4-18-45 и  доб. по комм. 1-62. 3.

Л120753.

Типография издательства «Московская правда», Потаповский переулок. д.