ЗИМНИЕ КАНИКУЛЫ * Скоро начнутся зимние каникулы в вузах. Студентов ожидает заслуженный СТУДЕНТОВ отдых: состоятся интересные вечера, балы, коллективные посещения театров и музеев. Тысячи студентов отдохнут в санаториях и домах отдыха, примут участие в спортивных соревнованиях. Сегодия мы рассказываем о том, как вузовские комитеты ВЛКСМ готовятся * * * провести зимние каникулы.



„Достигаев и другие“ таким...  хорош, а кто дурен, уяснить, зачем она живет и кто виноват в том, что она не­счастлива. Но эта обозленная монашенка, обиженная на свою судьбу, уготовившую ей место прислужницы, полная самых неве­жественных представлений о жизни и нена­видящая людей за их черствость и равно­душие, в то же время удивительно чиста душой, наивна и искренна и очень склонна к восприятию прекрасного вот, что в первую очередь раскрывает Губина. Вот по­чему разговор с настоящим человеком Ря­бининым оказывается для нее поворотным пунктом. Если Таисия идет к постижению правды Рябинина через разрыв со старым, то Шур­ка О. Николаевой в «Достигаеве» уже на­шла свой путь — она безоговорочно с ре­волюцией, она вся охвачена душевным подъемом, тягой к настоящему делу, к на­стоящим людям. Тема пробуждения сознания, поднятая в образе Гаисии, со всей полнотой раскры­вается Горьким в фигуре Бородатого сол­дата. Образ его, созданный артистом И. Со­ловьевым, едва ли не самая крупная победа спектакля.   Этоиу неторопливому, невозмутимо­спокойному, рассудительному человеку свой­ственны вера в будущее, необычайная яс­ность, непосредственность восприятия жиз­ни. Эта вера и эта ясность возникают от гордого сознания, что строит он теперь жизнь такую, какой она и должна быть, то есть настоящую, человеческую жизнь. Рож­дение беспредельной творческой энергии чувствуется в этом простом солдате, из окопов пришедшем отстаивать и строить новый мир. Недавний конюх, вчера суще­ство подневольное, он приносит с собой ве­личие подлинного гуманиз­ма, раскрывает красоту рас­крепощенного народа, не­исчерпаемые его возмож­ности. Коллектив театра имени Ермоловой создал волную­щий спектакль. Но есть в его режиссерском решении отдельные неудачи, вызван­ные стремлением заинтересо­вать зрителя чисто внеш­ними приемами. Такова введенная в спектакль сце­на танцев в гостиной купе­ческого клуба; таково появ­ление у Булычовых Пропо­тея, с излишней мелодрама­тичностью преподносящего свои стишки; наконец, слиш­ком большое место в пер­вом акте занимают сцены пьяного разгула Губина. Все это, превращаясь в отдель­ные, самостоятельные эпи­воды, выпадает из единого строя спектакля, нарушает воды, выпадает из единого строя спектакля, нарушает его цельность. Не нашел театр еще нужных сатириче­ских красок для обрисовки Целованьева, Лисогонова, Троерукова. Не все образы горьков­ских героев воплощены в спектакле с одинаковой точ­его цельность. Не нашел театр еще нужных сатириче­ских красок для обрисовки Целованьева, Лисогонова, Троерукова. Не все образы горьков­ских героев воплощены в спектакле с одинаковой точ­ностью и выразительностью. Слишком незначителен об­ностью и выразительностью. Слишком незначителен об­лик Нестрашного (артист Г. Черноволенко). Больше спесивого достоинства хо­лик Нестрашного (артист Г. Черноволенко). Больше спесивого достоинства хо-

ТЕАТР

За последние полroда репертуар москов­ских театров обогатился целым рядом но­вых горьковских спектаклей. Пьесы великого пролетарского писателя проникну­ты пафосом борьбы за новые обществен­ные отношения, за свободного от всякой скверны человека, за подлинную человеч­ность. Глубокие мысли, высокий пафос борьбы за справедливость, совершенство художественных образов горьковских пьес привлекают к себе советских актеров. Об этом убедительно свидетельствует и новый спектакль театра имени Ермоловой «Дости­гаев и другие». С эпической широтой воссоздает Горький в этой пьесе революционные дни семнадца­года распад насквозь прогнившего старого мира и уверенную поступь новой жизни, нового человека. того Раскрывая души героев, их взаимоотно­шения, режиссура театра имени Ермоловой (спектакль поставлен А. Лобановым и В. Комиссаржевским) создает ощущение коренной ломки жизни, напряженную атмо­сферу революционных событий. С каждым новым явлением спектакля развертывается перед нами галлерея людей, потрясенных грандиозными событиями, ды­хание которых все сильнее врывается в бу­лычовские и достигаевские квартиры. Тре­вожнее и настойчивее других ищет своего места в жизни ожесточенная против всех людей монашенка Таисия. Многократно уси­ленная страхом, вскипает ярость Меланьи при встрече с большевиком Рябининым. Все нетерпеливее пытается разведать обстановку выжидающий Достигаев, Происходящие за сценой исторические события, революционные схватки вот определяет и характеризует судьбы ге­что прин роев спектакля. Остро сатирически, разоблачает артист Л. Галлис умственную немощь и убожество генерала Бетлинга, пытающегося отгоро­диться от революции ширмой пустых, бес­содержательных фраз. Сочными красками рисует артист С. Гушанский облик спивше­гося самодура Губина. В тоскливом, однооб­разном нытье Ксении Булычовой раскры­вает А. Дзыга всю ненужность и бессмыс­ленность ее одинокой, пустопорожней жиз­ни. А все вместе эти столь разные и непо­хожие друг на друга люди составляют об­щую картину вырождения, обреченности со­циального уклада жизни, их породившего. Центральный герой спектакля, который проходит сквозь все три акта пьесы, До­стигаев, поспешивший отстоять старый в предыдущей порядок, части а трусливое, горьковской чисто трилогии эгоистическое «Егоре Булычо­стремление ве» примкнуть любыми средства­к начавшейся ми удержаться, буржуазной устоять революции. в вихре Артист событий, В. Лекарев, не быть исполняю­уничтоженным. щий эту Достигаев роль, с Лекарев предельной по-своему наглядностью умен и показывает, прозорлив. Более что ныне трезво, Достигаева чем другие, волнуют он уже понимает не судьбы и оценивает своего класса, обста­новку. не желание На протяжении отстоять старый спектакля порядок, Достигаев а трусливое, стремится чисто как можно эгоистическое дальше отойти стремление от ок­любыми ружающих средства­его людей, ми удержаться, отмежеваться устоять от все­в вихре го, что событий, они пытаются не быть противопоставить уничтоженным. Достигаев ре­волюции. Лекарев У него по-своему свой путь. умен Остаться и прозорлив. в сто­Более роне, трезво, как-нибудь чем другие, поспокойнее он понимает пролезть и оценивает в новую жизнь обста­вот новку. его намерения. На протяжении Наиболее спектакля выразительно Достигаев проводит стремится Лека­как рев можно третий дальше акт отойти спектакля. от ок­В то ружающих время как его красное людей, отмежеваться зарево, разгорающееся от все­го, на что улице, они уже пытаются проникает противопоставить сквозь закрытые ре­ставни волюции. окон. У него Достигаев свой путь. спешно Остаться вырабатывает в сто­так­роне, тику, как-нибудь подходящую поспокойнее к новым пролезть условиям. в Лихорадочно новую жизнь перебирает вот его намерения. он факты Наиболее истории, выразительно поступки исторических проводит Лека­лиц и, рев наконец, третий на­акт ходит спектакля. в словаре В то нужное время как ему красное словечко зарево, приспособление. разгорающееся Надо на приспособляться улице, уже проникает вот его сквозь мораль. закрытые Раз найдя ставни ее, он окон. вводит Достигаев ее действие спешно немедленно. вырабатывает Поспешно, так­тику, не заду­подходящую мываясь, к новым даже условиям. со страстью Лихорадочно выдает Дости­перебирает гаев новой он факты власти истории, контрреволюционные поступки исторических за­мыслы лиц Нестрашного, и, наконец, а сам на­полегоньку ходит в словаре пы­тается нужное втереться ему словечко в ряды — приспособление. бойцов, прячется Надо за спиной приспособляться Бородатого вот солдата, его мораль. даже ростом Раз найдя как ее, будто он становится вводит ее действие меньше, незаметнее. немедленно. Эта Поспешно, точно найденная не заду­мываясь, мизанецена даже помогает со страстью артисту выдает ярче, Дости­конкретнее гаев выявить новой власти сущность контрреволюционные Достигаева. Вот так за­он мыслы и надеется Нестрашного, про­скользнуть а сам полегоньку в жизнь пы­тихонько, тается втереться незаметно, в вслед ряды бойцов, за отстаивающим прячется свою за спиной свободу Бородатого сол­датом. солдата, Убедительно даже ростом раскрывая как будто в Достигаеве становится психологию меньше, приспособленца, незаметнее. человека точно найденная без мизансцена помогает артисту ярче, конкретнее выявить сущность Достигаева. Вот так он и надеется про­скользнуть в жизнь тихонько, незаметно, вслед за отстаивающим свою свободу сол­датом. Достигаеве дипов, Лекарев все же несколько од­носторонне подошел к решению этого слож­ного образа. Да, Достигаев стремится при­способиться к новой кизии, но не для того, чтобы спокойно обосноваться в ней, а что­подрывать, подкапывать ее изнутри.

 

Новый горьковский спектакль на сцене театра имени Ермоловой 

Недаром у горьковского Достигаева в пер­спективе есть замысел — «на крутом-то пу­ти... на неведомой дороге» подставить нож­ку. Этих скрытых стремлений и помыслов Лекарев не раскрывает в Достигаеве и тем значительно ослабляет точную социальную характеристику, данную Горьким образу сегодняшнего приспособленца и завтрашне­го вредителя. В противоположность промышленнику Достигаеву дочь купца и жена кадетству­ющего интеллигента Варвара Звонцова (в интерпретации артистки Э. Кирилловой) не согласна ни на какие компромиссы. Та Варвара, которая в «Булычове» накануне смерти отца плела интригу, строила планы захвата отцовского наследства, чувствует себя здесь уже политическим деятелем. Карьера Звонцова дело ее рук, это она сделала его комиссаром Временного правительства, и недаром о ней Достигаев говорит: «партию представляет». Нервной, энергической походкой проходит Варвара— Кириллова по сцене, властным окриком об­рывает не в меру «самостоятельного» му­жа, с раздражением отмечает растущую слабость в рядах единомышленников и со­юзников, острее других переживает круше­ние класса. Қириллова дает меткую поли­тическую характеристику Варвары. Ее Вар­вара сегодня уезжает с Бетлингом и Жан­ной в Москву, а завтра она за ними поедет в эмиграцию, предаст родной народ, из-за рубежей постарается мстить новой России.

Наши планы Еще до начала экзаменационной сессии комитет комсомола разработал план про­ведения зимних студенческих каникул. Группа студентов нашего института проведет каникулы в Ленинграде. Экскур­санты посетят исторические места города­героя, побывают в музее С. М. Кирова, в Эрмитаже, в Русском музее, в Исаакиев­ском соборе. Интересно пройдут каникулы у наших физкультурников. С 1 по 7 февраля в Уфе состоятся соревнования лыжников и конькобежцев на первенство Министер­ства просвещения РСФСР. Еще до экзаме­нов спортсмены начали подготовку к со­ревнованиям. Не прерывают они трениро­вок и сейчас. Это нисколько не мешает успешной сдаче экзаменов, говорит чемпион ин­ститута по лыжам студент 3-го курса педагогического факультета Александр Чернов. Пройти на лыжах после от­лично сданного экзамена это лучший отдых. Многие студенты примут участие в лыжных туристских походах по истори­ческим местам Подмосковья. Туристы­лыжники побывают в Абрамцеве, в Боро­дине и в других местах. Во время походов они проведут беседы с населением, будут читать доклады, выпускать стенгазеты. Одновременно студенты сдадут нормы на спортивные разряды и значок «Турист СССР». Походам предшествовала большая и серьезная подготовка. Уже сделано не­сколько пробных вылазок. Туристы про­слушали лекции о задачах похода, о сна­ряжении лыжника и т. д. «Крокодил» и композиторы столицы. Кро­ме того, для студентов, остающихся в Москве, комитет ВЛКСМ и профком органи­зуют интересные экскурсии в музеи Мос­квы и коллективные просмотры кино­фильмов и спектаклей. Ю. ЖУКОВА, секретарь комитета ВЛКСМ Московского государственного педагогического института имени Ленина. На вечере отдыха студентов, посвящен­ном окончанию экзаменационной сессии, участники драматического кружка инсти­тута покажут свою новую работу: воде­виль В. Соллогуба «Беда от нежного серд­Во время каникул в гостях у нас побывают сотрудники редакции журнала «Крокодил» и композиторы столицы. Кро­ме того, для студентов, остающихся в Москве, комитет ВЛКСМ и профком органи­зуют интересные экскурсии в музеи Мос­квы и коллективные просмотры кино­фильмов и спектаклей. Ю. ЖУҚОВА, секретарь комитета ВЛКСМ Московского государственного педагогического института имени Ленина.

  - Во время сессии будем выпускать бюллетень, объясняет тов. Никулин. Вот там-то и поместим заметки комсоргов о том, чем хотели бы заниматься студен­ты во время каникул.   И вот результат: план комитета ВЛКСМ на на зимние каникулы очень и очень скро­мен. Студентам общежития повезло: у них есть свой клуб. Будут лекции, концерты. А остальным - трудней. Экскурсии в   Третьяковскую галлерею, в музей-кварти­ру Островского, в усадьбу Толстого интересные мероприятия, но многие уже не один раз принимали в них участие. Каждому сейчас хочется побывать на вы­сотных стройках столицы, на предприяти­ях, встретиться с лучшими людьми про­изводства... Словом, ощутить горячее бие­ние пульса сегодняшнего дня. Вместо этого комсомольцам предлагают формально составленный «план культ­массовой работы на время каникул». Посмотрим перечень спортивных меро­приятий на каникулы. Все секции пред­ставлены здесь: и лыжная, и конькобеж­ная, и другие. Они будут продолжать свою обычную работу. Но ведь это дело кафедры физкультуры! А где же мысли и планы комитета ВЛКСМ? Где массовые вылазки на лыжах? Где тщательно разработанные маршруты туристских походов? Подумал ли комитет ВЛКСМ, как привлечь боль­шинство студентов к занятиям спортом во время каникул? Еще не поздно. Необходимо узнать, на­конец, запросы студентов и составить жи­вой, увлекательный план проведения ка­никул, чтобы студенты могли хорошо от­дохнуть, весело и с пользой провести свой досуг. А. ЯКОВЛЕВ. 

Около двухсот человек занимается в детской музыкальной школе No 1 Киев­ского района. Сейчас в школе наме­чается ряд концертов, с которыми уча­щиеся выступят на избирательных уча­стках, НА СНИМКЕ: Тамара Чушкина на занятии по классу скрипки. Ведет занятие преподаватель В. Шаинский. Фото В. СОРОКИНА.

90 лет со дня рождения К. С. Станиславского Сегодня, 17 января, исполняется 90 лет со дня рождения выдающегося дея­теля русского театрального искусства, од­ного из основателей Московского Художе­ственного театра, народного артиста СССР Константина Сергеевича Станиславского. С именем гениального режиссера-нова­тора и артиста, неутомимого обществен­ного деятеля, посвятившего всю свою жизнь служению искусству, связана це­лая эпоха в развитии русского и мирово­го театра. Знаменательной дате посвящается сего­дня торжественный вечер в Центральном доме работников искусств. Художествен­ный театр показывает спектакль «Талан­ты и поклонники» — одну из последних постановок К. С. Станиславского на сцене МХАТ. В фойе театра подготовлена вы­ставка, посвященная доме работников теме «Актер искусств. и ре­Художествең- жиссер К. С. ный Станиславский». театр показывает ...На спектакль старинном «Талан­особняке, ты и расположен­поклонники» ном — одну на улице из последних Станиславского постановок в Москве, К. С. Станиславского мемориальная доска. на сцене На ней МХАТ. написа­В фойе но: театра «Здесь подготовлена жил, работал вы­и ставка, 7 августа посвященная 1938 года теме скончался «Актер народный и ре­жиссер артист К. СССР С. Станиславский». Константин Сергеевич ...На Станислав­старинном особняке, ский, основатель расположен­Московского ном на улице Художест­Станиславского венного театра». в Москве, В одной мемориальная из комнат доска. посетители На ней знако­написа­мятся но: с «Здесь работой жил, Константина работал и Сергеевича 7 августа 1938 по созданию года скончался теории сценического народный артист искус­СССР ства, Константин широко Сергеевич известной Станислав­под названием ский, «Системы основатель Станиславского». Московского Художест­Здесь собра­венного ны его театра». письма, В режиссерские одной из комнат разработки, посетители рукописи, знако­мятся высказывания с работой о театре, Константина фото­Сергеевича документы. по В созданию библиотечных теории шкафах сценического книги: «Моя искус­жизнь ства, в искусстве» широко известной и «Ра­бота под названием актера над «Системы собой». Станиславского». Эти труды изда­ны Здесь на многих собра­языках ны его народов письма, мира, рекиссерские в том числе разработки, на китайском, рукописи, болгарском, высказывания чеш­о ском, театре, польском, фото­документы. корейском. В Вот библиотечных зал, где в шкафах 1921-1922 — в водах книги: про­«Моя ходили жизнь репетиции в искусстве» оперы и «Ра­«Евгений бота Оне­актера гин» над и собой». где состоялось Эти труды несколько изда­ны спектак­на многих лей языках этой оперы. народов Дом-музей мира, в том посещают числе работники на китайском, совет­болгарском, ских театров, чеш­люди ском, самых польском, разнообразных корейском. т зал, где в 1921—1922 годах про­Вот зал ходили репетиции оперы «Евгений Оне­гин» и где состоялось несколько спектак­лей этой оперы. Дом-музей посещают работники совет­ских театров, люди самых разнообразных профессий, деятели театрального искусст­ва зарубежных стран. Се год ня в до ме м у зее от кры ва ю т ся но - вые экспозиции: «К. С. Станиславский актер р (творческий путь 1888—1928 го­дов)» и «Творчество К. С. Станиславского в Эта оперном театре его имени».



В дни отдыха ционные темы. Большое место в плане ко­митета ВЛКСМ отведено спортивной работе. Будут проведены открытые старты лыж­ников, массовые катания на коньках и лыжах, команды спортсменов института выступят в соревнованиях по хоккею, во­лейболу, баскетболу и т. д. Намечено про­вести лыжный агитноход в Подмосковье. В конце января в 1-м Московском меди­цинском институте будет организован ве­чер, на котором студенты встретятся с виднейшими советскими писателями, поэтами, композиторами. Студенты, уча­ствующие в поездке в Ленинград, ознако­мятся с лабораториями великого русского физиолога И. П. Павлова в Колтушах. Кро­ме того, во время каникул предусмотрены экскурсии по Москве, посещение музеев и выставок, лыжные походы. Лучшие физ­орги и активисты пойдут в туристские по­ходы по Карелии и Эстонии. Группа сту­дентов совершит экскурсию в колхоз «Луч», Красногорского района, для озна­комления с организацией труда колхозни­ков. Студенты 2-го Московского государ­ственного медицинского института имени Сталина организуют 27 января вечер, по­священный Некрасову. За время каникул В дни каникул в Московском авиацион­ном институте имени Орджоникидзе со­стоится фестиваль кинофильмов на авиа­ционные темы. Большое место в плане ко­митета ВЛКСМ отведено спортивной работе. Будут проведены открытые старты лыж­ников, массовые катания на коньках и лыжах, команды спортсменов института выступят в соревнованиях по хоккею, во­лейболу, баскетболу и т. д. Намечено про­вести лыжный агитноход в Подмосковье. В конце января в 1-м Московском меди­цинском институте будет организован ве­чер, на котором студенты встретятся с виднейшими советскими писателями, поэтами, композиторами. Студенты, уча­ствующие в поездке в Ленинград, ознако­мятся с лабораториями великого русского физиолога И. П. Павлова в Колтушах. Кро­ме того, во время каникул предусмотрены экскурсии по Москве, посещение музеев и выставок, лыжные походы. Лучшие физ­орги и активисты пойдут в туристские по­ходы по Карелии и Эстонии. Группа сту­дентов совершит экскурсию в колхоз «Луч», Красногорского района, для озна­комления с организацией труда колхозни­ков. Студенты 2-го Московского государ­ственного медицинского института имени Сталина организуют 27 января вечер, по­священный Некрасову. За время каникул они прослушают лекции-концерты «Боль­они прослушают лекции-концерты «Боль­шой театр» и «Малый театр», просмотрят ряд научно-популярных фильмов и посе­тят строительство МГУ. В Московском государственном педатоги­ческом институте иностранных языков со­стоятся лекции-концерты на темы: «Ленин и Сталин в художественной литературе и музыке», «Русская классическая музыка». Студенты ознакомятся за время каникул с производством на заводе «Серп и молот», на хлебозаводе-автомате. в шой театр» и «Малый театр», просмотрят ряд научно-популярных фильмов и посе­тят строительство МГУ. В Московском государственном педатоги-

ца».

Этого сделано не было Этого сделано не было План этот не обсуждался студентами, и комсорги не затевали в группах разго­воров на тему: «А как ты хотел бы от­дохнуть во время каникул, куда пойти, что сделать, что узнать?». Активисты, от­вечающие за культурно-массовую работу, не спрашивали у комсоргов: «А что под­сказали вам студенты? Какие увлекатель­ные мероприятия они хотели бы видеть в плане на каникулы?». Даже настойчивый секретарь комитета комсомола не назна­чил точных сроков на все мероприятия и ответственных за проведение каждого из них. План проведения зимних каникул не был вывешен на самом видном месте в ин­ституте. Нет, ничего этого не было сделано в Институте цветных металлов и золота имени Калинина, где секретарем ко­митета ВЛКСМ тов. Никулин. Правда, в комитете ВЛКСМ пытались узнать пожелания студентов. На заседания приглашали «на выборку» отдельных сту­дентов и беседовали с ними. А еще что делалось? План этот пе обсуждался студентами, и комсорги не затевали в группах разго­воров на тему: «А как ты хотел бы от­дохнуть во время каникул, куда пойти, что сделать, что узнать?». Активисты, от­вечающие за культурно-массовую работу, не спрашивали у комсоргов: «А что под­сказали вам студенты? Какие увлекатель­ные мероприятия они хотели бы видеть в плане на каникулы?». Даже настойчивый секретарь комитета комсомола не назна­чил точных сроков на все мероприятия и ответственных за проведение каждого из них. План проведения зимних каникул не был вывешен на самом видном месте в ин­ституте. Нет, ничего этого не было сделано в Институте цветных металлов и золота

телось послед­нем капитала, ожесточенном враге революции, готовом любой ценой отстоять свою былую власть и значение. Напрасно артист А. Консов­ский так настойчиво подчеркивает расте­рянность и истеричность телось Звонцова. В Звон­цове нем должны быть ярче отражены показное капитала, великолепие ожесточенном и велеречивость враге революции, внутренне готовом бес­любой сильного, ценой несостоятельного отстоять свою былую Временного власть пра значение. вительства, Напрасно представителем артист А. Консов­которого ский он яв­так ляется. настойчиво Не сумела подчеркивает раскрыть расте­силу рянность и цель­ность и истеричность характера Звонцова. Глафиры артистка В Звон­Н.   цове То­полева, должны быть не показала ярче отражены она страстной показное ненави­великолепие сти своей и велеречивость героини к пошлости, внутренне хищничест­бес­сильного, ву и мещанству. несостоятельного За торопливой Временного делови­пра вительства, тостью Лаптева представителем (артист А. Ивашов) которого пропа­он яв­дают ляется. внутренняя Не сумела собранность раскрыть и силу целеуст­и цель­ремленность ность характера этого рабочего-революционера. Глафиры артистка Н. То­Хочется полева, надеяться, не показала что она театр, страстной создавший ненави­яркий сти горьковский своей героини спектакль, к пошлости, сумеет хищничест­пре­одолеть ву и мещанству. и исправить За имеющиеся торопливой в этом делови­спек­тостью Лаптева (артист А. Ивашов) пропа­дают внутренняя собранность и целеуст­ремленность этого рабочего-революционера. Хочется надеяться, что театр, создавший яркий горьковский спектакль, сумеет пре­одолеть и исправить имеющиеся в этом спек­такле недостатки. Н. ЛОЗИНСКАЯ.

Обреченность старого мира одна из основных тем спектакля театра имени Ер­моловой. Но главная заслуга театра в том, что, дополняя предшествующие поста­новки «Достигаева», он сумел выдвинуть на первый план, выразительно передать то новое, что приходит на смену старому ми­ру. Пафос спектакля — в утверждении справедливости и человечности этого ново­Как к себе в дом, входит в квартиру Бу­лычова большевик Рябинин (артист Ф. Кор­чагин). И хотя явился он сода, чтобы ук­рыться от ареста, но ведет себя здесь, как завтрашний хозяин. Корчагин показывает в Рябинине не про­сто рядового бойца революции. Его Ряби­нин — руководитель, организатор, воспита­тель масс, для которого дело революции стало делом жизни, который прошел хоро­шую политическую школу стачек, тюрем, ссылок, Обреченность старого мира — одна из основных тем спектакля театра имени Ер­моловой. Но главная заслута театра в том, что, дополняя предшествующие поста­новки «Достигаева», он сумел выдвинуть на первый план, выразительно передать то новое, что приходит на смену старому ми­ру. Пафос спектакля — в утверждении справедливости и человечности этого ново­Как к себе в дом, входит в квартиру Бу­лычова большевик Рябинин (артист Ф. Кор­чагин). И хотя явился он сода, чтобы ук­рыться от ареста, но ведет себя здесь, как завтрашний хозяин. Корчагин показывает в Рябинине не про­сто рядового бойца революции. Его Ряби­нин руководитель, организатор, воспита­тель масс, для которого дело революции стало делом жизни, который прошел хоро­шую политическую школу стачек, тюрем, ссылок. Именно встреча с Рябининым ускорила и усилила взрыв протеста Таисии против сво­его темного и жестокого прошлого. Так ре­шает эти сцены артистка Р. Губина. На протяжении всего второго акта Таисия - Губина пристально вглядывается в каждого человека, мучительно пытается понять, кто и



НА СНИМКЕ: сцена из спектакля «Достигаев и другие». Артисты В. Ле­карев Достигаев и И. Соловьев Бородатый солдат.

бы

Уйдем отсюда... сказал он девушке, которая тоже поднялась и теперь стояла рядом с ним, вздрагивая от омерзения и от предчувствия чего-то страшного. Но полисмену вовсе не интересен был такой оборот дела. Он схватил юношу за руку и, повернув к себе лицом, прорычал: — Ты! Ниггер! Я тебя сейчас научу пра­вилам вежливости! Как ты смеешь повора­чиваться ко ине спиной, когда я разгова­риваю с тобой? Я! Белый! Так ты не знаешь правил вежливо­сти? — снова обратился к оноше полис­мен. Твои родители сделали большое упущение. Но ничего... Я исправлю этот недостаток в твоем воспитании. рам. Поэтому он не стал возмущаться, не стал отвечать полисмену на его чудовищ­ные оскорбления. Что вам нужно от нас? — задыхаясь от гнева, спросила девушка. Он вытащил дубинку и помахал ею пе­ред лицом негра. Он наслаждался, ожидая увидеть испуг, растерянность на лице юно­ши. Но тот спокойно посмотрел на полис­мена и спросил: Значит, я хуже негра? спросил снова полисмен и засопел от ярости. Вы белый! Вы блюститель порядка. Но вы ведете себя, как... юноша не сдер­жался на этот раз и закончил жестко, как бандит! Полисмен напрягся, словно перед прыж­ком, и девушка, не спускавшая с него глаз, поняла вдруг, что полисмену этому нужен скандал, что он ищет повода придраться к ним. Уйдем, Гарри, уйдем, взволнованно зашептала она. Он нарочно... Но полисмен не дал ей закончить, он пригнулся и быстрым, хлестким ударом сбил юношу с ног. - Вы долго намерены заниматься ора­торством? А потом добавил с едва уловимым пре­зрением: Вам самому нужно многому поучить­ся... И вежливости в том числе. Полисмен растерялся на мгновенье. Значит, я невежа? — ехидно спро­сил он. — Я негр, — ответил юноша. — Неграм плохо в нашей «свободной» стране, но я согласился бы быть трижды негром, чем юноша сдержался, чем та­ким человеком, как вы! — Значит, я бандит? Я т-тебе покажу, как оскорблять по­лицию! заревел он.

ОБИЖЕННЫЙ ПОЛИСМЕН начали и РАССКАЗ Когда в 1939 году я впервые при­ехал в Советский Союз, я в первый раз почувствовал себя человеком. П. РОБСОН. «Чорт возьми, ай да парень! Здорово за­ливает!», восхищался полисмен, пере­минаясь с ноги на ногу и стараясь не про­пустить ни слова из разговора. Некоторое время в тишине парка слыш­ны только поцелуи и взволнованное дыха­ние людей, объятых пламенем прекрасной, чистой любви. Потом влюбленные снова осыпать друг друга горячими, красивыми словами, которые рождает у человека только любовь. У полисмена мало-помалу пропало то игривое настроение, с каким он начал под­слушивать. Он стоял неподвижно, словно оцепенев, слушал вздохи моря, едва доле­тавшие сюда, слушал яркие, сильные и нежные слова, которые говорили друг дру­гу эти неведомые ему люди, сидящие в нескольких шагах от него, и душу его, │черствую и жестокую душу полисмена, по­немногу заполняла незнакомая ему доселе мягкая и удивительная теплота. Сердце его, не знающее любви ни к чему, кроме денег, сжалось на минуту от острой, то­│скливой мысли о том, что никогда никому не говорил он таких слов и никогда не го­ворили их ему... Минуту назад полисмен немедленно аре­стовал бы людей, посмевших критиковать правительство, но сейчас он с удивлением прислушивался к голосу совести, который, наконед, заговорил в нем после долгих лет молчания. Он был растроган и собственным великодушием и тем необыкновенным, теп­лым чувством, которое появилось у него вдруг к этим людям. Он представлял их романам, не верил кино, не верил никому. Я оглядывался вокруг, видел страшную, уродливую жизнь, полную несправедливо­сти, и я считал, что любовь, так же как и бог, выдумана людьми для того, чтобы легче жилось, я считал, что любовь — са­мообман, которым люди хотят прикрыть, украсить тяжелую жизнь. Но вот я встре­│тил тебя... и — полюбил. О, я понял те­перь, какая это могучая сила любовь! Мне кажется, что каждый, кто любит по­настоящему, считает свою любовь самой сильной и прекрасной на свете. А люди на скамейке все говорили. Они возмущались настоящим, они едко, с го­речью обличали всю мерзость окружающей жизни, они мечтали о светлом и прекрас­ном будущем. себе очень красивыми и добрыми, и смелы­ми и проникался все большим умилением...

  Негр упал, но почти тотчас же вскочил и молча бросился на полисмена. Полисмен снова ударил его по лицу чугунным кула­ком, и тот онова упал. Юноша тяжело поднялся и стоял пошаты­ваясь, сплевывая кровь и облизывая рас­пухшие губы. Ты! Негодяй!... заговорил он с тру­дом. Молчать! рявкнул полисмен. Ты, я слышал, возмущался порядками в Амери­ке, так вот я отучу тебя от возмущения! Ты, наверное, из этих, из забастовщиков? Нет, я не из «этих», ответил юно­ша. — Я, к сожалению, не из «этих». Я просто негр. А ты негодяй! Слышишь? Я плюю на тебя, я не пойду жало­ваться это бесполезно. А-а-а-а... — заорал полисмен. — Сей­час я выбью из тебя красную заразу! И он снова ударил негра. Когда тот упал, он стал бить его сапогами. Девушка хвата­ла полисмена за руки и тихо вскрикивала: Что вы делаете? Что же вы делаете? Зверь! Перестаньте... Молчи, шлюха! — прохрипел, наконец, полисмен, отходя. Потом он закурил сига­рету и, жадно затягиваясь, быстро пошел по аллее к морю. Руки его дрожали, суста­вы пальцев болели. «Погорячился, ду­мал он, надо было дубинкой». И затем ухмыльнулся, представляя себе, какую боль должен был испытывать избитый негр. А там, позади, девушка, всхлипывая, по­могала оноше добраться до скамьи. Ничего, дорогая, ничего... шептал он разбитыми губами. Сейчас все прой­дет. Вот только голова кружится немного... А с ними мы когда-нибудь... за все... рас­платимся! Они чувствуют нашу силу... силу народа... Вот и кусаются. Он обнял девушку и улыбнулся. Не плачь! Не надо. Наше с нами. Помнишь... Смело тогда... я беру тебя за руку... Крепко сжимаю твои нежные пальцы... Мы идем сияющей... любви навстречу... И поем...

Полисмен, очнувшись, наконец, от непри­вычных чувств и мыслей, взглянул на ча­сы, вздохнул, потом кашлянул негромко и вышел из тени лавра на дорожку. Листья пальм блестели в лунном свете, дорожка, усыпанная мелким гравием, была белой и казалась сделанной из сахара. Люди на скамейже, услышав шаги, замолчали. Полис­мен, медленно проходя мимо влюбленных, быстро, украдкой оглядел их и... дрожь гнева, разочарования пробежала у него по спине. Он остановился, оглушенный. На скамейке сидели негры! Да, да, самые обык­новенные негры. Правда, девушка была светлей своего любимого, неопытный глаз мог бы принять ее за белую, но у полисмена был наметанный глаз, и он сразу понял, что это за птица. О любимом же ее и говорить было нечего. Это был самый настоящий красивый негр! Полисмен почувствовал, как багровеют его уши от гнева. Как! Какие-то паршивые негры смеют болтать разный вздор о любви, смеют критиковать существующий политический строй! Нет, это уже слиш­ком! Всю жизнь полисмен презирал негров, в его сознании неграм раз и навсегда было отведено место где-то около собак. С нег­ром можно было поступать как угодно, его можно было ударить или даже как следует пручить дубинкой. Негр не человек! И вдруг оказывается, что негры могут лю­бить так, как не может он. Он! Белый! Оказывается, в них больше человеческого, чем в нем! «Сейчас мы потолкуем!» думал поли­│смен, подходя к неграм, внутренне ухмы­ляясь и чувствуя, как раздуваются от яро­сти его ноздри. — Хэлло, парень, — обратился он к юноше, и голос его прозвучал хрипло и │ зловеще. Хэлло, парень... Ты что здесь делаешь? — Отдыхаю, — хмуро ответил юноша и встал. Отдыхаешь? Хе-хе... Устал, бедняга... А ты знаешь, черномазая скотина, ты зна­ешь, что тебе здесь не место? У входа в парк нет таблички с запре­щением, тихо ответил юноша. Ха! Тебе недостаточно разве того, что , что я это говорю? Ты! Ниггер! Ведь ты ниг­гер! Понимаешь? Ты низкая, воцючая тварь! И ты со своей потаскухой выполз из негритянского квартала, чтобы отравлять воздух добрым людям? Ха! Он тут о люб­ви рассуждает! Да знаешь ли ты, сволочь, что такое настоящая любовь? Юноша слишком хорошо знал полицию и нравы полицейских по отношению к нег­

На землю и море опускается вечер. В лучах заката море кажется пепельно-ро­зовым. Тонко, словно обиженно, кричат ка­тера, лязгают передвигаемые по портовым путям вагоны, медленно поворачиваются мо­гучие портовые краны... ...Солнце скрылось, и на землю сразу бесшумно надвинулась ночь. В порту и го­роде зажигаются огоньки. и На террасе кафе, у самого моря, на­страивается оркестр. Тонкие, печальные го­лоса скрипок тают, снова возрождаются, флейты и кларнеты разбивают тишину ко­роткими пассажами, глухо поет контра­бас... По дорожке большого, старого парка, раскинувшегося на берегу моря, невдалеке от города, неторопливой, развалистой поход­кой идет полисмен. Этот большой человек, с чугунными кулаками, бугристым, испитым лицом и острым взглядом маленьких, глу­боко запрятанных глаз, — сегодня доволен. Две недели назад ему пришлось нести де­журства в районе доков, и воспоминания об этих днях мучили его каждый раз хуже изжоги. Дважды участвовал он в подавле­нии забастовок. Правда, полиция оба раза побеждала, но «победы» эти доставались ей нелегко, в чем полисмен мог поклясться. И он, в конце концов, чертовски рад, что его перевели на дежурство в этот тихий уголок. Здесь нет митингов, нет демонстраций, нет беспокойных людей, призывающих к запрещению атомного оружия и нарушаю­щих покой полиции. Здесь — тишина. Здесь только влюбленные, а влюбленные, как известно, самый мирный народ. Прав­да, парк посещает еще один сорт людей. Они пришли оттуда, с севера, в поисках работы. Но в этом благодатном, солнечном краю тоже нет работы, и вот эти люди, как тени, пробираются в парк на ночь и так же исчезают с первыми лучами солн­ца, оставив после себя смятую траву и бумажный сор. В воздухе зазвучал низкий, протяжный гудок. Полисмен узнал голос океанского па­рохода «Олимпия». Пароход входил в порт. Полномен посмотрел на часы. Было без чет­верти одиннадцать. «Через полчаса сменяться»... подумал он вяло и зевнул. Полисмен собирался уже повернуть на



аллею, ведущуо к морю, как вдруг услы­шал приглушенные голоса. Он остановился, вслушиваясь. Говори, говори, дорогой... Слова эти произнес низкий грудной жен­ский голос. Он был так волнующе красив такое в нем звучало напряженное ожида­ние, что полисмен замер, приоткрыв рот и прислушиваясь. — Если б ты знала, как я счастлив! — взволнованно произнес мужской голос, сильный и мужественный. Если б ты знала, как я счастлив оттого, что ты сей­час со мной. Вот я смотрю на тебя и не верю своему счастью, не верю, что ты ме­ня любишь... Скажи, скажи еще раз, что­бы я поверил... Скажи! Я люблю тебя, тихо и протяжно, почти нараспев, произнесла девушка. Ты мне снишься каждую ночь. Перед тем как заснуть, я долго мечтаю о том време­ни, когда мы, наконец, будем вместе. Полисмен пошевелил от удовольствия пальцами и приложил к уху ладонь, чтобы лучше слышать. Хочешь, я прочту тебе стихи? — спросил юноша. — Я их сочинил вчера ве­чером, думая о тебе. Прочти... сказала она. — Вот, слушай... У меня всегда рождается радость, Когда я вижу тебя, моя златокудрая, Когда чарующий голос твой слышу я И вижу глаза твои, полные счастья. Смело тогда я беру тебя за руку, Сжимая крепко нежные пальцы твои, Мы идем сияющей любви навстречу И поем великую песню бессмертия! А ветер — дикий, вольный ветер Подпевает нам И завидует нашему счастью! Оноша кончил читать. Наступило молча­ние. Потом девушка тихо рассмеялась. Это прекрасно! воскликнула она. И я так рада, что стихи эти посвящены мне... Ты поэт! Я люблю тебя! Я никогда раньше не любил, — глухо быстро заговорил юноша. Я встречал много девушек на своем пути, и каждый раз я говорил себе: «Это не то, не то...». И потом... я не верил в любовь! Не верил

│

Юноша не мог продолжать. Он опустил голову и закрыл глаза. Девушка гладила его волосы и еле сдерживала рыдания. Юрий КАЗАКОВ.

 «МОСКОВСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ» 17 января 1953 г. 3 стр.